# Письмо другу

Леонид Александрович Ашкинази

Письмо другу


Спасибо, друг мой, за твое любезное приглашение. Через год я

вернусь и продолжу свои исследования у вас в городе, в

университете - видишь, к чему приводит трехлетнее отсутствие: я

написал "у вас", а не "у нас" - правда, смешно? Ты не ошибся, мне

сейчас очень не хватает преподавания, и я буду рад опять

совмещать исследовательскую работу с ним, и не только в

университете, но и в школе. Желание учить детей - генетическое, у

меня это было заметно еще в институте, с тех пор почти всегда я

преподавал, а неудачные собственные дети - не стоит меня

разубеждать, я трезво на это смотрю - только усугубили ситуацию.

Сейчас я воспользуюсь моментом и расскажу тебе в этом письме

кое-что о том мире, который окружает меня. Но сначала о

психологической подстилке этого текста.


Я знаю, что когда выйду к доске, мне будут задавать вопросы.

Там... что было там?.. как... как было там?... И у меня появится

неминуемый и непреодолимый соблазн приукрасить. А все буднично.

Ну вот я и хочу написать тебе, пусть это будет каркас, несущий

скелет моих будущих ответов, моих лекций и рассказов. Ты знаешь,

друг мой, я изучал историю, хотя и недолго, но я изучал и

литературу, причем намного тщательнее. А что есть литература, как

не история литературы? Нет, не надо бить меня ногами, физик может

позволить себе слегка пошутить в адрес гуманитариев. Тем более,

что мои подруги - почти все - были из гуманитариев, так что мои

шутки - то ли месть, то ли благодарность. Как все-таки опасно

садиться за стол не для работы! Мысль начинает растекаться, хоть

стол и не из дерева (цитата опознана?). Замечу, что в моей

комнате, кроме стола, кровати и двух шкафов - одного с одеждой и

второго с книгами и всякими безделушками, подарками и т.п., -

есть кресло. В кресле я обычно устраиваюсь, чтобы почитать, но,

признаюсь, не каждый день. Работы действительно много - тут ты

скажешь, что я всегда славился умением ее находить, и будешь

отчасти прав, но не вполне. Здесь действительно много работы. Да,

так вот - в кресле мысль не растекается. Видимо, психика так

привыкла, что кресло - для удовольствия от чтения, а не для

работы головой. А вот стол для работы, а если не работаю -

значит, растекаюсь.


Если прислушаться, то можно уловить - ты знаешь, у меня очень

острый слух - какие-то звуки. Где-то щелкнула дверь - возможно, в

одной из соседних комнат. На пределе слышимости прозвучал звонок

коммуникатора - либо кто-то идет по коридору, либо где-то открыта

дверь: через две двери коммуникатор не услышу даже я. Ты, как

психолог, знаешь - я спокойно переношу так называемый сенсорный

голод. Не все любят тишину, это давно известно. Кто не любит -

оставляет дверь в коридор приоткрытой. Я, признаться, не люблю

как раз этого, тем более, что есть другой способ - нажать кнопку

"3" на коммуникаторе и включиться в общую сеть. Тебе будут слышны

переговоры дежурных, доклады о прибытии и отбытии патрулей и

зондов - и масса других звуков. Можно нажать "5" - и слушать

служебную телеметрию. Находятся у нас и любители соревнований по

распознанию телеметрических сигналов. Увлекательная игра, смею

тебя заверить. С парнишкой, который считается неофициальным

чемпионом, я хорошо знаком, он работает в соседней лаборатории. Я

знаком и с его руководителем - он тоже работал когда-то у нас в

университете. Раз уж зашла речь о кнопках, еще два слова. Кнопка

"2": верхняя сеть - сеть моего командира, в эту сеть я могу войти

и из нее могут вызвать меня. Кнопка "1" - общий вызов. Чтобы не

было пустых, но труднопреодолимых соблазнов, раз в месяц каждый

может такой вызов послать, объявляется час общих вызовов. Это -

игра; ее придумали психологи, не очень понимаю, зачем, но людям

нравится - значит, не совсем зря. Кнопка "4" - нисходящая сеть,

сеть моих сотрудников. Кнопка "6" - технические службы. Про

остальные я расскажу в другой раз, сейчас надоело. Да, личные

каналы начинаются со второго десятка. Говорят, что те, у кого во

втором десятке задействовано меньше трех позиций, пользуются

особым вниманием психологов. Полагаю, что это юмор, но если и

правда - наверное, разумно. Я бы обращал еще внимание на пол.

(Ты, наверное, здесь хмыкнешь и скажешь - тоже мне, изобретатель

велосипеда; а я тоже ухмыльнусь и спрошу: а знаешь ли ты, что

такое велосипед? Ты видишь, мы все-таки скучаем по друзьям. Самые

лучшие линии связи заменяют не все).


Ну хорошо, с кнопками все ясно, тем более что я уже неделю обещаю

моей подруге (не спрашивай, какой - не отвечу; это намек на то,

что у меня их две - ты знаешь, я всегда в этом плане оставался

пижоном) обещаю показать центр связи. Ничего-то они, гуманитарии,

не понимают. То есть слово "терабайт" знают, и глаза в правильных

местах рассказа закатывают, но когда я вижу оптоволокно сечением

в мою руку, ведущее к главным антеннам, мне делается страшно,

поверишь ли? А вот им - нет.


Я, атом в ногте пальца руки - руки, которое мое человечество

протянуло в мир, чтобы взять, и понять, и сделать. Ты знаешь, как

я горжусь всем этим. Не говори, что это наркотик, что я придумал

все это, чтобы скрасить будни работы, трудной, иногда - впрочем,

не часто - опасной. Не говори всего этого по двум причинам. Если

ты и прав, что с того? Вдобавок, ты не прав. Я хорошо знаю

историю литературы. Чего только не писали о психологических

проблемах нашей ситуации. Скучно, бесцельно, клаустрофобия,

желание вернуться, помешательство, суицид - напридумывали же. Кто

мог знать, что все будет много проще и прозаичней. Почти полтора

километра в моем распоряжении - в длину, примерно триста метров в

ширину и двести в толщину. Никто не знает, где что, потому что

везде жизнь, везде что-то делают, монтируют, строят. Специалисты

знают хорошо свой участок, ученые - полигоны и лаборатории, ну,

еще каждый знает свое жилье и жилье своих подруг и друзей - если

они живут отдельно, если это не семья. Ну, ты знаешь, мы называем

это традиционно - семья. На южном - так уж мы называем - полюсе у

нас радиаторы, четыре сияющих цилиндра - сброс избытка энергии из

энергоблоков (вернусь, расскажу на лекции, зачем это

расточительство: затем, что сложно регулировать мощность

энергоблоков, проще перераспределять). Далее - "инженерная миля",

как у нас говорят (цитата опознана?), конечно, это не миля. В ее

конце то, что по традиции называется "центральный пост". Я был

там несколько раз - это впечатляет. Ну, а дальше - жилые

сегменты, лаборатории, полигоны, причальные блоки, на северном

конце - ты понимаешь, все это условно - обсерватории и антенны,

чтобы уменьшить помехи от энергетиков.


Я знаю все это, и ты знаешь - совершенно не чувствую всего этого.

То есть чувствую себя как дома. То есть дома. Это забавно, я

знаю, что не у всех так. Например, у моей подруги есть какие-то

эмоции по этому поводу. Она и гордится, и боится. Ты знаешь, я не

бесчувственен, временами даже наоборот - но вот страха или

какого-то напряжения нет. Что с того, что за окном не

Магнолия-стрит нашего города, не 18-я дорога?


Я могу выйти в коридор и идти, идти долго, здороваясь с людьми и

отвечая на приветствия, мне есть, куда пойти и куда войти - много

есть мест, где мне обрадуются, расскажут что-то интересное,

послушают с интересом и меня. А скорее всего скажут: "О, как

здорово, что бы пришел, у нас тут вот есть вопросец", - и зададут

его - виданное ли дело, чтобы такой специалист, как я, шлялся без

дела, а то, глядишь, сунут в руки сигма-тестер и скажут: "Ну-ка,

помоги малость, а то автомат чего-то не налаживается, надо

протестировать вручную, через час контрольный сигнал, а мы не

поспеваем", - и за пятьдесят минут мы все сделаем, возьмем со

стойки по кофе и будем смаковать, пока не запищит в динамиках,

вспыхнет синее над щитами, потом погаснет, загорятся зеленые

лампочки - конечно, не лампочки, это по традиции так говорят, -

старший смены проведет по ежику и скажет: "Ну, хорошо".


Я могу взять книгу - ты знаешь, я застал конец расцвета бумажного

книгоиздания и люблю такие книги. Я могу включить музыку, хотя и

не большой меломан, не то, что отдельные психологи. Я могу нажать

"11" и сказать: "А хочешь, пошли, покажу, что обещал". А могу не

успеть, засветится соседняя кнопка, я нажму "ответ", и некто

пушистый скажет в микрофон: "Мур?" - вполне вопросительным

голосом.


Я могу все. Я могу выйти в коридор, пройти сто метров и увидеть

через внешние щиты оранжевый в треть небосвода шар с полосами и

вихрями, шар - третью планету Лебедя 61, так похожую на Юпитер

земного Солнца, только еще больше, еще загадочнее. Я погружаю

руки в эту загадку каждый день, я узнаю новое, я понимаю его,

если будет надо - мы изменим мир, потому что знание всегда

изменяет, и прежде всего - нас самих. Я счастлив здесь, друг мой,

и не понимаю проблем, о которых писали древние.


Впрочем, наши несчастные писатели тоже, наверное, пишут о

проблемах, которых не окажется там, куда придут наши ученики.

Этот парнишка из соседней лаборатории и забавная девица, которая

уже не раз пыталась отвоевать у него чемпионское место на

ежемесячных первенствах Станции по чтению телеметрии на слух.


Кстати, когда я вернусь на Землю, я, наверное, вас познакомлю.