# Творчество братьев Стругацких и отечественная культура на примере упоминаний

Леонид Александрович Ашкинази

Кузнецова А.

Творчество братьев Стругацких и отечественная культура на примере упоминаний


Эволюция (М.). - 2005. - ╧ 2. - С.150-152.


Люди мыслят и говорят цитатами, только они этого не замечают.

Przekroj.


Популярность того или иного писателя можно оценить несколькими способами. К таковым относятся, например, рейтинги - читательские и экспертные, критико-литературоведческие работы, наличие пародий, заимствование у данного писателя сюжетов другими писателями, динамика издания произведений, цитируемость и т.д.


Посмотрим, как проявились в отечественной культуре заимствования из творчества Стругацких. В прессе встречаются упоминания различных реалий из произведений Стругацких - как в публицистике, так и в художественной литературе.


Представляется возможным разделить "периодические" упоминания на несколько больших групп: связанные с литературой, связанные с кинематографом и "все остальные".


Упоминания, связанные с литературой (например, перечисления любимых писателей, среди которых - А. и Б.Стругацкие или "известнейших современных фантастов", к которым относятся и Стругацкие, или упоминания Стругацких во фразе о советской фантастике, или замечания о Стругацких как об одних из писателей, чье творчество рассматривается в анализируемой книге и т.д.) интересны с точки зрения включения Стругацких в "общелитературный контекст". В последнее время редкая "фантастоведческая" статья обходится без упоминаний Стругацких, что говорит о влиянии последних на советскую и постсоветскую литературу.


В статьях, посвященных кинематографу, Стругацких иногда тоже упоминали - как авторов сценария, по которому снят фильм. Такие упоминания довольно многочисленны.


О влиянии Стругацких на отечественную культуру в целом говорят упоминания их в "нелитературоведческих" статьях. Например, творчество Стругацких упомянуто в статье о космической медицине в 1963 году (Парин В., Баевский Р. Вопросы кибернетики и космическая медицина // Изв. АН СССР: Сер. Биология. -1963. - ╧ 1. - С. 9-14), то есть раньше, чем в "литературоведческих" статьях. Глубину проникновения произведений Стругацких в "жизненный обиход" подтверждает диапазон контекстов, в которых упоминается творчество братьев-писателей. Некоторые из них еще можно объяснить логически: новейшая история России, космическая медицина и вопросы кибернетики, проблемы психологии, вопросы инопланетной топонимики и т.д. О некоторых же можно предположить только, что уж очень хотелось автору "хоть каким-то боком пристегнуть" Стругацких к своей работе. Или - что термины из произведений Стругацких стали понятным всем символом: охарактеризуй своего героя как "прогрессора дона Румату" - и многое о нем становится ясно. В противном случае пришлось бы потратить не одну фразу, давая герою подробную характеристику...


Во многих работах наблюдаются такие "реалии" из творчества Стругацких, как "сталкер", "прогрессор", "Зона", "пикник на обочине", "КОМКОН" и т.д. Возможно, что они так "прижились" в языке, что авторы используют их вне соотнесения с произведениями Стругацких. Кроме того, термины "сталкер" и "Зона" могут быть обязаны своей популярностью не только повести Стругацких "Пикник на обочине", но и фильму А.Тарковского "Сталкер", снятому по мотивам этой повести. Например, статья о выпуске БРДМ "Сталкер" ссылается на фильм, а не на литературный первоисточник. Сам по себе этот факт - что большее влияние оказал фильм по мотивам, а не повесть, - весьма любопытен и заслуживает отдельного рассмотрения.


Можно заметить так же, что, например, в конце 90-х годов количество организаций с названиями "Сталкер" и "КОМКОН" колебалось в пределах от трех до восьми. Название "Сталкер" было также весьма распространено в 1980-е годы - среди рок-коллективов.


С точки зрения проникновения творчества Стругацких в массовую культуру интересны и упоминания Стругацких в художественной литературе. Здесь в глаза бросается, во-первых, тот факт, что большинство этих упоминаний приходится на "перестроечные" и "постперестроечные" годы. Это можно объяснить появлением "четвертой волны отечественной фантастики", многие представители которой называют себя учениками Стругацких - отсюда упоминания Стругацких в работах В.Рыбакова, С.Лукьяненко и других авторов.


Из всего выше изложенного можно сделать вывод, что выражения, взятые из произведений Стругацких, равно как и сами произведения, вошли в язык и быт советского человека довольно устойчиво, до такой степени, что для создания "атмосферы эпохи" зачастую достаточно упомянуть Стругацких или ввести в речь героев выражения типа "пикник на обочине", "благородный дон" и т.д. Такое проникновение творчества Стругацких "в быт" началось довольно рано - в середине 1960-х годов. Примером может служить роман С.Сартакова "Козья морда", а также "В Институте времени идет расследование" А. Громовой и Р.Нудельмана. Первое из упомянутых произведений особенно интересно, поскольку не относится к жанру фантастики (как легко видеть, большинство художественных произведений, в которых так или иначе упомянуто творчество Стругацких, относится именно к фантастическому жанру, чем, возможно, и объясняется наличие таких упоминаний - все-таки "собратья по жанру", или, как сказали бы сейчас - "одна тусовка"). Если же рассматривать "нефантастические" произведения, то и здесь можно увидеть свидетельство популярности Стругацких (Стругацкие упоминаются как хорошо известная всем "реалия жизни"). Причем, если проанализировать "контексты упоминания" ("авторы невероятных выдумок", "авторы эскапистской литературы", "средство самоидентификации инакомыслящих" и т.д.), то можно сделать и более далеко идущие выводы о роли творчества Стругацких в жизни советского общества - роли одного из символов "сопротивления" и "скрытого диссидентства".


Творчество Стругацких играло, в качестве своеобразного "опознавательного знака" играло и социальную роль. Если человек определенным образом реагировал на упоминание персонажа или характерного выражения Стругацких, он рассматривался как "социально близкий". Вероятно, такую же роль оно играет и сегодня.


За рубежом ситуация с упоминаниями Стругацких несколько отличается. Для публицистики как соц-, так и капстран упоминания эти не очень характерны, а для художественной литературы не характерны вовсе. Понятно упоминание в случае рецензии на исследование творчества Стругацких, понятно - упоминание, если в произведении автор видит хороший пример для рассматриваемого явления (впрочем, такие упоминания уже более характерны для литературоведческих работ). Но в каждом случае достаточно подробно объясняется, почему данное произведение (термины, насколько мне известно, отдельно вообще не приводятся) упомянуто. "Символических" же упоминаний, когда за неким термином стоит широкий контекст, понятный и автору, и читателю, и иногда уже не связанный с источником, в "чистой зарубежной" публицистике, по-видимому, практически не встречается.


"Новозарубежная" же публицистика - публицистика стран СНГ (и, шире, бывшего Советского Союза, тех государств, что в английском языке обозначаются аббревиатурой FSU) -очень походит на публицистику отечественную - обе они являются наследниками публицистики советской. То же упоминание Стругацких - по различным поводам, зачастую уже не очень связанным с темой статьи, - от упоминания некой страны (Эстонии, например), и популярных некогда книг до проблем телевидения и компьютерных игр. Из этих статей можно вынести некоторое представление о том, какие реалии мира Стругацких стали "культовыми", сначала - являющимися отсылками к определенным произведениям, а потом - просто к представлению об этих произведениях ("слег", "Флора", "туча будущего" и т.д.), можно понять, что Стругацкие много значили для поколения авторов статей, но трудно составить представление о собственно творчестве Стругацких. Впрочем, ровно то же самое можно сказать и об упоминаниях Стругацких в отечественной публицистике - что Стругацкие и их произведения (а также некоторые "реалии" из них) становятся символами. И уже важно не столько "реальное содержание" некого объекта, сколько то, что туда вкладывают авторы - считающие объект символом...


В эмигрантской, русскоязычной публицистике упоминания Стругацких иногда встречаются. Пока они еще имеют прямое отношение к теме статьи - так, например, в статье из Израиля упоминается проблема "специфического для интеллигента представления о чести", поставленная Стругацкими. Или вот - о М.Булгакове: "Лет через сто знаменитый писатель будущего Д. Строгов произнесет фразу, предвосхищенную братьями Стругацкими: "Понять - значит упростить". Много загадок оставил нам великий мастер Михаил Булгаков. Стоит ли сегодня упрощать творение правдивого рассказчика, разрушая тем самым таинственную и притягательную красоту непонимания?"


В СССР Стругацкие и их творчество стали символом, много значащим для всех читателей фантастики и не только для них. Это восприятие перешло "по наследству" к "странам FSU". Эмигранты же понесли его за рубеж, где для читателей русскоязычной прессы Стругацкие остались таким же символом, каким были в СССР. Но там сложилась уже своя система культовых знаков и писателей, в которую Стругацкие не вошли, оставшись просто "одними из писателей" - совсем не культовыми, совсем не такими, чьи произведения известны почти наизусть. Вероятно, именно этим объясняется практическое отсутствие "случайных упоминаний" Стругацких в зарубежной прессе - даже если некий автор и являлся большим их поклонником, совсем не обязательно, что читатели поймут аллюзию...