# Литература - убийца цивилизации

Леонид Александрович Ашкинази

Литература - убийца цивилизации


Чтобы выжить, человек должен был питаться, отдыхать и

размножаться. Поэтому данные три процесса (хотя бы в своих

ключевых точках) должны были доставлять человеку удовольствие. С

точки зрения эволюции "удовольствие" от еды и отдыха (например,

сна) реализовать было проще, поскольку эти процессы связаны с

химическими процессами в организме. И достаточно было настроить

центр удовольствия на вырабатывающиеся при еде и отдыхе вещества,

чтобы через миллион лет цивилизация оказалась перед проблемой

ожиревших родителей и бездельников-детей. С размножением и его

ключевой точкой - сексом - дело оказалось сложнее, центр

удовольствия пришлось подключать к нервным окончаниям эрогенных

зон. Но Конструктор справился и, отложив паяльник, заметил, что

худо-бедно, но работает, двуногие заполняют долы, грады и веси,

как песок морской. Что Он, собственно, двуногим и сулил.


Дальше начались проблемы иного рода. Для добычи пропитания надо

было думать, выслеживать, наблюдать восходы и закаты, пути

миграции и дороги на водопой, изобретать ловушки. Пришлось

подключать к центру удовольствия мозги, пришлось выводить подвид

двуногих, получающих удовольствие от думания. А для добычи самок

пришлось драться с себе подобными, Конструктор поступился

интересами индивида ради интересов вида и подключил к центру

удовольствия агрессивность. Правда, в этом случае Он опять решил

проблему через химию - замкнув центр удовольствия на адреналин и

выведя подвид, получающий удовольствие от драк. Через миллион лет

это аукнется спецназом, каскадерами, мировыми войнами и тайными

убийствами. А еще первые (которые с удовольствием от думания)

договорятся со вторыми и начнут придумывать для них оружие. И

немало в этом преуспеют.


Но пока что возникла устная литература, и часть человечества

начала заменять натуральные драки, натуральный секс и натуральное

думание слушанием рапсодов. Особенно хорошо заменялось первое -

народ прыгал, орал "Одиссею - ура!", выделял адреналин, ловил

кайф. Через миллион лет он будет орать "Спартак - чемпион!".

Механизм ровно тот же. Думание и секс рапсоды заменяли слабее -

психологический механизм сложнее; но отчасти удавалось и это.

Дома Ксантиппа, зато здесь послушали про Елену. Думать всерьез

лень, греки голосуют за сладкоголосого тирана или смазливого

идиота (попутно травят философов, чтобы не задавали дурацких

вопросов), зато здесь та-а-акие загадочные приключения, такие

деревянные кони, такие раздвинутые ноги, такие трупы!


Так что часть человечества отключилась от реальной человеческой

жизни, стали стадом, растениями, слушающими сказителей. Но

концертного зала "Лужники" еще не было, радио и TV - тоже, так

что процентов десять все-таки должны были жить реальной жизнью -

с настоящими драками, настоящими задачами, настоящими

длинноволосыми и волоокими подругами. А потом наступил гутенберг.

Сначала частичный гутенберг, а потом - полный. Потому что

аудитория увеличилась на порядки, один писатель обеспечивает

жвачкой миллионы. И неплохо обеспечивает, туды его в качель! Сам

видел - мой добрый знакомый С.П. встает ввечеру от клавиатуры,

кряхтя, потягивает спинку и произносит: "Ну что? Три трупа, две

постельных сцены - день прожит не зря". А у нас, между прочим,

писателей много, а у каждого - десятки тысяч читателей.


С историей мы разобрались. Теперь поговорим о сегодняшнем дне и

дне грядущем. Начнем с более простого прогноза. Скоро писать

книги будут компьютерные программы. Все. То есть все понятно.

Если для создания литературы должен был быть хоть кто-то, кто

испытывал хоть когда-то настоящие чувства, ловя ртом воздух,

падал в снег на настоящем восхождении, обмирая от восторга,

утыкался носом в настоящую женщину, то для компьютерной

литературы это не требуется. И не думайте, что это нереально:

преодолейте - ну, ради науки - брезгливость, прочитайте три-пять

дамских романов или про бешеного, который слепой без промаха. Ну

как, поверили, что это можно ставить на поток? Только имена

героев от главы к главе согласовать - впрочем, бригадный

литературный подряд ныне иногда и без этого обходится. А фиг ли?

Если в главе N Петя убил Васю и засадил Зине, а в главе N+1 в

морг попал почему-то Володя, и на насилие Пете жалуется не Зина,

а Нина, то что с того - читатель ведь между главами футбол

посмотрел. Диск отформатировал и пивком отлакировал.


Но этот жуткий прогноз: железка, Пентиум то ли пять, то ли

пятьдесят пять, пишет книги, а все человечество, все 100% жвачку

жуют - может и не реализоваться. Дело в том, что подобную

программу писать - квалифицированный программист нужен. Да не

один. А живой писатель, который может словесный понос цистернами

гнать, только бумагу в рулонах подвози, - он дешевле стоит.

Книгоиздатель не дурак, он знает, что трудовая копейка

бизнес-рубль бережет. До последнего уя все просчитывает -

посмотрите, какая нынче в масслите бумага, шрифт да поля. При той

же толщине тома (а в магазине мы именно ее оцениваем, на объем же

никто не смотрит) содержания в полтора раза меньше, чем в

нормальной книге. И вообще. Собственно текст делается все менее

важным компонентом дела. Расходы на раскрутку, на рекламу, на

оплату статей и передач, интервью и отзывов, престижных премий и

трогательных фотографий. Писатель - это не Виагра, которая сама

себя рекламирует. Писатель заботы требует. Но это так, попутно.

Компьютерные писатели живым не опасны, потому что живые писатели

тоже эволюционируют и к ситуации приспосабливаются. Они и

литературу к потребностям читателя приспосабливают. Более чем

успешно.


Вспомним три функции литературы - имитация драки, имитация секса,

имитация думания. Первое и второе уже доведено до совершенства, а

в третьем направлении процесс идет на наших глазах. В старой

фантастике - у Лема там, у Стругацких - в основу клалось одно-два

предположения и из них начинал раскручиваться сюжет. Это

требовало думания от автора и от читателя - если он хотел следить

за сюжетом. Но без этого ослабевало сопереживание, делалось менее

интересно, и поэтому несчастный читатель напрягался и думал. Тут

даже литература немного выходила из роли - не изображение драки

вместо драки и не рассказ о том, как она упала на ковер, вместо

ковра, а показ думания с примесью настоящего читательского

думания. Побуждал к думанию и классический детектив, хотя часто

разгадка сообщалась в конце и не была мотивированной. Стреляло не

ружье, а мирный табурет (в классической фантастике стреляло

именно ружье). А что мы имеем сегодня? Вместо фантастики -

фэнтези с артефактами под каждой подушкой и вообще боги и маги

среди людей. Как потребовалось убить - волшебный меч, спасти -

волшебный щит против этого меча. Волшебный прием против

волшебного лома. Волшебный винт, волшебная гайка, волшебный

шплинт. В детективе все решается в последней сцене, когда второе

лицо в одной группе оказывается агентом другой группы. (Кажется,

еще никто не допер до симметричного варианта, а круто было бы,

да?) Такой подход уравнивает "литературу мысли" с "литературой

мордобоя" и "литературой траха", превращая литературу соучастия в

"литературу изображения"...


...с окончательным превращением людей из людей действия в людей

созерцания. Дзенские мудрецы лохматого века сидели посреди

средневековья, бидзенских мечей и есиварских красавиц и призывали

к созерцанию. Посмотрели бы они на нынешнего созерцающего

читателя - выхватили бы свои бидзэнские мечи и под визг

есиварских красавиц учинили бы такое...