# История аккумулятора

Леонид Александрович Ашкинази

История аккумулятора


Сделали его далеко, на заводе, обнесенном колючей проволокой.

Кормили в столовке плохо, у рабочих была отрыжка, боролись с ней

посредством пахнущей мылом "Астры". Прикуривая, Петров отвлекся

от конвейера, а Сидоров в это время слушал рассказ соседа о

жизни, и получился брак. Для полноты жизнеописания аккумулятора

кадмий-никелевого герметизированного надо еще добавить, что

кадмий и никель добыли зэки, которых кормили совсем безобразно.

Экономически это наиболее целесообразно, как установили путем

прямого эксперимента советники самого Рамзеса номер такой-то по

экономике. Могли бы и посчитать, да вот незадача - главный

математик его величества, фараона обоих царств, сидел на колу, и

было ему не до теории. Брякнул во время аудиенции какую-то

глупость по-древнеегипетски насчет доходов и расходов. Ну, а

поскольку в его деле уже значился невосторженный отзыв о воине с

хеттами... Впрочем, плохое кормление зэков на качестве руды не

сказалось, только на количестве, ну это количеством же и

компенсируется, а вот отрыжка Петрова привела к браку. Такова

диалектика, как сказал бы Иванов, добывший кадмий и никель. Он,

будучи математиком, вычислил и добычу, и расстояние от рудников

до границы, и глубину штолен, и даже доказал, хотя и

теоретически, что их, добытчиков, следовало бы лучше кормить. Но

начальник лагеря, даже если бы все это понял, - а он был способен

это понять, так как его сын носил домой двойки и поэтому

начальник науку уважал, хотя и не знал, зачем она нужна, - не был

бы в силах ничего изменить - ни рудники приблизить к границе, ни

порции увеличить. Зато один из соседей Иванова по штольне

выслушал его, прикрыв желтые от курения анаши веки и, мысленно

поблагодарив Аллаха, вложившего умные мозги в эту глупую голову,

дал затянуться Иванову. Того чуть не стошнило. Через месяц его

соседи по штольне совершили удачный побег. Начальник стал замом,

а его зам - начальником, но руда осталась такой же.


Итак, бракованный аккумулятор. Правда, брачок совсем маленький,

на работу он не влияет. Так-то оно так, но военпред его не

пропустил - они питались в своей столовой, там кормили лучше.

Согласно маршрутной карте брак должен был идти под пресс, но

жить-то людям надо? Короче, пройдя ряд рук, пересекши полстраны и

слегка возросши в цене, аккумулятор оказался у меня, очутившись

при этом в доме, соседнем с тем, где жил когда-то Иванов, но

этажом выше. Такова диалектика, сказал бы тот, узнав об этом, и

добавил бы две-три фразы о спирали, развитии и подъеме на новую

ступень, этаж или горизонт. Впрочем, после побега их смену

перевели в другой лагерь, и на другой горизонт, и на другую руду.

Противогазы выдавали, но старики говорили, что это все равно

бесполезно, год за десять, если выйдешь, так что считай сам, если

ученый. У тебя пять, ученый? Можешь противогаз не носить, зря не

потеть. Чего побледнел? На, держи бычок...


* * *


Крысы совершенно обнаглели. На кухне им грызть было уже нечего, и

они стали забегать в комнату. Временами у меня появлялось чувство

нереальности происходящего - как будто я не жил, а смотрел кино.


Где же об этом писали? Дневник Гиппиус, "Доктор Живаго"...

вековой крысиный юбилей. И холод, холод, как в этих книгах,

молчащий телефон, исчезающие люди, отключенные батареи и

стеклянный минус в щелке пенопласта. Ощущение нереальности

проходило только когда я слышал стук пружины, последний писк,

топоток когтей и довольное урчание ее друзей по стае. Каждая

крыса умирает в одиночку. А пискнуть они успевали потому, что

пружина была слаба; но сильную я бы уже не натянул. Убирать не

приходилось - через полчаса все было вылизано до блеска. Мы

заложили окна пенопластом, оставив щели для света. Я успел

запастись бензином, и даже при отключенном газе мы иногда

разогревали еду на туристском примусе. Он многое повидал, но

конец его биографии, конечно... Вообще, спортивные навыки

помогали. И еще помогла механическая бритва - аккумулятор на это

я бы тратить не стал. Все ресурсы шли на заводы, вроде того, где

сделали этот аккумулятор. А благодаря ему я мог слушать радио.

Страна собирала последнее горючее для последнего самолетовылета,

последнее электричество для наведения на цели последних ракет.

Глушители работали вовсю, но кое-что, как и раньше, удавалось

слышать. По-видимому, кормили в радиоцентрах так же, как и на

заводах, и сотрудники боролись с отрыжкой посредством курения,

отвлекаясь от наблюдения за эфиром.


За стройными рядами, дружно марширующими вперед, к победе и т.д.,

скрывается бардак, и, может быть, те, кто зачищал улицы и дома

для тотальной трудмобилизации, в тот день, когда они должны были

дать нам в руки деревянную лопату, сами красили забор или клеили

плакаты? На краску и бумагу ресурсы выделялись, а что до клея -

так бумага отлично примерзала к домам. "Достойно встретим" алело

слева и справа от моего подъезда.


На достаточно большой глубине человеческая природа неизменна -

рационализированная и военизированная жизнь древних шла под

соусом веры в таинственных духов и демонов, во все времена у

людей был этот выход - злая жизнь компенсировалась верой в

доброго бога, и только наше время подарило людям бога с кассетной

боеголовкой.


В тот день, когда нашу - впрочем, вполне бесполезную -

организацию сделали круглосуточной, перестав выпускать людей за

ворота, я просто прошел мимо проходной. Слава богу, взвод солдат

у входа было видно издалека. И две-три знакомых спины, так же

проследовавшие мимо... Говорят, иногда хватают на улицах, но сто

грамм спирта гарантируют жизнь. На том запасе продуктов, что

успели собрать, мы смогли протянуть два месяца. Потом столбик за

окном опустился еще на горизонт, потом замерзли трубы, потом...


Потом смолкли глушители, я подключил магнитофон к аккумулятору,

поставил орган, чиркнул спичкой, вдохнул дым и закрыл глаза. Раз

отключили глушилки, значит, оставались минуты.