# История

Леонид Александрович Ашкинази

История


Вот бежит на работу с портфельчиком, вот в магазин с сеточкой -

один я из почти трехсот миллионов, как все, только вот чукчи с

сеточкой не бегают, они оленя едят. Все из нее вышли и все в нее

уйдем, в ту, которая общенародная собственность. Только вы вот

уйдете - и с концами, а меня запомнят. На века память останется.

Чего уж тут, все свои, хочется... да, хочется. Чтоб не как окурок

мимо урны, а чтоб люди знали, все, которых почти триста

миллионов. Оно, может, и вам хочется, да только у вас вот не

выйдет. Ну да вы не обижайтесь, это я не чтоб обидеть, а так...

факт констатирую. Живите себе на доброе здоровье, со стенками,

дубленками и дипломатами, электроникой там всякой и мальбором.

Живите. А у меня с потолка течет, соседка-хулиганка с кухни

табуретки ворует. Что такое соседка? Вот-вот, вы уже забыли слова

эти - "коммунальная квартира": скоро, скоро мое времечко

наступит. Лет через тридцать буду с трибун притихшим залам

рассказывать про склоки из-за лампочки в туалете - сорок ватт, не

много ли, да о форточках, открываемых, чтобы газ задувало. Вы вот

в машине на дачу едете, а я в историю войду. Последний житель

коммуналки. Санузел раздельный. Первых и последних этажей не

предлагать. Непонятно? Язык нашего времени - он ведь тоже какой

работы потребует: словари писать буду, без них же потомки ни

Ильфа, ни Петрова не поймут. Будут ко мне ходить, на

магнитофоны-диктофоны записывать, будут, рты раскрыв, пионерчики

слушать будут, в "почетные" примут... Вот и войду я в историю,

воспоминания писать буду. В жизни, скажу, есть место подвигам,

наше, скажу, время, все подвигом было...


Вы только не обижайтесь, что я сказал, что у вас в историю не

получится. Вот я о вас напишу, и вы тоже в историю войдете. Этого

ведь всякому человеку хочется.