# Рукавичка на батарее

Леонид Александрович Ашкинази

Рукавичка на батарее


Третий день на батарее на моей площадке лестницы лежит варежка.

Размер не детский. Какой не ребенок забыл ее?


... Это был третий, в этом доме - последний, этаж, они отогрелись

и стали шептаться, а потом начали потихоньку обниматься, и она

думала о том, что будет потом, и хотела как-то это "потом"

представить, забывая о том, что никакого "потом" в чужом подъезде

в одиннадцать вечера не будет, а он пытался уловить запах ее

духов и вообще ни о чем не думал.


(Он запомнит этот запах на всю жизнь и через десять лет, встретив

полосу такого запаха в метро, вздрогнет. Он даже попытается

оглядеться и получит легкий тычок в спину от добрых, но сильно

спешащих сограждан).


За одной дверью визжали дети, но что именно визжали они? Слов

было не разобрать, ибо за той же дверью, благо квартиры у нас

коммунальные, выяснялся какой-то сугубо деловой вопрос. Кажется,

что-то о десятке... но прислушиваться и разделять два сигнала

было некому. Эти двое были заняты друг другом. Они были молоды,

поэтому заняты именно друг другом, а не собой.


За другой дверью кто-то долбил фортепиано (культура!), а под его

возвышенные звуки читалась столь же возвышенная мораль о

неправильном поведении; наверное, ребенку и, наверное, в другой

комнате, но на площадке ругань и аккорды сплетались воедино.


Они были так увлечены друг другом, что не только не слышали этих

звуков, но и ушли, забыв рукавичку. Должен ли он был быть более

внимательным, нежели влюбленным? На этот вопрос никто не даст вам

ответа.


Почему мы так любим время от нуля до одного, когда засыпают дети,

когда закипает чайник, когда тишину прерывают лишь сосед,

прошаркавший в туалет, и топоток мыши, иногда забегающей в

комнату? Мы пьем чай, на этой земле гордо именуемый "индийским",

и смотрим друг на друга чистым, не замутненным прожитыми годами

взором. Правда, весь прочий мир - и Запад, и Восток - назвал бы

этот чай "лошадиной мочой". И еще обидно то, что, прожив жизнь и,

как многие утверждают, поумнев, человек умирает таким же дураком,

каким жил, не могущим ответить на вопрос, как соединить

внимательность и влюбленность, и что нужно - и нужно ли что-то -

сделать для тех, кто забывает рукавички на площадках верхних

этажей старых домов...