# Как это прекрасно, когда болят ноги

Леонид Александрович Ашкинази

Как это прекрасно, когда болят ноги


Однажды ты делаешь глупость, не важно какую, а важно, что повреждаешь кожу на подошвах, и тебе становится трудно ходить. То есть больно. То есть при каждом шаге, как эта, андерсеновская русалочка, только та за любовь заплатила, а ты - за глупость. Оно, конечно, пройдет со временем, если правильно лечить, но не скоро, ибо не просто кожу ты повредил, а как бы это помягче сказать... ткани. На некоторую глубину.


И вот ты медленно идешь по городу, шипишь на каждом втором шаге и тщательно просматриваешь траекторию, дабы покороче. Тем более - гармония, блин! - время просматривать у тебя теперь есть.


Ты идешь и замечаешь людей, дома и рекламу. Какие люди все разные! Какие дома... да, тоже разные. Какая смешная и дебильная реклама. Каким креативным надо быть, чтобы придумать такую кретинскую рекламу для своей таргет-дебил-групп!


Ты узнаешь, что туфли, которые вчера были не вполне удобными, стали спасением, а домашние тапочки - мучением, и начинаешь ходить дома в - о ужас - уличных туфлях.


Ты медленно идешь по городу и мысленно разговариваешь с любимой, неважно, что она сидит в опере или смакует строго ограниченную ею самою (ибо она строга) конфету - она отвечает незамедлительно.


Ты обнаруживаешь, что вниз по лестнице - это проблема, а вверх - ничуть не сложнее, чем по ровному месту. А потом ты изобретаешь вниз на пятках и становится ничего, только надо внимательно целиться (ты боялся, что состаришься и не будешь в институте после лекций сбегать с пятого на четвертый вприпрыжку? - накаркал... мысленно. А канает ли "мысленно" за "накаркал"? Как видим, канает...


Но потом ты изобретаешь вниз боком и вообще жизнь становится вариабельна!


Ты обнаруживаешь, что на эскалаторе самое сложное - сойти с него, особенно если кто-то стоит сзади. И что вообще страшны переходы между режимами, но ходить вдоль доски всю лекцию тебе привычно, а вот соблазниться и сесть - а этого так хочется и это так естественно - нельзя. И ты вспоминаешь, как учили в альпсекции: если преодолен длинный подъем-"тягун", то ни в коем случае нельзя расслабляться - а так хочется и так естественно!


Ты обнаруживаешь, что тело находит и запоминает правильные движения, совершенно так, как в кровати с любимой - но там через две недели, а тут на третий день. Это наводит на размышления о пользе боли для любви, ты пугаешься и с грохотом захлопываешь люк за этим размышлением. Где, блин, мой ключ? Я старый вакуумщик, сейчас затянем трубой, ну держитесь, шпильки Х18Н10Т!


Ты понимаешь, что уменьшить дозу на одну таблетку может быть победой. А не озираться в метро в поисках сидения - большой победой! А однажды ловишь себя на том, что широко расположившаяся и целующаяся парочка вызывает у тебя не скептическую мысль - а моя-то целуется лучше! - а совсем другую и раздраженную. И краснеешь, точнее - полагаешь, что покраснеть было бы правильно.


А потом ловишь себя на том, что глаза трусовато высматривают перила, и краснеешь взаправду.


А вот проблема - как в ванной попу помыть. Потому что сидя на решетке можно помыть все, кроме нее, а ее тоже надо. И понимаешь, что есть люди, у которых именно это - проблема.


И потом ты понимаешь, что есть люди, которые так живут годы - с болью при каждом шаге. И есть люди, которые годы живут просто с болью. И что на них не написано. И что есть люди, которые живут так весь день, если повезет, а если не повезет - а не везет один-два раза в неделю, - то и половину ночи. Это вообще-то можно проверить - вложить туда, вниз, в туфли, что-то не очень острое, чтобы не ужасаться вечером в ванной, а так, аккуратно, отмачивать носочки.


И вот ты медленно идешь по городу, замечаешь дождь, людей, дома и рекламу, обращаешься смской к любимой, и капли, и капли на дисплее, и лишь сам себе отвечаешь, и думаешь, что есть люди, которые годы живут просто с болью.


А еще можно попробовать закрыть глаза и прожить так один день. Просто один день.