# Дочь Неба

Леонид Александрович Ашкинази

Дочь Неба


З.Р.

Ты говоришь, что небо - это стена,

я говорю, что небо - это окно.

Нау


Она вошла в комнату грациозно и осторожно, прошла по плотному грубому ковру от высокой двери до стоящего посередине стола (две плоские тарелки с фруктами, бутылка, простые бокалы), повернулась боком и медленно опустилась в кресло с высокой прямой спинкой. Он очертил ее фигуру теплым удовлетворенным взглядом и произнес, улыбаясь: "Вот видишь, все хорошо. Теперь мы точно знаем, что все мы - одно. Что мы - наследники одной цивилизации, одной культуры, одной биологии. Мы были правы. Мы будем вместе, и когда-нибудь мы узнаем, кому именно мы наследуем". А у нее где-то на задворках сознания неспешно проплыла мысль: "Они все о науке...". Она сейчас ни о чем не думала. Она чувствовала и ждала.


* * *


"Конус разбитого на басовые октавы грохота достиг океана". Ракета, пробивая облака и слегка покачиваясь на столбе огня (ручное управление), шла вниз, разумно целясь в широкую прибрежную полосу. Не в лес же и не на скалы же садиться? Да и город, столица страны, был неподалеку.


Она стартовала с соседней планеты этой же звезды. Уровень цивилизации еле-еле достигал межпланетных перелетов, ракета была первой и экспериментальной, и пилотировала ее женщина, ненаследная принцесса, ибо престол могли наследовать только лица другого пола, а этому - этому отводилась понятно какая роль. В маскулинной цивилизации, занимающейся войнами и грабежом, место женщины - у плиты. Разумеется, принцессе у плиты стоять не придется, ей предстоит украшать жизнь мужчины иными, недоступными простолюдинам способами. Для этого следует своевременно получить изящное образование, изучить культуры и куртуазии государств - покоренных, и еще не покоренных, и, конечно, самого великого, своего. Но так встали звезды и так сложились гены, что IQ героини нашего повествования оказался достаточен сначала для изучения астрономии и математики, а потом для дружбы с разработчиками первой космической ракеты. Которым, не слишком избалованным вниманием королевского дома, льстил интерес хоть и не имеющей какого-либо веса при дворе, но милой, доброй и быстрой разумом ненаследной принцессы. И пока ее старшие братья прикидывали, кто погибнет в очередной войне и кто унаследует трон в очередной грызне, она - благо контроль за ней был пока слаб - пропадала среди ученых и инженеров. Никакой принц недопокоренный страны к ней еще не сватался, и это было счастье: во-первых, от одной мысли о династическом браке комок подкатывал к горлу, а во-вторых, пока не было речи о браке - почти не было речи и о контроле. Когда-нибудь золотая клетка должна была захлопнуться до конца, но звезды и гены встали так, что...


Ракета, пробивая облака и слегка покачиваясь на столбе огня, плавно шла вниз.


* * *


В этой системе было четыре планеты, две из них - обитаемые. Радио было открыто почти одновременно обеими цивилизациями век назад, некоторое время спустя - телевидение. Две цивилизации обнаружили друг друга и были немало удивлены сходством. Внешность, путь развития, даже легенды были похожи. Вот язык - нет, языки оказались разными. Возникли, естественно, две гипотезы. Первая - одна из цивилизаций порождена другой. Вторая - обе цивилизации порождены какой-то третьей. Против первой говорило отсутствие сохранившихся "транспортных средств", и что не менее важно, отсутствие следов биологического развития - останков очень древних людей или предшествующих цивилизаций. Вторая гипотеза требовала довольно искусственного предположения, что какая-то экспедиция, возможно, летевшая в поисках планеты, пригодной для заселения, сделала остановку в этой системе, посетила по крайней мере две планеты и полетела дальше, но какие-то две небольшие группы решили остаться и, скорее всего нелегально, реализовали свое безумное решение. Нелегальность имела своим следствием малое количество припасов, оборудования, инструментов и т.д. Результат - частичное одичание, но потом относительно быстрое возрождение до начального, доатомного технологического уровня.


* * *


И она решила сбежать. Сбежать вон туда. С этого дня она старалась не поднимать голову и не смотреть вверх, чтобы окружающие ненароком не догадались. Наконец, выбрав день, когда ракета была почти готова к испытаниям и заправлена горючим... Точнее, выбрав ночь. Полигон не охранялся - а даже если, разве она не сумела бы? Надо было еще знать кодовый набор цифр, открывавший пульт управления, но его она знала. Ну не мог молодой инженер устоять перед ее горячим шепотом: "Скажи, скажи, я хочу знать то, что знают лишь мужчины". Она познала и теперь закрывала за собой люк. Загадочно улыбаясь, повернула рычаги-запоры, отсекая себя от золотой клетки, от предусмотренной судьбы, от, от, от... не хочу. Не хочу думать об этом, не буду думать, забуду, забуду через пять секунд! Она села в единственное кресло перед единственным на всей планете пультом управления ракеты и набрала 137036. Огни зажглись, стрелки поплыли влево и встали на зеленое. Самое странное, что нажать "пуск" оказалось проще всего. Как сладко скользить по влажным от ночного ливня направляющим, - успела подумать она. А потом чувства уступили место работе - управление было ручным.


* * *


"Конус разбитого на басовые октавы грохота достиг океана". Ракета, пробивая облака и слегка покачиваясь на столбе огня, шла вниз, разумно целясь в широкую прибрежную полосу. Не в лес же и не на скалы же садиться? Да и город, столица страны, был неподалеку.

И через несколько часов власти двух планет оказались перед неслабой проблемой. Одни требовали немедленной экстрадиции, но как? Мы бы типа рады, но... эээ... технические трудности... короче, она говорит, что горючего у нее хватит на три таких перелета, но категорически отказывается... в циничной форме... не можем процитировать... эээ... а мы сами, пардон, не умеем... нет, обучить категорически отказывается... в категоричной форме... не можем представить себе, что принуждаем принцессу... ах, преступницу и беглянку... пардон, надо подумать...


...С другой стороны, подумайте сами, неоценимый источник информации, как можно лишиться, нет, надо с ней дружить... наши стратеги воют от восторга... надо тянуть время... ах, угрожают бомбардировкой... надо подумать... высшие интересы... соображения... А могут ли они устроить эту бомбардировку? Ах, прогнозы неопределенные... Блеф, ничего не могут?... Эээ...


* * *


Но долго раздумывать не пришлось. Войска небольшого государства, даже не считавшегося стратегами "соседним", ибо отделенного труднопреодолимыми хребтами, эти хребты сумели преодолеть. Собственно, для них они и не были труднопреодолимыми. Когда информация об этом вояже, о трех колоннах, которые шли по территории ровно и легко, как кинжал входит в тело, когда она достигла столицы и мудрецы начали ломать головы и суетиться, было уже поздно. Цивилизации этой планеты не знали авиации, но зато эта знала пятидесятиметровые каучуковые тяжи и запускаемые ими с ровного места индивидуальные планеры с десантникам. Жертв не было - увидев планирующих птиц с людьми, охрана разбежалась, роняя не только штаны, но и оружие. Единственной жертвой оказался главный жрец, который после сильных всенощных бдений был малость не в себе и поэтому выбежал навстречу десанту с криком "кыш, кыш". Единственный выстрел из нового оружия - скорострельного многозарядного арбалета. Ни скорострельность, ни многозарядность не потребовались. Позже юный стрелок получил выговор за несдержанность и необоснованную трату боеприпасов.


* * *


Он вошел в тронный зал с рассеянной улыбкой, один, без охраны, и это было страшнее всего, ибо попирало традиции. Человек среднего роста и веса, металлопластовый комбинезон, пятна пота под мышками, кевларовые пластины прикрывают голову - затылок, макушку и виски, штатное оружие - суперарбалет - за спиной, ритуальный меч главнокомандующего на правом боку, сверх всего - слабые невнятные отблески перед лицом и сбоку. А другой человек, человек в роскошном халате, сидевший на троне и ошибочно полагавший, что сидит на нем последний раз, растерянно спросил, почему гость без охраны. Вошедший дружелюбно пояснил, что его части - можете посмотреть в окна, они стоят так, чтобы вы их видели - в три минуты сровняют это все с землей, если что не так... "А если мы возьмем вас в заложники", - вкрадчиво поинтересовался один из жрецов. "Это у вас вряд ли получится, - по-прежнему дружелюбно пояснил гость - охрана ваша разбежалась... Это наш устав позволяет предпринимать операцию при риске один к шести, а вы сильно любите жизнь - не важно какую. Так что не рекомендую". "А что вы скажете на это?" - спросил другой жрец и показал глазами на "ряд круглых черных отдушин под потолком". "А ничего не скажу, - ответил гость и продолжил: - Мой десант высадился и на крышу. Варваров за бойницами уже нет". (Кстати, это была правда, но он не сказал, что металлопласт не берет стрела из духовой трубки, а перед лицом у него последнее достижение его инженеров - полоса непробиваемого стекла).


"И чего же вы хотите?" - устало произнес человек на троне, ошибочно полагавший и даже уже привставший, брякнув украшениями. "Можете сесть обратно, - ответил гость, - вашим троном мы не интересуемся. Вы выдадите нам женщину, прилетевшую со звезд".


- А где ваша честь воина? А если она не захочет? - зашумели жрецы.


- Не вам, никогда не державшим в руках ни меча, ни ледоруба, учить меня чести, - высокопарно произнес гость. - Захочет она или нет - решит сама. Комнату для переговоров и ее. Даю две минуты.


* * *


- Вот такие дела, я все тебе рассказал, запись радиопереговоров показал, теперь решай. Эти старцы будут торговаться и торговать тобой. Я - не буду. Мы не будем. У нас это как-то не принято.

- А если... если мои... будут угрожать бомбардировкой или прилетом?

- Они не идиоты. Бомбардировка неэффективна. Прилет? На чем? Перебросить сюда достаточно войск они не могут. Десант спецназа и выкрасть тебя? Нереально, мои бойцы лучше, а учитывая незнакомую ситуацию...

- И вы действительно могли "сровнять с землей"?

- Да. У нас есть снаряды, которые взрываются не при контакте, а внедряются в стену и взрываются внутри стены или даже в помещении - на выбор. Три минуты - и было бы ровное место.

- Но ведь и ты погиб бы?

- Если бы они рискнули попытаться взять меня в заложники - что невероятно - и сумели бы это - что уж совершенно невероятно, - мои уничтожили бы тронный зал, я оставил недвусмысленный приказ.

- А я?

- Мы знали, в каком ты помещении, оно бы уцелело.

(пауза)

- А моя ракета?

- Я оставлю роту, они встанут лагерем, мышь не проскользнет. За двадцать дней подготовим площадку, ты перелетишь через хребет и приземлишься у нас. Или жди год, взрывотехники пробьют тоннель, и переправим. Мои инженеры уже оценили вес и сказали, что платформы на эти параметры у нас есть.

(пауза)

- Но ты сможешь перелететь, я вижу.

(пауза)

- Наши ученые и инженеры ждут тебя. Да и у наших культурологов и мудрецов есть вопросы. Много-много вопросов... Конечно, с культурой у нас чуть слабее, чем здесь. Просто было мало времени. Но мы будем... - он широко улыбнулся... - мы будем отпускать тебя в музеи и концерты. Дорога не дальняя - два дня. А сквозь хребет пробьем тоннель, - она наконец улыбнулась. - Конечно, отпускать будем с охраной. И со мной? - спросил он неожиданно. - Ты будешь брать меня с собой? - спросил он. Спросил неожиданно. То есть ожидаемо. Ожидаемо ею...


* * *


Она вошла в комнату, прошла по грубому ковру до стоящего посередине стола, повернулась боком и медленно опустилась в кресло с высокой прямой спинкой. Мудрец, один из тех, кто пол-года донимал ее вопросами, очертил ее фигуру теплым удовлетворенным взглядом и произнес, улыбаясь: "Вот видишь, все хорошо. Теперь мы точно знаем, что все мы - одно. Что мы - наследники одной культуры, одной биологии. Мы будем когда-нибудь вместе и когда-нибудь мы узнаем, чьи мы наследники". А она сейчас ни о чем не думала. Она чувствовала и ждала.