# Инженер и время

Леонид Александрович Ашкинази

Инженер и время


Земля покоится на трех Технарях,


они стоят на гигантском Инженере,


а он бороздит безбрежный Физический океан.


Из Интернета.


Поляна, ласково шелестят листья, родное племя сидит вокруг, я показываю, как привязывать жилами пещерного медведя правильно оббитый камень к палке, оптимально обструганной другим, оббитым тоже правильно, но совсем по-другому, камнем. Глаза любимой Э-уа внимательно следят за моими движениями. Ее губы -- я вижу -- шепчут: "Мы восхищены". Она знает, как я люблю эту цитату. Мой великий предок Аыуыхх, провертевший первую дыру в камне, был, по-видимому, первым инженером. Я пошел по его могучим мозолистым стопам с неотведенным большим пальцем -- нашей гордостью -- и усовершенствовал его творение. Ибо по его технологии прочность камня и прочность древка, на которое он насаживался, были связаны через диаметр отверстия; по моей же эти величины независимы. Это облегчает оптимизацию, кроме того, придуманный мною технологический процесс менее трудоемок и допускает разделение труда, которое как раз и возникнет завтра в моем родном племени. А вовсе не спустя почти миллион лет в производстве булавок на фирме, кажется, "Мракс и купи..." ох, не помню... впрочем, когда я попаду туда, я не буду иметь, к счастью, счастья их знать.


Инженерия стоит между наукой и производством, она неотделима от них обоих. Ведь кто-то обнаружил, что у камней бывает разная твердость и износостойкость -- а без этого и дыру не провертеть. С другой стороны, теперь мое племя наладит производство замечательных каменных топоров, наши охотники станут добычливее, охота -- безопаснее, женщинам станет легче разделывать крупную добычу, жить станет лучше. А может быть, и веселее, когда мы завоюем соседнее ущелье. Там, как известно, лучше растут съедобные коренья; конечно, жрец у нас плюгавый да убогий, но причину для аннексии уж как-нибудь найдет. В эффективном племени жрец должен быть, эффективному менеджеру работа всегда найдется.


Собственно, для чего мы, инженеры, нужны человечеству? С сегодняшнего дня и минимум еще миллион лет? Казалось бы, для двух задач -- лучше жить и завоевывать соседей. Мы лишь несколько миллионов лет как слезли с веток, но уже все, даже самые глупые самки, не говоря уж о моей умнице Э-уа, поняли, что причина всех войн одна -- надежда отнять, чтобы лучше жить. До самцов моего племени это, правда, дошло еще не до всех... может, их развитие тормозит общение с нашим жрецом... Я знаю, потом наступит регресс, пройдут сотни тысяч лет, будет создана огромная система лжи, оправдывающая войны, агрессии и захваты соседних ущелий, оправдывающая вежливых питекантропов с каменными топорами.


Но примерно через миллион лет до людей, далеких наших потомков, дойдет, наконец, что войны только разоряют. Что охота и то, что тогда будет называться работой, дает на больших временных интервалах больше мяса и кореньев. Потому что трудами нас, кроманьонских инженеров, производительность труда возрастет так, что -- да, моя умница, да! -- именно работа станет приносить больше мяса и сладких кореньев (которые ты, Э-уа, я знаю, уже припасла для меня). Именно тогда, именно потому -- а вовсе не из-за наивных феминистов, то есть пардон, перепутал -- пацифистов -- люди перестанут воевать, а инженеры перестанут создавать несущее смерть. Но мы, творцы техники, все равно будем нужны -- чтобы люди жили лучше, чтобы твои, Э-уа, наряды стали изящнее, воздушнее и эээ... прозрачнее, чтобы в пещере стало светлее, наше с тобой ложе -- уютнее, а путешествия по соседним ущельям -- легче и интереснее.


Ад-амм оглядел почтительно слушающее его родное племя, сформулировал домашнее задание, хозяйственно и демонстративно хлопнул по заду любимую (племя одобрительно кивнуло) и удалился под своды. Там его движения разительно изменились... эти двое были вместе уже несколько лет, и она до сих пор не могла привыкнуть... правда, уже не пугалась, как в первый год... А когда она, счастливая, свернулась клубочком на ложе и сладко засопела носиком, пробормотав -- ты там не чешись, не позорь племя, -- он встал и двинулся в глубь пещеры. За поворотом он остановился, огляделся, проверяя, все ли в порядке, подошел к стене, нажал некоторое число раз на две еле заметные царапины, меланхолично шагнул вперед, прямо...


... в стену...


... и вошел в родную квартиру. Он снова почесался, мысленно одернул себя, сел к компьютеру, ввел пароль "mirov_privodnye_remni" и начал проверять свою почту. На одном письме остановился и задумался: серьезное издательство с несерьезным названием МИФ приглашало его быть научным редактором перевода How Technology Works... энциклопедии техники для детей... Он еще раз почесался -- полжизни в родном племени сказываются -- и задумался... Да-а, задачка... это вам не оленьими жилами правильно оббитый камень к нефритовому стеблю привязывать...


Он еще раз задумчиво почесался... когда вернусь, родное племя спросит -- что новенького в будущем? Информацией о том, что такого сделал один новый политик, что на него другие политики и пресса, брызжа слюной, кинулись, да какую мерзость и подлость сделал другой со товарищи, в каких шкурах была какая дива на каком подиуме и докуда эти шкуры у нее задрались, -- этим ведь не отделаешься. Они же про инженерное дело спросят, они же не чета нынешним телевизорообработанным, они люди конкретные. Камень, палка, жилы, мамонтятина, Э-уа, то есть подруга...


И тут его осенило: я ж как раз в процессе редактирования все то, чего не знаю, изучу! Да не по детской, и не по википомойке! А по необходимости, да по серьезным источникам! Но! -- оборвал он полет своей гениальной мысли. -- Это же физика, инженерное дело, это ж им пока непостижимо... вот лет через пять, если будут хорошо меня слушать и все домашки делать... и ЕГЭ по физике и химии будут им не страшны... или не страшен... мысли его привычно путались, как и у всех, живущих, как он, в двух временах -- есть ли еще такие?! -- одиноко и тоскливо подумал он и, как обычно при когнитивных, ментальных и прочих затруднениях, побрел в глубь своей пещеры, к книжным полкам, уставленным словарями и справочниками... Но по дороге, как обычно, свернул почему-то к холодильнику...


* * *


Поляна, ласково шелестят листья, родное племя сидит вокруг; на этот раз я не показываю, как привязывать жилами правильно оббитый камень к палке, правильно обструганной другим, оббитым тоже правильно, но совсем по-другому, камнем. Однако глаза любимой Э-уа по-прежнему внимательно следят за моими движениями. Ее губы -- я вижу -- шепчут: "Мы восхищены". Она знает, как я люблю эту цитату.


Наши далекие потомки, -- назидательно начинаю я, -- во многом учтя наш опыт, -- должен же я что-то сказать воодушевляющее, не призывать же создать телепатически управляемый летающий атомный топор, -- создали систему принципов, обеспечивающих успех любой сложной деятельности. Во-первых, важны исторические факторы.


Смотрите: в прошлом поколении мы научились скоблить шкуры. И мы это умение сохранили. Мы научились добывать вкусный мозг из костей некоторых животных. И это умение мы тоже сохранили. Но в данном случае вот что важно -- мы научились обрабатывать жилы, сохраняя их прочность и эластичность.


-- И мы теперь это используем! -- радостно вставляет Э-уа. Я хмурюсь -- племя должно видеть, что я не гуманист, то есть тьфу, не феминист, с этим у нас строго, -- но киваю. Потому что, по сути, она права.


Потомки наши -- продолжаю я -- большое значение науке придают. Мы тоже это делаем. Вы все знаете -- есть у нас в племени биолог, кто сок каучуконосов изучал? Этих, как их... одуванчиков и бересклетов? Это и была наука. А без ее работ как бы мы рождаемость в племени регулировали? Науку развивать надо, пусть выведет наша биологиня новые каучуконосы, чтобы толщину каучука уменьшать без потери прочности и надежности.


Внутриплеменная биологиня кокетливо наклоняет голову. В бересклетах она разбирается.


Наши далекие потомки -- говорю я -- придают большое значение тому, чтобы избавиться от каннибализма.

Племя ошеломленно затихает. Кто-то робко спрашивает: -- У них такой чудовищный регресс?!

-- О, простите, -- уточняю я, -- некоторые из них едят друг друга морально, ментально и когнитивно... ну, в общем, психологически.

-- А разве это лучше? -- робко спрашивает Э-уа.

-- В том и дело, что часто это делается незаметно, и потому бывает еще хуже, -- отвечаю я. -- Поэтому лучшие из них выдвигают принцип: люди должны делать каменные топоры вместе, и спать вместе, и не тянуть ночью всю шкуру на себя.

Э-уа робко прижимается ко мне. Она знает -- я так не делаю. Но побаивается, то есть робеет.


-- И вообще для любой деятельности лучше, чтобы людям было интересно ею заниматься. Вот наши охотники -- спросите любого -- скажут, что охотиться интереснее, чем собирать коренья. А что великого Аыуыхха задрал пещерный медведь во время охоты, так мы мемориальную табличку у входа в пещеру сделаем. Это, мол, последнее место его жительства, могучего и смелого... И вообще, у нас в племени оптимальное сочетание, а если не оптимальное, то мы того, в соседнее племя наведаемся...

-- А то они, по агентурным данным, откочевать собираются, -- встревает жрец.

-- Это мы учтем при разработке планов квартала, -- киваю я ему, а про себя думаю: олух, у нас на зиму мяса не запасено, а тут он со своими бредовыми идеями. Надо с ним отдельно поговорить. Жрец от слова жрать...


-- Мы должны смело осваивать новые методы конструирования каменных топоров, чтобы молодежи было интересно их конструировать. А новые модели их конструкторы пойдут испытывать в соседнее ущелье, вот ты, жрец, лично их возглавишь и поведешь...


Жрец бледнеет, а Э-уа зарывается носом в мою могучую шерсть на спине и тихо фыркает -- она все поняла. Или это она так нос вытирает? -- ладно, вечером разберемся.


-- Производственные мощности у нас небольшие, весь регион топорами не завалим. Надо нам послать гонцов по соседним ущельям, пусть выяснят, какие именно топоры кому нужны, количество, сроки, условия оплаты, бартер там, доля в добыче... Зам по экономике, ты тут? -- обеспечь молодежь инструкциями и отправь гонцов, три восхода солнца даю, дело срочное. Нам нужен нишевой рынок. Это от слова "ниша" -- поясняю я -- вводя новое слово в словарь праязыка... надо потом, там, Милитареву будет рассказать, откуда что в праязыке взялось... Давненько я Александра Юрьевича не видел, соскучился...

-- Все технологии нам у себя собрать трудно будет, уважаемые соплеменники.

-- Так что гонцов не поодиночке отправлять будем... с охраной, -- встревает жрец.

-- Молчи, дурак, -- обрываю я его -- надо ж племени показать его место в иерархии, -- не с охраной... вторым кого-то из мастеров, чтобы посмотрел и обсудил там насчет обмена технологиями, поставок изделий и материалов. Дипломатия -- дело важное, его не дипломатам поручать надо, а конкретным людям... а что небезопасное, и в округе дикари водятся, так на двоих, да из нашего племени, напасть побояться... Но можно и третьего... кто имеет интерес в состав посольств войти -- останьтесь, обсудим. Остальные свободны, но желающие, кто не загружен, могут присутствовать, -- в расчете на колеблющихся произношу я. -- Э-уа, займись перекусом.


Желающие и колеблющиеся остаются. Поляна, ласково шелестят листья, Э-уа и ее сотрудники принесли поесть, мы обсуждаем состояние технологий, чем можем поделиться и чего нам не хватает. А восхищенные глаза любимой внимательно следят за моими движениями. Потому что мы налаживаем новый способ взаимодействия, мы создаем открытый мировой рынок -- это обессмертит мое имя. Да и мой великий предок Аыуыхх был бы доволен своим потомком.