# Возможны варианты

Борис Анатольевич Долинго

Рассказ опубликован в сборнике "Пристань жёлтых кораблей" (изд-во "Уральский следопыт", 1990).

dolingo@r66.ru


В О З М О Ж Н Ы В А Р И А Н Т Ы


- Так или иначе,- сказал капитан Дегайу, - подобные ошибки не допустимы. Вы отлично знаете, что выход из надпространства на расстоянии менее пятидесяти световых часов от звездного объекта запрещен.

- Видите ли, капитан, - пожал плечами Н'Комо,- когда барахлит джей-система, - точный выход рассчитать сложно.

Капитан повернулся ко второму джей-оператору:

- Лещинский, приложите все усилия, чтобы как можно скорее привести систему в порядок.

Лещинский й Н'Комо вышли, а Дегайу по внутренней связивызвал руководителя группы исследований.

- Как у вас дела, Рашпай? - спросил он.- Есть что-нибудь интересное?

- В целом довольно обычный выбор, - сказал астрофизик. - Звезда класса Г-2, имеет пять планет. О них что-то точно сказать не могу: расстояние пока велико, но.. - Рашпай улыбнулся.- Вы можете подать на меня докладную на Землю - я хочу просить исследовать систему звезды.

- С ума сошли, честное слово! - Дегайу покачал головой, устало глядя на экран.- Барахлит джей-система, а вы только об исследованиях думаете. Мы вышли из надпространства для регулировки джей-системы, все люди будут заняты этим.

- Погодите,- Рашпай умоляюще поднял руку.- Для облета планет джей-система не нужна, а планетарные двигатели исправны, насколько я знаю.

- Все так, профессор, но люди заняты!

- А вы ничего не ощущаете, капитан? - вдруг спросил Рашпай.

- В каком смысле? - Дегайу приподнял брови.

- А вот сядьте спокойно и приложите руку к какой-нибудь ровной и лучше гладкой поверхности.

Капитан, машинально положил руку на верхнюю панель пульта связи.

- Похоже на легкую пульсацию. Такое впечатление, что рука становится то чуть тяжелее, то чуть легче. Но ощущение очень слабое.

- Слабое,- согласился ученый,- поэтому никто пока и не обратил внимания.

- Вы полагаете, что-то с кораблем? - встревожено спросил Дегайу.

- Нет-нет, это внешнее. Судя по всему, переменное гравитационное поле. Понятия не имею, что может вызвать подобный эффект, поэтому и прошу разрешения на исследование планетной системы. Источник явно находится там.

- Ваши гипотезы по этому поводу?

- Никаких! Насколько мне известно, подобного никто не наблюдал. Единственное, что я могу предположить - искусственное происхождение переменного ноля. Конечно, это только догадки,- Рашрай развел руками,- но, согласитесь, есть повод обследовать звезду и её планеты.

Капитан немного подождал, размышляя.

- Ну что ж,- сказал он, наконец, - пожалуй, вы правы, ситуация не обычная. Однако кроме Катаямы я вам никого выделить не смогу.

- А мне больше и не потребуется никто. Во всяом случае пока,- улыбнулся Рашпай.

Корабль, идя на планетарной тяге, взял курс на желтого карлика, до которого было чуть больше двадцати световых часов.


х х х

Директор Саймон был доволен. Дела шли прекрасно, и он только что закончил доклад о ходе эксперимента, направленный в Главный Совет.

Вызвав Андрея Каримова, старшего инженера группы контроля Генератора, директор, несколько млея от удовльствия, спросил:

- Как там наш "Малыш"?

Каримов улыбнулся: Саймон интересовался этим слишком часто, и все на Станции знали о почти детском нетерпении директора.

- Отлично. Пока все идет согласно вашей с Петровым теории.

- А "Мальшка"? - спросил Саймон.

- Растет, - ответил Каримов и сделал движение к пульту связи. - Вы позволите?

- Да-да, пожалуйста!

Каримов включил внешнюю связь, и стена кабинета исчезла, открывая панораму звездного неба. В центре поля обзора висела планета.

- Я полагаю, что можно задавать программу на формирование материков?

- Прекрасно! - вместо ответа воскликнул Саймон.- Первый действующий образец Генератора - и сразу же такие результаты! Совет, однако, не слишком доволен расходом энергии, но после того, что я им сегодня сообщил, надеюсь, они жаться не будут. Дело того стоит.

- Ещё бы,- - кивнул старший инспектор. - Но одна вещь меня все-таки волнует: эти побочные колебания гравитационного поля. Мы их ослабили, но устранить полностью не получается.

- Но Петров же доказал, что подобное возможно как побочная флуктуация, так что ничего особенного. - Саймон положил руку на край пульта и прислушался.- Практически не ощутимо.

- Хотелось бы все же обойтись без этого...

- Устраним, Андрей, это вопрос времени.

Запел сигнал вызова, на экране появился начальник охраны Станции капитан-куратор Ильин.

- Здравствуйте! - приветствовал он находящихся в кабинете Ильин, затем обратился к Саймону. - У меня важнейшее сообщение!

- Что такое случилось? - добродушно удивился Саймон.

- Сюда движется корабль.

- Как?! - Саймон даже подскочил, и от его благодушности не осталось и следа. - Чей корабль, откуда? - Директор растерянно смотрел на Ильина и Каримова.

- Мы пока не знаем, - ответил. Ильин. - Корабль появился неожиданно, скорость у него небольшая, при таком темпе движения он будет на нашей орбите через два дня.

- Но послушайте, этого не может быть,- Саймон развел руками,- Как же корабли кордона?... И потом, все были заранее предупреждены, что данный сектор закрыт на время проведения исследовательских работ. Ничего не понимаю, может быть, кто-то ошибся!

- Ошибка, пожалуй, исключается, - вставил Каримов. - Ведь ни один корабль не прошёл бы через кордон.

- Совершенно верно, - согласился начальник охраны. - Тут вообще что-то странное... - Он запнулся.

- Что вы имеете в виду? - спросил Саймон.

Ильин пожал плечами:

- Я связался с кордоном по нуль-связи, но они отвечают, что не видят никакого постороннего корабля!

- То есть как это - "не видят"?!

- Не видят - и все! У них на системе слежения его просто нет!

- Что за ерунда? - потряс головой Саймон.

- Но вы послушайте ещё вот что: самое главное, как сообщают с флагмана кордона, они не только этот корабль не видят, они не видят и саму Станцию, и даже генерируемую планету. - Капитан-куратор проглотил слюну. - А мы из центрального поста охраны не видим корабля кордона!

- Вы что, все с ума сошли, чушь какая-то! - Саймон нервно пробежался по кабинету. - Вы с ними связываетесь, а они нас не видят?

- Я сам ничего не понимаю,- недовольно сказал Ильин.

- Что вы намерены делать? - спросил Каримов.

Ильин решительно выпятил свой подбородок:

- Я отдал флагману приказ о полной боевой готовности кораблей кордона. Кроме того, я хочу воспользоваться резервом энергии и отправить срочный доклад Земле.

- Кстати, корабль один? - спросил Саймон.

- Да.

- Может быть, в таком случае нет необходимости зря расходовать энергию и пугать Землю? В Совете бог весть что подумают, а ведь страшного пока ничего не произошло...

- Ну да, конечно, - с иронией сказал капитан-куратор. - За исключением того, что неизвестный корабль миновал кордон, а кордон его даже не видит. И Станцию, кстати, кордон не видит, Не-ет, я настаиваю на немедленном уведомлении Земли!

Саймон потёр подбородок.

- Хм, что ж... Дайте знать в Совете, но только как-нибудь поосторожнее... А то, чего доброго, свернут все работы не во время.

- Я доложу сложившуюся обстановку как она есть - не более того, - сухо сказал Ильин и отключился.

Некоторое время Саймон и Каримов молча смотрели друг на друга. Директор побарабанил пальцами по краю пульта, и, наконец, сказал глубокомысленно:

- Чёрте что! - Саймон был очень расстроен.

- Не совсем понятно, - Каримов, казалось, рассуждает сам с собой, - как же может быть, чтобы мы и корабли кордона не видели друг друга, а связь продолжала действовать?

- Мне это тоже не понятно, но связь идёт по нуль-каналу, а визуальные наблюдения, возможно, искажаются каким-то избирательным полем? Кто вот только может этим заниматься?

- А знаете, - Каримов тронул Саймона за рукав,- у меня появилось одно соображение. Давайте соединимся с Центральным Постом охраны.

Он набрал на пульте код, на экране появился дежурный. Он собирался отрапортовать по всей форме, но Саймон не терпеливым жестом остановил его:

- Мы, в целом, уже в курсе. Что на данную минуту нового?

- Всё пока по-прежнему. Корабль идёт в нашу сторону, мы держим его на прицеле.

- Покажите-ка нам его насколько это возможно, - попросил. директор и повернулся к Каримову. - Андрей, у вас, кажется, были какие-то мысли?

Инженер кивнул:

- Я подумал, что с флагманом кордона было бы неплохо попробовать связаться по гравилучу.

- А какой смысл? - удивился Саймон. - Будут же большие искажения. Вы же сами переживали, что Генератор создает пульсирующее гравитационное поле, которое не удается экранировать.

- Да, - кивнул Каримов, - искажения будут, но сейчас дело не в них. Я просто хочу попробовать установить связь другим способом, а не по нуль-каналу.

Тем временем дежурный навел изображение, и на параллельном поле обзора появился неизвестный корабль Каримов присмотрелся.

- Ого,- сказал он, - вот так штука! Это не современный, это старый корабль.

- То есть как - старый?

Каримов усмехнулся:

- Просто я когда-то увлекался историей космоса и кое-что ещё помню. Подобные штуки летали лет двести-триста назад, когда только освоили надпространственную трансформацию.

- Но откуда он тут мог взяться? - Саймон повернулся к дежурному. - Он что, идёт по инерции? Может быть, действительно, старый заброшенный корабль?

- Нет, - ответил дежурный, регулируя изображение, - им явно управляют: он совершал маневрирование, я видел.

- Директор Саймон, - многозначительно сказал Каримов, - именно поэтому я и хотел попробовать связаться с кораблями кордона по гравитационной связи.

- Но... - Саймон вдруг начал догадываться, что имеет в виду старший инженер. - Вы думаете, то предположение, которое Парана высказывал не задолго до...

- Да, боюсь, что да. Знаете что, - попросил Каримов дежурного, - дайте нам его через "фотонную иглу", хотя бы не надолго.

Изображение дрогнуло, резко приблизилось, укрупнилось. Корабль стал виден совершенно отчетливо, до мельчайших деталей: длинный цилиндр, один конец которого охвачен утолщением. Вдоль корпуса корабля шла крупная надпись - "J-8КМ", а за ней огромный рисунок рыбины.

Саймон нетерпеливо щелкнул пальцами, обращаясь к дежурному:

- Ну-ка, мой мальчик, вызовите флагман по системе грависвязи!

- Флагман не отвечает, директор Саймон, - через некоторое время сказал растерянный дежурный.

Саймон хмыкнул и опустился в кресло. Каримов и дежурный ждали, глядя на директора. Наконец тот поднял голову и, дав указание дежурному продолжать наблюдения, отключил канал связи.

Каримов присел на край пульта.

- Значит, Генрих все-таки был прав, - Он прищёлкнул языком.

- Ничего это пока не значит, - неожиданно резко возразил директор. - Парана не мог представить сколько-нибудь убедительное обоснование своей теории!

- Не знаю, конечно, - покачал головой Каримов, -но, смотрите, всё получается: кордон этот корабль не видит, а мы не можем связаться с кораблями кордона по грависвязи и, в свою очередь, не видим их! Почему это может быть? Потому, что их тут нет. Всё логично.

- Как же тогда действует нуль-связь? - возразил Саймон.

- Понятия не имею, - пожал плечами Каримов. - Вот этого уж точно никто не мог предвидеть - такого "моста" во времени, если всё, конечно, так и есть. Я, кстати, вот ещё о чём думаю: раз нуль-связь действует, то можно получить с флагмана картину звёздного неба и сравнить её с тем, что видим мы. Тогда мы сможем определить сдвиг во времени, если он есть, конечно.

Саймон кивнул и сказал, продолжая размышлять:

- Если предположить, что всё так, как вы считаете, то, вероятно, Генератор, вызывая колебания Единой Среды, все-таки создает торможение и даже поворот, да, именно поворот потока пространства во времени.

- Но, видимо, не всех, а только части фазовых пространств, поскольку нуль-связь действует, - вставил Каримов.

- Очевидно, - согласился Саймон. - Все это, я думаю, даст совершенно неожиданное развитие теории" Единой Среды, ты не находишь, Андрей? - волнуясь, директор иногда соскакивал на "ты".

- Безусловно, но сейчас ситуация не очень хорошая. - Да уж! - директор хлопнул ладонью по колену, - Ильин, наверное, уже доложил Совету, а там.. - Боюсь, работу свернут, когда узнают про "дыру" во времени.

- Если бы не появился этот корабль, - медленно сказал Каримов, - мы спокойно довели бы эксперимент "Сотворение Мира" до конца, а теперь, конечно, ничего не известно. Я, если серьёзно, даже боюсь представить себе, что может произойти. Встреча с предками! - Он чертыхнулся.

Однако Саймона уже полностью захватили перспективы возможных научных работ.

- Ну, тут-то ещё ничего страшного, подождем, пока корабль подойдет ближе. Вы только подумайте, Андрей, - Саймон провёл рукой по волосам, - мы - первые люди, реально наблюдающие прошлое!

Каримов поднялся.

- Так я запрошу с флагмана вид неба для сравнения.

- Да-да, - кивнул Саймон и, вздохнув, добавил. - Наверное, надо будет пока остановить Генератор.

- Вы не опасаетесь, что остановка Генератора может привести к разрыву "моста" во времени? - спросил старший инженер.

- М-да, пожалуй вы правы,- согласился директор. - Тогда пусть пока приостановят все работы и просто держат режим.

"Жаль, конечно, Саймона," - подумал Каримов, уже выйдя из кабинета. - "Столько лет отдал этой работе, да и результат-то в целом отличный, а тут такой побочный эффект... Директор уже и отчёт от- правил положительный. Хотя то, что произошло, само по себе великое открытие. Но вот чем это кончится, и что решат в Совете?"

В помещении управления Генератором Каримов дал задание операторам прекратить формирование поверхности планеты, но не останавливать саму установку. Затем, не отвечая на вопросы, он отправился к Ильину.

Ильин был на связи с одним из двух кораблей, находившихся в непосредственном распоряжении Станции. Когда Каримов вошёл, начальник охраны прекратил разговор.

- Мне нужно связаться с флагманом кордона, - сказал Каримов.

- Пожалуйста, - капитан-куратор указал на пульт. - Код Н-67. А в чём дело?

Каримов передал разговор с Саймоном.

- Час от часу не легче, - Ильин достал платок и вытер лоб. - Надеюсь, вы меня правильно понимаете, Андрей. Я считаю, что обо всём, происходящем на Станции, должно знать как можно меньше людей. Кому вы уже что-то говорили?

- Пока никому, кроме вас,- пожал плечами Каримов. - А что тут такого? Рано или поздно узнают все.

- Что будут знать позже - это ещё вопрос. - Капитан-куратор встал из-за пульта. - Важно, что знают в настоящий момент. Существует постановление Совета о контроле над потенциально опасными направлениями научных исследований, а большинство учёных только и думает, как бы это постановление обойти. После того, что вы мне рассказали, придётся немедленно информировать Совет ещё раз. Я сейчас лично предупрежу директора Саймона, чтобы не устраивал пока публичных обсуждений. И вас попрошу настоятельно! - Ильин, не дожидаясь ответа Каримов, вышел из комнаты.

Инженер пожевал губами, хмыкнул и набрал код на пульте. Связь по нуль-каналу действовала отлично. Каримов дал задание системе слежения флагмана передать требуемую информацию и переключил канал на ментальный комплекс Станции. Вскоре включилось поле внутренней связи и появился ответ: "Разность во времени двух картин звёздного неба с учетом смещения точек наблюдения составляет 283 года плюс-минус 10 лет".

- М-да, - пробормотал Каримов.

Всё правильно: середина двадцать третьего века. Интересно, что скажут теперь теоретики? Но даже то, что в прошлом, например, просто узнают о визите из будущего - само по себе воздействие на историю. За последние триста лет таких сведений нет, значит, подобного "контакта" не было. Старый теоретический парадокс в реальном воплощении.

В настоящий момент сюда движется корабль, корабль древний, с которого уже почти наверняка обнаружили Станцию. Значит, связь двух времён так или уже иначе состоялась?..

Некоторое время Каримов стоял перед пультом в кабинете капитана-куратора. Что выйдет из произошедшего, сказать пока невозможно, но одно совершенно ясно: Верховный Мировой Совет закроет данную тему, как потенциально опасную на данном уровне развития базисной теории. Каримов вздохнул. Обоснованность такого решения Совета понятна, одно жаль - работа была бы интересная. Однако, сейчас самое главное - насколько стабилен возникший канал прошлое-будущее...

Раздался сигнал вызова - это был капитан-куратор. Ильин находился в кабинете директора Лаборатории Единой Среды и всей Станции Саймона. Кроме директора там ещё находился ведущий теоретик Пан Хон-Фу.

- Ну, как? - с ходу начал Ильин.-. Что вы установили?

Каримов показал выданную компьютером карточку с данными:

- По смещению созвездий разница времен составляет примерно двести восемьдесят три года. То есть сейчас весь комплекс Станции находится в двадцать третьем веке.

Люди в поле обзора переглянулись. Директор Саймон глубоко вздохнул.

- Но ведь это же грандиозно! - вымолвил он, наконец, - Мы, именно мы, пусть сами того не подозревая, создали машину времени!

Пан Хон-Фу покачал головой.

- Не спеши так радоваться, Пол, всё очень не просто Если мы сделаем сейчас что-то не так, я и судить не берусь о возможных последствиях.

- Но вы только подумайте! - Саймон встал со своего кресла и начал ходить по кабинету. - Канал связи с Землей действует, мы фактически передаем информацию из прошлого! Это же открывает колоссальные перспективы! Мы можем...

- Я полагаю, - веско прервал его капитан-куратор, - без санкций Совета предпринимать ничего нельзя.

- Я тут с вами согласен, - кивнул Пан Хон-Фу. - Ты, Пол, недооцениваешь тот факт, что сюда движется корабль наших предков. Скорее всего, на борту есть экипаж, и эти люди скоро обо всём узнают. Что из этого выйдет и как, по-твоему, мы выпутаемся из данной ситуации? - Он заглянул саймону в лицо.

- Ты всегда был перестраховщиком, - махнул рукой Саймон.

- Я - перестраховщик? - Пан Хон-Фу вскинул брови. - Да пойми же ты, что серьезность создавшегося положения нельзя умалять!

- А что вы думаете по этому поводу, Каримов? - спросил Ильин, внимательно слушавший разговор.

Инженер пожал плечами:

- Если бы у нас была возможность избежать встречи с кораблем, то, по-моему, это и следовало бы сделать любой ценой: свернуть работы, демонтировать оборудование и вернуться на Землю по нуль-Т. Как вернуть саму Станцию, я не знаю, скорее всего, её пришлось бы уничтожить. К сожалению, у нас нет времени, так что я не знаю, что можно сделать.

Ильин покачал головой.

- В любой случае, необходимо срочно информировать Совет, - с расстановкой сказал он. - В создавшемся положении... - договорить Ильин не успел.

Проём двери директорского кабинета раскрылся, и вошли два человека, которых Каримов раньше здесь не видел. У обоих на рукавах форменных курток были древние астрономические знаки, изображающие Землю.

"Оперативно же их перебросили," - подумал Каримов. Вошедшие поздоровались, и первый из них, высокий брюнет с крупными чертами лица, представился:

- Начальник отдела Службы Безопасности Космоса контроллер Де Вернье.

Каримов обратил внимание, что, услышав о Службе Безопасности, Саймон заметно поморщился.

Де Вернье указал на своего спутника:

- Инспектор Адамов, мой помощник.

Саймон сказал с лёгкой иронией:

- Полагаю, необходимости представляться нам нет?

- Вы правы, - согласился Де Вернье и повернулся к полю обзора, где мааячил Каримов. - Я попрошу вас прийти сюда лично.

По пути к коммуникационному проходу старшего инженера несколько раз останавливали недоумевающие сотрудники, но каждый раз Каримов буквально вырывался, не отвечая ни на какие вопросы. Когда он вошел в кабинет директора, Де Вернье кивнул ему и сказал:

- Итак, всё руководство эксперимента здесь. Мы с инспектором Адамовым прибыли по распоряжению Совета сразу же после получения сообщения от капитана-куратора Ильина. Уже удалось установить, что это за корабль?

Саймон презрительно фыркнул, а Ильин сделал движение, как будто хотел что-то сказать.

- Вы ещё не знаете всего, уважаемый Де Вернье, - опередил капитана-куратора Саймон.

- То есть? - приподнял брови Де Вернье.

- Я просто не успел отправить второе сообщение, - извиняющимся тоном начал Ильин, но директор Саймон снова перебил его.

- Все не так страшно, контроллер, всё не так страшно, если не наоборот. Эксперимент дал побочный эффект, который по своему значению не уступает, если не превосходит, главной цели исследований. - И директор объяснил сотрудникам Службы Безопасности создавшеёся положение.

На лице контролера с минуту сохранялось бесстрастно-рассеянное выражение: он оценивал ситуацию. Инспектор Адамов молчал. Наконец, Де Вернье спросил:

- Корабль идёт прямо сюда?

- К сожалению, да, - поспешно кивнул Ильин.

- Возможность избежать встречи?

- Никакой, - капитан-куратор развел руками. - Станция не иголка, они нас уже явно заметили.

Де Вернье покачал головой и вдруг не весело усмехнулся.

- Работники Службы Безопасности должны быть готовы ко всему. Но мы с Ники, - Он кивнул на Адамова, - даже подумать не могли, что, входя в кабину нуль-Т на Земле, перенесемся в прошлое... В общем, после того, что мы сейчас узнали, необходимо связаться со специальной комиссией Совета. Боюсь, что "побочный эффект" эксперимента попадает в число потенциально опасных открытий. Не хочу вас огорчать, - Де Вернье при этом посмотрел на Саймона, - но Совет, полагаю, примет именно такое решение. Кстати, персонал Станции информирован о случившемся?

- Пока нет, - хмуро ответил директор.

- Это очень хорошо, - кивнул Де Вернье. - Директор Саймон, объявите по Станции, что примерно через час будет сделано специальное сообщение, а за это время мы с инспектором Адамовым свяжемся с Землёй и обсудим положение. Мне нужны будут все данные. Капитан-куратор, идёмте на пульт нуль-связи!

Некоторое время оставшиеся в кабинете молчали.

- А вы знаете, - наконец сказал Пан Хон-Фу, - между прочим, это ведь тот самый Де Вернье, который руководил операцией на Цирцее в девятнадцатом году.

- Чёрт бы их побрал, этих перестраховщиков в Совете! - Саймон вдруг стукнул кулаком по подлокотнику кресла. - Они всего боятся! Всё у них представляет "потенциальную" опасность, скоро начнут от собственной тени шарахаться. Летать в пространстве тоже, вообще-то, опасно, если так, рассуждать! Ходить по земле опасно: можно упасть и сломать шею!

Каримов хотел что-то сказать, но наткнулся на предостерегающий взгляд Пан Хон-Фу и промолчал.

- Пол, извини, - спокойно сказал теоретик, - но как ребенок рассуждаешь, честное слово. Согласись, что встречи предков с потомками сулят мало хорошего уже хотя бы потому, что мы ни в коей мере не можем заранее предвидеть последствия. Об этом спорят сотни лет, но толковой теории до сих пор нет.

- Для того, чтобы узнать что-то, нужно поставить эксперимент! - вскнулся Саймон. - Это знает любой учёный! Кроме теоретиков, конечно, которые полагают, что до всего можно дойти путём умственных упражнений. Слишком много теоретиков засело в Сонете. Вот такие, - Он ткнул пальцем в сторону Пан Хон-Фу, - слишком часто накладывают вето на многообещающие эксперименты!

Пан Хон-Фу, как ни в чём ни бывало, улыбнулся:

- Ну, во-первых, я в Совете, к сожалению, не заседаю. А, во-вторых, если результаты этого эксперимента, о котором ты говоришь, хотя бы и с самой ничтожной вероятностью, могут оказаться страшными? Как тогда?

Саймон хотел что-то возразить, но только рукой махнул и вышел из кабинета. Пан Хон-Фу покачал головой.

- А вы что думаете, Андрей?

- Конечно, последствия предугадать невозможно, - медленно сказал Каримов. - Если уж говорить по большому счёту, то я, наверное, предпочел бы, чтобы подобного "побочного эффекта" не было вовсе. Но, честно говоря, мне тоже не нравится, что в последнее время Совет слишком часто везде суёт Службу Безопасности.

Пан Хон-Фу откинулся в кресле и закрыл глаза. Каримов знал, что теоретик погрузился в размышления и сейчас ему лучше не мешать. Инженер тоже устроился по удобнее и приготовился ждать развития событий.

Медленно текли минуты. Вскоре в кабинет вернулся Ильин, а за ним по пятам следовал энергетик Станции Эл Джонсон. Ильин молча сел в одно из кресел, а Джонсон остановился рядом, нависая над капитаном-куратором. Чувствовалось, что энергетик взбешен и с трудом сдерживается.

Ильин поднял глаза и как будто только теперь заметил Джонсона.

- Эл, я вам говорю: не надо за мной ходить. Раз вы уж пришли - садитесь. Стоять устанете, садитесь!

- Это чёрт знает, что! - прорычал Джонсон, закатывая глаза. - Каждый мало-мальский начальник, стоит ему удалиться от Земли на пару парсеков, воображает, что имеет право на тайны! Нет, ты подумай, - Он повернулся к каримову, как к своему коллеге, - все на станции сходят с ума, говорят, сюда движется какой-то корабль, хотя вся зона перекрыта, а наше начальство молчит! Хоть бы что-то объяснили! - Он потряс кулаком, грозя не понятно, кому.

Каримов, глядя на Джонсона, приложил указательный палец к губам и кивнул на Пан Хон-Фу, который по-прежнему сидел с закрытыми глазами, сложив пальчики на животе.

- Не надо сходить с ума, - назидательно сказал начальник охраны, рассматривая носки своих ботинок. - Надо выполнять распоряжения. Я ведь объяснил вам, Эл, что на Станцию уже прибыли сотрудники Службы Безопасности. В настоящее время они беседуют с Советом, после чего весь персонал будет поставлен в известность обо всем происходящем и о решении Совета.

Джонсон зло плюхнулся в кресло рядом с Каримовым.

- Нет, ну, что за черт! Почему это они решают, где и что я имею право узнать?

- Спокойнее, Эл, - Каримов похлопал энергетика по плечу. - Я думаю, суть происходящего тебе можно узнать и до того, как сотрудники Службы Безопасности закончат совещаться с Землей.

- Каримов, - предостерегающе сказал Ильин,- вы нарушаете данные распоряжения. Я на вас подам рапорт.

Каримов неожиданно разозлился:

- Да подавайте хоть десять рапортов, ради бога! Ну, действительно, какая разница, когда кто узнает, что мы оказались в двадцать третьем веке!

Джонсон недоуменно вытаращил глаза.

- Да-да, Зл, - продолжал Каримов, обращаясь к энергетику, - ситуация такая...

Ильин недовольно хмыкнул, но Каримов, не обращая на него внимания, изложил положение вещей.

- Ничего не скажешь, - процедил Джонсон сквозь зубы,- подобного никто не ожидал. Но Совет-то хорош! Сразу же сюда прискакали ребята из Безопасности.

Пан Хон-Фу открыл глаза.

- Тут, конечно, есть наша, теоретиков, вина. Но и Парана, высказывал всё это просто как голые домыслы. Он не опирался на серьёзные расчёты, да и не мог опираться, потому что теория тут совершенно не разработана. Вот мы и сели в лужу, точнее - в "дыру" во времени. Ещё одно подтверждение, что за последние двести лет в понимании этого вопроса мы не продвинулись ни на шаг.

Теоретик встал и начал медленно прохаживаться по кабинету. Остановившись у пульта, он вызвал дежурного.

- Корабль увеличил скорость и произвёл коррекцию движения, - сообщили из центрального поста. - При таком темпе он будет на нашей орбите через двадцать часов.

- Переключите, пожалуйста, на нас систему слежения, - попросил Пан Хон-Фу.

Поле обзора мигнуло, и на фоне звёзд появился корабль. Теоретик некоторое время рассматривал пришельца, а потом снова зашагал по кабинету.

Вошел Саймон.

- Они всё ещё совещаются? - спросил он недовольно.

- Да, - кивнул Каримов.

- Где ты был, Пол? - поинтересовался Пан Хон-Фу.

- В саду, - так же недовольно сказал Саймон. - Вид живых растений всегда помогает мне отвлечься.

Он вытащил из карманов куртки несколько яблок и положил на стол.

- Прошу, угощайтесь.

В этот момент открылся проход, и вошли Де Вернье и Адамов. В. руке контроллер держал лист бумаги. Де Вернье неодобрительно- посмотрел на Эла Джонсона.

- Совет, кстати, распорядился, чтобы пока в курсе дела было как можно меньше людей, - многозначительно сказал он. - Нет необходимости говорить о серьезности положения. Если в результате проводимого эксперимента "Сотворение Мира" действительно открылась дыра во времени, Станцию перебросило в прошлое, а приближающийся корабль действительно из двадцать третьего века, то Совет предписывает не допустить никакого "кольцевого", как они выразились, воздействия на ход истории Земли.

- В том, что будет воздействие, они на сто процентов уверены? - спросил Саймон.

- Это подсказывает здравый смысл,- ответил Де Вернье.

- Ах, здравый смысл! - с язвительно иронией сказал Саймон.

- Именно, - как ни в чём ни бывало, кивнул контроллер. - Здесь ошибиться нельзя, и перестраховки оправданы! В настоящий момент в архивах Земли ведут поиски малейших намёков на упоминания о контакте прошлое-будущее в космосе. Будут подняты также все материалы по кораблю J-8KM" и о том, какие сообщения были сделаны экипажем по возвращению из данного полёта. Куда сейчас движется он, кстати?

- Дежурный из Центрального Поста сообщил, что корабль увеличил скорость, - ответил Каримов, - и поэтому подойдёт в наш район менее чем через сутки.

Де Вернье поднял листок, который держал в руке:

- Сейчас я изложу основные распоряжения Совета. Это, конечно, предварительные положения. Окончательно принять программу действий можно будет только после получения информации по данному кораблю. Итак, Совет определяет начало операции "Отход": "Если подтверждается версия о "дыре" во времени, и уклониться от встречи с кораблём невозможно, то:

1. При посадке корабля на Станцию и при общении с экипажем обеспечить минимум контакта экипажа корабля с персоналом Станции и Лаборатории. Помещения, примыкающие к блоку приема кораблей, и помещения, где будут находиться астронавты, изолировать от остальных помещений Станции. С экипажем корабля запрещается вести любые разговоры, которые могут дать информацию по техническим вопросам.

2. Экипажам кораблей охраны запрещается покидать свои корабли, Корабли переходят на автономное функционирование, их экипажи должны быть готовы в любой момент вернуться на Землю по каналу нуль-Т Станции.

3. Персонал Станции и Лаборатории Единой Среды прекращает все работы по программе "Сотворение мира" без остановки Генератора и начинает переброску материалов исследований по нуль-Т на Землю. Персонал должен быть готов в любой момент уничтожить созданный объект под кодовым названием "Земля-2".

4. Подготовить Станцию, корабли охраны и орбитальные индукторы к уничтожению с максимально сниженными воздействиями на окружающую среду.

5. Учитывая возможность обрыва связи с Землей по нуль-Т, что привело бы к невозможности возвращения персонала Станции, Лаборатории, а также экипажей кораблей охраны из прошлого, все работы провести в кратчайшие сроки. Ориентировочно - за десять часов.

6. Руководство операцией возлагается на контролера Де Вернье и инспектора Адамова.

7. Совет предоставляет в распоряжение руководства операцией любые резервы энергии."


- Таким образом, - заключил Де Вернье, - к моменту подхода корабля к Станции всё должно быть готово к эвакуации.

- Я не понимаю, почему необходимо бежать без оглядки, почему такая спешка? - возмущённо сказал Саймон.

- Это еще не спешка, директор Саймон, - сказал Адамов. - Спешка может начаться, когда мы получим из архивов сведения о корабле.

Саймон засопел. Пан Хон-Фу тронул его за локоть.

- Спокойнее, Пол, спокойнее. 'Мне хотелось бы заняться исследованиями не меньше твоего, однако дело такое... Это даже не генерация планеты из Единой Среды. Тут речь идёт об историей всего человечества.

- Сейчас, чтобы понять, что делать дальше, - сказал контроллер, - необходимо получить сведения об экспедиции корабля "J-8KM". Мы будем действовать согласно этих сведений. Всё должно уложиться в имеющуюся историческую картину.

Де Вернье обвёл всех взглядом. Люди молчали.

- Теперь, - продолжил он, я сделаю объявление для персонала Станции. А потом, - Он улыбнулся, - давайте пообедаем. Пока относительное затишье, пожалуй, самое время.


х х х


Обедали в апартаментах Саймона. Директор, ни на кого не глядя, яростно хлебал суп. Без конца раздавались сигналы связи. Вызывали возмущённые руководители групп и сотрудники, требовавшие более серьёзных объяснений.

Время тянулось медленно. Руководству делать было пока нечего, а на всей Станции велись регламентированные работы по подготовке к эвакуации. Один раз Станцию вызвал по нуль-связи флагман кордона. Де Вернье приказал оставаться на месте до поступления особых распоряжений.

Наконец, вызвала Земля, и Де Вернье ушёл в секцию нуль-связи. На этот раз он пробыл там совсем недолго.

- Вот справка, которую передает Земля, - сказал контроллер, вернувшись. - "Корабль дальнего звёздного флота класса "J-8KM" - "Окунь" с экипажем из одиннадцати человек в две тысячи двести тридцать третьем году на базу не вернулся. С корабля была получена гравиграмма, где говорилось о неполадках в силовой установке, которые заставили прекратить движение в джей-режиме и выйти из надпространства в районе не обследованной ранее звезды класса Г-2. Вскоре после выхода из надпространства были замечены странные периодические колебания гравитационного поля, источник которых, по предположению экипажа корабля, находился в системе данной звезды..."

Каримов хлопнул себя ладонью по лбу.

- Колебания! - воскликнул он. - Это то самое переменное поле, которое возникает при работе Генератора!

- Как следует из посланной гравиграммы, - продолжал Де Вернье, - техники корабля занялись регулировкой силовой установки, а сам корабль на планетарных двигателях пошёл в направлении источника переменного гравитационного поля для выяснения причин явления. Больше сообщений от корабля не поступало. Через три месяца, уже в две тысячи двести тридцать четвертом году, в систему данной звезды была направлена экспедиция, которая не обнаружила никаких следов корабля "J-8КМ", а также никакого источника переменного гравитационного поля. Одна деталь из отчета экспедиции поиска заслуживает внимания, - Здесь контроллер поднял указательный палец. - По данным экипажа корабля в систёме имелось пять планет, а по данным поисковой экспедиции две тысячи двести тридцать четвертого года - только четыре. Корабль объявлен погибшим, предположительно - взрыв джей-системы. Других данных в архиве космофлота по данному случаю нет.

Пан Хон-Фу закинул руки за голову.

- Они, безусловно, засекли нашу Землю-2, поэтому и передали сообщение о пяти планетах.

- Разумеется, - согласился Де Вернье, - Итак, мы налицо сталкиваемся с первым в истории случаем воздействия будущего на прошлое. Имея архивные данные об этом прецеденте, мы знаем, как нам действовать, и что можно, а что нельзя допустить в создавшемся положении. Через три месяца сюда придёт ещё один корабль. Времени, что бы устранить все возможные последствия и воздействия на ход исторического процесса и уложиться в картину, имеющуюся в архивах, у нас, таким образом, более, чем достаточно.

- Времени, чтобы замести следы, - хмыкнул Саймон.

- Если вам больше по вкусу подобная формулировка, то пользуйтесь ей, - ответил Де Вернье. - Теперь - относительно корабля. Учитывая то, что корабль всё равно погибнет, Совет предлагает встретить астронавтов и забрать их в наше время.

- А в Совете не предполагают, что их потому и считают погибшими, что мы заберем их в двадцать шестой век? - воскликнул Джонсон.

- В Совете допускают такую связь событий, но менять никто ничего не будет. Это значило бы изменить историю.

- А если астронавты не согласятся? Не можете же вы удержать их силой! - резко сказал Саймон.

- Я надеюсь, что они поймут важность ситуации и добровольно последуют за нами, - ответил Де Вернье. - Если не поймут, то всё равно выбора у них нет.

- Вы и Совет полагаете, - вскричал Джонсон, - что имеете право распоряжаться судьбой экипажа корабля?! Судьбой свободных людей!

- Поберегите горло до возвращения на Землю, - посоветовал Де Вернье. - Тасм у вас будет возможность критиковать Совет. Судьба экипажа "J-8КМ" уже вписана в историю прошлого, поэтому ей уже никто фактически не распоряжается.

- Ну, а если астронавты не захотят остаться с нами? - наставал Саймон.

- Мы же не знаем, что может произойти или, точнее, что произошло на самом деле, - пожал плечами Де Вернье. - Если, действительно, взрыв джей-системы имел место? Я повторяю, что в любом случае у них не остаётся выбора. Если они разумные люди, то не захотят оправиться на встречу своеё гибели, тем более, документально подтверждённой.

- Знаете, - директор саймон резко поднялся, - я полагаю, что всё полномочия слагаются с меня автоматически с возложением руководства так называемой операцией на контроллера Де Вернье. Поэтому я, если позволите, возвращаюсь на Землю немедленно. Не желаю участвовать в спектакле, который готовят режиссёры-дилетанты. И имейте в виду: прикрыть тему исследований будет не так-то просто! Мы ещё встретимся в Совете! Всего хорошего! - Он махнул рукой и вышел.

Инспектор Адамов хмыкнул и посмотрел на контроллера:

- Может быть, действительно, начать эвакуацию всего персонала?

- Пожалуй, да, - кивнул Де Вернье и повернулся к остальным. - Может быть, кто-то хочет отправиться на Землю прямо сейчас? Мы никого не задерживаем: для проведения основной операции хватит персонала людей космофлота иСлужбы Безопасности.

Никто не пошевелился.

- Ну что ж, - продолжал контроллер, - капитан-куратор Ильин может начинать эвакуацию персонала.

И, когда Ильин ушёл, Де Вернье продолжал:

- Теперь займемся непосредственно кораблем. Наверное, лучше всего это сделать из Центрального Поста. Присутствовать могут все желающие, кто не эвакуируется немедленно.

Войдя в помещение Центрального Поста охраны Станции, Де Вернье первым делом осведомился о расстоянии до корабля. Дежурный сообщил, что расстояние составляет всего шестьсот тысяч километров, и что корабль начал торможение.

- На каком расстоянии действуют ваши установки фокусировки полей? - спросил контроллер.

- Эффективно - на семьсот-восемьсот тысяч, - ответил дежурный, после чего спросил. - Скажите, неужели правда, что мы попали в двадцать третий век?

- Не задавайте лишних вопросов, вам всё объяснят позже, - довольно резко, как показалось Каримову, ответил Де Вернье. - Будьте добры, пока выполнять мои распоряжения. Сейчас сделайте следующее: включите "зонтик", чтобы с корабля больше не было передано ни одного сообщения. Вряд ли они станут именно сейчас расходовать энергию, но бережёного бог бережет, как говорится.

Дежурный выполнил это приказание. Де Вернье задумчиво посмотрел на корабль, который располагался в самом центре поля обзора.

- Я так и думал, - сказал, наконец, контроллер, - планетные двигатели у них термоядерные. С этого пульта, разумеется, можно выполнить управление Т-реакцией?

- Да, конечно, - кивнул дежурный. - С расстояния пятьсот тысяч.

- А что есть из набора средств связи?

- Нуль-Т канал, телеканал, лазерный и гравилуч, обычное радио, - ответил дежурный.

- Хорошо, - удовлетворенно сказал Де Вернье, подходя к одному из свободных кресел у пульта и садясь в него.

Некоторое время все молча наблюдали за кораблем, у кормы которого время от времени вспыхивали дюзы планетных двигателей.

- Ну что, - нарушил молчание Де Вернье, - попробуем остановить двигатели?

Дежурный вытащил из гнезда на пульте контактный обруч и надел его себе на голову, затем подключил автомат наводки поля торможения реакции.

Каримов увидел, как желтоватое сияние у кормы корабля вспыхнуло чуть ярче и пропало.

- Подготовьте систему посадки, - распорядился Де Вернье. - Ники, возьми на себя связь.

Адамов кивнул и тоже взял из гнезда контактный обруч.

- Они пытаются связаться, - сказал он наконец. - Будем включать телеканал?

- Пока нет, - ответил Де Вернье. - Свяжись с ними на линкосе и попроси пока ничего не предпринимать. Пусть подождут посадки в блоке приема Станции.

- Могу себе представить, - сказал Каримов, ни к кому отдельно не обращаясь, - что сейчас творится на корабле...

Пан Хон-Фу покивал, а Джонсон только хмыкнул, уставившись в поле обзора. Так прошло некоторое время. В конце концов, Каримову надоело пялиться в поле обзора, где ничего интересного не происходило. Корабль, пойманный как рыба на крючок, подтягивался к Станции. Инженер встал.

- Как я понимаю, - сказал он, - плавная посадка займёт несколько часов? Я, пожалуй, успею вздремнуть.

- Остальным тоже советую отдохнуть, - сказал Де Вернье. - Я всем сообщу, когда придёт время.


х х х


Корабль "J-8КМ" потерял управление. Планетарные двигатели вдруг встали, и мощное внешнее поле повлекло корабль вперёд.

Экипаж собрался у главного пульта, где на экране медленно поворачивалась загадочная планета. Только что поступило неожиданное сообщение на линкосе. Капитан Дегайу включил максимальное увеличение.

- Вы можете представить, что это, Рашпай?

Учёный развёл руками.

- Неизвестное поле, прекращающее термоядерную реакцию - вот всё, что можно сказать с уверенностью.

- А какая странная планета! - воскликнул навигатор Фоллинс. - Поверхность как будто выстругана ножом.

Капитан кивнул:

- Когда я увидел этот огромный шар на орбите и три странных сооружения, вращающихся в разных плоскостях, я предположил присутствие высокоразвитой цивилизации. Но поверхность планеты совершенно голая!

- По-моему, самое любопытное то, что там, - Рашпай кивнул на уже хорошо различимый шар Станции, - знают линкос.


х х х


Сигнал вызова разбудил Каримова. Несколько минут он лежал, не открывая глаз. Сигнал повторился. Каримов рывком поднялся и включил поле связи.

- Пора вставать, если хотите присутствовать, - сказал Де Вернье.

- Посадили?

- Корабль в ангаре, и я уже побеседовал с экипажем по телеканалу.

- Ну, и как?

- Вначале экипаж обалдел, а потом все пришли в дикий восторг.

- В восторг? - осторожно переспросил Каримов.

- Вот именно, - сказал с сожалением Де Вернье. - Я, правда, пока не передавал им распоряжение Совета, и попросил пока воздержаться покидать корабль, но они, конечно же, рвутся всё увидеть.

- Теперь-то, наверное, это и не страшно. Сообщение на Землю они уже не отправят, а если мы забираем экипаж с собой...

Контроллер жестом прервал Каримова:

- Я, кстати, именно об этом хотел вас предупредить. Совет дал мне любые полномочия для решения вопроса, но мне бы хотелось... - Он замялся. - Мне бы хотелось решить всё самым, ну что ли, мягким образом. Вы понимаете?

- Не вполне, - пожал плечами Каримов. - Что вы имеет в виду?

- Ладно, не важно, - махнул рукой контроллер. _ В общем, надо действовать предельно осторожно, пусть пока видят и знают как можно меньше. Я разрешу им выход, но кроме ангара - никуда. При встрече не ведите разговоров на технические или исторические темы и тому подобное, понятно? Сейчас я встречусь с капитаном корабля Кеном Дегайу, и мы с ним обсудим ситуацию. - Де Вернье махнул рукой и отключился.

Каримов принял душ, оделся и вышел из своей комнаты. В помещении Центрального Поста он застал только дежурного, молодого парня из команды Ильина.

- А все в ангаре, - ответил дежурный на вопрос ин женера.

Каримов кивнул.

- Значит, Де Вернье разрешил им выйти. Кстати, на каком языке они говорят?

- Как сказал контроллер, официальный язык этой экспедиции был английский, - ответил дежурный.

- Что ж, - Каримов направился к выходу, - пойду, взгляну на предков.

Дежурный с завистью посмотрел ему вслед.

х х х


В ангаре, залитом мягким светом, на гравитационной подушке лежала туша корабля. У одного из выходных люков толпился экипаж. Тут же стоял Де Вернье и невысокий человек с бородкой и усами. Каримов понял, что это и есть капитан "Окуня" Кен Дегайу. Рядом с ними были Пан Хон-Фу, Адамов и почему-то оставшийся Джонсон.

Каримов был встречен приветственными возгласами. Де Вернье представил капитану. Затем контроллер отвел Дегайу в сторону и они продолжили свой разговор.

Постепенно астронавты разбрелись по ангару, но это помещение было практически пустым, так что увидеть многого они тут не могли. Краем глаза Каримов заметил, что Джонсон очень заинтересованно разговаривает с человеком явно индусской наружности. Он слышал, как капитан называл его Ращпаем. Рашпай оживленно жестикулировал. Джонсон кивал.

Каримов поцернулся в сторону Де Вернье и Дегайу. Лицо капитана было очень серьезным. Было видно, что он очень озабочен словами контроллера. Каримов подошёл ближе.

- Поэтому, - говорил Де Вернье, - обсудите всё, что ясказал, с экипажем. Надеюсь, что перспектива перенестись на три столетия вперед многим покажется интересной и заманчивой.

Дегайу покачал головой.

- Вы сомневаетесь? - быстро спросил Де Вернье.

- Ваше предложение, - медленно сказал капитан, - означает, что мы должны отказаться от возвращения домой.

- Но, согласно документам из архивов, ваш корабль вообще на Землю не вернулся: он погиб в пути!

Дегайу пожал плечами:

- Все, что вы рассказали, настолько неожиданно, что... Я очень хорошо понимаю вас и полностью согласен, что изменений в ходе истории допускать нельзя. Но отказаться от возможности вернуться домой!... - Капитан задумчиво пощипал бороду. - Я всё расскажу экипажу: такие решения можно принимать только совместно.

- Разумеется, обсудите. Только прошу вас не забывать о серьёзности положения. Когда всё решите, вызовите нас по телеканалу.

Дегайу кивнул, и они разошлись.

У выхода из ангара Каримова и Де Вернье уже поджидали Адамов и Пан Хон-Фу.

- Похоже, положение усложняется? - полувопросительно сказал теоретик.

Де Вернье задумчиво посмотрел в сторону корабля.

- Честно говоря, не предполагал, что они могут думать о том, чтобы отправиться навстречу собственной гибели.

- Надеюсь, они правильно понимают ситуацию, - вставил Пан Хон-Фу. - А, кстати, где Эл?

Каримов осмотрелся. Джонсона в ангаре не было.

- Наверное, он вышел раньше, - -предположил инженер.


х х х


- Итак, - сказал капитан Дегайу, обращаясь к своему экипажу, собравшемуся в кают-компании, - положение очень ~серьёзное, если кто-то думает иначе. Перед нами стоит выбор: либо навсегда отказаться от возвращения домой и остаться жить в другом времени, либо погибнуть, пытаясь вернуться на Землю. Согласно архивной справке, "Окунь" обратно не вернулся. Предположительно - взрыв в джей-системе.

- Ну, этого просто не может быть! - воскликнул Н'Комо. - Отвечаю! Система в полной исправности, если что - автоматика сама остановит реакторы.

- Понимаю, что все, наверное, хотят вернуться домой, - сказал Дегайу. - Меня самого ждёт семья. Но какой смысл контроллеру Де Вернье что-то придумывать? Его главная задача - не допустить изменение хода истории.

Астронавты молчали.

- А смешное слово "контроллер", правда? - сказал техник Липс. - Что они там, в будущем, вздумали контролировать? Прямо какой-то контроллер дисковода!

Все засмеялись.

- Сейчас не до шуток, - Дегайу поднял руку. - Я рассказал вам то, что узнал от Де Вернье. Решайте.

Поднялся молчащий всё время Катаяма.

- Мне, как полагаю, и всем, хотелось бы увидеть будущее, но не хотелось бы отказаться от возвращения домой. При этом мы должны понять людей двадцать шестого века, для которых изменение истории в двадцать третьем не то, что не желательно, а просто страшно. Все согласны?

Кое-кто кивнул, остальные молча слушали.

- Кстати, Сур, извини, что перебиваю, - остановил Катаяму капитан, - я не вижу Рашпая. Почему его нет?

- Он должен быть тут, - сказал врач Хон Сай. - Я, правда, не уверен, но на корабль он вроде бы вернулся.

- Надо немедленно найти Рашпая, он должен присутствовать!

- Ну что же, - развёл руками Катаяма, - сейчас бегать, искать его? Никуда он не денется, объясним ему всё потом.

- Ладно, - согласился Дегайу. - Что ты хочешь сказать?

- Так вот, - продолжал Катаяма, - изменения для людей двадцать шестого века, мягко говоря, не желательны, и им хочется сохранить историю в том виде, в котором они её имеют. Но на основании чего они сделали выводы о ходе истории? Насколько я понял, только по архивной информации трехсотлетней давности. Эти данные гласят, что наш корабль в установленный срок не вернулся на Землю, а посланная через три месяца в данную планетную систему экспедиция ничего не обнаружила. Кроме этого, как я понял, других исторических подробностей нет. Так, капитан?

Дегайу кивнул.


- Тогда мой план таков, - сказал Катаяма. - Наши любезные потомки зарядят энергоемкости корабля. Мы уйдем из этой системы и, скажем, год где-нибудь проскитаемся. За это время на Земле нас объявят погибшими - это необходимо, чтобы были соответствующие данные в архивах. Затем мы подойдем к Солнечной системе на приемлемое расстояние, возьмём исследовательский бот и - ничего не поделаешь - уничтожив корабль, пойдем к Солнцу. Времени придумать правдоподобную версию о гибели корабля у нас будет более чем достаточно. Конечно, придётся держать языки за зубами относительно того, что мы видели и с кем встречались. В Архив же Космофлота к тому времени попадут официальные данные: корабль класса такого-то в две тысячи двести тридцать третьем году базу не вернулся. И так далее... Нам именно это и будет нужно. Как вам план, капитан?

- Решайте, - развёл руками Дегайу. - Если все гарантируют молчание, то я соглашусь с таким планом.


х х х

Все собравшиеся на Центральном Посту Станции ждали.

- Интересно; что они решат? - сказал Каримов, покачиваясь на подушке кресла.

- Мы можем послушать, о чём они говорят, - предложил Адамов и потянулся к пульту. - Можно включить одностороннее прослушивание.

Каримову показалось, что контроллер вот-вот кивнёт, но Де Вернье неожиданно остановил инспектора.

- Нет, - сказал Де Вернье. - Имейте терпение - они пока имеют право на конфиденциальность. Кстати, где Джонсон? Мне не нравится, что его нет.

- Наверное, вещи укладывает, - пожал плечами Каримов.

Раздался сигнал вызова, и в поле обзора возникла кают-компания корабля.

- Ну, что вы решили, капитан Дегайу? - спросил Де Вернье.

- Видите ли, предложение отправиться на три столетия в будущее само по себе очень заманчиво, но... - Дегайу пожал плечами, - нам всё же хотелось бы вернуться домой.

Каримов заметил, как Де Вернье обменялся многозначительным взглядом с Адамовым.

- Разве вы не помните, что говорится в справке из Архива Космофлота? - спокойно спросил контроллер. - Корабль погиб. Неужели вы хотите пойти навстречу гибели?

- Как утверждают наши техники, джей-система корабля сейчас в полном порядке, и взрыв просто невозможен.

- Ваши техники имеют статус господа бога, чтобы решать, что возможно, а что нет ? - Де Вернье приподнял одну бровь.

- Не настолько, конечно, - усмехнулся капитан, - но их гарантии для меня что-то значат. Если серьёзно, то, насколько я понимаю, кроме этой короткой справки из Архива у вас нет иных исторических данных? Поэтому, если вас волнует только то обстоятельство, чтобы в Архиве Космофлота оказалось сообщение о гибели нашего корабля, мы можем сделать следующее... - и Дегайу изложил имевшийся план.

Контроллер слушал его, изредка переглядываясь с Адамовым. Когда капитан закончил, Де Вернье сказал:

- Вероятность осуществления этого плана чрезвычайно мала. Но, предположим, вы вернётесь, и сообщение о гибели корабля останется в Архиве. Кроме многочисленных факторов ещё необходимо основное и самое главное: чтобы ни один из членов вашего экипажа ни разу до конца жизни не проговорился!

- Об этом не беспокойтесь, - заверил Дегайу, - все на борту понимают важность ситуации.

- А как же с регистрацией при прибытии на Землю? - вставил Адамов.

- Её тогда ещё не было, - тихо сказал Пан Хон-Фу. - Они не знали чужих, вообще иных цивилизаций в космосе.

- Не понял, о какой регистрации вы говорите? - вскинул брови капитан.

- Но всё же, согласитесь, сделать так, чтобы запись в Архиве осталась прежней, будет непросто, - быстро сказал Де Вернье.

- Дело в том, что как вы сами говорите, к нашему возвращению запись в архивах уже появится, а все мы приложим максимум усилий, чтобы она осталась прежней. Вы ведь не знаете, почему вы получили такую справку: потому, что корабль, действительно, погиб, или потому, что всё будет сделано так, как предлагаем мы? Верно?

Де Вернье молча постукивал пальцами по краю пульта. В помещении стало очень тихо.

- Это большой риск, - сказал, наконец, контроллер.

- Надеюсь, вы не собираетесь удерживать нас силой? - осторожно спросил Дегайу.

Контроллер усмехнулся:

- А то вы пригрозите нам включением джей-системы в ангаре?

- М-м, - замялся капитан, - но джей-систему вы не можете остановить на расстоянии?

- Более того, - Де Вернье смотрел в упор на Дегайу, - в ангаре мы не сможем выключить ваши ядерные двигатели.

- Вы что, всё это серьёзно? - спросил Каримов.

В воздухе повисло тягостное молчание. Де Вернье ещё раз взглянул на Адамова. Каримову показалось, что контроллер едва заметно кивнул инспектору.

- Значит, вы уверены, что у вас всё получится? - наконец повторил Де Вернье.

- Уверен! Все члены экипажа готовы следовать этому плану.

- Вы за всех отвечаете?

- Да!

Контроллер кивнул и встал:

- Вы мужественные люди. Надеюсь, вы хорошо знаете свой экипаж, чтобы давать такие гарантии, но молчать лучше всего тогда, когда вообще ничего не знаешь. Поэтому никто не покидает корабль, ни один человек. Мы зарядим ваши энергоёмкости и тогда можно будет стартовать.

- Отлично! - Было видно, что у Дегайу гора спала с плеч. - Я немедленно распоряжусь, чтобы никто не покидал корабль. Мы начнём готовиться к старту. Вы сможете дать нам продовольствия, чтобы пробыть в космосе достаточно долго?

- Разумеется, и начинайте готовиться немедленно! - Контроллер отключил связь.

- Может бить, не следовало их отпускать? - спросил Адамов.

- Ты можешь себе представить, какой скандал разразится на Земле, если мы притащим их туда силой? - вопросом на вопрос ответил контроллер. - То, что предлагал Совет, - один из способов получить нужное решение, но могут быть и другие. Мы пока целы, значит, изменения истории нет. Конечно, возможны варианты.

- Пожалуй, пожалуй, - пробормотал Пан Хон-Фу.

- Кроме того, - вспомнил Де Вернье, - надо проследить, чтобы капитан стер в памяти корабля все данные о подходе к Станции и тому подобное.

Он протянул руку к пульту, но тут открылся дверной проём, и вошёл Джонсон, а вслед за ним Рашпай.

- ...А здесь находится наш Центральный Пост, - говорил Джонсон тоном экскурсовода, делая хозяйский жест рукой.

Увидев устремленные на него взгляды, Джонсон осекся замолчал.

- Что это значит? - спросил Де Вернье. - Почему астрофизик Рашпай не на корабле?

- Я решил немного показать Станцию. Рашпай очень интересовался, - растерялся Джонсон. - Ведь если они остаются с нами, это не имеет значения. Я решил...

- Ах, вы решили! - перебил его Де Вернье. - Вот что, Эл, я гарантирую вам пожизненное отстранение от любых работ в космосе: вы не умеете выполнять распоряжения. А вы,- повернулся к Рашпаю, - разве не слышали приказа своего капитана не покидать корабль?

- Нет, - удивленно ответил Рашпай. - Мы с Элом, наверное, отошли...

Де Вернье не дал ему закончить.

- Где вы были, Джонсон? Куда вы его водили? - почти выкрикнул контроллер.

- Пока только в библиотеку, - пробормотал энергетик.

- Слушайте! - воскликнул Рашпай. - Как ученый, я могу только восхищаться! Такая великолепная система хранения информации!

- Что вы рассказали? - Де Вернье одним движением оказался рядом с Джонсоном, - Что вы ещЁ рассказали?!

У Джонсона скривились губы.

- По какому праву вы на меня кричите? Я... я только рассказал о принципе нуль-Т, доктор Рашпай заинтересовался... - бормотал он.

Рашпай схватил Де Вернье за руку, у него были глаза одержимого.

- Но это же грандиозно, грандиозно! - закричал он. - Оказывается, в наше время исследователи идут совсем не тем путем! Подумать только, достаточно просто изменить подход к проблеме!

- Слушайте, доктор Рашпай, - Контроллер пристально смотрел на астрофизика, - ваши товарищи приняли определённое решение, с которым вас ознакомят на борту корабля. Вы сейчас же, немедленно, вернетесь туда и забудете всё, что вы тут увидели и услышали! Этих знаний в двадцать третьем веке нет. Нуль-Т откроют только через двести лет, и забудьте думать оь кажущейся простоте этого явления. Вернувшись на Землю, вы будете молчать обо всём, что вам рассказал этот человек! - Де Вернье уничтожающе посмотрел на энергетика. - Никакие открытия не могут быть сделаны раньше, чем они сделаны! Понимаете?

Глаза Рашпая начали округляться.

- Позвольте! Эти знания не принадлежат только мне - я считаю их уже достоянием всего человечества двадцать третьего века! Неужели вы думаете, что я буду молчать и похороню эти знания заживо?

- Поймите, доктор Рашпай, - Де Вернье обвёл рукой собравшихся в помещении Центрального Поста. - Мы, присутствующие здесь, живём в двадцать шестом веке. В наших исторических хрониках говорится, например, что нуль-транспортировка масс была изобретена сто лет назад. Сто, понимаете, а не триста! Почему вы должны решить, что нашу историю можно перечеркнуть?

Астрофизик немного смутился, но моментально начал говорить:

- А я и не утверждаю, что вам нужно отказаться от вашей истории, но... Но нельзя же быть такими консервативными!Возможно, как раз наступает время, когда можно изменять историю, исправлять её и улучшать! Это в древности нельзя было бы принести людям, например, ядерный реактор. Но сейчас-то, в двадцать третьем веке, на Земле единое общество, и, слава богу...

Де Вернье оборвал Рашпая.

- Я вижу, с вами разговаривать бесполезно, - сощурившись сказал он. - Идёмте к вашему капитану. Надеюсь, он сможет растолковать вам, как надо будет себя вести. Если вы вообще хотите вернуться.

Он почти за руки вытащил Рашпая в коридор.

Когда за контроллером и обезумевшим от научных открытий астрофизиком закрылась дверь, Пан Хон-Фу скрестил руки на груди и по очереди посмотрел на остальных.

- Каков, а? - сказал теоретик. - Типичный экстремист от науки. Я должен сказать, что нисколько не удивляюсь, что в своё время при Совете была создана Служба Безопасности. Такие, как этот Рашпай, готовы сунуть свою и чужие головы када угодно.

Джонсон вдруг резко повернулся и, ни на кого не глядя, вышел. шел. Дежурный растерянно спросил:

- А что же теперь будет?

Адамов сделал решительный жест рукой:

- Я уверен, что контроллер Де Вернье найдёт решение. Кроме того, я попросил бы всех присутствующих по возвращению на Землю не рассказывать ничего о происходившем здесь до тех пор, пока не появится официальное общение Мирового Совета. Если оно появится.

- Разумеется, - пожал плечами Пан Хон-Фу. - Нет вопросов.

Каримов и дежурный кивнули.

Де Вернье вернулся неожиданно быстро. Секунду он стоял в дверном проёме, а затем сел в свободное кресло у пульта. Все выжидающе смотрели на него. Контролер повернулся к дежурному:

- Марк, как идёт зарядка корабля?

- Уже есть восемьдесят три процента, - ответил дежурный.

Де Вернье кивнул.

- Ну, вот и хорошо. А вы, Марк, можете, быть свободны. Собирайтесь и отправляйтесь на Землю.

- Понял, - разочарованно ответил дежурный. У самой двери он остановился и сказал. - До свидания.

- Всего хорошего, спасибо за работу, - махнул рукой Де Вернье. - Там, на Земле, воздержитесь пока от разговоров.

Молодой человек кивнул и ушёл. Де Вернье сидел, глядя перед собой, и Каримов понял, что какое-то решение принято.

- Ну, что там? - не выдержал он, наконец.

Де Вернье потёр щеку, как будто у него болели зубы.

- Капитан обещал убедить Рашпая, но я не уверен, что это у него получится. Когда мы пришли на корабль, Рашпай устроил безобразную сцену, клеймил потомков то, что они не хотят делиться знаниями. Оставаться с нами он категорически отказался. Заперся в своей каюте, чтобы его не взяли силой.

- Что же вы теперь намерены предпринять? - тихо спросил Каримов.

Де Вернье внимательно посмотрел на Каримова:

- Я намерен предпринять то, что обеспечит, например, появление нуль-Т не раньше той даты, которая значится в нашей истории.

- Что вы имеете в виду? - удивился Каримов, но в этот момент раздался сигнал вызова.

Это вызывал капитан Дегайу. Оглядёв хмурые лица, капитан улыбнулся и сказал:

- Полагаю, вам не стоит волноваться. У нас будет достаточно времени, чтобы убедить непокладистого Рашпая. Кстати сказать, его не поддержал ни один член экипажа.

- Его одного вполне хватит, - тихо сказал Пан Хон-Фу.

Контроллер смотрел на капитана без всякого, казалось, выражения на лице.

- Скоро вы сможет стартовать, точнее - мы выведем вас из ангара, сказал он. - Через полчаса после этого включайте маршевые двигатели. Точно выполняйте то, о чём мы договаривались. Всё, с этоё минуты связи больше не будет. Прощайте!

Дегайу кивнул и помахал рукой. Изображение исчезло.

Пан Хон-Фу тронул каримова за рукав.

- Идемте, Андрей, - тихо сказал он.

Они направились к выходу. Перед самым проёмом Каримов обернулся. Де Вернье и Адамов стояли и смотрели им вслед, как будто ждали, когда теоретик и инженер выйдут из помещения.


х х х


Придя к себе в комнату, Каримов сложил немногочисленные вещи в сумку, взял со стола миниатюрную модель Генератора, а со стены снял несколько объёмных фото. Ещё раз обернулся на место, где он прожил почти год. Больше собирать было нечего.

Каримов с грустью подумал, что пройдёт совсем немного времени, и Станция, Генератор, да и всё остальное, включая только что созданную планету, перестанет существовать. Андрей вздохнул и взял сумку. "Интересно," - подумал он, - "неужели контроллер верит экипажу?"

Включилась внутренняя линия экстренной связи.

- Это я, - пояснил появившийся в поле обзора Ильин. - Проверяю, все ли покинули Станцию.

- Уже ухожу.

- Что там за инцидент вышел с астрофизиком? - поинтересовался Ильин.

- Лучше спросите у Де Вернье, - махнул рукой Каримов.

- Ладно, понимаю, - многозначительно кивнул Ильин.

В коридоре он встретил Пан Хон-Фу, который тащил целую библиотеку - коробку с кристаллокнигами килограммов на десять.

- Давайте помогу, - предложил Каримов, забирая коробку у теоретика.

Пан Хон-Фу поблагодарил. Они пошли рядом.

- Как вы считаете, контроллер поверил капитану корабля? - спроси, наконец, Каримов.

- Давайте напоследок заглянем на Центральный Пост, - вместо ответа предложил Пан Хон-Фу.

Де Вернье и Адамов сидели за пультом. Они взглянули на теоретика и инженера, но промолчали. Каримова удивило, что поле обзора не включено.

- Корабль покинул ангар? - спросил он.

Адамов кивнул.

Де Вернье молчал, не отрывая взгляда от часов на пульте. Тут же перед ним стояла маленькая пирамидка, на каждой грани которой периодически вспыхивали красные точки.

Вдруг контроллер взял обруч управления и надел на голову, как будто решился на что-то. Секунду он сидел, глядя перед собой. Каримова поразило его, лицо - плотно сжатые губы, напряженный подбородок. Затем Де Вернье как-то обмяк и откинулвшись в кресле, закрыл глаза.

Каримов заметил, грани пирамидки перестали мигать. Инженер пытался вспомнить, где он видел такую пирамидку.

- Это что? - наконец спросил он, показав на устройство.

- Это? - Адамов бросил быстрый взгляд и отвёл глаза. - Это индикатор...

- Индикатор чего?

- Теперь уже ничего, - негромко сказал Де Вернье, не открывая глаз.

- Это индикатор молекулярного резонатора, - сказал Пан Хон-Фу. - То есть, бомбы.

Только тут до Каримова дошло, всё, что случилось.

- Вы уничтожили корабль? - выдохнул он.

Де Верньер открыл глаза, снял обруч и посмотрел прямо на Каримова. Лицо у него было осунувшееся и как бы постаревшее.

- Неужели вы думаете, что капитан Дегайу высадил Ражая на какой-нибудь необитаемой планете? - сиросил контроллер. - Неужели вы думаете, что Рашпай стал бы молчать, окажись он на Земле в своём времени? У человечества должна быть одна история, и никому не дано право её менять. Мы столкнулись с настолько необычайным явлением, что никто не может предсказать последствия бесконтрольных действий в такой сложной области. Я не мог поступить иначе...

Воцарилось тяжелое молчание. Наконец Пан Хон-Фу подошёл к контроллеру и, вздохнув, тронул его за рукав.

- Ваши действия определялись сведениями, полученными из Архива. Я думаю, в Совете поймут нас, Де Вернье. Я лично, во всяком случае, вас понимаю. Вам трудно будете смотреть в глаза людям, когда вы вернетесь домой, Пан Хон-Фу покачал головой. - Да и всем нам тоже. Легко рассуждать о благе человечества - принимать важные решения трудно. Ведь никто не может сразу сказать, какое решение самое правильное.

Связь включилась неожиданно, Каримов даже вздрогнул. Снова появился Ильин. Де Вернье вопросительно посмотрел на капитана-куратора.

- Всё готово, - сказал Ильин. - Все люди эвакуированы. Через час сработает система аннигиляции планеты, а Станцию выбросит в надпространство. Орбитальные индукторы я уже уничтожил.

- Уходим, решительно сказал Де Вернье.

Все двинулись к секции нуль-Т. На душе у Каримова было отвратительно. Возле дверей в камеру переноса стоял, Джонсон.

- Вы решили задержаться? - язвительно спросил Адамов.

Джонсон пожал плечами:

- Ничего я не решил, но она не действует.

- Как это не действует? - удивился Де Вернье.

- Эта секция нуль-Т не действует, - повторил Джонсон и снова пожал плечами. - Наверное, Ильин её уже отключил.

Де Вернье вошёл в кабину и через несколько секунд вышел. Все смотрели на него. Контроллер покачал головой:

- Каанал, действительно, прерван.

Сзади в коридоре послышались шаги, быстрой походкой подошёл Ильин.

- Вы меня ждёте? - немного удивлённо спросил он.

- Не работает, - Каримов кивнул на секцию нуль-Т.

- Вам не следовало торопиться с индукторами, Валерий, - задумчиво сказал Пан Хон-Фу.

- Что!? - удивился Ильин. - При чём тут индукторы?

Пан Хон-Фу скривил губы:

- При том, что мы ничего не знаем о причинах, вызвавших перенос Станции во времени и поддерживавших канал связи по нуль-Т. Видимо, индукторы сыграли определённую роль.

Глаза Ильина округлились.

- Не действует? - почти шёпотом спросил он.

Теоретик отрицательно покачал толовой.

- Меньше, чем через час, - Ильин глотнул, - Станцию выбросит в надпространство.

- Что будем делать? - спросил Адамов у Де Вернье.

- Пока не знаю, - пробормотал контролер.

- Есть корабли охраны, они остались, - быстро сказал Ильин. - Можно на них...

Каримов задумчиво толкнул ногой свою сумку, стоявшую на полу.

- А на Землю-то нам теперь нельзя возвращаться, - сказал он. - Сейчас там двадцать третий век.

Все молчали. Прошло несколько томительных минут.

- Я думаю, - невозмутимо сказал, наконец, Пан Хон-Фу, - как бы то ни было, возможны варианты. Но их не так много...


-//-