# Запреты и предписания научного познания

А М Гейман

Отрывок из "Битва России:шанс")

ЗАПРЕТЫ И ПРЕДПИСАНИЯ НАУЧНОГО ПОЗНАНИЯ


(отрывок из эссе

"Битва России:шанс")


...Действительно, я усматриваю необходимость узаконить при

построениях хотя бы общенаучного, теоретического плана свод неких не то чтобы

аксиом, а скорее предписаний, этаких яма и нияма, но не вполне чисто научного

плана (возможно, еще больше бы подошло слово заповеди, не воспринимайся оно

столь религиозно). Пока что наука и философия пытается обойтись в этом качестве

только лишь правилами логики или ее численной разновидностью, математикой.


Но. Практика самой науки показывает, что никакая логика и

никакая математическая строгость не спасает от парадоксов и противоречий - от

элегантных и относительно корректных до самых неприличных. Очевидно, пора уже

признать, что попытка обойтись голимой логикой есть не более чем утопия

самовлюбленного и самоуверенного рацио, аналитического интеллекта, который

собственную плоскостность и запертость в цифровом описании проецирует на мир,

полагая его столь же численно-построенным и конечным. Ругать и вообще отрицать

из-за этого интеллект, понятно, бессмысленно - все равно что пенять на

калькулятор за то, что он способен иметь дело только с числами - это область его

законного применения, а выше головы он не прыгнет, не может.


Однако человечеству именно что приходится "прыгать" выше уровня

сложности калькулятора, и это отнюдь не вызовы завтрашнего дня, а реальность

самая повседневная. Все более очевидна сложность, парадоксальность, известная

алогичность да и вообще иррациональность, чудесность не только нашего сознания

(что, кстати, уже требует чего-то похитрей, нежели "логика"), но и физического

мира, как его принято называть. Отсюда, встает вопрос о том, чтобы это отразить

не только в описании, но и в самих методах исследований, в неком корпусе научных

правил.


(С сожалением вынужден признать свою неосведомленность в том,

что здесь наработано в новопоявившихся науках, которые, как можно судить по

отголоскам, и пытаются решать такие или схожие проблемы. Поэтому то, что я

попробую в самом общем виде обозначить ниже, может быть уже хорошо развито и

применяться в тех или иных отраслях научного знания - положим, в синергетике или

там какой-нибудь многомерной логике. Если я повторю уже введенное в оборот такой

науки и поневоле изобрету велосипед - что ж, мои извинения. Для меня-то ведь эти

вещи не есть мое личное открытие и тем более достояние, для меня это нечто само

собой разумеющееся, факт мира, и открытием было обнаружить, что этот факт,

оказывается, не только не признается, но даже не осознается, что его еще надо

как-то формулировать и объяснять, - ну, это примерно состояние химика,

столкнувшегося с группой коллег, отрицающих существование таблицы Менделеева и

не желающих понимать ее если не истинность, то полезность. Вот так же, говорят,

глазели западные биологи на лысенковцев, делающих на международных симпозиумах

доклады с отрицанием существования генов.)


На текущий момент я не готов рассмотреть это подробно и

обосновать по пунктам, поэтому только вкратце поясню, как я понимаю корпус

правил, яма и нияма познания, которые не охватываются и не усматриваются в

пределах чистой (формальной) логики, но которые такая же необходимость познания,

как собственно научные принципы (вроде бритвы Оккама или знаменитых постулатов

Гёделя). В целом, науке необходим некий кодекс джнанина, воина Знания, однако я

подчеркиваю, что речь идет не только лишь об этическом и личностном аспекте, -

это шире и глубже, забирает именно в область метода, в самое начало начал.


В частности, все более очевидна иллюзорность явной или неявной

претензии науки на изучение мира "как он есть" - а то есть, наивно и беспочвенно

само представление, что можно изучать мир "объективно" - будучи при том,

разумеется, субъектом. Сознание не просто изучает реальность - оно ее формирует,

создает свою версию реальности. Кажется, это все более понимается и признается.

Однако что из этого следует? И вот тут-то пора и положено задать следующий

вопрос. Если уж при взаимодействии (при исследовании в том числе) с внешней

реальностью создание какой-либо ее версии неизбежно, то ведь весь вопрос вот в

чем: а какую же именно версию следует создавать? Чего в себе и в мире хотеть?

Что нам от нас самих нужно? И вообще - каким следует знать мир? Можно знать

мир как мертвый механический набор безмозглых физических тел, соотносящихся друг

с другом по математически строгим законам ньютоновской механики. Или можно знать

мир как физико-химические процессы в мозгу - биохимики вот пытаются. А можно и

вовсе постигать в мире способы истребления себе подобных. Или вообще

последовательное ухудшение (порчу) исходного совершенства (суперсимметрии).

Можно-то можно. А вот надо ли? Это ли в мире следует знать?


Здесь два момента. Один - это сам план воли (или, толтекский

термин, намерения). Второй - свойства картины мира, конкретной версии

реальности - или, иначе, направленность этой воли, предмет ее приложение. Так

вот, я предлагаю признать, узаконить сам факт воления, устремления к какой-либо

версии реальности:


во-1-х, признать, что отстраниться от этого все равно

невозможно,


а во-2-х, считать это одной из составных частей научного

познания - не просто неустранимой примесью, но именно необходимой составной его

частью, без которой оно попросту не может быть полноценным познанием.

Действительное познание просто не может состояться как знание о том, что есть

(якобы "само по себе"), оно обретает действительность, только когда решает

задачу пребывания и становления - проще говоря, участвует в строительстве

(мира).


А это, в-третьих, ставит вопрос об искомой картине мира, о

версии реальности: а что же именно волить, что намеревать при познании - и в

т.ч., научном исследовании. И вот здесь я пока предлагаю принять хотя бы такие

постулаты: нормальным, надлежащим, правильным для познающего сознания являются:


1 - необходимость осознавать себя в устремленности к своему

пределу, к своему максимуму (здесь попутно отмечу 2 момента: максимум в смысле

абсолютного сознания (не комментируя далее) - и максимум как высота планки, -

небо надо штурмовать);


2 - необходимость осознавать себя в своей сопряженности с общим

мировым процессом (а это уже во многом план "земли").


А то есть, налицо необходимость и самое мир понимать как некую

решаемую задачу (в пределе, абсолютную), и себя со своим познанием ставить как

часть ее решения. Этический момент, который здесь с ходу просматривается,

является, таким образом, совершенно законным. Он, как ни странно, вытекает из

чистой логики. Исследователь просто обязан себя как-то позиционировать, это

необходимо даже с т.з. корректно проведенного опыта, наблюдения. Вот там объект,

вот там и там мои инструменты, а вот тут - часть опыта - я сам, наблюдающий,

познающий. Отсюда, можно вполне строго показать, что познающий мир субъект

просто не в состоянии познавать мир, если будет сознавать себя при том вошью на

его теле - это, так сказать, ошибка позиционирования. Умаленность, смирение,

благоговение - это одно, а оправдание или оплакивание (или смакование)

собственной никчемности это другое: это холуйство. Таким образом, осознание

себя, определение своей позиции через высокое этическое долженствование - это

законная составляющая полноценного познания, а эмоциональный ключ познания,

безусловно, должен быть позитивен. Познавать в мире собственную ущербность и

тлетворность, а самое мир познавать как механические судороги бесцельной машины

не просто самоубийственно - это еще и методологически неверно.


Спрашивается, как это совместить с одновременной необходимостью

отстранить все и всяческие искушения, иллюзии, предрассудки и тому подобное -

как сочетать предельную нацеленность на идеал (этический в том числе) с

предельной же трезвостью и незамутненностью сознания? Э, так в том-то и вызов!


Если теперь под этим углом обратиться к практике современной

науки, то открывается картина, не более отрадная сравнительно с той, над которой

я негодовал в прим.[2]. Ну, как после этого оценить потуги и претензии позитивной

(западного типа) науки на "объективное" изучение "законов природы" и самое

реальности? Ведь ни от воления (приложения воли), ни от построения реальности

сообразно сознанию наука при том не отступала. И стало быть, она не просто

"открывала", что мир есть математическое движение мертвых тел - она это в мире

намеревала, волила. И если не отягощала себя такой ерундой как становление

абсолютного сознания, если не пыталась знать в мире хотя бы его одухотворенность

и божественность, если обращалась к живому не произнося волшебной формулы "мы с

тобой одной крови", то это ведь отнюдь не значит, что наука умела обойтись

вообще без воления, воображения и преображения мира - нет, это значит лишь, что

она намеревала противоположное - раз не живое и духовное, то мертвое,

бездуховное и трагически ущербное (не абсолютное и лишенное сознания). И само

собой, никакой чистой наукой она при этом не была, а была чистейшей воды

черной магией - наберитесь уж хваленой объективности и мужества признать это,

господа ученые.


На возможное возражение, что, дескать, наука не располагает

соответствующим опытным материалом, позволяющим заключить, например,

божественность (абсолютность) сознания или одухотворенность всего живого, мой

ответ прост: а она пыталась это узнать? Если в комнату, где лежат два мешка

яблок, никто не заглядывает, то как-то трудно узнать, что они там лежат.

Узнавать-то ведь пока пытались совсем другое - какие доли мозга отвечают за

память и торможение, какие гены ввести, чтобы получить послушных солдат - ну и

т.п. "истины". Это и узнают. Преображенский ведь тот же Шариков, даром что

профессор.


И еще. Я полагаю, не так уж далеко время, когда все изложенное

здесь мной будет очевидно уже не с т.з. одной мыслительности, а станет именно

открытым опытным фактом. Например, "сопряженность с общим мировым процессом" или

"осознание себя в устремленности к своему пределу" будут очевидны как простая

сонастройка вибраций - мировых и человеческого сознания. Может быть, это станет

возможно даже прикидывать в числах и определять формулами. Этого я предложить не

могу, не моя специализация. Но даже без этого, в пределах "чистой

мыслительности" это все является неопровержимой истиной в силу одной своей

необходимости. Не выжить без этого.