# Опыт профессора Протопопова

Андрей Евгеньевич Геращенко

Научно-фантастический рассказ о возможных проявлениях четвёртого пространственного измерения. Опубликован в книге "Сквозь паутину тьмы", сборник фантастики / В.В.Строкин, А.Е.Геращенко, иллюстрации В.К.Ладика, Минск, "Славянский путь", УПП "Витебская областная типография", 2001. 224 с., ISBN 985-6592-04-6 УДК 82 (15) ББК 84 (4 Беи)6

Андрей Геращенко

(г. Витебск, Белоруссия)


ОПЫТ ПРОФЕССОРА

ПРОТОПОПОВА

(рассказ)


Ярко освещённая комната. Двое в белых халатах совершают какие-то едва ли не магические манипуляции среди нагромождения самых разнообразных приборов. Один из них - доктор математических наук, профессор Игорь Владимирович Протопопов. На вид ему не больше сорока, хотя жизненный путь профессора уже перешагнул полувековую черту. Возраст почти незаметен, только на висках нет-нет, да и пробьётся седой волос. Протопопов в белом халате, завязанном сзади на тесёмки. На носу у Игоря Владимирови-ча очки в мощной роговой оправе. Большие, пышные усы придают профессору облик за-порожца. Второй - Сергей Лущенко, студент-пятикурсник МГУ. На нём слегка потрёпан-ные джинсы и голубая рубашка. Сергей восхищённо следит за точными движениями сво-его учителя. В окружении приборов, жужжащих проводов и лампочек, мигающих судо-рожно-красным светом, на трёх ножках стоит аппарат, состоящий из двух прозрачных по-лусфер, имеющих небольшой зазор в месте соединения друг с другом. В центре шара, ни на что не опираясь, прямо в воздухе висит небольшой металлический шарик.

- Серёжа, добавь напряжение.

- Хорошо, Игорь Владимирович.

По сфере пробежали огненные искры. Некоторые из них разрядились в шарик, что было очень похоже на маленькие синие молнии. Профессор заметно заволновался и впил-ся глазами в шарик. Тишину нарушали лишь лёгкое потрескивание и жужжание, да ино-гда приглушённое, сказанное шёпотом пояснение для студента.

- А теперь, Серёжа, смотри внимательнее. Если мои расчёты верны, мы с тобой увидим четырёхмерный шар, причём впервые в мире.

Призывать студента к вниманию не было никакой необходимости: Сергей, боясь даже мигнуть, не отрывал взгляд от аппарата.

- Смотрите, что это?! - нарушил тишину голос студента.

Профессор, отвлёкшийся для проверки показания приборов, взглянул на шарик и вздрог-нул. Шарик стал полупрозрачным, а затем начал медленно сжиматься. Через минуту от него осталась едва заметная чёрная точка. Экспериментаторы зачарованно наблюдали это интересное явление.

Внезапно их внимание привлёк странный звук, сопровождающийся запахом горе-лой изоляции. Из панели контроля напряжения пошёл густой, чёрный дым. Оттуда же до-носилось нечто похожее на звук трескающегося дерева.

- Отключи напряжение! Быстрее!

Сергей ринулся к панели, но растерянно остановился, как вкопанный. Не в силах произне-сти ни слова, он молча указал профессору на панель. Из неё с громким треском выползал ослепительно-яркий огненный шар.

- Шаровая молния! Не двигайся, Серёжа! - Игорь Владимирович с ужасом следил за направлением полёта незваной гостьи.

Вот она взвилась над панелью контроля, вот пролетела над кабелем. "Только не это!" - по-думал Протопопов, однако вскоре подтвердились его самые худшие опасения. Молния зависла над сферами, а затем медленно опустилась вниз, оказавшись в самом центре аппа-рата. Вслед за этим мгновенно раздался чудовищный грохот и в грудь профессору ударила мощная волна горячего воздуха, отбросившая его в сторону. Ноги пронзила нестерпимая боль, после чего на Игоря Владимировича навалилась тяжёлая, чёрная пустота...


Протопопов застонал и открыл глаза. Высоко над головой белел потолок. Профес-сор лежал на белоснежной кровати, оплетённой со всех сторон проводами и датчиками. Вспомнив о ногах, Игорь Владимирович попробовал было пошевелить ими, но не смог: ноги были завёрнуты в плотный гипсовый кокон. Рядом с кроватью на двухметровом шта-тиве была укреплена змееобразная капельница, больно впившаяся в руку своим металли-ческим жалом-иглой. В бутылке с розовым раствором медленно булькали пузырьки воз-духа. Чуть в стороне, на маленькой табуретке сидела молоденькая медсестра и тихонько дремала. Профессор попробовал перевернуться на правый бок, но сильная боль не позво-лила этого сделать. Он застонал. Медсестра испуганно открыла глаза.

- Где я?

- В больнице.

- Я понимаю, что в больнице, но в какой именно?

- В центральной.

- А где Серёжа?

- Какой Серёжа? Вас перевели сюда из вашей районной больницы.

- Только меня?

- Да.

"Значит Сергей пострадал не так сильно. Он или дома или в районной, но скорее всего в районной - взрыв был довольно сильным", - решил Протопопов:

- А какое сегодня число?

- Девятнадцатого июня, вечер. Но вы особенно не разговаривайте.

- Последний вопрос. Меня кто-нибудь навещал?

- Да. Два раза приходила ваша жена, а сегодня после обеда приходил старик с пышной бородой.

- Это Родский.

- Не разговаривайте, пожалуйста.

О том, что Протопопов собирается провести практический опыт, связанный с чет-вёртым измерением, знали только трое: Сергей, он сам и академик Родский. Родский раньше занимался этими вопросами, поэтому профессор иногда у него консультировался. Однако Родский называл Игоря Владимировича "алфизиком", а его четырёхмерный шар - "философским камнем" и утверждал, что создание четырёхмерного тела в трёхмерном мире невозможно. "А всё же, мне удалось создать четырёхмерный шар, что бы там не го-ворил Родский. Родский был бы прав, если бы я не нашёл направление четвёртой оси ко-ординат. Так просто, а люди веками не замечали этого измерения. Никому и в голову при-дти не могло, что четвёртая ось направлена вовнутрь самой системы координат..."

Профессор уснул, но спал очень плохо: всю ночь снились страшные кошмары. Вот он создал четырёхмерный объект - огромный, светящийся обруч. Но обруч неожиданно обхватил ноги Протопопова и с силой сдавил их. Профессор закричал от боли и проснул-ся.

- Вам плохо? - испуганный голос медсестры вернул Игоря Владимировича к дейст-вительности.

- Нет, просто чертовщина всякая снится.

- Так я вам укольчик сделаю.

После укола по телу учёного разлилось приятное тепло. Он успокоился и погрузился в мягкий и глубокий сон.

На следующее утро Протопопов проснулся прямо перед врачебным обходом. Едва профессор окончательно пришёл в себя, как в палату вошла целая процессия врачей. Один из них, с короткими седыми усиками, широко улыбнулся:

- Ну, Игорь Владимирович, вы в рубашке родились.

- Что со мной?

- Самое страшное позади. У вас переломы обеих ног и небольшой ожог бедра.

- А как дела у Лущенко?

- К сожалению, его не удалось спасти. Его, очевидно, отбросило прямо на окно по-сле взрыва и острые осколки стекла перерезали сонную артерию. Он потерял слишком много крови и умер по пути сюда. Попытались было спасти в реанимации, но безрезуль-татно.

- Боже мой! Ведь это я погубил парня... Такой молодой..., - перед глазами Протопо-пова поплыли какие-то мутные круги.

Некоторое время он ещё слышал тревожные голоса врачей, а затем провалился в чёрное безмолвие...


Прошло полгода. Игорь Владимирович уже вполне сносно ходил, опираясь на не-большую трость из чёрного дерева. Чувство вины, связанное с гибелью Лущенко, понем-ногу отступало куда-то вовнутрь, но каждый раз, проходя мимо своего старого дома (про-фессор получил новую квартиру), Протопопов мрачнел и нервно ускорял шаг. Был хму-рый сентябрьский день. С утра легко моросил редкий дождик, но потом он прекратился. Дул лёгкий, довольно холодный ветер. Деревья в парке плавно качались и шелестели своими разноцветными кронами. Стояла та удивительная пора, когда ещё не начался мас-совый листопад, а листва уже была расцвечена осенью в самые причудливые и замысло-ватые тона. Ярко отливал багрянец клёнов, а золотые берёзы напоминали жар-птиц. Время от времени ветер срывал охапки листьев с деревьев и они мягко падали на траву, на ас-фальт дорожек.

Протопопов не пошёл по дорожке, потому что там были обширные, образовавшие-ся после дождя лужи. Мягко ступая по траве, устланной ковром из свежеопавших листьев, профессор изредка разбрасывал тростью маленьких "десантников" осени, присматриваясь к причудливым узорам прожилок. Уже в который раз он вспоминал свой разговор с Род-ским в июле.


Тогда Игорь Владимирович выписался из больницы.

Протопопов вышел из широких ворот больничного двора, широко вдохнул летний воздух, посмотрел на ласковое, голубое небо и, медленно, опираясь на трость, пошёл к скамейкам у фонтана. Там его ждала машина, за рулём которой сидел и добродушно улы-бался Родский. Только сейчас Протопопов вдруг обратил внимание на то, что академик очень постарел и осунулся за последние годы. Родскому было уже далеко за семьдесят. Это был невысокий, совершенно лысый старичок, что полностью компенсировалось пышной белой бородой.

- Ну что, экспериментатор, хватит бока отлёживать - пора и за дело!

- Здравствуйте, Николай Егорович.

- Здравствуй, Игорь. Как дела?

- Уже хорошо, только ноги немного побаливают. Но ничего - со временем пройдёт.

- Ну и славно. А теперь поедем ко мне, нам есть о чём поговорить.

Академик вёл свою старенькую "Волгу" вполне уверенно, даже с некоторым озор-ством, весьма странным для его возраста. Не прошло и получаса, как они приехали на за-городную дачу Родского.

Дача представляла собой маленький кирпичный домик, окружённый со всех сторон целым морем растительности. От калитки к дому вела узкая дорожка, выложенная бу-лыжником. Вошли внутрь дачи.

Через час, когда Протопопов удовлетворил своё любопытство, разузнав о событи-ях, произошедших за время его отсутствия, академик перешёл к вопросу, весьма неприят-ному для Игоря Владимировича:

- Игорь, так что же тебя всё-таки подтолкнуло начать опыт?

- Понимаете, Николай Егорович, я понял, куда направлена ось четвёртого измере-ния.

- Любопытно. Ну и к какому выводу ты пришёл?

- Я просто изучил зависимость проекций осей измерения на плоскость по следую-щему принципу: проекция двумерного объекта на одномерную основу, трёхмерного на двумерную и, наконец, четырёхмерного на трёхмерную. Возьмём мир без измерениё - это точка. Одномерный мир - прямая. Если прямую спроецировать на точку, получится точка. Двумерный мир - плоскость. Если плоскость спроецировать на прямую, лежащую на этой плоскости, то мы получим ту же прямую. Любая проекция трёхмерного предмета на лист бумаги будет двумерной. Значит нужно искать такое направление оси четвёртого измере-ния, при котором её проекция на наш мир приведёт к исчезновению оси. Я понял, что эту ось можно провести лишь внутрь точки. Да! Именно внутрь! - Протопопов увидел, как удивлённо поднял брови Родский.

Сделав паузу, Протопопов продолжил:

- А отсюда вывод. Если предмет окажется четырёхмерным, то при воздействии мощного потока энергии (в данном случае - электромагнитного поля) он придёт в движе-ние в четвёртом измерении, то есть начнёт сжиматься. Идеальная форма для наблюдения - шар. Его я и решил взять для опыта. До этого я заложил данные в ЭВМ и получил на пер-вый взгляд фантастические числовые параметры величины мощности поля. По расчётам ЭВМ при определённой величине этих параметров должен осуществиться пробой про-странства, и четырёхмерный предмет можно увидеть. Естественно, не сам предмет, а его образ. Что было дальше, вы знаете. Опыт прошёл бы успешно, если бы не эта нелепая и ужасная случайность с шаровой молнией.

- Это не было случайностью, Игорь.

- Что? Что Вы сказали?

- Именно так. Пять лет назад знаменитый американский физик Пол Смит провёл в своей лаборатории в Майами подобный опыт, закончившийся, как тебе известно, гибелью учёного.

- Что вы хотите этим сказать?

- Недавно при помощи ЭВМ были восстановлены киноленты, автоматически фик-сирующие проведение опыта. Смит получил четырёхмерный переход. На плёнке явствен-но видно, как какой-то яркий шар надвигается на шарик, начавший сжиматься. Затем вид-но, как при наложении происходит взрыв. Остальная плёнка расплавилась от чрезвычайно сильного излучения.

- Значит... Нет, не может быть...

- Это не шаровая молния.

- Но что же в таком случае?

- Помнишь гипотезу о том, что чёрные дыры и крупные центры звёздообразования связаны между собой в четвёртом измерении. Иными словами, энергия, поглощаемая чёр-ной дырой, транспортируется в четвёртом измерении к центру звёздообразования. Собст-венно, чёрная дыра и центр звёздообразования - это две разные стороны медали, два про-явления одного и того же объекта. Ведь дырочка на листе Мёбиуса для живущих на нём будет двумя разными объектами, разделёнными большим расстоянием. То же ты, очевид-но, наблюдал и при проведении опыта. Твой шарик, перейдя в четвёртое измерение, пре-вратился в миниатюрную чёрную дыру, а шаровая молния - это материализовавшийся ми-ниатюрный центр звёздообразования. Ты как бы проткнул свою комнату в четвёртом из-мерении.

- Но почему произошёл взрыв?

- Это очень просто. Выброс вещества шарика произошёл как раз в панели электро-контроля и повредил её. Мощность поля начала падать, и огненный шар стало неумолимо тянуть к минидыре. При полной потере мощности поля шар поглотил минидыру и про-странство захлопнулось. Но ведь часть вещества находилась в переходе. Это и послужило причиной мощного взрыва. А вот твоя гипотеза о направлении четвёртой оси... Твоя мысль о её центростремительности заставляет по-новому взглянуть на вопросы астрофи-зики, да и не только...


Медленно падают листья. Возобновившийся дождь вернул профессора в сентябрь. На очки упало несколько капель, заметно уменьшив обзор. Такой же дождь лил в день по-хорон Родского. Протопопов вдруг почувствовал, что остался один на один с тайнами чет-вёртого измерения. К горлу подкатился комок. Игорь Владимирович отряхнул очки и по-брёл домой, обходя попадающиеся по дороге лужи...


12 апреля 1987 года

г.Лепель