# Святой Георгий

Кайл Иторр

В эпоху крестовых походов родилась сказка о святом Георгии и драконе у стен Акры. Но такова ли эта история, какой сделала ее изменчивая людская память, или все, как обычно, было совсем иначе? Рыцарская байка.

КАЙЛ ИТОРР


СВЯТОЙ ГЕОРГИЙ

(рыцарская сказка)


Если уж выглядишь как чудовище, так будь готов к нападению!

[Гэри Райт "Дорога на запад"]


Так ли было дело или иначе, никому не ведомо, а только люди так

сказывают:

Едет храбрый рыцарь Юрген фон Дракенберг бороться с язычниками, Гроб

Господен освобождать. Месяц едет, два едет, третий начинается - а нет ни

язычников, ни Гроба. Кругом горы, степь, попадаются реки да леса, пустыня

вдали мелькает, но Бальд, конь верный, туда не желает поворачивать, - а

людей нет вокруг, спросить не у кого.

И вот видит Юрген - замок на холме высится, почти такой, как на его

родине. Подъезжает рыцарь, смотрит - а мост замковый поднят, ворота

закрыты, караульные на стенах луки да самострелы к бою готовят, а с кем

биться будут, неясно.

И появляется на стене среди караульных знатный видом человек в

кольчуге дамасской, и говорит:

- Сэр рыцарь, коли дороги тебе жизнь и душа твои, проезжай мимо и не

оглядывайся.

- Не велит мне долг рыцарский оставлять сородичей, что в помощи

нуждаются, - отвечает Юрген.

- Прошу тебя, уезжай прочь. Только зазря сложишь голову, а нам не

поможешь.

Но Юрген не был трусом и молвит так:

- Какова же беда твоя, благородный сэр, что заперся ты в замке,

подобно устрице в раковине своей?

А хозяин замка не отвечает, только указывает на восход солнца.

- Молись, сэр рыцарь, ибо предупреждал я тебя...

И тут чувствует Юрген, как Бальд, конь его храбрый, что во многих

битвах бывал, дрожит, ушами прядает и удила дергает. Глядит рыцарь на

восход, а оттуда приближается громадная туча пыли.

А как осела пыль, видит рыцарь - дракон.

Обычный такой дракон, пыльно-зеленого цвета, размерами чуть поменьше

конюшни, если крылья сложит - а крылья-то он и сложил, не то летать

притомился, не то еще что.

Достает тогда Юрген трехфунтовый кусок солонины, насаживает на копье

и шепчет коню:

- Делай, как прикажу, Бальд, и все будет хорошо. Учудишь чего - и сам

погибнешь, и меня подведешь.

Потом подъезжает к дракону на выстрел из лука - тот только косится

глазами своими желтыми, - трубит в рог и, наклонив копье, сжимает коленями

конские бока. Бальд, заржав, бросается вперед.

Вновь поднимается туча пыли. Потом она исчезает, и со стен замка

виден только храбрый рыцарь Юрген, сжимающий обломок копья, но целый и

невредимый.

Ворота раскрываются, пропуская хозяина замка, барона Бриана де Рур.

Он преклоняет колени перед рыцарем, упрашивает его задержаться на день-два

и принять участие в празднике. Юрген улыбается и качает головой.

- Очень жаль, господин барон, но меня ждут иные дела.

Господин барон понимает нужды странствующего рыцаря. Из замковых

кладовых появляется два мешка припасов и несколько фляг самолучшего вина,

а чтобы не отягощать благородного скакуна, Бриан де Рур дарит рыцарю

вьючную лошадь и новое копье, а также просит позволить своему младшему

сыну сопровождать сэра Юргена в качестве оруженосца. Тот принимает дары и

отправляется дальше.

Оруженосец, пятнадцатилетний Рональд де Рур, нагоняет его ближе к

вечеру. Юрген приказывает юноше разбить лагерь и позаботиться о лошадях, а

сам берет флягу вина и кусок свежей ветчины и отправляется куда-то в

сторону. Когда он возвращается, руки рыцаря пусты, а на устах гуляет

усмешка. Рональд не осмеливается спросить, что произошло.

Припасы тают со сверхъестественной быстротой, а через некоторое время

исчезает подаренная бароном вьючная лошадь. Рональд уезжает на поиски и

возвращается, опечаленный - он не смог отыскать пропажу. Юрген не

огорчается и успокаивает оруженосца: настоящий рыцарь выше таких мелочей.

Делай что должно и будь что будет - вот девиз рыцаря, а другого не надо.

Несколько дней спустя они подъезжают к замку, который очень похож на

тот, что видел Юрген некоторое время назад - все приготовления к осаде и

никаких следов осаждающих. Снова со стен их просят не принимать участия в

бессмысленной битве, снова рыцарь отвечает отказом и ждет, что же будет

дальше.

К полудню из облака пыли выныривает дракон, юный Рональд слабо

вскрикивает, узнав старого врага, а Юрген трубит в рог, склоняет копье и

скачет в атаку.

Когда то же самое повторяется у стен третьего и четвертого замка,

любопытство Рональда наконец перевешивает почтительность, и оруженосец

спрашивает:

- Господин мой, а как сражаться с драконом?

На что Юрген отвечает:

- Только храбрый сердцем, чистый духом и не теряющий головы может

выйти из схватки живым. Может быть, ты и научишься этому рано или поздно.

Смотри, запоминай и думай.

Пятый, шестой и восьмой замки встречают их все тем же драконом у стен

и подарками после торжественного изгнания дракона. У Рональда зарождается

страшное подозрение...

Но вот перед ними - не замок уже, а целый город. И перед городом -

целая армия, а над нею белый стяг с красным полумесяцем, и рядом еще один

стяг, чистого зеленого цвета.

- Это же сам султан! - говорит Рональд. - Это Саладин! Он держит Акру

в осаде!..

- Нет, он будет штурмовать город, - поправляет рыцарь, знающий

военное дело и понимающий, зачем нужны тараны и большие деревянные башни

неподалеку от каменных стен.

- Мы должны уходить, господин... как только нас заметят...

- Рыцарь может отступить, только если иного выхода нет, - бросает

Юрген и трубит в рог.

Сарацинские конники замечают неприятеля и скачут вперед, дюжина

против двоих. Они не достают луков, здесь довольно копья и меча.

Но из поднебесья на них рушится дракон.

Рональд смотрит, как дракон сперва обращает в бегство сарацинских

разведчиков, потом помогает Юргену пробиться сквозь охваченные паникой

ряды пехоты и плюет огнем, сжигая осадные башни Саладина. Он видит, как

защитники Акры идут на вылазку, слышит, как впереди них летит клич "Святой

Георгий с нами!"

"Только не теряющий головы может выйти из схватки живым," - понимает

оруженосец.

И ничуть не удивляется, когда после битвы дракону подносят целую

бочку вина и зажаренного целиком барана...

Сказывают, молодой Рональд де Рур заслужил рыцарское звание, а потом

ему даровали титул маркграфа Моаба, и титул этот он носил до тех пор, пока

султан Саладин - Салах ад-Дин - вновь не поднял свое знамя и не вышиб

христиан из Палестины; Юрген фон Дракенберг женился на королевской дочери,

а дракона рыцари-храмовники взяли к себе, сытно кормили и всячески

заботились о боевом соратнике, который никогда не пропускал сигнала рога

"кушать подано"...

В конце-то концов, если легенды сходятся на том, что под стенами Акры

святой Георгий сражался с драконом, это вовсе не значит, что они сражались

между собой.


К О Н Е Ц