# Пьеса на 6 человек. Как-то два под Новый год

Николай Владимирович Лакутин

Два друга, в один из погожих зимних дней, неожиданно для себя решают наложить вето на свои любовные похождения, и Новый год начать с чистого листа. Полные решимости они почти искренне пытаются вступить в праведную жизнь, но захотят ли их любовницы выпустить "друзей" из своих цепких лапок? Что из этого получится, читайте в комедийной пьесе "Как-то два под новый год".

ВНИМАНИЕ! ВСЕ АВТОРСКИЕ ПРАВА НА ПЬЕСУ ЗАЩИЩЕНЫ ЗАКОНАМИ РОССИИ, МЕЖДУНАРОДНЫМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ, И ПРИНАДЛЕЖАТ АВТОРУ. ЗАПРЕЩАЕТСЯ ЕЁ ИЗДАНИЕ И ПЕРЕИЗДАНИЕ, РАЗМНОЖЕНИЕ, ПУБЛИЧНОЕ ИСПОЛНЕНИЕ, ПЕРЕВОД НА ИНОСТРАННЫЕ ЯЗЫКИ, ВНЕСЕНИЕ ИЗМЕНЕНИЙ В ТЕКСТ ПЬЕСЫ ПРИ ПОСТАНОВКЕ БЕЗ ПИСЬМЕННОГО РАЗРЕШЕНИЯ АВТОРА. ПОСТАНОВКА ПЬЕСЫ ВОЗМОЖНА ТОЛЬКО ПОСЛЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ПРЯМОГО ДОГОВОРА МЕЖДУ АВТОРОМ И ТЕАТРОМ.

Пьеса "КАК-ТО ДВА ПОД НОВЫЙ ГОД"

Комедия на 6 человек.

Продолжительность 1 час 20 минут!

Пьеса в одном действии, но с большим количеством сцен, что предполагает относительно частую смену декораций.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

ЛЁНЯ - жизнерадостный парень, около 35 лет;

НОРА - жена Лёни, около 35 лет.

СУСАННА - любовница Лёни, около 25 лет.

СЕМЁН - друг Лёни, около 35 лет.

АЛИНА - жена Семёна, около 35 лет.

КРИСТИНА - любовница Семёна, около 25 лет.

Декабрь, канун Нового года.

СЦЕНА 1 ЗОНА ОТДЫХА ПРИ ГОРНОЛЫЖНОМ КЛУБЕ

Со сноубордами в руках, при полном обмундировании, охая, стоная, прихрамывая и корячась, на сцену выходят два друга, Семён и Лёня.

Лёня несёт сноуборд в руке, смотрится уверенно, профессионально, а Семён ползком тащит сноуборд за собой по сцене, словно санки тянет по полу двумя руками, что говорит о его весьма скромном опыте в данном виде спорта.

ЛЁНЯ (с насмешкой): Ну что же, дружочек, учитывая, что ты жене уже третий год "чешешь" про свои системные выезды на тренировки по сноуборду, мог бы хоть стоять на нём научиться, ради приличия.

СЕМЁН (с одышкой): Ой, Лёнька, не сыпь мне соль на рану. У меня там под обмундированием живого места нет. Я даже боюсь туда заглядывать, там, наверное, один сплошной синяк.

Лёня бодро, опытной рукой снимает горнолыжные очки, шлем, перчатки.

ЛЁНЯ (оптимистично): Не переживай, Сеня. Скажешь, что неудачно приземлился с трамплина. Трасса оказалась не подготовлена, погодные условия подвели, видимость сыграла свою роль. Ну и, в конце концов - спорт есть спорт. Тут без этого никуда!

Семён садится на "пятую точку", снимает горнолыжные очки, шлем, перчатки. Двигается медленно, кряхтя.

СЕМЁН (с одышкой): Да... что дома наплести - за это я как раз не переживаю. Я переживаю за то, как я теперь к Кристине со всем этим... Не нарушена ли функциональность! Есть серьёзные опасения, поскольку, чем я брякнулся последний раз - ты сам видел.

Лёня кивает с ухмылкой, снимает куртку, берёт с барной стойки газированный напиток, наливает в одноразовый стаканчик, который находит там же.

ЛЁНЯ (оптимистично): Нормально всё будет. Хотя... да, шмякнулся ты прилично.

Лёня отпивает напиток из стаканчика.

СЕМЁН (жалобно): А вообще непросто живётся нашему брату! Изменять становится всё сложней и сложней... И ведь что самое обидное, никто не оценит по достоинству всех наших изощрений, стараний и подгадываний. А между тем, это ведь полноценный творческий процесс!

ЛЁНЯ (пафосно): Это не просто какое-то там творчество, это опера, на какие нам приходится идти ухищрения, чтобы лишний раз изменить!

СЕМЁН (сочувственно, с пониманием): О, да... А риски какие? То муж чей-нибудь морду набьёт, то дети чужие привяжутся...

ЛЁНЯ (в чувствах): А сколько приходится тратить на подарки и сувениры? Это же просто кошмар!!! Я все премии и подработки спускаю на этих... в смысле эту... в общем, дам.

СЕМЁН (сочувственно, с пониманием): Даааа... Это тебе ни подарок супруге, который стоит три копейки, и куплен от фонаря, лишь бы как-то откреститься от дня рождения и прочей чепухи. Тут приходится настоящие подарки покупать! Дорогие! Качественные!

ЛЁНЯ (досадливо): А эти сообщения на телефон в неудобный момент? Эти звонки от истеричек - дурочек, среди ночи!!! И ведь телефон свой ни дать нельзя, и послать куда подальше - не всегда выгодно... В общем - сплошные головоломки...

СЕМЁН (сочувственно, с пониманием): А когда только начинаешь эти сторонние отношения, то какой риск заразиться! Статистические показатели сифилиса просто ужасающие! Как жить в таких условиях... Сколько раз я на эти грабли наступал... в этом году.

ЛЁНЯ (философски): Дааа... Заморочек конечно... просто жесть. Я и сам иной раз думаю, зачем мне это всё? Брошу ко всем чертям! Есть жена, ребёнок за границей учится. Чего ещё нужно? Но... Подобные мысли меня к счастью подолгу не одолевают. В конце-то концов, мужики мы или кто? Тут хочешь, не хочешь - а надо!

СЕМЁН (бодро, с поддержкой): Точно!

ЛЁНЯ (задумчиво): Слушай, а с женой у тебя как?

СЕМЁН (отвлекаясь от печальных дум): С Алиной? Всё в порядке. А к чему вопрос?

ЛЁНЯ (задумчиво): Ну... просто ты запереживал в отношении функциональности в адрес любовницы, а жена ведь тоже по этой части отношение, какое никакое имеет.

Семён тяжко вздыхает, поднимается с пола, расстёгивает куртку, подходит к Лёне, нюхает напиток в его руке, идёт к барной стойке, совершает ту же процедуру, наливает, пьёт.

СЕМЁН (вдоволь напившись): Жена... Ну что жена? Сам что ли не знаешь как это в семье? Полная идиллия. Она не хочет, а мне и не надо.

ЛЁНЯ (задумчиво): Да вот в том-то и вопрос...

СЕМЁН (не понимая): В смысле?

ЛЁНЯ (задумчиво): У меня та же фигня. Ну, так вот я и думаю... А чего это она не хочет? Почему мне не надо, это понятно, но вот почему не надо ей? Вот это вопрос!

Семён призадумывается. Достаёт телефон, звонит с подозрительным настроем жене.

СЕМЁН (в трубку, с наездом): Алло? Алина? Ты? Не узнал. А что голос такой странный? Ну, какой странный? Не знаю, какой-то... странный. Сильно весёлый что ли. Ты чего там делаешь? Ты где вообще? Дома? Посуду моешь? Ну и что тут весёлого в этом занятии? Телевизор? Комедия? По какому каналу? Да? Ясно. Всё ладно, пока.

Семён кладёт трубку, осматривается по сторонам.

СЕМЁН (другу): Тут телевизора нет, не знаешь?

ЛЁНЯ (рассудительно): Да брось ты эти проверки, Семён. Не ищи зацепок, а то ещё найдёшь. И тогда хорошо от этого не будет никому!

СЕМЁН (нервно): Ну а чего ты меня тогда подначиваешь? Я вообще об этом раньше не думал.

ЛЁНЯ (рассудительно): Вот и правильно!

СЕМЁН (нервно): Теперь думаю.

ЛЁНЯ (рассудительно): А я причём? Я просто рассуждаю вслух. У тебя есть жена и любовница, у меня есть жена и любовница... и вон там вон видишь... на подъёмнике...

Лёня показывает в сторону зрительного зала, Семён смотрит, куда показывает друг.

ЛЁНЯ (рассудительно): Вон... мужиков тридцать поднимается. Все нормальные с виду ребята, а стало быть, тоже жёны и любовницы есть.

СЕМЁН (пытаясь понять): Ну и что? К чему ты всё это ведёшь?

ЛЁНЯ (рассудительно): А к тому, что никто из мужиков не думает, почему их жёны так снисходительны к их (сделав паузу, с сарказмом) "хобби".

Семён смотрит с подозрением на друга, достаёт опять телефон, звонит жене с сомнительным видом.

СЕМЁН (в трубку, с наездом): Алло? Алина? Ты? Не узнал. А что голос такой странный? Ну, какой странный? Не знаю, какой-то... странный. Сильно грустный что ли. Ты чего там делаешь? Ты где вообще? Дома? Уборку делаешь? Ну и что тут грустного в этом занятии? Песня печальная? Какая песня? Где играет? Да? Ясно. Всё ладно, пока.

Кладёт трубку, смотрит раздражённо на друга.

СЕМЁН (истерично, на взводе, другу): Лёня! Хватит а! Всё нормально, не напрягай! Ни себя, ни меня, ни мужиков. Наши жёны в отличие от нас - люди порядочные.

Лёня разводит руками, у него звонит телефон. Берёт трубку.

ЛЁНЯ (в трубку, добро, озорно): Да, радость моя? Могу, ага. Для тебя я вообще всегда свободен и всегда могу.

Лёня улыбается, млеет, разговаривая по телефону. Семён, глядя на это качает головой, понимая с кем там беседует его друг.

ЛЁНЯ (в трубку, добро, озорно): Соскучилась? Сильно-сильно? Да ты моя хорошая. Так ведь я тоже соскучился. Обязательно. Примерно через час буду у тебя, жди, готовься, ох доберусь я до тебя...

Кладёт трубку, убирает телефон, всё ещё улыбается, смотрит на друга. Семён скептически смотрит на Лёню.

СЕМЁН (с сарказмом): Радость моя, значит? Ну-ну. Всё понятно, Сусанна звонила. Когда звонит Нора, то там приветствие немного другого характера. (Передразнивает друга, крича) Чего звонишь? Занят я! Напиши сообщение, тысячу раз просил, не звони мне во время работы, отвлекаешь. Неудобно. Всё! Всё пока, не могу говорить!

Лёня ехидно улыбается.

СЕМЁН (самодовольно): Как-то так.

ЛЁНЯ (другу, с чувством собственного достоинства): Да! Потому что я мужик и в семье я главный. А ты вот, лебезишь перед своей. (Парадирует трясущимся голоском) Алиночка? Милая я сейчас не могу. Не могу, прости. Давай позже. Попозже, пожалуйста. Я перезвоню. Перезвоню... Ага... Всё не могу... Попозже...

Семён смотрит на друга сконфуженно.

ЛЁНЯ (самодовольно): Ну? Узнаёшь?

СЕМЁН (рассудительно, спокойно): Да. Я жену уважаю. Я люблю её и ценю. И кроме всего прочего, я чувствую некую вину перед ней за свои, так скажем... физиологические слабости.

ЛЁНЯ (предвзято): Да брось ты. Какие слабости... Ты мужчина, это нормально, что у тебя есть любовница. Каждый нормальный мужик имеет любовницу, а то и две. И нечего этого стыдиться. Любовниц нет только у ущербных, те которые нафиг никому нужны, но у таких, как правило, не то, что любовниц, у них и жён не бывает. По той же причине. Так что ты давай не кори себя за то, что является природным и естественным.

СЕМЁН (рассудительно, задумчиво): Понимаёшь. Лёнчик. Я вот всё думаю об этом. Ведь я очень люблю жену. Очень. Я Алину никому не отдам и сделаю всё, чтобы её не потерять. И Кристина очень хорошая. Мне хорошо с ней, так приятно, спокойно, комфортно, но... Но внутренне из-за всей этой ситуации как-то чувствую себя несколько засранцем.

Лёня отмахивается рукой, наливает ещё себе газировки, пьёт.

СЕМЁН (рассудительно, задумчиво): Вот ты говоришь - естественно, всё такое. Да я и сам знаю, что натура такая у мужиков, не могут они по-другому. Может, и хотели бы, да не могут. И я... Я чувствую некую ответственность как будто бы перед всеми ними. Понимаешь? И ответственность и вину!

ЛЁНЯ (осушив стаканчик газировки и звучно выдохнув): Вот что я тебе скажу, старина! Поезжай сейчас к своей Кристине, только не вздумай ей там эту пургу гнать. Оттянись как следует и всё встанет на свои места. Мозги встанут на место, и жизнь продолжится в привычном русле. А на следующих выходных мы с тобой опять тут встретимся, и поговорим об этом.

Лёня накидывает, застёгивает частично куртку, подходит к другу протягивает ему руку, прощаясь.

ЛЁНЯ (подытоживая встречу): Ладно, меня Сусанна ждёт. У нас с ней там... Мероприятие намечается, так что... Давай, до новых встреч мой друг!

СЕМЁН (удерживает руку друга в замке, не отпускает рукопожатие): Скажи, а ты смог бы вот так вот взять и всё бросить?

ЛЁНЯ (пытаясь высвободить руку): В смысле уйти от жены к любовнице? Конечно, могу, только нафиг оно мне надо. Потом любовница станет женой, а мне новую любовницу искать. Это всё пройденный этап. Бесполезная трата времени, сил и нервов!

СЕМЁН (удерживает руку друга в замке, не отпускает рукопожатие): Да нет... Я не про это. Я как раз наоборот спрашиваю. Мог бы ты бросить все свои похождения и начать жить исключительно с женой?

Лёня замирает со странным выражением лица, словно что-то с ним произошло.

СЕМЁН (тормоша руку друга в замке, не отпуская рукопожатие): Эй, Лёнь? Ты чего молчишь? Всё нормально?

ЛЁНЯ (отойдя от шокового состояния): Чё дурак что ли? Зачем пилить ветку, на которой сидишь? Ты это... свои дурные мысли на социум не распространяй! Тебе бы к этому... к психиатру бы невредно было бы обратиться со своими идеями. Нифига себе спросил.

Лёня усиленно пытается высвободить руку, но Семён держит его довольно крепко.

СЕМЁН (удерживая руку друга в замке, не отпуская рукопожатие): Да погоди. Лёнь ну серьёзно? Ну, неужели правда никто, вообще никто не может хранить верность своим жёнам? Неужели мы с тобой такие слабаки, как и все они (показывает кивком куда-то неопределённо)? Давай может с Нового года начнём жить как положено? Честно, порядочно. Только с жёнами со своими жить и ни с кем больше!

ЛЁНЯ (нервничая): Слушай... Ты меня в эти свои схемы не вводи и на слабо не бери. Хочешь порвать с Кристинкой - дело твоё. Я никаких психологических проблем на этой почве не испытываю. Захочу - буду хранить верность супруге... Потом... годам к семидесяти пяти. А пока не хочу. Всё пока, мне некогда, пусти.

Семён отпускает руку друга.

Лёня спешно застёгивает куртку до конца, всё поправляет. Шлем, очки на голову, берёт свой сноуборд и торопливо двигается к выходу.

Семён подходит грустно к барной стойке и, наливая себе газировки, выдаёт свое веское слово в спину друга.

СЕМЁН (не глядя на друга, ёмко, укоризненно): Слабак!

Пьёт свою газировку.

Лёня, почти уже покинув помещение, вдруг останавливается, услышав фразу друга.

ЗТМ.

СЦЕНА 2 ЗОНА ОТДЫХА ПРИ ГОРНОЛЫЖНОМ КЛУБЕ

За небольшим столиком, одетые в свои горнолыжные костюмы, но расстегнутые на растопашку сидят двое, Семён и Лёня. Лёня что-то пишет, Семён внимательно следит за текстом.

Лёня выдыхает, откладывает в сторону ручку, поднимает лист, читает вслух, громко и чётко.

ЛЁНЯ (читает, словно доклад): Мы, Сеня и Лёня, настоящим документом заверяем срок вступления в силу спора, на предмет того, что каждый из нас обязуется в течение одного года не ходить "налево". Добросовестно и порядочно хранить верность своим жёнам.

Контроль со стороны друг друга за выполнением договорённости предусматриваем в любом возможном исполнении без предъявления, каких либо претензий!

Играет громкая патриотическая серьёзная музыка, взывающая к мужественности.

Друзья со взорами полными чести и самоотречения откидываются на свои стулья и смотрят куда-то вдаль, словно прощаясь с родиной, словно во имя блага народа уходят в свой последний путь.

Музыка прекращается.

Семён берёт листочек, ручку, подписывает.

СЕМЁН (подписывая): Дата, подпись. Прошу вас, коллега, совершить аналогичную процедуру!

Семён передаёт листочек другу, Лёня тоже ставит дату и свою подпись.

ЛЁНЯ (одобрительно, с подковыркой): Ну вот. Сделаем пару копий, так на всякий случай. Чтобы у каждого из нас было по экземпляру и ещё в запасе один - два. Ну и посмотрим... кто из нас чего стоит на деле, а не на словах!

СЕМЁН (спокойно): Я хочу заметить, изначально, моё предложение не было ограничено сроком в один год. Я вообще был намерен бросить все сторонние связи и всю оставшуюся жизнь верой и правдой...

ЛЁНЯ (перебивает): Да... да... да! Я помню об этом, и в очередной раз хочу отметить, что данное предложение было весьма недальновидным. У каждого мероприятия должны быть конкретные сроки, иначе это всё так... несерьёзно. Кроме того, никто не знает, сколько времени будет жить твой или мой брак. Представляешь, если кто-нибудь из нас разведётся через месяц, а второй будет жить со своей женой до самой пенсии и даже ещё дольше. Как будет обидно. Слово получится, что держат оба, только один развлекается по полной, а второй как идиот всё в одну лунку!

СЕМЁН (обдумав): Ну... тут я, пожалуй, соглашусь. Жизнь действительно штука переменчивая. Всякое бывает. А слово мужика должно оставаться словом, невзирая ни на какие перемены!

ЛЁНЯ (важно): Золотые слова!

СЕМЁН (рассудительно): Но всё-таки... Почему ты настоял на том, чтобы срок был один год? Ни два, ни три, ни пять... Что совсем невмоготу да? Неужели тебе действительно так важно и так уж сильно нужно, чтобы на стороне обязательно кто-то был?

ЛЁНЯ (рассудительно): Понимаешь, Семён... Возможно, я ошибаюсь... Но сдаётся мне, что гораздо хуже вообще не встретить в жизни любовь, нежели встретить её вне брака. Любовь - это прекрасная штука. Это очень чистая, очень добрая, очень высокая "вещь". Любовь - это необходимый элемент общества и да... бывает так, что она носит характер отнюдь не однобокий. Любовь, брат. Другой вопрос, что делать, тем, кто встретился с ней ни при таких обстоятельствах, каких бы может быть желал.

Семён тяжко вздыхает, оценивая в полной мере услышанное и примеряя это на себе.

ЛЁНЯ (спокойно): Ты любишь Алину?

СЕМЁН (удивлённо): Разумеется, очень!

ЛЁНЯ (спокойно): А Кристину?

Семён мнётся, тянет с ответом.

ЛЁНЯ (эмоционально): Ах ты жучара! Значит, ты свою любовницу разлюбил и под эту лавочку затеял со мной данный спор? Ну, хитрец! Я тебя недооценивал, ты парень не так прост, каким кажешься...

СЕМЁН (оправдываясь): Да нет же, нет. Люблю я и Кристину тоже. И я намерен с ней расстаться вопреки своим желаниям. Это святая правда. Просто, говорю, же... Совесть мне покоя не даёт.

ЛЁНЯ (с подковыркой): Совесть? Или Кристинка?

СЕМЁН (оправдываясь): Не-не... Кристина в этом плане красотуля. Всё по высшему разряду, без головных болей, нервотрёпок, лишних разговоров и выноса мозга.

ЛЁНЯ (восхищаясь): Даже у меня не так! Что же ты, балда, сам себе крылья подрезал? Ах да... совесть. Внутренние конфликты и всё такое прочее... да-да... помню.

СЕМЁН (серьёзно): Ты зря так легко относишься к этому, Лёня. На определённом этапе жизни начинаешь понимать, что главное в жизни - это не деньги, не социальное положение, власть или количество половых связей...

ЛЁНЯ (издевательски): Любопытно!

СЕМЁН (серьёзно): Ну да мы поговорим об этом как-нибудь в другой раз. Жарко (обмахивается краями куртки), да и времени уже...

Парни машут разворотами куртки, обдувая себя.

ЛЁНЯ (поддерживая): Согласен. Значит, встречаемся через..., скажем, недельку. Докладываем о результатах и положении дел.

Лёня берёт со стола листок, складывает его и кладёт во внутренний карман куртки Семёна.

СЕМЁН (серьёзно): Официально - да, через неделю...

Лёня замирает в неком непонимании.

СЕМЁН (поясняя): Ну а по факту, мы наверняка ни один раз друг друга на этой неделе будем караулить, и оберегать, так сказать, из-под полы, за соблюдением договорённостей!

Семён похлопывает по внутреннему карману своей куртки, куда Лёня только что положил подписанный листок.

Лёня встаёт из-за стола, застёгивается, собирается уходить.

ЛЁНЯ (умеренно печально): Ах, Сеня. Затеял ты... Да ещё и накануне Нового года. Хоть бы дал нормально праздник отгулять. Ну, ничего святого!

СЕМЁН (умерено спокойно): Норма-а-а-а-льно. Раньше сядешь - раньше выйдешь!

ЛЁНЯ (умеренно печально): Ну, бывай!

Прощаются за руку. Лёня уходит первый. Семён тоже встаёт из-за стола, на ходу застёгивается и осторожно крадучись направляется в ту же сторону, в которую только что ушёл его друг.

ЗТМ.

СЦЕНА 3 БУТИК

В стильной куртке, сапожках, элегантном шарфике, повязанном на голову и шею, на сцену вальяжной походкой выходит супруга Семёна - Алина. Она поглядывает на витрины, что-то привлекает её взор, она присматривает себе какой-то товар.

С другой стороны сцены выходит жена Лёни - Нора. Она одета значительно более богато, нежели Алина, хоть и та, вполне себе неплохо смотрится.

В руках у Норы четыре больших пакета с вещами и продуктами. Она добирается до диванчика для посетителей, ставит пакеты на пол и громко ахнув, садится на диванчик.

Алина оборачивается на "Ах", и узнаёт в Норе приятельницу.

АЛИНА (приятно удивлённо): Нора?

Нора не сразу оборачивается к Алине.

НОРА (приятно удивлённо): Алина? Вот так встреча!

АЛИНА (открыто, искренне): Тысячу лет не виделись!

НОРА (расположено): Да вообще! Я даже ни сразу тебя узнала. Садись рядышком, поболтаем!

Алина садится рядом с Норой на диванчик, отложив обратно на полку заинтересовавший её товар.

НОРА (расположено): Ну, рассказывай! Как дела? Как жизнь? Мужья наши видятся постоянно, а мы с тобой вообще почти не встречаемся, это упущение!

АЛИНА (открыто, искренне): И не говори. Мой Сеня только и ездит куда-то с Лёнчиком. Я уже грешным делом стала подумывать, что у них там любовь.

Смеются.

АЛИНА (доброжелательно): Ну что рассказывать... Живём. Нормально. Дом - работа, дом - работа. Вот. В бутик вырвалась, давно не баловала себя новыми тряпками. А ты чего сама с такими пакетами тяжелющими таскаешься? Где твой-то? Выходной же сегодня.

НОРА (отмахнувшись, спокойно): Да где... Уехал кататься на сноуборде (делает жест кавычек, сгибая два вытянутых пальца указательный и средний)

АЛИНА (не понимая): Что это значит?

Нора скромно улыбается, но улыбка её говорящая.

АЛИНА (осторожно): Ты намекаешь, что у него кто-то есть?

НОРА (спокойно): Я в этом уверена на сто процентов. Любовница у него есть. И даже скажу больше. У него она ни одна, а как минимум три. Одна постоянная и две временные, периодически обновляются.

Алина в шоке.

АЛИНА (выдержав паузу, крайне удивлённо): Не понимаю. Но зачем тогда тебе всё это нужно? Ты всё знаешь и до сих пор с ним?

НОРА (спокойно, даже несколько самодовольно): Да!

АЛИНА (крайне удивлённо): Но почему?

НОРА (спокойно, даже несколько самодовольно): Потому что я предпочитаю иметь двадцать пять процентов от хорошей сделки, нежели сто - от плохой.

Алина ошарашена. Она откидывается в задумчивости на спинку диванчика, прикладывает пальцы рук к губам.

АЛИНА (в прострации): Любопытно.

НОРА (спокойно): Да чего тут любопытного. Это жизнь. Такое на каждом шагу. Вон, посмотри (обводит рукой зрительный зал), сколько таких историй. Всё здесь, всё рядом. Как и везде и всюду. Так что... ничего нового. Можно сказать - серые будни.

АЛИНА (в прострации): Думаешь, прямо все-все мужики изменяют своим жёнам?

Нора делает в ответ детское наивное лицо.

АЛИНА (сомнительно): Ну... нет, я так не думаю. Вот взять хотя бы моего Сеню. (Уверено) Твой Лёня - не знаю, за него говорить не буду, хотя теоретически... (осторожно) Теоретически! Да, он дядечка видный, бойкий такой воробушек. И за словом в карман не полезет и ... ну... словом таких бабы любят. Но! Опять-таки. Любить-то пусть любят, от этого никто не застрахован, но вот отвечать взаимностью кому не попадя - это уже вопрос сознательности. Тут каждый сам решение принимает. Так вот! Взять к примеру моего Сеню! Он до мозга костей домашний человек. Такой прототип верного семьянина. Да я руку на отсечение даю, он ни с кем и никогда не спутается, по крайней мере, пока находится в браке. Да и после, если вдруг что..., тоже не факт. Я ведь... Знаешь, можно сказать насильно его на себе женила. Он тютя-тютей был всегда. Нет, так-то он ничего мужик, но в женском вопросе - вообще не орёл. Ну... не в том плане, в этом плане у нас с ним всё хорошо. А в том плане, что ещё с кем-то... (Выдыхает) Пшшшш... Вообще не алё. Это не тот случай. Он у меня домашний.

Нора скептически качает головой, слушая подругу, поглядывает на неё как на дуру, но не спешит её переубеждать в обратном.

Алина выговаривается, покидает вальяжную форму расположения на диване, садится более скромно и как-то сомнительно начинает анализировать последние события.

АЛИНА (сомнительно): Хотя... знаешь, сегодня он позвонил мне какой-то странный, весь заполошный. Какой-то как будто накрученный. Устроил мне по телефону допрос. Что я там делаю, что смотрю... Так странно. Я когда трубку положила, то... В общем, не понимаю, откуда в нём все эти подозрения?

НОРА (спокойно): Ну... Всё правильно.

АЛИНА (не понимая): Что правильно?

НОРА (спокойно): Ну что ты как маленькая, ей богу. Не знаешь природу ревности? Откуда она берётся? Да из опыта личных похождений! Отнюдь не из сериалов, я тебя уверяю.

АЛИНА (не веря): Да ну...

НОРА (спокойно): Вот тебе и ну... Когда человек сам верен своему партнёру - у него и мысли не возникает о чём-то таком. В его, скажем так по-научному, голографических картах мироописания просто нет такой составляющей как измена. Отсюда и нет ревности. Ну а когда ревность появляется - то это уже в первую очередь вопрос к носителю этой самой ревности. С чего это вдруг в нём зародилось такое зерно? Нет, конечно, если ты периодически возвращаешься домой ночью с чужим запахом мужского парфюма, засосом на шее и взъерошенными волосами - тогда вопрос к месту.

Алина отрицательно трясёт головой, примеряя описание на себя.

НОРА (спокойно): Ну а если с твоей стороны всё более-менее спокойно, размеренно, тихо, без явных поводов к сомнению, то... вот!

АЛИНА (не понимая): Чего ... вот?

Нора смотрит на Алину блаженной улыбкой.

НОРА (спокойно): Да ничего, так... размышления вслух. Ладно, извини, я такси уже заказала, вот-вот должны...

Нора достаёт мобильный телефон, смотрит.

НОРА (спокойно): О, меня уже ожидает белая Skoda.

АЛИНА (позитивно): Да, конечно. Увидимся!

НОРА (скептически): Привет Сене. Пока!

Нора встаёт, берёт свои пакеты, уходит.

Алина задумчиво смотрит ей вслед.

СЦЕНА 4 КВАРТИРА СУСАННЫ

Музыка.

Приглушённое освещение.

Сусанна в притягательном виде хлопочет по квартире, слушает музыку, пританцовывает. Протирает пыль, всё поправляет, облагораживает, осматривает хозяйским взглядом комнату, уходит на кухню, возвращается в комнату, вносит торт с горящими свечами, ставит его на стол. Отходит назад, умиляется, прикусив задумчиво указательный пальчик.

Раздаётся звонок в дверь!

Сусанна бежит открывать.

Входит Лёня в своём горнолыжном костюме, за ним бежит Сусанна, пытаясь на бегу его приобнять и приласкать, но у Лёни настрой совсем не романтичный.

ЛЁНЯ (по-деловому, не слишком мягко, завидев торт на столе): О, а что это у тебя? День рождения же не сегодня?

СУСАННА (ласково): Всё верно. Сегодня у нас другой повод провести приятный памятный вечер.

ЛЁНЯ (пытается сказать о грядущей разлуке): Сусанна, дорогая, я пришёл сказать о том, что...

Сусанна закрывает рот Лёни своим внезапным поцелуем в губы, тем самым не даёт ему договорить.

СУСАННА (ласково, отходя от поцелуя): Потом скажешь, милый, сегодня у нас годовщина! Пять лет вместе, дорогой! Представляешь? Целых пять лет!

Сусанна визжит, заливаясь щенячьим восторгом, и кидается на шею к Лёни.

СУСАННА (нежно, негромко): Пять лет я люблю тебя как ненормальная. И не стесняюсь об этом говорить снова и снова! Лёнька... Ты такой классный.

Сусанна отпускает свои объятия.

СУСАННА (ласково, помогая раздеться): Раздевайся скорее, чего стоишь как истукан? Обалдел, от такой новости да? Я и сама в шоке! Мы с тобой наши годовщины ни разу не отмечали, как-то всё не попадали на дату. То ты в отъезде, то я (призадумывается, не естественно правдиво)... в командировке. Так год за годом... и представляешь... Пять лет, Лёня! Пять!

Сусанна опять визжит своим счастливым писком и вновь обнимает Лёню.

ЛЁНЯ (в смятении): Слушай, ну... да... Я признаться, несколько шокирован этой новостью. Я думал... мы с тобой...

СУСАННА (перебивает): Да буквально только вчера!

ЛЁНЯ (в смятении): Ну да...

СУСАННА (заведённая, игривая, стягивая куртку Лёни): Ну, раздевайся, милый, раздевайся...

Лёня нехотя раздевается, печально оставляя задуманное где-то на задворках забытых неотложностей.

Сусанна хихикает, её игривое настроение плавно, медленно, но верно начинает передаваться Лёне.

Вот Лёня тоже уже начинает отпускать какие-то пощипывания, улыбочки и маленькие шалости. И вот он уже полностью введён в заданные Сусанной правила игры.

Музыка.

Юбиляры радостно и весело носятся вокруг стола, догоняя друг друга. Кормят друг друга тортом, развлекаются...

ЗТМ.

СЦЕНА 5 У ПОДЪЕЗДА

Ночь.

Полумрак.

Суетясь и оглядываясь по сторонам, шустро пробегает через сцену Лёня, застёгивая набегу свой горнолыжный костюм.

Но вдруг его останавливает звонкий голос друга из темноты.

СЕМЁН (серьёзно, громко, укоризненно): Так-так!!!

Семён выходит на сцену оттуда же, откуда выбежал Лёня.

Лёня оборачивается, смотрит на друга с затейливым лицом, пытается придумать, что наврать.

Семён поднимает в руке бинокль, красуется им перед другом.

СЕМЁН (громко, самодовольно): Смотри, какую штуку себе прикупил! Не бинокль, а зверюга. В темноте даже всё видно как днём.

Подаёт бинокль другу.

Лёня осторожно принимает бинокль, осматривает его со всех сторон, кивает оценивающим, одобрительным взглядом, протягивает его обратно Сене.

ЛЁНЯ (в смятении): Да... хороший.

Семён не спешит принимать его обратно.

СЕМЁН (самодовольно): Да ты посмотри в него, чего так-то? Так непонятно ничего. Кто же бинокль по внешности оценивает? Ты погляди.

Лёня начинает смотреть куда-то в бинокль.

СЕМЁН (самодовольно): Как вид?

ЛЁНЯ (в процессе смотрения в бинокль): Да... шикарная видимость. Увеличение прямо скажем - на уровне.

СЕМЁН (самодовольно): Это факт. Посмотри там, на шестом этаже шторки розовые не задёрнутые. Видишь?

Лёня переводит куда-то вверх взор бинокля и замирает.

СЕМЁН (самодовольно): Отсюда правда ничего кроме люстры не видно, но с лестничной площадки соседнего дома, совершенно замечательно было видно, как некая гражданка кормит моего друга тортиком. Вы так весело играючи бегали вокруг стола. Я даже честно скажу - позавидовал. Стою как дурак один в тёмном подъезде на прокуренной лестничной площадке, наблюдаю, а тебе там хорошо, весело, вкусно. А потом... после чайной процедуры я подчеркнул для себя пару занимательных поз! Надо будет как-нибудь попробовать с женой, только вот не уверен, что у неё получится так изогнуться... да и у меня тоже. Я восхищаюсь, тобой, дружище! Это было круто!

Лёня нервно убирает бинокль от глаз.

ЛЁНЯ (нервно): Так, ладно! Хватит. Я всё понял. Да, я был у Сусанны. И если ты за нами наблюдал, то должен был видеть, что я не собирался с ней этим всем заниматься! Я пришёл для того, чтобы поставить точку в наших отношениях.

СЕМЁН (скептически): Мог бы просто позвонить ей и всё! Или отправить прощальное сообщение.

ЛЁНЯ (нервно): Это ты своей Кристине можешь просто сообщение прощальное отправить, да и то, этим дело не закончится, я уверен. Наверняка тут же последует звонок и выяснение отношений, причин, следствий и прочее и прочее. А я с Сусанной, на секундочку! Пять лет уже оттрубил! От звонка до звонка! Вот так вот!

СЕМЁН (не понимая): От какого ещё звонка?

ЛЁНЯ (спокойно... вспоминая): Ну... от моего первого звонка по телефону ей, и до её последнего сегодняшнего звонка мне.

СЕМЁН (с интересом): А, понятно. Ну и чего?

ЛЁНЯ (успокоившись): Ну чего-чего... Такие вопросы решаются не по телефону. Уважение - прежде всего! Это всё должно говориться глаза в глаза! С интонацией, мимикой, жестами, со слезой, желательно...

СЕМЁН (с пониманием): Да..., пожалуй ты прав. Мне ведь тоже это предстоит. Ну, так что пошло не так-то?

ЛЁНЯ (печально): Да как оказалось, что как раз сегодня у нас с ней этот самый юбилей пятилетний, будь он неладен.

СЕМЁН (искренне): Да ты что? Поздравляю!

ЛЁНЯ (печально): Спасибо. Только... Этот юбилей мне все планы поломал. Ну, сам посуди, как я мог в такой день ошарашить её новостями о разлуке? Кто бы я был после этого? Причинять любимой девушке душевую боль, психологическую травму... и всё это в такой значимый день!

Семён молчит, гримасничает, покусывает губу и потирает подбородок в раздумьях.

ЛЁНЯ (печально): Так что, старина, если угодно, можем считать, что я проиграл этот спор. Предпочитаю слыть слабаком, нежели поддонком!

Семён тяжко вздыхает, подходит к Лёне, похлопывает его по-дружески по плечу.

СЕМЁН (искренне): Всё нормально, друг. Я на твоём месте поступил бы точно так же. Ты молодец. Мужик. Я ни в претензии. Скажешь позже. Будем считать, что наш договор вступил в силу с завтрашнего дня!

Друзья по-доброму друг другу улыбаются, жмут руки и расходятся.

СЦЕНА 6 КВАРТИРА КРИСТИНЫ

Кристина, закутавшись в большое махровое полотенце, сидит перед зеркалом с феном и расчёской, сушит волосы.

Движения и выражение её лица проявляют нервное состояние. Девушка откровенно психует.

Раздаётся звонок в дверь. Кристина бросает всё и мчится к двери, открывает.

КРИСТИНА (нервно, с истерикой): Сеня! Слава Богу. Где ты пропадал? Почему телефон не отвечал? Я вся испереживалась.

В комнату проходит грустный поникший Семён. Вокруг него порхает Кристина. Она закрывает дверь, бежит, отключает всё ещё работающий валяющийся фен, кладёт его на место. Подбегает к Семёну, заглядывает ему в глаза.

КРИСТИНА (тихо, напугано): Милый..., что произошло? Почему у тебя такой вид? Где ты пропадал, в конце-то концов, целую неделю?

СЕМЁН (печально, протяжно): Я...

Семён опускает глаза. С поникшим видом садится на пуфик. Урывками пускает виноватый взгляд на Кристину.

КРИСТИНА (с нарастающей интонацией): Сеня, у меня сейчас сердце выпрыгнет. Да говори уже, что произошло?

СЕМЁН (печально): Я говорил тебе, что собирался с другом покататься на сноубордах.

КРИСТИНА (нервно): На прошлых выходных? Так. Ну?

СЕМЁН (печально): В общем... Мы прибыли на склон, а там трасса неподготовлена. Выбоины, колдобины, колеи. Но не возвращаться же в самом деле. Поехали. А там ещё и дождичек прошёл в ночь небольшой. Дорога коркой взялась, сноуборд вообще не слушается. Управляемость нулевая, борт не цепляется.

КРИСТИНА (максимально переживая, готовясь к трагическим новостям): Аааааа...

СЕМЁН (печально): А скорость - сама понимаешь.

Кристина упаднически опускает голову вниз, чуть не плачет.

СЕМЁН (печально): Я упал.

Кристина падает в отчаянии на колени, тихо плачет, но сильно всхлипывает.

СЕМЁН (печально): Поцарапал нос и прикусил язык.

Кристина замирает в беззвучном исступлении.

СЕМЁН (понимая что надо что-то наплести посерьёзней, врёт на ходу, неуверенно): Ещё вывихнул плечо, коленный сустав и этот... нерв повредил там... (показывает на спину) где-то в спине. Я в этом не разбираюсь. Но двигаться почти не мог.

Кристина заливается слезами.

СЕМЁН (бодро, понимая, что выкрутился. Встаёт, проходит деловым шагом по комнате рассказывает) Меня на скорой в отделение. Я там не всё помню, сознание терял. Нерв ведь. Это штука такая. Тут передавил, там отключилось. В итоге я только вчера вышел из больницы. А телефон у меня на трассе выпал, как оказалось, при падении. Но его благо работники горнолыжного клуба нашли, и передали администратору. Сегодня забрал и вот сейчас только к тебе приехал.

Семён довольно выдыхает, осторожно глядя на Кристину, которая убивается в слезах сидя на коленях.

КРИСТИНА (выдохнувшись от истерики, тихо, с воплем): Я чувствовала, знала, что что-то произошло. Слава Богу, ты жив.

Кристина встаёт с колен, бросается обнимать Семёна

КРИСТИНА (нежно, заботливо): Сенечка, как ты себя чувствуешь? Как ты сейчас? Больно очень?

СЕМЁН (наиграно страдальчески): Ничего... Но... мне сейчас прописано амбулаторное лечение и полный покой. Я не знаю, когда смогу прийти к тебе в следующий раз. Сама понимаешь, буду всё время под надзором жены и врачей. Новый год встречу на домашней койке с таблетками и процедурами.

КРИСТИНА (нежно, заботливо): Да, да, конечно, я всё понимаю. Главное, чтобы ты был здоров. А я буду ждать столько сколько потребуется, за это не переживай, я дождусь, тебя, милый.

Кристина и Семён обнимаются.

Лицо Семёна выражает сомнение и некоторое переживание.

КРИСТИНА (нежно, заботливо): Тебе тяжело, но ты вырвался ко мне. Такой хороший, такой заботливый. А я, дура уже тут надумала всего. Думала, ты меня бросил.

Кристина тихонько хихикает сквозь слёзы, глядя на Семёна.

Семён подстраивается под ситуацию и смеётся в ответ совершенно неправдоподобно и неестественно.

КРИСТИНА (нежно, заботливо, обнимая Семёна): Значит, мы теперь долго не увидимся.

СЕМЁН (наиграно страдальчески): Даааа...

КРИСТИНА (нежно, заботливо, обнимая Семёна): Сень? А может... Перед долгой предстоящей разлукой, сможем что-нибудь? М?

СЕМЁН (отнекиваясь): Ну, я не знаююююю... Всё-таки я сейчас в такой форме, и потом...

КРИСТИНА (нежно, настаивая): Я всё сама сделаю, милый. Ну?

Начинает целовать Семёна.

КРИСТИНА (нежно, настаивая): М?

Целует.

КРИСТИНА (нежно, настаивая): Попробуем?

Целует.

КРИСТИНА (нежно, настаивая): Уже пробуем...

Целует.

КРИСТИНА (нежно, настаивая): И, по-моему, у нас уже что-то получается...

Целует.

ЗТМ.

СЦЕНА 7 У ПОДЪЕЗДА

Ночь.

Полумрак.

Тихо хихикая в обнимку вальяжной походкой из подъезда выходят Семён и Кристина. Они в прекрасном настроении. Что-то шутят, смеются навзрыд, но тихонько, чтобы не разбудить соседей.

КРИСТИНА (нежно, скромно, чуть стесняясь): Любовь моя, это был незабываемый вечер! Ты был на высоте! До сих пор ещё ноги трясутся...

Из тишины и темноты раздаётся громкий, страшный пугающий крик Лёни, так чтобы зритель подпрыгнул, желательно.

ЛЁНЯ (оглушающе, максимально громко): ААААААААААААА!

Семён и Кристина вздрагивают, присаживаются от страха и оборачиваются на крик.

Громкий пугающий крик повторяется.

ЛЁНЯ (оглушающе, максимально громко): ААААААААААААА!

Семён и Кристина вздрагивают в очередной раз, прижимаются друг к другу, костенеют в исступлении на почве зверского страха.

На сцену с другой стороны выходит Лёня.

Лёня прогибает спину, набирает побольше воздуха в грудь и вновь кричит, но по нему уже теперь становится понятно, что этот пугающий до жутиков крик, не более чем очередная попытка чихнуть.

ЛЁНЯ (пытаясь чихнуть): ААА... Аааа..АА... ать... (сдерживает себя, зажимает нос рукой, издав глухой звук). Фуф... вроде отпустило.

СЕМЁН (трясущимся заикающимся голосом): Твввввооою дивввввввиззззию, это ты так чихаешь?

ЛЁНЯ (восстанавливая дыхание после чиха): Ой, да... Потерявшийся чих! Знаете такой термин? Ну, вот это оно.

Тут Лёня неожиданно для всех резко чихает так, чтобы зритель подпрыгнул в очередной раз на последнем ряду.

Семён и Кристина невольно подпрыгивают от неожиданности.

СЕМЁН (тихо, Кристине): Этот вечер, дорогая я тоже не забуду. Теперь и у меня ноги трясутся.

Кристина осуждающе смотрит на Лёню, качает головой. Чмокает на прощание Сеню.

КРИСТИНА (деловым тоном): Ладно, я побежала. Давай, береги себя. На связи!

Кристина убегает в подъезд.

Лёня довольно смотрит на Семёна, разводит победоносно руками. Смыкает руки в хлопке.

ЛЁНЯ (весело): Аааа, приятель. Всё понятно! (Передразнивая Кристину) Любовь моя, это был незабываемый вечер! Ты был на высоте! До сих пор ещё ноги трясутся...

СЕМЁН (расстроено, с нападками): Между прочим, я целую неделю к ней не приходил. Игнорировал совершенно хладнокровно и жестоко. Думал, она сама всё поймёт, но где там... Сообщения каждый день сыплются, удалять не успеваю! Алина на меня уже косо смотрит. Телефон всё время на беззвучном, я только и успеваю его хватать, пока она выходит, чтобы прочитать и удалить. Жена заходит в комнату, а у меня глаза как у партизана - двоечника. Каждый день как на вулкане...

ЛЁНЯ (сочувственно): Так ты же сегодня пришёл, мог бы всё разъяснить и поставить точку! Ведь, в конце-то концов, это была не моя затея... Чего ты в обратку пошёл?

СЕМЁН (расстроено): Ага... Не так-то это просто, знаешь... Пришёл, думаю, сейчас скажу всё с порога, хлопну дверью и вопрос закрыт. А она дверь не успела открыть, как давай блажить... Всё на нервах, вся в расстройстве. Она меня уже похоронила там где-то в мыслях своих, пока меня не было. Переживала так что... Ну как я мог ей что-то такое сказать? Она ещё от одного нервного шока толком не успела оправиться. А я её тут же в другой?

Семён безнадёжно отмахивается рукой.

Лёня понимающе кивает.

СЕМЁН (расстроено): Пришлось врать, давить на жалость... Ну, финал как обычно - само собой всё вышло, я не планировал...

ЛЁНЯ (сочувственно): Да понятно. Ладно. Первый блин как говорится комом. Ничего. Сегодня будем считать тоже ни в счёт. Всё-таки и я честно пытался, и ты тоже. Со второго раза всё решим без сучка и задоринки, я уверен!

СЕМЁН (обрадовано): Да! Точно! Так и будет!

Друзья жмут друг другу руки и в обнимку под музыку уходят.

ЗТМ.

СЦЕНА 8 БУТИК

Нора в этот раз налегке. В руках всего один небольшой пакетик. Прохаживается мимо витрин, слушает музыку в наушниках. Настроение у неё прекрасное. Зимние одеяния расстёгнуты, элегантно повторяют на ней контуры, колтыхаясь по воздуху вслед за движениями.

В этот же торговый зал входит Алина. Она громко и нервно разговаривает по телефону с мужем.

АЛИНА (на нервах): Сеня, я тебе четвёртый раз уже говорю! Купи два разных хлеба, два разных, понимаешь? Один, например, белый, другой, например, из ржаной муки. Ну, или там, какой выберешь! Но разный. Два! Две булки. Одну такую, одну другую! И яиц решётку. Это значит тридцать штук. Можно три упаковки по десять! Ну, неужели это так трудно запомнить?

Алина кладёт трубку, встречается взглядом с Норой, которая обернулась на её громкий нервный разговор по телефону.

НОРА (позитивно): Привет, дорогая. Что, твой тоже не силён в поручениях?

Обнимаются.

АЛИНА (на нервах): Здравствуй, Нора. Это какой-то ужас. Чем объяснять по сорок раз и потом ещё напоминать постоянно, проще самой до магазина сбегать. Так оно и верней и надежней, да и экономней.

НОРА (позитивно): Моего тоже в магазин отправлять - это утопия. Вечно наберёт кучу и всё не то. Да половина ещё и просроченных товаров в оконцовке окажется.

АЛИНА (на нервах): Эти мужики вообще на сроки годности не смотрят. Хватают первое, что попадёт на полке. Ну а первое - понятное дело, всегда стоит то, что уже вчера испортилось. Им же бесполезно объяснять, что нужно туда, поглубже в полку лезть, там товар свежей, лучше!

НОРА (позитивно): Да... объясняй не объясняй... Они как на женщин кидаются, так и на всё остальное. Ум в этом процессе никак не участвует.

АЛИНА (на нервном усталом выдохе): Не говори.

Дамы присаживаются на скамеечку для гостей торгового центра.

НОРА (позитивно): Ну как дела?

АЛИНА (спокойно): Да ничего.

Сидят молча, переглядываются.

НОРА (позитивно): Всё бы ничего да всё ничего?

АЛИНА (спокойно): Примерно так.

Улыбаются.

Алина меняется в лице. Выдержав паузу, делится с приятельницей своими печалями.

АЛИНА (сдержанно): Я эту неделю присматривалась к мужу. Ну... после нашего того разговора с тобой.

НОРА (с интересом): Так, ну и чего?

АЛИНА (сдержанно): У него кто-то есть...

НОРА (спокойно): Ну и что?

АЛИНА (нервно): Как ну и что?

НОРА (сглаживая углы): Ну, в смысле, это... Ничего себе, какой ужас. А как ты это поняла?

АЛИНА (сдержанно): Он не отрывается от телефона. Всё время что-то там читает, прячется. Думает, я ничего не замечаю.

НОРА (спокойно): И мобильник всегда вниз экраном кладёт?

АЛИНА (удивлённо): Да... А откуда ты знаешь?

НОРА (спокойно): Мужики... Они не слишком отличаются изобретательностью. Считают себя самыми умными, кулаками в грудь колотят, но... на деле мы-то знаем, кто есть кто.

АЛИНА (истерично, впадая в слёзы): Капец! Он мне изменяеееееееет!

Алина плачет.

Нора чувствует свою вину в причинении душевных страданий Алине. Не знает что сделать.

Поглаживает по плечу Алину.

НОРА (сочувственно): Ну-ну...

Алина плачет ещё сильней, ещё показательней.

Нора сконфужена. Она меняет стратегию. Начинает деловито защищать мужа Алины.

НОРА (решительно, бодро): Послушай! С чего ты взяла, что у него кто-то есть? Ты его с кем-то заставала в постели?

АЛИНА (задумчиво, неуверенно): Нет...

НОРА (решительно, бодро): Слышала, как он воркует со своей любовницей по телефону и отпускает ей всяческие комплименты, вспоминая былые встречи?

АЛИНА (задумчиво, неуверенно): Нет...

НОРА (решительно, бодро): Он него постоянно пахнет чужими духами?

АЛИНА (задумчиво, неуверенно): Нет...

НОРА (решительно, бодро): Ты обнаружила у него на шее не свой засос?

АЛИНА (задумчиво, неуверенно): Нет... Да и я своих там не обнаруживаю...

НОРА (отстранённо): Сейчас не об этом!

Переводят обе дыхание.

НОРА (решительно, бодро): Может он домой ночевать не приходит иногда?

АЛИНА (задумчиво, неуверенно): Нет, всегда дома вовремя.

НОРА (решительно, бодро): Он назвал тебя в постели чужим именем?

АЛИНА (задумчиво, неуверенно): Нет...

НОРА (решительно, бодро): Ну и что ты тогда всполошилась? Выбрось эти мысли из головы! Надумать можно, знаешь, много чего. В телефоне сидит? Да кто в телефоне сейчас не сидит? От мала до велика. Твой хоть ещё иногда отрывается от смартфона. Кладёт экраном вниз? Ну, пусть кладёт, если ему так нравится. А мой... с телефоном просыпается, с телефоном ложится! Обедает, в туалет и в душ с ним ходит... Ему некогда класть свой гаджет вниз экраном, потому что телефон всё время в руках!

Алина утирает слёзы, успокаивается.

НОРА (решительно, бодро): Так что подруга, не забивай голову чепухой. И не старайся за ним следить. Твой муж - отличный парень. Береги его, заботься и не капай ему на мозги. Тогда всё будет у вас отлично!

АЛИНА (успокаиваясь): Спасибо тебе, Нора. Успокоила. Вообще-то так посмотришь, вроде и вправду всё в порядке. Чего я на самом деле так всё себе нарисовала? Ладно... побегу я. Забегайте в гости с Лёней!

Алина встаёт, поправляется.

НОРА (позитивно): Зайдём! Как-нибудь...

Алина уходит, Нора машет ей ручкой со скамеечки.

ЗТМ.

СЦЕНА 9 КВАРТИРА СУСАННЫ

Лёня осунувшись стоит в квартире своей любовницы. Вид у него мрачный. Сусанна теребит его за щёчки.

СУСАННА (по-детски): Почему мой медвежонок такой хмурый последнее время м? Исхудал вон, осунулся. Совсем тебя жена, видно, дома не кормит. Придётся мне готовить учиться, судя по всему, да?

ЛЁНЯ (шепелявит и мямлит, поскольку за щёки его держит Сусанна): Твой медвежонок сильно устаёт на работе, сильно устаёт от всей этой возни, нервотрёпки и разрывания между тобой и женой, и сильно хочет твой медвежонок порвать со всем этим раз и навсегда!

СУСАННА (радостно визжа, подпрыгивая): Мммм.... Ура! Ну, наконец-то! Я знала, что рано или поздно это произойдёт!

Сусанна кидается обнимать Лёню. Сильно сдавливает ему шею. Лёня надувает щёки и со страдальческим видом смотрит в зрительный зал, ведь он имел ввиду совсем обратный смысл.

Сусанна убегает, весело визжа на кухню.

Лёня смотрит ей вслед, крутит у виска, возмущённо вскидывает руками, хлопает себя по голове, как-то эмоционально жестикулирует, показывая своё недовольство. Он уже не знает, как так намекнуть и подвести разговор к расставанию, чтобы Сусанна, наконец, поняла, что он её бросает.

Сусанна торопливо возвращается с бутылочкой вина и двумя бокалами. Она не в силах сдержать свою радость, хоть и пытается, но она всё-таки вырывается наружу в виде истеричных смешков и, конечно же, улыбка до ушей, которая просто "убивает" Лёню. Он смотрит на Сусанну и не может... ну не может ей сказать о расставании. Да, откровенно говоря, и не сильно хочется этого делать. Обо всём об этом говорит за себя игра актёров.

СУСАННА (радостно, торопливо открывая бутылку): Я эту бутылочку... Я её знаешь, как давно припасла на такой вот случай... (мечтательно) Ммм...

ЛЁНЯ (печально): Сусанна, да я ведь совсем не это имел ввиду, я наоборот хочу сказать, что мы с тобой рас...

СУСАННА (перебивает от нетерпения): Роскошная пара! Я с тобой полностью согласна, любимый!

Сусанна бежит к Лёне и обнимает его, целует, просто заливает объятьями.

Оба падают. Сусанна резвится, радуется, и конечно... пристаёт...

Музыка.

Лёне ничего не остаётся делать, кроме как отвечать взаимностью.

ЗТМ.

СЦЕНА 10 У ПОДЪЕЗДА

У подъезда встречаются Лёня и Семён.

СЕМЁН (с надеждой): Ну что?

ЛЁНЯ (печально): Да нифига!

СЕМЁН (сочувственно): Всё опять пошло не по плану?

ЛЁНЯ (с чувством наболевшего): Да я вообще ничего понять не могу. То ли она дура, то ли я дурак. Как так-то вообще? Я прямым текстом ей намекаю что всё! Алес! Край! Капут! Финита ля комедия! А она вообще в другую сторону всё понимает. Я ей про Фому, а она мне про Ерёму. Ну, вот как с этими бабами изъясняться? На каком языке?

СЕМЁН (сочувственно): Да уж... Ладно, сегодня ни в счёт. Давай уж со следующего раза. Но только уже точно, чтобы без всяких!

ЛЁНЯ (бодро, уверенно): О чём речь! Я кремень! Сказано - сделано!

Друзья жмут друг другу с почтением руки, расходятся.

ЗТМ.

Далее четыре сцены идут без слов!!!

Фоном играет музыка.

СЦЕНА 11 У ПОДЪЕЗДА

Лёня в другой куртке встречает у подъезда Семёна. Жестами спрашивает о том, как всё прошло, Семён жестами объясняет какие-то обстоятельства, становится понятно, что ничего у него не получилось.

Лёня сочувственно пожимает плечами, понимающе машет рукой, жмут руки, расходятся.

ЗТМ.

СЦЕНА 12 У ПОДЪЕЗДА

Сеня встречает у подъезда Лёню. Куртки уже другие, это другой день, другие события. Жестами спрашивает о том, как всё прошло, Лёня жестами объясняет какие-то обстоятельства, становится понятно, что в очередной раз ничего у него не получилось.

Семён сочувственно пожимает плечами, понимающе машет рукой. Жмут руки, расходятся.

ЗТМ.

Музыка сменяется!

СЦЕНА 13 В СУПРУЖЕСКИХ ДОМАХ

Раздаётся бой курантов!

Темно!

На сцене с одной стороны подсвечивается пара Семёна и Алины, с другой стороны другим световиком подсвечивается пара Лёни и Норы.

Пара Лёни и Норы не обращает внимания на пару Семёна и Алины и это взаимно. Они как бы каждый в своих квартирах встречают семейный праздник.

Они сидят на полах или на диванах, или на стульях (на усмотрение режиссёра), смотрят друг на друга влюблёнными взглядами, держат в руках бокалы вина, чокаются, обнимаются, отмечают пришествие Нового года!

ЗТМ.

СЦЕНА 14 В ДОМАХ ЛЮБОВНИЦ

Темно!

На сцене с одной стороны подсвечивается пара Семёна и Кристины, с другой стороны другим световиком подсвечивается пара Лёни и Сусанны.

Пара Лёни и Сусанны не обращает внимания на пару Семёна и Кристины и это взаимно. Они как бы каждый в своих квартирах проводят первые дни января.

Они сидят на полах или на диванах, или на стульях (на усмотрение режиссёра), смотрят друг на друга влюблёнными взглядами, держат в руках бокалы вина, чокаются, обмениваются подарками, обнимаются!

ЗТМ.

СЦЕНА 15 ЗОНА ОТДЫХА ПРИ ГОРНОЛЫЖНОМ КЛУБЕ

Бодрые и счастливые, при полном обмундировании со сноубордами в руках, отлично накатавшиеся, в зону отдыха при горнолыжном клубе входят Лёня и Семён.

Смеются, горланят, бурно обсуждают своё хобби.

СЕМЁН (эмоционально): Ха, я тебя на первой же горе обошёл!

ЛЁНЯ (добро, но с издёвкой): По числу падений

СЕМЁН (эмоционально): В этом мне вообще равных нет!!! Почему не проводят соревнования в качестве и количестве падений со сноуборда? Я там в два счёта титулованным чемпионом мира стану!

ЛЁНЯ (добро, но с издёвкой): Это да... причём ещё до того, как дойдёшь до отметки с линией "Старт".

СЕМЁН (одобрительно, отмечая данный аргумент указательным пальцем): Вот!

Ставят сноуборды, скидывают верхнюю одежду, находят в баре что-то из "попить", угощаются.

ЛЁНЯ (от всей широкой души, громко, эмоционально, потягиваясь): Эх!!! Хорошо-то как... Просто исключительно.

СЕМЁН (статно, в английской манере): Не могу с вами не согласиться друг мой...

Подмигивают друг другу, улыбаются, резвятся, хохочут, подтрунивая друг над другом.

В процессе веселья и каких-то житейских махинаций, Семён достаёт из куртки, смятый лист бумаги, с интересом его разворачивает и с поникшей миной замирает на месте.

ЛЁНЯ (позитивно): Что там?

Семён показывает другу злосчастный лист договорённостей, подписанный сторонами.

Друзья присаживаются с поникшим видом на скамью.

ЛЁНЯ (печально): Да, брат... Уже и Новый год наступил... Время ушло, взамен ему пришло другое..., а мы с тобой остались всё такими же...

СЕМЁН (Печально, на выдохе, теребя в руках листок): Да уж...

ЛЁНЯ (с надеждой): Но знаешь... Судя по тому, что у нас с тобой ничего с этим (указывает на листок) не вышло..., есть в этом всём какой-то смысл.

СЕМЁН (печально, задумчиво): Может быть и так... А может быть... Знаешь, что я думаю?

Лёня вопросительно кивает головой.

СЕМЁН (философски): Я думаю, что есть в жизни уроки, которые должна объяснять именно жизнь, а не человек. Мы с тобой не смогли объяснить друг другу в должной мере необходимости что-то менять... Пусть жизнь попробует, уж ей-то всё по плечу...

ЛЁНЯ (призадумавшись, выдержав паузу): А не боишься?

СЕМЁН (не понимая): Чего?

ЛЁНЯ (со знанием дела): Больно дорого берёт жизнь за свои уроки... Может всё-таки, сами ещё попробуем?

СЕМЁН (возмущённо): Да сколько же можно пробовать? Уже пробовалка по швам трещит!

ЛЁНЯ (поддерживая): Да... у меня у самого уже нервы на пределе. С этим нашим уговором у меня и с Норой что-то как-то всё не очень пошло, и с Сусанной тоже через пень колоду. Они-то ко мне лояльны, а я своими думками не могу теперь быть собой! И конечно, это всё негативно сказывается на..., да на всём!

СЕМЁН (задумчиво): Быть собой... Слушай друг, похоже ты сейчас очень грамотную штуку сказал. Может быть, действительно не нужно ломать голову над тем как в жизни всё устроить правильно? Кто его знает, как на самом-то деле правильно. Может быть, ответ ко всему лежит на поверхности? Ведь это же так просто - быть собой!

ЛЁНЯ (рассудительно, задумчиво): Ответ-то прост, да вот в исполнении он не так просто реализуем. Кто может позволить себе быть собой, учитывая социальные, гражданские, семейные, да и прочие обстоятельства?

СЕМЁН (задумчиво): Ну да...

ЛЁНЯ (резюмируя): Это роскошь...

Семён кивает головой, понимая суть и глубину этих слов.

ЛЁНЯ (адресуя зрителю): Мы носим маски, подстраиваемся под обстоятельства... А как же? Ведь мир не стоит на месте, всё движется и всё меняется. И мы стараемся соответствовать этим изменениям. Мы бежим за ними, за этими самыми изменениями по пятам, подобно тому, как волки нападают на след своей жертвы. Да только забываем о том, что волк, идущий по следу, нередко сам становится жертвой. То же самое происходит и с нами. Мы бежим куда-то ослеплённые желаниями, стараемся успеть, догнать, ухватить... И надо сказать, что многим это удаётся. Так почему же в конце жизни мы чуть ли не поголовно оказываемся у разбитого корыта? Не потому ли что всю свою жизнь играли чужие роли? Жили не своими ценностями? Не своими устоями и порывами? Да пусть они будут тысячу раз неверными, ошибочными или даже порочными! Но ведь это наши порывы, братцы! Ведь это всё и есть мы! Такие, какие мы есть! Мы настоящие!!!

СЕМЁН (задумчиво): А есть ли мы настоящие?

Выдерживается небольшая пауза...

ЛЁНЯ: Есть... конечно, есть... Обязательно есть...

Все актёры В КАРНАВАЛЬНЫХ МАСКАХ ПРИКРЫВАЮЩИХ ТОЛЬКО ГЛАЗА, начинают выходить на поклон с тёпой понимающей улыбкой и браться за руки, Лёня тоже берётся за руки, но продолжает свою речь не прерываясь, он обращается к зрителю.

ЛЁНЯ (зрителю): Мы есть, есть глубоко внутри каждого! Мы есть повсюду и везде. И даже через наши многочисленные маски, всё равно прорывается наша истинная суть! Так к чему носить эти маски, Друзья?

Семён разрывает на мелкие кусочки листок договоренности и бросает его с лёгким сердцем, согласованно переглянувшись с Лёней.

ЛЁНЯ (зрителю): Долой маски, и да здравствует то, что мы есть на самом деле!

Актёры срывают свои маски и эффектно бросают их за себя!

ВСЕ ХОРОМ (зрителю, весело, эмоционально): Будьте собой братцы, собой настоящими, ни смотря, ни на что!


ЗАНАВЕС

Новосибирск, август 2020


Условия постановки пьесы оговариваются индивидуально.

Все пьесы Николая Лакутина представлены для ознакомления в открытом доступе на официальном сайте автора http://lakutin-n.ru раздел "Пьесы"

Почта автора Lakutin200@mail.ru

Обложка пьесы разработана автором в дизайнерской программе и является интеллектуальной собственностью Николая Лакутина.