# Правило русского спецназа

Андрей Евгеньевич Николаев

Третий роман из серии "Охота на охотника". Написан, как и первые два, в соавторстве с Романом Злотниковым. Выходит в Лениздате в середине декабря. Аннотация: Появление на окраине освоенных миров пиратской республики и действия ее лидера Александра Великого, взявшего за основу империю Александра Македонского и декларирующую совершенную справедливость, заставляют разведку Российской империи предположить, что за спиной Александра и его товарищей-гетайров, стоят гораздо более могущественные силы. Касьян Полубой с группой спецназа "Бешеные медведи" получает приказ нейтрализовать одного из ближайших помощников Александра Великого - гетайра Птолемея, действия которого могут нанести непоправимый ущерб чести императорской фамилии.

## Глава 1


Когда на шести прогулочных палубах роскошного круизного лайнера "САК" - "Перл Бей" тревожно зазвенели баззеры аварийного предупреждения, пассажиры поначалу не слишком перепугались. Ну что может угрожать огромному и наполненному всеми мыслимыми системами безопасности круизному лайнеру, да еще здесь на одном из самых популярных маршрутов, проходящему вблизи оси Келлингова меридиана. Даже знаменитый Агламба Керрор и тот опасался заходить в эти области пространства. Предпочитая промышлять много южнее. Да и, в конце концов, Аглаба Керрор был уникумом... ну и плохо кончил, в назидание последователям. Так чего было бояться?

Сказать, что "Перл Бей" был летающим городом было бы не преувеличением, а преуменьшением. Это был не просто роскошный лайнер, на котором пассажиры перемещались из точки А в точку Б (хотя, конечно, многие из тех, кого называют сливками общества так и делали), это был целый мир. Причем мир, предназначенный для того, чтобы на неделю, две или месяц оторваться от серых буден и погрузиться в настоящую сказку, причем сказку роскошную. Здесь были огромные леса, наполненные самими экзотическими растениями. И величественные водопады, низвергавшиеся с заоблачных горных вершин. И бескрайние моря с широкими песчаными пляжами. На самом деле леса тянулись вглубь всего ярдов на триста, а все, что дальше, было сплошной голограммой, хотя и чрезвычайно качественной. Но если первые двести ярдов растения были рассажены так, что образовывали всего лишь уютные тенистые заросли и мягкие лужайки, то затем чаща становилась все более непроходимой. Ярдов за двадцать до голостены начинались заросли колючего кустарника, а за восемь - колючие кусты уже не просто царапали но и жгли, так как их иглы вырабатывали сильный токсин (впрочем, вполне безопасный для человека). Так что даже самые любопытные туристы не рисковали приближаться к стене вплотную. Так же и горные вершины с водопадами, позволяли забраться по своих сначала довольно отлогим, но затем все более и более отвесным скалам, только до высоты полутора десятков ярдов. Выше начинались практически отвесные склоны, которые были чрезвычайно скользкими от висящей в воздухе водяной пыли. Ну а когда отважные пловцы пытались углубиться к океан, ярдов через сорок от пляжа их принимало в свои объятия созданное специальными насосами встречное течение. И чем сильнее они работали руками и ногами, тем сильнее был встречный поток воды. Так что и океанские дали так же были недосягаемы для упорных первооткрывателей неизведанного из числа скучающих туристов. Компания САК берегла психику своих гостей от травм разочарования. То есть гости, естественно знали, что все, что они видят вокруг, всего лишь иллюзия, но знать - одно, а потрогать пальцем и убедиться - другое. Компания с удовольствием рассказывала обо всех технических ухищрениях в своем красочном буклете, но дозволить туристам самим попробовать все это на зуб - не позволяла. Чем ставила себе на службу психологический эффект - если видит око, да зуб неймет, то это вызывает лишь больше восхищения (и, соответственно, работает на репутацию компании). Впрочем, было еще одно соображение. В каждом заезде всегда находятся некие молодые люди с перекачанными в дорогих атлетических залах мышцами и явно недокачанными мозгами, которые в скором времени начинают создавать неприятности окружающим и персоналу. Так вот, персоналу в таких случаях негласно рекомендовалось слегка "подзадорить" подобных индивидуумов, дабы подвигнуть их достигнуть противоположенного "края" лесов или "вершины" гор. После каковой попытки большинство из них становилось совершенно адекватными и более не доставляло никаких хлопот до конца круиза. Ну а остальным вполне хватало для развлечений ресторанов, ночных клубов, бассейнов, спортивных площадок, спа-центров и иных заведений, предназначенных для того, чтобы человек почувствовал себя в раю. Так что никто из пассажиров и не подумал о чем-то серьезном, типа столкновения с метеоритным потоком, или, не дай бог, с шальным астероидом. Печальная история "Титаника", далеким потомком которого был "Перл Бей" давно изгладилась из памяти человечества.

Еще меньше пассажиры думали о вооруженном нападении на лайнер. Конечно, на некоторых трассах пошаливали - перехватывали грузовые суда, пакетботы, маленькие яхты, но чтобы кто-то осмелился напасть на лайнер компании "Сак" - такого и в мыслях никто не держал. Ведь гарантию безопасности компании поддерживало правительство Содружества Американской Конституции, а это что-то да значит! Многие из пассажиров даже не оторвали своих задниц от удобных кресел уютных кафе, посчитав эту тревогу результатом излишней озабоченности капитана. Мол, согласно правилам безопасности в начале круиза положено провести две учебные тревоги - дневную и ночную, а наш ретивый капитан решил подстраховаться и провести еще и третью. Однако, мелодичный голос пассажирского диспетчера, раздавшийся в динамиках, заявил, что, хотя особых поводов для беспокойства нет, капитан настоятельно просит всех пассажиров разойтись по своим каютам. Так как в настоящий момент корабль будет совершать маневр уклонения от внезапно возникшей на маршруте области гравитационных возмущений и большая часть рекреационных и развлекательных комплексов будет отключена от энергетической сети корабля, дабы создать необходимый для маневра резерв мощности.

Спустя несколько минут после этого объявления, когда большая часть пассажиров еще не успела добраться до своих кают, двигатели корабля действительно резко изменили тембр, а сам корабль содрогнулся, будто от удара. Это породило легкую нервозность, но, в общем-то, пошло только на пользу, поскольку заставило большинство заметно ускорить процесс возвращения в свои каюты, которые на время стали им собственным домом. Что ни говори, а четыре стены своего жилища отнюдь не эфемерная поддержка, иначе и не возникла бы в незапамятные времена поговорка: мой дом - моя крепость. Однако на этот раз крепость не выдержала штурма...

Когда абордажная команда неизвестного судна, с легкостью взломавшая внешнюю обшивку в районе грузовых трюмов, подавила слабое сопротивление экипажа и ворвалась в капитанскую рубку лайнера, ни одни пассажир даже не подозревал о том, что лайнер захвачен пиратами.

Поэтому, когда на экране информационно-развлекательных терминалов пассажирских кают возник молодой и привлекательный мужчина в боевом скафандре с откинутым на спину шлемом, все было решили, что началась трансляция какого-то шоу. Этому способствовало еще и то, что мужчина широко улыбнулся и, вскинув правую руку на уровень плеча, громко, почти нараспев, произнес:

- О-о, демос, хайрэ! ("Народ, радуйся!" - стандартное древнегреческое приветствие)!- затем он перешел на стар-инглиш, и из его дальнейшей речи выяснилось, что лайнер захвачен. Но не обычными пиратами, а "гетайрами Александра". Видимо поэтому пассажирам, как представителям части народа, и было предложено радоваться. Как ни странно, положительных эмоций никто не испытал - все с тревогой ожидали, что же последует дальше. Из речи молодого человека выяснилось, что он - капитан корабля захвативших лайнер пиратов и зовут его Филота. И вообще, все что здесь происходит - не обычное пиратство, а первый шаг к будущему единению человечество в гомойоне "равенства людей в разуме". Ибо то, как устроен мир сейчас - несправедливо, а целью Александра Великого и его гетайров является возвращение в этот мир справедливости. Определение понятия "справедливость" дано не было, из чего пассажиры и команда заключили, что, скорее всего, оно заключается в лозунге "грабь награбленное".

Вывод "демоса" был вскоре подкреплен действиями пиратов: началась вполне объяснимая и обычная для всякого пиратского нападения суета по взламыванию сейфов корабля, фильтрации пассажиров, освобождению их от всяческих ценных вещей и отбору заложников для получения выкупа, не сопровождавшаяся, однако, столь ожидаемой в такой ситуации грубостью. Более того, отобранным заложникам предоставили право взять все необходимое из личных вещей, а затем проводили к шлюзу сквозь коридор выстроенным по обе стороны галереи молодцов, замерших с клинками наголо, будто почетный караул. Остальных пассажиров, а так же всех членов команды, собрали в самом большом ресторане лайнера под названием "Маунтин блю", в котором "гетайр Филота" приказал накрыть столы и выставить на них несколько сотен бутылок коллекционного шампанского "Дом Периньон" и еще большее количество двенадцатилетнего элитного виски "Гленфидиш". Причем карта рассадки была продумана таким образом, что рядом с каждой дамой-туристкой оказался молодой (и как выяснилось затем чрезвычайно галантный) пират, а рядом с полудюжиной мужиков пират постарше и покрупнее...

Так что когда "гетайр Филота", наконец, встал и произнеся тост "За Александра Великого!" приказал пиратам покинуть корабль, его и его людей сопровождали не проклятья ограбленных людей, а женские вздохи и рев полупьяных мужиков, сердитых на то, что разрушают "такую славную компанию".

Впрочем, посмаковав столь пикантные подробности, общественное мнение сначала все равно сначала восприняло нападение на "Перл бей" как наглую попытку одного из неофитов криминального мира примерить на себя славу Агламбы Керрора. А поскольку, сразу как только информация о нападении достигла столицы Содружества американской конституции с военных баз тут же стартовали усиленные патрульные эскадры, все сошлись на мнении, что подобные нападения больше не повторяться. Но, как оказалось, теперь все обстояло совсем не так. Как выяснилось, на этот раз на торговых путях действовало несколько хорошо оснащенных эскадр. Спустя всего полторы недели в двух с половиной парсеках от атаки первого круизного лайнера, был взят на абордаж другой. Капитан, захвативший его, назвался именем Перддика и так же представился одним из "гетайров Александра". И так же он и его подчиненные обошлись с пленниками в высшей степени благородно и учтиво. Однако, поскольку эти "гетайры" давно умершего героя древности посягнули на самое дорогое, что есть у любого гражданина Содружества - его собственность и банковский счет, пресса уже вовсю затрезвонила о глобальной угрозе галактического масштаба. И тут случился инцидент с торговым судном "Мустанг".


## Глава 2


Абордажный бой скоротечен, яростен и неистов.

Ушли в далекое прошлое времена, когда неповоротливые галеоны, хищные фрегаты, или стремительные бригантины сходились к "борту борт", предварительно обменявшись залпами раскаленных ядер или рвущей паруса картечи. Канули в лету сцепившиеся в сражении парусники, среди перепутанных снастей и обломков такелажа которых в сумасшедшей схватке перекатывались от бака к юту и обратно озверелые полуголые флибустьеры. Дым покрывал палубу, скользкую от крови, падали обломки мачт, калеча и убивая противников и частенько, если побеждала одна сторона, находился смельчак, который предпочитал умереть с честью, но не посрамить флага, пусть это и был "Веселый Роджер". Смерть от клинка или пистолетного выстрела в упор он предпочитал плену и рабству, а если была возможность - пробивался к крюйт-камере и тогда над морем взмывали в дыму и пламени обломки кораблей, и акулы рвали на куски обожженные тела погибших и немногих выживших при взрыве пороховых погребов...

В схватке с военными кораблями пираты не ждали пощады и не давали ее, другое дело, если удавалось перехватить неповоротливую каравеллу, перевозившую вожделенное золото, драгоценности или редкие пряности. Состоятельные пассажиры могли надеяться, что останутся в живых, при условии, что выкуп будет достаточно велик. Все прочие отправлялись за борт, и хорошо, если в шлюпках.

За несколько сот лет пиратский промысел так и остался одним из самых выгодных, если, конечно, не учитывать возможность нарваться в конце концов на боевые корабли. Пеньковый галстук уже не грозил, но и рудники, на которых человек угасал в течение нескольких месяцев, мало кого привлекали.

Стремительное нападение из засады, короткий огневой бой, если жертва осмеливалась продолжать путь после требования застопорить ход, и абордаж - вот основная тактика, приносящая успех как столетия назад, так и в эпоху гравитационных орудий и расстояний, измеряемых не милями, ярдами и дюймами, а парсеками и световыми годами.

"Мустангу" не повезло. Несмотря на мощную энергетическую установку, и двигатели, разгоняющих его до скорости, сравнимой со скоростями дальних перехватчиков, первый же залп "тарантулов" накрыл его. Капитан Эванс проклинал себя за то, что понадеялся на быстроходность "Мустанга" - энергетическая установка вышла из строя и корабль теперь двигался по инерции, выбрасывая в пространство струи мгновенно кристаллизующегося воздуха.

- Прикажете спустить флаг? - меланхолично спросил старпом - бледный датчанин с прозрачными глазами и редкими почти бесцветными волосами.

"Спустить флаг" на жаргоне транспортников означало связаться с пиратом и попытаться выторговать наиболее приемлемые условия для сдачи.

- Черта с два! - прорычал Эванс, - ты что, не понял, что нас ждали? Какая-то крыса в конторе заложила нас с потрохами, выдав время вылета. Ты представляешь, какой процент от выручки десяти тонн фруктов и отборных вин, произведенных на старушке Земле, он получит? Нет, Бьерн, нас не отпустят живыми. По всем частотам непрерывно передавать "SOS", команде - приготовиться к отражению абордажа.

- Есть, капитан. А пассажиры?

- Заприте в каюте, чтобы не путались под ногами. Не хватало мне еще утирать сопли романтическим дамочкам и мальчишкам, - капитан склонился к обзорному экрану, - этот ублюдок не больше корвета, так, что если отобьем десант, есть надежда, что кто-то успеет на помощь.

Пиратский корабль, как было ясно видно, в прежней жизни был грузовиком с неплохим ходом и дальностью действия. Какая судьба превратила его из мирного корабля в рыщущего по судоходным линиям хищника, теперь не узнал бы никто. Довооруженный шестью "тарантулами" - орудиями среднего калибра, и десятком "единорогов", он представлял опасность только для небольших транспортов и "Мустанг", на свою беду, оказался именно таким.

Два десантных бота отвалили от корабля и, набирая скорость, понеслись к "Мустангу".

- Человек тридцать, - пробурчал Эванс, - разбить экипаж на две группы и перекрыть коридоры к рубке и грузовому отсеку. Бьерн, бери на себя трюм, я встречу их здесь.

Боцман Олаф Тьерндаль, коренастый, с бычьей шеей, круглой головой и маленькими глазками на красном лице, откатил дверцу каюты и посмотрел на ее обитателей - двух подростков шестнадцати и пятнадцати лет. Если бы не разница в росте, он бы не за что их не различил - ребята были похожи, как две капли воды. Они стояли рядом, исподлобья глядя на него.

- Так, парни, сидеть в каюте и носа не высовывать. Мы напоролись на скалу...

- Ладно заливать-то, Олаф, - сказал тот, что был повыше, - что мы, не отличим попадание в двигатели от шального метеорита? Пацаны с первого курса и те поймут, в чем дело. Пираты?

- М-м... а хоть бы и так, - проворчал боцман, - слышали, что я сказал? Я вас заблокирую. Может и пронесет. Пират небольшой, есть надежда отбиться. Капитан уже послал "SOS".

- У вас каждый человек на счету, - сказал второй парнишка и глаза у него загорелись, - Олаф, мы не подведем.

- Сидеть здесь и не дергаться, - взревел Тьерндаль, дико вращая глазами, в надежде запугать ребят, - это вам не в спортивном зале сабельками махать. Вы хоть раз бывали в рукопашной? Штаны не успеете обгадить, а из вас уже лапши нарежут. Все, парни, отбой.

Тьерндаль отступил в коридор, из притолоки каюты выдвинулась толстая стальная плита и заскользила вниз по пазам.

Младший мальчишка дождался, пока плита чмокнет, присосавшись к полу и бросился к своей койке - в маленькой каюте их было две, а кроме того еще небольшой умывальник, совмещенный с туалетом.

- Слышь, Серый, может, не надо? - спросил тот, что постарше, озабоченно хмуря брови, - небось боцман не сам решил, а слово капитана - закон на корабле. Мы ведь даже не гардемарины.

- То-то и оно, - младший уже достал из сумки складной нож и, выбрасывая вещи, с головой полез в сумку, - присягу мы еще не приняли, к команде отношения не имеем, так что вольные птицы. Ты представляешь, как ребята обзавидуются? Есть! - он победно потряс лазерным размыкателем и бросился к двери, - ну-ка, помоги.

Старший взял нож, выщелкнул автоматическую отвертку и принялся снимать панель, справа от косяка двери. Несмотря на возраст в тандеме братьев Григорьевых Юрий играл вторую роль, пытаясь по мере здравого смысла сдерживать необузданные порывы младшего брата Сергея...

"Мустанг" едва слышно дрогнул.

- Боты пришвартовались, - прокомментировал старший, снял панель и отступил в сторону, освобождая место брату.

Почти тотчас корабль содрогнулся - вышибные заряды прорвали прочный корпус. Падение давления на мгновение вызвало звон в голове. Застучали переборки, изолируя поврежденные отсеки, затем давление выровнялось и Юрка сглотнул несколько раз.

- Та-ак, ну-ка, посмотрим... - примерившись, Сергей повел размыкателем. Свет в каюте мигнул и погас, - не то, а здесь? - щелкнул, выключаясь, озонатор.

- Дай мне, - потребовал Юрка.

- Да тут один контакт и остался, - сказал Сергей.

Чуть слышное шипение воздуха показало, что теперь он разомкнул то, что надо - контакт аварийной переборки.

- Ох и влетит нам от капитан-лейтенанта.

- Стриж сам юнгой участвовал в десанте на Найроби. Забыл?

- Так то юнгой, - пробурчал Юрий, глядя, как Серега отвинчивает от стены штангу аварийного крепления индивидуальных средств спасения, по-простому - скафандров.

Самих скафандров не было, поскольку в маленькой каюте, рассчитанной на одного человека, едва уместилась вторая койка. Братья с помощью сложных маневров договорились с капитаном Эвансом о том, что полетят на его корабле до самого Нью-Вашингтона, куда шел "Мустанг" - уж очень не хотелось им торчать на Земле еще неделю в ожидании рейсового на Переяславль. "Мустанг" был быстрым кораблем и должен был сэкономить братьям еще сутки отпуска. Экономия, правда, вышла боком...

- Интересно, а Грейс и Валли тоже замуровали? - словно в задумчивости сказал Юрий.

- Только девчонкам не хватало сопли вытирать, - сказал Серега, почти слово в слово повторяя реплику капитана Эванса, - рукопашная - мужское дело!

Две студентки из Калифорнийского института журналистики оказались их попутчицами и возвращались с практики, проведенной в одной из старейших газет Земли "New York times". Капитан Эванс был дядей Грейс и согласился взять на борт ее и подругу. Больше пассажиров не было, да "Мустанг" и не был рассчитан на перевозку людей - команда и груз, в основном скоропортящийся, чем и объяснялась быстроходность судна.

- Приподними переборку, - приказал Серега, стоя со штангой наперевес.

Юрка чуть присел и прижался к плите ладонями и грудью, лицо его покраснело. Между переборкой и полом образовалась узкая щель.

- Выше, - командовал Сергей, примеряясь подсунуть под переборку штангу, - еще выше.

- В ней килограммов сто, - прохрипел Юрка.

- А кто у нас рекордсмен по тяжелой атлетике? Давай, гордость курса!

Плита еще немного приподнялась и Сергей ловко всунул в щель штангу.

- Есть! Сейчас поднимем ее - и в рубку.

По коридору накатилась волна звона и криков, ребята отпрянули от двери - кто-то бился не на жизнь, а на смерть прямо возле их каюты. Они узнали голос боцмана, подбадривающий своих людей. Потом раздался крик, от которого по коже продрал мороз. Сергей побледнел и взглянул на брата. На скулах Юрки ходили желваки. Звон клинков отдалился, братья переглянулись.

- Ну что, все еще хочешь подраться? - спросил Юрий.

Сергей сверкнул глазами и вместо ответа потащил к двери койку.

- Взяли.

С помощью штанги они приподняли переборку. Плита неохотно пошла вверх. Пока старший брат удерживал ее, младший втолкнул под нее спинку койки и ужом проскользнул в коридор. Юрий оглядел каюту, сунул в карман нож и последовал за ним.

Прямо перед дверью лежал труп матроса. Сергей узнал его - это был рулевой. Только два часа назад они спорили за завтраком, обгонит "Мустанг" русский фрегат типа "Бойкий", или будет глотать выхлоп, а теперь он лежал, раскинув руки, и голова его была вывернута под неестественным углом, потому, что держалась на лоскуте кожи. Шея матроса была почти перерублена ударом секиры. Ее обладатель - худой верзила в потертой абордажной броне, далеко не ушел: схватившись ладонями за взрезанное горло он еще дергался в агонии. Стены и даже потолок были забрызганы кровью, ее тошнотворный запах пропитал воздух, будто на бойне.

Возле стены, придерживая окровавленными пальцами распоротый живот, сидел Олаф Тьерндаль. Он повел затуманенными мукой глазами на мальчишек и прохрипел:

- Парни... вытащите из каюты студенток и попытайтесь пробраться к спасательным капсулам. Они не берут пленных...

Юрка скрипнул зубами и подобрал абордажную саблю боцмана.

- Все равно уйти не дадут - расстреляют, как в тире, - сказал он.

Сергей метнулся в каюту и через секунду появился вновь с аптечкой в руках. Он вкатил боцману обезболивающее, взял саблю рулевого и, морщась, вытер рукоять от крови.

Переглянувшись, братья не сговариваясь бросились в сторону рубки, откуда еще доносились звуки боя.

- Эх, пацаны... - прошептал Тьерндаль.

Под началом Эванса оставалось всего семь человек - остальные погибли в коридорах, отстаивая каждый метр палубы. Силы были неравны - пираты, привычные к ближнему бою, дрались умело, лишний раз не подставляясь под удары абордажных сабель. Они не ожидали столь яростного сопротивления, однако теснили экипаж "Мустанга" шаг за шагом, чтобы блокировать в рубке, без помех забрать груз, после чего расстрелять корабль из "онагров".

Сергей увидел перед собой спины в абордажных скафандрах и бросился вперед, нацелившись на здоровенного пирата с бритой головой, деловито орудующего широкой кривой саблей.

- Обернись, - закричал он, не желая бить в спину, - обернись, ты, лысый!

Пират оглянулся, небрежно отвел бронированным предплечьем удар сабли и коротко размахнулся. Серега упал на колено, увидел, как опускается кривой клинок и закрыл глаза, однако удара не последовало. Вместо этого раздалось яростное рычание, на лицо ему упали теплые брызги и чья-то рука, подхватив за воротник, вздернула на ноги.

Юрка, увидев, как брат не удержался на ногах, и лысый пират вот-вот снесет ему голову, с размаху рубанул его через загорелое лицо. Лысый схватился за глаза, взревел и опрокинулся на спину.

- Вперед, ребята, - заорал Эванс.

Пираты, не ожидавшие нападения с тыла, опешили. Сабельный бой перешел в свалку, в которой, пусть и на короткое время, верх одержал экипаж "Мустанга". Пираты отпрянули, не желая умирать, когда добыча, считай, в кармане и Эванс, приказав подобрать раненых, отвел людей в рубку.

Юрка, схватив брата за грудки, прижал его к переборке и зашипел в лицо, яростно сверкая глазами:

- Ты что, Д,Артаньян хренов, на дуэль собрался? Если кто не успел защитить спину - это его проблемы, понял? A la guerre comme a la gueree! Может ты еще и перчатку ему бросить собирался?

- Ну, ладно, Юр... ну, чего ты... - бормотал бледный Серега, - ну, понял я все.

Юрка отпустил брата, потрогал разбитую губу и сплюнул кровь. Серега шмыгнул носом.

- А здорово ты его, - сказал он, - видел, как глаз вытек?

Юрка внезапно позеленел, согнулся и его бурно вырвало.

- Так, парни, - капитан Эванс, бинтуя ладонь, подошел к ним. Саблю он держал под мышкой, - какого черта вы здесь оказались? Я приказал сидеть по каютам.

- Есть приказы, капитан, - звенящим голосом ответил вытянувшись во весь рост Сергей, - которые не позволяет выполнить честь русского офицера!

Юрий встал рядом с ним, украдкой вытирая рот.

Эванс хмыкнул, разглядывая ребят. Один был бледный, другой - нежно зеленый, но глаза у обоих горели, и у капитана язык не повернулся высказать все, что он думал про сопливых мальчишек.

- Лишняя пара сабель не помешает, - солидно сказал Юрка.

- Но и не спасет, - буркнул Эванс, - ладно, будем думать, что делать дальше. Сюда они не полезут - зачем им людей терять. Блокируют нас, заберут товар и взорвут к чертям. Стало быть выход один - пробиться к трюмам - там Бьерн, если еще жив, и держаться там. Может, кто и подоспеет.

Собрав вокруг себя остатки команды, капитан разъяснил задачу. Лица экипажа были угрюмы и на них читалось явное нежелание снова лезть в драку, однако все понимали, что выхода нет.

- Какие мы офицеры? - шепотом укорил Юрка младшего брата, - третий курс только. Вечно ты ляпнешь, не подумав.

- Ну, будущие офицеры, - Серега упрямо мотнул головой, - зато представь, что скажет капитан-лейтенант Стриж!

- Он и говорить ничего не будет - надерет задницу и мне и тебе, а потом в наряд на весь год определит.

- Да брось ты...

Они пробились к трюмам, потеряв еще двоих, но все было напрасно - команду Бьерна вырезали всю - их тела валялись в коридорах. Эвансу топором развалили плечо и остатки экипажа, сгрудились вокруг капитана, из последних сил отбиваясь от пиратов.

Двойной удар по корпусу приостановил схватку. Видимо, капитан пиратского корабля, не дожидаясь доклада о захвате "Мустанга", выслал призовую команду.

- Все, - выдохнул Юрий, - все, Серега. Кранты...

- Эх... прости, Юрок. Это я тебя втянул...

- Справа смотри! - крикнул Юрий, отталкивая брата в сторону.

Бородач с малайским крисом и серпом на цепи ударил Сергея справа длинно, с потягом, через грудь. Волнистый крис должен был развалить Сергея пополам, но встретил клинок старшего брата. Юрий отвел удар, потерял равновесие и серп, свистнув, ширкнул его по горлу...

В пылу сечи никто не заметил, как переборка шлюзового отсека пошла вверх. Звонко щелкнули арбалеты. Толстые стрелы пробили абордажные скафандры, разом уполовинив количество пиратов и в гущу сечи ворвались сверкающие серебром брони молчаливые бойцы.

Через три минуты все было кончено: оставшихся в живых пиратов поставили на коленях вдоль стены, остатки экипажа "Мустанга", не веря в избавление, все еще не опускали оружие.

Вперед вышел мужчина в вороном с синим отливом скафандре. Худое хищное лицо излучало властность, в каждом жесте чувствовалась привычка повелевать, в коротких вьющихся волосах, красноватого оттенка, чуть заметно серебрилась седина.

- Опустите оружие, господа, - властно сказал он.

Эванс, с трудом поднявшись на ноги, подтвердил его распоряжение жестом.

- Вы удивительно вовремя, - сказал он, - кого нам благодарить за спасение.

- Меня зовут Гефестион, - ответил мужчина, - я - гетайр Александра Великого.

- О, черт! - сказал Эванс, - рано я обрадовался.

- Как знать, - усмехнулся Гефестион, - однако, вы здорово бились, капитан.

- Что толку? Это все, что осталось от команды, двигатели разбиты, энергетическая установка повреждена, а груз... - Эванс махнул рукой, - думаю, он и вам пригодится.

- Я, капитан, обычно брезгую надкусанным яблоком, - высокомерно ответил гетайр, - так что оставьте ваши терзания относительно груза. Энергетическую установку мы вам наладим и разгоним "Мустанг" до нужной скорости. Вы только немного опоздаете в порт назначения.

- Я не верю своим ушам, - буркнул Эванс, - вы точно не из армии спасения?

- Определенно нет. От вас лишь потребуется рассказать все, что вы увидели и увидите, - Гефестион заметил стоящего на коленях возле тела брата Сергея, - молодой человек из вашей команды?

- Нет, пассажир.

Сергей осторожно, будто боясь причинить неудобство, отпустил тело Юрия и поднялся на ноги. Губы у него предательски дрожали.

- Юрий и Сергей Григорьевы, кадеты Его Императорского... имени...третьего курса... - слезы хлынули у него из глаз и он, не сдерживаясь, заплакал, всхлипывая и даваясь рыданиями, - что я ...маме скажу?

- Что ваш брат погиб, как герой, - сказал гетайр.

- Матери это все равно, - хмуро проворчал Эванс.


## Глава 3


"...завидовать стране, воспитавшей юных героев! Не случайно флот Российской Империи, сходный по составу боевых кораблей и их техническим характеристикам с флотами и Содружества, и Лиги, и империи Ниппон, не говоря уже о флоте Султаната Регул, намного превосходит их по боевому духу экипажей. Регул уже успел в этом убедиться и не дай, как говорится, Господь, если русским придется показать свое превосходство еще кому-нибудь. Хочется надеяться, что и Александра и его гетайров минет сия горькая чаша.

Гетайр Гефестион приказал воздать воинские почести погибшему кадету Юрию Григорьеву, после чего поступил таким образом, что мне пришлось усомниться в его приверженности демократическим принципам и гуманизму, но с моих уст не сорвется ни слова осуждения. Весь экипаж пиратского корабля был оставлен на собственном судне, после чего корабль гетайра - "Миеза" расстрелял его в упор.

Заявление гетайра Гефестиона, содержащее предупреждение так называемым флибустьерам нового времени, уже прозвучало по всем новостным каналам, так что мне нет смысла приводить его. Я отмечу главное: в галактике появилась новая грозная сила, и от доброй воли народов и правительств зависит, как принимать ее. Как угрозу обществу, либо как путь к новому миру, в котором сотрутся границы секторов и вышедшее в безбрежный космос человечество заживет в согласии, совершенстве и справедливости.

Если Александр Великий обладает хотя бы половиной дара убеждения, шарма, галантности и чувства ответственности за людские судьбы, который проявили его гетайры, то дай Бог побольше таких...".

Статья очевидицы событий на "Мустанге" Грейс Диллингем в "Нью-Вашингтон геральд" наделала много шума, однако правительственные круги хранили молчание, в котором чувствовалась растерянность. С одной стороны Александр Великий и присные - явные пираты, пусть и прикрывающиеся красивыми лозунгами, с другой - жесткие меры по отношению к новоявленному мессии могли вызвать народное недовольство. Русские пока также хранили молчание, хотя в "Петербургских ведомостях" промелькнуло сообщение о награждении орденом "Честь и слава" третьей степени Сергея Григорьева и Юрия Григорьева(посмертно). От Лиги Неприсоединившихся Государств быстрой реакции ждать вообще не приходилось - там, как обычно, долго раскачивались, империя Ниппон сделала невнятное заявление о безграничности вселенной, в которой места хватит всем, а в султанате ждали появления на свет очередного отпрыска султана Махмуда и потому меньше всего были озабочены каким-то там Александром, пусть и Великим.

Пока правительства пребывали в затруднении, произошло еще одно из ряда вон выходящее событие.

Полторы недели спустя был захвачен конвой с "мороженным мясом" для Небесной Луанды, набранным на диких планетах Окраин и в самых бедных провинциях султаната Регул. Для пиратов это был из ряда вон выходящий случай. Дело в том, что такие конвои сами по себе считались пиратством, и военные патрули всех цивилизованных государств, в случае перехвата, с ними особо не церемонились. Однако, прибыль окупала любой риск. Но пиратский капитан, рискнувший пойти на захват конвоя, тут же восстанавливал против себя самых влиятельных боссов криминального мира. Однако, один из "гетайров Александра" на этот раз назвавшийся именем Птолемей, в жестокой схватке разодрал в клочья эскадру прикрытия и захватил три транспорта с "мороженным мясом", но вместо того, чтобы продать десятки тысяч лежащих в глубоком анабиозе рабов на черном рынке, привел транспорты к Ракуоле, независимой планете, находящейся под протекторатом Содружества американской конституции и объявил, что "следуя поучениям Аристотеля, устремлениям Александра и собственной воле возвращает рабам свободу и заявляет, что отныне ни один человек не может властвовать над жизнью и смертью другого так, как это делается с людьми, заключенными в этих летающих тюрьмах". Этот поступок произвел настоящий шок в цивилизованном мире. К тому моменту из плена начали возвращаться заложники, за которых был уплачен выкуп. И они рассказали просто удивительные вещи. Во-первых, все они пребывали в полном восторге от "невероятного приключения" в котором побывали, пусть и не по своей воле. По их рассказам, ко всем, взятым в заложники, отношение было в высшее степени предупредительным. Их поместили в апартаменты не слишком уступающие в роскоши и удобствах, чем те, которые они занимали на борту своих круизных судов. Охрана была вышколена, обслуга крайне предупредительна, а на ежедневных обедах непременно присутствовал кто-то из "гетайров Александра", каковые показали себя людьми благородными, великолепно образованными и утонченными. Пару раз на обедах присутствовал и сам "Александр Великий" оказавшийся молодым человеком весьма привлекательной внешности (некоторые дамы назвали его чрезвычайно сексуальным) и явно незаурядного ума. Лорд Веллингтон, попавший в заложники одним из первых, и так же одним из первых освобожденный, настолько попал под его очарование, что даже заявил во всеуслышание, что "когда молодой человек попадет в руки правосудия, я предоставлю ему своего личного адвоката и оплачу его услуги".

Всеобщая истерия восхищения Александром Великим и его гетайрами приняла небывалый размах.

Песня "Возьми меня в плен", исполненная всеобщей любимицей, актрисой и певицей Айрис Хейденхолд и посвященная Александру Великому стала международным хитом и заняла первые места в хит-парадах Содружества, Лиги Неприсоединившихся Государств и даже империи Ниппон. На волне успеха композиции появилась целая индустрия компьютерных игр, предлагавших разыгрывать космические баталии, выступая в роли Александра или его гетайров, а в награждение получить любовь прекрасной Айрис. Кстати, певица и актриса пообещала продюссировать съемки нового блокбастера, в котором сыграет главную роль и где Александр Великий приходит к власти в освоенной части вселенной и перед ним склоняются и Содружество Американской Конституции, и Лига Неприсоединившихся Государств, и Российская Империя, не говоря уже о империи Ниппон. По сценарию лишь султанат Регул пытается противостоять божественной власти, но мусульмане, охваченные всеобщим порывом восхищения новым мессией, сметают монарха и отдаются под руку Александра и его прекрасной подруги Айрис.

Межзвездное Сообщество геев и лесбиянок приняло Александра в почетные президенты, мотивируя оказанную честь тем, что сексуальная ориентация самого Александра Македонского до сих пор не была определена. Парад, проведенный приверженцами однополой любви в столице Содружества в честь избрания, обернулся массовыми драками с "натуралами", которые шли под лозунгами: "Оборвать голубые и розовые лапы, протянувшиеся к великому полководцу".

Родившихся младенцев повсеместно нарекали именем Александр, сходившие со стапелей яхты называли исключительно "Македония", "Фаланга", в крайнем случае - "Стремительный аргироспид".

Член российской государственной Думы от партии социал-либералов С. А. Шлагбаум публично сменил имя и потребовал, чтобы к нему теперь обращались не иначе, как Гай Юлий Александрович-Македонский.

Группа католиков с планеты Бразилиа потребовала от престола Святого Петра немедленно канонизировать Александра Македонского, его отца Филиппа, мать Олимпиаду, а заодно, вероятно под шумок, нападающего сборной планеты по футболу Кристиана ди Сарье. На осторожный вопрос папского нунция (осторожность была вызвана тем, что католические приходы на отдаленных планетах все больше удалялись от христианских догм и суровый запрос мог отторгнуть полумиллиардную паству), чем же таким отличился футболист, ему было заявлено, что судя по феерической игре нападающий несомненно является одним из ближайших сподвижников Александра, а возможно и родственником.

Средства массовой информации наперебой строили предположения, кем на самом деле является Александр и его сподвижники, именующие себя гетайрами, и чем невероятнее версии выдвигались, тем больший успех они имели у обалдевшей от напора прессы и других масс-медиа публики. Появились слухи, что один из гетайров, принявший имя Лисимах - сын одного из столпов финансового мира Содружества американской конституции Иеронима Арсфельда, другой, выступающий под именем Антигон, на самом деле знаменитый генерал Манштейн, лишившийся левого глаза во время Ортольской десантной операции (настоящий Антигон I носил прозвище Одноглазый), а тот самый Птолемей, после своего головокружительного шоу с "мороженным мясом" почти единогласно награжденный в принявшей правила игры глобальной прессе прозвищем "Сотер", то есть "Спаситель" (каковое носил и тот самый первый Птолемей - настоящий полководец Александра Македонского), вообще племянник русского императора.

Среди хора славословий почти незамеченными проскользнули сообщения о нападении чрезвычайно мощной безымянной эскадры пиратов (каковую, по прогнозам аналитиков могли собрать только так называемые гетайры со своим Александром) на рудники компании "Юниверсити Маунтейн". Орбитальные охранные комплексы были уничтожены вместе с персоналом, которому не дали возможности спастись, после чего в район рудников был высажен десант. Загнав рабочих и служащих в грузовик, прилетевший недавно для очередной смены шахтеров, пираты подняли его на орбиту, после чего вывели из строя двигатель. Оборудование рудников вывезли в неизвестном направлении, прихватив так же обогащенную руду, добытую за последние полгода.

Патрульный корвет Содружества едва успел перехватить грузовой корабль с рабочими - через два часа грузовик с полутора тысячами людей сгорел бы в атмосфере. Это как-то не вязалось с предыдущими заявлениями Александра о ценности человеческой жизни, однако на фоне общей увлеченности новым героем прошло незамеченным.

В результате нападения акции "Маунтейн" упали на тридцать четыре пункта, чем и воспользовался концерн "Макнамара инк.", давно точивший зубы на горнорудную компанию. Скупив акции по дешевке Майкл Макнамара получил контрольный пакет акций и теперь семьдесят процентов добычи френиума были сосредоточены в его руках.

Посол Содружества Джон Прескотт был вызван в министерство иностранных дел Российской империи, хотя по просочившимся в прессу слухам, сам добился этого приглашения. В отсутствии журналистов посол задал прямой и недвусмысленный вопрос, насколько заинтересовано правительство России и сам император в пресечении деятельности этой новой пиратской республики. Посол получил такой же прямой ответ, что флот его императорского величества готов согласовать действия объединенной эскадры при условии, что командовать ею будет русский адмирал. Поскольку правительство Содружества было заинтересовано в пресечении деятельности Александра больше, чем русские (пираты действовали именно в секторах Содружества) предложение было принято, хотя и завуалировано введением кроме поста Командующего флотом еще и поста Командующего Объединенными силами, который должен был занять один из американских адмиралов пенсионного возраста.

Таир выделил легкий крейсер и четыре эсминца. Лига Неприсоединившихся Государств также выразила готовность принять участие в операции двумя тяжелыми крейсерами, шестью эсминцами, десятью корветами и финансовой поддержкой. Империя Ниппон выделяла авианосец "Микадо", три легких крейсера и флотилию фрегатов, и только султанат Регула высказался в том смысле, что границ султаната Александр пока что не нарушал, а потому солнцеликий, бесстрашный и грозный Махмуд, повелитель вселенной и всего, до чего дотянется его могучая рука, не имеет к нему претензий.

Претензии появились очень скоро - рейдер, под командованием гетайра Лисимаха устроил засаду на пути следования каравана, перевозящего ежегодные дары правителей подконтрольных Махмуду планет своему владыке. Несколько тонн золотых украшений, драгоценности и меха, редкие животные, призванные радовать взор султана, и диковинные птицы, способные пением обласкать тонкий слух бесстрашного и грозного, перешли в руки гетайра. А также много чего по мелочи, как то: редкоземельные металлы и обогащенная руда для промышленных центров султаната. Но главное - на личной яхте султана, по размерам сравнимой с круизным лайнером, перевозилось обновление гарема солнцеликого: семьдесят семь наложниц, избранных услаждать ночи Махмуда, даруя ему негу и покой после ежедневных непосильных трудов на благо подданных.

Все это двигалось в составе шести транспортов и яхты, сопровождаемых двумя крейсерами и пятью корветами в направлении Регула.

Оба крейсера, охранявшие транспорты с флангов, были выведены из строя, напоровшись на минные поля, прикрытые пассивными полями отражения. Пока два из пяти корветов спешили на помощь крейсерам, три оставшихся, сгруппировавшиеся ввиду тревоги в авангарде конвоя, получили залп планетарной мортиры, которую рейдер загодя привел к месту схватки. После чего против Лисимаха остались только легкие суда и, маневрируя, он расстрелял пытавшиеся сблизиться с ним оставшиеся на ходу военные корабли. Ответный огонь был не эффективен - орудия корветов сильно уступали нападающим, кроме того командиры были деморализованы неожиданной и эффективной атакой.

Золото, драгоценности и промышленные товары испарились в необъятном космосе, а яхту с наложницами и транспорт с животными, без экипажей, через неделю обнаружили на орбите Рио-де-Луна, веселой планеты, обеспечивающей развлечениями сектор пространства на границе империи Ниппон, Содружества и Лиги. Все семьдесят семь красавиц обеспечили себе безбедное существование, продав экзотических животных и птиц, а также яхту и транспорт и приняв подданство Содружества.

На месте боя остались поврежденные крейсера, планетарная мортира, которую невозможно было использовать, поскольку после единственного выстрела она вышла из строя и обломки двух корветов.

То, что операция Лисимаха была спланирована заранее - одна доставка орбитальной мортиры требовала длительной подготовки, не говоря уже о расстановке минных полей, было ясно даже обозревателям новостей. Суровые меры последовали незамедлительно: по обычаю султаната допустившие промах военачальники и приближенные лишались при выходе в отставку не только должности, но и головы. Не ограничившись чисткой флота, обуреваемый жаждой мести султан, попавший в смешное положение, выделил две эскадры с целью покарать зарвавшегося пирата, однако ни русские, ни Содружество не пропустили флот Махмуда через свои сектора, а идти на Александра по периферии Келлингова меридиана было слишком долго и накладно. После долгих переговоров Махмуд согласился объединить усилия и передать карающий меч из своей могучей руки в руки командующего объединенным международным флотом адмирала Белевича.

Пока разведка пыталась обнаружить базы Александра, флот отрабатывал слетанность входящих в объединение эскадр - такое объединение международных сил требовало серьезной боевой подготовки. Полную секретность было, конечно, невозможно обеспечить и приходилось мириться с тем, что флоту будет оказан "горячий" прием - успехи Александра и его гетайров позволяли предположить, что противостоять объединенным силам будет блестящий тактик и стратег.


## Глава 4


Перед Небогатовым швейцар вытянулся, выпятив грудь колесом и поводя от усердия заиндевелыми усами - в черной шинели и высокой папахе вид у капитана первого ранга был и впрямь представительный. Широко распахнув дверь, он пропустил Небогатова, придержал ее перед Полубоем - благодаря огромной фигуре, затянутой в зимнюю форму морских пехотинцев тот поневоле внушал почтение. Бергер удостоился беглого взгляда и вежливого поклона, поскольку был в штатском и смотрелся хоть и элегантно, но обыденно как, впрочем, и следовало выглядеть при его профессии.

Сбивая снег, затопали в мраморный пол, Небогатов о ладонь небрежно выбил снег из папахи.

В дверях зала уже встречал приветливый метрдотель. Склонив голову с редкими на темени, прилизанными волосами, он приветствовал гостей общим поклоном и жестом пригласил следовать за собой.

- Вполне могли поговорить в "Трех пескарях", - пробурчал Полубой, чувствуя себя неловко.

Рядом с друзьями, ловкими и привычными к атмосфере ресторана, он казался себе фермером, ввалившимся на детский праздник прямо в рабочей одежде. Еще в училище в то время, как многие пытались "откосить" от нарядов, Полубой с радостью шел в любой наряд, если на этот день в расписании стояло занятие по этикету, поскольку искренне считал, что три вида ножей, два вида ложек и четыре вида вилок, умение пользоваться каковыми считалось непременной принадлежностью русского офицера, придумали какие-то жутко коварные враги и именно с целью насолить лично ему, Полубою.

- В "Три пескаря" будешь ходить со своими орлами, - сказал Небогатов.

- Ну, в штабе могли поговорить, - продолжал бурчать Полубой, - а здесь, у всех на виду...

- Я есть хочу, а в штабном буфете одни пельмени, - перебил его Небогатов. - Костя, объясни господину капитану третьего ранга, что чем меньше мы будем скрываться, тем менее подозрительно будем выглядеть.

- Совершенно верно, - кивнул Бергер, цепко оглядывая зал, - просто встретились три старых закадычных друга, решили в кои-то веки вместе пообедать. Кому это интересно?

С высокого потолка, поддерживаемого колоннами, украшенными лепниной, спускались хрустальные люстры. Гул голосов, звяканье приборов, звон бокалов и запахи изысканной пищи постепенно примирили Полубоя с обстановкой, однако по инерции он продолжал ворчать:

- Довела Дума - в столице империи от шпионов спрятаться негде. Куда государь смотрит?

- Не от шпионов, Касьян, - поморщился Бергер, - ну, не строй из себя деревенского увальня. Не дай Бог корреспонденты узнают что-нибудь о вашем задании. Шум будет на всю галактику.

Метрдотель проводил их к столику недалеко от полукруглой эстрады, задрапированной черным бархатом, подождал, пока гости рассядутся и, приняв от официанта меню, с поклоном передал Небогатову - столик заказывал он.

- Что порекомендуете, Федор Модестович? - спросил Небогатов, откладывая меню в сторону.

- Сегодня прекрасный выбор блюд. На закусочку рекомендую устриц...

- Надеюсь не средиземноморские?

- Как можно, Кирилл Владимирович? - метр слегка развел руками в недоумении, - мы берем исключительно на фермах Емельянова. Ставриакис хоть и рекламирует свой товар, однако цена явно не соответствует качеству. У нас исключительно атлантические устрицы. Конечно же потреблять следует с лимонным соком. Впрочем, если господа пожелают, можно подать и соус Табаско, однако я считаю это лишнее.

- Вино?

- Рекомендую Chablis Ropiteau. Свежее, живое и очень сбалансированное вино с преобладанием минеральных и сланцевых тонов.

- А пивка... - начал было Полубой.

- Касьян! - укоризненно сказал Бергер.

- Разумеется есть и пиво, - метрдотель пожевал губами и посмотрел вдаль, будто опасаясь выдать свое недоумение выбором клиента.

- Ни в коем случае, - прервал его терзания Небогатов, - устрицы и шабли. Думаю, горячей закуски не надо, а вот от холодной не откажемся. Ну, а на первое может быть что-то из французской кухни. Консоме...

- Кирилл, договорились же! - остановил его Бергер, - ты заказываешь закуски и десерт, а я остальное.

- Ладно, - Небогатов махнул рукой, - итак, закуска?

- Салатик из перепелов с раковыми шейками на закуску, или салат "славянский" со свежей зеленью, физалисом и свининой.

- Перепелов.

- Отлично, - метр сделал пометку в блокноте. - На первое рекомендую ушицу ростовскую с форелью и с рыбными расстегайчиками, либо соляночку "Екатерининскую" в горшочке. С морозца исключительно впечатляет.

- М-м... неплохо, - одобрил Бергер.

- С морозца водочка впечатляет, - не согласился с метрдотелем Полубой.

- Сколько?

- Ну-у... думаю, по триста "Династии".

- Триста на всех, - поправил Бергер, - мне уху, Кирилл? Тоже. Касьян? Ну, стало быть две ухи и солянку. Что со вторыми блюдами?

- Завиванцы из свиной вырезки с мозгами и белым соусом, телячья ножка с красной фасолью и заморскими овощами...

- А что-то сугубо русское, - прервал его Бергер, - что-то наше, славянское?

- Зайчик по-русски в сметане, - мгновенно отозвался метр.

Полубой пренебрежительно скривился.

- Что с того зайчика? Так, косточки обглодать.

- Ну, это вы напрасно, господин майор, - загорячился метр, - упомянутый заяц размерами истинно орловский рысак, вот не сойти мне с этого места, - метрдотель истово перекрестился, - зимний, нагульный...

- Значит решено: нагульного рысака по-русски в сметане, - усмехнулся Небогатов, - а с десертом, Федор Модестович, идите, пошепчемся.

Метр склонился к нему и они вполголоса обговорили десерт.

Бергер дождался, пока метрдотель отошел, достал из кармана акустический детектор, положил его на стол и накрыл салфеткой под насмешливым взглядом Полубоя.

- Посторонний интерес к беседе нам без надобности, так не будем полагаться на наше русское "авось" - пояснил Бергер.

Из троих друзей он был наиболее ярым славянофилом, несмотря на фамилию, что служило постоянной пищей для шуток. Впрочем, от далеких немецких предков у него осталась только фамилия и семейная традиция называть первого ребенка в семье именем Карл, как завещал основатель династии Бергеров. Сам Карл Иеронимус Бергер, химик и врач, начинал службу в России еще в конце семнадцатого века и умер, ликвидируя очаг холеры под Астраханью в одна тысяча семьсот двадцать шестом году.

- Если будет посторонний интерес я тебе и так скажу, - негромко сказал Полубой.

После миссии на Хлайбе он открыл в себе странные способности и обостренный слух был одной из них. Поначалу это сильно мешало, но постепенно Полубой приспособился фильтровать ненужные звуки слыша лишь то, что представляло для него интерес.

Небогатов, Бергер и Полубой познакомились при поступлении в высшее военно-морское училище имени цесаревича Трифона, по простому именуемое "Тришка". Они попали в одну группу, как тогда им казалось, случайно. Старший преподаватель, капитан-лейтенант Воронцов, приказал Касьяну Полубою подтянуть курсантов Бергера и Небогатова по физической подготовке, Бергеру - помочь Полубою и Небогатову в освоении высшей математики, физики и других точных наук, а Небогатову, в свою очередь, вытащить Бергера и Полубоя из глубокой ямы отсутствия навыков фехтования, верховой езды и политеса. В результате курсанты сдружились настолько, что первые три курса жили в одном кубрике, да и после, когда выбранная специальность разбросала их по разным факультетам, не изменили дружбе, продолжив ее и после окончания училища. Как впоследствии оказалось, политика единения будущих офицеров, выходцев из разных сословий, была принята повсеместно во всех учебных заведениях империи. Из дворян ты, интеллигенции, фермеры твои родители, или работяги - значения не имело. В армии все решало умение и военные заслуги, но основы внеклассового армейского сообщества закладывались в кадетских корпусах и офицерских училищах.

Кирилл Небогатов, происходивший из старинной дворянской семьи, поначалу пытался верховодить друзьями, однако первобытная сила Полубоя и острый ум Бергера быстро заставили его признать за ними первенство хотя бы в этом. Что касалось организаторских способностей и знания военного дела то здесь Небогатов был вне конкуренции. На тактических занятиях ему не было равных и, как следствие, он стал одним из самых перспективных офицеров флота, первым из выпуска получив под свое командование боевой корабль - корвет "Ураган". Теперь он командовал эсминцем "Дерзкий", но по слухам его уже прочили командиром третьей флотилии дальней разведки, в которую входили три эскадренных миноносца и пять фрегатов.

Константин Бергер служил в разведке флота, и служил неплохо: имел звание капитана второго ранга и руководил отделом специальных операций. Полубой, разжалованный в мичманы после досадного инцидента на Белом Лебеде, отстал от друзей в звании, но, получив после Хлайба индульгенцию и поощрение от Верховного в личное дело, надеялся вскоре догнать Небогатова и Бергера. Впрочем, за званиями и почестями он не стремился никогда, так же, как и Бергер, который так и говорил: государева служба уже есть честь для любого русского офицера. Другое дело Кирилл Небогатов. О его амбициях во флоте ходили легенды и если бы не послужной список капитана первого ранга, его посчитали бы болтуном. Не было за последние пятнадцать лет ни одного инцидента с участием вооруженных сил Империи, куда бы Кирилл Владимирович не попросился добровольцем, и, что любопытно, ему почти никогда не отказывали в подобных просьбах. Небогатов был награжден золотым оружием, имел несколько орденов, среди которых был и редкий орден Святослава второй степени.

Бергер также имел несколько наград, но надевал их редко, поскольку и мундир носил нечасто, у Полубоя имелись два Георгия, "Честь и слава" и именной игловик от командующего корпусом морской пехоты. Сегодня он был в повседневной форме, а потому орденов не надел, ограничившись колодками.

На столе, как по мановению волшебной палочки, возникли устрицы и белое вино.

- Ну, что ж, господа, приступим, - призвал Небогатов, разливая шабли, - первый тост предлагаю за нашего морпеха: чтобы одна звезда на его погонах сменилась на две, а то и на три в ближайшее время.

- Служить Отечеству... - начал Бергер.

- Ты прав, почетно в любом звании, - кивнул Небогатов, - но мне просто хочется, чтобы справедливость восторжествовала. За тебя, Касьян!

Над столом поплыл звон тонких бокалов. Полубой залпом выпил вино, сдержал готовые сорваться с языка слова о французской кислятине, и подхватил устрицу.

Бергер и Небогатов отпили по глотку. Пока они не торопясь занимались моллюсками Полубой мгновенно высосал ракушки и с тоской оглядел стол.

- А что, правда эту слизь с Земли доставляют?

- Это ты хватил, - Небогатов ловко вскрыл очередную раковину и капнул на моллюска лимонным соком, - устриц разводят здесь, но завезены они с Земли, это верно.

- Нашли чего за пятнадцать световых лет тащить, - мрачно сказал Полубой.

Он, конечно, бывал в ресторанах, в том числе и со своими друзьями, однако предпочитал пищу скорее простую, чем изысканную. Предложение Кирилла пообедать втроем, а заодно и обсудить задание, он воспринял без энтузиазма - была бы его воля, можно было бы все обсудить и у кого-нибудь дома. К примеру у него. Купили бы пива, заказали закуски в таверне "У Семеныча", где он был завсегдатаем. Однако двумя голосами против одного было решено обедать в "Яре" и Полубою пришлось смириться.

Отправив последнюю устрицу в рот и сопроводив ее глотком вина, Небогатов вытер губы салфеткой.

- Как у тебя с Лив? - спросил он Полубоя.

- Никак.

- Не помирились?

- Мы не ссорились. Просто жить так, как предложил я, она не хочет. Вернее не может, - угрюмо сказал Полубой, - а заводить семью, когда у мужа одни интересы, а у жены другие, я считаю неправильным.

- А ты предложил ей сидеть дома и растить детей.

- Да, я хочу возвращаться в свой дом, где меня встретят жена и дети, что в этом плохого? - насупился Полубой.

- В этом ничего плохого нет, - согласился Небогатов, - но, видимо, Лив считает, что ей рано приковывать себя к семейному очагу.

- Так бывает, - согласился с ним Бергер, - и она и ты сильные личности. Таким трудно ужиться, если нет общего интереса. Может, все еще наладится. Кирилл, а что Верочка?

Жена Небогатова, Вера Алексеевна, урожденная Урусова, находилась на последнем месяце беременности.

- Спасибо, неплохо, насколько это возможно в ее положении.

- Кого ожидаете?

- Мы не стали программировать пол ребенка и даже не хотим знать, кто родится. Пускай это будет сюрприз, - Небогатов чуть смущенно улыбнулся. - Вы не поверите, но мне хочется, чтобы это была дочка. Верочка только о ней мечтает и пусть так и случится.

Салат ели в молчании, а перед первым блюдом Полубой разлил водку. Игравший хрустальными гранями графин казался в его огромной ладони лабораторной мензуркой.

- За девицу Небогатову, - провозгласил он, поднимаясь с места.

- Касьян, мы привлекаем внимание, - негромко сказал Бергер.

- Ничего не могу поделать, - ухмыльнулся Полубой, - если ты не забыл - русские офицеры за дам пьют стоя! Хотя, если шпионы не считают себя офицерами...

- Что б вам! - пробормотал Бергер, вставая.

Уха и солянка прошли под молчаливое одобрение, выраженное взглядами в сторону метрдотеля. "Рысак по-русски" в сметане также оказался выше всяких похвал. Федор Модестович, похаживающий невдалеке от стола в течение обеда, получил перед десертом еще одну порцию благодарностей и оставил клиентов, почувствовав, что им предстоит деловой разговор.

Небогатов раскурил сигару, Бергер достал пачку папирос "Пластуновские", Полубой вылил коньяк в кофе и помешал ложечкой.

- Итак, господа, - Небогатов пыхнул сигарой, заволакиваясь синим дымом, - что мы имеем?

- Мы имеем великовозрастного балбеса, задержавшегося в подростковом возрасте, - сказал Полубой.

- Касьян, речь идет о племяннике императора, - Бергер продул папиросу аккуратно примял мундштук и раскурил ее, - выбирай выражения.

- Я называю вещи своими именами.

- Согласен, однако некоторые вещи не следует называть именами собственными, как бы этого не хотелось.

- Не будем отвлекаться, господа, - сказала Небогатов, - Костя, что ты можешь добавить к тому, что мы слышали от адмирала?

Бергер задумчиво затянулся несколько раз, приподнял салфетку кинул быстрый взгляд на детектор и немного наклонился вперед.

- Господа, есть мнение, что в э-э... неадекватном поступке его светлости замешана дама. Мне не хотелось бы называть имен...

- Да весь флот знает, что его светлость Кайсаров-младший слетел с катушек, когда Катька Дашкова дала ему от ворот поворот.

Бергер сделал постное лицо, Небогатов прыснул, поперхнулся дымом и закашлялся.

- Ох, Касьян... нет, ты кого хочешь уморишь.

- Спорное по формулировке, однако верное утверждение, - поморщившись, признал Бергер. - Для всех его светлость граф Николай Кайсаров находится по сей день в длительной командировке. В длительной и опасной. Мне поручено передать вам, господа, так сказать, конфиденциально, что окончательное решение отозвать ли его из командировки, или с прискорбием констатировать героическую гибель Николая Кайсарова на вверенном ему посту, предоставляется на ваше усмотрение.

У Небогатова вытянулось лицо, он отложил сигару и повел плечами, будто ему внезапно стало холодно. Полубой облокотился о стол, положил подбородок на сплетенные пальцы и заглянул Бергеру в лицо.

- Очень интересно, - протянул он, - ну-ка, растолкуй поподробней.

- Да, - кивнул Небогатов, - это требует пояснений.

- Что тут пояснять? - Бергер раздраженно ткнул папиросу в пепельницу и тут же прикурил новую, - ваше дело нейтрализовать Кайсарова до начала боевых действий флота против Александра Великого и не допустить разглашения инкогнито, под которым граф действует. Сведения о том, кем на самом деле является гетайр Птолемей ни коим образом не должны просочиться в средства массовой информации. Замешана императорская фамилия, господа.

- Сведения уже просочились, - сказал Небогатов.

- Пока только на уровне слухов, - уточнил Бергер.

- Что значит "нейтрализовать"? - спросил Полубой.

- Есть вещи, которые не позволит сделать честь офицера, - добавил Небогатов, кривя губы.

- Есть еще честь императорского дома, - напомнил ему Бергер.

- Жизнь - цезарю, честь - никому, - процитировал Небогатов, - до сих пор я жил, следуя этому девизу, надеюсь жить с ним и впредь.

- Вот потому тебе и предложили обеспечивать силовое прикрытие, а основную фазу проведет Касьян.

- Угу... Касьяну терять нечего, - хмыкнул Полубой, - ну, снимут с Касьяна погоны в очередной раз, только и всего. Видно на роду мне написано помереть мичманом. А все-таки: что значит нейтрализовать?

- Изъять. Или... - Бергер решительным жестом загасил папиросу, - но это только в крайнем случае. Пока он еще пуще не начудил во славу своей дамы. Короче, либо ты доставляешь сюда, на Династический совет этого фраера, - Бергер был большой любитель городского шансона двадцатого века и частенько вставлял в речь непонятные слова, - либо он исчезает в необозримом космосе. Как понимаешь, такое э-э... пожелание сделано не от моего начальства, а с самого верха. Причем инициатива исходит от брата императора.

- Ну, Великий князь Михаил Дмитриевич за императора не только сам ляжет, но и всю семью положит. Старая школа, - невесело усмехнулся Небогатов. - Однако, я тебе не завидую, Касьян.

- Плевать, - Полубой огляделся, - а что, если нам еще водки заказать?

- Это без меня, - сказал Бергер, - дела. Извините, ребята.

- Ага, огорошил, как поленом по темечку, и в кусты. Константин, твоя работа оказывает на тебя губительное воздействие. Перебирайся к нам, в морскую пехоту, - предложил Полубой.

- Когда научусь пить, как ты, - усмехнулся Бергер, - а следовательно - никогда.

Оставшись вдвоем Кирилл и Касьян заказали бутылку коньяку. Разговор не клеился - Небогатову было неудобно за то, что самая грязная работа досталась Полубою, а он при любом раскладе останется в стороне. А Полубой понимая, что другу не по себе, искал каким способом разрядить гнетущую атмосферу.

- Слышь, Кирюха, - сказал он наконец, - а может надраться, как в старые времена?

- Рад бы, да не могу. Верочке обещал, что сегодня пораньше вернусь.

- Ну, давай, хоть коньяк пить, - Полубой разлил "Camus", - а мне жалко Кайсарова. Лихой парень, что бы не говорили.

- Да, я помню его в деле над Серениусом. Если бы не его перехватчики - гореть "Славе Синопа", как свечке.

Полубой приподнял рюмку, они чокнулись, выпили, взялись за порезанный дольками лимон.

- Неужели и впрямь из-за женщины? - сокрушенно покачал головой Полубой.

- Как тебе сказать, - Небогатов взял сигару из пепельницы, осмотрел ее, будто подозревая, что сигару подменили, пока он отвлекся на коньяк, - я полагаю, что отказ Екатерины Гордеевны был лишь последней каплей. Основная же причина в другом. В среде молодого офицерства весьма сильны либеральные настроения. Открыто это мало кто признает, но Кайсаров-младший мог себе позволить во всеуслышание критиковать наш государственный строй. И ведь демократ-то его светлость какой-то половинчатый - он не за республику, а за парламентскую монархию, хотя в идеале видит государственный строй, подобным демократии Древней Греции. А тут подвернулся этот Александр Великий.

- Но позволь! Если Николай Кайсаров один из приближенных этого Александра, то он примкнул к нему не более года назад. Не мог же он занять такое место едва только прибившись к этим пиратам!

- Как знать. Принимая во внимание его происхождение и военные заслуги, вполне мог. Ну, естественно, мозги ему промыли. Основательно, но осторожно, чтобы не спугнуть. При современных методах психического воздействия это раз плюнуть.

- А какого черта Александру и всем остальным вообще надо? Ну, не верю я в современных Робин Гудов! - Полубой выплюнул лимонную корку на стол и вновь разлил коньяк.

- И я не верю, - кивнул Небогатов, мельком взглянув на часы, - тут дело вот в чем... если позволишь провести краткий курс философско-экономического ликбеза, то, думаю, тебе многое станет понятно.

- Давай! - Полубой, никогда не интересовавшийся ни экономикой, ни философией, отставил рюмку - Кирилл Небогатов славился умением разложить любую проблему на составляющие и донести ее решение до слушателя доходчиво и четко.

По словам кавторанга выходило, что нравится это кому-то или не нравится - справедливость и целесообразность в области общественно-экономических отношений суть понятия-антогонизмы. Самое справедливое всегда наиболее нецелесообразно, а самое целесообразное - несправедливо. Поэтому любое устойчивое сообщество людей вынуждено учиться лавировать между этими понятиями, попеременно склоняясь ближе то к одному, умножая справедливость и делая жизнь многих несколько легче, но умеряя пыл и внося разочарование в жизнь тех немногих, что двигают общество вперед к большему богатству, влиянию и процветанию, то ближе к другому, заставляя многих терпеть большую долю несправедливости, но давая обществу возможность продвинуться дальше, а его самым деятельным членам накопить жирок, часть которого можно будет потом изъять и распределить, вновь уменьшив долю несправедливости и поправ целесообразность... И так всегда, ибо жить вообще без справедливости ни один человек не может, а при отсутствии хотя бы зачатков целесообразности жизнь вообще быстро превращается в сущий ад. Вот так и получается, что все самые ужасные страдания на долю людей выпадают именно тогда, когда они отвергают целесообразность, объединяясь под знаменами справедливости. Именно так и происходит во времена всех и всяческих революций... Александр Великий, как себя называл главарь пиратов, сыграл именно на стремлении людей к справедливости. Что будет потом, если он ее добьется, вряд ли знает и он сам, поскольку очень похоже, что им в свою очередь управляет кто-то весьма умелый.

Полубой задумчиво потер подбородок. Читая сводки о нападениях гетайров Александра и о его заявлениях, сделанных устами его подручных, он никак не мог понять, что казалось ему знакомым. Теперь, похоже, все потихоньку вставало на свои места. Управление людьми, слепо подчиняющимся приказам, Полубою уже встречалось. Он и сам, было дело, поддался мгновенному гипнозу. Не хотелось верить, что здесь та же природа управления сознанием, но пока все сходилось. Жаль что Бергер ушел - можно было бы попытаться узнать у него, дали ход докладу Полубоя, сделанного после миссии на Хлайб. Если да, то выбор Полубоя, как главного действующего лица в возвращении Птолемея-Кайсарова, не случаен. Ох, Константин Карлович! Не зря пораньше слинял, мерзавец... наверное почувствовал, что у Полубоя могут возникнуть вопросы, на которые придется давать ответ, а начальства, чтобы посоветоваться, рядом не наблюдается.

Разговор вернулся к графу Кайсарову. После его доставки обратно его судьбу, по традиции, должен был решить Династический совет, но Кирилл Небогатов, сам происходящий из аристократической семьи, особых проблем не видел. Никаких преступлений против самой империи либо ее подданных племянник лично не совершал, равно как преступлений, подходящих под понятие международных, а что касается обвинений в пиратстве... Все-таки то, чем он занимался не было обычным пиратством... а кому из молодых людей, воспитанных в благородной традиции, не кажется, что он либо вот-вот найдет, либо уже нашел способ сделать счастливым все человечество, забывая, что счастье это нечто, что человек может создать ТОЛЬКО САМ и только для себя. Ну в крайнем случае он может ПОМОЧЬ стать счастливыми еще одному или нескольким людям с которыми ощутит особую близость, но НЕ БОЛЕЕ. А в жаркой молодости так хочется осчастливить ВСЕХ!

- Если бы не уточнение Константина относительно судьбы Кайсарова, то дело было бы несложным, - продолжал Небогатов. - Отследить корабль Птолемея, атаковать и взять на абордаж - простейшая операция. Я уверен, что "Дерзкий" разнесет любую одиночную посудину Александра, а твои ребята не оставят его команде ни шанса. Главное - не нарваться на основные силы, но в группе гетайры действуют редко.

- Тебе может показаться, что я заразился от Бергера шпиономанией, - сказал Полубой, - но что, если они предусмотрели подобный ход? В негласном возвращении или нейтрализации некоторых гетайров по разным причинам заинтересованы и мы, и Содружество, и Лига Неприсоединившихся Государств. Подобный ход легко просчитывается и расставить силки на охотников не так уж и сложно.

- По-моему ты усложняешь. У тебя есть какие-то соображения? Так выкладывай.

- Я просто готовлюсь к худшему. К самому худшему, что может случиться и пусть меня считают хоть паникером, а хоть и психом. Вот послушай, Кирилл: снарядить даже один корабль для каперских действий требует немалых денег, а у Александра несколько своих эскадр, помимо нанятых пиратов-одиночек. Это, кстати, тоже влетает в копеечку. Далее: ты заметил, насколько здорово действует его разведывательная служба? С тех пор, как большинство транспортных линий взято под охрану, он нападает только на одиночные суда, или караваны, следующие удаленными маршрутами. Его гетайры перехватывают караваны конкурентов, а уж они-то готовятся в полной секретности - иначе любой военный флот перехватил бы их моментально. Следовательно разведывательная сеть готовилась не один год и инфильтрация агентов достигла высших сфер как государств, так и мафиозных структур. Пресса слилась в таком мелодичном хоре славословия в адрес Александра, что создается впечатление, будто все это - тщательно разработанный план, а не дерзкая импровизация людей, одержимых благородными идеями, как все это представляется широким массам. Кто-то дирижирует всей компанией, Кирилл, - Полубой пристукнул кулаком по столу и Небогатов поймал подпрыгнувшую рюмку, - кто-то сидит и дергает за ниточки и он уже просчитал ответные реакции на свои действия.

- А-а, вот ты о чем, - Небогатов усмехнулся, поставил рюмку и налил коньяку. - Касьян, тебе не кажется, что обжегшись на молоке ты дуешь на воду? Брось ты свои заморочки. Было ведь официальное расследование, установили, что у вас с Лив были галлюцинации, вызванные субстанцией, под аппетитным названием Гной, вот и все. К тому же со стороны американцев, которым явно должен был доложить нечто подобное агент их Федерального бюро, не поступило никаких сигналов и никаких признаков того, что они серьезно восприняли подобную информацию. Это значит, либо твой приятель Сандерс не имел подобных галлюцинаций, либо проведенное Федеральным бюро расследование пришло к таким же выводам, что и ведомство Бергера. Если бы в ареале расселения людей объявился кто-то, обладающий способностью порабощать людей одним своим видом, его уже искали бы разведки всех государств. Давай допьем коньяк, и мне пора, - Небогатов приподнял рюмку, - ты радуйся, что возвратился живой, что суд офицерской чести постановил вернуть тебе звание и награды, что император, САМ император, соизволил занести в твое дело поощрение. Скажу по секрету, я слышал, что документы на твое представление к следующему чину посланы в штаб. Осталось только выловить графа Николая Михайловича Птолемея, и будем пить здоровье кавторанга Полубоя! Ну, давай!

Полубой насупившись выцедил рюмку. Как объяснить другу, что его доклад о событиях на Хлайбе не был следствием галлюцинации. Если уж Кирилл не верит, то умники из разведки точно решили, что у него было временное помутнение рассудка. Может, он и впрямь перестраховывается, однако в таком деле, как говориться, лучше перебдеть, чем недобдеть. Интересно, Ричарду поверили в Федеральном Бюро? В то, что тот доложил обо всем, что случилось под Развалинами, подробно и не опуская мельчайших деталей, Полубой был уверен. Все-таки Дик был профессионалом высокого класса, несмотря на любовь к бабам и основательные загулы. К тому же, слабости Сандерса работе не мешали.

Небогатов расплатился и они, сопровождаемые метрдотелем, проследовали к выходу.

На улице крутила метель, огни реклам делали снег разноцветным, похожим на конфетти. Кирилл предложил поймать такси и подбросить Полубоя до дома, но Касьян сказал, что прогуляется по морозцу, попросил передавать привет Верочке Небогатовой и скрылся в снежной пелене.

Небогатов откинулся на спинку сидения в салоне глидера и закурил папиросу. "В лепешку расшибусь, а помогу Касьяну доставить Кайсарова целым и невредимым, - подумал он. - Только бы Полубой его не пришиб в горячке, а то ведь так не только погоны - голову снимут и на заслуги не посмотрят".