# Ризома

Илья Новак

РИЗОМА


Физика не отменяет метафизику.

Станислав Лем


1. МАШИНЫ ИЛЛЮЗИЙ

Автоматка родила Стигмату от сперматозоида добровольного отца. Никогда не имея сексуальных контактов с женщинами, тот дистанционно зачал младенца по договору со своими работодателями, заключившими междоменное соглашение о ежегодном спонсировании не менее трех детей. До двадцати семи лет Стигмата обитал на побережье Черного моря, в самой южной части Агломерата - провинциальном Диске Зигеля Около Неподвижной Точки. В этом домене профессиональных воспитателей он прошел обучение, нужное всякому, кто хочет сделать карьеру в современном обществе. В зависимости от способностей и рвения вы можете либо постичь необходимый минимум (после чего дорога вам в нижние кварталы вроде Эквипотенциальных Линий или Множества Жюлиа - пристанища устаревших технологий и неудачников), либо занять достойное место среди профессионалов Высотки.

Агломерат, вместивший в себя все сферы человеческой деятельности, раскинулся на сотни километров. Границы между городом и деревней, между урбанистическим и сельским, давно исчезли, продукты дают не земля и скот, пасущийся на лугу, но теплицы, инкубаторы, секвекторы и органические парники. Слишком многое нужно постичь, чтобы стать взрослым в современном обществе с его хаотичным социальным устройством, сверхсложным экономико-политическим ландшафтом и развитой наукой. Почти четверть века на обучение, даже с учетом новейших гипнометодик и нейропрограммирования. После многочисленных экспериментов в хромосомах был создан особый отдел кода, так называемый ДНК-карман, где могли сохраняться и передаваться по наследству некоторые знания, приобретенные за время жизни - это позволило значительно сократить процесс обучения. От своего анонимного отца Стигмата получил набор умений, позволивший ему выйти в большую жизнь всего через пятнадцать лет учебы.

После практики в южном филиале "Старбайта" он стал нейромистом - экспертом по церебральному программированию. Работодатель никогда специально не афишировал этого, но именно Стигмата разработал утилиту "Универсальное время", столь полезную для коммивояжеров, позволяющую во время долгих перелетов автоматически переключаться на новый часовой пояс и видеть точное время на симпатичных круглых часиках, мигающих в поле зрения. Также Стигмате принадлежала идея программы "Зоофилия", которая давала возможность держать в голове местоположение домашних животных, как биотиков так и натуральных клонов, до трех особей в обычной версии и до семи - в более дорогом pro-варианте. Программа работала так: если в черепа своих любимцев вы имплантировали соответствующие маячки, то слышали тревожный сигнал, когда они покидали определенную территорию, и могли передавать на их нейропционарии команды, которые заставят зверей вернуться обратно.

Неожиданно этой программой заинтересовалось управление общественного порядка. Оно подписало большой контракт с работодателем Стигматы, который получил приличную премию новейшей породой эконом-клопов* и внимание руководства, а через два года перебрался в центральный офис "Старбайта", отстроенный посреди богатого делового района Заряженное Множество Мандельброта.

Агломерат явлется совокупностью фрактальных государств, основой для такого государства может быть мощное коммерческое предприятие, крупное игровое сообщество или сетевое товарищество. Впрочем, само слово 'государство' почти исчезло их языка, образования эти называют доменами. Фрактальный домен обычно не занимает цельную территорию, он состоит из десятков разрозненных участков, связанных через Сеть.

Стигмата, занявший должность ведущего программиста в отделе софта городской топографии, мог не переезжать в район Заряженного Множества, центр 'Старбайта' - но посчитал, что для него лучше будет, если он переселиться в домен работодателя и физически станет присутствовать на службе, а не только лишь посещать виртуальный офис.

Они делали программы-ориентаторы, интерактивные карты, утилиты для связи со спутниками ГЛОНАСа - Глобального Навигационной Системой - и прочее в том же духе. Стигмата купил мини-геликоптер и поселился в уютном районе Канторово Множество, в паре сотен метров над землей, где арендовал жилую ячейку.


* Эконом-клопы - (нейротденьги, паразитограммы, ЦДП - церебральные денежные паразиты) - символическая денежная единица, мера стоимости товара или услуги, не имеющая материального воплощения (каковое стало просто ненужным), существующая только в нейро-сетевом пространстве. Когда-то были паразитным софтом, небольшими и почти безвредными самосборными утилитами-клопами, обитающими в нейрологической среде большинства индивидуумов с прошитыми нейроционариями. Предполагается, что первые софт-клопы - остатки кода обычных нейро-вирусов, найденных и уничтоженных антивирусными программами, своего рода "программная труха", осыпавшаяся после сражения брандмауэра с каким-нибудь червем или трояном и после самособравшаяся в более простые автономные мини-программы. Нейро-клопы питаются церебральной энергией хозяина (т.н. "энергией мысли" - волн возбуждений и торможений в нейронных цепях, т.е. потенциалов действия - нервных импульсов), но потребляют ее крайне мало. Борясь с клопами, люди изобретали всевозможные нейроаэрозоли, церебральные программы-ловушки, медиторные пестициды и т.п. Когда их популяция начала уменьшаться, клопы, используя в качестве парламентариев программы более высокого уровня, предложили людям свои услуги в роли денежной единицы (предложение было озвучено через несколько крупных Искинов, в т.ч. через знаменитую Большую Голову - тоталитарного муниципального Искина Токийского Агломерата). Нейроденьги невозможно подделать, они неразумны в человеческом понимании, но обладают подобием коллективного интеллекта (сверхсложная паутина низкоэнергетических связей внутри всей популяции клоп-монет непрерывно поддерживается через Сеть). Получившийся экономико-физиологический симбиоз оказался крайне выгоден земной экономике, так как к середине 21-го века все крупные домены и остатки национальных правительств столкнулись с ситуацией, когда благодаря развитию технологий фальшивомонетчики могли подделать любую валютную единицу с любыми степенями защиты в кратчайшие сроки. Накопление нейроденег возможно как в виртуальных сейфах банков, так и непосредственно в церебральном "пространстве" каждого индивидуума. Не смотря на то, что клоп-монеты потребляют ускользающе малую энергию, накопление чрезмерного из количество в отдельно взятом мозге уменьшает его биоэнергетический потенциал и "оглупляет" носителя, что приводит к принятию неадекватных решений, потере какого-то количества денежных средств и, в конечном счете, - круговороту денег в природе (прим. художественного Искин-редактора).


Вскоре из ведущего программиста он стал начальником отдела и переехал в квартал Араболического Бассейна - около тысячи метров над землей, роскошные соты вместо обычной жилой ячейки, лоджия с видом на небо, встроенный гараж для геликоптера, протеиновый бассейн. В этом районе не было преступности; неподалеку от ячейки располагалось полицейское гнездо: стая феминокопов неусыпно следила за порядком в пяти окрестных секторах общественного улья. Появлялись они на свет при помощи своеобразного партеногенеза (то есть, грубо говоря, коп-сержант оплодотворяла саму себя и рожала своих будущих подчиненных, которые взрослели в виртуальных яслях в ускоренном режиме). Обычно стая фемокопов состоит из семи-двенадцати особей, матки-капитана или сержант - матери гнезда, трех ее подручных с дополнительно стимулированным в яслях интеллектом и нескольких рядовых. Всем, включая матку, прививают вирусную дисплазию, которую провоцируют вирусы папиллом, вызывающие разрастание шерстоподобных ворсинок, роговидных наростов, клыков, ногтей и других кератиновых структур. В естественной природной среде у животных иногда встречаются подобные уродства - наберите в Сети соответствующий запрос и сможете увидеть ороговевших кроликов или обросших хитином барсучков. Впрочем, в случае фемокопов уродством это ни в коей мере не воспринималось, ведь наши эстетические воззрения формируются на основе необходимости, а фемокопы нуждались в естественной защите и для них соответствующие наросты были естественны; что естественно - то не безобразно. Каждое гнездо отвечает за свой район Агломерата, в каждом принят свой вариант дисплазии, что-то вроде формы и значков различия. Естественная броня, рога (которые у фемокопов - признаки статуса, доминирования в стае), длинные острые ногти в виде кинжальных клинков и тому подобное.

Иногда Стигмата наблюдал через окно, как фемокопы выстраиваются на утренний развод на площадке перед шлюзом полицейского гнезда, висящего посреди бескрайней стены соседней жилой башни: мощные плечистые фигуры, почти без одежды, зато покрытые хитиновыми наслоениями, с оружием в плечевых гнездах, внушали простым корпоративным гражданам уверенность в завтрашнем дне.


2. ИНСТАМАН

Агломерат велик. Некоторые даже считают, что он бесконечен. Хотя последнее, конечно же, неверно, просто Искины-проектировщики завернули его границы лентой Мебиуса. Чем сложнее организм, тем труднее обеспечивать согласованность работы всех его частей. Это неизбежно ведет к развитию внутренних регуляторных связей - то есть активность генов и функциональных белков будет регулироваться какими-то внутренними факторами, а не напрямую внешними стимулами. Организм как бы замыкается на себя, концентрируется на своем внутреннем состоянии... и становится более уязвимым к изменению внешних обстоятельств. Возникает конфликт между необходимостью поддерживать целостность сложного организма и необходимостью адекватно реагировать на изменения среды. Этот конфликт может быть разрешен несколькими способами, но практически все они требуют дальнейшего усложнения системы. Итог - самоускорение прогресса и самоусложнение Агломерата, когда различные его части живут в разных часовых поясах, и взаимосвязи между ними столь запутаны, что требуются все более изощренных и совершенные навигационные системы, так что обычная гражданская навигация - составление графиков передвижения аэропоездов, такси-геликоптеров, автосоставов подземки и кибор-прыгунов - в конце концов из сугубо прикладной области знаний превращается в искусство, полное творческих взлетов и провалов, где интуитивные прозрения и тонкий эстетический вкус играют не меньшую роль, чем логические анализ и точные алгоритмы вычислений.

Через полтора года после переезда у Стигматы начались проблемы, связанные с активным использованием церебрального софта, в психиатрии именуемые инсталляционной манией. Иногда она перерастала в инсталляционный психоз. Инстаман загружает в свой мозг все новые и новые программы, так или иначе облегчающие человеческую жизнь: бытовые подсказники, словари, универсальные технические руководства, наборы мгновенных советов на все случаи жизни, различные поведенческие библиотеки, экскурсоводы и прочее, и прочее. Они перегружают нейропционарий, генерируя запутанные взаимосвязи, подкоманды и раздутые до предела базы данных. Емкость человеческого мозга велика, но не безгранична, и даже подключение к черепу биоприставок не спасает - дополнительные мозги создают дополнительное место для записи данных, но никак не помогают разросшемуся нейропционарию, то есть БОСу - Большой Операционной Системе, прошиваемой в мозг каждого индивидуума в возрасте 15-ти лет. В отличие от операционок, устанавливаемых на обычные биокомпьютеры, нейропционную систему вроде "Московии-222" или даже простенького "У-цзина" нельзя снести просто так и поставить другую - она за пару лет прописывается в мозге на таком глубинном уровне, затрагивающем базовые инстинкты и даже коллективное бессознательное с его грозными темными архетипами, что вырезать ее становилось крайне трудно. Церебральная софт-хирургия считается одной из самых сложных профессий в современном пост-обществе, хирургисты зарабатывают громадные деньги.

Если перегруженный мозг инстамана начинает сбоить, могут происходить странные вещи. Стигмата помнил, как у одного из работников соседнего отдела размылись рубежи личности, и несчастный больше не мог провести грань между собой и внешним миром, перестал выделять себя из окружающей среды. По слухам, бывший начальник подразделения, которым теперь руководил Стигмата, самоустранился после того, как в результате действия многочисленного нейрософта его либидо смешалось с коллективным представлением о мифическом Нарциссе, результатом чего стала крайне странная сексопатология, в медицине именуемая самокоитусом. Также по Заряженному Множеству Мандельброта ползали слухи про летучих бездумцев - зомби, чьи личности оказались полностью подавленными, а контроль над телом перешёл к БОСу или просто к какой-нибудь особо коварной утилите. Коллеги чуть не каждый день рассказывали страшилки про очередного человека-адресную книгу или живого восстановителя потерянных данных.

Мания Стигматы заключалась в том, что он помешался на навигаторах и утилитах точного времени. Так уж получилось, что значительную часть продукции своего отдела сотрудники испытывали на себе, производя последнюю подгонку и предпродажную настройку непосредственно в нейрологическом пространстве собственных мозгов, дополнительно настроенных для эмуляции различных операционных сред. Тем же занимался и начальник отдела, причем, будучи постчеловеком ответственным, он выбирал для себя наиболее сложные, требующие особого внимания программы. Рабочие копии многих из них так и оставались в мозгу, и за пару лет Стигмата стал обладателем изрядного набора обычного гражданского церебрософта, детских мозгулек-программулек, программиц для домохозяек и стареющих дев, а так же спецконтейнеров, которые отделу заказывали подрядчики вроде Военного дроид-корпуса или континентальной службы Обязательной коррупции.

И, постепенно, Стигмата впал в зависимость от своих программ. В некотором роде он стал сверх-ориентатором и суперконтролером. В каждый момент времени он знал время всех часовых поясов (хотя никакой необходимости для этого у него не было), следил за своим местоположением в пространстве благодаря семи различным навигационным режимам, завязанным на системы спутников и внутригородские службы слежения, а еще при помощи без малого десятка медицинских программ контролировал организм: сердцебиение, кровяное давление на сетчатке глаз, частоту дыхания, состояние печени и надпочечников. Все данные подавались на центральный нейропционарий и высвечивались перед глазами в виде бесчисленных окошек, меню, полосок. В ментальном пространстве Стигматы царило непрерывное жужжание, попискивание, щелканье и гул вкрадчивых синтезированных голосов. Бывало, что жертвы инсталляционных психозов натыкались на стены и шагали с крыш небоскребов, но он недаром был отличным нейромистом - и, во-первых, инсталлировал себе редкий и дорогой бар "Прямоход-12", взявший на себя часть заботы о вестибулярном аппарате и фоновой моторике, а, во-вторых, сумел так взаимонастроить программы, чтобы они не ломали работу друг друга и оптимально взаимодействовали под сенью БОСа.

И все же иногда приступы умопомрачения находили и на него. Так однажды в голове Стигматы будто лопнул мыльный пузырь, и подруга-гермафродит, лежавшая тем утром рядом в постели, представилась ему чем-то совершенно инородным, примитивным и неуместным, неким невероятно странным созданием вроде грунтового моллюска из квази-океанов Сириуса. А как-то вскоре после окончания Третьего корпоративного религиозного похода, когда отряды "Старбайта" сразили дрон-дивизионы группы предприятий "Материковой паранойи", Стигмата вдруг со всей отчетливостью осознал, что глава его домена - никакой не Бог.


3. ИНФОПОТОК

Известно, что всякая по-настоящему крупная коммерческая организация, желавшая сплотить своих сотрудников и держать под контролем все стороны их жизни, не только разрабатывает внутреннюю корпоративную философию, моду и этику, но и нанимает профессиональных теологов, которые продумывают развернутую религиозную систему, корпоративную религию.

Последние обычно бывают двух типов, БОВО и БОВН: "бог-вовне" и "бог-внутри". В коммерческой религиозной доктрине Создатель может выступать кем-то невидимым, обитающим в горних высях - такой Бог представляется служащим неким сияющим трансцендентным облаком, он - духовный центр, но практически, "физически" ничего не дает и ни на что не влияет, вера в него лишь психологически стабилизирует организацию, скрепляет ее, не позволяя клиру от топ-менеджеров до курьеров погрязнуть в интригах и подсиживании - вера, таким образом, выступает в качестве психического клея. С другой стороны, внешняя трансценденция делает корпорацию экстравертной: она непрерывно пытается выйти за пределы самоей себя, что выражается в постоянной экспансии, наращивании уже имеющихся корпоративных структур, стремлении подняться на более высокий коммерческий уровень. Экстравертные корпорации как правило устремлены в будущее (к метафизическому "концу света" - слиянию корпорации с Абсолютом, то есть внешним Богом) и потому подвержены всем коммерческим рискам, неожиданностям и опасностям, которые будущее приносит.

Более дорогими в разработке являются религии типа "бог-внутри", когда глава корпорации представляется служащим всамделишным, без всякого обмана, Господом, а директора подразделений - апостолами Его. Такой Бог может совершать непосредственные чудеса и даже иногда являть себя народу, что почти всегда приводит к повышению производительности минимум на 20%, способствует трудовой дисциплине и лучшей организации рабочего времени. С другой стороны, такие корпорации, что подобно древним цивилизациям востока ориентируются на внутреннюю трансценденцию и живут по замкнутому архаичному времени повторяющихся циклов, устремлены к внутренней коммерческой истине и почти не проявляют внешней экспансии.

Тут, конечно же, возникают трудности. Известно, что никакого "гена веры" нет - невозможно просто так заставить человека уверовать в абы что, и тем более искренне поверить, будто глава корпорации, на которой он работает, является воплощенным Богом. Но вот склонность к вере, специфическую некритичность ума, есть возможность задать через структурно-функциональную направленность нейросетей, на что способен особый мультивирус, встроившийся в церебральный аппарат. Естественно, такая солидная сверхкорпорация, как "Старбайт", обратилась не к каким-нибудь "Веселым теологам Подмосковья" и не к "Ватиканским собирателем мифов", но в сам Великий Православный Богоконструкт, специалисты которого разработали для заказчика как расширенную религиозную доктрину, включающую и философско-мировоззренческие и практически-обрядовые аспекты, так и соответствующий вирус, которым после заключения договора о найме добровольно позволял заразить себя всякий вновь принятый на работу сотрудник (а если он желал, чтобы и дети его оставались жить в том же домене, то позволял ввести ДНК-аналог мультивируса в свой генетический карман).

И вот - по необъяснимой причине, в результате сложных взаимодействий многочисленных церебральных программ, в голове Стигматы вирус дал сбой.

Вечером Стигмата чувствовал себя вяло и все никак не мог справиться с удивлением: осиянные славой Его чертоги 'Старбайта' стали обычными коридорами, комнатами отдыха, общественными оргинариями и унылыми офисными помещениями, чудотворное сияние истекло как из всех помещений центрального филиала, так и из сознания Стигматы. Коллеги пытались вступить в беседу с ним, но Стигмата отвечал мало и быстро умолкал. Они общались не посредством обычного языка, этот вид коммуникации для их дела устарел - контакт происходил на уровне нейропционариев, которые, повинуясь командам своих носителей, обменивались стремительными потоками цветозвуковых пиктограмм, выражающих сложные образы, причинно-следственные цепочки и целые смысловые паттерны. Этот язык, именуемый мультилогом, распространен среди квалифицированных спецов и работников высокого искусства.

Отключившись от всех, растерянный и обескураженный, Стигмата, чтобы как-то отвлечься, нырнул в инфопоток.


...Война Искинов. Гибкий ИскИн Шут * последнего поколения атаковал вычислительное Облако Гелиотон.

...Сетевой рэкет с защитой. Псевдоразумные вирусы берут под защиту нейропространства пользователей и за оплату охраняют их от других вирусов.

ГЕНОФИЦИРОВАННЫЙ ХЛОПОК: НОСИ И ЕШЬ!

* Гибкие ИскИны - крайне изменчивые саморазвивающиеся системы, обладающие искусственным интеллектом, не поддающиеся четкой формализации и алгоритмизации. Могут принимать архетипичные формы (Триксет, Палач, Чиновник, Будда).

...перенесение значительной части жизни в Сеть. Однако там нельзя заниматься зарядкой, потому ожирение и прочее. Сначала - развитие технологий вроде жизнелюлек с элетромассажистами и стимуляторами мышц, а позже появление чипов, своеобразных искусственных интеллекторов, которые управляют телом в том смысле, что делают несложный набор упражнений, поддерживая тонус. Они получили название нянек - руководили телом в отсутствие хозяина, отправляли потребности и прочее. Сеть становилась все больше, все красивее, глубже, полнее. Жить в ней было лучше, потому что обычный мир нейтрален по отношению к человеку, в Сети же болезней нет, физические муки (удар при падении, драка) приглушены и не убраны целиком лишь для того, чтобы у людей оставался какой-то самоконтроль, кроме того, в Сети мир добр к человеку или, скорее, услужлив - потому, что люди запрограммировали его таковым. Потому жизнь там приятнее; в преуспевающих доменах около половины граждан практически всю жизнь проводит в виртуальных мирах. Есть постоянцы - они не выходят вообще, есть прыгуны - они в основном в Сети, но иногда выныривают. Постоянцы делятся на тех, кто все еще лежит в жизнеобеспечивающих люльках, и на тех, чьими телами управляют БОСы.

У ВАС НЕ ЧУВСТВА ЮМОРА? ВЫ ЛИШЕНЫ И АКТИВНОГО, И ПАССИВНОГО ЕГО ВАРИАНТА?! ВЫ НЕ ТОЛЬКО НЕ УМЕЕТЕ ШУТИТЬ, НО И ЧУЖИЕ ШУТКИ ПОНИМАЕТЕ ЛИШЬ ПУТЕМ ЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА, В РЕЗУЛЬТАТЕ КОТОРОГО СПОСОБНЫ ВЫЯВИТЬ СМЕШНОЕ В ДАННОМ ИНФОРМАЦИОННОМ БЛОКЕ, ОДНАКО ЭТО 'СМЕШНОЕ' НЕ ВЫЗЫВАЕТ У ВАС СООТВЕТСТВУЮЩЕЙ ПСИХО-ФИЗИОЛОГИЧЕСКОЙ РЕАКЦИИ?!! ИСПОЛЬЗУЙТЕ УТИЛИТУ-СТИМУЛЯТОР "РЕГОТАЛО" ИЛИ УНИВЕРСАЛЬНЫЙ НЕЙРОБАР "СМЕХОРАМА"! ВСЕ ТИПЫ СМЕШНОГО, ОТ БУРЛЕСКА ДО ПАРОДИИ!!

...Этику не наследуют, а творят. Следующее поколение людей, модифицированное до неузнаваемости, не видит в этом ничего плохого, хотя большинство людей прошлого киборгизация сомы и сетевизация интеллекта отвращали, так как в их понимании постчеловек терял нечто исконно человеческое. Впрочем, теперь, с появлением технологии ДНК-карманов, идет работа над кодированием этических и других принципов и передачи их по наследству. Полное программирование - мораль, культура, мировоззрение - невозможно, так как перегрузят геном, но частично будущую личность можно будет настраивать дистанционно во времени. По слухам, над этим активно работают специалисты 'Материковой паранойи', 'Старбайта' и 'Орбитальных домиков мамаши Либрессы'. Publicum sapiens - будущее вида!

...Социальная организация, архитектура, культура, технологии, наука - вся топография человеческой цивилизации - настолько сложны, а спектр полученных науками знаний настолько велик, что ни один человек не в состоянии удержать в голове, даже в упрощенном виде, всю картину современности. Потому мир для большинства сужается до небольшой сферы личностных интересов. Постмодернизм есть торжество модельной парадигмы, сменившей классическую парадигму (знание объективно и соответствует реальной действительности) и неклассическую парадигму, пришедшую из квантовой физики (знание субъективизировано наблюдателем). Модельная парадигма вообще не задается вопросом про истинность знаний, главное, чтобы твоя модель окружающей среды способствовала твоему выживанию - и, по возможности, процветанию - в этой среде (перекрестная ссылка - 'Освобожденный Эдем' - А.Столяров).

...Геники - люди, у которых посредством генной инженерии развились еще с рождения новые органы. К примеру - люди-микроскопы, которые, в отличие от обычных людей, видят не вдаль, а вглубь, видят атомы.

...в развитых Агломератах целые кварталы граждан, лежащих в 'электронном мифе'; машины иллюзий разрастаются, совершенствуются, теперь можно воздействовать на мозг дистанционно, задавая сигналы, которые изменяют окружающее без всяких проводов.

...сюжет: этому человеку имплантировали Искина, который воссоздает окружающий мир и ретранслирует картинку в сознание. Искин может вставлять новые сигналы, которых не существует в обычной передаче данных между клетками; гасить или изменять сигналы, проходящие через отдельные клетки и нервные волокна; или, что еще интереснее, передавая определенный сигнал, вызывать цепь ответных реакций в человеческом теле. Так он создает новые сложные рефлексы, которых в природе не существует. Искин становится активным фильтром, пропускающим через себя реальность прежде, чем она дойдет до сознания. И когда Искин сходит с ума, мир для носителя превращается в сюрреалистический театр ужасов.

...Искин был не способен на глубинную телепатию, но мог перехватывать 'явные мысли' - то есть внутреннюю речь, проявляющуюся в слабых нервных импульсах, возникающих в отделе мозга, управляющем голосовыми связками.

Облака над городом напоминали клецки в остывшем супе осеннего неба.

...Хотя пользователи корпорации 'Electronic Myth' могли оставаться и у себя дома, необходимо было лишь купить жизнелюльку, многие предпочитали занимать ячейки в сотах кондоминиума Электронного Мифа. Особое чувство общности и ментального комфорта возникало, если путешествуя по искусственным просторам ты осознавал, что и тело твое пребывает не в уединении личной ячейки, но в окружении других постоянцев.

...Плащ-невидимка: 'Полная невидимость активных устройств на всех частотах'. Возможность существования абсолютного плаща-невидимки сводится к вопросу о неединственности решения задачи Кальдерона для уравнений Максвелла. Человека в плаще можно обнаружить только при помощи дифракции, устройства-дифрактоматора.

...Амебы - "живые" квантовые компьютеры. Из-за взаимодействия с внешним 'неквантовым' классическим макромиром, организм амебы - то есть сгусток холодной плазмы, которая и является вычислительной средой, 'мозгом' амебы, состоящим из положительно заряженных ионов и облака электронов - постепенно теряет квантовые свойства, как бы переходят под юрисдикцию макромира. Под воздействием окружающей среды электронное облако теряет когерентность, то есть согласованность, расстраивается, но это происходит медленно. Со временем амебы умирают.

...Амебы производятся ассемблерами путем искусственной мехаэволюции - ассемблер при помощи манипулятора из нанотрубок физически сближает атомы, пока между ними не создадутся химические связи. В результате получается самособирающиеся системы - любой предмет надо только спроектировать его в компьютере, после чего он самособерется при помощи дублирующихся ассемблеров.

...Квантовая телепортация ставит своей целью передать из одной точки в другую некоторое квантовое состояние.

...Квантонет, Наносеть, Биосеть, Инфосеть, раскинутая по всему миру - биологические устройства под названием ассемблеры, одновременно являющиеся и дизассемблерами, которые могут считывать информацию и на основе квантовой телепортации со сверхсветовой скоростью передавать ее кубитами в другие ассемблеры по указанному адресу. Там ассемблер внутри себя почти мгновенно выращивает такой же объект с точно такими же характеристиками. Это может быть как 'чистая' информация, так и воплощенная в материи - то есть и просто сообщение, и предмет, и биологический объект. Материал для восстановления ассемблер берет из окружающего, а изначальный объект распадается в нанопыль.

...Возможность ассемблеров зависит от их мощности, памяти в кубитах - килокубитовый будет способен передавать лишь чистую информацию, мультиокубитовый - создавать предметы, тысяча макрокубит - биологические объекты вроде людей.

...Манипулирование общественным сознанием, вбрасывание ложной информации через Сеть и СМИ прогрессирует. Используются приемы частичной правды и лукавых интерпретаций. В обстановке усложнившегося мира это привело к тому, что узнать правду о реальности или какой-то более-менее отдаленной ее части стало практически невозможно. Курсирует множество противоречивых слухов, домыслов, даже официальные заявления искин-сетей, управляющих Агломератами, и корпоративных дирекций - заведомая ложь. 'Правда', 'истина' теперь как таковые вообще исчезли из психического пространства человека. Отсюда - профессия Монитор-Интуит - непрерывно подключенный к Сети человек, который сканирует информацию, подвергает ее углубленному эвристическому анализу и за оплату говорит желающим, какое событие (историческое или недавнее) происходило с большей вероятностью, чем другие, либо дает географические справки: допустим, как добраться до одного из соседних Агломератов (если такое вообще возможно - некоторые Агломераты топографически замкнуты либо окружены полем гипнографической* защитной), или что находится в Антарктиде, или что ближе к экватору, Тайвань или Таиланд.

* Гипнография, гипнотическая голография - ты в нее входишь и теряешься. Просто не знаешь куда идти. Излучатели будут генерировать какие-то пейзажи, другие миры, всякую фантастическую ерунду - горы, лабиринты, и так до бесконечности. Гипнографическое пространство рендерится по мере продвижения сквозь него.

...новый вид искусства: транспозиционный алгоритм, который дублирует последовательности. Например, на основе музыкальной композиции может создавать цветные витражи, узоры которых будут повторять композицию, но на материально-цветовом, а не на символико-звуковом уровне. Или выращивать 'быстрые деревья' в саду в ритме и последовательности, повторяющей стихотворение знаменитого поэта.

ПРОГЛОТИ НАБОР СУПЕРКРОВЬ! - ТРОМБОЦИТЫ, ЭРИТРОЦИТЫ - ВСЕ ЭТО НАНОМАШИНЫ, КОТОРЫЕ КИСЛОРОДА ТЕБЕ БОЛЬШЕ ПРИНЕСУТ, МОЗГ ПИТАЯ. ОРГАНИЗМ РАБОТАЕТ НА ПОВЫШЕННЫХ ОБОРОТАХ, И ПРИ РАНЕНИИ ПРЕКРАЩАЕТСЯ КРОВОТЕЧЕНИЕ ЗА СЕКУНДУ, И САМОВОСПОЛНЯЮТСЯ ОНИ ДО НУЖНОГО ОБЪЕМА В СЛУЧАЕ ПОТЕРИ КРОВИ, ИСКУССТВЕННЫЕ НЕЙТРОФИЛЫ И МОНОЦИТЫ УНИЧТОЖАТ УНИЧТОЖАТ УНИЧТОЖАТ ПАТОГЕННЫЕ ОБРАЗОВАНИЯ!

...Интерактивные картины подстраиваются под эмоции. Эти обои-подлизы меняют свой облик в соответствии с настроением хозяина. Используя изображения лица, подлизы оценивают эмоциональное состояние посетителя по восьми точкам. Затем адаптируют цвета и линии мазков сообразно его текущему...

...Но чисто психологически, если весь чужой опыт сейчас считается правдой - преимущественно, а тогда будет заведомой ложью (или весьма вероятной), тогда люди будут либо жить именно в таком вот смутно-хаотическом мире и решать скорее интуитивно, либо более простые люди начнут ставить психологическую защиту и сознательно (ну или бессознательно) ограничивать поступающую информацию, конструируя удобный для себя мирок, хотя чаще такие будут сбиваться в "стаи", то есть субобщества, общежития, и там обитать в довольно безопасной, потому что относительно контролируемой среды - с ограниченным и строго дозируемым поступлением информации. Еще будут нормальные сумасшедшие: люди, из бурного моря информации выбирающие себе ту, что им нравится, и строящие свой мир - внутри, то есть создающий психологические границы и потому для большинства такие люди как для нас сумасшедшие, но это будет редко хоть, зато нормально. Или вроде чудаков. Чудиков.


В конце концов, не выдержав интенсивности потока разрозненной информации, Стигмата отправился домой.

Трое людей в бледной кожадежде, поджидавшие его под шлюзом жилой ячейки, принадлежали к секте куреши. Они отключали у попавших в их распоряжение зародышей так называемые гены боли, в результате чего индивидуум больше не ощущал ее, зато стимулировали группу генов агрессии. Завидев курешей, Стигмата в легком испуге остановился - от них исходила опасность. Трепеща мягкой кожодеждой, куреши провели Стигмату к черному геликоптеру и жестами показали, чтобы он садился. Возможно, куреши вырезали себе языки - некоторые работодатели, нанимающие членов секты в пожизненные охранники, требовали подобное как знак абсолютной лояльности, - а может просто были неразговорчивы. Стигмата залез в геликоптер, и они полетели.


4. АГЛОМЕРАТ С ВЫСОТЫ

Просторы Агломерата раскинулись внизу, пассажиры видели их на многочисленных мониторах. По силовым линиям мчались воздушные трамваи, пролетали геликоптеры, скакали по стенам ниточники-бродяги - люди с имплантированными паучьими генами, живущие прямо на бесчисленных городских стенах. Обычно они работали курьерами или рикшами. Вот прополз гриб-киборг, муниципальный чистильщик - большое желеобразное тело с подвижными механическими частями. Присосками он счищал со стен грязь. Тихо рокоча, геликоптер несся между жилыми сотами фермеров и пузырчатыми стадионами, посадочными площадками, вертикальными парками, висячими садами и рекламными банежаблями. Башни, между ними провалы, ведущие будто в земные недра, к самому ядру; необъятные стены, километровые уступы, усыпанные точками-людьми, конические вершины сверхмаркетов, горы жилых зданий, грандиозные полусферы автономных куполов и ячеистые улья гетто, и окна, окна, окна - мириады выпуклых скорлупок.

Геликоптер миновал Дендрит с Бусами, Структуру Береговых Линий и Узор Неподвижной Точки, за которым начался район Завитки Силового Поля, охраняемый квазиживой воздушной сетью-каннибалом. Сюда простым смертным путь заказан.

Стигмата догадался о цели путешествия, лишь увидев здание под названием Мембрана, построенное по образу живой клетки. Семьдесят два этажа, окна в них расположены подобно белкам в клеточной мембране. Здесь обитал сам Старец, глава 'Старбайта'.


5. СВЕТОМАТИКА

Геликоптер сел, куреши знаками показали Стигмате, что пора выходить. За дверцей открылась шлюз-гармошка, через который они попали в просторный тамбур. Здесь куреши оставили гостя - или пленника? - зато два серых облачка просочились сквозь щель в стене. Они сформировали туманные фигуры, и Стигмата понял, что видит химботов, мягких охранных роботов. Химические твари напоминали голограммные тени, отброшенные на реальность из какого-то странного ее закоулка. Химботы незряче оглядели Стигмату, и он ощутил легкие уколы по всему телу. В голове раздался голос - направленный ультразвук. Стигмате было объявлено, в его тело введены тактические наноботы охранной системы Мембраны. Они могут в считанные мгновения собраться вместе, превратившись в несложного Искина, повиснуть на позвоночнике в районе шеи, запустить щупы и взять под контроль моторику. Стигмата ощутил необычные движения в теле: это его лекарственные батискафы, беспрепятственно путешествующие по просторам кровеносной системы, попытались справиться с вторжением, но были уничтожены наноботами.

Когда дверь шлюза открылась, он вышел на огромную квадратную площадку, притаившуюся посреди бескрайней крыши Мембраны. Дул ветер, светило солнце, мономолевая поверхность отсверкивала мириадами радужных искр. Агломерат с его суетой и шумом отступил куда-то далеко, теплая тишина раскинулась над уединенным мирком Старца. В этой тишине неслышно звучала музыка.

Сопровождаемый тенями-химботами, Стигмата прошел в центр площадки, где был большой либрационный чан - наполненный протеиновым калаген-гелем бассейн. В геле танцевал Старец; звучала неземная музыка, бассейн озаряли переливы фантастических цветов. Про музыкальную светоматику, этот относительно новый вид мульти-искусства, Стигмата знал, но до сих пор не видел подобных произведений. Оглянувшись на безмолвных химботов, он присел на краю бассейна и замер, погрузившись в поток ощущений. Танец, цвета и музыка порождали необычные чувственные переживания: перед мысленным взором развернулись множественные фракталы и странные аттракторы, устремились к бесконечным первопределам хаоса, завились гамильтонианом итерации, гибкое мерцание интеграла слилось с причудливыми извивами масштабной инвариантности, в информационном пространстве сформировались и разрослись гроздья виртуальных кластеров, и Стагмата потерялся в них, растворился в субкультуре бессознательной гравитации, слился с космологической константой внеличностного безбрежия, осталось лишь мерное покачивание в ритме вечности, но личность, динамический центр субъективной реальности, рассосалась, субъективность изошла кватновой росой, лишь Слово носилось над темными водами подобно духу, Оно было слышно, да некому было слышать Его, и слово это было Афир. Долго время ничего не происходило. Темно, тихо и тепло. Никого нет, совсем никого. Сознание - кипящая волна, малое бурление на необозримой ментальной глади, и теперь она опала, хотя разум все еще был, исчезло самоопределение - никакого 'я' сплошное 'оно', нет личных мыслей, нет устремлений и чувств... Но тут задаваемая Старцем мелодия уверенно актуализировала сущее, и Стигмата набух осознанием себя, вскипел образами и ассоциациями, пустил пену воспоминаний: бытие вновь развернулось вокруг потенцией безмерного присутствия.

Закончив концерт, Старец выбрался из бассейна. Протеиновая поверхность натянулась лиловой пленкой, повторяя контуры тела, и лопнула, выпустив его наружу. Стигмата ощутил пустоту в душе, еще раз убедившись, что по вине своего нейрософта потерял веру: глава 'Старбайта' предстал перед ним не как Создатель, не вызвал никаких возвышенных чувств.

Старец замер и некоторое время стоял не шевелясь, будто для того, чтобы получше запечатлеть свой облик в глазах Стигматы.

Его лицо было напитано антиоксидантом, препятствующим старению, и лоснилось на солнце.

Его глаза были как два серых камня с утопленными в них изумрудами зрачков.

Его сложенные вместе полные губы походили на рыбу без хвоста. Они влажно поблескивали, и сквозь бледно-розовый цвет их проглядывала синева - как если бы, не взирая на то, что человек этот был еще жив, будущая смерть уже пустила в нем свои корни.

Старец пригласил садиться, и когда из мономолевой поверхности выдвинулись живокресла, Стигмата последовал его примеру.

- Моя копия, обитающая в вычислительном Облаке Гелиотон, вышла из-под контроля, - сообщил Старец. - Это для нее я приказал создать Гелиотон, что и было сделано. Я предоставил дублю широкие возможности, практически - автономность. Он много экспериментировал, не забывая сообщать мне о результатах, он построил в Облаке теостанцию Соляр, где проводил опыты по многоступечатой религии. И вот теперь - он оборвал всякую связь. Он пропал, я не могу выйти на него, а отключить Гелиотон уже невозможно. Я попытался действовать через гибкого Искина, но тот не смог пробиться в центр Облака. Вход в него на орбите - отправляйся туда, нырни внутрь, найди дубля и при необходимости сотри его.

- Но почему я? - спросил Стигмата.

- Знаешь ты, что такое Гелиотон? А особенно та его часть, что не отдана для общественных вычислений, - Резервное Пространство, где обитает Старец-2? Это тьма, сгусток мрака, цифровая глушь, непроходимые математические кручи, заросшие джунглями ядовитого кода, - сердце Облака, специально созданное так, чтобы никто не мог добраться до моего дубля, а теперь еще и наполненное его ловушками. Там, в центре беспросветной черноты Соляр висит подобно старому, заросшему мхом сому в чаще водорослей на дне омута. Кто сможет найти его, проникнув сквозь интегральные капканы и тензорные миражи Резервного Пространства? Только ты со своими программами. Даже отключенные от навигационных систем ГЛОНАСа, они помогут тебе не запропасть в дебрях Облака и сразиться с Внутренними Племенами. Мы снабдим тебя кое-чем - это поможет. Последнее, что я слышал о нем: мой цифровой брат организовал какой-то Corpus Supra Evolution - Корпус Сверхэволюции. Иди и выясни все.


6. ГРИАЛА БИЛИНТРА

Вечером Стигмата вновь летел на геликоптере, сопровождаемый куреши. Они покинули Тверской округ и углубился в промышленный Сант-Новгородский район. Солнечные батареи раскинулись вокруг - необъятные иссиня-черные поля, черничная гладь пожирающего фотоны покрытия, и между ними - вышки атмосферных фабрик, далеко вознесенных над самым верхним горизонтом Агломерата, с гибкими трубами, чьи концы закреплены на стратосферных поплавках; циклопические кубы цехов и фрактальные стены пролетарских ульев-компендиумов.

На холодном берегу Балтийского моря Стигмата пересадили в амфибию, которая доставила его в Антипургаторий, искусственный остров-государство, предоставляющий большую часть своей поверхности для частных космодромов.

Еще в Мембране мозг Стигматы немного облегчили, изъяв некоторые соматико-управленческие возможности, и на освободившееся место подсадили субличность (на нее пришлось потратить какую-то часть церебральных мощностей и потеснить БОСа, переведя его в режим ограниченной работы, так что с тех пор он больше не давал о себе знать). Эта субличность являлась копией Стигматы, но с модифицированной прошивкой 'сверхагент', которая в опасных ситуациях способна брать под контроль моторику, а в обычных - просто давать советы.

На овеваемом ледяным ветром, слизком, мелко дрожащем от холода биодроме Стигмата сел в гриалу билинтру - живой звездолет. Их вид насчитывает несколько модификаций: мельчаги, крепчатки, толчины, билинтры, парчики, лупачи, чапланки. Зачем строить космические корабли, если можно выращивать такие организмы, для которых космос будет нормальной средой обитания? А зачем их выращивать, если можно поработить? Гриалы были инопланетянами, которые начинали как обычная планетарная раса вроде людей, но после когнитивно-технологической сингулярности, став космическими существами, уничтожили своих непереродившихся собратьев. Во время той войны родная планета звездолетов превратилась в пояс астероидов. Когда земляне вышли в космос, гриал, помимо нескольких модификаций, было два вида, побольше (земляне предполагали, что это самки, хотя уверенности не было) и поменьше (вроде бы - самцы). Большие самки встали на сторону землян, самцы начали войну с ними. При помощи самок и своего оружия землянам удалось победить. После этого они уничтожили союзниц-самок, а затем клонировали из них послушных клонов с усеченным интеллектом.

Живые звездолеты плавают на гравитационных волнах, используя природную локомоцию - совокупность координированных движений, при помощи которых всякое животное перемещается в пространстве. Возможность существования гравитационных волн предположил еще Альберт Эйнштейн в рамках Общей теории относительности. Согласно нее такие волны движутся со скоростью света и представляют собой своеобразную рябь в пространственно-временном континууме. Этой рябью и пользуются гриалы, чтобы плавать в космической среде.

Путешествие предстояло недолгое. Стигмата около часа просидел в кресле перед мембраной-иллюминатором, ожидая, когда гриала поднимется на более высокую орбиту, где висел вход в Облако Гелиотон, но так и не дождался - звездолет атаковали космофаги, небольшие биомодули, которые проникли в корпус-тело и начали там стремительно размножаться.

Гриалы в определенном возрасте из головастиков превращаются во взрослых особей путем метаморфозы, однако иногда она не происходит, и звездолеты остаются головастиками-модулями. Искусственным образом их можно превратить в аксолотлей - ввести экстракт взятый из щитовидной железы взрослого звездолета. Тогда головастик становится чуть больше, при этом оставаясь по форме прежним, превращается в быстрого и злобного аксолотля, который и называют космофагом. Космофаги напоминают вирусы: снаружи белковая оболочка, внутри нуклеиновая кислота. У него есть фермент-челюсти, которыми он проделывает дырку в звездолете, затем нуклеиновая кислота сбрасывает оболочку-белок и углубляется внутрь чужого тела. Когда стая космофагов выедает врага изнутри и размножается, переполняя его, тот лопается, как упавший на мостовую арбуз.

Но прежде чем это произошло, звездолет Стигматы начал защищаться.

Известно, что на Марсе выращивают земных генофицированных осьминогов. Их мозг (искусственно увеличенный, с новыми функциями), пересаживают в механический модуль. Система таких модулей - рой - состоит из одного центрального - 'головы' - и модулей-помощников, 'щупалец'. Мозг осьминога-пилота воспринимает вспомогательные модули действительно как свои щупальца. В космофлоте Марса около тысячи роев, и примерно столько же марсианские поселенцы продали на Землю - одним из них и был оснащен звездолет.

Осьминог вступил в бой с космофагами, но потерпел поражение. Прежде, чем Стигмата успел прийти в себя, его захватили в плен - с ужасом он увидел громоздкие, устрашающие фигуры в хитине. Партеновоительницы, дальние родственницы земных фемокопов, живут в космос. Говорят, что недавно они заключили соглашение с семьями клонов-наркоторговцев, обитающих в космических Метагородах неподалеку от Солнца. Солнечные клоны дают своим семьям названия вроде Букет Красных Губ, Нежные Жемчужины или Звездочки Дальнего Космоса. Земляне, собирающиеся поселиться на планетах вроде Марса или Венеры, подвергаются плотиформированию, которое иногда приводит к странным результатам. Так и появились семьи клонов - потомков людей, трансформированных для жизни в огромных космических станциях на околосолнечной орбите. В результате каскада изменений их желудки вырабатывают сок, который стал ценнейшим наркотиком в солнечной системе. Чтобы поддерживать оборот наркотиков, часть своей популяции еще на эмбриональной стадии клоны глушат синтетическими ферментами: зародыш вырастает в младенца-гиганта с устрашающе распухшим животом. Его кладут в систему жизнеобеспечения и подключают трубки, отсасывающие сок из огромного желудка. Живет такой младенец недолго, около года, но производит товар, которым торгуют взрослые клоны. Чтобы не перенасытить рынок, клоны ограничивают сами себя: один зародыш на один клан.

И вот теперь Воительницы, работающие на семью Мастериц Утонченной Боли, захватили звездолет Стигматы.


7. ДНК-ПОБЕГ

Теоретически, все Воительницы должны быть одинаковы, однако на практике это не так. Хотя у каждого помета ДНК в яйцеклетках идентичны, но изменения ядер в ходе онтогенеза и разница в работе генных каскадов приводит к появлению особей, иногда довольно значительно отличных друг от друга.

Партеновоительницы веруют в Христа-воителя, прекрасного варвара с заостренным крестом - Всеоплодотворяющего Самца. Адепты его воюют против знаний, против получателей знаний, против ученых - потому что Бог обитает на равнинах сакрального, в той части информационного пространства, которое еще не постигли люди, и с расширением человеческих знаний ему остается все меньше места, так что в конце концов он может умереть.

С внутренним трепетом Стигмата увидел, что Воительницы доставили его на звездолет-зомби.

Гриалу можно превратить в зомби, к примеру, принудив ее съесть начиненную вирусом пищу - ДНК не всегда перевариваются до конца, молекулы могут попадать из кишечника в ядра клеток и там интегрироваться в хромосомы звездолета. Встроенные гены кодируют ненужные организму аминокислоты, которые разъедают его, так что в конце концов звездолет начинает разлагаться и умирает. Было создано два вируса, и второй не просто встраивался, но реплицировался и целиком заменял собою геном звездолета. Тот начинал меняться, у него отрастали новые органы и части тела, а половина старых отсыхала, и он умирал. Однако перестроенный геном позволяет все же частично управлять кораблем - он переходит в подчинение врагу, то есть Воительницам, заразившим его. В такой геном-шпион можно заранее вложить программу, куда звездолету лететь после смерти, так что потерявшая себя гриала сама доставляла свое бездумное тело в руки врага.

Трое Воительниц провели Стигмату по тесным отсекам звездолета-зомби. Пахло здесь необычно, тусклый свет лился из-за лиловых мембран с синими прожилками, сквозь них проступали очертания арок-ребер и титанического позвоночного столба. Стигмату втолкнули в небольшое помещение с мягкими стенами, где оставили под охраной крупной Воительницы: сплошной хитин, уродливая голова на могучих угловатых плечах, ноги сгибаются коленями назад. Притаившаяся где-то в затылке субличность уже поведала ему, что Партеновоительницы наняты солнечными клонами, а те, скорее всего, действуют по договоренности со Старцем-2, не желающим допустить Стигмату в Резервное Пространство. Скорее всего, Воительницы ждут транспорта из какого-нибудь Метагорода, куда перевезут пленника, чтобы отправить его в чан на питательный биокомпозит для младенцев-гигантов.

Стигмата забился в угол своей камеры и неподвижно сидел там, наблюдая за охранницей. Она иногда шевелила жвалами и щелкала вспомогательными клешнями, растущими на запястьях длинных мощных рук, иногда принималась потирать жесткой морщинистой ладонью рукоять вибрамеча, торчащую из плечевого кармана. Широкие, защищенные решетчатым хитином глаза Воительницы то в упор глядели на пленника, то надолго закрывались.

Стигмата-2 уже поведал базовой личности, что той необходимо сделать, и вскоре Стигмата-1 приступил к выполнению намеченного плана.

Еще в Мембране под ногти его указательных пальцев были имплантированы две капсулы. В правом пальце угнездилась ядовитая микроконсоль - облачко из нескольких тысяч атомов циания, ионизированный газ, удерживаемый в одной точке под ногтем магнитной ловушкой. Атомы циания настолько малы, что могут преодолеть любой известный материал, кроме неопрена. Если направить палец на врага и 'выстрелить', подав ментальную команду через оружейную утилиту, прошитую в мозг Стигматы как один из драйверов его субличности, он лишится ногтя, а враг - лица и мозга.

Второе оружие называлось ДНК-катапультой - нанометровые вольфрамовые диски, на которые нанесены векторы, то есть молекулы ДНК со всем, что необходимо для экспрессии генов, окруженные цитоплазмой с 'буром' из рестриктаз, которым они могут вскрывать ДНК-жертву, белком-лигазой для последующей склейки, защитой от обнаружения иммунной системой и стимуляторами роста. Боевая ДНК содержала ген-господин и набор генов-рабов - комплекс вроде тех, что ответственны за рост разных органов тела: глаз, почек, пальцев, ушей.

В принципе, это была та же технология, благодаря которой земляне справились с расой звездолетов. Некоторые запущенные ими ДНК-агрессоры, попав в тела гриал, погибали, так как попадали не в том место клетки и либо уничтожались местными макрофагами, либо убивали клетку вместе с собой, однако другие встраивались в геном жертвы и переделывали его в заданном направлении.

Дождавшись, когда глаза Воительницы в очередной раз закроются, Стигмата поднял левую руку и дал мысленную команду. Магнитная ловушка сработала, выплюнув в сторону охранницы несколько сотен невидимых летающих тарелочек - вольфрамовых дисков с ДНК-начинкой, которые проникли сквозь хитин, черепную кость и застряли в мозге. После этого агрессивные ДНК взялись за дело. Войдя в клетки, они своими рестриктазами вскрыли местные ДНК, встроились в них и лигазой заклеили место проникновения, чтобы иммунная система не могла обнаружить их. Включились гены-господа и гены-рабы, в теле Воительницы начался сверхактивный рост, а Стигмата заснул. Когда он проснулся, на голове Воительницы пророс новый экзо-орган - что-то вроде большого мясистого гриба с гроздью человеческих глаз на шляпке. Глаза, лишенные зрительных нервов, бессмысленно моргали. Вокруг них колыхался лес белесых ресничек. Воительница тяжело ворочалась и постанывала, не понимая, что с ней происходит. Гриб, как сообщила Стигмате его субличность, в биолабораториях 'Старбайта' назывался мета-антенной. От него в голову Воительницы уходил жгут нейронов, за ночь опутавших некоторые отделы мозга.

ДНК-баллиста - персональное оружие, ее снаряды настраиваются под конкретного пользователя. Теперь Воительница стала рабом Стигматы и не могла не слушаться его приказов.

Воспользовавшись этим, Стигмата покинул место заключения. В длинном кольцевом коридоре, идущем через все тело зомби-звездолета, он уселся на широкую спину бывшей охранницы и приказал ей идти к одному из автономных модулей, по дороге не позволяя никому причинить себе вред. Воительница побежала, и за поворотом наткнулась на двух молодых сестер, недавно покинувших сумку на подбрюшье матки. Произошла короткая кровавая стычка, вибромеч Воительницы легко рассекал мягкий хитин молодиц. Уже на подходе к шлюзам путь преградили трое партеноработниц низкого статуса, и прежде чем Воительница разделалась с ними, одна из работниц ранила ее в шею соническим ножом, сумев просунуть нанокристалл лезвия в щель между плитами хитина. Оставив позади гору издыхающих тел, перегородившую коридор, Стигмата вбежал в спасательный модуль - аксолотль-переросток почти двухметровой длины, висевший на боку мертвого звездолета - и покинул враждебную территорию.

Нанятые нарко-клонами Воительницы преследовали его, но не догнали. Субличность помогла Стигмате пробраться сквозь километры разлагающейся на солнечном ветру плоти - космическое кладбище гриал, - избежать встречи с муравьями-легионерами. Эти бывшие паразиты живых звездолетов, обитающие теперь в астероидах-муравейниках, иногда совершают набеги на корабли и растаскивают на мириады крошечных частей, которые уволакивают в свои муравейники.

И вот, наконец, впереди возник спутник-лаборатория, окруженный броней из льда. Лед защищал его от космического излучения, а внутри находились коннект-врата Вычислительного Облака Гелиотон. Умирающий от гангрены аксолотль, бока которого были покусаны легионерами, пролетел сквозь извилистый ледяной коридор в ядро спутника, где закрепился в фиксаторах коннект-врат, после чего Стигмата проник в пепельные дебри Гелиотона.


8. ТЕОСТАНЦИЯ

Притаившаяся в центре Резервного Пространства теостанция Соляр напоминала бублик - тор из серебристого металла. По сведениям субличности внутри находился второй тор, где и поселился Старец-2, а между стенками раскинулась глеевая полость, обиталище пикасов.

Облетев станцию, Стигмата отыскал внешний шлюз, который привел его в мир глея.

Это вещество сродни тому, что наполняет либрационные чаны, им можно дышать, можно плавать в нем. Стигмата сел в инсектомодуль и направился к стенке внутреннего тора сквозь светящиеся сгусточки активированного глея, плавающие в темной толще пассивной субстанции. По дороге, развалившись на мягком розовом языке-кресле, путешественник наблюдал за жизнью вязкого мира. В потоках исполинской конвекции плавали пикасы-кукушки и глеевые жуки. Взрослые пикасы - нечто среднее между рыбами и насекомыми, на боках их растут перепончатые плавники к брюху прижаты ножки, как у саранчи. Стигмата заметил, что к спинке одного жука прилипла гроздь личинок - больших, полупрозрачных, мягких, - и в них виднеются темные паразиты, отложенные пикасами внутрь чужого потомства. Личинки-паразиты ползали по светлым просторам своих жертв, проедая каналы внутри их мягкой пузырчатой плоти.

Через тамбур Стигмата проник во внутренний тор, и перед ним раскинулся кольцевой мир: огромная Река впереди и сзади полого загибалась, уходя за горизонт высоко над головой; по сторонам от нее лежали долины и холмы, а еще дальше стенки тора вздымались к выгнутому наружу небу, с которого свисали изогнутые исполины Городов-Крючьев.

По сведениям субличности, единственный путь к Старцу-2, притаившемуся за небом в центре внутреннего тора, лежал через один из этих городов.


9. ВНУТРЕННИЕ ПЛЕМЕНА

Споря с субличностью о строении Соляра, Стигмата углем нарисовал на лежащем в траве плоском камне свою версию схемы кольцевого мира, и тут из-за кустов появились высокие красивые люди в набедренных повязках, с копьями. Они собрались убить путешественника, но увидели рисунок и потрясенно замерли. Позже выяснилось, что джеримайя (так звалось это племя) умение изображать что-либо на камне или коже почитали за священное искусство, удел избранных.

Они привели путешественника в дом-город, где обитало племя, и около года держали в плену, не позволяя покидать свою территорию.

Быстро изучив местный язык, Стигмата узнал, что люди эти воспринимали течение великой кольцевой Реки как течение времени; святилища свои они строили на запрудах и каналах - ответвлениях Реки с почти стоячей водой, выполнявших функцию 'консерваторов' времени.

Каждое действие джеримайя - поедание пищи, совокупление, охота - являлось одновременно рефлексом - и ритуалом во славу Богомира - то есть вся их жизнь, любая последовательность связанных причинно-следственными цепями поступков была, в полном смысле этого, целиком посвящена Всевышнему. Свои тела джеримайя так же понимали как принадлежащие Богомиру. Индивидуальность пугала их, и они старались во всем быть подобными друг другу, а когда один в повседневной жизни случайно совершал что-то необычное, индивидуальное, выделяющееся из общинного фона, то поспешно как бы приседал, вжимался обратно, спеша слиться с племенем.

Сначала его держали связанным, затем поселили в центре дома-города. Во время прогулок он обнаружил, что вдоль берегов Соляра высятся растения, напоминающие огромные капустные качаны. Субличность назвала их гранулярами. Они производили кислород, наполняющий внутренний тор Соляра - рядом с ними воздух казался свежее. А еще они поедали людей, захваченных в плен врагов племени или самих джеримайя во время частых жертвоприношений. Джеримайя считали грануляры душами предков, а кислород, который те производили, живительным духом иного мира. Души умерших требуют плоти живых, и в обмен за нее дают шамас, то есть газ жизни. Святилища джериймайя всегда стояли рядом с большими зарослями грануляров, и это клубни, а не люди, являлись истинными хозяевами территории.

Джеримайя полагали, что обитают в теле Змея и являются ядом, скверной, отравившей Его. Добиться, чтобы именно тебя принесли в жертву, было для них счастьем, однако совершить суицид всем племенем нельзя - какое-то количество яда в теле Богомира все же должно остаться, ведь он суть Змей. Вынужденная жизнь ради поддержания естества Бога - трагедия для человека, и все существование джеримайя пронизывала крайняя витафобия: боязнь жизни, страх перед ней. Воля к смерти - единственное, что поддерживало их существование.

Из различных намеков Стигмата понял, что периодически, во время каких-то потрясений или затянувшихся войн с соседями, на племя нападают летающие существа из Городов-Крючьев - джеримайя считали их ангелами, посланцами Богомира, и одновременно Его подвижными внутренними органами.

Жертвоприношения происходили каждый день. Стигмату они поначалу пугали - он видел лишь цепь бессмысленных, изощренных, намеренно кровавых убийств, - но для племени являлись концентрацией бытия, преисполненным глубокой осмысленности действом. Жертвоприношения были искупительным ритуалом, но совершаемым не для заглаживания каких-то конкретных грехов, нет, грехом было уже само существование племени в мире Соляра, ведь имплантированная в ДНК религия навязала им раболепство и самоуничижение - эти от природы высокие, красивые, любознательные и сильные люди полагали себя нечестивой человеческой грязью, замутнившей выгнутые брега Богомира. Когда впервые Стигмата увидел, что происходит в священной роще грануляров у подножия дома-города, он едва не лишился чувств. Кровавый ритуал озарял сакральную сторону вещей, невидимую в обыденности, он подобно багровому лучу прожектора высвечивал иной смысл мира, открывая в явлениях, событиях и предметов скрытую грань - языческую, жертвенную их суть.

Однажды верховный жрец, кривоногий карлик-толстяк с вырезанными глазами, которые он носил в стеклянных колбочках, закрепленных на браслете, поведал Стигмате историю появления их мира, в которой причудливо сплелось истинное и мифическое. По словам жреца, в теле Богини, матери-Земли, жили два сознания, два полушария ее мозга. Сначала они существовали мирно, но затем поссорились и стали сражаться друг с другом. Одно сознание после длительного сражения уничтожило другое, однако, укушенное им, и само погибло, хотя перед смертью успело родить сына - Змея, которому передалась не только мудрость матери-богородицы, но и часть яда из ее организма. От боли Змей стал содрогаться, скрутился кольцом и укусил сам себя за хвост, вцепился в него - так и возник Соляр. Люди и есть комки того яда, то есть они виновны перед Богомиром хотя бы уже тем, что вообще существуют.

Как-то, сидя на холме у стены города, Стигмата вступил в спор со своей субличностью. Гляди, у них есть даже письменность, говорил он, есть фиксация легенд - литература - есть подобие экономики, есть архитектура, религия, политика, брачные отношения... все уже появилось - но ничего этого нет, потому что ничего не осознается, как отдельный институт, все слеплено в какой-то аморфный ком общеплеменного существования. А их самоосознание? Только представь себе это! Есть что-то, что живет. Оно действует, но осознает себя с трудом - лишь как скверну, загрязняющую плоть бога. Понимаешь? Вот мы - мы полностью самосознанны. Разве что во сне... да нет, и во сне 'я', как правило, присутствует. Всю жизнь мы ощущаем себя как сгусток, сформированное, плотное облако сознания, которое что-то делает, чувствует, реагирует... это облако и есть мы. А они... трудно нам представить их психику. Личное сознание уже есть, какой-то психический сгусток-эго образовался - но на границах он сильно размыт, разряжен, неотличим от мира, перетекает в него... Они очень легко - собственно, при любом активном действии - превращаются в этой действие, полностью сливаются с ним, отождествляются, теряя то понимание себя, которое мы несем через всю жизнь - не думают 'я делаю то-то', но целиком становятся ритуалом, рыбной ловлей или охотой, забывая КТО именно ловит или охотится. 'Я' рассасывается, сливается с действительностью.

Что же, в таком случае пора действовать, ответил Стигмата-2. Тебе удастся подчинить их.


10. ДЕТИ ПОТЕМОК ПРОЧЬ ИЗ ПОТЕМОК

Собрав группу молодежи, Стигмата прочел длинную проповедь о том, что Богомир может найти в себе силы разжать пасть и распрямиться, породив новый, прямой, правильный мир. Классическая доктрина зиждилась на другом: Богомир окончательно дожрет сам себя, наступит 'тесный мрак', мир свернется в точку, а после - в ничто и сгинет, людям же следует приближать конец света, совершая регулярные жертвоприношения. Трудно было джеримайя постигнуть новую доктрину, ведь религия была прочна запаяна в ДНК-кармане и проникала в их сознания с самого рождения, но у Стигматы получилось завладеть вниманием молодежи, психически более гибкой, чем взрослые. Он понимал, что не может полностью изменить генетическую веру, и потому утверждал лишь, что никакие жертвоприношения не нужны, так как люди-яд, порождая в теле Богомира болезненные колики, заставят его быстрее изменить существующее положение вещей и распрямиться. Чем больше людей - тем быстрее это произойдет. Давайте заниматься любовью, а не жертвоприношениями.

У Стигматы появились сторонники. Каста жрецов приказала воинам уничтожить их. Последователи новой доктрины, скандируя: 'Дети потемок, прочь из потемок' атаковали жрецов и перебили их.

Стигмата стал вождем. Он полагал, что более-менее разобрался в строении этого мира, понял роль Ангелов, и потому прочел перед племенем, собравшимся после кровавого жертвоприношения, когда в роще грануляров были зарезаны все жрецы, длинную речь. Стигмата объявил, что необходимо сделать большую плотину - тромб, который остановит течение Реки. Тогда время остановится и Богомир распрямится.

Следуя указаниям нового главы, племя взялось за дело. Преградив Реку (целиком это сделать было, конечно, нельзя, но она существенно разлилась), они спровоцировали визит Ангелов, которые, как давно понял Стигмата, следили за спокойствием на берегах и прилетали, если одно из племен затевало нечто, нарушающее тишину.

Спустившиеся с выгнутого неба Ангелы схватили Стигмату и понесли вверх.


11. ГОРОД-КРЮК

Люди-насекомые, или инсекторы, как окрестила их субличность, вознесли Стигмату к оконечности Города-Крюка, который оказался огромным живым телом, безглазым, почти неподвижным организмом наподобие плотного слизня с кожистой поверхность, прилипшим к металлическому небу Соляра. Летающие люди поедали вырабатываемое им масло и кормили Город телами врагов.

Богиней инсекторов была Матка, обитающая в центре Города. По извилистым коридорам, протянувшимся сквозь дышащую теплом коричневую плоть, Стигмату доставили в пещеру Богини - огромного рыхлого гриба с бесчисленными корешками, что белесыми нитями уходили в пол и стены пещеры. На покатой, с обвисшими бархатистыми краями, испещренной язвами и прыщами шляпке гриба вздувались и опадали пузыри, похожие на гнойники. Иногда один лопался, и к своду устремлялся клуб дымного света. Гриб одновременно был маткой инсекторов и мозгом Города, соединенный со всей его огромной массой мириадами нервных окончаний. Инсекторы окружили Богоматку, пещеру наполнило взволнованное жужжание - они молились. У некоторых начался эпилептический транс, эти особи попадали на пол, неистово извиваясь, ломали крылья, а иногда и конечности. Один подкатился к основанию гриба и прилип к нему. Влажная поверхность вобрала верующего в себя. Воссоединение Богини с адептом произошло быстро: гриб поглотил инсектора меньше чем за минуту, еще некоторое время наружу торчала голова с бессмысленно моргающими глазами, затем исчезла и она.

Стигмату потащили к Богоматке. Субличность кричала от ужаса, пытаясь взять контроль над телом и расшвырять врагов, но ничего не получалось. Пленник дергался, сучил ногами. Мозговой гриб уже готов был принять его в свои коллоидные объятия, когда мягкий свод пещеры разошелся - словно кто-то открыл гигантский карман, вот только 'молнии' не видно. Омываемый волнами гнилостного света, в пещеру спустился карлик со знакомым лицом.

Жужжание инсекторов заполнило пещеру. Карлик, к спине которого был пристегнут канат, широко взмахнул рукой и будто просыпал горсть муки - белое облако опустилось вниз. Там, где оно касалось инсекторов, тела пузырились и опадали, словно брызги серной кислоты попали на пенопласт.

Воспользовавшись суматохой, карлик обхватил пленника за поясницу и поднял наверх. Плиты под ними сомкнулись, и Стигмата понял, что достиг цели долгого путешествия. Покачнувшись, он кое-как выпрямился. Карлик отстегнул фиксатор от своей спины, нажатием кнопки выключил закрепленную на металлической треноге лебедку. Из помещения вели овальные двери, под ним стояли еще два карлика, точные копии спасителя - и наконец Стигмата понял, что у всех у них лица Старца, только маленькие и сморщенные.

- Пойдем, - сказал первый клон, направляясь к двери. - Отец ждет тебя.


12. СТУПЕНЧАТАЯ РЕЛИГИЯ

Старец-2 поджидал гостя в просторном зале. Барельефы на стенах и потолке вызывали смутные ассоциации с одной из эпох прошлого: обнаженные работницы с серпами и работники, сжимающие в мускулистых руках тяжелые молоты, сплетались в сладострастном единении; толпы голых людей со снопами пшеницы в руках шли позади лысоватого старика-гермафродита, простирающего вперед руку; молодые девушки складывали из своих тел фантастические фигуры на огромной мощеной площади перед усеченной пирамидой, с вершины которого за ними наблюдали Мудрые Отцы. Пышные алые ковры гасили звук шагов, везде были древние флаги, гербы и уменьшенные копии монументов прошлого.

В центре зала сидел Старец-2, точная копия Старца из Мембраны.

С самого начала увидев его посреди этой разнузданного языческого великолепия, Стигмата внутренне сжался, посуровев, решил стать рефлекторным автоматом: не на что не реагировать, говорить лишь при необходимости, смотреть, все впитывать - и не откликаться душою.

Старец-2 рассказал Стигмате, что когда-то у него была группа ученых - таких же клонов хозяина Соляра, как и карлики. Хотя карлики рождаются с ущемленным интеллектом, а у семерых ученых Старец стимулировал разум, так что единственным сходством между ними было наполнение ДНК-кармана - и ученые и карлики почитали Старца-2 за живого Бога.

Ни к чему путному это не привело. По словам Старца, быстро впитав из инфосети Соляра все достижения человеческой цивилизации, одни клоны-ученые, которых он назвал Апостолами, занялись созданием Торсионного Колеса Смерти, кручение которого должно уничтожить всех неверующих в Старца, другие стали выращивать некий магический Кристалл Миров, внутри которого должен сформироваться Храм Перехода с Порталом Света, через который они рассчитывали попасть в параллельную вселенную, где религия и вера в Старца-2 заложены в структура мироздания изначально на уровне элементарных частиц и правит Вечноживой Старец; третьи же вообще не могли ничего придумать, парализованные истовой верой в Создателя. Пришлось убить их, сказал Старец-2, пустить в биотопку на протомассу для вот этих вот малышей, - он ткнул загнутым носком туфли с спину карлика, съежившегося у кресла. - Эти хоть и назойливы, но исполнительны и не выдумывают всякую чушь. Плохо то, что Апостолы следили за делами в Соляре, поддерживая ступенчатую религию. Джеримайя веровали в инсекторов, которые верили в своих городских Богоматок, а те веровали в Апостолов, которые веровали в меня... Но теперь иерархия стала расстраиваться, Богоматки обленились и задумались о вещах, про которые им думать не следует.

Тут уж, не взирая на решение молчать и слушать, Стигмата не выдержал и спросил:

- Значит, ваши изыскания провалились?

- Ну что ты! - махнул рукой Старец-2. - Я еще не рассказал тебе про Галеви Таши. Она - тоже мой клон, созданный вместе с Апостолами, но ее я сделал женщиной. И не убил вместе с остальными, так как она не стала заниматься всякой ерундой, лишь попросила доставить ей образцы тканей живого звездолета. И потом она создала Ферму, - произнеся это слово, Старец-2 понизил голос и благоговейно закатил глаза. - Ферма, понимаешь? Это не название - имя. Идем, покажу.

Фермой, как выяснилось, называли Фабрику Информации - или Информационную Ферму - выращенную женским клоном Старца по имени Галеви Таши на основе генетического материала живых звездолетов и людей - гениальному клону удалось совместись два генотипа. Ферма выдавал записи на необычном языке, состоящем из значков, цифр, букв и пиктограмм, соединенных в сложные узоры, этаком усложненном мультилоге. Старец пояснил, что этот язык, разработанный Фермой для коммуникации с людьми, является геноматематикой, объединяющая математику и биологию.

Хозяин представил гостя Галеви Таши, высокой худой женщине неопределенного возраста, к которой относился как к младшей сестре - с любовью и несколько снисходительно, даже насмешливо. Когда Старец ушел, клон стала показывать Стигмате свои владения.


13. ТЕСНЫЙ МРАК

По словам Галеви Таши, ее с рождения мучила одна мысль: человеческий разум не достаточен для того, чтобы постичь те базовые, окончательные законы, на которых зиждется Мироздание. Мы не смогли опуститься 'ниже' теории струн - она оказалась последней после квантовой механики и теории относительности, завершающей в ряду тех, которые еще способен уразуметь даже самый развитый человеческий мозг. Наши погруженные в коллоидную среду нейронные сети просто не способны на большее. Зато они оказались способны вырастить Ферму... и теперь им не остается иного, кроме как быть прислужниками при искусственном Боге.

Так Стигмата понял, что в религиозной иерархии Старца тот не был верховным Богом, но создал еще одного, окончательного Бога, в которого уверовал сам вместе со своими клонами.

Галеви Таши подвела гостя к бронированному окну, покрытому изнутри жирным зеленоватым налетом. За окном открывалась узкая комната, где лежал Ферма, пухлый кольчатый червь размером с человека. От безглазой морды тянулись провода датчиков и сенсоров, рядом был цех сборки и биолаборатория со множеством манипуляторов, которыми Ферма командовал через датчики. По словам ученого клона, в хромосомах Фермы было шесть аминокислотных остатка, а не четыре, как у людей, и еще он видел всей поверхностью своего тела, усеянного фоторецепторами, но в другом диапазоне. Некоторые свои изобретения, в конструкции которых входили металлы, Ферма создавал в цехе, другие - в биолаборатории, третьи выращивал внутри себя, а после как бы рожал, постепенно выдавливая из заднего отдела своего кольчатого тела. Когда Стигмата увидел Ферму впервые, из его бока выпячивался облепленный слизью предмет, напоминающий человеческую руку. Она мелко дрожала.

Стигмату поселили неподалеку от Фермы, и поскольку Старец-2 занимался своими делами, а карлики были молчаливы и пугливы, он большую часть времени проводил с ученым клоном. От нее гость узнал, что Ферма воспринимает свою деятельность по открытию новых законов Вселенной не как занятие наукой, но как искусство; в его сознании, судя по всему, они сплавились в некое 'научное искусство', направление мыследеятельности, которое объединяет два этих подхода к реальности и, собственно говоря, оно же и является жизнью Фермы, то есть для него выявление принципов Мироздания и создание новых технологий - способ физиологического существования, он так 'дышит'. Слияние выражается в том, что для Фермы нет различия между информационной наполненостью сообщения и формой этого сообщения - его научные концепции, на основе которых Ферма после начинает разрабатывать свои технологии, поданы в эстетической форме, которая может вызвать у реципиента духовное переживание. Какое? - спросил Стигмата. - Покажите? Клон дала ему поглядеть семантическую симфонию - светомузыкальный поток вроде того, который исполнял Старец-1 на крыше Мембраны. Стало ясно, что Старец лишь жалкий эпигон. Слушая симфонию Фермы под названием 'Перекличка Звезд в начале Эры Космогенеза', выражающую сложную научную гипотезу возникновения космических войдов, Стигмата увидел завораживающие картины прошлого и будущего. По мнению клона, тот факт, что мы не слышим послания других цивилизаций, связан с тем, что это не научные послания, но культурнонаучные, их форма не менее важна, чем смысл. Смысл мы не можем расшифровать, а форму принимаем за естественные космические сигналы.

Показала Галеви Таши и оружейные разработки Фермы. Недавно он спроектировал солнечный детонатор, по этому проекту к нашей звезде следовало отправить особый модуль, который спровоцирует выброс сверхмощного эруптивного протуберанца. Если все рассчитать правильно, то протуберанец достигнет определенного участка орбиты в тот момент, когда цель будет проходить по нему, и превратит выбранную для уничтожения планету в прожженный до самого ядра ком шлака, в подобие печеной картофели с обугленной черной корочкой.

Наблюдая за отношением Галеви Таши к Ферме, Стигмата спросил, верит ли она в Бога. Она - ученый, понимающий, как что происходит, свидетель того, как наука постигает мироздание и порождает технологии? Конечно! - вскричала клон удивленно. Сама наука, ее строй и подтверждает, что Бог есть. - Как, почему? - удивился Стигмата. Отсутствие чудес и является чудом! - сказала Галеви. - То, как наука шаг за шагом постигает Мироздание, разбивая его на части и двигаясь по ним, как по ступеням, то, что возможен алгоритм постижения - ведь мы ни разу не столкнулись с ситуацией, когда для постижения какой-то частности необходимо знание всего целиком, нет, мы идем по частностям все выше и выше - эта познаваемость сложной структуры Вселенной даже нашими сверхскромными силами, без сомнения, есть чудо, подарок Бога, милость Божья к детям своим! Ведь можно вообразить другую Вселенную с фундаментальными законами, не обладающими свойством, которое в математике называется алгоритмической сжимаемостью. В ней было бы невозможно выделить и исследовать какую-либо часть без понимания целого. Тогда научное познание мира, - Галеви Таши повысила голос, - выделение частей из целого, их абстрагирование и движение к абсолютной истине путем последовательных приближений - перестало бы работать. Такую Вселенную можно было бы познать только всю разом, путем невозможного глобального 'озарения'. Но Бог поселил нас именно здесь, в такой Вселенной, которую выстроил по законам алгоритма! - последние слова она почти прокричала в лицо гостя, словно убеждала скорее себя, чем его.

После этого Стигмата некоторое время избегал встреч с клоном, зато ему удалось поговорить со Старцем-2, который изложил свое видение будущего человечества. Сначала сливались государства, сказал он, теперь и люди должны слиться - это естественный процесс. Вопрос о том, как может выглядеть само пост-человеческое общество, требует отдельного обсуждения. Современный человек слишком опасен для той технократической цивилизации, которую он сам же и создал. Причина в его эгоцентризме и ограниченном природными параметрами интеллекте, который подвержен к тому же еще и психическим отклонениям. Общество видоизмененных людей должно стать глобальным человейником, где сохраняется подобие индивидуальности, но исключается асоциальное поведение. Постпостлюди будут повязаны в одну систему сетью, управляемой искусственным суперинтеллектом, где каждый будет относительно свободен, но при этом - на коротком поводке. Такой Маткой, царицей человейника станет Ферма, а вера в Него будет тем стержнем, что объединит человечество. Коллективный разум цивилизации на основе религии? - удивился Стигмата. - Зиждущийся не на культуре, страсти к познанию и общности физиологии - но лишь на общей вере? Не 'лишь', - возразил Старец, - общность будет основываться на религии, включающей в себя все, тобой перечисленное, как элементы системы, которая становится не простой совокупностью этих элементов, но чем-то большим за счет многочисленных взаимосвязям внутри них. С этим все ясно, вопрос в другом: что делать дальше объединившемуся человечеству? Как заставить энергию миллиардов умов течь в едином ритме, не входя в саморазрушительный резонанс? Куда и как прикажешь сбрасывать фрустрацию, нервное напряжение нереализованной агрессивности? Старинным рецептом является общий враг... но где его взять? А если нет общего врага, тогда - общее дело. И делом таким может стать освоение глубокого космоса, освоение Универсума, а за ним и всего Мультиверсума.

Вскоре Стигмата вновь встретился с ученым клоном и спросил, заглядывая в обиталище Фермы сквозь залепленное зеленым жиром стекло:

- Вселенная должна быть переполнена разумными и следами их деятельности. Но она молчит, мы никого не видим и не слышим - почему?

- Я задала этот вопрос Ферме, - сказала ученый клон. - Он думал долго. Что-то считал, затребовал у меня данные с аппаратов 'в одни конец' - тех, что сейчас летят в поясе койпероидов и мимо Седны, на неделю загрузил четверть центрального процессора Соляра... Потом сказал: вселенная была создана.

- Создана?! - поразился Стигмата. - Значит... значит, все же Бог? Создатель?

- Нет, по мнению Фермы это что-то вроде самовоспроизведения Разума. Он доходит до состояния всеведения и всемогущества, а кроме того, заполняет собою весь объем Мироздания. В таком состоянии ему нечего исследовать, нечего желать, нечем заняться. Единственное дело для него - создание виртуальных миров, Мирозданий с различной физикой, чтобы испытывать разнообразные приключения внутри них, развивать всевозможные сценарии. При его могуществе виртуальный мир ничем не отличается от реального... кроме осознавания того, что он виртуален. Рано или поздно это начинает тяготить. Тогда Разум делает следующий шаг: создает новое физическое пространство - куколку, вращающуюся сферу, в которой взаимное притяжение всех входящих в нее тел равно энергии их общей массы, сферу Большого Равновесия, и с такими условиями, что в какой-то момент в ней могла зародиться жизнь. По мнению Фермы, условия подобраны так, чтобы в каждый момент времени жизнь могла появиться лишь в одной точке Вселенной. Дальше жизнь эта либо гибнет в космической катастрофе - что, однако, происходит редко - либо, что куда более распространенный вариант, самоуничтожается, либо замирает. Все это длится и длится... пока какой-нибудь цивилизации не удается пройти между Сциллой и Харибдой разрушительного военно-технологического прогресса и бесконечного застоя, когда она навсегда закукливается в вялом самосозерцании на своей планете; удается выйти в космос, разрастись, построить галактическую, потом метагалактическую цивилизацию... Происходит слияние индивидуальных сознаний в единое, которое сливается с самой материей Мироздания и, по сути, само становится Мирозданием... тем самым всесильным всезнающим Разумом, который, прейдя к тому, что ему больше нечем заняться, кроме как ради собственного развлечения выстраивать бесконечные виртуальные миры, строит в конце концов и реальное Мироздание - с такими условиями, чтобы когда-нибудь там зародилась жизнь...

- Но для чего это ему?

- Для того, чтобы жить дальше. Чтобы меняться - ведь каждый последующий разум формируется по-своему, на другой основе, в других космологических условиях. Наши создатели - вернее, наш создатель - вовсе необязательно белковый, а равно кремниевый или плазмоидный. Вселенная, откуда он - или, вернее, которой он теперь является - может состоять совсем из другого набора веществ, скрепленных другими законами, веществ, для которых у нас нет названия, которые для нас непредставимы.

- Но почему именно реальный? Почему наша вселенная не может быть виртуальным созданием этого разума, а мы - просто очередным из его бесчисленных приключений, глобальным скриптом, метасном, лекарством от скуки пролонгированного действия?

- Может, вселенная и сон. Но я не любитель эскапизма - просто потому, что так неинтересно. Кроме того, если она - сон, то покинуть его мы, дети этого сна, его неотъемлемая часть, не можем. Если же вселенная создана, но не просто помысленна, - есть возможность покинуть ее и увидеть то, что снаружи. Полагаю, Вселенная не полностью замкнута, в ее структуре присутствует минимум одна червоточина - 'горлышко колбы', через которое можно проникнуть во внешнюю Метавселенную, где наша - всего лишь точка, безмассовая элементарная частица. Эта червоточина и есть Бог.

- Я не понимаю этого, - признал Стигмата, завороженный открывшейся перед внутренним взором картиной исполинской вереницы миром. - Но я заворожен открывшейся перед внутренним взором картиной исполинской вереницы миров.

- Это еще что! - возразил Старец. - Ты подумай о другом. До победы глобализации культуры развивались, будто животные в экосистеме. Первобытные люди занимали нишу в пищевой пирамиде, а ведь в ней царит взаимоподдержка через смерть: волки едят лосей, те едят траву, если они съедят ее слишком много, то с нехваткой пищи начнут слабеть и волкам будет легче догнать их, но тогда им будет не хватать еды, волки начнут вымирать и будут меньше есть лосей, которых станет больше... Однако человек поднялся над этой системой и сам стал управлять ею. И что? Он принялся воевать сам с собой, естественный отбор перешел на другой уровень: война культур. Такой естественный отбор культур способствовал их прогрессу, 'отбирая' наиболее здоровые и приспособленные. Увы, была допущена ошибка: культурам не следовало унифицироваться полностью - ибо не с кем стало бороться. Еще некоторое время унифицированная планетарная культура держалась за счет внутреннего бурления, затем энтропия победила. Но Цивилизация - неравновесная система, она не может прибывать в покое, ибо тогда сваливается внутрь самой себя и, погребенная под своими обломками, гниет, умирая. Нет, ей необходимо экстенсивное развитие... Что дальше? Космос.

- Но дело не только в нем, - продолжала Галеви Таши. - По-старому мы жить все равно не можем. Ты знаешь, что каждое следующее поколение людей болезненнее предыдущего? Ведь мы сломали механизм естественного отбора - стараниями медицины выживают те, кто выживать не должен. Генетические нарушение накапливаются в генофонде, из поколения в поколения больных все больше, дети все хуже приспособлены к выживанию, но и медицина продолжает улучшаться. К чему это ведет? Попробуй reductio ad absurdum, доведи ситуацию до абсурда: через десять поколений каждый вновь рожденный ребенок болен всеми известными болезнями, и с первой минуты рождения до самой его смерти всесильная медицина беспрерывно занимается его лечением. Дикость? Но мы идем к этому - хотя дойти до такого, конечно, не можем. Что-то должно произойти, что сломает тенденцию: глобальная война, пандемия, циклопическое наводнение... рождение Фермы и объединение человечества под сенью его.

- Чтобы распространиться по космосу, вы решили сделать всех одинаковыми? - спросил Стигмата. - Но это же глупо. Вы не знаете, с чем столкнетесь в космосе. Чтобы справиться с его разнообразием надо усилить собственное разнообразие. Человечество должно быть разнообразным... даже избыточно разнообразным, дабы совладать с многообразием Вселенной.

- Вселенная изоморфна, - возразил карлик.

- Но только в больших масштабах - а люди, прежде чем достичь их, будут иметь дело с меньшими размерностями.

- Ты не понимаешь! - закричал Старец. - Опять не понимаешь! Разнообразие будет - но разнообразие, возникающее на более высоком уровне, чем различие между склонностями, характером, поведением личностей. Всевозможные паттерны будут порождаться на уровне взаимодействия тысяч личностей внутри человейника, на уровне глобальных нейросетей, единицами которых служат не нейроны, но сознания!

- Современные люди недостойны космоса. Те, которые станут достойны его, уже не будут людьми. Груз, полученный нами от предков, сама наша натура не позволит нам двигаться дальше. Значит - надо менять натуру. И что же хочешь ты, Стигмата? Откат, топтание на месте, милосердное прозябание? Мы хотим создать пусть бесчеловечное - но движение вперед, хотим увести людей в бесконечность, сделав так, чтобы они перестали быть людьми, направить их в нескончаемый путь по оси времени, а ты? Отказ от истории, вечное возвращение к рождению и смертям, гнили органического земного существования? Тоже бесконечность - но дурная, мертвая, бесконечность бега по кругу? Вечное средневековье!

- Нет, - сказал Стигмата. - Ты хотите изменить человеческую природу. Но ты меняете ее не туда.

- Не туда? - зашипел карлик. - Не туда! А ты знаешь - куда?! Ты ведаешь путь? Так ты - Бог?

- Нет, я...

- Тогда откуда знаешь, что прав? Или люди просили тебя что-то менять? Те, на планете? Ведь большинству из них нравилась эта жизнь, их устраивало, когда Большой Брат смотрит с орбиты... А ты считаешь, что так жить нельзя? Но откуда ты знаешь? Почему решил за них? Ведь они не просили... выходит, для тебя люди - как бараны, овцы, а ты пастух, вольный направлять их, куда счел нужным?

- Нет, это для вас они как бараны. Вы хотите отравить их религиозным вирусом...

- Отравить? А может осчастливить? - уже спокойнее продолжала клон. - Различия виртуала и реала - проблема статуса, но не бытия. Утопия и антиутопия - суть одно и то же, вопрос лишь в точке зрения.

Старец не успел договорить: субличность взяла контроль над телом Стигмата, подняла правую руку и выстрелил облачком цианида из указательного пальца. Старец вскрикнул, захрипев, упал. Со всех сторон карлики-клоны бросились к нему.

- Что ты наделал?! - закричала Галеви Таши. - Ты убил себя! Ведь он - это ты через много лет!

Старец стал опухать, голова его раздулась, черепная кость потекла - он умер через несколько мгновений, и как только стихло сиплое дыхание, слабо клокочущее в набухлой груди, как только угасли побелевшие глаза, карлики налетели на Стигмату.

- Твоя субличность - лишь твое подсознание! - кричала ученая вслед ему, убегающему от преследователей. - Они - твои дети, а я вторая твоя половина! Ты убил себя, убил себя!

Стигмата успел сделать лишь несколько шагов, когда коридор дрогнул, и он упал на пол. Вслед за ним попадали клоны. Коридор гнулся, как огромная змея, стены сжимались - изгибался весь Соляр. Карлики ползли, обратив к беглецу крошечные сморщенные лица, лица Старца... и лицо Стигматы, как он внезапно понял. Крича от ужаса, он полз прочь, а клоны догоняли. Коридор извивался, цепкие ручки схватили Стигмату за щиколотки, когда мир скрутился жгутом, стены и потолок, ставшие липкими и влажными, сошлись - и стал тесный мрак.

- Блаженный Стигмата! - саркастически сказало его подсознание из тьмы. - Только один вдох отделяет тебя от смерти. Что ты будешь делать со своим жалким мгновением?

- Я проживу его, - подумал Стигмата. - А для чего еще существуют мгновения?

Воздуха не было, он задыхался в вязкой тьме. Но вот лучик света пробился сквозь нее - многоцветного, удивительного света. Мир, сожрав себя, прошел сквозь червоточину и развернулся в новые измерения. Стигмата вытянул руку, ощутил под ладонью липкую влажную поверхность. Рука мелко задрожала. Рывок, еще один... и он выбрался из мягкого кольчатого тела. Стигмата встал. Крупные комья слизи сползали с него, как мокрый снег по стеклу. Он покачнулся, моргая, похлопал себя по бокам, зажмурился, замер ненадолго, потом огляделся. Странная картина открылась ему. Странная и интересная. Кинув взгляд через плечо, Стигмата увидел мертвого Ферму. Тогда он отряхнул с ног своих остатки слизи и отправился в путь.