# Счастливые Земли

Юрий Погуляй

СЧАСТЛИВЫЕ ЗЕМЛИ


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ


Пролог


Мы - Зло. Мы - страх детей и ужас женщин. Мы - кошмары мужчин. В наших глазах нет ничего, кроме вселенской обиды. Там нет даже жажды крови, лишь безмолвная пустота мрака. Нам чужда жалость. Мы - Зло.

С нашими именами связаны сгоревшие города и тысячи убитых. Рядом с нашими знаменами, словно рабыня плетется Смерть. Мы уже не помним, что такое смех. Любой... Даже издевательский. На наших сапогах налипшая грязь, в которую превратилась дорожная пыль, что мы смешали с кровью врагов. Мы - Зло.

Наши клинки привычно забирают чужие жизни. Наши доспехи сотни раз встречали вражескую сталь, но они по-прежнему верно служат нам. На наших щитах кровавое око. Око боли. Сквозь прорези в помятых шлемах нам виден этот мир в наилучшем ракурсе. В ракурсе боя. Мы - Зло.

У нас нет жизни - есть лишь существование... И есть дороги. Дороги, по которым мы маршируем одной литой колонной. Стальной змеей, разрушающей все на своем пути. Острием меча в пока еще живой плоти мира. Мы - Зло.

Мы непобедимы. Каждое сражение неминуемо заканчивается нашей победой. Она не приносит радости и утешения. Она не приносит ничего... Мы - Зло.

Мы шагаем по дорогам мимо скорчившихся в агонии лесов, мимо дымящихся пожарищ, мимо заполненных трупным ядом рек. Мы кара этого мира. Мы его награда. То, что он заслужил... Мы его дети, рабы дорог. Мы не знаем, куда придем завтра, и мы не помним, откуда ушли. У нас нет дома... Мы - Зло.

На редких привалах мы замираем и смотрим в темное небо, не обращая внимания на стоящих рядом. Мы даже не знаем, как зовут тех, кто прикрывает нас во время боя. Так же, как не знаем имен бойцов, кому сами защищаем спину. Нам это безразлично. Мы - Зло.

А иногда мы оглядываемся и замечаем друг друга. Лишь когда Тьма царит над миром, мы понимаем, что души наши все еще живы. Лишь тогда мы осознаем, ЧТО мы делаем, лишь тогда пытаемся понять ЗАЧЕМ. Нас гнетет мысль, что мы - Зло.

Но, отбрасывая все мысли, вновь двигаемся в путь. У нас нет выбора. У нас его и не было. Но каждый боец ждет, когда найдется сила, способная нас остановить. Когда найдется Добро. И если на встречу выходит

вражеская колонна, мы молча, без клича, но с надеждой идем в бой. Так же, как и они... И побеждаем... Мы - Зло.

Иногда нам кажется, что Добра, как такового, нет. Иногда нам кажется, будто те колонны, что встречаются нам на дорогах, ничем не отличаются от нашей. Просто им больше везет. Иногда нас посещают мысли, от которых хочется выть. Неужели мы и есть Добро?

Наш путь долог, как вечность, и для каждого начался по-своему, пока не вывел на дорогу, где шла колонна. С тех пор путь колонны - его путь. И сойти с него значит - умереть. Хотя неизвестно, что хуже... Мы - Зло. Мы - единое целое. Мы звенья одной гигантской цепи и никому не под силу разорвать ее. Даже нам самим.

Порой нам хочется, чтобы колонна оказалась нашим ночным кошмаром. Порой нам хочется услышать в свой адрес что-то ласковое... Хорошее... Отголоски прошлого... Эхо пустых желаний. Ибо мы - Зло. Мы стали им каждый по своей причине, но одно у нас общее. То, что и привело нас в колонну. Неудовлетворенная жажда Добра в мире Безразличия. Неспособность дать его окружающим и желание непременно получить самим. Глупость? Поэтому мы - Зло.

Поэтому наши клинки пьют кровь врагов. В каждом противнике мы видим себя. Мы мстим... Мы мстим за себя и себе. Мы колонна... Мы зло... Наш путь долог, как вечность, но мы ждем его окончания. Каждый из нас помнит ту небольшую деревушку. Помнит стоящих на дороге улыбающихся женщин и детей, помнит румяный хлеб в руках

встречающих. Каждый помнит, как колонна, не сбавляя ход, шла прямо на них. Каждый помнит, как первые ряды неожиданно развернулись, и река стали и смерти обогнула стоящих людей, никого даже не задев. Каждый из нас надеется, что когда-нибудь мы увидим еще одну такую же деревню... Но пока мы идем. И наш путь еще не закончен.


Глава 1


-Жабы идут! - радостно завопил белобрысый сын кожевника. Звонкий голос мальчугана летним ветерком пронесся над площадью. Парнишка, вцепившись в сырые деревянные перила смотровой вышки, счастливо улыбался и с детской гордостью глядел на оживившихся внизу взрослых.

-Жабы идут! - вновь выкрикнул он и указал на восточную гать.

-Ну, помоги нам дух Трясины, - под нос буркнул старый Тевт. На сей раз Теневые Жабы задержались на несколько дней. Жители Болотного Зуба начали волноваться еще вчера. Обычно искателям хватало пары суток, чтобы достичь Зловещих Мест и вернуться.

С трудом сдерживая шаг, дряхлеющий начальник стражи направился к восточным воротам города. Тевт любил ребят и за каждого переживал, как за собственного сына (который недавно сам надел темно-зеленый плащ искателя).

За мужчиной потянулась толпа ожидающих. Над площадью повис возбужденный гул. Каждый горожанин хотел как можно быстрее узнать, что нынче принесли в Болотный Зуб ловкие поисковики.

Затрещали покрытые мхом ворота, заскрипел под ногами Жаб настил через ров. Ни звука не раздалось со стороны изумленных жителей. Город замер.

Первыми шли Жабы. Пятеро молодых искателей. Тевт с облегчением увидел среди них улыбающегося сына. Слава духу! Жив Диганушка...

В следующий миг сердце начальника стражи екнуло. За ребятами... За спинами поисковиков маячили шестеро солдат. Пять щитников и один алебардист. На щитах незнакомцев красовалось плачущее кровью око.

-Проклятые... - прошептал кто-то за спиной Тевта. Стражники торопливо взяли нежданных гостей на прицел. Воздух зазвенел, словно туго натянутая тетива луков.

-Стойте! - услышал свой голос Тевт.

Диган успокаивающе поднял руки и смущенно улыбнулся:

-Па...

-Стойте! - громче повторил старик.

-Стоим, - кивнул молодой, полноватый мужчина и оперся на алебарду. Столь наивного, почти детского выражения лица в городе давно не видели. Чужеземцы послушно замерли.

-Отец, они не проклятые, - торопливо проговорил Диган.

Горожане с сомнением и опаской посмотрели на щиты пришельцев. Плачущее око... Герб Безумной Колонны...

-Мы не причиним вам вреда, добрые люди, - заговорил алебардист. Казалось, что слова даются ему с трудом.

-Иди туда, откуда пришел, убийца! - крикнул кто-то из горожан.

Воин вздрогнул и попытался отыскать смельчака взглядом. Щитники тем временем подобрались, напряженно поглядывая на луки стражников.

-Люди, они избавились от проклятья! - поднял руки Килун Осока, командир отряда Жаб. Худощавого искателя в городе уважали и потому прислушались.

-Я не раз сталкивался с солдатами Зловещих Мест во время вылазок. Это не они!

-Колонна отпустила нас, - глухо проговорил алебардист. - Мы больше не принадлежим ей...

Тевт молча смотрел на незнакомцев. Добротные железные доспехи, прочные, хоть и потрепанные щиты, ухоженное оружие... И плачущее око.

-Мы не причиним вам вреда, - устало помотал головой воин.

-Не слушайте их! - из толпы пробился Гиден. - Вспомните про Озерный! Эти твари оставили от него только угли! Я был там! Я видел!

Толпа загудела. Озерный помнили все. Единственное поселение в округе, кроме Болотного Зуба. Деревня, сожженная Безумной Колонной. Непонятно, как солдаты вышли на затерянный остров, окруженный множеством небольших озер. От Зловещих Земель до него было дня два пути. Но в один ужасный день Проклятые оказались у тихого городка и за несколько часов стерли его с лица Топей. Спаслись единицы...

-Килун, ты привел в наш город смерть! Теперь они знают дорогу сюда! - бесновался бывший искатель.

-Колонна отпустила нас, - вновь подал голос алебардист.

-Как тебя зовут, Проклятый? - обратился к нему Тевт.

Воин открыл было рот, но неожиданно поник.

-Я не знаю своего имени. Они зовут меня Лесорубом, - он указал на щитников.

-Отец, - Диган недоуменно развел руками. - Каждый знает, что Проклятые враги всего живого. Мы встретили их в трех переходах от Дороги Смерти. Они помогли нам отбиться от болотных вепрей...

Тевт поморщился, не сводя глаз с пришельцев, а затем посмотрел на покрасневших от напряжения лучников.

-Не стрелять, - глухо приказал он. Стражники неуверенно переглянулись, но луки опустили.


Возможно, следовало сразу застрелить иноземцев и отдать их тела духу Трясины. Начальник стражи не знал, что его удержало, но когда солдаты под возмущенный гул толпы вошли в город - Тевт испытал странное облегчение. Как будто его жизнь резко изменилась в лучшую сторону.


ГЛАВА 2

Никому не известно, как мир жил раньше. Обрывки преданий, отзвуки легенд. Говорили, что в прежние времена в Кимании было много стран. Гордые королевства, могучие державы... По дорогам скрипели нагруженные караваны торговцев, в придорожных трактирах постоянно собирался разный люд со всех сторон света. В великих городах кипела суетная, но по-своему привлекательная жизнь.

Потом все изменилось. Что случилось, почему рухнуло прежнее бытие - никто не знал. Может, какой-нибудь мудрец обладал крупицами жуткого знания, но где его искать теперь? Началось все, как это обычно происходит, с войн... Сначала сцепились два соседа. Затем вмешался третий, и мир стал меняться. Над равнинами и лесами плыл дым пожарищ, реки переполнялись трупным ядом. Города и деревни исчезали в пасти огня. По Кимании скакали всадники Апокалипсиса. Все живое сходило с ума. Собаки бросались на своих хозяев, друг убивал друга, дети сжигали родителей. Над миром царило Безумие...

В магических книгах есть слова о том, что рано или поздно любой мир гибнет. Что если он слишком стар или опустошен, то настает момент, когда приходит пора стряхнуть с себя тяготящие струпья. Обновиться. Очиститься от скверны. И на помолодевшем теле земли, после войн и проклятий, вновь возродится жизнь.

Многим, кому посчастливилось уцелеть в пучине смерти, было невдомек - закончилась ли пора Безумия. Укрывшись в самых глухих местах Кимании, люди начали все заново. Но в сердце каждого царил страх перед обновленным миром.

Болотный Зуб был одним из поселений, основанных после Эпохи Безумия. Небольшой, обнесенный подгнивающим частоколом островок земли. Затерянный в бескрайних просторах болот городок, живущий по своим законам и не знающий иных. Он создавал небольшой, но безопасный мирок без ужасов, поглотивших землю много лет назад. Эхо тех кошмаров и поныне доносилось до жителей поселения.

Колонна. Одна из бед прошлого. Армия солдат, потерявших свое Я. Потерявших веру, желания. Никто не мог укрыться от них. Избежать лавины мечей, схорониться от тысяч подкованных сапог.

На щитах Проклятых воинов кровью плачет голубой глаз. Кто создал этот герб отчаянья? Кто был первым, вставшим под знамена Безумия? Никто не знает. Остался только символ...

Жители Болотного Зуба о Колонне знали только по рассказам предков. Сумасшедшая армия несет смерть только вдоль дорог, только там, где может пройти. Поэтому к островку вела лишь одна запутанная тропка, теряющаяся во множестве перелесков, пересекающая почти непроходимые трясины. Безумцы не могли добраться до затерянного поселения, но это слабо успокаивало горожан. Особенно после истории с Озерным. Как Проклятые вышли на небольшой городок - не ведал никто

И сейчас шестеро солдат находились в Болотном Зубе... Мало у кого были сомнения в том, что ожидает город в дальнейшем. Однако Тевт впустил незнакомцев.

Воины расположились на окраине, в одном из брошенных домов. Трое сразу же заняли пост у дверей, с опаской поглядывая на проходящих неподалеку горожан. Впрочем, жители Зуба и сами старались не приближаться к дому Проклятых.


-Чем ты думал, Килун? - Лорд был в ярости. Отер, тучный мужчина сорока лет, с блестящей на свету лысиной и дряблыми губами, зло обрушил кулак на стол. - Чем ты думал? Как ты мог привести их сюда?!

-Отер, я знаю свое дело. Я не раз видел Колонну! - попытался защититься искатель. - Проклятые - это не люди. Они ходят по-другому, смотрят иначе. И никогда я не слышал, чтобы они разговаривали, понимаешь?

-Глупости! Ты поставил весь город под угрозу гибели! - раскрасневшийся Лорд Болотного Зуба зло посмотрел на замершего у двери Тевта.

-А ты? Ты мог головою подумать? Надо было убить Проклятых еще у ворот!

-Отер, я не знаю, почему я так поступил. - Начальник стражи пожал плечами. - Я не могу понять... Что-то в них такое... Что-то мешает...

-Они как дети, - заметил искатель. - Пока мы сюда шли, они на все вокруг смотрели так, словно никогда прежде подобного не видели.

-Эти "дети" сожгли Озерный! Вы такой судьбы хотите нашему городу?

-Хватит уже, Отер, - повысил голос Тевт. - Они завтра же уйдут!

-И приведут остальных? Это ты хорошо придумал!

-В конце-концов, что сделано - то сделано. - Тевт пожевал губами и посмотрел за окно, на Западную Топь.

-И все? Это все, что ты можешь сказать? - удивился Отер.

-Нет. Я думаю, с завтрашнего дня нам потребуется поставить на тропе наблюдателей. Если появится армия - надо будет уходить на Запад... В центр Топей.

-Замечательно! Бросить город? Бросить все, что было сделано нами? Нашими предками? И все из-за двух идиотов?

-Они не Проклятые! Они отпущены Колонной! Быть может, это знак миру, что Безумие уходит, Отер! - произнес искатель.

Лорд без сил опустился на лавку.

-Глупо, как же глупо... Тевт, направь к дому, где остановились эти солдаты, всех наших бойцов. Это приказ.

-Отер, ты с ума сошел? У них у всех броня! Это не наши доспехи! Да их панцири и добрый клинок не возьмет! Ты подумай, сколько ребят погибнет! У нас во всем городе с десяток неплохих мечей - остальное мусор, - возмутился Тевт.

-Лучше погибнет десять человек, чем весь город. Сожгите дом, отравите их. Сделайте хоть что-нибудь! Никто из пришельцев не должен уйти живым!

-Отер...

-Это приказ! Вперед! Исполнять!


-Тут давно никто не жил, - повел носом Лесоруб. Воздух пах плесенью и сыростью. Все пространство над огромной печкой было затянуто паутиной, хозяева и строители которой давно уже померли с голоду.

-Угу, - неопределенно буркнул один из щитников. Приятели звали его Рыбаком. Пока они пару дней бродили по лесам, отбившись от Колонны, воин несколько раз обеспечивал отряд рыбой. Светловолосый, молчаливый парень, с хитрыми блестящими глазами, знал о рыбалке все. Он не мог вспомнить свое прошлое, но руки сами мастерили острогу, замирали над поверхностью воды, дабы молниеносно нырнуть в пучину и вернуться назад с трепыхающейся добычей.

-Они попытаются нас убить? - неожиданно проговорил сидящий на лавке здоровяк.

-Думаю - да. Они нас боятся...

-Я бы тоже боялся, - улыбнулся еще один воин. Лет тридцать на вид, крепкий, невысокий. С добродушным выражением лица и живыми, карими глазами. Он, прислонившись к дверному косяку, с живым интересом рассматривал поселок. Ребята звали его Родинкой, из-за пятна на подбородке. - Ты их вооружение видел?

-Да хрен с ним, - фыркнул здоровяк и провел рукой по кучерявым волосам. - Я вот ничего вспомнить не могу. Вообще ничего.

-Мудрому хорошо, у него в голове хоть что-то осталось, - буркнул Рыбак и с завистью покосился в сторону двери. Там, на улице, Мудрый и Фарш лениво прохаживались вдоль дома, внимательно следя за окрестностями.

-Уходить надо, братья, - здоровяк плотно сжал мясистые губы и оглядел товарищей. - На Север, как Мудрый предлагает.

-Да, - кивнул Лесоруб.

-К нам гости, - напряженно произнес Родинка, зашелестел доставаемый из ножен меч.

-Приготовились, - бросил алебардист. Как-то получилось, что он оказался среди солдат главным. Само собою произошло. Никто и не оспаривал его лидерства. - Медведь - ты с Рыбаком и Родинкой дверь заблокируйте, если что.

-Зря паникуешь, их всего двое, - ухмыльнулся Родинка.

-Чужие пришли, - в проеме возник Фарш. Обезображенное шрамами лицо неприятно растянулось в зловещей улыбке:

-Это Диган, а с ним мужик какой-то... Лесоруб, разберись, а?

Медведь нахлобучил шлем и вышел из дома, исподлобья наблюдая за гостями.

Алебардист последовал за солдатом и неуверенно ступил на залитую солнцем улицу. Вдалеке истошно крикнула болотная птица. Неуловимо знакомый звук. Почти родной... Эхо забытого и утерянного детства?..

К хижине шли двое. Диган и пожилой мужчина, последний подслеповато щурился, словно надеясь как можно быстрее разглядеть поджидающих его воинов. На лицах обоих застыла тревога.

-Мило, - заметил это стоящий рядом с Лесорубом Медведь. - Чего стряслось, интересно?

Алебардист не ответил, нахмурившись, он смотрел на приближающихся людей и размышлял. Зря они сунулись в это болото. Надо было отказать тем парням, что сцепились в лесу с одной из местных тварей. Спокойнее бы жилось...

-Привет, Лесоруб, - быстро поприветствовал его Диган. - Это Ливр, один из старых искателей. Он может подсказать дорогу на Север.

-Замечательно, - кивнул алебардист, напряженно глядя на незнакомца.

-Только из города побыстрее уходите, - Диган неожиданно обернулся. - Лорд приложит все силы, чтобы вас убрать.

-Пусть попробует, - широко улыбнулся Медведь. - В крови утопим.

-Верю, - холодно заметил Диган.

-Медведь, помолчи немного, ладно? - поморщился Лесоруб. - Что на Севере?

-Почти ничего. В трех днях пути есть заброшенное селение. Пара домов. От них еще день пути по болотам и будет река. За ней я не был, но вот у берега была дырявая лодка. Возможно, на той стороне что-то есть, - Ливр, прищурившись, окинул алебардиста взглядом водянистых глаз.

-Замечательно, - усмехнулся Лесоруб. - Возможно? Что-то? Обезоруживает... Как добраться до селения?

-Есть тропка, я вам ее покажу. Идите по ней и никуда не сворачивайте. Думаю, удобнее будет, если я на месте все расскажу.

-Кэп, нам пожрать чего принесут? - крикнул от дома Фарш.

-Я бы не советовал, - немедленно отреагировал Диган. - Один шанс из ста, что Лорд не додумается вас отравить.

-Понимаю, - кивнул Лесоруб и с сожалением посмотрел на дом. - Думаю, мы сейчас отправимся. Ждать тут нечего.

-Хорошая мысль, - Диган еще раз обернулся.

-Медведь, пусть наши собираются. Выходим, как только все будут готовы, - алебардист даже не повернул голову к приятелю.

-Понял, - серьезно кивнул тот и, бряцая железом, ушел к дому.

-Вы извините, что так вышло... Кто же знал, - смущенно улыбнулся молодой искатель.

-Стоило знать. Я бы на месте вашего Лорда перестрелял чужих еще в воротах. - Лесоруб мрачно хмыкнул. - Но за помощь спасибо.

-Может, я вас провожу до селения? Я часть дороги хорошо знаю. До Лягушачьего Кладбища.

-Да чего? - фыркнул Проклятый, не веря в услышанное.

-До Лягушачьего Кладбища, - не понял Диган.

-Вы их там хороните, да? - с издевкой поинтересовался алебардист.

-Нет, просто там очень много мертвых лягушек и змей. Все время... - улыбнулся искатель.

-Замечательно... Надеюсь, там только ваши жабы мрут, - заметил Лесоруб и обернулся на хижину. - Как скоро ждать гонцов вашего Лорда?

-В любую минуту, - честно признался Диган.

-Я обожаю ваш город...

-Понимаю... Мы виноваты.

-Сколько лет вашему поселку-то? - Лесоруб отметил, что ребята почти готовы к выходу.

-Больше четырех веков, - с ноткой гордости ответил Ливр.

-И все это время вы прячетесь? - удивился алебардист. - Давно бы ушли с этих мест.

-Куда идти? - горько спросил пожилой искатель. - И зачем?

-На север надо уходить... Там совсем иная жизнь, - к беседующим подошел Мудрый. Седой воин загадочно улыбался.

-Нет севера! - неожиданно зло огрызнулся Ливр.- Вокруг, на много дней пути, одни болота. Лишь на востоке нормальная земля. Но там Зловещие места, там Дорога Смерти, там Колонна!

-Есть, я был там. Я оттуда, с севера, - словно маленькому ребенку пояснил Мудрый. - Там чистая земля. Там настоящие города, а не подобия сел, как у вас. Там нет безумия...

Лесоруб поморщился. За те несколько дней, что они путешествовали вместе - Мудрый его порядком утомил своими воспоминаниями.

-Счастливые земли... Они так и называются - Счастливые Земли, - седовласый, улыбаясь, посмотрел на север. - У меня там осталась жена. И двое сыновей...

Диган и Ливр с открытыми ртами смотрели на солдата.

-Счастливые земли, - повторил Мудрый и словно очнулся, - командир, мы готовы.

-Хорошо, - кивнул Лесоруб и посмотрел на бывалого искателя. - Показывайте свою тропку.


Диган провел отряд самыми безлюдными улочками. Стражники на выходе из Болотного Зуба не посмели ничего сказать, когда шестеро закованных в броню воинов вышли к стене и потребовали их выпустить. Никто не хотел умирать...

Сразу за воротами искатели нырнули в заросли осоки и повели солдат вдоль стены на север. С трудом поспевая за легким юношей и неожиданно шустрым для своих лет мужчиной, латники сквозь зубы проклинали болота.

-Отойдем на пару часов от города - я утоплю это железо в какой-нибудь трясине, - возмущался Рыбак. - Толку от него...

-От доспехов и впрямь лучше избавится... - неожиданно остановился Диган. - Дальше будет гораздо хуже. Утянет на дно Болотный Дух и все...

-Что за дух? - напрягся Рыбак.

-Дух Болот, он оберегает нас от нежеланных гостей.

-Небось и жертвы ему приносите, - хмыкнул Медведь. Ливр ожег его гневным взором, но промолчал.

-А еще город будет по гроб вам благодарен, если вы бронь нам оставите... Искатель, нашедший целый доспех - счастлив несколько лет. Очень редко в город попадают хорошие вещи. В последнее время в Зловещих Местах все меньше умерших Проклятых. Да и приближаться к Дороге Смерти становится все опаснее... - запинаясь, протараторил Диган.

-Скидывайте, - бросил команду Лесоруб и первый начал расстегивать на себе панцирь. Остальные недоверчиво переглянулись.

-Кэп, ты не прав. В бой без железа пусть герои лезут, - заметил Фарш.- Они все равно долго не живут.

-В болота в железе лезут тоже герои. Ну, и самоубийцы, - парировал Лесоруб.

-Шлема оставляйте, - посоветовал Мудрый и тоже принялся разоблачаться.

-Напридумали, в могилу вам кол вогнать... - проворчал Фарш и принялся расстегивать кирасу. - Но стегач я все равно оставлю.

Лязгнули, упав на мох, наручи Родинки.

Стянув с себя стеганый доспех, Лесоруб почувствовал, как ветер прижал сырую от пота рубаху к изнывающему от жары телу.

-Хорошо-то как, мужики, - не сдержался он от распирающего его удовольствия.

-Да, так легче, - мрачно заметил Фарш и поглядел на болото. - Надеюсь, что у вас тут большие и зубастые твари не водятся.

-Здесь нет. Они по краю болота обитают, вдоль Зловещих Земель. Тут только копты, а они совсем безобидные, - поделился Ливр.

-Копты? - переспросил Лесоруб, расстегивая ремни на поножах.

-Здоровые такие твари, с болотную лошадь. Они мхом питаются.

-Болотные лошади? - разогнулся Лесоруб и с улыбкой посмотрел на Ливра.

-Да что вам говорить... - отмахнулся тот.

-Нет, серьезно, я никогда не слышал о болотных лошадях, - развел руками алебардист.

-Еще бы. Ты же Проклятый, - недовольно заметил Ливр.

Лязгнули упавшие поножи Мудрого.

-Что, прямо тут и оставим все? - посмотрел на груду доспехов Фарш.

-Никуда не денется... - Диган ткнул рукою в стену Болотного Зуба. - Все равно в город попадет. Стражу вооружим.

-От кого вы хоронитесь-то. Против Колонны все равно и часу не продержитесь, - устало вздохнул Медведь.

-Осторожность не помешает, - уклончиво ответил Диган.

-Готовы? - нетерпеливо спросил Ливр. - Надо идти...

-Ну, что не говорите, а мне так даже больше нравится, - Родинка с довольным видом попрыгал на месте. - Гораздо легче ходить.

-Драка будет - пожалеешь о своих словах, - многозначительно заметил Фарш. Недовольный солдат нахлобучил на голову шлем и оглядел товарищей.

Зрелище было забавное. Грязные рубахи, заправленные в сапоги легкие штаны. На солнце блестят шлема, а руки сжимают оружие.

-Как дети, честное слово, - хмыкнул Фарш.

-Ночами у нас тепло, не замерзнете и в таком виде, - Ливр судил с практической точки зрения.

-Двинулись, - подал команду Лесоруб.- Стегачи с собой.


Отряд прошел до конца стены, и тут Ливр остановился, указывая на едва видимую тропку среди осоки.

-Сюда... Вам по ней все время прямо. За Лягушачьим Кладбищем будет трясина - обходите ее слева. Там увидите щит разбитый - ориентир. От него на запад шагов двести - и будет еще одна тропка. Она выведет вас к селению. А там на север, не ошибетесь. Река немаленькая, выйдите...

-Спасибо, - Лесоруб посмотрел на Ливра и Дигана.

-До встречи! - махнул рукою последний.

-Лучше прощайте, - с подозрением в голосе поправил его Ливр.

Медведь глухо заворчал, покосившись на пожилого проводника.

-Нас ждут Счастливые Земли. Зачем нам возвращаться? - Мудрый широко улыбнулся и посмотрел на небо.

-Угу, ждут, - фыркнул Фарш и оглядел товарищей. - Мы идем?

-Да, - Лесоруб кивнул Дигану и шагнул на тропку.


Болота везде болота. Бескрайняя равнина колышущейся осоки с редкими черными стволами давно погибших деревьев. Иногда, правда, встречаются редкие прогалины мха или пятна трясин, но они не меняют общего впечатления.

Порою на пути отряда попадались небольшие, поросшие чахлыми березами островки, где встречались следы древних костровищ. Видимо, здесь останавливались на ночлег искатели Болотного Зуба. Или просто обедали за костерком, а потом вновь шли в свой вечный поиск.

Для Проклятых все было в новинку. Только Мудрый ничему не удивлялся, и с его лица не сходила отстраненная улыбка. Фарш на одном из привалов уже предположил, что у воина ум зашел за разум. Седовласый лишь еще шире улыбнулся и понимающе кивнул. Его манили Счастливые Земли.

Лягушачье кладбище солдаты узнали сразу, небольшой клочок мха среди зарослей болиголова был покрыт маленькими трупиками холодных тварей. Медведь в этот раз шел первым и, увидав могильник, с руганью отпрыгнул назад. Шедший за ним Родинка с интересом обошел опешившего приятеля и изумленно присвистнул.

-Жуткая вещь, - он обернулся на друзей и потянул носом. - А запах-то!

-Во, отлично, набери себе их в мешок. Припасов мало, так что жри их. А мы твою долю поделим, - Фарш брезгливо ступил на ковер из лягушек. Подкованный сапог по щиколотку провалился в месиво из трупиков.

-Что их убивает, интересно? - Рыбак, выйдя на кладбище, присел на корточки.

-Думаю, они сюда умирать сползаются. Весьма предусмотрительно, люди б так делали - совсем бы хорошо стало, - зло проговорил Фарш. - Давайте дальше идти.

-Это и впрямь спятивший мир, - покачал головой Рыбак. - Я начинаю жалеть, что Колонна нас отпустила...

-Лучше жить в безумии, чем быть безумием, - Мудрый поправил шлем и посмотрел на могильник.

-Завернул, да... - Фарш брезгливо сплюнул. - Пошли отсюда... Воняет!

Последним на островок вышел Лесоруб. Остальные уже пробирались через осоку дальше. Алебардист, морщась, оглядел ковер из трупов, в котором четко виделись следы товарищей, и зашагал дальше, поправив на плече щит Медведя. Командир нес его, пока приятель, чья очередь была идти первым, алебардой проверял тропу. В голове Лесоруба назойливо крутилась мысль, что он уже видел подобное. Но где? Когда - сомнений не возникало. До Колонны... Воина передернуло, как же противно понимать, что прожитая тобою жизнь осталась за чертой. За чертой Проклятья. Как он стал тем, кто носит на щите плачущее око? Когда? Почему?

С усилием отогнав от себя мрачные вопросы, Лесоруб поспешил за друзьями. Воздух пах смесью из болиголова и разлагающихся тел. Алебардист уже понял, что ненавидит болота.

На следующем островке солдаты решили остановиться на ночлег. Рыбак с огромным трудом развел костерок, подкармливая тщедушное пламя сырыми сучьями. Фарш и Медведь, едва перекусили, сразу завалились спать. Родинка подхватил алебарду и ушел на болото, чтобы свалить одну из мертвых елей. Лесоруб только поморщился, понимая, что приятель будет использовать вместо топора. Нельзя благородным оружием валить лес, нельзя... Но выхода, в общем-то, нет. Не мечами же дрова рубить.

Мудрый, разлегшись на своем щите, мурлыкал какую-то песню.

-Слушай, Мудрый, что ты поешь? - неожиданно спросил его Лесоруб.

-Песню, - улыбнулся тот.

-Я уже понял, - раздраженно произнес алебардист и плюхнулся на чей-то щит, не желая садиться на сырую землю. - Спой вслух.

-А я слов не помню. Мотив - да, а слов нет...

-А что ты помнишь? - пошевелился Рыбак и посмотрел на пожилого солдата.

-Честно?

-Глупый вопрос, - заметил Лесоруб.

-Я мало что помню. Но обрывки есть. Помню жену, ее лицо, руки. Имени - не помню. Детишек своих помню... Сыновья!

-А твои байки про север?

-Не знаю, друг. Это не байки. Просто знание. Я знаю, что есть эти Счастливые земли. Там все не так. Я знаю это и все... Эти болота, этот город, это кладбище - это ненормально. Скажи - откуда мне это знать? - Мудрый даже перестал улыбаться, вперив взгляд серых глаз в Рыбака.

-Не знаю... Я вообще ничего не помню. Словно недавно родился. Руки, тело - они как бы отдельно от меня работают, - светловолосый воин подбросил в огонь еще сучьев. Вдалеке раздался удар алебарды по дереву.

-А мне кажется все безумно знакомым, - признался Лесоруб. - Даже кладбище это... Что-то было до Колонны... Интересно, мы навсегда забыли прошлое?

-Нет, что ты, - улыбнулся Мудрый. - Мы все вспомним...

-Твоими бы устами, - мрачно заметил Рыбак и посмотрел на Лесоруба, - кэп, у нас с едой совсем беда... Живность бы какую изловить.

-Что же ты лягушек не взял? - сострил алебардист.

-Я серьезно. Завтра мы еще протянем, а дальше будет туго. Рыбы здесь нет...

Мудрый хохотнул, сделал важный вид и повторил:

-Рыбы здесь нет... Хорошо сказано.

Лесоруб улыбнулся и откинулся на спину, глядя в темнеющее небо.

-Не знаю, как вы, а я с удовольствием буду вспоминать прошедшие дни. Даже этот город...

-Еще бы, больше-то нечего, - мрачно вставил Рыбак.

-Я хочу вспомнить...

Над островком повисло молчание, лишь сопение Фарша нарушало вечернюю идиллию.

-Браты, помогите! - весело завопил откуда-то с болота Родинка. - Не дотащу!

-Пошли, поможем, - поднялся Мудрый.

-Сиди уж, - остановил его Рыбак. - Мы втроем управимся.

Лесоруб согласно кивнул, хоть и с сожалением оторвался от созерцания неба.


"Дорога... Дорога-дорога-дорога... Каждый ее поворот, каждый подъем и спуск - проклятый круг прошлых дней. Путь в пустоту. Безумно болят ноги, огонь пожирает тело под доспехом. Шаг за шагом, вместе со всеми. В неизвестность. Кто-то упал. Дальше. Надо идти дальше. Этот слаб, он не дойдет. Ему повезло. Лечь бы рядом... Но надо идти. Куда? Зачем?

Впереди драка. Надсадный крик, лязг стали. Тяжелое дыхание. И запах смерти. Вперед. Может, повезет и удастся добраться до врага. Раскрошить его, втоптать в дорогу, пройтись сапогами по остывающей плоти. Вперед! Вперед! Вперед!"

-Кэп, ты чего? - голос Медведя вырвал Лесоруба из объятий сна. Алебардист резко сел, затравленно оглядываясь по сторонам. Над болотами висела душная ночь.

-Ты стонал, - поделился наблюдением лениво ворошащий угли Фарш.

-Сон приснился...

-Сон? - хмыкнул Медведь. - И что тебе снилось?

-Не понял, но что-то страшное... - Лесоруб откинулся на спину и уставился в небо.

-Скоро рассвет, - заметил здоровяк.

-Угу, - алебардист закрыл глаза, но перед взором вновь зазмеилась дорога, и закачались спины идущих впереди воинов. - Проклятье...

-Выспался, небось? - ехидно поинтересовался Фарш.

-Похоже, да, - Лесоруб вновь сел и посмотрел на друзей. - Давно сидите?

-Как Родинка и Рыбак завалились. Ты с Мудрым завтра дежуришь в первую смену, - ответил Медведь и подвинулся поближе к костру. - Прохладно становится.

-Ночью какая-то дрянь недалеко орала. Птица, наверное. И болото стонет...

Словно в подтверждение слов Фарша над болотом пронесся низкий гул. Лесоруб поежился.

-Жутко...

-Ненавижу это место, - поделился с приятелями обезображенный шрамами воин.

-Рано или поздно мы выберемся отсюда, - улыбнулся Медведь. - Придем в Счастливые Земли Мудрого, найдем там какого-нибудь мага, и он поможет нам все вспомнить.

-Мага? - повернулся к нему Фарш. - Это что?

-Это... - замялся Медведь и удивленно посмотрел на товарища. - Ну, маг это и есть маг! Человек такой, волшебник.

-Чего? - Фарш даже приподнялся. - Колдун, что ли?

-Да, так их тоже зовут.

-Ты дурак? С колдунами якшаешься? - лицо Фарша перекосила гримаса гнева.

-Ты чего, брат? - изумленно промолвил Медведь.

-Колдуны - это Зло!

-Почему? - спросил его Лесоруб.

Фарш осекся и растерянно оглядел командира.

-Ну... Зло потому что... Не знаю!

-Чушь какая-то. Не знаю, но знаю... - фыркнул Медведь.

-Ладно, хватит уже, - Лесоруб тяжело поднялся с земли. - Пойду, отолью...

-Далеко не уходи, ладно?

-Не боись, - алебардист отошел на несколько шагов от костра и развязал придерживающую штаны веревку.

-А я-то волновался, - донесся в спину едкий комментарий Фарша.

-Все свои, - откликнулся Лесоруб.


К острову, где приютились два обветшавших домика, воины вышли лишь к следующему вечеру. Как ни странно, от трясины и щита-ориентира, на котором красовалось плачущее око, до заброшенного поселения идти оказалось недолго.

Убогие лачуги, иначе назвать древние строения язык не поворачивался, на фоне зеленой равнины осоки смотрелись тоскливо. Четыре стены и ветхая крыша. Казалось, что покинувшие свои дома жильцы унесли отсюда абсолютно все, даже печной камень.

Побродив по островку, солдаты расположились на ночлег, предвкушая следующий день. Завтра они дойдут до реки. До следующего рубежа пути в Счастливые Земли.

Ночью, во время своей смены, Лесоруб вышел на улицу. Над болотами висела луна, превращая осоку в колышущееся серебряное море. Любуясь зрелищем, воин оперся на алебарду. Чудный мир, прекрасный.

-Кэп? - окликнул его показавшийся из лачуги Мудрый. Лесоруб лишь поднял руку, призывая помолчать. Пожилой солдат все понял. Подойдя к товарищу, он замер рядом, глядя на лунное море.

-Красиво, - прошептал Лесоруб.

-Да...

Идиллию нарушил долгий стон, пронесшийся над болотом.

-Жуть, - поморщился Лесоруб. Мудрый промолчал.

-Почему люди ушли отсюда?

-Потому что ночью принято спать, - хмыкнул седовласый.

-Возможно...

-Смотри! - приятель дернул Лесоруба за рукав.

-Ну? - повернулся к нему алебардист и обмер. Через топи к островку шел человек. Высокий, в длинном темном плаще до пят. Казалось, осока сама раздвигается перед ним, освобождая дорогу.

Лесоруб почувствовал порыв ледяного ветра и покрепче вцепился в алебарду. Вновь застонало болото, и откуда-то издалека до солдат донесся дикий крик. Словно там в ужасе погибал человек.

-Что это? - испуганно спросил алебардист. Мудрый молчал, не сводя глаз с приближающегося путника. Тот уже вышел на остров, и только сейчас воины заметили, что ноги гостя не касаются земли. Не обращая на людей внимания, незнакомец проплыл мимо хижин.

-Кто ты? - сдавленно выкрикнул Лесоруб, чувствуя, как холодит нутро липкий страх.

Человек остановился и повернулся к солдатам. Блеснули голубым пламенем глаза.

-Зачем ты его позвал? - процедил Мудрый и потянул меч из ножен.

Таинственный странник приблизился и замер в десяти шагах от воинов. Неощутимый ветер колыхал его плащ, да и сам гость слегка покачивался в воздухе.

-Кто ты? - хрипло повторил Лесоруб.

Незнакомец, разглядывая воинов, слегка склонил голову набок. Затем показал рукою на траву под ногами и кивнул.

-Я не понимаю тебя!

Путник чуть приподнялся в воздухе и, раскинув руки, медленно повернулся, словно осматривая топи. Потом он опять кивнул на землю.

-Чего он хочет? - поинтересовался Лесоруб у Мудрого. Тот пожал плечами. Странник тем временем ткнул пальцем в седовласого, махнул рукою на восток и вновь с интересом склонил голову.

-Да, мы оттуда, - произнес Мудрый. Человек беззвучно рассмеялся и еще раз крутанулся в воздухе, а затем указал на север.

-Да, - кивнул Лесоруб.

Незнакомец нахмурился и отрицательно мотнул головой. А затем начертил в воздухе запрещающий знак.

-Он хочет сказать, что нам туда нельзя? - спросил Лесоруб.

-Он врет, - побледнел Мудрый. - Этого не может быть.

Человек взмыл на несколько метров выше и воздел к небу руки. Лесорубу показалось, что даже луна засияла много ярче, чем раньше. Из ладоней незнакомца вырвался ослепительный свет и метнулся на запад. Опустившись чуть ниже, путник вопросительно качнул головой.

-Не понимаю, - сказал Мудрый.

В ответ лишь грустная улыбка и еще одна стрела света на запад. Затем незнакомец указал на восток, на юг и вновь скрестил руки, словно запрещая.

-Он советует нам идти на запад?

-Сам догадался? - мрачно ответил Мудрый.

Человек спустился на землю, кивнул солдатам и поплыл прочь.

-Стой! Кто ты? - крикнул Лесоруб ему вслед, но странник даже не обернулся.

-С ума сойти... - Мудрый вложил меч в ножны и посмотрел на алебардиста.

-На востоке Колонна, - заметил Лесоруб. - Что на юге и на севере - не знаю.

-Опасность, думаю. Может, он советовал нам ее обойти? Я точно знаю, что Счастливые Земли там, на севере!

-Дойдем до реки и решим, - произнес алебардист и посмотрел вслед удаляющемуся ночному гостю.

-Кто он?

-Еще один подарок местного безумия, - поморщился Мудрый. - Типа кладбища, Колонны и прочих чудес! Это ненормально, помяни мое слово. Там такого нет...У меня на родине все иначе!

Лесоруб не ответил. Он смотрел на серебристую, ведущую на юг дорожку, проложенную незнакомцем. Туда, куда им советовали не идти. Почему?

Нет ответа...

-Пошли в дом, - предложил Мудрый.

-Пошли, - Лесоруб словно очнулся и посмотрел на приятеля. - Пошли...


Наутро отряд двинулся на север. Выслушав рассказ Лесоруба и Мудрого, воины решили дойти до реки, а там уже повернуть на запад. Что любопытно, ни один из солдат, даже Фарш, не усомнились в словах приятелей. В этом мире могло быть все, что угодно, и летающие молчуны - не исключение.

До реки добрались быстро и без приключений. Пару раз, правда, приходилось обходить топкие места, но за исключением подобных трудностей путь прошел без проблем. На берегу солдаты остановились на привал. За величественной, но ленивой водной преградой царил глухой лес.

-Тут под тысячу шагов будет, - оценил ширину реки Рыбак. - Вплавь все равно не перебрались бы. Теперь на запад?

Сидящий на земле Лесоруб прищурился.

-Ну да, куда же еще?

-Болота, опять болота, - недовольно буркнул Медведь. Ему приходилось тяжелее всего, массивный воин отвоевывал у зыбкой почвы каждый шаг.

-Ну, не вечные же они, - Родинка попытался ободрить приятеля.

-Я начинаю думать, что, может, и вечные, - здоровяк кивнул на запад. Конца топям не было, колышущееся зеленое море осоки уходило к горизонту.

-А на востоке и севера леса, - Фарш смачно сплюнул в воду. - Нам же только на запад.

-На востоке - Колонна, - напомнил Родинка. - Я лучше по болотам побегаю, чем вернусь. Да и тот берег мне доверия не внушает. А тут интересно!

-О, да! Живой пейзаж, - фыркнул Фарш. - Мне уже надоело по кочкам прыгать. Ноги болят.

-Сегодня будем рыбу есть, - Рыбак склонился над водой, с интересом разглядывая завихрения у берега.- Надеюсь... Течение сильное. Переплыть все равно не смогли бы. Да и нам вниз по нему идти надо.

-Рыба, это хорошо, - зажмурился Родинка. - Если честно - все хорошо. Если у тебя что-то болит - значит, ты еще жив. И это не может не радовать!

-Пошли, - скомандовал Лесоруб и поднялся на ноги. - Хоть куда-нибудь да придем...

-Хочу под сосны! Плюхнутся на беленький мох, руки раскинуть и глядеть вверх, пока не надоест, - поделился с товарищами Медведь.

-Будет тебе и мох, и сосны... Все будет, - Мудрый поправил шлем. - Голова чешется, не могу больше!

-Мы идем или лясы точим? - Фарш нетерпеливо оглядел воинов.

-Вперед, к соснам! - хохотнул Родинка и, выхватив у Лесоруба алебарду, пошел искать дорогу.

-Мне все интересно, кто это был, ночью, - неожиданно произнес Мудрый.

-Дух Болот, да. Нам в том селении о нем рассказывали. Он лягушек хоронит, - оскалился Фарш.

Первым засмеялся Рыбак, следом за ним гулко захохотал Медведь, а потом не выдержали и остальные. Даже Фарш, глядя на товарищей, не смог удержаться от смеха.

-Уроды! - крикнул издалека Родинка. - Я тоже поржать хочу!

-Иди давай, - весело бросил ему Лесоруб и зашагал следом.


Путь по топям продлился еще два дня. Солдаты брели вдоль извивающейся реки и тщетно высматривали следы жизни по обоим ее берегам. Один раз на противоположной стороне Фарш заметил прогнившую лодку без весел. А Родинка нашел на болоте старую могилу. Больше никаких следов человека.

Под конец третьего дня вдали показалась полоса леса. Странно это смотрелось. Черный горизонт, в который упирается зеленый ковер болот. Воспрянув духом и решив не останавливаться, пока не дойдут до деревьев, солдаты прибавили шагу.

Заночевать под кронами не удалось. Когда до леса оставалось не больше часу пути, путь странникам преградила протока, шириной шагов в двести. Сил на переправу уже не было, да и стремительно темнеющее небо убедило друзей остановиться на ночлег именно здесь.


Разбудил солдат страшный вой, раздавшийся рядом со стоянкой. Ночную тьму разрывали нечеловеческие вопли ярости, боли и отчаянья. Всполошившись, воины схватились за оружие, но никто не рискнул подняться и взглянуть на происходящее.

-Что за дрянь? - прошептал Лесоруб, тщетно силясь разглядеть что-либо сквозь заросли осоки.

-Дерьмо какое-то, - процедил Рыбак. Он и Родинка как раз несли вахту, когда тишину болот разодрали истошные крики. - Не больше тебя знаю.

-Я бы не высовывался, - зло заметил Фарш, увидав, что Рыбак осторожно приподнимается.

Неожиданно близкий вопль отчаянья и ужаса бросил храбреца на мох.

-Лежи, дурак! - прошипел Фарш. Лицо воина перекосила страшная гримаса. - Только высунись!

Рыбак не ответил, он ничком лежал на земле и беззвучно матерился.

-Может, мимо пройдет? - с надеждой прошептал Родинка.

Остальные молчали, напряженно вслушиваясь в ночной шум. Вдруг в нескольких шагах от них раздался отчетливый шелест.

-Ах, ты! - взвыл Фарш и, выставив перед собою меч, словно взлетел в воздух. Повернулся к источнику шума, опять выругался и болота потряс еще один зловещий крик.

-Идиот, - взревел Медведь, но тоже вскочил на ноги. Через пару мгновений к бою был готов весь отряд.

От места их ночлега стремительно удалялся объятый алым ореолом человеческий силуэт. А с берега, шагах в тридцати от солдат, в погоню сорвалось несколько зеленых огней. Ночь опять потряс жуткий вой.

-Уходим отсюда, - напряженно бросил Фарш. - Эти твари сюда вернутся!

-Постой, - поднял руку Мудрый.

Жертва и загоняющие ее твари стремительно удалялись вглубь болот. Беглец отчаянно петлял в разные стороны, оглашая округу воплями отчаянья, а ему вторил зловещий хохот преследователей.

-Думаю, им не до нас, - произнес Рыбак. В свете луны его лицо приобрело мертвецкий оттенок, и Лесоруб даже попятился от товарища.

-Как они быстро-то... Летят? - с трудом вытолкнул из себя Медведь.

-Мне надоели эти места! - процедил Мудрый, и солдаты обернулись на приятеля. Подобное проявление эмоций у седовласого для ребят было в диковинку. - Я больше не могу здесь быть! Я с ума сойду! Это проклятые места! Проклятое болото! Этот поганый мир убивает меня!

-Тише, Мудрый! - попытался успокоить его Родинка.

-Нет, почему? Он прав, - Фарш все еще настороженно глядел за удаляющимися огоньками. - Еще немного, и я тоже с головою попрощаюсь. Никто не обосрался?

Родинка не удержался от улыбки, да и Мудрый очнулся от гневного транса.

-Я, вроде, нет. Но не уверен, - поделился Рыбак.

-Ушли, похоже, - Лесоруб, щурясь, пытался разглядеть среди болота огоньки безумных духов. Словно в насмешку над его потугами над топями пронесся далекий вопль, а следом за ним ночь пошатнул протяжный, басовитый стон. Но к последнему солдаты уже привыкли.

-Давайте сейчас перебираться, - неожиданно предложил Родинка. - Я тут не останусь. Честно! Один пойду, но не останусь!

-Рассвет еще не скоро, часа через три, если не больше, - заметил Рыбак.

-Я пойду с Родинкой. Мне моя шкура дорога,- нервно сообщил Фарш.

-Кэп, - Медведь посмотрел на Лесоруба. - Они дело говорят. Если эти твари вернутся... Я сомневаюсь, что их простая сталь возьмет.

-А что сразу "кэп"? - раздраженно бросил алебардист. - Думаете, мне хочется здесь оставаться? А? Кэп, да кэп...

-Короче, вы как хотите, а мы с Родинкой пошли... - Фарш торопливо принялся собираться. Родинка растеряно посмотрел на друзей.

-Давайте, лучше уж в болоте утопнуть, чем этим тварям попасться, - Мудрый подхватил с земли щит и свой мешок.

Переправа сложностей не вызвала. Несмотря на ширину протоки, глубина оказалась небольшой. Лишь в одном месте ушел под воду оступившийся Медведь, но следующий за ним Родинка вытянул приятеля обратно. Дальнейший путь через топи оказался настоящей пыткой. Шли вслепую. Идущий впереди предупреждал о каждой кочке или старом бревне, осторожно нащупывая путь алебардой Лесоруба. Но все равно получалось так, что каждый второй сдавленно ругался, по колено проваливаясь в вязкие объятья болот или ударяясь ногою о поваленное временем и ветром мертвое дерево.

Никто ни разу не предложил отдохнуть. Страх хорошее подспорье для силы воли.

На окраине леса воины оказались незадолго до рассвета. Первым на этот раз шел Фарш, и стоило ему ступить на твердую почву, как грудь бойца разодрал истеричный смех.

-Тише ты! - прошипел ему в спину Рыбак.

-Не могу... Земля! Единобог, как же это здорово, быть на земле!

-Что ты сказал?

Фарш запнулся и остановился.

-Ого... Единобог? А кто это?!

-Вспоминать начинаем, - буркнул Рыбак.

-Смотрите! - громким шепотом окликнул их Родинка. Воин, присев, указывал на болото. Инстинктивно пригнувшись, солдаты замерли.

-Фарш, я тебя люблю, - прошептал Рыбак. - Хорошо, что мы ушли оттуда. Они и впрямь вернулись!

Возле протоки, даже сейчас видной с окраины леса, кружилось несколько зеленых огней.

-Уходим в лес, быстро! - Лесоруб заскользил к спасительным деревьям. Остальные, прижимаясь к земле, поспешили за ним.

-Надеюсь, они по следам не ходят, - поделился опасениями Родинка.

Укрывшись под одной из гигантских елей, друзья плюхнулись на ковер из старой хвои и затаились.

-И что? - неожиданно произнес Рыбак. - Так и будем ждать? А если они к нам полетят? Я, пожалуй, за болотом послежу.

Не дождавшись ответа, он юркнул во тьму.

-Смешно, - заметил Фарш. Из-за скрывающего небо лапника лица воина не было видно, но чувствовалось, что он улыбается. - Шесть здоровенных мужиков, с оружием, бегают по лесам и болотам от зеленых светлячков.

-Смешно? Ну так иди к ним и посмейся, - буркнул Медведь.

-Да нет, я понимаю, что они нам, скорее всего, не по зубам. Просто смешно. Воины! Проклятье Кимании! Колонна, едрить ее налево.

Лесоруб усмехнулся. Ирония судьбы. Наводящие ужас ранее, сейчас трясутся от страха под огромной елкой, прячась от странных огней.

-Как зайцы, - фыркнул Родинка и тихо засмеялся.

-Безумие, всюду безумие, - простонал Мудрый и прислонился спиною к стволу дерева. В тишине зашуршали иголки - Медведь устраивался поудобнее, недовольно разгребая мешающие ему шишки.

-Скоро рассвет, - прошептал Родинка.

-А чего шепчемся? - повысил голос Лесоруб и умолк. Ему показалось, что он просто проорал эти слова, и огни, услышав их, уже мчатся к лесу.

-Ну, ты сам понял, - хихикнул Родинка.

В чаще раздался хруст сухих веток. Со стороны болота. Воины напряженно замерли.

-Я это, я, - приглушенно сообщил Рыбак. - Они на восток ушли.

-Пронесло, - выдохнул Фарш.

-И тебя тоже? - вновь хихикнул Родинка.

-Старо как мир, - парировал тот.

-Давайте поспим, ладно? - проворчал Медведь. - До полудня, а? Это - лес. Я хочу выспаться.

-Я на часах постою, - Рыбак так и не залез под ель. - Все равно после такой встряски глаза закрыть боюсь. Родинка, ты как?

-Как-как... Надо ведь, - заворочался весельчак и вылез наружу.

- Здорово, - раздался его голос через несколько мгновений. - Это не перелесок. Мы ушли с болота! Елки-елочки! Ух, хорошо!

-Заткнитесь и дайте поспать, - вновь буркнул Медведь.

-Я понять не могу, - заметил Фарш, - как ты о сне вообще думать можешь? Меня до сих пор колотит.

-А он бесчувственный, - хохотнул невидимый Родинка. Зашуршал хвойный ковер, хрустнули сухие ветки - часовые отошли от ели.

Лесоруб закрыл глаза, наслаждаясь воцарившейся тишиной. Лишь далеко-далеко в лесу ухал филин.

Вышли! Они все-таки вышли!


ГЛАВА 3


Наступившее утро настолько отличалось от предыдущих, что алебардист проснулся с улыбкой на устах. Сквозь тяжелые еловые лапы пробивались тонкие солнечные лучи, раскрашивая землю и лица друзей в чудную, пятнистую гамму. Над головой щебетали птицы, а с реки слышался монотонный шум воды.

Лесоруб почувствовал запах костра и выбрался из-под ветвей, встречая утреннее, яркое солнце. На небольшой полянке, шагах в тридцати от ели, где приютились воины, у костерка развалились Родинка и Рыбак. Нежась в солнечных лучах, друзья тихо переговаривались. Первым командира заметил Родинка.

-О! Один проснулся, - приподнялся солдат и расплылся в озорной улыбке.

-Тихо было? - деловито поинтересовался Лесоруб и, отряхнувшись от хвои, подошел к огню.

-Абсолютно! - радостно сообщил Родинка. Рыбак, расслабленно улыбаясь, кивнул в подтверждение слов приятеля.

-Может, останемся тут на денек? - предложил тот.

-Дурной? - поинтересовался Лесоруб. - До болота несколько сотен шагов. Давайте потом, а?

-Ладно, - согласился Родинка.

-У нас опять рыба сегодня? - алебардист посмотрел на Рыбака. Воин как-то незаметно, но прочно занял место кашевара и охотника.

-Пока да, - ощерился тот. - Лука нет, так что с дичью будут проблемы. Могу кашу из коры сделать.

-Шутка? - не понял алебардист.

Рыбак лишь загадочно хмыкнул.

-Когда двинемся-то? - спросил Родинка.

-Как наши проснутся. Ночь тяжелая была... Вы бы сами вздремнули, а я подежурю.

Охотник медленно поднял руку к небу:

-Полдень почти, кэп.

-Ох ничего себе, - удивился алебардист.

-Спать вы горазды, это точно.

-Я рыбы напек, так что буди наших, пусть пожрут и пойдем. Завтра бы на дневку встать. - Рыбак лениво повернулся на бок.

-Вы-то как? Спали же часа четыре всего...

-Норма, кэп, - Родинка ободряюще улыбнулся. - Если завтра дневка - то вообще замечательно. Дойдем.

-Ладно, я пошел ребят будить, - алебардист направился к спящим товарищам.


Путь по лесу, после болота, показался странникам настоящим подарком судьбы. Да - в лицо лезли колючие ветки, но это лучше, чем забивающий ноздри затхлый запах топей и вязкая земля под ногами. А когда отряд вновь вышел на берег, и еловый бор сменился березовой рощей - счастью воинов не было предела.

Шагая вдоль реки, бойцы с удовольствием озирались по сторонам, отмечая красоты местного леса. Зеленая, молодая трава, черничники, белые стволы берез, небольшие осины и заросли ольхи. Ветер играл с листвой, ласкал волосы. Шлема прочно перекочевали в заплечные мешки, поэтому солдаты всецело ощущали прелести путешествия.

В один из переходов отряд вспугнул оленя, и Рыбак долго потом возмущался, что у него нет лука. Остальные разделяли его обиду. Рыба надоела всем. Хотелось мяса...

К вечеру путники наткнулись на старые, покрытые мхом развалины. Когда-то это была гордо красующаяся над лесом дозорная башня. Сейчас ее останки жалко ютились на вершине поросшего ольхой холма. Остановившись у подножья, солдаты переглянулись.

-Должно быть тут, в лесу, таких развалин много, - предположил Рыбак.

-Или город неподалеку, - Фарш скинул мешок и, обнажив меч, зашагал наверх.

-Ты куда? - окликнул его Лесоруб.

-Гляну поближе...

-Город, это хорошо, - заметил Медведь. - Нам хоть кто-нибудь объяснит, что в этих краях творится?

-Кстати, на дневке надо свести со щитов герб. Мне не хотелось бы встречи, как в той деревне, - Рыбак критично посмотрел на плачущее око.

-Ты прав, - Родинка бросил щит на землю и уселся сверху, с любопытством разглядывая руины.

-Интересно, тут где-нибудь жизнь-то есть? Представьте, что во всем мире есть только одно поселение и то нас выгнало? - продолжил он.

-Типун тебе на язык, - буркнул Медведь и тяжело опустился на землю.

-Счастливые земли, Родинка. Счастливые Земли... Я настроен на то, что жизнь есть только там. В остальных краях царит безумие, - Мудрый подмигнул приятелю.

-Сколько нам идти до твоих земель? Месяц? Год? - здоровяк раздраженно мотнул головой. - Если они вообще существуют.

-Они существуют, - Мудрый посмотрел на север. - Я знаю...

Медведь молча махнул рукой, мол, слышали мы ваши сказки.

-Чисто, - из ворот башни показался Фарш. Воин замер на холме, осматриваясь, и зашагал вниз.

-Пора на ночь становиться, - заметил Рыбак.

-Пора-пора, - кивнул Лесоруб, наблюдая за спускающимся Фаршем.

Башня в лесу. Город действительно должен быть неподалеку. Или хотя бы его останки. Просто так строить в чаще подобные сооружения - бессмысленно. Впрочем, в этом мире мало что имеет смысл, как успел заметить алебардист.

-Ну, что там? - поинтересовался у Фарша Родинка.

-Не знаю. Такое ощущение, что она сама развалилась. Старая совсем, едрить ее, - воин остановился у Лесоруба. - С холма ничего не видать. Но я бы не стал ночевать рядом с этими руинами.

-Призраков боишься? - хмыкнул алебардист.

-А ты нет? - оскалился Фарш.

Лесоруб улыбнулся. Да, с призраками он погорячился. Сам ведь вчера от зеленых огней бегал.

-Пошли, еще часок пошагаем, - предложил Фарш и поднял с земли мешок.

Место для стоянки нашли раньше. Мыс. Река делала крутой поворот на юг, огибая холмик с котлованом. По краю возвышались старые березы. Идеальное место для лагеря. До воды недалеко, ложбинка на холме прекрасно защищает от ветра. Лишь от дождя не укрыться. Ну да это воинов не пугало.

Первым наверх поднялся Фарш, продрался сквозь заросли осины и радостно вскрикнул.

-Что такое? - идущий следом Лесоруб прибавил шагу.

-Костровище! - солдат бросился вниз и склонился над черным пятном по центру ложбинки. - Неделя от силы!

-Ого! - сквозь кустарник проломился Медведь и замер, осматривая будущий лагерь.

-Это жилая стоянка, - Фарш пнул ногой один из выложенных вокруг костровища камней и указал на бревно рядом.

Лесоруб, соглашаясь, кивнул. Он заметил и другие признаки людей. Небольшой навес у склона, под которым лежали березовые поленья. Едва заметная тропка к воде. Старая рыбья чешуя у костра. Обугленная, воткнутая в землю палка.

-Охотники, или рыбаки, - Фарш повернулся к реке. - Схожу по тропке, гляну.

Остальные воины тем временем спустились в котлован.

-Может, поживем тут пару дней? Пока местные не появятся? - Медведь бросил щит на землю и сел на бревно у кострища. - Какой смысл идти дальше?

-А если они не вернутся? - алебардист неуверенно покачал головой. - Толку от наших посиделок?

-Плотва! - Рыбак присел у втоптанных в землю чешуек.

-Ну и куда мы пойдем? Река на юг забирает, - недовольно поморщился Медведь.

-Да, на юг нам не надо, - Мудрый встревожено повернулся к Лесорубу.

-Я не знаю, что нам дальше делать... - устало махнул рукой тот. - Поедим - решим. Рыбак, разведи пока костер.

-Легко

-Рыбаки это, - вернулся в котлован Фарш. - Там рогатины стоят, и чешуи много. Места для лодок нет. Так что, скорее всего, они на этом берегу живут.

-Или лодка у них дальше стоит, - хмуро сообщил Медведь.

-Ты чего такой недовольный? - поинтересовался у него Лесоруб.

-А чему радоваться, брат? Куда бежим? Куда спешим? Чего вы себе в голову вбили? - неожиданно зло ответил тот.

Мудрый поморщился от слов товарища и пошел помогать Рыбаку, который возился возле поленницы.

-Цель? - Лесоруб почесал лоб. - Цель ему нужна...

-Да, нужна. Земли эти... Бродить-бродить, да все без толку. А зачем мне? Я ничегошеньки не помню! Почему именно на север идем? По какой причине вообще в путь тронулись?

-А тут все просто, едрить тебя, - ехидно фыркнул Фарш. - Идем туда, потому что больше некуда.

-Экий ты нетерпеливый, Медведь, - вмешался Родинка. - Всего несколько дней пути, а ты уже раскис. Я думаю, нам еще не одну неделю топать.

-Не раскис я! - вскинулся тот и с яростью в глазах встретил изумленный взгляд приятеля. - Не раскис! Просто меня бесит все происходящее. Мы как еще один штрих ко всему этому сумасшествию! Путники идущие на север! В Земли Счастья, вашу мать!

-Медведь, успокойся! - повысил голос Лесоруб. - Фарш прав. У нас сейчас просто выбора нет, надо уходить из этих мест.

Грузный солдат поиграл желваками:

-Если сейчас Мудрый заведет свою счастливую шарманку, я ему зубы вышибу!

-Не заведет, - Лесоруб поймал насмешливый взгляд Фарша. Прав изуродованный солдат, прав. Как дети малые...


Разговора действительно удалось избежать. Мудрый весь вечер просидел молча, старательно не глядя на хмурого Медведя. Лесоруба удивило поведение седовласого. Не тот возраст, чтобы обижаться. Рыбак после ужина принялся мастерить силки на птиц. Родинка завалился спать и почти сразу же захрапел. Фарш сосредоточенно точил меч.

Когда совсем стемнело, у потрескивающего костра остались сидеть лишь Мудрый да Лесоруб. Охотник ушел к реке расставлять заготовленные силки, а остальные легли спать.

Алебардист внимательно наблюдал за старшим товарищем. Пожилой солдат сидел на бревне, положив локти на колени, и пустым взглядом буравил веселящееся пламя.

-Мудрый, - тихо позвал его Лесоруб. Воин чуть дернулся и оторвался от костра.

-Ну?

-Ты из-за Медведя переживаешь, да?

Мудрый поморщился:

-Не знаю... Ты мне тоже не веришь?

Алебардист замялся, не зная, что сказать.

-Значит тоже, - кивнул воин.

-Я этого не говорил, - торопливо произнес Лесоруб.

-Да какая разница, - вздохнул Мудрый и вновь уставился на огонь. - Не веришь. Вы все мне не верите... А я знаю, что они есть. Я знаю, что вся Кимания ненормальна, но далеко на севере есть земля, где люди только слышали о безумии. И там моя жена... Дети... Я оттуда! Я хочу туда вернуться. И я вернусь.

Алебардист промолчал, думая над словами друга. Жена, дети. Память о них. Мудрому повезло... Если бы Лесоруб хоть что-то помнил! Но, увы. Лишь смутные тени. То же кладбище лягушек, например. Ведь он видел подобное раньше! Видел! У Мудрого есть прошлое. А что у остальных? Ночные кошмары? Алебардист слышал, как кричал во сне Родинка. Видел, как резко вскакивал Фарш. Помнил, как сам стонал от приснившегося ужаса. Ради чего все это? Для чего? Никакой памяти. В родном, но незнакомом мире. Хороша судьба.

-Есть Счастливые Земли, командир, есть! - вдруг проговорил Мудрый. - Не может не быть!

-Я тебе завидую, - вымолвил Лесоруб, борясь с приступом отчаянья.

-Не понял, - посмотрел на него Мудрый.

-Завидую, что у тебя хоть что-то есть в душе. Цель...

-Мы все вспомним... Все! - седовласый положил голову на руки. - Рано или поздно.

В наступившей тишине послышались шаги Рыбака, и охотник подошел к костру:

-Силки я поставил. Только бы попалась в них какая-нибудь дура. Иначе я завтра сожру свои ножны.

Лесоруб устало улыбнулся, представляя, как воин жует ножны.

-Ладно, я спать... Устал, - Рыбак присел у огня и подбросил в него еще полено.

-Ты помнишь что-нибудь из прошлой жизни? - не удержался от вопроса Лесоруб.

-Не-а. Но мне кажется, что ничего хорошего и не вспомнится, - подмигнул ему приятель. - Зато сейчас я почти счастлив. Не знаю почему.

-И тебе завидую, - усмехнулся алебардист.

-А еще кому? - деловито поинтересовался друг, укладываясь прямо рядом с костром.

-Всем, - не сдержал улыбки Лесоруб. - Я всем завидую...

-Дело хорошее, главное - нужное, - с серьезной миной кивнул Рыбак и закрыл глаза. - Все, я ушел.

-Бывай, - фыркнул Мудрый. - Заходи, если что.

Охотник не ответил. Он уже спал.

-Может оно и к лучшему, что я не помню ничего? - спросил у пламени Лесоруб. Огонь щелкнул в ответ искрой, но промолчал.

Мудрый последовал примеру стихии.

Утром алебардиста разбудил запах жаркого. Желудок воина зашелся в ворчании, а рот немедленно наполнился слюной. Еще не до конца проснувшись, солдат приподнялся на локте и, щурясь, посмотрел в сторону костра.

Сияющий от счастья Рыбак колдовал над огнем, пристраивая нанизанные на ветки куски мяса. Рядом с охотником, пожирая добычу голодными глазами, примостился Родинка. По тропинке от реки шел довольный, отряхивающий руки Фарш.

- Ты когда-нибудь спишь, а? - спросил Рыбака Лесоруб.

- Бывает, - улыбнулся тот. - Три утки! На шесть силков - три утки! Нам крупно повезло.

- Шесть уток было бы лучше, - не отрываясь от мяса, заметил Родинка.

- Зажрался, брат, - хохотнул Фарш и сел на бревно, рядом с приятелями.

- Медведь где? - алебардист увидел спящего неподалеку Мудрого.

- Пошел вдоль берега, на юг. Узнать, куда дальше река пойдет. Может, она опять свернет? - Фарш склонился набок и почесал задницу.

- Ага, на восток, вот смеху-то будет, - фыркнул Родинка.

- Я тогда здесь жить останусь. Вы меня в болота больше не затащите, - Рыбак поправил покосившийся "вертел".

- Мясо, - проглотил слюну Лесоруб и подошел к костру.

- Еще не готово, не торопись. Все равно без Медведя не начнем. Иди, помойся пока, - Фарш кивнул в сторону реки.

- Ну, меня дождитесь, - алебардист в приподнятом настроении зашагал к берегу. Хорошо так просыпаться. В доброй, теплой обстановке. Среди друзей... Хорошо...

- Мужики! - сверху раздался крик Медведя. Воин с раскрасневшимся от бега лицом проломился сквозь заросли. - Корабль на реке! Скоро мимо нас пройдет.

Фарш в одну секунду сорвался с места и бросился на берег, случайно толкнув Рыбака под руку.

- Утка! - завопил тот, вытаскивая упавшую в огонь дичь.

Родинка, подхватив перевязь с мечом, поспешил за Фаршем.

- Что случилось? - донесся заспанный голос Мудрого.

- Корабль! Корабль на реке! - Медведь побежал по краю котлована к воде.

- Корабль? - пожилой солдат поднялся, спешно нашарил на земле оружие и кинулся на берег.

Рыбак осторожно положил вертел на бревно, сплюнул, втянул будоражащий разум аромат и с недовольным видом пошел за остальными.

Медведь не обманул. Из-за изгиба реки выплывала ладья. Небольшое судно, весел на двадцать. Ростра, выполненная в виде длинноволосой женщины, голубые паруса...

- А это не очередной призрак? - заметил Фарш. Солдат хмуро прищурился, изучая корабль.

- Да нет, видишь - люди на носу? Двое! - Мудрый указал на ладью.

- Вижу...

- Эгей!!! Помогите! - Медведь бросился в воду и замер, размахивая руками. - Люди! Сюда!

На носу корабля неожиданно появился лучник, и здоровяк с возмущенным возгласом нырнул в реку.

- Назад! - завопил Фарш.

Стрела со шлепком вошла в воду. Лесоруб в отчаянии наблюдал за барахтающимся Медведем. Что делать?

На берег выскочил Рыбак со щитом и, быстро оценив обстановку, ринулся к Медведю.

Лучников было уже несколько.

- Какого хрена? - истошно закричал бултыхающийся здоровяк.

С корабля донесся издевательский смех. Под градом стрел Рыбак помог Медведю выбраться на землю. Щит с плачущим оком вмиг превратился в тощего ежа. Пригибаясь и пытаясь укрыться от выстрелов, охотник, толкая впереди себя приятеля, бросился в кусты. Лесоруб заметил, что одна из стрел все-таки нашла свою цель. Воин хромал.

- Дуй в лагерь, - раздался крик Фарша. Солдат сидел на земле, укрывшись за зарослями и заслонившись щитом. Рядом с ним появились Мудрый и Родинка.

Рыбак, оглашая лес матом, ломился сквозь ракитник.

На ладье загоготали еще громче.

Лесоруб бросился к друзьям, желая спрятаться от речных стрелков.

- Эй, выходите! - раздался веселый оклик с корабля. - Эгей!

- Лучше вы к нам, - ответил Фарш. Лицо воина перекосила гримаса бешенства.

- А мы придем, - хохотнули с корабля.

- Там по десять весел. Скорее всего, человек тридцать на корабле, ноги надо делать, - деловито проговорил Родинка, едва Лесоруб плюхнулся на землю рядом.

- Рыбак, ты как? - Мудрый покосился в сторону, где укрылся раненый.

- Нормально, но больно, - зло ответил тот. - Что за хрень?

Послышался шум весел, ладья шла к берегу.

- Ах ты... - выругался Мудрый.

- Уходить надо! - Родинка посмотрел на Лесоруба.

- Рыбак, беги по тропе. Сможешь? - алебардист всматривался в корабль. Тот остановился, и на воду спустили две лодки.

- Мне бы лук, - зло процедил Рыбак и пополз к лагерю.

- Я помогу, - прорычал Медведь. Здоровяк окинул берег бешеным взглядом.

- Отходим, - скомандовал Лесоруб и бойцы, на корточках, прикрываясь щитами, попятились.

- Куда же вы? - раздался насмешливый крик. - Неужели боитесь? Ау? Проклятые?

- Две лодки. По пять человек. Нет, не стоит связываться, - просипел Фарш, - но сволочи, а! Что мы им сделали?

Оказавшись на стоянке, приятели похватали нехитрые пожитки и бросились в чащу, в сторону башни.

Лес вокруг давал возможность скрыться, но если люди с корабля поставят цель выследить беглецов - шансов спрятаться нет. Ветви хлещут по лицу, ноги заплетаются. Такое ощущение, что и корни стараются ухватить беглецов, задержать. Лесоруб с трудом не терял спину пробирающегося первым Фарша.

В лесу раздавались задорные крики, видимо, напавшие знатно веселились.

Затаившись в небольшом овраге, проклятые переглянулись.

- Что делать будем? - спросил Родинка.

- Лук бы мне, - Рыбак сидел на земле и изучал обломок стрелы в ноге. - Больно-то как... Как ее вытащить?

- Пока не трогай, - деловито заметил Фарш. - Хуже будет.

- Может, они не станут нас ловить? - предположил Мудрый. - Зачем им время терять?

- Я бы не загадывал. Давайте думать, - Фарш оглядел овраг. - Тут оставаться нельзя. Нужно какое-то укрытие.

- Башня?

- Нагонят!

- Тихо, - поднял руку Родинка. Он напряженно вслушивался в голоса, - приближаются. По следу пошли!

- Дерьмо... - простонал Рыбак. - Чего им от нас надо?

- У них спроси! - огрызнулся Фарш. - Давайте дальше двигаться.

- Дерьмо! - вновь выругался охотник.

- Давай-давай! - поторопил его Фарш. - Тебе первому идти надо. Мы прикроем.

Лесоруб торопливо надел шлем, заметив, что друзья последовали его примеру. Все, кроме Рыбака. Тот, ломая сучья, уже хромал по лесу.

- Да тише ты! - Фарш уставился на небольшую впадину в овраге. - Я их тут подожду. А вы дуйте дальше.

- Обалдел? - нахмурился алебардист.

- Главное, двигайтесь помедленнее, чтобы они вас увидели, - протараторил Фарш.

- А ты?

- С двумя точно справлюсь. Всем ждать смысла не имеет - заметят.

Мудрый без слов метнулся вдоль оврага, в поисках укрытия.

- Родинка, иди за Рыбаком. Не торопитесь, - приказал Лесоруб.

Парень неуверенно кивнул, но поспешил за другом.

Пожилой солдат пристроился у крутого склона, с ближайшей к преследователям стороны. Спуститься в овраг проще всего было в центре, и воин надеялся, что охваченные азартом преследователи пройдут мимо, не заметив засады.

Медведь потоптался на месте и неуверенно посмотрел на Лесоруба.

- Пошли, - решительно произнес тот и зашагал на другой край оврага. Поднявшись наверх, он бросил нетерпеливый взгляд на Медведя. - Прикроешь, а?

Здоровяк сорвался с места. Здесь они видны как на ладони, но щит укроет от стрел, а враг забудет об осторожности, если перед глазами будет вожделенная добыча.

Ждать пришлось недолго: едва Медведь оказался рядом с Лесорубом - из чащи продрался первый нападающий. В легкой кольчуге и с одним мечом в руке. Без щита.

- Вот они! - завопил воин. В лесу послышались торжествующие крики.

- Нам конец, - буркнул Медведь, мрачно глядя на появляющихся на склоне врагов. Семеро. Могло быть и хуже. Впрочем, для того, чтобы отправить проклятых к праотцам, хватит и пятерых.

- Зачем убегаете? - сказал высокий боец, на котором красовалась ладно скроенная черная ливрея. - Все равно без толку.

Проклятые промолчали.

- Героизм, да? Даете дружкам уйти? Вас же пятеро было? - продолжал издеваться незнакомец.

Лесоруб отыскал глазами Мудрого. Солдат находился в двух-трех шагах от говорившего, но благодаря кустам, в изобилии растущих здесь, его не было видно. Старший товарищ отчаянно вжимался в склон и напряженно смотрел наверх.

- Не хочется умирать-то?! А придется! - злорадно крикнул воин в ливрее. За его спиной из лесу вышел боец в темных доспехах. Лесоруб удивленно помотал головой. Из забрала латника бил огонь.

- Вперед, ребята! - скомандовал главарь и взмахнул мечом. В тот же миг пришелец за его спиной широко размахнулся, в руке сверкнула сталь, и командир преследователей рухнул на землю.

Следующим ударом демон прикончил еще одного бойца.

- Горящий! - завопил оглянувшийся низкорослый бандит.

Два его товарища, как по команде, ринулись в овраг, сам коротышка бросился по краю оврага в лес, а двое сцепились с загадочным латником.

- Пошли! - крикнул Лесоруб и толкнул Медведя, тот грузно прыгнул вниз, взревел и бросился на врагов. Один из них, высокий, длинноволосый бандит, выставил вперед руки.

- Ты чего - это же Горящий! Он всех нас уб... - воин повалился на землю, пронзенный клинком Мудрого. Второй обернулся было к новой напасти, но Медведь в два прыжка оказался рядом с противником и со всего маху опустил ему на голову меч. Брызнула кровь. В тот же момент в овраг свалился еще один боец, убитый пламенным латником. Второй противник Горящего истошно завопил и через несколько секунд повторил полет товарища.

- Приготовились! - гаркнул Лесоруб. Мудрый и Медведь встали плечом к плечу, ожидая атаки со стороны демона.

Лесоруб только сейчас заметил, что Фарша на месте нет. Воин замер на склоне и деловито вытирал меч. Пятый бандит тоже не ушел.

Огненный латник спрыгнул в овраг, хрустнуло прогоревшее железо и из смотровой щели потемневшего топхельма с гудением вырвалось пламя.

Друзья не шевелились, ожидая атаки монстра.

Неожиданно Горящий опустил меч.

- Я - Гнев. Боец Дикого Отряда Ковыль. А вы кто? - гулко проговорил он.

Алебардист не нашел слов для ответа.


Когда солдаты догнали ушедших в чащу друзей, то первым делом увидели радостное удивление на их лицах. Родинка с довольным смешком хлопнул себя по бедрам:

- Вы их что, завалили?

Рыбак сел на землю и угрюмо посмотрел на стоящего за спинами приятелей демона.

- Все в сборе? - деловито поинтересовался тот.

- Да, теперь все в порядке, - Лесоруб кивнул и обернулся к Горящему.

- Отлично! Ладно, я пойду. Меня ждут, - Гнев развернулся и зашагал назад к берегу.

- Эй! - окликнул его Фарш. - Спасибо, мужик!

- Сочтемся, - отмахнулся тот.

- Кто это? - поинтересовался Рыбак.

- Да хрен его знает. Он четверых завалил, прикинь? - Фарш скинул щит и подошел к раненому. - Ух! Сейчас ты орать будешь.

- Не понял...

- Орать, говорю, будешь. Резать тебя стану, - Фарш выудил из голенища сапога внушительный нож.

- Иди ты, - побледнел Рыбак.

- Лады, попробуй ее вытащить, - Фарш присел рядом с приятелем и зловеще улыбнулся.

Порыв ветра зашумел в кронах деревьев и лес огласился карканьем ворон.

- Ого, - задрал голову Родинка и с прищуром поглядел на синее, без единого облачка, небо. - К чему бы это?

- И думать не хочу, - с опаской заметил Мудрый.

- Бывает и просто ветер, - поморщился Фарш и присел рядом с Рыбаком.

- Ну? - он похлопал охотника по плечу. - Вытаскивай, что ли...

Раненый неуверенно посмотрел на обломок стрелы. Затем стиснул зубы и схватился за остаток древка. Взвыв, воин без сил рухнул на спину.

- Вот и я об этом же. Зазубренная, сволота, ее только вырезать, - Фарш хлопнул себя по коленям. - Дайте ему что-нибудь деревянное в пасть, чтобы зубы не раскрошил.

- Может, просто вырвем? - неуверенно предложил Мудрый.

- Угу, с мясом, - кивнул Фарш.

- Так ты ж его резать будешь!

- Ну, не куски же вырезать, - фыркнул "врач".

Родинка нашел небольшую деревяшку и с сомнением в глазах подал Рыбаку. Тот зло скривился, но сжал ее в зубах.

- Руки ему держите, и здоровую ногу, пожалуй, - Фарш хитро ухмыльнулся.

- Это еще зачем?

- Трепыхаться будет...

Медведь придавил ногу Рыбака к земле и, извиняясь, посмотрел на приятеля. Воин безумно вращал глазами, всем своим видом показывая недоумение.

Руки охотника прижали Лесоруб и Родинка. Мудрый стоял поодаль, мрачно глядя на приготовления.

- Ну, понеслась, - Фарш прикоснулся ножом к стреле. А затем сел на ногу Рыбаку так, чтобы раненый ею не дергал. Тот взвыл от боли.


Вечером охотник высказал Фаршу все, что о нем думает. Замотанная тряпками рана горела, но, как сказал "лекарь", теперь она не опасна и быстро заживет. Рыбак был иного мнения.

Стоянку организовали недалеко от места операции, потому что пожалели намучавшегося бедолагу. Воды рядом не оказалось, а идти на реку никто не захотел. Хотя все понимали, что погони не будет. Бандитов наверняка испугал Горящий. Немудрено. Такого стоило бояться.

Лес здесь был гуще, чем по берегу, место для костра нашли с трудом. Очаг приютился меж двух елей-великанов. Спать повалились - кто где лечь смог. Вокруг царила дикая чаща: молодые елки, их собратья гиганты, заросли рябины. Подберись к лагерю враг - тревогу поднять не успеешь. Впрочем, бесшумно приблизиться к стоянке просто невозможно.

Наутро приняли решение: на берег не возвращаться, а идти на запад по лесу. Больше всех расстроился временно хромой Рыбак. Топать с подбитой ногой по густой чаще - приятного мало. Но выбора не оказалось.

К полудню путь стал попроще, лес пошел древний, молодняк тут чах, задыхался, задавленный старшими братьями. Охотник брел с трудом, поэтому друзья по очереди помогали ему идти. Щит и меч Рыбака перекочевали Фаршу, который всю дорогу громко сетовал на тяжелую судьбу и снаряжение приятеля.

Вечером они вновь оказались у водной преграды. Мудрый наотрез отказался выходить на берег. Остальные его поддержали. Встречаться с неприветливыми местными жителями больше никому не хотелось. Но жребий решил иначе. Сама судьба выбрала водоносов. Пожилого солдата и мигом осунувшегося Родинку.

За водой ушли как на разведку. На реке царила тишина, могучее, но плавное течение успокаивало взор, плеск играющей рыбы радовал сердце. Спокойствие. И не скажешь, что тут можно встретить корабль, который просто так начнет за тобой охоту. Родинка, постоянно озираясь, набрал котелок и поманил за собой Мудрого. Тот, любуясь проплывающими листьями, присел на берегу.

- Пошли, а? - нервно попросил Родинка.

- Секунду, красиво ведь... - седовласый воровато оглянулся, убедившись, что на реке никого нет.

Родинка замолчал, с опаской покосившись на зловещий лес на той стороне. Ему показалось, что среди деревьев мелькнула здоровая тень.

- Пошли...

Издали, по реке, до водоносов докатился смех.

- Проклятье, - Родинка даже присел, - это с мыса, что ли?

- Думаю да, по воде звук далеко разносится, - Мудрый настороженно прислушался.

- Это те самые, как думаешь?

- Сомневаюсь, иначе по следу бы пошли... Да и слышишь, как хохочут!

Родинка кивнул. Да, гибель семерых товарищей вряд ли вызовет веселье.

- Может, это тот Горящий с приятелями?

- Возможно, - согласился Мудрый. - Но проверять не станем, хорошо?

- Поганые места. Не люблю бояться, - Родинка приподнялся, вглядываясь в сторону, откуда донесся смех, будто надеясь увидеть чужой лагерь.

- Угу, - буркнул Мудрый.

- Пошли...

По пути обратно оба молчали, сосредоточено перебираясь через поваленные деревья (в реке точно водились бобры) и стараясь не расплескать воду из котелка.

- Слушай, а вы с этим демоном говорили о том, что дальше-то будет? - неожиданно поинтересовался Родинка.

- Нет.

- А почему?

- Да как-то не до того было, - с досадой ответил Мудрый. Чувствовалось, что он сам растерялся. - А ведь надо было расспросить. Город хотя бы найти.

- Зачем? - помрачнел Родинка. - Думаешь, там нас встретят с радостью? Мне кажется, что опять нарвемся на стрелы.

- Не каркай, - нахмурился седовласый и перешагнул через бревно, Родинка в свою очередь аккуратно перебрался через преграду, стараясь не уронить котел.

- Не каркаю, просто рисковать не хочу.

- Никто не хочет.

Вдалеке заблестел свет костра.

Когда котелок повис над огнем, солдаты чуть оживились. С прошлого вечера в желудке ничего не было. Рыбак лежал в стороне и хрипло оплакивал пропавшую дичь.

- Надо было хотя бы одну взять, сейчас опять отвар хлебать, - сокрушался он.

Бойцы молча соглашались. Уток было жалко.

- Зато живы, - напомнил Фарш. Он при свете огня изучал какие-то корешки, накопанные Мудрым во время перехода. - Старик, ты уверен, что это жрать можно?

- Угу, - седовласый плюхнулся рядом и забрал у воина свою добычу. - Голод притупит.

- Ох, не ошибись, - неуверенно проговорил Фарш.

- Не хочешь - не ешь, вон, у елок пощипли зеленки - вдруг да насытишься, - огрызнулся Мудрый.

- Да ладно тебе, - развел руками Фарш, - не заводись.

- Сейчас бы мяса, - проскулил Рыбак. - Проклятье, ну на хрена Медведь на берег поперся? Пожрали бы утятины, а потом в бега можно было. Да хоть в Бездну топать, но только после мяса...

Пристыженный здоровяк что-то проворчал и уставился в огонь.

- Ладно, хватит, - прервал разговоры Лесоруб. - Давайте думать, что дальше делать...

- Идти, - фыркнул Фарш. - Есть другие предложения?

- Можно переправится на другой берег, - заметил Мудрый. Он ножом шинковал на земле корешки.

- Что-то не хочется, - Родинка поежился, вспоминая тень на том берегу. - Совсем не хочется.

- Можно идти дальше по берегу - город должен быть неподалеку, - продолжил седовласый.

- Если только он не в том же состоянии, что и башня, - заметил Фарш.

- Надо было демона расспросить, - покачал головой Мудрый. Воин поднес к котелку горящую ветку, глядя, не кипит ли вода.

Огонь выхватывал из тьмы только лица солдат. Ночи здесь царили темные.

- Надо было, - согласился Лесоруб. - Не сообразили.

- На север идти надо, в любом случае, - принялся за старое Мудрый.

- Через реку? - деловито поинтересовался Фарш.

- Переплыть ее не проблема... - заметил Лесоруб.

- Давайте вдоль берега, на удалении... Должно же быть хоть какое-то поселение. Хоть руины. Это же река - явно что-то должно быть рядом, - Родинка, захрустев сучьями, пошевелился.

- На болотах тоже река была, - хмыкнул Медведь.

- Значит, пойдем так дальше, - решил Лесоруб. - Хватит обсуждать...

Мудрый отстраненно кивнул и высыпал коренья в котел. Фарш с перекошенным лицом смотрел на это действо.

- Шаман ты, - наконец вытолкнул из себя он.

- Не хочешь - не ешь, - пожал плечами тот.

- Рыбак, как нога? - поинтересовался у друга Лесоруб.

- Зажила, - ядовито ответил тот. - Болит, разумеется.

- Еще долго болеть будет, - оскалился Фарш. Его лицо в свете костра показалось уродливой маской.

- Молчал бы, мясник, - пробухтел Рыбак.

- Ничего, мужики, скоро дойдем... - Лесоруб поднял голову к темному небу. - И будет нам всем счастье...

- Угу, - с сомнением буркнул Медведь.

- Старик, ты туда еще лягушку брось, для запаха, - Фарш заглянул в котелок, надеясь разглядеть, что там творится.

- Все похлебают - тебе лично сварю, - Мудрый поднял глаза на воина. - Идет?

- Не, я, пожалуй, как все, - неуверенно промямлил Фарш.

- Вот и не болтай!


***


Горящий возвращался на стоянку. С одной стороны он был доволен, что Хозяева Рек прогнали чужаков с облюбованного его друзьями места. С другой - речных пиратов Гнев не любил и их маленькая, но все же победа, Проклятого сильно раздражала.

Хозяева о "симпатиях" демона знали, но понимали что Горящего им не одолеть. Корабль пиратов поспешно снялся с якоря и бросил своих, стоило Гневу показаться на берегу. Догнать высадившихся разбойников труда не составило, те в охотничьем азарте спину не прикрывали.

Латник брел по лесу к месту, где его ждали товарищи. Временный лагерь их отряда послужил приютом для едва покинувших Колонну странников. Ребятам повезло, что Ковыль подошел к стоянке почти сразу после того, как бандиты высадились на берег. Чуть позже - и Гнев не успел бы догнать обнаглевших Хозяев Рек.

Сейчас командир Ковыля и его бойцы с удовольствием уплетали брошенных на стоянке уток.

Джаззи, низкорослый, высоколобый парень со спутанными русыми волосами, не переставал нахваливать кулинарные способности неизвестного повара. Остальные ели молча.

Когда Гнев спустился в ложбинку, Крулин повернулся к нему и вопросительно вскинул голову.

- Порядок, - Горящий подошел к костру и оглядел приятелей.

- А че ты один? - поинтересовался развалившийся на земле Генельф. После Крулина - второй человек в отряде.

- У них свой путь, - Гнев повернулся к воину, и пламя в смотровой щели весело забурлило. Генельфа Горящий не любил.

- С Колонны? - Крулин облизал пальцы, а затем вытер их о штаны.

- Да, даже око еще не свели.

- Надо было их хоть в город направить, - покачал головой рыжеволосый бородач и бросил кость в костер. Огонь зашипел, слизывая жир.

- Найдут, тут только одна дорога.

- Как бы их Веселые не перехватили... - задумчиво пробормотал Крулин.- Плохо, если мы только что усилили их отряд.

- Сомневаюсь, что Гады будут нас искать, - заметил Генельф. - Не тот случай.

Горящий сел на бревно рядом с Джаззи. Боец слегка отодвинулся - жар от доспехов Гнева пропекал даже сквозь акитон.

- Главное, с ними в Ан-Да-Геде не столкнуться, - прошипело сидящее в отдалении существо. Волчья морда говорившего смешно сморщилась, словно тварь хотела чихнуть.

- Разберемся, - Крулин широко улыбнулся.

До конца существования Дикого Отряда Ковыль оставалось два месяца.