# Перевал: мир иллюзий

Александр Вадимович Рибенек

Новый переработанный вариант уже известной читателю повести "Перевал: мир иллюзий", дополненный второй частью под названием "Боги Перевала".

Рибенек Александр Вадимович


Часть I.


Перевал: мир иллюзий.


От автора.

Никто не знает толком, когда на Земле появился Перевал, но его появление изменило ход истории, повернув ее в совершенно новое русло. Мир, в котором он существует, не так уж сильно отличается от нашего, за исключением некоторых "мелочей". И если на исход первой чеченской войны возникновение Перевала практически никак не повлияло, то в дальнейшем события развивались совсем не так, как в нашей реальности. Не было отречения Президента от власти в последние минуты уходящего столетия, вторая чеченская война была бездарно проиграна, и все это из-за существования маленького кусочка чужого мира. Мира, который так не похож на привычный для нас земной мир высокоразвитой цивилизации... Мир Перевала - это мир колдовства и магии, страшных чудовищ и загадочных Стражей, охраняющих Перевал. Там есть Город, в котором по легендам хранятся несметные сокровища, но добраться туда нелегко. Потому что Перевал - это мир иллюзий, мир, в котором все по-другому. И только Проводники чувствуют себя там почти как дома...


1.

Жизнь, скажу я вам, презанятная штука, гражданин следователь! Никогда не знаешь, какой фортель она выкинет тебе в следующий момент. И если ты не ясновидящий, то ни за что, как бы ни старался, не сможешь сказать, с кем она сведет тебя через минуту и что это за собой повлечет...

К чему я это говорю? Так случилось со мной. Это было в один из погожих летних деньков два года назад. Было чертовски жарко. Я загорал у своей избушки на завалинке, курил трубку и наслаждался жизнью. К тому времени я уже пять лет жил в горах одиноким волком. С тех пор, как умер дед, мое общество разделял лишь пес по кличке Верный, да иногда из долины наведывался дружок Женька, с которым я любил просто посидеть, поболтать и пропустить стаканчик-другой...

Нет, я не занимаюсь ничем незаконным... Что? Мои бывшие клиенты утверждают другое? И даже письменные показания есть?.. Так вот, оказывается, откуда ноги растут! А я думал, вас интересует Сикорский... Значит, статью мне шьете?.. Ладно, будь по-вашему. Говорят, чистосердечное признание смягчает вину подсудимого... Да, частенько появлялись люди, которым требовалось перебраться по Перевалу на другую сторону, за границу. Я один из тех, кто хорошо знает эти горы, и они мне платили за то, чтобы я провел их тайными тропами за кордон. У этих людей, как правило, не было возможности легально пересечь границу, вот они и обращались ко мне за помощью. И я практически никогда не отказывался. Деньги лишними никогда не бывают...

Зачем в этой глуши деньги?.. В принципе, конечно, они здесь не нужны, гражданин следователь... Ну, скажем так, почти не нужны. Дичи здесь полно, на огороде тоже всего навалом, табак свой. Но остается еще куча всякой всячины, без которой, конечно, можно обойтись, но... Например, спиртное. Я не так часто спускаюсь с гор, чтобы посидеть в кабаке. В основном обхожусь самогоном, который сам и гоню. А на него, родимого, нужны дрожжи и сахар. Для этого, естественно, нужны наличные... Я с собой в поход всегда беру фляжку. А как же иначе? Иной раз такое увидишь, что кровь в жилах стынет. Наши горы скрывают немало страшного и ужасного, особенно Перевал. И после каждой такой встречи необходимо расслабление. Если бы я не выпивал, давно бы сошел с ума! Опять же для сугреву очень неплохо время от времени делать глоток-другой...

Да, я пью, но я не пьяница и не алкоголик! Просто за свою жизнь мне пришлось многое пережить. Такое, с чем вам, наверное, никогда не довелось сталкиваться, гражданин начальник. И дай бог, чтобы никогда не пришлось... Например, война. Вы были на войне, гражданин следователь? Нет?.. Тогда вам трудно меня понять. А я попал на нее восемнадцатилетним салагой и сразу же окунулся в кровь, боль и грязь. И это после тепла родного дома! Представляете, какой резкий переход, гражданин начальник? А потом я уже не смог вернуться к нормальной жизни. Война сломала меня, как ломает каждого из попавших на нее... Мне до сих пор снятся события тех лет, и я до сих пор воюю. А потом пью, чтобы вытравить из себя все это...

Пограничники? А что пограничники? Когда заставой командовал Эдди, мне приходилось часто сталкиваться с погранцами... Какой Эдди?.. Начальник заставы, капитан... Вообще-то его имя было Эдуард, но все почему-то предпочитали звать его так, хотя никто не рисковал делать этого при нем. А если находился смельчак, его быстро ставили на место головорезы капитана. Да и сам он был не прочь вправить мозги непонятливому собеседнику... Так вот этот Эдди прекрасно знал, чем я занимаюсь. Иногда сами пользовался моими услугами. Поэтому, наверное, и не трогал. Да и какой смысл? Лучше меня этих гор никто не знает - я излазил их вдоль и поперек. В любой момент могу скрыться так, что ни одна собака не сыщет! Так что, ежели чего, он лишался лучшего (говорю это не лукавя) проводника по этой дикой местности. Короче говоря, договариваться удавалось...

Нет, сейчас у пограничников никаких претензий быть не может. За исключением кое-каких мелочей...

Вы спрашиваете, не боюсь ли я жить один в этакой глуши?.. Согласен, среди тех, кто пользовался моими услугами, не часто попадались порядочные люди. Но ни один из них не рисковал давить на меня. Что мне стоило завести их в какое-нибудь дикое место и бросить там? Одним, без проводника, не выбраться ни за что!.. Жестоко?.. Что вы! Просто здесь несколько иные представления о жизни, чем здесь у вас, в городе. Или ты давишь, или тебя задавят! Ну, а если какому-нибудь придурку и пришла бы мысль напасть на меня, мне было, чем встретить незваного гостя. Стреляю я неплохо. Как-никак больше года отпахал на последней войне рядовым пехоты...

Нет, я не всегда вел такой образ жизни. В горы я приехал в двадцать лет, окончательно разуверившись в людях... Да, в какой-то мере это было связано с женщиной. Но нельзя сказать, что дело только в этом. Скорее, это лишь одно звено в длинной цепи... Мне надоел "цивилизованный" мир, захотелось уединения. Я бросил все к чертовой матери и приехал к деду... Родители?.. К тому времени я уже года три не видел их. Да и они, сдается мне, не очень-то рады были бы встрече со мной... Почему?.. Наверное, потому что не оправдал их надежд. Мне пророчили большое будущее, а я... А! Что тут говорить! Я был достаточно взрослым и самостоятельным, чтобы жить не по указке родителей... Они не знают, что мне пришлось пережить! Они не знают, что я живу в горах, что деда два года назад пропал на Перевале, потому что уже лет десять не были в этих краях. А я и не стремлюсь их видеть...

Дед для меня всегда был кумиром. Он хоть и сердился на дочку за то, что она сбежала отсюда с моим отцом, принял меня с распростертыми объятиями. Выслушав мою историю, он лишь сказал: "Молодец, что приехал!" И все... Он рассказал и показал мне то, о чем я даже и не догадывался. Мы с ним излазили все горы в округе, и он завещал мне все свои знания и свое дело. Дед, как и я, был проводником. Но в один прекрасный момент он не вернулся с Перевала. Так я и остался один...

Нет, я не отклоняюсь от темы нашего разговора, гражданин следователь. Все, о чем я рассказываю, имеет самое прямое отношение к произошедшим событиям. Наберитесь терпения, потом все поймете...

Итак, сидел, значит, я и размышлял о своей жизни. В смысле того, чем заняться в ближайшее время. В последний раз я провожал нескольких контрабандистов на ту сторону около двух недель назад. С тех пор у меня никто не появлялся. Кроме Женьки... Вот и в тот день он сидел рядом со мной, курил свои крутые сигареты и гладил Верного. (Верный - это мой пес.) Пес, свернувшийся клубком у наших ног, признавал только меня и его. Остальным было лучше не рисковать, пытаясь его погладить...

Вдруг Верный вскочил, шерсть на загривке встала дыбом, а из горла вырвался сдавленный рык - верный признак того, что он почувствовал чье-то приближение.

- Спокойно, Верный! - потрепал я его за ушами.

А сам положил свой карабин (который на всякий случай всегда держал при себе) на колени - мало ли что! В наших краях всего можно было ожидать...

Послышался стрекот вертолета, и скоро над моим домом зависла боевая машина пограничной охраны.

- Ба, Саня! - сказал Женька, глядя на махину, медленно опускающуюся на землю. - Никак Эдди со своими головорезами решил нанести тебе визит?

Я поморщился:

- Видать, опять я ему зачем-то понадобился.

Первыми из вертолета выскочили несколько до зубов вооруженных ребятишек, больше напоминающих головорезов, чем солдат, находившихся на государственной службе. Впрочем, в наших краях трудно отличить бандита от трудяги и наоборот. Тут очень расплывчатая грань...

Ребятишки проверили все вокруг, потом старший из них махнул рукой, и по трапу вертолета спустился Эдди - капитан погранслужбы.

В этом звании Эдди ходил уже давно, что, впрочем, его вполне устраивало... Почему?.. Просто должность, которую он занимал, позволяла удовлетворять его денежные запросы. Все крупные контрабандисты платили ему за переход через границу, а он за это закрывал глаза на подобные штучки. А чтобы начальству не показалось подозрительным подобное благополучие на участке, Эдди со своими ребятами вылавливал тех, кто не платил, или тех за кого ему заплатили. Не удивляйтесь, гражданин следователь, и среди контрабандистов, знаете, тоже существует конкуренция...

Эдди помог спуститься какому-то человеку в штатском. Это был мощный мужчина с седыми, коротко остриженными волосами. Вся его фигура излучала властность, а по тому, как подобострастно с ним обращался Эдди, можно было предположить, что это не простой человек...

- Здравствуйте, капитан! - поприветствовал я Эдди, выходя ему навстречу. - Какими судьбами занесло вас к моему скромному жилищу?

Он улыбнулся мне своей хищной улыбкой, от которой у меня сразу стало неспокойно на душе. А незнакомец окинул меня оценивающим взглядом и спросил:

- Так это он, Эдик?

- Он, - ответил капитан, никак не прореагировав на эту фамильярность, что само по себе уже наводило на размышления.

- Хорошо, - кивнул мужчина.

- Не хотите ли чего-нибудь выпить, капитан? - традиционно предложил я ему.

И он традиционно мне ответил:

- Пожалуй, неплохо было бы промочить глотку. Пошли в дом, есть небольшой разговорчик...

Как я и предполагал, Эдди прилетел ко мне не просто так. Это окончательно стало ясно по последней фразе, но мне еще предстояло узнать, в чем дело... Никогда капитан не приводил с собой клиентов для меня. Впрочем, и таких высокопоставленных, видимо, гостей у меня не было. Значит, дело обещало быть исключительным...

Итак, мы втроем вошли в мою избушку, оставив остальных снаружи. В доме у меня всегда был запас спиртного, и я достал три стакана и бутылку самого лучшего коньяка. (Обычно мы с Эдди обходились самогоном, но для такого случая пришлось разорить свой неприкосновенный запас.) Соленые огурцы и хлеб пошли на закуску. Конечно, не самое лучшее сочетание, здесь больше подошли бы конфеты, но у меня больше ничего не было - в горах живут очень скромно.

Незнакомец по-хозяйски уселся за стол, достал дорогую сигару и закурил, равнодушным взглядом оглядывая нехитрую обстановку моего жилища. Однако пить он не стал, а вот Эдди не отказался. Залпом осушил свою порцию, засунул волосатые пальцы в банку, проигнорировав лежащую рядом вилку, достал огурец и захрустел им. При этом на лице незнакомца промелькнуло брезгливое выражение. Я же выпил, не закусывая, как привык, и стал ждать, когда меня посветят в цель визита.

Незнакомец стал кидать на Эдди нетерпеливые взгляды, и тот, заметив это, утер тыльной стороной ладони рот и поинтересовался у меня:

- Ты, конечно, слышал о Василии Андреевиче Сикорском?

Я чуть было не хлопнул себя ладонью по лбу... Ну, конечно же! Все время думал, где я мог видеть этого человека. По телевизору!.. Собственно говоря, у меня нет этого чуда техники в доме, но иногда, когда бываю здесь, у Коляна, я смотрю этот ящик от нечего делать. Человек, чье имя назвал мне Эдди, был одной из самых крутых фигур в нашем государстве и частенько мелькал на голубых экранах. Но кроме высокого поста у него еще было довольно-таки значительное состояние. Если обналичить все его средства, он мог бы совершать многокилометровые заплывы. А еще, как один раз сболтнул мне по пьяной лавочке один крупный контрабандист, он владел многими (чуть ли не всеми) караванами, мотающимися через Перевал. Правда, я сделал вид, что тот мне ничего не говорил. Меньше знаешь - лучше спишь, знаете ли...

Нет, имя этого контрабандиста я не назову. Зачем? Он уже давно мертв, и я даже не знаю, где его могила и есть ли она вообще. Может, лежат где-нибудь обглоданные кости...

В общем, услышав, какой высокопоставленный гость посетил мою избушку, я понял, почему Эдди, обычно такой наглый, так вел себя с ним. Это был очень опасный человек, и держаться в его присутствии надо было очень осторожно во избежание крупных неприятностей.

- Зачем же господину Сикорскому понадобился такой маленький человечек, как я? - поинтересовался я.

Эдди вопросительно посмотрел на своего спутника, и тот сказал:

- Мне сказали, что ты считаешься лучшим проводником и следопытом в этих местах?

Польщенный, я кивнул.

- Я хочу предложить тебе, парень, за одно несложное, думаю, для тебя дело десять кусков.

Да, вы не ослышались, гражданин следователь! Десять тысяч долларов... И я понял, что дело, видимо, было действительно важным, если за него отваливали такую кругленькую сумму!

- Что нужно сделать? - поинтересовался я.

- Мне необходимо найти в этих горах группу людей, - ответил Сикорский. - Две девушки и три парня. Твоя задача - вывести наших людей на них, остальное - не твоя забота... Хочу предупредить, что, по крайней мере, один из них опасен.

Я кивнул. В голове промелькнула мысль - чем же беглецы насолили Сикорскому, если он устроил за ними охоту, да еще самолично возглавил ее?

Но тот так и не раскрыл до конца свои карты, лишь уточнил:

- Они идут на Перевал.

Я очень удивился. Что же это за чокнутые, которые решились идти туда без проводника?! На что они рассчитывают?

- Без проводника им не пройти Перевал, - уверенно заявил я.

Сикорский покачал головой.

- Он им не нужен.

- Позвольте! - не выдержал я. - Как это - не нужен? Кроме меня по эту сторону границы нет ни одного человека, который мог бы пройти по Перевалу один. Это же чистейшей воды самоубийство!.. Можно даже и не гнаться за ними, они - трупы!

- Ты переходишь все границы! - рявкнул на меня Эдди. - Умерь свой пыл!

Сикорский глянул на него так, что он мгновенно заткнулся.

- Мне не нужны их трупы. Мне нужно то, что у них. Я тебе плачу десять кусков, ты выводишь нас на них. Больше никаких вопросов...

- Ладно, - сдался я. - Когда они ушли на Перевал?

- По нашим данным - сегодня утром, - ответил Эдди. - Я тебе оставлю своих парней. Они в полном твоем распоряжении.

- Хорошо, сегодня я выступлю. Только... - я пристально посмотрел на Сикорского. - Мне нужны пять тысяч сейчас.

Эдди грозно сверкнул на меня глазами.

- Чеком или наличными? - спокойно поинтересовался Сикорский.

- Наличными, конечно, - ухмыльнулся я.

Он сунул руку во внутренний карман своего шикарного пиджака и, вытащив пачку банкнот, с презрением швырнул их мне. Но я человек негордый, я взял деньги и сунул в карман штанов.

- Можешь пересчитать, - заявил мне этот человек, чей взгляд мне не очень понравился.

- Зачем? Я вам верю, - ответил я.

- Вот и хорошо, - сказал он, встал и направился к выходу.

Когда Сикорский вышел, Эдди подскочил ко мне и сунул свой кулачище под нос.

- Ты когда-нибудь договоришься приятель! Укороти свой длинный язык, или тебе как-нибудь укоротят голову!

А мне было чертовски приятно, что кто-то сумел насолить такому человеку, как Сикорский. Такие типы считают, что все в этом мире продается и покупается. Они не считают свои деньги, а я зарабатываю их потом и кровью. Человек для них - лишь средство для достижения своих целей. Сикорскому были подвластны люди, которым он мог приказать все, что угодно. Даже жрать собственное дерьмо. Я никому ничего приказать не мог... Я даже почувствовал некоторую симпатию к тем беднягам, которые чем-то провинились перед ним. Но мне заплатили за их головы, значит, необходимо было отбросить все эмоции и приниматься за дело. В данном случае деньги действительно решали многое...

- Капитан, а вы не задумывались над тем, что, имея такую власть, господин Сикорский так и не смог задержать их до нашей дикой местности? - заметил я. - А ведь в населенных местах это сделать было бы значительно проще. Смогут ли ваши ребята сладить с ними?

- Ты, главное, выведи на них, - успокоил меня Эдди. - Остальное - не твоя забота. Я оставлю тебе лучших людей, они справятся. И постарайся, как следует, проводник! Если мне удастся их поймать, Сикорский не забудет этого. А я не забуду про тебя...

Я подумал, что не очень-то стоит верить обещаниям капитана. Впрочем, мне-то терять нечего - свои десять кусков я в любом случае получу.

- Кстати, с той стороны мне сообщили, что Китаец возвращается, - вдруг заявил Эдди.

Китаец был крупным контрабандистом и имел строптивый нрав. Да вы, наверное, слышали о нем, гражданин следователь. У властей по обе стороны границы всегда было с ним полно хлопот... Так вот, этот Китаец на ту сторону переправлял оружие, а обратно - наркотики. Многие в округе его побаивались, а у меня с ним в последнее время сложились слишком натянутые отношения, так что я не горел желанием увидеть его в наших краях. Китайцу ничего не стоило пришить любого, кто встанет у него на пути. Но я, слава Богу, еще не перешел той хрупкой грани, когда меня можно было считать его врагом. Хотя все шло к этому. Китаец был ужасно скуп...

- По-моему, в последнее время этот парень стал слишком много о себе думать, - продолжал Эдди. - Мне сообщили, что на той стороне он сбил вертолет погранохраны. Мне это совсем не нравится...

Ходили слухи, что в последний раз Китаец не заплатил ему за переход (мне, впрочем, тоже), а капитан терпеть не мог, когда его накалывали подобным образом.

- И я решил, что с ним пора кончать. Поэтому буду очень признателен тебе, если выведешь моих ребят на него... Конечно, после того, как выполнишь поручение господина Сикорского...

Тут наши мнения совпадали. Не скажу, что ненавидел Китайца, но я никогда не забывал о тех, кто меня "кидал". Именно поэтому и стал брать задаток с клиентов. И был бы рад, если бы Китайцу поумерили пыл...

- Заметано, капитан! - согласился я. - Только пока ничего не могу обещать, ведь неизвестно, где он выйдет с Перевала. Опять же, все зависит от того, как быстро я справлюсь с первой задачей, которая, как я понимаю, важнее на данный момент...

- Конечно важнее! - поспешил подтвердить Эдди. - Поэтому не тороплю тебя. Китаец никуда от нас не денется...

- Вполне возможно, мне придется последовать за беглецами на Перевал, - заметил я и добавил: - За их трупами...

- Я же сказал, что не тороплю тебя! - рявкнул капитан.

Мне доставляло просто изуверское удовольствие видеть, как он бесится. Конечно, опасно было задевать Эдди, но я не мог не воспользоваться моментом и не поиздеваться немного над ним.

- В любом случае, когда Китаец пойдет обратно, он вынужден будет обратиться ко мне. Вот тогда мы его и прихлопнем! - успокоил я его.

- Вот и замечательно! - сказал Эдди, похлопывая меня по плечу. - Кстати, не дашь ли мне бутылочку такого коньяка? Уж больно он хорош у тебя!

Я не удивился. Такова была традиция у нас с ним. Он всегда уносил с собой бутылку самого лучшего моего самогона, а я всегда держал для него наготове запас. Для поддержания хороших отношений, так сказать...

- Конечно, капитан, - сразу согласился я и протянул ему заранее припасенную бутылку.

- И эту я, пожалуй, тоже захвачу, - подумав, заявил он, указывая на початую. - Если не возражаешь, конечно...

"Вот паразит! Отыгрался-таки!" - подумал я, с сожалением расставаясь с коньяком.

- Вот спасибо! - просиял Эдди, принимая "подарок". - Уважил старика!

Удовлетворенный капитан вышел наружу, я - следом. Сикорский был уже в вертолете. Эдди тоже забрался туда, бережно неся обе бутылки, и машина сразу же взмыла в воздух. Со мной остались семеро пограничников. Мы проводили вертолет взглядами, после чего Женька, который так и сидел на завалинке, спросил меня:

- Он опять тебя "ограбил"?

Я возмущенно фыркнул:

- Ограбил?!.. Обчистил до нитки! Утащил последние две бутылки коньяка, которые я по собственной глупости выставил на стол. Идиот! Мог бы и не вытаскивать, обошлись бы самогоном.

- Когда уходишь?

Мой дружок давно понял, что визит Эдди не был случайным, поэтому не задавал лишних вопросов, зная, что последует за этим. А вот у меня был к нему один...

- Прямо сейчас, - ответил я на его вопрос и поинтересовался в свою очередь: - Послушай, Женька, ты в деревне не видел пятерых чужаков?

В нашем селе все друг друга знали, поэтому появление незнакомцев не могло остаться незамеченным. Хотя, если беглецы не были дураками, они не стали бы останавливаться на ночь в деревне, а переночевали бы где-нибудь в другом месте. От греха подальше, так сказать. Так что свой вопрос я задал скорее наудачу, особо не надеясь на положительный ответ...

- Как же! - откликнулся он. - Переночевали у Кольки и в пять утра отправились в горы. От услуг местных отказались. И от твоих, кстати, тоже... Странные они какие-то. Не наши люди...

Это была удача, да еще какая! У меня появился реальный шанс догнать беглецов, не рыская по всей округе...

- Спасибо, друг! - поблагодарил я его. - По какой дороге они пошли?

Женька бросил на меня проницательный взгляд.

- По юго-восточной... Ты за ними?

Я кивнул.

- За ними. Можешь описать?

Женька задумался ненадолго.

- У их главного - сержантская рожа. У остальных вполне приличный вид. Городские хлюпики...

Он презрительно сплюнул. Я понял, что большего от него не добьюсь.

- Женька, за это дельце мне отваливают десять кусков! Плевать, кто они - хлюпики или головорезы! Мое дело - найти их, и все! А потом получу денежки, и будем гулять! - Я ткнул его кулаком в бок.

- Заметано! - согласился Женька. - Только я одного не пойму, Санек... Чем эти бедняги так насолили Сикорскому, что он лично примчался сюда и платит такие деньги?

Мой дружок гораздо чаще меня смотрел телевизор и, видимо, сразу узнал посетителя.

- Не знаю, - признался я. - Наверное, сперли что-нибудь.

- Не похожи они на воришек, - покачал головой Женька. - Правда, один из них явно имел дело с воровским миром, судя по его разговору. Но остальные... Скорее всего, здесь что-то другое.

Он поднялся с завалинки.

- Ладно, Саня, пойду домой. А ты, как только вернешься, подваливай ко мне, хорошо?

- Хорошо! - пообещал я, пожимая его руку.

Женька потрепал пса по голове и зашагал прочь по тропинке ведущей в деревню.


2.

Я спустился в свое хранилище, чтобы захватить к своему карабину патроны и взять свое стандартное снаряжение, после чего выбрался к пограничникам.

Что? Какой такой склад оружия?.. А, так, значит, вы и до моего хранилища добрались! Выходит, мне еще статья за незаконное хранение оружия светит? Так ведь единственно в целях самозащиты держу. Времена-то неспокойные, люди разные шляются. Спокойнее как-то на душе, когда под боком такой солидный арсенал... К тому же я вхожу в отряд самообороны нашего селения. Так что все законно... Откуда у меня столько оружия? Позвольте, я не буду отвечать на этот вопрос. Лучше продолжу свой рассказ...

Так вот, выйдя из хранилища, я зашел в дом и наполнил фляжку отборным "первачом". Ребята, которые ожидали меня снаружи, были самыми крутыми, из находившихся у Эдди в подчинении. Настоящие головорезы... С ними мне не раз приходилось иметь дело. Они были своеобразным спецназом и участвовали в любом трудном деле, связанным с большим риском для жизни. Конечно, среди них были неплохие следопыты, но лучше меня никто не знал Перевала. И ни о каком дружеском расположении друг к другу не могло быть и речи, потому что эти ребята, в случае чего, убрали бы меня без лишних слов, если бы возникла такая необходимость. И я, и они это знали, поэтому мне всегда с ними приходилось держаться настороже... Но пока я мог полностью положиться на них. И мы немедленно отправились в путь...

Мужики были не новички в альпинизме, поэтому идти нам было легко. Ребята, несмотря на оружие и снаряжение, шли быстрым и уверенным шагом, не отставая от меня. И скоро мы вышли на нужную тропу.

У меня сложилось впечатление, что беглецов вел человек, хорошо знающий местность. Он не петлял в поисках пути, а шел по тропе, ведущей точно к Перевалу. Кроме того, этот человек был профессионалом в том, что касалось сокрытия следов. Правда, против меня он все равно был слабоват. И как ни маскировал свое пребывание на тропе, я все равно рано или поздно обнаруживал следы его группы... Что?.. Почему я не пустил в дело пса?.. Да если бы все было так просто, обошлись бы без моей помощи. У пограничников тоже есть прекрасные ищейки... Да, беглецы использовали средство, отбивающее нюх у псов, поэтому Верный даже не пытался идти по следу, предоставляя это право своему хозяину. А уж я старался не упустить их из виду.

Видимо, беглецы все-таки подозревали, что их будет преследовать опытный проводник. Они несколько раз меняли направление, пытаясь сбить преследователей с толку, но я всегда был начеку. Правда, у меня возникло подозрение, что настигнуть их быстро не удастся. Им незачем было останавливаться, да и вышли они раньше нас. А мне приходилось идти медленнее, чтобы не потерять след. И все же, несмотря на все их ухищрения, мы их догнали. На одной из стоянок беглецов, где они переодевались перед тем, как вступить в зону нетающего снега, мне попался еще не потухший окурок сигареты. Об этом я сразу сообщил командиру группы.

Мордатый сержант, иссеченный шрамами (что придавало ему весьма отталкивающий вид), взял бинокль и пошарил по окрестностям взглядом.

- Вот они! - с явным удовлетворением сообщил он. - Танцор, вызывай базу.

Радист сразу же вытащил антенну небольшого, но мощного передатчика и забубнил:

- Орел вызывает базу. Орел вызывает базу. Прием...

- Дай-ка и мне посмотреть. - Я протянул руку к сержанту

Тот отдал мне бинокль и сказал, обращаясь к своим:

- Ребята, это они! Мы получим наши пятьдесят зеленых!

"Недорого же вы ценитесь!" - не без злорадства подумал я, наводя оптику...

Их действительно было пятеро. Ближе всего к нам шли два мужика, потом девушки, возглавлял шествие высокий накаченный парень с короткой армейской стрижкой, в боевом разгрузочном жилете, одетом поверх куртки. У всех за плечами была тяжелая поклажа, указывающая, что ребята собрались в дальнюю дорогу, а у мужской части - еще и автоматы Стрельникова, которые в народе называли русскими "Узи". Точнее рассмотреть их не было возможности, потому что видны были только одни затылки. Шли они тяжело (по крайней мере, последние трое шедших), и именно поэтому нам удалось их догнать. Я сразу понял, что, на наше счастье, эти трое явно были "чайниками" в альпинизме...

Но вот их предводитель, словно почувствовав мой взгляд, обернулся. Внутри меня будто что-то оборвалось. Я вспомнил то, что все эти годы мучительно хотел забыть. Хотел забыть и не мог...


* * *


Наш взвод, сопровождавший колонну грузовиков, попал в самую глупую засаду, которую можно себе только представить. Нас, молодых, необстрелянных солдатиков, щелкали, как мишени на стрельбище, и спрятаться в этих проклятых горах было негде. Огонь велся с обеих сторон дороги. Снайперы выбили всех командиров, и люди из организованной силы превратились в сброд, искавший спасения от пуль и осколков, где только возможно - под горящими БТРами и БМП, под грузовиками, среди камней...

Меня ранило осколками гранаты в обе ноги почти сразу же после того, как я спрыгнул с машины. Стреляя из автомата во все стороны (мы ведь не видели противника, что было страшнее всего), мне удалось забиться в какую-то расщелину, где до меня не доставали пули и осколки. Расстреляв все патроны, я крепко сжимал в руке гранату, решив подорвать себя, если буду обнаружен боевиками. Я знал, что после того, как с нашим взводом будет покончено, они проведут зачистку местности, и попадать к ним в руки живым мне совсем не хотелось. Все мы прекрасно знали, что они делали с теми, кто оказывался у них в плену. Однако во мне жила надежда, что меня не заметят, что я сумею остаться в живых. А жить ох как хотелось! И от недавнего глупого желания уйти из этой жизни, из-за которого я, собственно говоря, и оказался на войне, не осталось и следа...

Я слабел с каждой минутой, с кровью уходили последние силы. Больше всего я боялся, что потеряю сознание и не смогу сделать то, что задумал. Потом где-то совсем рядом послышались гортанные выкрики, и я взялся рукой за кольцо чеки, готовясь выдернуть ее, как только меня обнаружат боевики. И вдруг послышался нарастающий гул вертолетов, и через мгновение скалы вокруг меня вздыбились в огненном вихре взрывов. Один из боевиков, спасаясь от огня, бросился в расщелину, в которой я прятался. Мы одновременно увидели друг друга. Он вскинул автомат, но выстрелить не успел. Его тело прошила автоматная очередь, а уже через мгновение на его месте появился сержант, готовый в любой момент пустить в ход оружие.

Он увидел меня и убрал палец со спускового крючка.

- Живой? - спросил он.

Я был настолько слаб, что только и смог слабо кивнуть в ответ.

- Что у тебя в руке? Граната? - поинтересовался сержант, заметив мой сжатый кулак.

В тот момент, когда боевик вскинул автомат, я успел выдернуть чеку, и теперь сжимал гранату, не зная, что мне с ней делать. Далеко бросить я не мог - не было сил. Оставалось одно - держать предохранитель до тех пор, пока пальцы сами не разожмутся.

- Дай ее сюда! - Поняв, что произошло, сержант ловко выхватил гранату из моей руки и швырнул за камни. Прогрохотал взрыв, а он уже спрашивал меня: - Идти можешь?

Я отрицательно мотнул головой.

Сержант взвалил меня на свои дюжие плечи и куда-то потащил. Может, я несколько раз терял сознание - не помню. Для меня и реальность, и бред слились воедино. Окончательно пришел в себя уже в вертолете. Рядом со мной сидел тот самый сержант, которому я был обязан жизнью. Он что-то говорил мне, но я плохо понимал его. В ушах стоял гул, я балансировал на грани потери сознания, и мне стоило больших трудов удержаться в этом состоянии. И только когда мы приземлились, мне стало легче, и я смог более или менее трезво мыслить...

- Как тебя зовут? - поинтересовался я у сержанта, когда меня выносили на носилках, чтобы отправить в госпиталь.

- Лехой меня кличут.

- Спасибо, Леха! - сказал я ему.

- За что? - удивился он.

- Ты спас мне жизнь, - ответил я. - Я - твой должник.

- Да брось ты! - отмахнулся он. - Работа у меня такая: вытаскивать таких салаг, как ты, из подобных передряг! Так что не грузись особо, парень...

Я хотел ему сказать, что если возникнет нужда, он всегда может рассчитывать на мою помощь. Но сержант уже махнул рукой, и санитары быстро потащили меня к машине...


* * *


И вот человек, спасший некогда мне жизнь, маячил перед моими глазами. И хотя прошло достаточно много времени с тех пор, я его сразу узнал. Слишком часто мне снился тот бой, чтобы я мог его забыть...

- Верзила, шеф передал, что высылает вертолеты, - обратился радист к сержанту. - Я дал пеленг.

- Хорошо, - откликнулся тот. - Оставайся здесь с проводником и встреть их. А мы займемся делом. Нужно успеть взять этих гавриков до прибытия вертолетов, а не то хрен нам что достанется. Пошли, ребята!

Он махнул рукой, и шестеро пограничников кинулись вперед наперерез беглецам. Впрочем, надо было отдать должное их выучке и опыту - шума не было. Будто тени, а не люди заскользили вниз по склону...

В моей голове все смешалось. Я разрывался на части между долгом перед человеком, который спас мне жизнь, и опасением за свою судьбу. Сикорского нельзя было так просто "кинуть", его люди нашли бы меня и на дне морском! Как я жалел, что ввязался в это дело! Тогда бы не надо было делать выбор... Но я не мог позволить им убить Леху, без которого не сидеть мне сейчас здесь перед вами, гражданин следователь, и не рассказывать эту историю, а гнить бы в могиле. Я хорошо понял слова Сикорского о том, что ему не нужны беглецы, а нужно то, что они взяли у него, и не питал иллюзий по поводу их дальнейшей судьбы. И я не мог не спасти того, кому был обязан жизнью. Что бы они ни натворили, не мог...

Радист сидел, склонившись над передатчиком. Мой нож перерезал его горло, и он ткнулся лбом в рацию, так и не успев понять, кто же его убил. Уложив мертвого пограничника на землю, я достал оптический прицел и приладил его к своему карабину. Вскинув его к плечу, приник к окуляру и стал выискивать цель.

Верзилу и еще одного из его пограничников я обнаружил почти сразу - они находились совсем близко от беглецов. Остальных не было видно, но я знал, что они где-то поблизости от своих. А беглецы сгрудились вокруг моего спасителя и что-то рассматривали - вероятнее всего, карту. Почти сразу же я вернулся к Верзиле, держа его в перекрестии прицела и ожидая удобного случая, чтобы покончить с ним.

Сержант поднял руку и махнул ею сверху вниз. Одновременно с этим моя пуля вышибла ему мозги, уткнув носом в камень. Сразу же я переместил перекрестие прицела на другого пограничника и вторично нажал на спусковой крючок. А потом я перенес свое внимание на беглецов...

Четыре пограничника бросились к Лехе, надеясь взять его, пока он не опомнился. И, скажу я вам, гражданин следователь, если бы на его месте был другой человек, их номер наверняка бы прошел. Левой рукой бывший сержант зажимал правую, в которой держал автомат, а из-под пальцев сочилась кровь. На это, видимо, и рассчитывали погранцы. Но Леха ведь служил не где-нибудь, а в спецназе, всю войну прошел от начала и до конца! Несмотря на раненую руку, он сумел очередью практически в упор расстрелять двоих из нападавших. Третий навалился на него, но Леха вывернулся и ножом прикончил пограничника. А четвертого снял я из своего верного карабина. Он даже не успел добежать до Лехи...

Испытывал ли я угрызения совести, убивая этих людей?.. Конечно же нет. Таких негодяев еще поискать надо, на их совести была не одна загубленная жизнь! Так почему же я должен был думать о том, не нарушаю ли я закон, когда дело касалось жизни и смерти моего спасителя? Уж они бы точно не задумались, убивать или нет, если бы Эдди приказал им пришить человека...

Итак, ситуация нормализовалась, хотя угроза до конца не исчезла. Я уже собирался выйти из укрытия, как вдруг услышал близкий рокот вертолета. Винтокрылая машина пронеслась так низко надо мной, что подняла целую тучу пыли, запорошив мне глаза. Она миновала беглецов и скрылась за скалами, чтобы через минуту появиться опять. Только на этот раз машина зависла над ними, и из распахнутого люка застрочил пулемет, прижимая людей к земле. Этот вертолет не принадлежал погранохране...

Я выругался и поднял карабин. Один выстрел ушел в сторону, потому что вертолет все время двигался. Зато второй попал точно в цель, и пулеметчик вывалился из открытой двери. Вертолет сразу же стал набирать высоту, но пули, пущенные мною в лобовое стекло, оборвали жизнь пилота. Неуправляемая машина завертелась на месте, начала выделывать какие-то странные пируэты. Наконец, она задела хвостом за скалу... Послышался страшный скрежет, и вертолет рухнул вниз. Высота была небольшая, и взрыва не последовало. Но лично мне не верилось, что кто-нибудь мог выбраться из этого куска искореженного металла.

Беглецы находились на приличном от меня расстоянии. Выскочив из укрытия, я, что есть силы, помчался к ним, чтобы успеть увести их до прибытия вертолетов погранохраны с головорезами Эдди на борту. Однако, уже подбегая, я понял, что опоздал. Люди были не только в сбитом мною вертолете...

Автоматные очереди загрохотали неожиданно для меня, заставив броситься в укрытие. Впрочем, стрельба быстро прекратилась. Когда я осторожно выглянул из камней, около которых лежали трупы сержанта-пограничника и его товарища, которых я убил первыми, моим глазам предстала следующая картина...

Вокруг беглецов столпилась группа вооруженных людей в штатском. Один из них что-то говорил в рацию, другой держал одну из девушек (второй не было видно), а трое оставшихся методично избивали Леху ногами. До этого, видимо, он все-таки сумел достать четверых: трое из них уже никогда не откроют глаза, а четвертому было суждено на всю жизнь остаться калекой, если он выжил, конечно. Но и двое товарищей Лешки неподвижно лежали на земле.

Мой выстрел заставил садистов, избивающих раненого, шарахнуться в разные стороны в поисках укрытия. Один из них остался неподвижно лежать на камнях. Наивные! Они надеялись спастись от моих пуль! Вскоре они поняли свою ошибку, но было уже поздно. После каждого выстрела меняя позицию, я выбивал их одного за другим, как шары в бильярде. Я знал здесь каждый камешек, а они - нет. И вскоре все было кончено...

Одним махом перекинув свое тренированное тело через камни, я оказался около беглецов.

- Спокойно, я - друг! - успокоил я девушку, которая была еле жива от страха.

Собственно говоря, это была еще совсем девочка, которой на вид было лет пятнадцать, не больше. Невысокая, крепко сбитая, с длинной темной косой - она притягивала к себе взгляд. На бледном от испуга лице особенно сильно выделялись веснушки, придававшие ей какой-то особенный шарм.

Я склонился над раненым и попытался его растормошить.

- Эй, Леха, ты меня слышишь? Очнись, сержант!

Он открыл глаза, и его взгляд уперся в меня. Было заметно, что ему хорошо досталось.

- Ты меня не помнишь, сержант? Ты спас меня на войне. Я поклялся отплатить тебе той же монетой, если смогу. И вот я здесь...

- Много вас там было, - пробормотал он в ответ на мои слова, еле разлепляя разбитые губы. - Разве всех упомнишь?

Я и не рассчитывал на это, к тому же за пять лет моя внешность несколько изменилась - я отпустил усы и бороду, раздался в плечах, заматерел. А тогда был совсем зеленым юнцом...

- Надо убираться отсюда, сержант. Здесь скоро будут вертолеты пограничников. Они успели дать пеленг...

- Значит, это ты их хлопнул? - поинтересовался Леха. - Ну что ж, спасибо за помощь...

- Да не за что, - ответил я. - Ведь это я вывел их на вас.

- Ты? - угрожающе проговорил Леха, нашаривая здоровой рукой свой автомат.

- Я не знал, кого здесь увижу, - попытался я оправдаться. - Но теперь... Теперь я вас не брошу.

- Спасибо, конечно, за помощь, но здесь наши пути расходятся, - заявил Леха. - Ты пойдешь своей дорогой, а мы - своей! Помощники нам не нужны.

Ей богу, мне стало обидно! Я поставил на карту все, чтобы его спасти, и вот она - благодарность! Но тон, которым были сказаны эти слова, не допускал возражений. К тому же ему удалось взять автомат в руку, и теперь его дуло смотрело прямо на меня.

Разговор не клеился. И самое плохое было то, что времени на споры не оставалось - уже был слышен гул вертолетов. Но тут на мое счастье вмешалась спутница Лехи.

- Послушай, Алеша, давай не будем отказываться. Тем более что он действительно нам сильно помог. Если бы не он, нас бы схватили. Я верю, что он действует из лучших побуждений.

Леха пожал плечами, сразу согласившись с девушкой (что само по себе было очень странным). А она обратилась ко мне:

- Куда мы пойдем?

- Есть одно местечко, где вас никто не найдет, - ответил я.

- Хорошо, - кивнула девушка и с беспокойством огляделась по сторонам. - А где Алекс, Костя и Алиса?

- С вашими спутниками все кончено, - сообщил я, склоняясь над ними. - Они мертвы.

- И Алиса?..

Словно в ответ на ее вопрос из-под ближайшего валуна донесся женский голос:

- Вытащите меня отсюда, ради бога!

Каково было мое изумление, да и остальных тоже, когда в щели под этим огромным камнем мы обнаружили женщину! Знаете, гражданин следователь, такой красоты я в своей жизни еще не видывал! Глаз невозможно было оторвать! На ее фоне все остальные женщины сразу же блекли...

- Алиса! - воскликнула девушка, увидев ее.

- Ну, ни хрена себе! - удивился я. - Как же ты туда забралась?

Воистину безграничны человеческие возможности, скажу я вам, гражданин следователь, когда находишься под влиянием страха! Эта женщина, вторая из спутниц Лехи, когда началась стрельба, втиснулась в узкую щель под валуном и пролежала там, пока все не стихло. А вот вылезти сама уже не смогла - застряла. Мы с Лехой с трудом вытащили ее оттуда...

- А теперь линяем отсюда! - сказал я им, когда операция по спасению была завершена. - Скоро здесь будет слишком людно, и нам совсем не обязательно дожидаться, когда это случиться.

- А Алекс с Костей? - встрепенулась вдруг эта веснушчатая девчонка. - Мы же не можем их здесь вот так оставить!

- К черту! - воскликнул я с досадой. - Нам некогда их хоронить. И тащить с собой мы их не можем.

- Он прав, Оля, - поддержал меня Леха.

Она с тоской посмотрела на тела своих товарищей и махнула обреченно рукой.

- Как-то не по-человечески получается...

Я не стал ей объяснять, что когда на кону твоя жизнь, становится не до человечности. Я бросился прочь от этого места, Леха (довольно быстро оправившийся от побоев) и Алиса последовали за мной. И девушке ничего не оставалось, как бежать вслед за нами...

Я повел их туда, куда не потащил бы никого, если бы не особые обстоятельства, которые заставляли действовать быстро и решительно, ибо вертолеты пограничников уже висели практически над нами...


* * *


Через пару минут мы оказались у подножия скалы, которую пересекала узкая щель. Не зная, где она находится, необходимо было приложить немало сил, чтобы обнаружить ее. Она была так расположена, что можно было спокойно пройти мимо и не заметить ее. Именно туда я и предложил лезть своим спутникам.

Войдя в пещеру, я сразу почувствовал, что за то время, пока меня там не было (а это составляло что-то около года), произошли какие-то изменения. И далеко не в лучшую сторону... Я вдруг ощутил неподотчетную сознанию тревогу, и это мне совсем не понравилось. Как и моему псу. Шерсть на загривке Верного встала дыбом, он прижался к моей ноге и вообще, старался держаться поближе к нам. Но выбора, как говорится, у меня не было. Это было единственное место, где мы могли укрыться от Эдди и его головорезов...

- Что это? - поинтересовался Леха, когда мы оказались в пещере, открывшейся нашим взорам за узким лазом.

- Здесь нас никто не найдет, - уверенно заявил я, кидая свой рюкзак на землю и устраиваясь около него.

Леха держался молодцом, несмотря на то, что рукав его куртки уже весь пропитался кровью. Едва мы оказались в безопасности, он стянул с себя куртку и занялся осмотром раны. Результаты осмотра были неутешительными.

- Пуля застряла в плече, - сказал Леха и попросил меня: - Помоги достать, а то девочки не смогут...

Отстегнув с пояса фляжку, я протянул ее Лехе.

- На-ка, возьми. Вместо анестезии...

Он ухмыльнулся и отхлебнул из фляжки.

- Хорошая вещь! - только и сказал он, занюхав кулаком.

- Первач! Сам гнал! - не удержался я.

Попросив веснушчатую девушку, которую Леха назвал Ольгой, посветить мне фонариком-карандашом, найденным у Лехи, я достал нож и плеснул самогоном на рану. Потом сделал ножом надрез и резким движением извлек пулю. При этом Леха лишь крепче сжал зубы, но не проронил ни звука. Я бросил взгляд на Ольгу. Вид крови не больно-то ее напугал, и выглядела она нормально. Даже не отвела взгляд.

- Ну, вот и все! - сообщил я, закончив операцию. - Надеюсь, перевязать тебя они сумеют?

- Я окончила курсы медсестер, - сказала Алиса, подходя к Лехе с бинтом.

А я подумал, что не больно-то похоже, чтобы она была связана хоть каким-то боком с медициной. По крайней мере, эта красотка не предложила свои услуги в качестве ассистента, когда я попросил ее подружку помочь мне. Тем не менее, перевязывала она ловко.

- Ты неплохо справился, - заметил Леха, обращаясь ко мне. - Не в первый раз, а?

- Да уж конечно, - ответил я ехидно. - На войне частенько приходилось этим заниматься, да и после тоже... Кстати, меня Сашей зовут, - сообщил я, вспомнив, что не представился. - А то вас я уже знаю всех по именам, а вы меня - нет... И расскажите, наконец, что же произошло? Что это такое вы сперли у господина Сикорского, что он так разозлился на вас?

Они переглянулись.

- Ты, как я вижу, хорошо осведомлен о наших делах, - заметил Леха.

Я ухмыльнулся.

- Еще бы! Мне предложили за вас десять кусков и, конечно, посвятили в кое-какие подробности. Не во все, правда...

Почти сразу же я понял, что напрасно сказал им о деньгах. Между нами снова появилась стена недоверия, которую мне с таким трудом почти удалось разрушить. Женская половина встревожено уставилась на меня, а Леха чуть заметно приподнял здоровой рукой свой автомат. Но, как говорится, слово - не воробей, вылетит - не поймаешь...

- Не беспокойтесь! - поспешил заверить их я. - У меня действительно были мысли заполучить эти деньги, но до того, как я увидел Леху. Он когда-то спас мне жизнь, и теперь я намерен отплатить ему тем же. И чихать я хотел на эти десять кусков! Долг платежом красен...

- Спасибо! - поблагодарила меня Ольга и поинтересовалась: - А сами вы что дальше делать будете?

Я пожал плечами.

- Оставлю вас здесь, а сам выйду наружу и присоединюсь к поискам. Они сейчас, наверное, прочесывают окрестности. Я окажу им посильную помощь и...

- Сдашь нас тепленькими и получишь свою награду! - мрачно закончил за меня Леха. - Черта с два!

Дуло его автомата смотрело мне прямо в грудь.

- Ты - дурак, сержант! - спокойно ответил я. - Да если бы это было так, я не стал бы тащить вас сюда. Вы бы все равно не ушли от пограничников, и свои деньги я получил бы в любом случае. Моя задача была проста - вывести на вас. А кто захватит - не мое дело!

- Алеша, ты не прав! - вступилась за меня Ольга. - Он не такой плохой, как ты думаешь, и в его словах есть логика.

- Смотри, Оля, дело твое, - нехотя согласился Леха, опуская оружие. - Если ты так уверена...

Девушка, удовлетворенная словами моего знакомого, повернулась ко мне и поинтересовалась:

- А что в это время будем делать мы?

- Останетесь здесь, пока им не надоест вас искать, - ответил я. - Потом я вернусь за вами и переведу за границу.

- Вот уж кто нам не нужен, так это проводник, - заявил Леха, - Мы и сами дойдем туда, куда нам нужно.

- Интересно, и каким же образом вы собираетесь это сделать? - ехидно поинтересовался я. - Хорошо, я допускаю, что вы сможете добраться до Перевала. А как там? Перевал - это не место для прогулок, без проводника там - кранты!

- У нас есть карта Перевала! - Он ткнул меня пальцем в грудь: - И поэтому мы не нуждаемся в твоих услугах, понял?

Девушка, которую он называл Ольгой, укоризненно посмотрела на него. Я понял, что парень проболтался, и мне стало интересно.

- Карта? Можно полюбопытствовать?

- Еще чего! - возмутился Леха, но Ольга молча расстегнула куртку и достала сложенный в несколько раз листок.

При этом что-то с металлическим стуком свалилось на пол. Это был маленький дамский пистолет. Девчонка совсем не умела обращаться с оружием!

Под моим взглядом она смутилась, быстренько подобрала пистолет и отправила его обратно под куртку. Я покачал головой и заметил:

- Надо бы поосторожней обращаться с этой штукой. Оружие, знаешь ли, иногда стреляет.

- Спасибо, учту! - буркнула она себе под нос.

- Что же ты им не воспользовалась, когда на вас напали люди Сикорского? - подлил я масла в огонь.

Она сильно покраснела. Это было заметно даже при таком неверном свете, который проникал в пещеру через щель. Я еще тогда подумал - а умеет ли она вообще стрелять?

- Я совсем про него забыла...

Я подавил в себе желание улыбнуться. Действительно, от ужаса, который она испытала во время схватки, вполне можно было забыть об оружии. Мне самому в своем первом бою на войне было не до стрельбы. Я тогда просто выпалил все патроны неизвестно куда, а потом просидел, укрываясь за камнями, пока наши "старички" не погнали нас в атаку...

- Итак, карта... - напомнил я Ольге.

- Вот она. - Девушка протянула ее мне.

Увидев, что было на карте, я даже присвистнул от удивления. Там была нанесена подробнейшая схема всех путей на Перевал и на самом Перевале! Даже наша пещера была там обозначена, хотя кроме меня, как я раньше думал, о ней никто не знал. Оказалось, что я сильно заблуждался на этот счет...

- Откуда?.. - спросил я вдруг севшим от волнения голосом. - Откуда взялась эта карта?

Человек, составлявший ее, мог быть только проводником и никем другим. Проводников было несколько, но такую подробную карту составить могли только трое из тех, кого я знал: я, мой дед, либо еще один человек. Двое последних были уже мертвы, а я... Сами понимаете, я держал эту карту в руках впервые и уж никак не мог составить ее.

- Хорошая карта, правда? - поинтересовался Леха. - Для многих она представляет определенный интерес.

- Этой карте - грош цена! - нарочито спокойно сообщил я ему.

- Ты что? - возмутился он. - В ней же подробным образом указаны все пути по Перевалу. Имея такую карту, можно...

Я посмеялся над его наивностью и сказал, перебив его:

- Даже имея такую карту, все равно на Перевале ничего нельзя сделать без проводника! Вижу, вы ничего об этом не знаете. Там все по-другому. Кто рискнет сунуться на Перевал один, тот оттуда не вернется. Даже Эдди со своими ребятами туда никогда не лезет...

- А Сикорский считает иначе, - заявил упрямо Леха. - Чего он за нами так гоняется, как ты думаешь?

- Из-за карты? - дошло до меня. - Так вот в чем дело!

Я задумался.

- Если дело только в этом, можете вернуть ее владельцу. По Перевалу я вас и так проведу.

- К сожалению, этим дело не ограничивается. Вряд ли Сикорский оставит нас в покое. Он не прощает подобных поступков, - покачал головой Леха.

- К тому же нам нужно не просто пройти по Перевалу, - добавила Ольга. - Мы хотим попасть в Город.

От изумления я даже потерял дар речи. Город!.. Никто из проводников не смел туда соваться. Много разных легенд и слухов бродило о нем. Страшных легенд...

- Нет! - твердо заявил я. - Сам не пойду и вас не пущу.

- Почему? - удивились они.

- Я не для того вытаскиваю вас из лап Сикорского и Эдди, чтобы отпустить на верную гибель, - ответил я. - Многие до вас пытались проникнуть туда. А вернулся лишь один. Это был мой дед... Его друг, с которым он ходил, тоже остался там. Город отпустил моего деда, искалечив руку и ногу. Так что бросайте эту затею, ребята! Давайте, я переведу вас по Перевалу за границу. Там вы сможете укрыться от Сикорского. Это самое большее, что я могу вам предложить.

Я заметил, что они не больно-то прислушались к моим словам. То ли они не поверили мне, то ли было еще что-то, что позволяло им быть уверенными в себе. Ну, а уговаривать их сейчас я не собирался. В тот момент были дела и поважнее. Поэтому я решил дать им время подумать над моими словами.

- Ладно, я пошел, - сказал я, поднимая рюкзак и вешая карабин на плечо.

- Подожди, - вдруг остановил меня Леха.

- Что еще? - насторожился я.

Честно говоря, мне уже начинали надоедать его постоянные придирки, и я ожидал, что он опять ко мне прицепиться.

- Дай-ка мне еще глотнуть из твоей фляжки, - попросил Леха. - Вместо болеутоляющего...

Я с облегчением вздохнул. Хорошо, что мои опасения оказались напрасными, иначе, ей богу, я не выдержал бы...

Отстегнув с пояса фляжку, я протянул ее Лехе. Он сделал солидный глоток и вернул ее мне.

- Саша, а они не догадаются о вашем участии в нашем исчезновении? - вдруг поинтересовалась Ольга. - Может, вам лучше остаться с нами?

Я отрицательно замотал головой.

- Думаю, что они не узнают. Свидетелей я не оставлял...

- Мои тоже не заговорят, - заявил Леха.

Я направился к выходу. Но напоследок не удержался и сказал:

- Советую вам, ребята, все-таки подумать хорошенько - времени у вас будет достаточно.

- Ты надолго? - поинтересовался Леха.

- Как получится, - пожал я плечами. - Уведу их и вернусь. Может, придется подождать. В любом случае, оставайтесь на месте и не вздумайте заходить дальше в пещеру. Это очень опасно! А я постараюсь побыстрее вернуться...

Вдруг позади меня раздался скрежет, грохот, и дневной свет стал стремительно таять. Верный залаял, шерсть на его спине встала дыбом. Я резко развернулся и застыл на месте, не в силах пошевелиться от ужаса. Не то, что у Верного, у меня волосы на голове зашевелились от ужаса! Скала медленно двигалась, закрывая щель!

Когда шок прошел, я со всех ног бросился к выходу, но не успел. Последний лучик света исчез, и пещера погрузилась в кромешную тьму.


3.

Это был сюрприз, да еще какой! Как говорится, предчувствия меня не обманули... В мгновение ока все мы оказались в полной темноте. Мой лоб покрылся холодной испариной, когда я осознал, что произошло. Ужас и паника охватили меня. Я растерялся, не представляя, что мне дальше делать...

Эта троица еще не знала, что это означает. Но я-то не раз бывал в этой пещере и прекрасно понимал, что вход не мог сам собой закрыться, если раньше такого никогда не происходило! Я зажег спичку и осмотрел поверхность скалы. Не было даже и намека на то, что здесь когда-то была щель! Сколько я себя помнил, тут всегда находился вход в пещеру. Все это было странно и загадочно... Я почувствовал, как ослабели вдруг ноги.

- Что случилось? - услышал я позади голос Лехи.

- Черт возьми! Если бы я знал! - с отчаянием в голосе ответил я. - Куда-то исчез выход. Только что был здесь, а теперь его нет!

- Мне показалось, что скала сдвинулась, - услышал я голос Алисы.

- Сдвинулась... Факт тот, что мы оказались отрезанными от внешнего мира, - мрачно сообщил я им.

- Мне как-то не по себе, - сказала Ольга.

- Можно подумать, я прыгаю от радости! - бросив бесплодные попытки отыскать выход, съязвил я.

- Давайте не будем пререкаться и обсуждать свои ощущения, - заявил Леха, вмешиваясь. - Давайте лучше подумаем, что будем дальше делать.

Я пожал плечами.

- Придется идти к другому выходу. Ничего другого предложить я не могу, к сожалению.

- Тогда не будем терять времени, - заявил Леха. - Пойдем.

В темноте я услышал, как он поднимается, бряцая оружием и еще чем-то. А я подумал, стоит ли им рассказывать, что их ожидает впереди?

- Хорошо, пойдем, - согласился я. - Фонарик у кого-нибудь есть, кроме карандаша?

- Приборы ночного видения, - ответил Леха.

- Отлично! - обрадовался я. - Лучшего и пожелать нельзя!

Открыв рюкзак, я нащупал свой прибор ночного видения и надел на голову. Мир вокруг меня сразу же обрел видимые границы. Перед нами был довольно-таки широкий коридор, уходящий вглубь. Верный опять заворчал, шерсть на его загривке встала дыбом, и я знал, что его беспокоило. Мне и самому бывало не по себе, когда приходилось идти этим путем. А сейчас мне было откровенно страшно, и если бы была возможность избежать, ни за что бы не потащился вглубь пещеры! Тем более с компанией, наполовину состоящей из женщин. Но другого выхода не было...

- Теперь нам следует вести себя как можно осторожнее и тише, - приступил я к консультации своих спутников. - Эта пещера таит в себе множество опасностей, о которых вы даже не можете иметь представления. Леха, - обратился я к бывшему сержанту, - держи свой автомат наготове. Возможно, придется стрелять. А вы, девочки, держитесь рядом и не отставайте во избежание неприятностей. Если кому-нибудь из вас необходимо будет остановиться, скажите мне. Всем все ясно?.. - Я дождался, когда головы в нахлобучках приборов ночного видения кивнули в подтверждение, и сказал: - Тогда быстро пошли.

- Это так серьезно? - озабоченно поинтересовался Леха.

- Серьезней не бывает! - ответил я.

Он кивнул и передвинул автомат на грудь.

Мы быстро двинулись вперед. Эта пещера представляла собой очень запутанный лабиринт, но Верный безошибочно вел нас. Кроме того, и я сам неплохо ориентировался здесь по одним только мне известным приметам. На глаза попадались то какие-то рисунки, призрачно светившиеся на стенах коридора, то страшные, просто ужасные морды каких-то причудливых существ, высеченные из камня.

- Что это такое? - поинтересовался Леха, который чувствовал себя увереннее всех.

- Толком я и сам не знаю, - честно признался я. - Это очень запутанная система пещер, видимо, раскинувшаяся на огромное расстояние. Она, видимо, имеет то же происхождение, что и Перевал, частью которого, видимо, когда-то был этот лабиринт. Существует несколько выходов наружу, в том числе и на самом Перевале. Но я никому бы не посоветовал лезть туда по этим ходам.

- Послушай, Сань, а, может, ты нас сразу же выведешь на Перевал? - вдруг вмешалась Алиса. - По этим ходам...

Я вздохнул. Ну как мне им объяснить, насколько это опасно? Как объяснить, если никто из них даже не был на Перевале?

- Это очень древняя система. Мне кажется, этот лабиринт создан кем-то искусственно. Тем, кто намного древнее человеческого рода. И эти "кто-то" до сих пор, возможно, живут в пещерах на Перевале. По крайней мере, никто из тех, кто пытался проникнуть на Перевал по этим ходам, не вернулся обратно. И мне совсем не хочется проверять, что с ними случилось, на себе...

Сказал и подумал, что, наверное, зря это сделал. Если до этого мои спутники с интересом разглядывали все вокруг, переговариваясь между собой в полголоса, то после моих слов они замолчали и стали держаться ко мне поближе. Видимо, им вспомнились рисунки и барельефы на стенах пещеры. Да и я, честно говоря, не чувствовал себя в тот момент уверенно. Судя по всему, тут многое изменилось со времени моего последнего посещения. И мне совсем не хотелось встретить здесь то, о чем я понятия не имел.

Некоторое время мы шли молча. Я размышлял о странностях моих спутников. Впрочем, Алиса вполне вписывалась в образ нормальной женщины. А вот остальные... Леха встретил меня с излишней настороженностью, граничащей с глупостью. Конечно, я не ожидал, что он распахнет мне дружеские объятия, но все же... Любой здравомыслящий человек понял бы, что никто не станет убивать, если деньги и без этого попадут к нему! Тем более ссориться из-за этого с пограничниками. Впрочем, вполне возможно, что Сикорский устроил им такую жизнь, что он просто вынужден был относиться с подозрительностью к любому, попадающему в его поле зрения... А Ольга? Похоже, в их троице она была главной. Почему не Леха? Для мужчины это естественнее, чем для молоденькой девочки, которая ничего не успела повидать в жизни. Тем более что опыт у бывшего сержанта был очень богатый... И вела она со мной себя так, будто хорошо знала меня. А я вот ее что-то не припоминал...

Так мы шли минут десять по низким коридорам. Леха, который был самым высоким из нас, практически касался потолка головой. Наконец, мы попали в огромный зал. Я остановился у входа и прислушался. Все было тихо, но тошнотворный запах, наполнявший воздух зловонием, насторожил меня. Раньше, конечно, в этой пещере воздух тоже не благоухал розами, но такого запашка не было. Складывалось впечатление, что здесь сдохло какое-то живое существо, случайно забредшее в этот лабиринт и не сумевшее выбраться наружу.

- Что это за вонь? - поинтересовался Леха, зажимая нос рукой.

- А хрен его знает! - ответил я. - Видать, кто-то сдох здесь, не сумев выбраться из лабиринта.

- Человек? - ужаснулась Алиса.

- Вряд ли, - успокоил я ее. - Про этот лабиринт кроме меня никто не знает. Скорее всего, какой-нибудь зверь...

Несмотря на свои опасения, я все же рискнул войти. А куда нам было деваться? Назад пути не было, значит, волей неволей приходилось двигаться вперед. Следом за мной вошли и мои спутники...

В стенах зала было полно ходов, ведущих неизвестно куда, а в центре на постаменте стояла высеченная из камня скульптура какого-то создания. Я-то видел ее уже не раз, а вот мои спутники - впервые. Я-то хотел побыстрее миновать этот зал, но они, увлекаемые любопытством, подошли поближе, чтобы лучше рассмотреть эту скульптуру. Конечно, они же не знали, что такое Перевал, потому и были так беспечны. Но я-то знал, что нам грозит, если мои подозрения оправдаются...

Итак, мои спутники приблизились к изваянию, чтобы лучше рассмотреть его. А посмотреть там, действительно, было на что. Мастерски выполненная злобная морда с огромными ушами, мощный торс и четыре верхние конечности, грозно вскинутые вверх, вселяли тревогу. Этот монстр выглядел настолько правдоподобно, что, казалось, он сейчас набросится на нас и разорвет своими семипалыми лапами, оканчивающимися длинными, сантиметров по десять, и острыми когтями. Но, конечно, то была всего лишь игра воображения. Это чудище не могло сойти со своего постамента, даже если бы и захотело. Ног-то у него ведь не было - ниже пояса он уходил в камень. Правда, мне почему-то показалось, что раньше он как-то по-другому стоял...

Статуя произвела очень сильное впечатление на моих спутников. Они уже притерпелись к запаху и с любопытством рассматривали это изваяние.

- Что это? - спросил тихо Леха.

Я пожал плечами.

- Откуда же мне знать? Может, это изображение древнего обитателя этих пещер, а, может, еще кого. Давайте-ка лучше пойдем дальше...

- А ты сам когда-нибудь видел их? - поинтересовалась Алиса.

Я почувствовал теплое дыхание на своей щеке, а ее пальцы вцепились в мою руку. Этой бабенке было явно не по себе. Да и мне, честно говоря, тоже. Даже Верный не отходил от меня ни на шаг, тихо поскуливая, хотя это было на него не похоже. Обычно он обшаривал все углы и закоулки в этих пещерах, за исключением нескольких мест, а тут прижался ко мне, словно его что-то пугало...

- Этих - нет, и слава богу! - ответил я и поинтересовался в свою очередь: - А что - страшно?

- Зловещее место! - призналась Алиса. - Мне здесь не нравится.

- Думаешь, я в восторге от этого места? - поинтересовался я, поглаживая ее прохладную руку. - Мне тоже здесь не нравится.

- И мне как-то не по себе, - признался Леха. - Все время кажется, будто кто-то смотрит на меня сквозь перекрестие прицела. Как на войне...

Я внимательно посмотрел в его лицо.

- И ты чувствуешь это? Я думал, это на меня закрывшийся вход так подействовал!

- А раньше что, такого не было? - насторожился Леха.

- Не было, - честно признался я. - Эта часть лабиринта всегда была необитаемой. Теперь же я в этом не уверен. И мой пес, видимо, тоже. Посмотри, как он беспокоится!

Я потрепал Верного по загривку, а он глухо зарычал, глядя куда-то за статую.

- Мне тоже кажется, что здесь кто-то есть, - поддержала меня Алиса, которая все еще держалась за мою руку. - А ты, Оля?

Ее подруга не ответила, сосредоточенно осматривая пьедестал, на котором стояла статуя. Ей вообще, кажется, было по барабану, что мы там чувствуем, о чем беспокоимся. Скульптура монстра полностью завладела ее вниманием.

- Мне кажется, что это - культовый зал! - вдруг заявила она. - А это, - девушка указала на подножие скульптуры, - алтарь для жертвоприношений. Эта статуя - не что иное, как какой-то древний бог тех, кто ее изваял. И я думаю, совсем не обязательно, чтобы они были похожи на этого идола.

- Вполне возможно, - согласился я с ее рассуждениями, а про себя подумал: не дай бог нам узнать, как на самом деле выглядели те, кто изваял эту статую, и для чего она предназначалась!..

- Я изучала... - хотела что-то сказать Ольга, но фразу так и не закончила.

Послышался вскрик и какие-то странные звуки, заставившие нас с Лехой броситься к ней со всех ног. Обходя статую, девушка оказалась за ней и была скрыта от наших взглядов. Первым достиг ее Леха...

- Мать моя женщина! - услышал я его голос. - А ты был прав, Саня! Здесь и в самом деле лежит труп! Только совсем не зверя...

Последние слова были предназначены мне. Предчувствие мне подсказывало, что ничего хорошего я не увижу. Да и поведение Верного, если вспомнить, указывало на это. Он ведь еще раньше почувствовал, что там что-то не в порядке...

И точно. Одного взгляда хватило, чтобы мне стало очень и очень хреново. Нет, не так, как Ольге, которую буквально выворачивало наизнанку. На войне мне всякого пришлось насмотреться и то, что я увидел, меня не шокировало. Но предчувствие, что все это добром не кончится, зародившееся, когда я стоял у закрывшегося таинственным образом выхода, окрепло, а сердце тоскливо заныло...

Теперь я понял, откуда исходил этот противный запах, шибанувший мне в нос, едва мы вошли в этот каменный зал. Я ошибся, посчитав, что труп не может принадлежать человеку. В паре шагов от статуи валялось полуразложившееся тело мужчины. Собственно говоря, эту мешанину из костей и мяса трудно было назвать телом. Складывалось впечатление, что его пропустили через мясорубку. И это случилось совсем недавно, если судить по тому, что труп еще не успел до конца разложиться. Но это было еще не все. Далее по всему полу были раскиданы кости. На первый взгляд, человеческие...

Сзади пронзительно завизжала Алиса, но Леха быстро зажал ей рот ладонью. Что ни говори, зрелище было не из приятных!

- Вот тебе бабушка и Юрьев день! - шепотом произнес Леха. - Кто ж это так изуродовал беднягу?

- Понятия не имею! - признался я. - Но это мне не нравиться. Ситуация, оказывается, еще хуже, чем я себе представлял. До этого здесь я не сталкивался ни с чем подобным.

Переборов брезгливость, я наклонился к трупу и подобрал серьгу, лежащую рядом с ним.

- Н-да! - прошептал я. - Бедняга Цыган! Как же тебя угораздило залезть сюда?

- Ты знал его? - поинтересовался Леха, беспокойно озираясь вокруг.

Я кивнул. Цыган жил в деревне и пропал за несколько недель до событий, о которых я вам сейчас рассказываю. Сначала никто не обратил на это внимания. Он часто уходил в "загул", не появляясь дома по нескольку дней. Но когда он и через неделю не объявился, жена забеспокоилась и сообщила в милицию. Мы тогда обшарили все окрестности, но никого так и не нашли... Так вот, у Цыгана была серьга в ухе, имеющая весьма характерную форму, из-за которой (да еще кудрявых черных волос и смуглой кожи) его так и прозвали. Ее я и держал в руках... Теперь тайна его исчезновения была раскрыта, но были еще и другие останки, чье нахождение здесь говорило о том, что Цыган был не единственной жертвой неизвестных нам убийц.

- Я думаю, лучше уйти отсюда! - заявил тихо Леха.

Я отстегнул фляжку и сделал солидный глоток. Леха молча протянул руку, и я передал ему. Вливание нам было просто необходимо. А что вы хотите? Представьте себя в нашем положении, и вы поймете...

От Лехи фляжка перешла к девушкам. Алиса сделала глоток и поперхнулась. Сглотнув, она часто задышала и спросила:

- Это что - спирт?

- Нет, лучше! - сказал я. - Это самогон, первач.

- Крепкий, зараза! - пожаловалась она, содрогнувшись.

- Зато хорошо помогает в подобных ситуациях, - возразил я.

Ольга пить не стала, хотя ей было тяжелее всего (ведь она первой наткнулась на это жуткое зрелище). Мы молча выбрались из зловещего зала. Я напряженно размышлял. Неужели ОНИ выбрались с Перевала? Я не первый раз пересекал этот зал, но впервые встретил такое... Нет, конечно, и раньше эти пещеры были зловещим местом. И раньше там попадалось кое-что ужасное... Со всем этим я знал, как справляться или избегать опасности. Но если ОНИ вернулись, то... Вот тогда я по-настоящему пожалел, что завел их в этот лабиринт...

- Вы все еще хотите пробраться этим путем на Перевал? - поинтересовался я не без задней мысли.

- А ты сам сталкивался раньше с чем-нибудь подобным? - тихо спросил меня в ответ Леха, словно прочитав мои мысли.

- Честно?.. Нет, это впервые, - признался я.

- А когда ты последний раз был здесь? - поинтересовался он.

- Прошлым летом, - ответил я.

- И что ты думаешь по этому поводу?

Что я думал по этому поводу! Не было никакого смысла разыгрывать из себя супергероя, и я ответил предельно откровенно:

- Надо скорее выбираться отсюда, пока мы не нарвались на тех, кто это сделал!

- Может, лучше вернуться обратно и поискать выход там? - осторожно предложил Леха.

- Там нет другого выхода, - ответил я. - Только время зря потеряем.

- А ты уверен, что там, куда ты нас ведешь, он существует? - поинтересовался Леха.

Я покачал головой.

- После того, что произошло, я уже ни в чем не уверен. Но у нас нет другого выхода. Останься мы на месте - и участь наша была бы незавидной. Надеяться на то, что выход снова появится? А если нет? На сколько бы у нас хватило запасов пищи и воды?

Леха махнул рукой, понимая, что я прав.

- Ладно, веди нас к своему выходу. От этих разговоров только муторнее на душе делается...

Некоторое время мы шли молча. После того, что мы увидели около статуи, нам было не до того, чтобы разговаривать и рассматривать окружающую обстановку. Девушки жались к нам с Лехой и все время оглядывались, как будто тот, кто изуродовал Цыгана, мог напасть сзади. Впрочем, это было не исключено. Мы с Лехой все время были начеку, следя за окружающей обстановкой и обследуя каждый вход в ответвление лабиринта или поворот прежде, чем пройти.

Лехе скоро надоело молчать.

- Сколько нам еще идти?

Я прикинул, сколько мы уже прошли, и ответил:

- Еще долго, часа три, наверное.

- А где-нибудь поближе нет выхода? - поинтересовался он.

- В том-то все и дело, что нет! - ответил я.

Леха помолчал некоторое время и вдруг сказал:

- Знаешь, на войне было проще - ты всегда знал, кто твой противник и как с ним бороться. Здесь все не так...

- Как и везде на Перевале, - заметил я и поинтересовался: - Скажи, а чего ты в армии не остался?

- Армия хороша в военное время, - ответил он, горько усмехнувшись. - А для мирного нас было слишком много. Да и не по мне казарменная жизнь... А ты как здесь оказался?

- Когда кончилась эта война, я не смог найти своего места в том мире и приехал сюда, чтобы забыть все... - ответил я. - Не получилось. А ты чем занимался, когда ушел на гражданку?

Леха поднял руку с автоматом и утер лоб.

- Что-то жарковато становиться... После того, как подписали мирный договор, я получил несколько наград и денежную премию. Думал, хватит на безбедное житье. По крайней мере, на некоторое время... Но деньги кончились быстрее, чем я ожидал, а устроиться никуда не мог. Знаешь, сколько после войны нас было таких, гремящих боевыми наградами и пытающихся что-то доказать другим? Мы вроде как бы оказались не у дел, а нашей великой Родине было наплевать на нас. Многие пошли в грузчики, дворники, мыть посуду в ресторанах... Такая жизнь была не по мне. Но мне повезло - удалось пристроиться на тепленькое местечко...

- Зачем же ты ввязался в эту авантюру?

Я знал тип таких людей. Им никогда не сиделось на месте, они вечно ввязывались в разные истории. Сколько их было разбросано по всей стране!

- Зря ты, Леха влез в это дело! - сказал я ему. - Может, вы и знаете кое-что о том, что происходит здесь, но представить даже не можете, что это такое! Хорошо, если мы выпутаемся живыми. Там, на войне, все было проще - это ты верно сказал...

- Так чего же ты занялся этим промыслом? - поинтересовался Леха, осторожно заглядывая в очередной ход.

- Я - другое дело! - ответил я, проскальзывая с девушками мимо, пока Леха держал боковой коридор под прицелом. - Во-первых, у меня были веские причины, чтобы покинуть мир и уединиться в горах. А во-вторых, это наше семейное дело. Мой прадед был проводником, дед тоже, ну и я решил пойти по их стопам. Наследственность... К тому же я знаю, за что рискую, и чем все это может кончиться для меня. Это моя жизнь! Можешь назвать это зовом крови, если хочешь.

Мы на некоторое время замолчали, а потом я сказал, переходя на шепот:

- Знаешь, Леха, я удивлен. Будь я на твоем месте, подыскал бы себе другую компанию для такого рискованного дела. Я не знаю, в каких ты с ними отношениях, но, по-моему, бабы как-то не очень хорошо подходят для подобных мероприятий. Тебе должно быть это известно. Никто из них не умеет правильно обращаться с оружием, а Ольга так совсем еще девочка. Сколько ей? Пятнадцать?

- Двадцать, - последовал ответ.

Я был удивлен. Не подумайте, я редко ошибаюсь в оценке женщин. Но она никак не тянула на свой возраст. И если по Алисе было видно, что она - уже вполне зрелая женщина, то Ольга... Нет, не тянула она на двадцать лет.

- Я не мог оставить их, - продолжил Леха. - И на то были веские причины. Сикорский ведь охотится за всеми нами... И потом, если ты считаешь, что я - главный в нашей компании, то глубоко заблуждаешься.

У меня на этот счет было уже сложившееся мнение, но все же я поинтересовался:

- А кто?

Но он не успел мне ответить. Верный вдруг резко остановился и заскулил. Я знал, что мой пес так себя не вел без особых причин. Значит, впереди там что-то было... А тем временем пес грозно зарычал, шерсть встала дыбом, но вперед он не шел.

- Что случилось? - с тревогой в голосе поинтересовалась Ольга.

Я скинул с плеча карабин и взял его наизготовку.

- Все назад! - стараясь говорить тише и спокойнее, сделал знак рукой.

Пока ничего не было видно, но поведение Верного указывало на то, что где-то впереди скрывалась неведомая опасность.

- Смотрите, что это?! - первой увидела ЭТО Ольга.

Волосы у меня на голове зашевелились от ужаса, когда я тоже ЭТО увидел. На нас стремительно надвигалась тьма! Вы знаете, гражданин следователь, принцип работы прибора ночного видения?.. Нет?.. Дело в том, что эта штука улавливает излучение предметов, и отсутствие видимости означало, что это нечто, надвигающееся на нас, наоборот, поглощает излучение. Или еще что-то, непонятное и ужасное...

Тьма поглотила нас, а я не мог двинуть ни рукой, ни ногой. Леденящий душу ужас перехватил дыхание. Совсем, как в детском кошмаре, когда хочешь убежать от собственного страха и не можешь...

Но это был не сон, когда можно проснуться и тем самым спастись! Надо было что-то делать, и я попытался заставить палец на спусковом крючке нажать его. Бесполезно! Мышцы, казалось, больше не принадлежали мне. Но я не прекращал попыток, одновременно подавляя в себе дикие приступы ужаса, что не очень-то хорошо получалось у меня.

И вдруг мой взгляд наткнулся на какой-то силуэт у самой стенки. Это был участок еще более черный, чем тьма, обступившая нас. И мне показалось, что этот неопределенный силуэт чуть-чуть двинулся. Я закрыл глаза, потом снова открыл (на это я еще был способен). Интересующий меня объект был неподвижен, но я готов был поклясться, что он находился на несколько шагов ближе к нам, чем до того. И, казалось, это нечто чувствовало, что за ним наблюдают, и опасалось.

Теперь, когда я, наконец, увидел противника, дело пошло легче. Нечто рванулось вперед, и в этот момент я сумел-таки надавить на спусковой крючок. В тот момент, когда грохнул выстрел, я почувствовал, как ко мне возвращается способность двигаться. Тень откачнулась назад, замерев на месте, а я уже не останавливался, как автомат, паля из своего карабина. Неважно куда - лишь бы стрелять. А нечто вдруг пропало из поля зрения, и тьма стала стремительно отступать. Одновременно с этим я снова обрел возможность видеть коридор пещеры в обычных красках.

- Он убегает! - услышал я голос Алисы.

- Давай, мочи его! - закричал с азартом охотника Леха (хотя было непонятно, почему он не воспользовался своим автоматом).

А у меня было такое ощущение, будто я только что проделал многокилометровый марш-бросок с полной боевой выкладкой. Руки и ноги тряслись противной мелкой дрожью, воздуха не хватало, и легкие работали, словно кузнечные меха.

- Ну что же ты? Зачем ты ему дал уйти? - набросился на меня Леха, когда тьма окончательно покинула коридор.

- Зачем, зачем!.. - огрызнулся я. - Я и так словно выжатый лимон. Руки вон до сих пор трясутся...

Я привалился к стене, чтобы успокоиться. А Леха тем временем осматривал пол коридора.

- Смотри-ка, Саня, что я нашел!

Я подошел к нему. На полу были хорошо заметны пятна тьмы, цепочкой уходящие дальше по коридору. Опустившись на корточки, я дотронулся до одного из них пальцем (хотя с моей стороны было большой глупостью трогать незнакомое вещество, но мозги после такого напряга, видимо, плохо варили). Возникло хорошо знакомое ощущение.

- Леха, я, кажется, все-таки подстрелил его! - сообщил я ему.

Мы осторожно двинулись вперед, держа наготове оружие. Капли черноты привели нас к одному из ходов, куда, если судить по следам, и скрылась эта тварь.

Соблюдая все меры предосторожности, мы заглянули туда. Нашим глазам предстала целая куча костей.

- Здесь, видимо, он и поджидал свои жертвы, - заметил я, изучая их. - Год назад здесь ничего подобного не было.

- Вот и объяснение гибели твоего Цыгана, - сказал Леха, вглядываясь в глубину хода.

- Может быть, - согласился я.

- Это был просто ужасный, черный, огромный паук! - вмешалась в наш разговор Алиса, не отходившая от нас ни на шаг. - Бр-р-р, мерзость!

Ее слова о черном пауке воспринимались мной с большим недоверием. Это можно было отнести впечатлительности Алисы. Но неожиданно Леха поддержал ее. Он, оказывается, тоже видел паука. А уж его никак нельзя было отнести к впечатлительным людям. Но таких больших пауков в природе не встречается. Не встречалось, я хотел сказать, до этого момента...

- Это не он, - вдруг заявила Ольга, не вмешивавшаяся до этого момента в наш разговор. - Характеры разрушений костей у статуи и здесь различаются. Если здесь они практически целые, то там их как будто сначала пережевали, а потом выплюнули.

А ведь она была права! Никто из нас не додумался до этого...

Леха поднял автомат и выпалил весь боезапас в логово этой твари. Затем сменил магазин и собирался уже войти туда, но я удержал его:

- Ты что, собираешься преследовать эту тварь?

- Конечно, - спокойно ответил он мне. - Нельзя же оставлять в тылу эту гадину! Надо добить...

- Не сходи с ума! - продолжал удерживать я его. - Откуда ты знаешь, что тебя там ждет? И одна ли она там? Попадешься, как муха в паутину - тут тебе и конец будет! Лучше пойдем дальше.

- Паук, да еще неведомый пожиратель людей... Не слишком ли много противников? - продолжал упорствовать Леха. - Не лучше ли поубавить их число? Тем более что один из них уже подстрелен...

- А насколько серьезно я его зацепил? - поинтересовался я. - Эта тварь способна обездвижить человека так, что невозможно двинуть ни рукой, ни ногой. Нам повезло, что мне удалось нажать на спусковой крючок. Повезет ли еще раз?.. Я, например, не уверен.

Этот довод, видимо, убедил его.

- Хорошо, пойдем, - нехотя согласился он, пожимая плечами...

- Откуда он здесь взялся? - поинтересовался парень, когда мы отошли на несколько шагов от логова этой твари. - Я таких никогда не видел.

Девушки опасливо оглядывались назад. Им, наверное, все время казалось, что паук в любую секунду может выскочить сзади и напасть. Да и мы с Лехой не чувствовали себя уверенными, хотя и сумели отбить его атаку.

- Я тоже никогда не видел, - сознался я. - И у меня кое-что вызывает сомнения... Ты же бывший спецназовец, Леха, и не хуже меня должен знать, что такое чернота в приборе ночного видения. Никакого черного паука вы не могли увидеть!

- Но мы все это видели! - возразила Алиса.

- Кроме меня, - отпарировал я. - Хотя насчет паука... В одной из легенд о Перевале говорится о чем-то подобном, но... Нет ни одного человека, который видел хотя бы одного из них. Я не думаю, что встреча с подобной тварью могла хорошо кончиться. Раньше ведь не было подобных приборов. Но если это правда... Странно, что этот "паук" появился так далеко от Перевала, если это действительно он. И эти многочисленные кости в его логове, да и у статуи тоже... Откуда их столько? Неужели в последнее время кто-то посещал эти пещеры? Что-то я не слышал, чтобы здесь открывали постоянное сообщение с Перевалом! Или, может, теперь это любимое место прогулок?

Я окинул взглядом своих спутников. Леха выглядел молодцом, Алису явно шокировала эта встреча. Ольга же, напротив, была спокойна, словно ничего и не произошло. И это было удивительно, потому что даже я, часто сталкивающийся с Перевалом, чувствовал себя очень даже неуютно.

- Чего замолчала, курносая? - поинтересовался я у нее. - О чем задумалась?

Она задумчиво посмотрела на меня и вдруг спросила:

- Скажите, Саша, а вы когда-нибудь видели у кого-нибудь семипалую руку?

- Нет, никогда, - ответил я, немного удивленный ее вопросом. - А что?

- Я видела такую среди костей у логова паука, - сообщила девушка. - Я вот все думаю, кому она может принадлежать?

Это был сюрприз для меня. Мне и в голову не пришла мысль разглядывать останки бедняг, попавших в ловушку. Вы думаете, мне было до этого? Черта с два! Какая мне разница, сколько там было пальцев - пять, шесть или семь. Хотя, с другой стороны, я еще никогда никого не встречал с семипалой рукой. С шестью пальцами приходилось, не спорю. А вот с семью... Конечно, в таких местах ничем нельзя пренебрегать, но я слова Ольги не воспринял. Мало ли что девчонке могло привидеться! Однако ее сообщение где-то внутри затронуло какую-то струнку. Внутренний голос говорил мне, что я уже где-то сталкивался с чем-то подобным. Но вот где?.. Этого я не мог вспомнить. А сами кости не показались мне необычными. Я много повидал человеческих останков, так что спутать не мог. Вот только разве что некоторые из них мне показались маленькими, словно детскими. Но откуда там было взяться детям? В деревне никто из малышей не пропадал, а среди пришлых всегда были одни взрослые. Поэтому я и не стал забивать голову этими вопросами. Как потом оказалось, совершенно зря...

- Не расхотелось еще идти на Перевал? - как можно веселее спросил я своих спутников, надеясь подбодрить их.

- Что-то слишком жарко стало! - вместо ответа вдруг заявила Алиса, утирая пот с лица своей вязаной шапочкой.

И действительно, воздух вокруг нас стал таким теплым, что в наших одеждах можно было свариться. Как на Перевале... И это меня особенно настораживало. Насколько я помнил, здесь раньше не было так жарко. За последний год эти пещеры очень сильно изменились. Я не знал, что мы еще встретим на пути, и можно ли будет с этим бороться. Мой внутренний голос все настойчивее и настойчивее кричал об опасности...

- Может, передохнем и избавимся от лишней одежды? - предложил Леха. - А то девчонки совсем вымотались.

Я поморщился.

- Я на вашем месте поторопился бы покинуть этот лабиринт. За последнее время здесь произошли сильные изменения, и теперь даже я не знаю, что нас ожидает. Но могу гарантировать, что это будет также неприятно, как и все предыдущее. А, может, и того хуже. Я каждой своей клеточкой чувствую опасность...

Но они уже тем временем поскидывали рюкзаки и уселись, привалившись к более или менее прохладным стенам. Я хотел возмутиться, но и сам вдруг почувствовал неимоверную тяжесть, давившую мне на плечи. "Да что, я с ними воевать, что ли, буду! Хотят отдыхать - пусть отдыхают!" - подумал я, махнув на все рукой. И мне вдруг тоже ужасно захотелось присесть и закрыть глаза, отдохнуть хоть немного. Хотя бы минутку... Верный давно уже, ухватив меня за штанину, пытался тащить за собой. Но, не в силах бороться, я опустился на пол и прикрыл глаза.

Послышался шорох, я почувствовал дыхание на своей щеке, и чьи-то руки заскользили по мне, расстегивая куртку. С трудом разлепив десятитонные веки, увидел перед собой лицо Алисы. Без прибора ночного видения... Она была в одной майке и торопливо стаскивала с меня куртку.

Мысли со скрипом ворочались в голове, и, пока я сообразил, что она вытворяет, Алиса успела освободить меня от этой детали моего одеяния.

- Ты чего? - спросил я, с трудом выговаривая слова. - Что ты делаешь?

Ее глаза горели дьявольским огнем, и она, не слушая меня, уже принялась расстегивать мою рубашку! Ее губы соблазнительно приоткрылись, обнажая ровную линию зубов. Я подумал, что она точно чокнулась, и хотел запротестовать, но Алиса сорвала с меня прибор ночного видения и впилась в мои губы своими.

Ей богу, такого поцелуя еще не было в моей жизни, гражданин следователь! Он заставил меня забыть обо всем на свете! Мы целовались, как сумасшедшие. Не знаю, что нашло на нее, да и на меня тоже. Конечно, телка она была что надо, а если баба к тому же сама лезет, да еще такая соблазнительница, как Алиса... Но, понимаете ли, заниматься подобным в таком месте и при таких обстоятельствах!.. Вот вам сейчас смешно, а мне было тогда не до смеха. Мое тело и мои низменные инстинкты были сильнее меня. Что поделать, я полностью попал под неведомые чары и не мог сопротивляться. Чем дальше, тем больше. В своей непреодолимой похоти я заходил все дальше и дальше и, в конце концов, добрался до груди девушки.

Она тихо простонала, и я уже не мог остановиться. А надо было бы...

Спас меня Верный... Чего вы смеетесь? Он действительно всех нас спас!.. Да не от этого, елки-моталки! Опасность была намного сильнее, чем та, о которой вы подумали. И мы с Алисой тут совершенно ни при чем...

Итак, я был уже в полной боевой готовности, она тоже, как вдруг я почувствовал резкую боль в ноге. Это пес вонзил свои клыки, заставив меня мгновенно протрезветь. Мозги прояснились, наваждение спало, и я внезапно осознал всю абсурдность сложившейся ситуации. Чего это она пристала ко мне в таком месте, да еще при своих товарищах? Почему я накинулся на нее, словно сто лет не видел женщину? Какое-то помутнение рассудка, будто кто-то пытался заставить меня поступать против моей воли...

Вот оно! Выругавшись, я откинул в сторону Алису и увидел их... Это были шесть туманных, как призраки, существ. И я знал, кто это. Это были мозгососы!.. Чего вы смеетесь? Это не я их так обозвал, но название довольно-таки точное. Они высасывали все мысли, все воспоминания, погружая человека в сон, из которого тот уже никогда не выходил. При этом разрушался мозг, и подвергнувшийся нападению мог подчас вести себя, как сумасшедший. Именно наша с Алисой одержимость и натолкнула меня на подозрения. Мы все могли погибнуть! Теперь вы понимаете, о какой опасности я вам говорил?..

Не верите? Ваше право. Нет, я, конечно, понимаю, что вы - человек серьезный, гражданин следователь, в сказки не верите и подобную чушь вам выслушивать некогда. Только если бы вы порасспросили тех, кто бывал на Перевале, вы бы так скептически к моему рассказу не относились... А вы поинтересуйтесь у тех, кто на меня донес. Они ведь там точно побывали, иначе откуда бы им знать, что я водил людей через Перевал? Об этом могли знать только те, кто был там со мной, или пограничники. А погранцы, хоть и не бывали на Перевале, но отлично знают, с чем там приходится сталкиваться людям... Впрочем, если вам так больше нравится, можете воспринимать мой рассказ, как сказку. Так я продолжу, с вашего разрешения?..

Я встряхнул головой и с трудом поднялся на ноги. Надо было сматываться с этого места и побыстрее! Но как? Все мои спутники были, похоже, в невменяемом состоянии. А сам я испытывал такую слабость во всех членах, что едва передвигал ноги. Однако бросить их здесь я не мог и начал действовать.

Алиса, сорвав с меня прибор ночного видения, куда-то его закинула. А времени на поиски не было. Поэтому мне пришлось опуститься на карачки и шарить вокруг рукой, пытаясь нащупать Леху. Наконец, кто-то попался на моем пути. Я принялся ощупывать тело и сразу понял, что это - не мужчина. Маленькая, но, тем не менее, явно женская грудь говорила яснее ясного, что это - девушка. И не надо было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что эта часть тела могла принадлежать только Ольге... Ну, не Алисе же! У той грудь была покруче, да и осталась она где-то позади... Нет, я ничего не испытал - ни стыда, ни возбуждения. Мне было уже не до этого. Однако я догадался снять с ее головы прибор ночного видения и надеть на себя.

Теперь я видел, что происходило вокруг меня. Мозгососы все также висели в воздухе вокруг нас. Алиса безмятежно спала, обнаженная почти полностью... Какой вы догадливый, гражданин следователь! Ну да, конечно же, это я постарался. Но я же не соображал, что делал, а одевать ее... Сами понимаете, времени не было.

Ольга сидела, прислонившись к стене. В ее взгляде уже ничего не было - только боль и грусть. О чем вспоминала она? Какие мысли бродили в ее голове? Этого я не знаю... Только постепенно ее глаза как-то... затухали, что ли? Не знаю, как объяснить. Короче, я понял, что она была близка к смерти...

Надо было торопиться! Найдя Леху, я довольно-таки бесцеремонно растолкал его. Я бил парня по щекам, тряс из последних сил. Верный тоже помогал мне, как мог, но все наши усилия были тщетны. И тут меня осенило...

- Тревога! Рота, подъем! - заорал я.

Все-таки многолетнюю привычку очень трудно вытравить из человека, гражданин следователь. На это я и рассчитывал, подавая привычную для солдата команду, от быстроты исполнения которой на войне напрямую зависела его жизнь. И не ошибся... Леху как пружиной подкинуло с пола. Бывший спецназовец среагировал мгновенно на привычную команду, рука твердо сжимала автомат, а глаза искали противника. Опасаясь, как бы не попасть под горячую руку Лехи, я крикнул (хотя это вряд ли было похоже на крик, скорее на шепот):

- Сержант, это я, Саня! Мы в большой опасности! Нам надо как можно скорее выбраться отсюда, иначе всем - крышка! Бери Алису, а я - Ольгу.

Надо отдать должное Лехе - он быстро понял, что от него хотят. Хотя, я думаю, в голове у него был полный бардак. Мы не могли взвалить девушек на себя, потому что были слишком слабы. Поэтому пришлось тащить их волоком. Мозгососы не отставали от нас, но я уже взял под контроль свое состояние и не поддавался им. Укушенная нога ныла, не давая забываться, но и наступать на нее было больно, и я сильно хромал. Но я не был в обиде на своего пса, потому что если бы он укусил послабее, ему вряд ли удалось бы вывести меня из забытья. Леха несколько раз падал, и мне опять приходилось приводить его в чувство. Я с ужасом думал о том моменте, когда мне самому придется упасть. Кто тогда разбудит меня? Верный? А ведь второй раз у него могло и не получиться. Поэтому я из последних сил передвигал ноги, спотыкаясь о разбросанные тут и там камни...

Момент, когда все это кончилось, я не запомнил. Очнулся от прикосновения собачьего языка к моей коже. Мой пес облизывал меня, поскуливая. Я приподнялся и почувствовал, что воздействие мозгососов на мозг закончилось. Рядом лежала Ольга, чуть в стороне - Леха и Алиса. Я забеспокоился - живы ли они? Слава богу, с ними было все в порядке. Они всего лишь крепко спали. Хотя точно можно было сказать только после того, как они очнутся...

Закончив обследование, я привалился к стене и достал заветную фляжку. Хороший глоток вернул мне силы, и я принялся ругаться. Не стану воспроизводить, что я там наговорил про себя, - это звучит слишком грубо и нецензурно. Впрочем, мне было, за что ругать себя. Из-за случая с пауком я совсем забыл, что мы вошли в опасную зону, и не предупредил своих спутников. Вот мы и попались! Такая оплошность была простительна для новичка. Да и то, у нас на Перевале первая ошибка могла стать последней, как у саперов. Но для такого опытного проводника, как я... Хорошо еще, что зона действия мозгососов была ограничена. Они почему-то никогда не появлялись вне коридора длиною в несколько сот шагов. В этой зоне возникало чувство сильной сонливости или желание сотворить что-нибудь, чего в нормальных условиях никогда не сделал бы. Важно было перебороть себя и постараться побыстрее пройти этот участок. А я, увлеченный разговором, обо всем забыл и не заметил, когда мы миновали границу опасной зоны...

Спасибо Верному, не то сейчас бы уже лежали бездыханными, как тот, чей скелет белел неподалеку. Этот человек когда-то первым наткнулся на мозгососов... А ведь Верный предупреждал меня, чтобы мы торопились - скулил, тянул за штанину! Если бы я вовремя обратил внимание на странное поведение пса!.. Как мог, я отблагодарил его - прижал к себе, гладя по шерсти, почесывая за ушами и нашептывая ему теплые слова.

Тем временем очнулся Леха, но он был еще слишком слаб. Я же чувствовал себя почти нормально, если не считать ноющей боли в ноге.

- Я вернусь туда и заберу наши вещи, - сообщил я ему.

Он попробовал запротестовать, но я не дал ему такой возможности.

- Послушай, сержант, ты еще слишком слаб. К тому же наши девочки еще не пришли в себя, и с ними должен кто-то остаться. Так что сиди, набирайся сил и не рыпайся.

Честно говоря, не очень-то тянуло меня возвращаться туда. Поверьте, мне никак не хотелось опять испытать то, что еще совсем недавно прочувствовал на своей шкуре. Как бы вам это объяснить?.. Вот если вы когда-нибудь не спали целую ночь, заснули, а через час вас подняли. И вы чертовски хотите спать, веки сами собой смежаются, а закрой глаза хоть на секунду - и ты проваливаешься в забытье. В данном конкретном случае это могло привести к тому, что я не проснулся бы вообще. И я чувствовал просто панический ужас, хотя раньше никогда ничего подобного не испытывал. И я знал, что теперь уже не смогу как прежде ходить по этому коридору...

Но делать было нечего - там осталось все наше снаряжение. Рюкзаки, продукты, оружие... Куда без них отправишься? И я пошел...

Они появились сразу, как только я переступил незримую границу зоны их влияния, и ноги опять потяжелели. Как будто мне к ним подвесили двухпудовые гири. Видимо, все-таки я не до конца очухался от предыдущего нападения мозгососов. Но, слава Богу, забываться не давала укушенная нога... Преодолевая сонливость и страх, я дотащился до места, где оставалось наше снаряжение. Первым делом закинул свой карабин и автомат Лехи за спину, потом подобрал свои и Алисины шмотки (в том числе и наши приборы ночного видения). Затем настал черед рюкзаков. Тяжело было тащить четыре мешка, но я знал, что еще одной ходки не вынесу. Поэтому ухватил их за все лямки и поволок по полу, пятясь задом.

Эти несколько десятков шагов показались мне долгими милями. Может, я и не дошел бы, свалившись где-нибудь по дороге, но Леха, увидев, что я возвращаюсь, поспешил мне на помощь. Я буквально рухнул на пол, чувствуя себя выжатым, как лимон. Что тут говорить - попробовав человеческие мысли с их волнениями, переживаниями, положительными и отрицательными эмоциями, мозгососы неохотно отпускали свою добычу! Даже боль в ноге не спасала от их натиска. Постепенно она куда-то уходила, оставляя вместо себя какое-то отупение. И это было страшнее всего, потому что только боль давала мне возможность сопротивляться.

Слава богу, все было позади, но необходимо было какое-то время, чтобы придти в себя.

- Ну и что нас еще ожидает? - устало поинтересовался Леха, сидевший рядом.

- Как минимум, еще пещера с кровососами, - ответил я, перевязывая ногу. - Правда, теперь я не уверен, что это - единственное, что нас ожидает. В этом проклятом лабиринте вообще нельзя быть ни в чем уверенным...

Боль опять вернулась, и это радовало меня. Значит, я начал приходить в норму. А то уж я стал опасаться, что центры головного мозга, отвечающие за чувствительность, перестали функционировать.

Внезапно со мной что-то случилось. В общем, отрубился я, проще говоря. Как, как?.. Очень просто! Сидел, вроде, нормально, все соображал и вдруг чувствую, меня кто-то тормошит. Открыл глаза, понял, что лежу на полу, а Леха трясет меня, как мешок с картошкой.

- Очнулся? - обрадовался он, увидев, что я пришел в себя. - Слава богу! А то я уже стал опасаться, не случилось ли с тобой чего! Сам знаешь, без тебя нам не выбраться из этого проклятого лабиринта.

- Что это со мной было? - поинтересовался я, садясь на полу.

- Не знаю, - ответил Леха. - Ты просто вдруг завалился на бок. Я подскочил к тебе, а у тебя глаза закрыты, а сам ты ни на что не реагируешь. Ну и испугался же я! Думал все, кранты тебе!

Я приподнял прибор ночного видения, протер глаза и потряс головой, окончательно приходя в себя.

- Как наши дамы?

- В норме, - ответил Леха. - Правда, слабоваты еще...

- Никаких отклонений? - поинтересовался я.

- Да вроде никаких...

Этот ответ немного меня успокоил. Черт его знает, как могло отразиться на них столь длительное воздействие мозгососов! Хотя, вполне возможно, последствия могли проявиться позже.

Подошла Алиса, уже одетая, и села рядом.

- Спасибо, что вытащил нас!

- Не за что, - ответил я, пытливо изучая ее лицо. - Благодарить надо не меня, а Верного. Это он всех нас спас.

- Что это было?

Я вкратце объяснил.

- Пойду посмотрю, как там Ольга, - поднялся вдруг Леха на ноги. - Ей, бедняжке, больше всех досталось.

Он отошел. Алиса наклонилась ко мне и тихо сказала, отводя глаза:

- Эти твари и в самом деле могут свести с ума. Знаешь, мне привиделось такое!..

- Мне тоже, - признался я.

Она посмотрела на меня, ее взгляд прямо-таки впился в мое лицо.

- А ты что видел?

Я решил не говорить ей правду. В конце концов, мало ли что мог сделать человек под воздействием мыслесосов?

- Так, ерунда всякая, - ответил я, стараясь выглядеть безразличным.

Алиса, видимо, все-таки почувствовала, что я чего-то недоговариваю, но выпытывать у меня правду не стала. Просто наклонилась ко мне и поцеловала. Нет, это не был поцелуй страсти, как там, под воздействием мозгососов. Скорее, так сестра целует брата, но, тем не менее, мне было очень приятно.

- Спасибо тебе, - сказала Алиса, отодвигая свое лицо от моего.

Она резко встала и отошла от меня. А я так и не понял, за что же она благодарила меня: то ли за спасение, то ли за то, что не воспользовался ее слабостью. А я и не смог бы воспользоваться, на это просто не было времени. Надо было выбираться поскорее из того ужасного места. А жаль!.. Нет, не того, что не воспользовался ее безумием, а того, что это не произошло в другое время и в другом месте, осознанно. Я до сих пор не могу забыть той страсти, с которой она набросилась на меня...

Итак, захватив снаряжение, мы продолжили свой путь дальше. Теперь уже никто не разговаривал. Все стремились побыстрее покинуть эти пещеры. Мы уже были по горло сыты приключениями, свалившимися на наши головы, и не тратили время на болтовню. Мои нервы были на пределе. Я не знал, какой еще сюрприз приготовил нам лабиринт, и от этого мне было не по себе. Было тихо, как в склепе, и любой шорох, раздававшийся помимо нашего дыхания и шагов, заставлял вздрагивать. Даже Верный жался все время ко мне.

Так мы шли и шли - казалось, целую вечность. Меня все время не покидало чувство, что за нами кто-то наблюдает. Оно возникло у меня давно - когда мы только вошли в пещеры. Наблюдает не глазами, это я знал точно (мне не раз приходилось испытывать такое чувство на себе), а чем-то другим. Создавалось впечатление присутствия рядом кого-то чужого. Верите или нет, гражданин следователь, но мне казалось, что кто-то осторожно копается в моих мыслях. Нечто подобное я испытывал уже при нападении мозгососов, но все-таки отличия были. Я посмотрел на Верного. Тот тоже беспокоился, шерсть на загривке стояла дыбом, но не более того. И тогда я успокоился - если бы рядом кто-то был, мой пес среагировал бы раньше меня, как случалось раньше. Конечно, и он не чувствовал себя таким же уверенным в этом месте, как, скажем, за год до этого. Что ни говори, лабиринт сильно изменился за последнее время, а собаки обладают большей чувствительностью, чем мы, люди. И если уж нам было не по себе, то ему - тем более.

Вы можете сказать, что все мои опасения были прямым следствием нервного напряжения. Я бы посмотрел на вас, окажись вы на моем месте! На кону стояла жизнь! Это вам не какой-нибудь романчик читать, развалившись на мягком диване! Словами нельзя описать то, что чувствовали там мы...

Я бросил взгляд на часы. Было около девяти вечера. Все эти приключения очень задержали нас. А это означало, что мы выйдем из этих пещер уже ночью, Если вообще выйдем... В принципе в этом не было ничего страшного, если не считать одной мелочи - я никогда так долго не задерживался в этом лабиринте.

- Послушайте, - нарушил я молчание, обращаясь к своим спутникам, - скоро мы войдем в пещеру Вампиров. В связи с этим я хочу кое-что вам сказать...

Я бросил взгляд на них. Только Ольга еще не до конца оправилась от нападения мозгососов и была слаба. Остальные выглядели вроде бы нормально. После моих слов они все превратились в слух.

- В этой пещере полно отвратительных крылатых тварей, которые сосут кровь. От одной еще можно отбиться, от стаи - нет, - я почувствовал, как заволновались мои спутники, и поспешил их успокоить: - Но эти твари, по крайней мере, менее опасны сейчас, чем те, которых мы уже встретили. В это время суток они спят и пробудут в таком состоянии до двенадцати ночи. Потом отправятся на охоту. Наша задача - тихо, на цыпочках, пройти мимо них и не разбудить. Одно неверное движение - и нам конец! Особенно это касается наших милых дам. Увидев эти прелестные создания, не вздумайте закричать. Ясно?

Все дружно закивали. В Лехе я был уверен - парень многое повидал, не подведет. А вот девушки... Но что было делать? Приходилось рисковать. Другого пути я все равно не знал...

- Попрыгайте! - приказал я.

- Зачем? - удивилась Алиса.

- Надо, - ответил я.

Леха вопросов не задавал. Он-то сразу понял, зачем это нужно...

Мои спутники попрыгали. В рюкзаке у Алисы что-то загремело.

- Скидывай рюкзак! - приказал я.

На этот раз она безропотно подчинилась. Мы с Лехой уложили ее вещи так, чтобы даже при самом сильном движении ни один предмет не издавал посторонних шумов.

- Если в пещере Вампиров раздастся хоть один посторонний звук, я за ваши не дам и ломаного гроша! - объяснил я. - Пошли!..

Скоро мы были у входа в пещеру Вампиров. Я остановился и повернулся лицом к своим спутникам.

- Вот мы и на месте. Пойдете следом за мной. И помните о том, что я вам говорил!

На лицах женской половины нашего общества отразилось охватившее их волнение. И даже Леха немного занервничал. Да что тут говорить, если я сам волновался, как мальчишка при первом разе. И хотя дед утверждал, что вампиры всегда спят в это время, мне было не по себе. После того, с чем нам пришлось столкнуться в лабиринте пещер, я уже ни в чем не был уверен. А вдруг что-нибудь изменилось? Например, время сна...

- Не дрейфить, ребята! - подбодрил я их (и себя заодно). - Это - последнее испытание! Как пройдем пещеру, еще максимум полчаса - и мы окажемся на свежем воздухе.

И мы осторожно пошли. Впереди я, внимательно следящий за окружающей обстановкой. Второй шла Алиса, за ней - Ольга. Замыкал шествие Леха. Мы осторожно спустились по ступенькам, вырубленным в камне неизвестно кем, когда и для кого (настолько древним, что они были практически стерты), и попали под своды огромного зала, который я называл пещерой Вампиров.

Этот зал был похож на древний амфитеатр с множеством балкончиков и ступенчатых скамеек из камня. Мне почему-то всегда казалось, что это всего лишь причудливая игра природы, придавшей при помощи воды этому залу вид театрального. А сценой служила та площадка, на которой мы оказались.

Воды в этом зале действительно хватало. В некоторых местах ноги по щиколотку погружались в холодную жидкость. Меня всегда удивляло, откуда она берется? Было слышно журчание, но не было видно, откуда оно исходит. Если бы эта пещера не была полна жутких созданий, сосущих кровь, я, возможно, и нашел бы источник. А так... Так у меня было единственное желание, когда я ступал под своды этого зала - поскорее покинуть его!..

Вдруг Верный заскулил и резко дернулся назад, но я удержал его за ошейник.

- Куда ты? - ласково (но тихо) шепнул я ему. - Ты что, вампиров здесь никогда не встречал? Старина, мы же не в первый раз идем этим путем! Так чего ты испугался?

Но пес реагировал не так, как обычно, и это меня насторожило. Раньше, когда мы входили в этот зал, у него дыбом вставала шерсть, но умная собака не издавала ни звука, понимая, что надо вести себя тихо. И меня никогда не обманывало его молчание - я знал, что мой пес готов ринуться в бой по первому моему слову. Теперь же Верный явно не хотел туда идти...

Тогда и я, крепко сжав карабин, повнимательнее оглядел пещеру и похолодел, поняв, что так напугало пса. Как и раньше, на "трибунах" и в "ложах" находились существа. Но это были не вампиры, а нечто более страшное для нас...


4.

Надо сказать, что вампиры в пещере были крылатыми существами в рост человека и походили на огромных летучих мышей. Однако те создания, которые сидели на скамьях были похожи на них так же, как слон на черепаху. Они были ростом такие же, как и люди, лица лишены глаз, морды были длинными и вытянутыми, как у собак, а их огромные уши напоминали локаторы. Вообще-то, конечно, сколько бы я не рассказывал, вы не сможете представить их в полной мере, гражданин следователь. Это надо видеть самому. Правда, увидев эти создания, вы потом вряд ли смогли бы спать спокойно, - замучили бы ночные кошмары, настолько они были отвратительны. А в руках (их было по две у каждого, как и у любого из нас) эти создания ада сжимали что-то вроде копий...

Я замер на месте и жестом остановил своих спутников.

- Что случилось? - тихо поинтересовался Леха, который еще не успел увидеть этих монстров.

Вместо ответа я попятился назад, тесня всех к выходу. Но моим надеждам на то, что эти твари не заметят нас и что нам удастся незаметно вернуться в коридор, не суждено было сбыться. Едва только я сделал шаг назад, послышался душераздирающий визг, заполнивший пещеру, монстры сорвались с места и бросились к нам.

- Назад! - крикнул я, вскидывая карабин к плечу. - Леха, стреляй!

Позади меня, увидев этих тварей, завизжали Ольга с Алисой. Я стал стрелять со скоростью, которой позавидовал бы любой ганфайтер из вестернов. Над моей головой прогрохотала автоматная очередь, но через мгновение автомат замолчал, и я услышал испуганный голос Лехи:

- Саня! Выход пропал!

Я обернулся и увидел, что ступеньки лестницы, по которой мы только что спустились, упираются в глухую стену. Мы оказались в ловушке!

Вот тут всем действительно стало жутко! Мы с Лехой стреляли как одержимые, но этих монстров было слишком много, и через мгновение толпа зловещих созданий захлестнула нас. Я упал на ступени, выпустив из рук оружие. Груда вонючих лохматых тел навалилась на меня, мешая дышать и лишая возможности двигаться. Ценой неимоверных усилий я умудрился выхватить нож, висевший на поясе, и изо всех сил боролся, пытаясь хоть немного задержать этих тварей. Мне вспомнилось, во что превратился бедняга Цыган, и это придало мне сил. Я совсем не стремился стать похожим на него...

Леха все еще стрелял длинными очередями откуда-то сверху, сдерживая этих монстров. А у меня на лестнице образовалась куча мала. Я из последних сил дрался, частично спихивая этих тварей вниз, частично поражая их своим ножом, задыхаясь от невыносимой вони, исходящей от их тел. Неподалеку был слышен кровожадный рык Верного - мой пес тоже боролся, забыв о недавнем страхе. А у меня не было ни времени, ни возможности посмотреть, как там мои спутники.

Развязка наступила быстрее, чем я ожидал. И совсем не так, как я предполагал. Эти твари снова подмяли меня под себя, и тут в зале что-то ярко полыхнуло, заставив меня инстинктивно зажмуриться. Температура в зале резко подскочила, опалив жаром незакрытые одеждой участки кожи. "Термограната!" - промелькнула в голове мысль. Видимо, поняв, что им не спастись, Леха решил подорвать себя вместе с этими тварями, избавив таким образом всех от предстоящих мучений. Так, по крайней мере, показалось мне тогда... Я почувствовал сотрясение поверхности подо мной, а мой нос учуял новый запах, который едва ли был приятнее прежнего - запах жженого мяса, из-за которого меня чуть не вывернуло наизнанку. Мои противники, видимо, были мертвы и лежали на мне грудой неподвижных тел. Этот своеобразный щит спас меня от неминуемой смерти, но радоваться мне этому обстоятельству или огорчаться я тогда еще не знал...

Вокруг все ходило ходуном. Освободившись из-под завала из мертвых тел, я бросил взгляд наверх, чтобы узнать, что с моими спутниками. В стене зияла щель с рваными краями, а Лехи с девушками нигде не было видно. Значит, они все-таки смогли вырваться...

И тут, как опровержение моим надеждам, я услышал женский вскрик, резко оборвавшийся, и несколько одиночных выстрелов. Неимоверным усилием я раскидал мертвые тела монстров, преграждавших путь к выходу, и рванул в сторону коридора. У меня было дикое желание помочь моим спутникам, которые, видимо, все-таки попались в лапы этим тварям, но не успел я добежать до прохода, как почувствовал сильный удар по спине, и на меня вдруг обрушилась страшная тяжесть, напрочь выбившая из меня сознание...


* * *


Не знаю, сколько я провалялся без сознания. Очнулся оттого, что невозможно было дышать - захлебывался собственной кровью. Болело все тело. С удивлением ощутил, что все еще жив. Правда, вряд ли надолго. Взрыв термогранаты сделал свое черное дело. Равновесие нарушилось, потолок рухнул, завалив пещеру крупными камнями, которые и придавили меня, расплющив тело в лепешку. По крайней мере, у меня складывалось такое впечатление... Жить оставалось недолго, и я это осознавал особенно ясно. Странно, но я не боялся смерти. Костлявая давно уже примеривалась ко мне и вот теперь, наконец, добралась. Но я не собирался сдаваться. Минута за минутой проходили в упорной борьбе за лишний глоток воздуха, за каждый удар сердца...


* * *


...Извините, что прервал свой рассказ, но мне до сих пор тяжело вспоминать этот момент. Тяжело и страшно на душе от таких воспоминаний. По ночам часто снится, как я умираю. И долго потом не могу отдышаться. Иногда мне кажется, что уж лучше бы я умер тогда...

Но продолжим дальше... Вдруг дышать стало легче - груз, давивший на мое тело, куда-то исчез. С трудом приоткрыв обожженные веки, я увидел свет. Это было первым ощущением. Вторым было видение маленького человечка в старомодном костюме горняка и шапочке с большим помпоном. Это был старичок с длинной седой бородой и удивительно добрым лицом. В руке он держал старинный фонарь, который и давал необычайно сильное свечение. Такие теперь можно увидеть разве что в каком-нибудь музее.

"Ну вот! Уже начались глюки!" - подумалось мне. Частенько приходилось слышать рассказы о том, что испытывает человек во время смерти, поэтому старичок сначала показался мне выходцем с того света, пришедшим, чтобы проводить меня в мой ПУТЬ. Вот только на ангела он что-то мало походил. Да и на черта, собственно говоря, тоже...

Тем временем маленький человечек склонился надо мной и стал быстро ощупывать мое тело. Действия странные, мягко говоря, для того, кем я его считал. Страха не было. Мой мозг лишь автоматически фиксировал происходившее. И вдруг резкая вспышка боли опять погасила мое сознание...


* * *


Сколько я так провалялся, не знаю. Когда очнулся, увидел, что старичок, склонившись надо мной, что-то шепчет, водя руками вдоль моего тела. Странное дело, но боли я совсем не чувствовал. Более того, я вдруг осознал, что могу пошевелиться и даже сесть, что еще совсем недавно казалось мне абсолютно невозможным. Это я и сделал с глубочайшим удовлетворением...

Первым делом я осмотрелся. Свет фонаря давал вполне определенную картину. Вокруг громоздились завалы из оплавленного камня и обугленных трупов тех тварей, которые напали на нас. Несколько этих созданий лежали рядом со мной. Им-то, вероятно, я и был обязан тем, что не изжарился заживо при взрыве термогранаты, хотя и самому досталось неплохо. Воспоминание об этом заставило ощупать себя. Я был цел и невредим! Не было даже ожогов, которые неизбежно должны были появиться при взрыве! А они были - это я точно помнил. Помнил адскую боль, как захлебывался собственной кровью и все пытался откашлять ее, но на это просто не было сил.

Вижу недоверие на вашем лице, гражданин следователь. Конечно, это кажется невероятным... Чудо?.. Наверное, только так и можно назвать то, что со мной тогда произошло. Впрочем, если вы считаете, что меня всего лишь хорошо шандарахнуло камнем по голове, а все остальное было только бредом после этого удара, пусть так и будет...

Итак, никаких повреждений не было, но ощущалась сильная усталость во всем теле, и страшно хотелось лечь и заснуть. Но я не мог задерживаться в этой пещере. Кто знает, удалось бы мне проснуться живым, если бы остался там...

Потом я вспомнил о старичке. Точнее, он сам напомнил о своем существовании. Маленький человечек, ни слова не говоря, сунул мне под нос какую-то бутылочку. Я понял так, что мне предлагалось выпить оттуда.

Я взял. Этот флакон был явно не стеклянным, хотя материал, из которого он был изготовлен, по внешнему виду был очень похож на стекло. Только более легкое, чем наше, земное... Внутри что-то плескалось, и я осторожно отпил. Это оказалась жидкость со странным вкусом, но, тем не менее, вполне приемлемая для моего желудка. Я не спешил возвращать бутылочку, а с нарастающим интересом наблюдал за ее владельцем.

Он явно не был плодом моего воображения. Маленький человечек был действительно очень маленьким - мне по пояс. Я таких маленьких до того момента никогда не видел. То есть, конечно, видел карликов, но старичок не был таковым. Он был пропорционально сложен, только вот рост его был меньше, чем у обычных людей. И глаза у него светились золотом...

Отхлебнув несколько глотков, я вернул флакон старичку, поблагодарив его. Странное дело, усталость как рукой сняло. Но голова все равно была тяжелой.

Маленький человечек спрятал бутылочку в карман и ухватился за фонарь, поднимая его с камня, на котором тот все это время стоял. Этот фонарь давал такое сильное освещение, которого трудно было ожидать от такого анахронизма. Что за вещество горело внутри этой коробки с рукояткой наверху, мне до сих пор неизвестно. Впрочем, это было кстати, потому что мой прибор ночного видения, стоивший бешеные бабки, приказал долго жить.

- Кто вы? - поинтересовался я у старичка.

Вместо ответа он поманил меня за собой. Заинтригованный, я сделал несколько шагов за ним. И тут мой взгляд упал на груду камней, из-под которой торчала семипалая рука. Сразу вспомнилась Ольга и ее слова о том, что она видела у логова паука. А с этим воспоминанием пришла и мысль об участи моих спутников, которые неизвестно где находились и неизвестно были ли еще живы.

Я уже хотел пройти мимо, но тут заметил еще кое-что, что разом выбило все мысли из головы, заставив позабыть обо всем. Рядом с семипалой рукой из-под камней выглядывала морда Верного. Окровавленная пасть, из которой свешивался длинный язык, остекленевшие глаза - все это яснее ясного говорило о том, что мой пес был мертв!.. Я представил себе месиво из костей, мяса и шерсти - то, что могли скрывать под собой камни.

- Верный! - прошептал я, опускаясь на колени перед ним.

Я принялся судорожно откидывать камни в сторону, обдирая кожу на пальцах и срывая ногти. Умом я понимал, что ничем ему уже помочь не смогу, но сердце отказывалось в это верить. Я не мог так оставить тело своего друга. Именно друга, потому что у меня не было больше никого на всем белом свете, кроме Верного и Женьки. С тех пор, как умер дед... Родители?.. Для меня их не существовало, как, впрочем, и меня для них... Этот пес был постоянно со мной с того самого момента, как дед принес его совсем маленьким щеночком. Он был мне даже ближе, чем Женька.

Чего вы усмехаетесь, гражданин следователь? Вам, наверное, кажется странным, что я ставлю пса на одну доску с человеком?.. Да, он не был человеком, он был псом, но у людей сейчас так редко можно встретить такую преданность, какой обладают собаки! Женька, конечно, тоже мой друг, но он бывает у меня не так уж и часто, да и на Перевал со мной никогда не ходил. А Верный всегда был со мной. Сколько раз этот пушистый дружок отогревал меня своим теплом, когда мы попадали в снежную бурю! Сколько раз откапывал меня из-под снега после сильного бурана! Сколько раз спасал мою шкуру! Всего и не упомнить. И вот он лежал под грудой камней, а я ничем уже не мог ему помочь...

Итак, все было кончено. Верный был мертв, но я все равно с ожесточением продолжал его откапывать. Вдруг почувствовал, как кто-то осторожно коснулся моего плеча, а над самым ухом прозвучал тихий голос:

- Пойдем, о нем позаботятся. Сейчас важно вырвать твоих друзей из лап этих тварей...

Это был мой старичок. Впервые я услышал его голос, а то сначала у меня сложилось мнение, что он - немой. Я хотел спросить у него - мол, кто позаботится? Но не стал этого делать.

- Пойдем, - повторил старичок и потянул меня за рукав. - У нас мало времени. Твои друзья находятся в страшной опасности. Надо успеть...

Я встал на ноги, а маленький человечек протянул мне мой карабин. Как во сне, я вытянул руку и ухватился за цевье. И когда оружие оказалось на своем привычном месте, на плече, старичок снова поманил меня за собой.

Я последовал за ним, ничего не спрашивая. Честно говоря, я и сам до конца не понимал, что делаю, куда иду за совершенно незнакомым мне человеком. Старичок ловко карабкался по камням в ту сторону, откуда мы вошли в этот зал. И за несколько секунд мой новый спутник достиг почти полностью заваленного выхода и протиснулся в узкую щель между камнями и сводом лаза. Мне же она была явно маловата...

- Эй! - крикнул я, почувствовав, как тьма смыкается вокруг меня, а вместе с ней приходит и панический страх (мне казалось, что кто-то может напасть на меня сзади, а я буду беззащитен). - Я не смогу влезть в эту чертову дыру!

- А ты поскидывай камни-то! - послышался голос старичка. - И давай быстрее!

Я ухватился за один из камней, расшатал его и толкнул. С ужасным грохотом он прокатился мимо меня вниз. А тем временем старичок со своей стороны принялся вытаскивать камни с такой энергией, что я невольно удивился. В этом маленьком тельце, оказывается, была заключена немалая сила...

Как бы то ни было, но очень скоро мы совместными усилиями настолько расчистили лаз, что я смог, хоть и с большим трудом, протиснуться туда. Сначала последовали карабин и рюкзак, принятые старичком, а потом и я сам. Оказавшись по ту сторону завала, я первым делом осмотрелся. На полу тоже кое-где валялись камни и трупы, но не в таком количестве, как в зале. Моих спутников нигде не было видно. Только автомат Лехи одиноко лежал на камнях, да красивая заколка для волос и вязаная шапочка, принадлежавшие Ольге. Заколку я спрятал в карман куртки (которая имела плачевный вид, как, впрочем, и остальная моя одежда), шапку сунул за пазуху, а автомат внимательно осмотрел. Магазин был полон - видимо, Леха успел перезарядить оружие, но по каким-то причинам не воспользовался им. И сам себя поправил - если был жив в тот момент. Но мне почему-то казалось, что все они пока целы, хотя им и грозит смертельная опасность.

- Они живы, - успокоил меня старичок, словно прочитав мои мысли. - Пока живы, но нам надо торопиться, если мы хотим помочь им.

Я наклонился и поднял пистолет, из которого, видимо, были сделаны последние выстрелы, услышанные мной перед самым обвалом. Пистолет принадлежал Ольге. Я прикоснулся к нему пальцами и вдруг!..

Перед моими глазами развернулась картина. Мои спутники выбегают в коридор из зала. Леха стреляет из автомата, пятясь задом. В следующее мгновение он быстро меняет магазин и вскидывает оружие, чтобы продолжить стрельбу.

В пещере ярко полыхнуло - это взорвалась термограната. И в следующее мгновение камера невидимого оператора перенесла мой взгляд за спины моих спутников. Бежать некуда - перед ними весь коридор заполнен мерзкими тварями. Они захлестывают Леху, так и не успевшего выстрелить. Ольга расстегивает куртку (под ней видна майка с надписью "GREEN PEACE") и быстро вытаскивает пистолет. Она успевает несколько раз выстрелить, прежде чем на нее наваливаются эти твари. И как последний штрих в этой трагедии - пронзительный крик Алисы...

Я затряс головой, отгоняя видение.

- Они в пещере Демона. Я проведу тебя туда коротким путем.

С этими словами старичок подошел к стене справа от нас, взмахнул рукой и что-то произнес. Послышался скрежет, и каменная плита сдвинулась в сторону, открывая вход в коридор, о существовании которого я даже и не догадывался. Удивляться было некогда, потому что старичок помчался по коридору, и мне волей неволей пришлось последовать за ним. Но для себя я решил, что при первом же удобном случае узнаю у него, как это получается.

Мы бежали так быстро, что дух захватывало. Никогда еще я так не бегал. Я подозревал, что сказывалось действие напитка, который мне дал старичок. В самом деле, такую скорость я не развивал даже в армии. Нет, я не скажу, что мне было легко. Было довольно-таки жарко, а я был одет в теплую куртку и штаны (пусть и с вынужденной вентиляцией после камнепада), в правой руке - мой карабин, за спиной - автомат Лехи и рюкзак, который тоже был не очень-то легким. Пот катился с меня градом, сердце тяжело бухало в груди, легкие работали, как кузнечные меха. И, однако, я летел вперед, как на крыльях...

Наконец, с ходу проскочив через еще один проход, мы оказались в огромной пещере, большую часть которой занимало озеро. Она была настолько велика, что ни одна из виденных мной ранее не шла с ней ни в какое сравнение. Старичок резко остановился, опустился на колени, поставив фонарь рядом, и наклонился к самой воде. Я, с шумом выталкивая воздух из легких, встал рядом, недоумевая, что же он собирается делать.

- Эй, Вотти! - громко крикнул старичок. - Это я, Малыш, призываю тебя!

Я с возрастающим любопытством следил за этой картиной, ожидая, что последует дальше. Вдруг вода забурлила, и на ее поверхности показался зеленый бугор, на котором выделялись два больших черных глаза, лишенных век и белков, в которых отражался свет фонаря.

- Здравствуй, Малыш! - сказало странное существо низким голосом. - Давненько я тебя не видел.

На голове (а я уже догадался, что бугор был ничем иным, как головой) не было заметно ни носа, ни ушей, ни рта. Но голос слышался довольно отчетливо.

- Здравствуй, Вотти! - сказал старичок, поклонившись ему. - Нужна твоя помощь!

Существо вздохнуло, и по поверхности озера пошли волны.

- Так я и думал, что ты не просто так вытащил меня из моего убежища в эти внешние пещеры. Чего же ты хочешь?

- Мне нужно войти с моим юным другом в подводный ход, - ответил старичок.

- Хорошо, Малыш, - сразу согласилось существо. - Я рад оказать тебе эту услугу.

- Спасибо, Вотти! - поблагодарил его маленький человечек.

- Не за что, - сказало оно. - Приходи как-нибудь в гости.

- Обязательно приду, - пообещал мой спутник.

Существо скрылось под водой. А до меня вдруг дошло, что мой спутник разговаривал с ним на совершенно незнакомом мне языке. И, тем не менее, я хорошо их понимал, хотя и не мог сказать ни слова. Мне хотелось спросить об этом старичка, но я до сих пор не мог отдышаться после сумасшедшей гонки по коридорам этого лабиринта.

- Это Хозяин всех вод в нашем мире, - пояснил старичок и вдруг улыбнулся. - Мы с ним частенько играли вместе, когда были маленькими. Это было очень давно... Он до сих пор называет меня Малышом, хотя вот уже триста лет по вашему летоисчислению никто меня так не зовет...

Ну да, вы не ослышались! Он так и сказал - триста лет! Ну как же! Мне только до того и было, чтобы задавать вопросы! Конечно же, мне о многом хотелось расспросить старичка. Например, о том, кто же на нас напал в пещере Вампиров. Или о том, откуда взялся "паук". Да и сам старичок был для меня загадкой. Все его слова были пропитаны тайной, которую мне очень хотелось разгадать... Вы тоже это заметили?.. Да, его умение открывать проходы в другие коридоры, отличная ориентация в запутанном лабиринте пещер наводили на мысль, что маленький человечек чувствовал себя там, как дома. А этот "дом" являлся частью Перевала... А его дружок Вотти?.. А его возраст, который превышал триста лет по "нашему" летоисчислению? Кто из людей (исключая, конечно, библейских старцев) мог похвастаться подобным долгожительством?.. Конечно, старичок мог и соврать насчет своего возраста (проверить-то я все равно не мог). Но остальное-то я видел собственными глазами! Так что, думайте сами и делайте соответствующие выводы...

Но все это я понял позже. Тогда же у меня просто не было времени на подобные размышления. Я все еще боролся со своей "дыхалкой", пытаясь привести ее в норму. Или я потерял былую форму, или частое потребление выпивки и курева давали о себе знать. Или и то, и другое... Во всяком случае, тогда у меня появилась мысль завязать со всем этим и всерьез заняться собой. Впрочем, потом эта мысль уже не всплывала в моем сознании. А тогда я чуть не сдох...

Видя мои страдания, старичок дал мне еще раз хлебнуть из его чудо-бутылочки, и мне сразу полегчало. Обо всех зароках сразу же, конечно, было забыто. А вот вопросы, крутившиеся в голове, не давали мне покоя. Но старичок не дал мне возможности их задать.

- Пошли! - потребовал он, дергая меня за рукав. - У нас мало времени, ведь вода ушла ненадолго.

И в самом деле - озера больше не было! Пока я там восстанавливал силы, вода ушла, обнажив каменистое дно.

Старичок ловко спрыгнул вниз. Я последовал его примеру и, повернувшись, оказался прямо перед отверстием в стене. Раньше я и не мог его заметить, потому что оно находилось прямо под нами. Туда и устремился старичок, а за ним и я...

Мы опять помчались с сумасшедшей скоростью. Все мои мысли были о том, чтобы добежать и не свалиться по пути, что было очень даже вероятно, учитывая мое тогдашнее состояние...

Наконец, старичок остановился и сказал:

- Теперь надо вести себя осторожно. За этой стенкой, - он показал рукой на стену перед собой, - находится пещера Демона.

Я осматривался по сторонам, одновременно восстанавливая дыхание. Фонарь далеко освещал коридор, и в дальнем конце я увидел странную картину. Какая-то зыбкая, расплывчатая стена перегораживала дальнейший путь, но что это было такое, я не мог понять. Попытался подойти поближе, чтобы лучше рассмотреть, но маленький человечек перехватил меня.

- Ты куда?

Перехватив мой взгляд, он посмотрел в том направлении и поинтересовался:

- Ты хочешь узнать, что это такое?.. Это вода. Видишь ли, по этому ходу течет подземная река, питающая озеро. Чтобы дать нам пройти, Вотти остановил воду. Ее ты и видишь там. И я бы не рисковал на твоем месте. Кто знает, вдруг ты разрушишь этим колдовство? Мне бы не хотелось быть смытым этой стеной!

Я не все понял из его слов, но переспрашивать не стал. Тем более что старичок в это время прикоснулся рукой к какому-то выступу, и в стене открылось небольшое отверстие. Он жестом предложил мне заглянуть туда, что я и сделал. И увидел...

Ощущение было такое, будто я смотрю в прибор ночного видения. Я увидел ту самую пещеру, в которой стояла статуя странного существа, высеченного из камня. Действительно, старичок очень точно назвал это существо Демоном. По крайней мере, она вызывала именно такие ассоциации у меня. А еще я подумал, как это мы смогли за столь короткое время добраться туда от пещеры Вампиров, хотя в недалеком прошлом путь с моими спутниками занял несколько часов? А тут мы бежали всего минут тридцать, не больше. Неужели чудесный эликсир маленького человечка, позволивший мне бежать с неимоверной скоростью, и другой путь, по которому провел меня старичок, настолько сократили это время?..

Вокруг статуи сидело множество тварей, таких же, как те, которые напали на нас. Они раскачивались в каком-то зловещем ритуальном танце. Я поискал Леху и девушек и обнаружил их лежащими у подножия каменного монстра. Сколько я не всматривался, было непонятно, живы они или нет. По крайней мере, я не заметил даже признака движения с их стороны... А рядом стояли несколько таких же, как мой новый знакомый, маленьких человечков. И они тоже были неподвижны, как изваяние, возвышающееся над ними. У меня возникло очень сильное подозрение, что добром все это не кончится...

- Ты, сынок, не концентрируй на них свое внимание, - предупредил шепотом меня старичок. - Эти паразиты, хотя ничего и не видят, зато очень хорошо слышат и чувствуют. Поэтому я и дал тебе сначала отдышаться, прежде чем пригласить к этому окошку. Сейчас, правда, они слишком заняты, мы обошли их посты, но если ты будешь так усиленно думать о них, нас быстро обнаружат.

- А они что, умеют читать мысли? - удивился я.

- А ты думал как? - горько усмехнулся он. - Они, конечно, не очень сообразительные, но... Благодаря своей способности, они сумели узнать многие наши секреты до того, как мы об этом догадались. Если бы не это, мы бы давно уже вышвырнули их из наших пещер.

Я вдруг вспомнил ощущение, возникшее у меня, когда мы шли по лабиринту пещер. Ощущение, что кто-то копается в моих мыслях... Я невольно вздрогнул.

- Значит, они все время следили за нами? - высказал я поразившую меня догадку.

- Да, - ответил старичок, - они знали о каждом вашем шаге с тех пор, как вы вступили под своды этого лабиринта. Скажу больше, это они заманили вас в ловушку, закрыв вход и тем самым заставив вас двигаться туда, куда им и было нужно.

- Почему же они сразу не напали на нас? - удивился я. - Ведь после встречи с мозгососами, чуть не разрушившими наши мозги, мы были слишком слабы, чтобы сопротивляться.

- Не знаю, - откровенно признался маленький человечек.

- А почему же тогда они прекратили за мной слежку? - не унимался я. - Не настолько же они тупы, чтобы выпустить меня из поля своего зрения!

- Ты для них мертв, как и все остальные их сородичи, не сумевшие выбраться из той пещеры, - ответил старичок. - И именно это дало нам шанс добраться сюда незамеченными.

- Они считают, что я мертв, потому что я не мог выжить после того, как обвалился свод пещеры? - уточнил я.

- Нет. - Маленький человечек покачал головой. - Ты действительно был мертв. Иначе эти твари не отвязались бы от тебя...

Это заявление, прямо скажу, ошарашило меня. Мертв!.. Но вот же он я, живой и невредимый! Хотя, возможно, какое-то время назад и был почти что трупом. Не знаю... Я и сам тогда не был уверен, что происходившее со мной не было кошмаром умирающего мозга. Однако, как говорили древние, я мыслю - значит, я существую. А мыслей было столько, что, казалось, голова скоро лопнет от их обилия. Масса вопросов крутилась на языке. И я уже хотел пристать-таки к старичку, но он не дал мне этого сделать.

- Приготовься. Отойди от окошка - сейчас начнется... - сказал он. - У тебя будет немного времени, чтобы освободить своих друзей, поэтому действовать придется быстро и решительно, пока эти твари не опомнились. Потом ты немедленно последуешь с ними за мной. Я выведу вас отсюда наружу.

Я послушно отодвинулся от отверстия в стене. И вовремя... Сквозь смотровое окошко в коридор ворвался яркий луч света, словно там кто-то взорвал термогранату.

- Пошли! - крикнул мой спутник, взмахнул рукой, и стена раздвинулась перед нами.

...Что?.. Нет, вы не правы. Да, дважды мы оказывались в ловушке. Один раз, когда вошли в лабиринт, и второй - когда столкнулись с этими тварями в пещере Вампиров. Таинственным образом выходы закрывались, отрезая нам путь к отступлению. Но я не склонен был винить в этом маленький народец, хотя собственными глазами видел, как это проделывал мой старичок. Не забывайте, что сказал мне мой спутник! Эти твари знали многие секреты пещер...

Как только стена раздвинулась, по ушам ударил невообразимый шум - дикое рычание и воинственные вопли. Таинственный свет, льющийся непонятно откуда, ярко освещал пещеру и давал вполне определенную картину сложившейся ситуации. Множество маленьких человечков, вооруженных небольшими мечами, кирками (потом я узнал, что на самом деле это была одна из разновидностей оружия, как боевые серпы и цепы в японских боевых искусствах), копьями и кинжалами, яростно дрались с тварями, прикрываясь маленькими круглыми щитами. В пещере царила полнейшая неразбериха. И атакующие, и обороняющиеся слились в одну массу. Я заорал, что есть мочи, и ринулся в гущу схватки, пробиваясь к пленникам. Где стреляя из карабина, где сбивая тварей прикладом, мне удалось добраться до Лехи, Алисы и Ольги, лежавших на полу. Они были живы и в сознании. Встав перед ними на колени и положив рядом карабин, я вытащил нож, чтобы освободить их от веревок, и тут заметил, что веревок-то на них и нет! И, тем не менее, судя по позам, в которых они лежали на полу, складывалось впечатление, что они связаны по рукам и ногам.

- Вы чего тут разлеглись? - удивленно спросил я. - Давайте, вставайте, нам пора убираться отсюда!

Но ответом мне было молчание. Пленники лишь двигали туда-сюда глазами, но ничего не говорили. И не двигались. Такое ощущения, что они были парализованы. И вот тут я растерялся...

В самом деле, что мне было делать с тремя обездвиженными телами? Ну ладно, одного, допустим, я мог взвалить на спину, а как быть с остальными? Схватить Леху, спасшего некогда мне жизнь, и вытаскивать его, наплевав на Ольгу и Алису? Я не мог так поступить. Во мне еще оставалось что-то от прежнего человека... С другой стороны, так был шанс спасти хотя бы одного из них. Или погибнуть всем вместе от лап этих тварей...

В тот момент, когда я мучительно искал выход из этой трудной ситуации, кто-то с силой отбросил меня в сторону. Я сначала подумал, что это одна из этих тварей напала на меня, и уже обернулся, готовый пустить в дело свой нож, но это оказался всего-навсего мой старичок. Он склонился над Лехой, Ольгой и Алисой и по очереди коснулся их лбов. Я же в это время снова задействовал свой карабин, прикрывая его, решив потом попенять маленькому человечку на грубое отношение к моей персоне.

- Саня, чертушка! - крикнул обрадовано Леха, сразу после прикосновения маленького человечка вскочивший на ноги. - Мы думали, ты погиб!

- Я тоже так думал, но на ваше счастье я жив и пришел сюда, чтобы вытащить вас из этого ада! - проорал ему я, отправляя пулю в очередного противника. - Держи! - я отдал ему автомат. - А это твое, - я протянул Ольге пистолет.

Девушка взяла оружие, но после пережитого ужаса ей трудно было сориентироваться, и она так и стояла, растерянно зажав пистолет в руке. А я тем временем то стрелял, как заведенный, то прикладами крушил ребра и головы особо ретивых тварей. Потом ко мне присоединился и Леха.

- Уходим! - скомандовал мой старичок, освободивший таким же способом к тому времени своих соплеменников.

Мы попятились к стене. В пещере продолжалось жаркое сражение. Елки-моталки! Вы никогда не видели и никогда не увидите ничего подобного! Вопли, крики, рычание... Какие-то странные вспышки. Горы трупов... Однако эти твари уже, похоже, оправились от неожиданности, с которой был нанесен удар, и потихоньку теснили маленьких человечков. А, может, те специально отступали, сделав свое дело. И еще - к этим мерзким тварям прибывало подкрепление, а к маленьким человечкам - нет...

Мы вбежали в коридор. Старичок взмахнул рукой, и стена сдвинулась, закрывая вход. Звуки битвы сразу стихли, - камень хорошо глушил их. Маленькие человечки, освобожденные моим старичком, обратились к нему на своем языке, который я опять же хорошо понимал, как и в прошлый раз:

- Вы спасайтесь, а мы задержим их здесь!

С удивлением я обнаружил у них в руках мечи, которых еще секунду назад не было. Мой старичок кивнул, соглашаясь, и сказал:

- Хорошей битвы вам, братья!

Затем он повернулся к нам:

- Надо торопиться. Мои братья не смогут надолго их задержать. К тому же есть другая опасность, и если мы хотим ее избежать, нам надо покинуть этот коридор как можно скорее...


5.

- Малыш, у вас очень мало времени! Я не могу больше сдерживать воду, иначе будет беда!

Голос, прозвучавший в узком ходу, заставил вздрогнуть недавних пленников. Леха, Алиса и Ольга слышали его впервые и, естественно, не поняли ни слова, так как эти слова, как и в прошлую нашу встречу, были произнесены на незнакомом языке. Впрочем, как раз Ольга-то, вроде, и не удивилась. Вздрогнула от неожиданности, но повела себя так, будто понимала, о чем шла речь... Я же сразу узнал голос Хозяина подземных вод, но, сколько не оглядывался по сторонам, самого его не смог увидеть.

- Кто это? - спросил Леха, озираясь. - Что он сказал?

- Быстрее! - вместо ответа крикнул мой старичок, бросаясь вперед по коридору. - Если вода застигнет нас здесь, ничто нам уже не поможет!

- Что он сказал? - поинтересовался у меня Леха, не поняв ни слова из того, что сказал маленький человечек.

Зато я хорошо понял, что он имел ввиду. Действительно, вы себе можете представить, что может случиться с тем, кто окажется в узком коридоре на пути вала воды, несущегося с огромной скоростью под большим давлением?..

- Некогда объяснять! - крикнул я. - Бежим!

Мы помчались, как угорелые, за маленьким человечком, хотя наши силы были на исходе. Все эти приключения (Черт бы их побрал!) настолько вымотали меня, что я с трудом, ценою неимоверных усилий, передвигал свои ноги. Видимо, действие эликсира, который дал мне старичок, не было рассчитано на длительное время. Не знаю, что чувствовали остальные, но, скорее всего, им тоже было дерьмово. И лишь страх оказаться в лапах этих тварей подстегивал нас, заставляя бежать прочь от пещеры Демона...

Позади послышались вой и рычание, которым вторили воинственные крики маленьких человечков, оставшихся прикрывать наше бегство.

- Ххорны позади нас! - крикнул на бегу старичок. - Если они нас догонят...

Ему не надо было напоминать об этом. Еще свежи были воспоминания о встрече с этими тварями.

Вдруг где-то в глубине коридора позади нас раздался глухой рокот, который мне совсем не понравился.

- Быстрее! - подгонял нас старичок, хотя в этом не было никакой необходимости (мы и так выдавали все, на что были способны). - Если мы успеем выбраться отсюда до того, как нас настигнет этот вал, мы спасены!

Шум быстро приближался. Но уже через мгновение мы выскочили в зал, где раньше находилось озеро. И не успели мы опомниться, как из хода, который мы только что покинули, под сильным напором вырвался поток и сбил нас с ног, раскидав в стороны.

В тот миг, когда я, порядочно нахлебавшись воды, пытался всплыть на поверхность, перед моими глазами вдруг пронеслось мимолетное видение. Я увидел Китайца, который выбивал у меня из рук автомат. И я знал, что произойдет в следующее мгновение - меня ожидала смерть... Видение быстро пропало, и впоследствии я не мог сказать, почему это увидел так отчетливо и к чему. И раньше у меня бывали видения, а я не придавал им особого значения. Но когда мы, насквозь промокшие, помогая друг другу, выбрались на площадку над быстро разливающимся озером, мне почему-то показалось, что это было очень важным. И событие, которое я увидел, должно быть одним из многих, которые приведут к плохим последствиям...

Отдышавшись, женская часть нашего общества принялись приводить себя в порядок. А я вдруг увидел на поверхности воды множество трупов тех тварей, которых мой старичок называл ххорнами. И мне сразу стало ясно, что было бы с нами, не успей мы вовремя выбраться из этого хода. Эти твари преследовали нас...

Вдруг вода вскипела, и трупы стали один за другим исчезать под водой, пожираемые какими-то невидимыми для нас хищниками. Подземные водоемы были явно не приспособлены для купания и не так безопасны, как мне раньше почему-то казалось...

- Н-да! - произнес озадаченно маленький человечек, следя за тем, как тело последнего ххорна исчезает под водой (теперь она имела какой-то странный оттенок, который, вероятно, придавала ей кровь этих тварей). - Мы оказались в неважном положении. Выход находится на противоположной стороне...

- Может, есть другой? - поинтересовался я.

- Есть, - ответил старичок. - Там, где река продолжает свое течение. Раньше ведь это был коридор, а потом по нему устремилась вода после того, как она пробила стену. Но это случилось уже после того, как ххорны вытеснили нас отсюда. Эти твари ведь не умеют поддерживать в порядке дренажную систему...

Мы с Лехой переглянулись. Перспектива окунуться в воду с хищниками, прожорливостью превосходящих знаменитых пираний, нас не очень-то прельщала...

- В любом случае, я не умею плавать, - признался старичок.

И тут в моей голове промелькнула спасительная (как мне показалось) мысль.

- Послушай, дедуля, а почему бы тебе еще раз не попросить этого самого Вотти, чтобы он убрал чертово озеро?

- Что ты! - замахал он меня руками. - Он и так слишком долго держал воды подземной реки! Знаешь, чем это грозит нашему миру?

- Хорошо! - сказал я, усаживаясь на камень у самой кромки воды. - Будем сидеть здесь, пока не сдохнем от голода!

- Зачем же так драматизировать? - вмешалась тут Алиса. - Может, все-таки есть какой-нибудь выход?

Она вопросительно посмотрела на старичка. Тот отрицательно покачал головой. Девушка перевела взгляд на меня, но я лишь развел руками. Восстановилась мертвая тишина, нарушаемая лишь журчанием воды, да редкими всплесками. Все напряженно искали выход из сложившейся ситуации.

- А, может, глушанем их гранатой? - вдруг предложил Леха.

- Твой друг сошел с ума! - воскликнул испуганно старичок. - Знаешь, как разгневается Хозяин вод? Он никому не прощает убийства своих подданных без особых на то причин.

- Что он сказал? - вопросительно уставился на меня Леха.

Я объяснил.

- Без особых причин?! - возмутился Леха. - Какие же тогда причины можно назвать особыми, если на кону стоит наша жизнь?

- Не кипятись, Леха, - остановил я его. - Он прав. Не стоит здесь применять гранаты, последствия могут быть непредсказуемыми.

- Черт с вами! - отмахнулся он. - Делайте, как знаете.

- По крайней мере, эти существа нас здесь не достанут, - совершенно справедливо заметила Ольга.

При упоминании о мерзких тварях все невольно вздрогнули. И все же здесь всем нам было спокойнее, несмотря на весьма щекотливую ситуацию, в которой мы оказались.

- Да, кстати, а кто такие эти твари?.. Ну, которые нас захватили? - поинтересовался Леха.

- Ххорны, - ответил маленький человечек и обвел рукой пространство вокруг. - Эти пещеры издревле населял мой народ. Потом появились люди... Не ваш народ, а тот, который жил в нашем мире. Мы вели честную торговлю. В вашем мире такого не было, потому что вы были чужими нам... И вот однажды, когда в наши края пришла вторая волна людей, в пещеры вторглись ххорны. Они тоже являются частью нашего мира, хотя и далеко не самой лучшей... Собственно говоря, мы и раньше не были с ними в мире, но в тот миг, когда они вторглись на нашу территорию, началась война за выживание, которая длится и по сей день. За это время ххорны сильно деградировали, стали ближе к зверям, чем к людям. Но, к сожалению, их становится все больше и больше, а нас - все меньше и меньше. Особенно они обнаглели после Великого Перемещения...

Старичок говорил, а я переводил. Мои спутники с удивлением и недоверием смотрели на него, видимо, не совсем понимая, о чем тот говорит. Наконец, Леха не выдержал.

- Подожди, Саня, - остановил меня он. - Может, я чего-то не понимаю? Что-то я никогда не слышал про этих маленьких человечков и этих самых... как их там... ххорнов!

- Да это же гномик, Алеша! - воскликнула Алиса. - Вспомни сказки!

- Гномик! - фыркнул тот. - Скажи еще, что он - волшебник!

- Ну, волшебник - это слишком сильно сказано, но в магии мы кое-что смыслим, - заметил старичок с некоторой обидой в голосе.

- А будущее вы можете предсказывать? - вдруг поинтересовалась Ольга, внимательно глядя на него.

Тот утвердительно кивнул.

- Скажите, мы доберемся до цели? - последовал следующий вопрос...

И тут меня посетило очередное видение. Я вдруг увидел раздавленное, окровавленное тело Алисы, наполовину засыпанное камнями. Потом моим глазам предстал Леха. Его тело было прострелено в нескольких местах (видимо, автоматной очередью) и лежало в обнимку с трупом, в котором я узнал Сикорского. При этом мне показалось, что для Лехи смерть была избавлением от чего-то ужасного. Что-то странное было в его облике, что заставляло меня так думать...

Маленький человечек внимательно посмотрел на меня и вдруг сказал:

- Именно так!

- Что он сказал? - поинтересовалась у меня Ольга.

- Сказал, что не умеет, - солгал я.

Я знал, что никогда не расскажу об этом видении своим спутникам. Старичок, видимо, думал так же, потому что тоже промолчал. Я не знал точно, сбудется то, что я видел, или не сбудется, я знал одно - моим друзьям незачем было знать о том, что я увидел за это короткое мгновение...

- Дедуля, а скажи-ка ты мне, как это у тебя получается открывать проходы в стенах? - задал я вопрос, чтобы уйти от опасной темы. - Что-то я не видел никаких приспособлений для их открывания.

Старичок улыбнулся.

- А все очень просто, сынок. Ворота реагируют на мысленные импульсы определенной частоты.

- А зачем тогда эти махания рукой и какие-то слова? - удивился я.

- Можно сказать, что это - обряд, традиция, - ответил он. - Да и легче так...

- Если вы смыслите в магии, делаете такие сложные механизмы, как ворота с мысленным замком, то почему эти твари вас вытеснили? - поинтересовался Леха, узнав, о чем мы говорили, и добавил: - Хотя я, честно говоря, не очень-то верю в колдовство.

- Ххорны, имея дар телепатов, очень многое узнали про нас, - сообщил маленький человечек. - Они искусно воспользовались этим. И потом, у них есть...

- А сами себя вы как называете? - вдруг перебила его Ольга (а мне так хотелось в тот момент узнать, что же такое есть у этих тварей, позволившее им вытеснить маленький народец).

- Народ Гаэлла, - ответил старичок.

Девушка кивнула, удовлетворенная ответом, хотя любая другая на ее месте постаралась бы вытянуть из него максимум информации. Ведь, согласитесь, не каждый день встречаешь человека, представляющего неизвестный науке народ! А так мне было даже непонятно, чего она добилась, узнав, как называет себя маленький народец.

- В сказках, которые я читала в детстве, гномы добывали драгоценные камни, металлы и делали из них разные красивые вещицы, - сказала Алиса, напоминая мне ребенка своей детской восторженностью.

- Мы тоже делаем, - откликнулся старичок. - У нас столько скопилось всякой всячины! После Перемещения мы ведь больше не торгуем...

- Как бы я хотела побывать у вас дома! - мечтательно и с долей сожаления в голосе проговорила Алиса. - Увидеть все своими глазами, потрогать...

- В другое время я бы показал вам многое из того, что у нас есть, - сказал старичок. - Но, к сожалению, сейчас не до этого...

Этими словами он всем нам напомнил, где мы находимся и в каком положении. Мы замолчали, с удвоенными усилиями ища выход. Но что-то ничего не лезло в голову. Мне, например, приходили мысли, одна абсурднее другой. Старичок, видимо, тоже решал эту головоломку. Но, помолчав немного, он вдруг заявил:

- А я ведь знаю, зачем вы идете в Город. Только, боюсь, вы не знаете всей правды...

Я уже успел немного привыкнуть к невероятным способностям нашего спасителя, но это его заявление заставило меня просто обалдеть от удивления! Увидев выражение моего лица, мои спутники стали приставать ко мне с расспросами. А когда узнали, что он сказал, наступила гробовая тишина. И Леха, и Алиса настороженно уставились на него. Пожалуй, одна только Ольга восприняла это заявление спокойно...

- О чем это вы, дедушка? - поинтересовалась она. - Чего мы не знаем?

Я напряженно ждал продолжения. Интересно ведь, елки-моталки! Мои спутники до сих пор не просветили меня насчет истинной цели своего путешествия...

- Ну, ты-то, допустим, знаешь часть правды, - ответил старичок. - А вот твои спутники до сих пор пребывают в неведении.

Тут уже возмутился Леха:

- Что за недомолвки, дед? Или говори до конца, раз начал, или не морочь нам головы!

Маленький человечек захихикал.

- А ты думаешь, что найдешь там сокровища? Нет, там находится совсем не то, что ты думаешь.

- А что? - в один голос спросили мы все (кроме Ольги).

Я даже затаил дыхание в предвкушении сенсации. Вот он - реальный шанс узнать, что скрывается за стенами Города! И я мог быть одним из первых, кто разгадает его загадку! Но этот маленький хитрюга оставил всех нас с носом!

- Совсем не то, совсем не то, - покачал он головой, посмеиваясь. - Никто из людей этого не знает. И может статься так, что не узнает никогда!

У меня аж мороз пробежал по коже от такого заявления. Что бы ни значили его слова, но звучали они очень зловеще...

Я недоверчиво покосился на старичка. Конечно, он нам помогает, но с какой целью? Вот какой вопрос заставил заболеть мою голову, поселив страшные подозрения. И тут вдруг по пещерам прокатился глухой стон, переходящий в жуткий вой, разом выбив из головы все посторонние мысли. Пламя в фонаре старичка (которое даже в воде не потухло) заколебалось, и мне показалось, что оно сейчас погаснет. Одновременно ужас ледяными тисками сдавил мое сердце, заставив его подпрыгнуть. И было от чего... Перед глазами вдруг пронеслось очередное видение - короткое, но не добавившее мне оптимизма: статуя демона начала оживать! Зловещим красным цветом вспыхнули глаза, пасть приоткрылась и захлопнулась, клацнув острыми длинными клыками. Было от чего моим волосам встать дыбом!

Я перевел взгляд на своих спутников. Они насторожились, недоуменно перешептываясь, но не более того. А вот старичок прямо-таки позеленел. Ужас светился в его глазах, когда заплетающимся языком он спросил меня:

- Ты видел?

- Что? - переспросил я, не уверенный, что мы говорим об одном и том же.

- Не "что", а "кого"! - конкретизировал свое высказывание маленький человечек. - Точнее "нечто". А еще точнее - "его"!

- Кого? - опять не понял я.

- Да Демона же! - не вытерпел он. - Они оживили его!

Вот теперь у меня не осталось никаких сомнений. Леха мог сколько угодно ему иронизировать по поводу способностей маленького народца, а я безоговорочно поверил моему старичку.

- Знаете что? - сказал я. - У меня конкретное предложение.

- Какое? - поинтересовался Леха, с любопытством глядя на меня.

- Надо сваливать отсюда! - заявил я. - И чем быстрее, тем лучше! Мне что-то расхотелось прохлаждаться здесь...

Я не был уверен, что Демон не достанет нас на этом уступе.

- Как ты собираешься это сделать? - с отчаянием в голосе спросил старичок.

И тут мы все услышали громкий всплеск, донесшийся со стороны озера. Честно говоря, у меня душа ушла в пятки. Мне показалось, что это Демон уже пришел по наши души. Я обернулся и застыл от ужаса. Впрочем, и мои спутники тоже...

В свете фонаря было хорошо заметно нечто темное и огромное, стремительно рассекавшее пространство под водой. Хищники, преграждавшие нам путь к спасению, сразу же бросились врассыпную от этого обитателя подземного водоема. А существо вынырнуло на поверхность рядом с нами, и вот тут всем нам стало по-настоящему страшно!

Всплывшее чудище не было Демоном ххорнов, но нам от этого легче не стало. Это было чешуйчатое создание с маленькой головкой, посаженной на длиннющую шею. У него была огромная пасть, в которой зубы располагались в несколько рядов. Любая акула показалась бы безобидным котенком по сравнению с этим монстром! Перспектива попасть на обед к чудовищу нас совсем не радовала, и мы с Лехой вскинули оружие, готовясь угостить его хорошей порцией свинца на закуску. Вряд ли бы ему понравился такой обед, но тут маленький человечек закричал, хватая нас за руки:

- Не надо! Оно же не трогает вас!

И действительно, таинственный обитатель подземных вод не делал никаких попыток напасть на нас. (Хотя если бы он всерьез решил это сделать, от нас бы вряд ли что осталось!) Напротив, чудище медленно подплыло к нашему уступу, на котором мы сидели, и остановилось.

Я с сомнением посмотрел на него.

- Похоже, эта симпатяга что-то от нас хочет. Или я ошибаюсь?

- Хочет, чтобы мы сели ему на спину, - сообщила Ольга.

С чего она это взяла, я не знал. С таким же успехом этот монстр мог караулить нас...

Я вопросительно посмотрел на старичка.

- Наверное, это Вотти его прислал, - предположил он. - Скорее всего, Хозяин вод узнал про наше тяжелое положение.

- Наверное, или точно? - попросил уточнить я.

Старичок неопределенно пожал плечами.

- Сейчас проверим, - сказал он и смело шагнул на спину чудовищу.

Мы (то есть я, Леха и Алиса) с опаской посмотрели на этого монстра, ожидая, что вот сейчас он схватит нашего старичка и уволочет в глубины подземных вод. Но животина никак не прореагировала на этот шаг, и через некоторое время, убедившись, что бояться нечего, мы последовали примеру нашего спутника, прихватив задумавшуюся о чем-то Ольгу...

Это, скажу я вам, было что-то! Ведь никто не может похвастать, что катался на спине такого монстра! Захватывающее ощущение! Несмотря на свои размеры, чудище в мгновение ока переправило нас на другой берег озера. И это было так здорово, что я на миг забыл, где нахожусь!..

- Слушай, ты доверяешь этому старикану? - шепотом поинтересовался у меня Леха, косясь на маленького человечка. - С чего это он взялся помогать нам? Не заведет ли в ловушку?

Я пожал плечами.

- У нас нет другого выбора. Мы вынуждены доверять ему. А у тебя что, есть сомнения?

- А у тебя нет?

Черт возьми! Это был законный вопрос. Мне до сих пор неясны были мотивы, двигавшие маленьким человечком. Да ладно, если бы им одним! Ведь в этой операции участвовало очень много народа! Чем мы заслужили такую честь, тем более что они, как я понял, не очень-то хорошо относились к людям?

- Этот человечек спас мне жизнь! - ответил я. - Не хочется верить, что он способен на вероломство.

Леха потрепал меня по плечу.

- Я тебя хорошо понимаю, Саня. Но, к сожалению, в жизни не все так просто. Жизнь научила меня осторожности... Ты знаешь, где мы идем и куда направляемся?

- Нет, - честно признался я. - В этих местах я ни разу не был.

- Тогда будем держаться настороже... Как твоя нога?

Этот вопрос Лехи застал меня врасплох. Я не ожидал такого резкого перехода. Честно говоря, после того, как мой спаситель буквально вернул меня с того света, укушенная Верным нога была такой мелочью, что я и не вспоминал про нее...

- В норме, - ответил я и поинтересовался в свою очередь. - А как твоя рука?

- Тоже ничего, - сказал Леха. - Да, кстати, все время забываю тебя спросить... А где твоя псина?

Он мне напомнил о моем мохнатом друге, и это воспоминание отозвалось болью в моей душе.

- Он погиб. Его завалило камнями.

Леха замолчал, заметив, видимо, выражение моего лица, и больше не проронил ни слова...

Спустившись со спины монстра, маленький человечек земно поклонился ему и поблагодарил. Не знаю, как другим, а мне показалось, что его поняли. И мы тоже попытались сказать пару хороших слов, но вряд ли они дошли до адресата. Чудовище окинуло нас своим ледяным взором и нырнуло.

- Послушайте, дедушка, неужели вы никогда не выходите на свежий воздух? - вдруг поинтересовалась Ольга у нашего проводника.

- Почему не выходим? - удивился тот. - Просто это случается не так уж и часто, да и то в основном по ночам или когда никто не сможет нас увидеть. Без Солнышка-то совсем никак нельзя! Мы же не ххорны какие-нибудь! Да и пищи для нас маловато. Ххорны здесь, наверху. У них еды больше. Мы - внизу...

Он поднял руку и взмахнул ею перед собой. Скала раздвинулась, открывая проход.

Я хотел предупредить его, что там могут быть ххорны, но опоздал. Слава Богу, там никого не оказалось! Но я все равно держал наготове свой карабин. Да и Леха, как я заметил, тоже держался настороже, памятуя об этих тварях. Мало ли что...

- Это все, - старичок обвел рукой пространство вокруг себя, - сделал мой народ! Мерзавцы ххорны захватили наши владения! И нам приходится воевать с ними, потому что они постоянно лезут к нам! Хотя испокон веков мы были мирным народом, нам просто некуда деваться...

Мы вышли в коридор. Вход по мановению руки нашего проводника захлопнулся за нами.

- Ххорны сейчас отстали от нас, - сказал он. - Пока они будут бежать в обход, у нас остается запас времени. Но нам надо торопиться. Эти твари быстро бегают. К тому же они оживили Демона!.. Так что побежали!

Закончив говорить, наш старичок с места резво припустил бегом. Мы помчались следом. Через некоторое время у меня в глазах поплыли разноцветные круги, а во рту появился легкий привкус железа. Я чувствовал, что сейчас рухну на пол от изнеможения. А ведь раньше я презрительно морщился, видя, как некоторые мои клиенты устают от той физической нагрузки, которую приходилось испытывать на пути по Перевалу. Конечно, многие из них не были приспособлены к путешествиям в горах. Это ведь нам, горцам, привычно жить высоко над уровнем моря, и мы совершенно не замечаем нехватку кислорода... Теперь-то мне стало понятно, что я - никто по выносливости в сравнении с маленьким человечком! Леха тоже был на пределе и бежал, тяжело дыша. А ведь он был спецназовцем, проведшим не один год в горах! Хотя я допускаю, что с тех пор он несколько сдал... Но что меня больше всего поразило, скажу я вам, так это то, что девушки бежали наравне с нами, не жалуясь, хотя, по-моему, были близки к обмороку!

Впрочем, ждать этого пришлось недолго. Внезапно Алиса споткнулась и упала без чувств. Мы бросились к ней, но тут и Ольга, только что стоявшая, прислонившись к стенке, стала сползать вниз. Несмотря на то, что мне тоже было хреново, я успел подхватить ее и уложить осторожно на пол. Глаза девушки были закрыты, по лицу обильно струился пот, а грудь часто и высоко вздымалась. Она была очень бледна, и мне показалось, что она сейчас умрет на моих руках.

- Что случилось? - услышал я голос над собой.

- Ты еще спрашиваешь? - ответил немного резковато я, пытаясь привести девушку в чувство. - Мы же не лошади, чтобы нестись с такой скоростью, и силы наши небеспредельные!

Меня самого было впору приводить в чувство, потому что в глазах мутилось от напряжения. Да и Лехе, видимо, было не слаще, если судить по его виду.

Потеряв надежду вернуть девушке сознание традиционным способом, я отцепил заветную фляжку и, разжав ей зубы, влил несколько капель в рот, заставив проглотить. Она закашлялась, но принятие "лекарства" дало результат - Ольга открыла глаза. Тогда я передал фляжку Лехе, чтобы он дал Алисе.

- Ну, дед, я сомневаюсь, что мы и дальше сможем выдерживать такой темп! - заявил Леха, когда и Алиса пришла в себя. - Если и дальше так будет продолжаться, мы сдохнем где-нибудь по пути!

- Вы должны как можно скорее выбраться отсюда! - Старичок был непреклонен. - Поэтому вы сейчас встанете и последуете за мной! - И уже просительным тоном добавил: - Ну пожалуйста, ребятки, миленькие мои! Осталось совсем немного...

- Какая разница, от чего мы сдохнем - от неведомой опасности или непомерной нагрузки? - язвительно заметил Леха.

И тут вдруг я вспомнил...

- Дедуля! - заорал я, перепугав всех. - Твой эликсир! Он решит нашу проблему!

Старичок хлопнул себя по лбу.

- Ну конечно! Как же я забыл о нем? Простите меня, дурака безмозглого!..

Мы все хлебнули из его бутылочки. Я опять почувствовал силу, разлившуюся по всему телу. Теперь я готов был своротить горы и пробежать хоть сто километров...

- Я вот все удивляюсь, дедуля, откуда в таком маленьком теле при твоем возрасте столько сил? - проворчал я, помогая Ольге подняться. - У нас старички так быстро не бегают!

- Да ты что! - возмутился тот. - Какой же я старичок? Я еще мужчина в самом расцвете сил! Мне всего-то чуть больше пятисот лет, а ты говоришь "старичок"!

- Кого же у вас тогда считают стариками? - удивился Леха (и не только он).

- Кто прожил больше тысячи лет! - с гордостью ответил маленький человечек.

Леха аж присвистнул.

- И все-таки, дед, тебе придется считаться с нашими физическими возможностями. Мы не можем так выкладываться.

Маленький человечек поморщился, но согласился.

- Я ведь тороплюсь, потому что знаю, что опасность, грозящая нам, пострашнее любой из подстерегающих в этих пещерах. И прошу вас - не называйте меня дедом! Зовите меня просто Микки. Так называют меня в моем народе.

- Хорошо, Микки, - сказал Леха. - Пошли?

Все это время я стоял, опираясь одной рукой о стену, а другой поддерживая Ольгу за талию. Она держалась за мое плечо, а ее глаза лихорадочно блестели. Однако было видно, что эликсир маленького человечка уже оказал свое действие - это было хорошо заметно по ее более или менее ровному дыханию.

- Как ты? - спросил я девушку.

- Уже лучше, - ответила она.

- Идти можешь?

Она кивнула. Я хотел уже сообщить о нашей готовности продолжить движение, но тут опять прозвучал этот душераздирающий вой, который мы уже слышали раньше. Он был громче предыдущего, из чего можно было сделать вывод, что нечто, гонящееся за нами, находилось ближе, чем в прошлый раз.

Глаза Микки расширились от ужаса, он задрожал всем телом и крикнул:

- Быстрее! Оно уже рядом!

Мы опять сорвались с места. Хотя было жарко, вдруг сзади на нас дохнуло ледяным холодом. И я понял, что это нечто догоняет нас...

Раньше мне казалось, что кроме вампиров в этих пещерах никто не обитает. Мое пребывание там в то лето полностью разрушило это заблуждение. В местных речках и озерах водилось множество рыбы и другой живности. В этих многочисленных коридорах существовали животные, которые так стремительно скрывались в темноте, что я не успевал их разглядеть. Они не представляли для нас серьезной опасности. А вот Демон...

Теперь уже никто даже и не пробовал протестовать. Все прекрасно помнили Цыгана и понимали, что нам грозит, если Демон настигнет нас...

Вдруг фонарь Микки мигнул и погас. Ощущения возникли те же, что и при встрече с пауком. И мне подумалось, что тут явно не обошлось без этой твари... Эта мысль молнией промелькнула у меня в голове, и тут под потолком вспыхнул яркий шарик, залив все вокруг ярким светом. И этот свет разбил оковы оцепенения, охватившего меня. Но, е-мое, там был не один, а целых два паука!

Их черные волосатые тела раскачивались из стороны в сторону, с острых челюстей капала ядовитая слюна. Эти мерзкие твари перебирали своими многочисленными лапами и щелкали челюстями, почему-то не решаясь напасть. Я увидел огромное жало на конце брюха одного из них, с которого капала какая-то жидкость (я думаю, яд), и понял, какая участь ожидала бы нас. Ужас ледяными тисками сдавил меня, и я стоял на месте, хотя надо было что-то делать. И лишь два вопроса крутились в голове... Почему они не нападают? Почему находятся в какой-то странной неподвижности?

Их многочисленные черные, блестящие в свете шарика, глаза были направлены в одну точку - на Микки. Маленький человечек тоже, не отрываясь, смотрел на них. Казалось, между ними проходит какой-то невидимый поединок.

- Стреляйте! - сдавленным шепотом сказал маленький человечек. - Я не смогу их долго держать!

Я с трудом сумел приподнять дуло моего карабина. Создавалось впечатление, что оружие весит целую тонну! Но мне помогало чувство отвращения и страх. С таким чувством вы давите паучка, забравшегося в вашу постель. Мои паучки были значительно больше и отвратительнее... Мне удалось выстрелить, хотя долгое время мой палец никак не хотел нажимать на спусковой крючок. Пуля вошла в голову одного из пауков, и сразу стало легче. Еще несколько выстрелов, и паук, зашатавшись, грохнулся об пол. Затем раздалась очередь из автомата Лехи, и второе чудище, вскинув передние лапы, перевернулось на спину, показав свое брюхо, в которое я с наслаждением вогнал оставшиеся в магазине моей винтовки пули.

- Слава Богам! - вздохнул с облегчением Микки, утирая пот со лба. - Слава Богам, вы смогли это сделать! Без вашей помощи мне бы не совладать с этими тварями!

- Они мертвы? - осторожно поинтересовался я.

- Нет, что ты! - махнул рукой старичок. - Вашим оружием вы не можете их убить!

- И, тем не менее, мне удалось подранить одного из них в свое время, - возразил я.

Старичок покачал головой.

- Они очень сильные телепаты и реагируют на импульсы головного мозга. Ты очень хотел убить их, вот и получились раны на теле паука. На самом деле он ничуть не пострадал. Но, тем не менее, своей волей ты отбил его нападение... А я уж думал, что нам конец! Еще пару минут, и они напали бы на нас.

- А что они делают со своими жертвами? - поинтересовался Леха.

- Парализуют их волю и утаскивают в свое логово, где и пожирают. Они распространяют какие-то особо сильные волны, которые заставляют гаснуть даже наши вечные фонари. Эти создания Тьмы считаются одними из самых опасных противников...

Сказав это, наш проводник щелкнул пальцами, светящийся шарик спустился вниз и влетел в фонарь. Теперь в нем снова горел яркий огонь...

Мы осторожно прошли мимо пауков, и я получил возможность подробнее рассмотреть их. На самом деле нельзя было говорить про детали их тела. Это был, скорее, сгусток тьмы, имеющий паучью форму. А глаза, волосы, жало, яд - все это оказалось лишь игрой воображения. Или просто я сам хотел видеть в них тварей, которые хоть чем-нибудь напоминают земных, пусть и слишком больших размеров.

Миновав этих тварей, мы бросились бежать, потому что холод все нарастал и нарастал, заставляя мигать огонь фонаря. Теперь приближение опасности мы чувствовали, можно сказать, на своей шкуре. И все чаще и чаще под сводами коридоров проносился этот вой, заставлявший сердце екать от страха. Мы понимали, что нас догоняют...

Несколько раз мы сворачивали в открываемые маленьким человечком ходы, потому что он утверждал, что впереди нас поджидают ххорны. Однако для меня эти твари были уже не так страшны. По крайней мере, они были смертными...

Я на бегу перезарядил свой карабин. Теперь уже никто и не помышлял о том, чтобы просить об отдыхе. Страх гнал нас вперед, заставляя наращивать скорость...

Не знаю, как долго продолжалась эта беготня. Я давно уже потерял счет времени. Вдруг Микки остановился.

- Что случилось? - с тревогой спросил я (остальные были не в состоянии говорить от усталости).

- К нам приближаются крылатые вампиры, как ты их называешь, - ответил наш проводник.

Я вздрогнул, вспомнив этих тварей, но он успокоил меня:

- Не волнуйся, справиться с ними будет намного легче, чем с пауками. Вы только отойдите назад и не мешайте.

Мы послушно отступили. Впрочем, сопротивляться у нас не было сил. Леха еле стоял на ногах, я - тоже, а девушки вообще сразу же, как мы остановились, сели на пол и привалились к стене.

Я уже подумал, что Микки ошибся, и никаких вампиров не будет, но вдруг услышал шум впереди. Складывалось ощущение, будто целая стая летучих мышей несется нам навстречу. Но я-то знал, кто это. Мне абсолютно не представлялось, как Микки собирается с ними справиться. В отличие от своих спутников, я прекрасно знал, что это за твари. С одной-то из них справиться было нелегко. А их, судя по шуму, приближающемуся к нам, было немало. И я на всякий случай вскинул свой карабин к плечу, приготовившись встретить вампиров огнем...

Через мгновение ход заполнился теми тварями, о которых я уже упоминал. Их было очень много, а коридор, в котором мы находились, был узким и невысоким. Они заполнили все пространство, мешая друг другу. Я испугался, что нас сейчас задавят. Нас и вампиров разделял лишь маленький человечек, но эта преграда была такой ненадежной. Но делать было нечего, я стал стрелять, а Леха поддержал меня огнем из своего автомата.

В тот миг, когда эти твари уже были готовы накинуться на нас, Микки что-то тихо произнес. Коридор осветила яркая вспышка, и все вампиры попадали на пол. Остальных, появляющихся в поле нашего зрения, постигала та же участь. Скоро невозможно было продвинуться вперед, так как проход был доверху загроможден телами.

- Давайте-ка быстренько разберем завал, - сказал Микки и первым ухватился за тело, ближе всего лежащее к нему...

Мы работали, как одержимые, раскидывая в стороны вампиров, расчищая проход перед собой настолько, чтобы можно было протиснуться. Конечно, противно было трогать эти мерзкие создания, но у нас не было другого выхода. Бр-р-р! Если бы вы видели их, гражданин следователь, вы бы поняли наше состояние...

Наконец, мы расчистили достаточно места, чтобы можно было пролезть. Миновав эту баррикаду, мы помчались вперед, потому что Микки сказал нам:

- Демон преследует одну цель - задержать нас. И, надо сказать, это ему удалось. Пауки и вампиры отняли у нас много драгоценного времени.

Да, так оно и было. Мы ощущали каждой клеточкой, что Демон уже наступает нам на пятки. И только чудесный эликсир Микки, остатки которого мы допили перед тем, как бежать дальше, позволял нам двигаться за гранью человеческих возможностей...

Подняв тучу брызг, мы пересекли неглубокий ручей. Ольга споткнулась о камень и чуть было не упала, но я успел поддержать ее. Наградой мне был ее благодарный взгляд.

- Быстрее! - крикнул Микки. - Мы уже у цели!

И в этот миг его фонарь мигнул и погас, погрузив нас в кромешную тьму. И от этого стало еще страшнее. Так страшно, что захотелось, как в детском сне, закричать и проснуться. Но это был не сон, а на крик не было сил. Я неверующий, но тут я взмолился, вспоминая полузабытые молитвы...

Я явственно ощутил порыв ледяного ветра, и все члены тела внезапно отказались повиноваться мне. Значит, Демон был где-то рядом! И не было сил сопротивляться, да и бесполезно воевать с тем, о ком ничего не знаешь! Тогда я подумал, что пришел мой конец...

Вдруг в пещеру проник поток свежего воздуха, и я увидел щель в стене, достаточно большую, чтобы мы могли пролезть в нее. Это прибавило мне сил, вернув способность двигаться, хотя какая-то скованность все равно оставалась. И я, подхватив Ольгу, которая неспособна была самостоятельно идти, потащился к выходу, чувствуя ледяное дыхание Демона за своей спиной...

Вот тут, скажу я вам, мне пришлось испытать настоящее отчаяние. Представьте себе - выход близко, рукой подать, а тело отказывается тебе повиноваться! И ты знаешь, что смерть уже настигает тебя. А спасение - вот оно, совсем рядом. И тебе хочется завыть от бессилия, потому что чувствуешь, что не успеешь...

Щель медленно стала сдвигаться. Я чувствовал, что Микки прикладывает все силы, чтобы удержать проход открытым и помочь нам двигаться. Но и его возможности были небезграничны. Чувствовалось, что это ему удается с трудом...

Так мы и вышли из пещеры - впереди маленький человечек, за ним - я с Ольгой, последними - Леха, поддерживающий Алису. Все тело занемело, но еще двигалось. А снаружи было пока темно, хотя светлая полоска на горизонте указывала на то, что Солнце вот-вот взойдет. Я споткнулся и рухнул с Ольгой прямо в снег, который покрывал все вокруг, чувствуя, что больше не встану. И тут сзади послышался тот самый страшный вой, преследовавший нас в пещерах. На этот раз он прозвучал совсем близко...

Я перевернулся на спину и увидел, как щель, через которую мы покинули пещеры, стала шире, и из нее выбиралось НЕЧТО, которое Микки называл Демоном. Елки-моталки! Я до сих пор просыпаюсь в поту, увидев его во сне! Демон казался ночным кошмаром, но, в отличие от сна, я никак не мог проснуться... Его скульптура была страшна, но действительность - еще ужаснее. Теперь я понял, почему не мог увидеть ног - их попросту не было! Вместо них у чудища был огромный чешуйчатый хвост! Вот только одно у меня никак не укладывалось в голове - как каменная скульптура смогла ожить? Понятно, там, пушкинский Командор из "Дон Жуана" - художественный вымысел. Этот же был очень даже реален и испускал волны ледяного холода и всепоглощающего ужаса! Глаза горели кровавым дьявольским огнем, с клыков капала слюна, огромные уши, как локаторы, поворачивались в разные стороны. А следом за ним из пещеры стали выбираться его прихвостни - ххорны, вампиры и еще какие-то создания, которые и не снились мне в самом кошмарном сне!..

Непослушными руками я подтянул к себе карабин и попытался приподнять его. Мне не удалось этого сделать, как я ни пытался. Но тут Микки взмахнул рукой и что-то крикнул. И сразу же сверху на наших преследователей посыпался целый град больших и малых камней. Скоро над Демоном и большинством из его приспешников возвышался целый курган. И мы наконец-то получили возможность двигаться свободно. Какое облегчение я испытал! В мгновение ока я оказался на ногах, и мы с Лехой принялись добивать остатки воинства Демона. Но если вы считаете, что на этом все закончилось, то глубоко заблуждаетесь. Правда, и я так было подумал, но тут курган вдруг взорвался фейерверком каменных осколков, и перед нами предстал Демон, целый и невредимый! Представляете, какой нужно было обладать силой, чтобы разметать всю эту кучу!..

И вот этот монстр двигался на нас, наполняя сердца ужасом. В голове промелькнула мысль - да можно ли вообще победить этого Демона?.. Мы начали стрелять, хотя мне стало казаться, что наши пули для него не будут серьезной преградой. Лишь один раз мне удалось попасть ему в глаз, и красный огонек выскочил из глазницы, оставив темный провал на своем месте. А чудовище все ползло и ползло, и чем ближе оно подползало, тем труднее становилось нажимать на спусковой крючок...

Не знаю, что было бы с нами, если бы не Микки. Скорее всего, я бы сейчас не болтал тут с вами... Маленький человечек посмотрел в сторону восхода и удовлетворенно кивнул. Потом он откуда-то извлек меч и кинулся навстречу монстру. Я хотел остановить его, но не успел. Маленький человечек быстро достиг Демона, ловко поднырнул под его лапы и с криком вонзил оружие в чешуйчатое брюхо. Сверкнула яркая вспышка, и мы услышали дикий крик боли, исходящий от Демона. В припадке ярости монстр так ударил Микки, что тот отлетел далеко в сторону. И в этот миг из-за гор пробился первый лучик Солнца...

Потом я много думал об этом, безрассудном на первый взгляд, поступке Микки. Ведь маленький человечек знал и прекрасно понимал, что не сможет серьезно навредить Демону. И все-таки бросился с мечом на него... А потом я понял, зачем он это сделал. Этого монстра надо было задержать до восхода Солнца!..

Итак, Демон издал дикий вопль ужаса и боли, оглушивший нас. Постепенно этот вопль перешел в визг. На наших глазах монстр стал превращаться в камень (постепенно, от хвоста до самой макушки), пока не застыл статуей. Теперь точно все было кончено...

Остатки тварей поспешили укрыться в пещере, а я подбежал к Микки. Маленький человечек был еще жив, но очень плох. Когти монстра разорвали его живот снизу вверх, а падение на камень сломало ему позвоночник. Одежда пропиталась кровью, на губах пузырилась кровавая пена, но маленький человечек, которого я успел полюбить, улыбался! Представляете?

Увидев меня, он попытался что-то сказать. Губы его двигались, но пришлось наклониться к самому его лицу, чтобы услышать:

- Слава Богам, вы спасены! Теперь я могу умереть со спокойной совестью! Я выполнил свой долг!

- Ты не умрешь, Микки! - крикнул в отчаянии я. - Ты же умеешь лечить! Сделай что-нибудь!

- Поздно! - ответил он. - Лучше не перебивай. Я должен успеть сказать тебе кое-что прежде, чем я...

Маленький человечек собрался с силами и продолжил:

- Ты должен довести их до цели. Там их давно ждут... Ее ждут...

- Кто ждет? - не понял я.

- Не задерживайся, веди сразу же, - не ответил мне Микки. - Много мужчин моего народа погибли за вас - тебя и ее. Ты не знаешь, но каждый наш шаг прикрывали маленькие отважные люди. Благодаря им... Благодаря тому, что они сумели, пусть и ненадолго, задержать Демона, мы сумели выйти оттуда... Нет, я не жалею, что умираю. По крайней мере, я знаю, за что... Помни об этом...

- Но почему? - воскликнул я. - К чему такие жертвы? Из-за четырех непутевых людей...

Глаза маленького человечка уставились прямо на меня, и он еще раз повторил:

- Веди на Перевал... Там вас встретят... Там все поймешь...

Он ненадолго замолчал, тяжело дыша. В это время я, скинув куртку, свитер и разодрав свою рубаху, пытался остановить кровь при помощи Ольги, уже успевшей отойти от столбняка. Но это было все равно, что пытаться заткнуть пробоину в тонущем корабле тряпкой...

- Не надо! - вяло запротестовал Микки. - Лучше возьми вот эту вещицу. Это мой прощальный подарок тебе...

Он протянул руку и вложил в мою ладонь меч. Насколько я помнил, оружие осталось в теле Демона. Как оно могло попасть к Микки?.. Тогда мне некогда было об этом думать. Это я понял позже. И вы поймете потом...

Итак, я посмотрел на меч в своей руке. Изделие все было инкрустировано серебром и красивыми драгоценными камнями. Меч был немного короче тех, с которыми мне приходилось сталкиваться (я ведь в свое время занимался Кен-до), но очень удобно лежал в руке и был сравнительно легким. Не знаю, из какого металла он был изготовлен, но явно не из стали. И от него исходила какая-то неведомая сила.

- Спасибо! - поблагодарил я маленького человечка.

На глаза вдруг опустилась пелена, мешая смотреть. Словно туман какой-то застилал их. Одновременно я почувствовал, как горький комок подступает к горлу... Нет-нет, что вы, я не плакал, гражданин следователь! Мужчины ведь не плачут. Мужчины огорчаются...

А Микки тем временем становилось все хуже и хуже. Тряпки, которыми мы пытались остановить кровотечение, мгновенно намокали. Мы и сами уже, словно мясники, были перемазаны кровью. Было очевидно, что он умирает...

- Я ухожу вслед за своими погибшими соплеменниками... Я не боюсь смерти... Только дайте нам спокойно дожить... О, Боги, как не хочется!..

При этих словах глаза его вдруг расширились, будто он что-то увидел. Маленький человечек вцепился рукой в мое плечо и попытался приподняться.

- Ты только не расстраивайся сильно, мой мальчик, когда... Делай, что тебе предназначено... А она вернется, я знаю... Она вернется к тебе...

Его рука разжалась. Когда я посмотрел на него, он был уже мертв. Мое сердце будто в тисках зажали. Да чего там мне стыдиться? Да, я заплакал! Не стесняясь присутствия девушек, я зарыдал, обхватив руками маленькое тело. Буквально на моих глазах его плоть превратилась в камень, стерев черты того человека, который за столь короткий промежуток времени стал мне другом и наставником.

- Прости, Микки, что сомневался в тебе! Ты оказался настоящим другом. Спи спокойно!.. - сказал я, бережно опуская камень на землю...

Говорите, хватит на сегодня, гражданин следователь? Ладно, пусть будет так... Прочитать и подписать протокол допроса? Давайте, прочитаю...

Чего я усмехаюсь-то? Да уж очень круто вы сократили мою историю!.. Нет, я понимаю, что вы не можете записать в официальную бумагу все то, что я вам тут нарассказывал. Никто не поверит... Но все же интересно у вас получилось. Я тут распинался, рассказывал несколько часов, а вышла всего страница. Никаких мозгососов, ххорнов, Демона, маленького народца... Получается, что после того, как я помог избавиться Лехе от погранцов и людей Сикорского, я просто укрыл их в пещере и по подземному лабиринту вывел к Перевалу. И ни слова о том, что нам довелось там пережить. Ну, да бог с ним! В общем и целом, все правильно. Где ставить свою закорючку? Здесь?..

Ну, вот и все. Спасибо, гражданин следователь! Я рад, что вам понравился мой рассказ... Да, была у меня такая мыслишка до армии, хотел стать писателем, даже посылал одно произведение в Москву, в издательство. Не взяли...

До свидания, гражданин следователь. Если бы не эти стены с решетками на окнах, я бы сказал, что неплохо провел эти часы в вашем обществе...


6.

Здравствуйте, гражданин следователь! Спасибо, с удовольствием закурю. Знаете, ваши орлы в масках так быстро меня скрутили, что я не успел захватить с собой свой табачок. А курить охота так, что уши пухнут!..

Значит, продолжим? Только без сказок, говорите?.. Ну, я буду рассказывать, а вы уж обработайте так, как вам нравится. Вчера это у вас неплохо получилось...

Итак, на чем там я остановился?.. Ах, да, спасибо, гражданин следователь, вспомнил!..

Значит, маленький человечек на моих глазах превратился в камень, и я бережно опустил его на землю. Рука Ольги легла мне на плечо. Я оглянулся. Все мои спутники стояли рядом, и их лица выражали сочувствие. Ольга протянула мне мою куртку и свитер. Теперь, когда опасность была позади, я почувствовал себя совсем разбитым. Ледяной ветер пронизывал их насквозь промокшую одежду, превращая ее в смерзшуюся скорлупу, трещавшую при каждом движении. На мне же ничего не было, и я поспешил одеться, хотя это мало помогло... После тепла пещер холод особенно сильно ощущался, так как в месте, где мы вышли, температура была достаточно низкой, а наша одежда еще не успела высохнуть. Мои спутники тоже почувствовали эту перемену. Губы их посинели, зубы выбивали чечетку, и им приходилось стучать одной ногой о другую, чтобы хоть немного согреться.

Я достал фляжку с горячительным, сделал несколько глотков и передал им. Пока они пили мой первач, я отошел в сторонку и огляделся. Самогон уже оказал свое действие, и по телу разливалось приятное тепло. Однако это ощущение было ошибочным. Необходимо было как можно скорее либо попасть в теплое местечко, либо переодеться в сухое белье. В противном случае воспаление легких было гарантировано - спиртное не спасает надолго от холода, лишь на время расширяет сосуды, создавая иллюзию тепла...

Мне достаточно было одного взгляда, чтобы понять, где мы находимся. Мы вышли почти к самому Перевалу. Хорошо была заметна граница, где он начинался. В том месте будто проходила невидимая черта, отделявшая одну местность от другой. До нее было всего каких-то несколько сот метров. Казалось, пара минут - и ты будешь уже на Перевале. Но это было обманчивое впечатление. На самом деле напрямик идти было нельзя. Приходилось делать некоторый крюк, чтобы выйти на известную мне тропу. А внизу проходила старая разрушенная Дорога...

- Ну, что будем делать? - поинтересовался Леха, вставая рядом со мной и отдавая фляжку.

Я кивнул вперед.

- Там - Перевал. Микки вывел нас точно к нему.

- И что ты решил? - спросил Леха, пытливо вглядываясь в мои глаза.

Я отрицательно покачал головой, отвечая на тот вопрос, который остался невысказанным, а вслух сказал:

- Промедление для нас опасно. Думаю, ребята Эдди до сих пор нас ищут... Но и на Перевал идти в таком состоянии нельзя. Мы просто не дойдем, замерзнем, хоть на первый взгляд и кажется, что до него - рукой подать. Разобьем палатку, переоденемся... Надеюсь, у вас есть сухая одежда?

Леха кивнул утвердительно.

- Должна быть.

- Вот и хорошо, - одобрил я. - Тогда давай ставить палатку...


* * *


Мы раскинули палатку подальше от того места, где все еще стояло изваяние Демона. Уж слишком зловещим оно было...

Палатка оказалась, что надо! Знаете, из тех самых новинок с автоматическим подогревом. Ничего, очень удобная штучка, и в упакованном состоянии занимает не слишком много места. У меня с собой тоже была палатка, старая и добротная, без всяких там прибамбасов, но я предпочел воспользоваться гостеприимством своих спутников.

Мы с Лехой поставили палатку у скалы и присыпали ее сверху снегом для маскировки. Как-никак за нами наверняка все еще охотились... Затем пришла очередь снаряжения.

Герметично закрывающиеся рюкзаки из водонепроницаемого материала не промокли, и их внутренности остались сухими. Мы с Лехой уступили место девушкам, хотя у самих зуб на зуб не попадал от холода. Глоток самогона из заветной фляжки заставлял быстрее бежать кровь по жилам, согревая тело и душу. Правда, приходилось быть экономным - жидкости оставалось лишь на несколько приемов. Как я жалел сейчас, что со мной нет моего верного пса! Я бы прижал его к себе, и сразу стало бы теплее...

Пока девушки переодевались в сухое, мы с Лехой проводили время, сидя на рюкзаках. Я достал жестяную коробочку, в которой хранил походные запасы табака, и набил трубку. К сожалению, моя зажигалка что-то не хотела возгораться, и я уже решил бросить это занятие, когда Леха протянул мне свою. Я прикурил и с наслаждением затянулся. В пещерах было как-то не до этого, но когда все осталось позади, я почувствовал, что если сейчас не закурю, то, наверное, сойду с ума! Еще бы - я не курил уже много часов, а любой курильщик знает, что это значит! Поэтому и был очень благодарен Лехе за своевременную помощь...

- Будешь?

Я протянул ему трубку, но он отрицательно покачал головой.

- Не курю.

- Спортсмен! - вздохнул я. - А я вот никак не могу бросить. Силы воли не хватает... Кто, кроме тебя, еще занимался альпинизмом?

- Ольга, - последовал ответ.

- А Алиса? - поинтересовался я, уже заранее зная, какой ответ услышу.

- Насколько мне известно, нет.

Я задумался.

- Она будет нас всех задерживать. Ну, ничего. Как-нибудь доберемся... Двинем сразу же, как сможем. Хотя, честно говоря, мне не очень-то хочется вести вас на Перевал, - признался я ему.

- Почему? - удивился Леха.

Я пристально посмотрел на него.

- Ты когда-нибудь бывал там?

Он отрицательно замотал головой.

- А я слишком часто ходил туда и знаю, что нас ждет. Мне хорошо известно только ограниченное пространство, а именно - тропы, по которым вожу клиентов. Если сойти с такой тропы, нас ждет верная смерть... Новичку там очень трудно, Леха. А с нами - две женщины... Это - первое, почему я не хочу вести вас туда.

- А второе? - с наигранным безразличием поинтересовался Леха, оглядывая окрестности, хотя явно было видно, что его задели мои слова.

- Знаешь, Леха, когда-то здесь было много проводников, - начал я издалека, не зная, как высказать ему то, что думаю, и не обидеть. - Где они сейчас? Кто-то погиб на войне, кто-то сидит в тюрьме, остальные (а таких было немало) не вернулись оттуда, - я кивнул в сторону Перевала. - На этой стороне я остался один. И знаешь почему?

Мне захотелось выпить, и я уже снял фляжку, но, подумав, решил вернуть ее на место. Слишком мало в ней осталось драгоценной жидкости, чтобы просто так, без нужды, ее расходовать.

- У тебя есть что-нибудь спиртное? - поинтересовался я.

Леха покачал головой.

- Жаль, - сказал я, впрочем, ничуть не расстроившись. - В моей фляжке почти ничего не осталось, а на Перевале без этого никак нельзя...

Он удивленно посмотрел на меня, но ничего не сказал. А я продолжил:

- Я всегда был осторожным, поэтому до сих пор еще жив. У меня часто возникало предчувствие, когда не стоило что-либо делать. И я отказывался... Вот и сейчас у меня такое чувство, что нам туда не стоит соваться...

- Будь на то моя воля, я и сам не пошел бы теперь туда, - признался Леха. - Но обратного пути у нас уже нет, Саня! Только туда!..

- Почему? - поинтересовался ехидно я, решив про себя, что бывшему спецназовцу хватило пещер, и лишь угроза быть схваченными Сикорским гнала его туда. - Я отлично знаю эти горы и могу спрятать вас так, что ни одна собака не сыщет. А когда все успокоится, выведу отсюда. Дальше уже сам будешь думать, как избежать встречи с Сикорским...

- Понимаешь, меня будто кто-то тянет туда, - ответил Леха, будто не слыша меня. - И чем ближе подхожу к Перевалу, тем сильнее это проявляется. А сейчас мне вообще хочется все бросить и бежать туда. Перевал как будто зовет, и мне страшно! Так страшно, как никогда еще не было...

Я вздрогнул. Чувствовалось, что парень всерьез обеспокоен. Его слова отдавали какой-то мистикой, и мне это совсем не нравилось. Не знаю, как остальные, а я не ничего подобного не испытывал.

Тогда он, видимо, высказал мне то, что давно тревожило его. Впрочем, не его одного...

- У тебя еще остались термогранаты? - поинтересовался я.

- Конечно, - ответил он, удивленный моим вопросом. - Я их и не тратил.

Тут пришла моя очередь удивляться.

- Как это? А кто же тогда кинул гранату в пещере Вампиров?

- А, ты вон про что! - засмеялся Леха. - Да я даже и не додумался до этого. Только и успевал отстреливаться... А гранату кинула Ольга. Но, я надеюсь, ты не будешь с ней ругаться? Она ведь не хотела поджарить тебя...

- Да что ты! - махнул я рукой. - Это дело прошедшее, хотя Верный навсегда остался там, а я сам чуть Богу душу не отдал. Спасибо Микки - он меня вытащил с того света... Гораздо хуже было бы, если бы нас всех заграбастали тогда. Думаю, наша смерть была бы ужасной...

- Знаешь, что до сих пор не укладывается у меня в голове? - задумчиво сказал он. - Почему Микки и его соплеменники вытащили нас из лап этих тварей и спасли от Демона? Из чувства альтруизма? Насколько я понял, люди им - до лампочки... Или мы чего-то не знаем?

Я неопределенно пожал плечами.

- Этого мне так и не удалось выяснить. Микки что-то говорил перед смертью, но я так и не понял, что он имел в виду. А может, это был предсмертный бред. Не знаю... Ну, так где там твои гранаты?

- Что ты хочешь сделать? - поинтересовался Леха, протягивая мне их.

- Хочу уничтожить этот кусок камня, чтобы даже воспоминания об этом гаде не осталось! - ответил я, кивая в сторону окаменевшего Демона. - Чтобы никогда больше не ожил!

Зажав трубку в зубах, я дошел до каменного изваяния монстра ххорнов. Сделав элементарное взрывное устройство замедленного действия, я укрепил его у подножия статуи. Дальше оставалось только задействовать его и отбежать в укрытие, присмотренное заранее...

Конечно, в нашем положении делать это было очень неосмотрительно. Я прекрасно понимал, что шум от взрыва наверняка привлечет внимание наших преследователей, если кто-нибудь из них окажется поблизости. Но уж очень не хотелось оставлять за своей спиной это каменное изваяние, способное оживать и убивать людей. Не хотелось еще раз пережить этот ужас...

Эх, и славно, скажу я вам, гражданин следователь, рвануло! Статуя разлетелась на мелкие оплавленные кусочки, из которых даже при самом сильном желании невозможно было сложить что-нибудь, имеющее хоть какой-нибудь смысл. В радиусе действия гранат весь снег растаял, а земля была оплавлена. Грохот взрыва заставил девушек испуганно выскочить из палатки. Пришлось объяснять, что случилось. Как я и ожидал, они тоже поддержали мое решение...

Ольга с Алисой уже успели переодеться, и мы с Лехой нырнули туда вместо них. Первым делом я внимательно осмотрел свой рюкзак. Мои опасения по поводу целостности моих вещей, как ни странно, не оправдались. Хотя, если вспомнить, в какую переделку я попал в пещере Вампиров, вероятность того, что там все перемолото в муку и сплющено, была очень велика...

Переодевшись в сухое белье (это заняло меньше времени, чем у наших дам), я опустился на карачки и выбрался из палатки, толкая перед собой свой рюкзак и рюкзак Ольги. За мной лез Леха со своими вещами и вещами Алисы. Но не успел я распрямиться, как почувствовал сильный удар по голове, все вокруг завертелось, и я ткнулся носом в холодный снег...


* * *


Вот такая хреновая ситуация возникла, гражданин следователь! Попался, как глупый щенок! Надо было насторожиться, когда Ольга с Алисой, до этого оживленно болтавшие у входа в палатку, вдруг неожиданно замолчали... Но кто ж знал, что парни Эдди окажутся к нам так близко!

Удар прикладом по голове чуть не выбил мои мозги, когда я выползал из палатки. Хорошо еще, что голова была прикрыта шапкой под меховым капюшоном. А то неизвестно, чем бы все это закончилось для моей бедной черепушки...

Очнулся я, лежа у входа в палатку, прямо на снегу. Голова немилосердно трещала, а по лбу стекало что-то горячее и липкое. Нетрудно было догадаться, что это. Любое движение головой отдавалось стреляющей болью. Руки мои были скованы за спиной наручниками. Они мне не оставили ничего - ни карабина, ни ножа. И даже отобрали то, чем можно было воспользоваться в качестве оружия. Например, солдатский ремень и альпеншток.

Леха с девушками стоял под дулами пяти автоматов. Они тоже были в наручниках. Пятеро головорезов из отряда Эдди охраняли их. Шестой (командир группы) разговаривал по передатчику. Видимо, с самим капитаном.

Увидев, что я очнулся, один из них направил на меня автомат и сказал:

- Смотри-ка, Санек очухался! Ну и крепкая же у тебя башка, приятель! Я думал, ты никогда больше не встанешь... А ну-ка, присоединяйся к своим дружкам! - Он указал автоматом на пленников. - И чтобы никаких фокусов! Знаю я тебя!..

Далее последовала нецензурная брань.

- Не стоило так беспокоиться о моей скромной персоне, - заметил я, выполняя его требование. - Мне и на снегу отдыхалось неплохо.

- Заткни свою пасть! - рявкнул он и дал мне кулаком в зубы.

- Молчу, Лелик, молчу. - Я сплюнул кровь из разбитого рта на снег. - Только вот не очень-то вежливо было с твоей стороны здороваться таким образом. Можно было придумать что-нибудь попроще.

- Для тебя я - Алексей Владимирович Смирнов, паскуда! Благодари Бога, что остался жив! - сказал он, багровея от ярости.

- Спасибо Вам, Алексей Владимирович! - попытался улыбнуться я. - Поверьте, я никогда не забуду этой услуги!

Дуло его автомата вдруг уперлось мне в живот, а глаза стали холодными, как лед.

- Надеешься расквитаться со мной? - сказал он и нехорошо усмехнулся (и от этой его паршивой улыбки сразу как-то тоскливо стало на душе). - Не думаю, что тебе удастся сделать это. Твоя песенка спета, проводник! На этот раз тебе не отвертеться. Как ты думаешь, что с тобой сделает наш капитан, когда прибудет сюда за пленниками?

Мои мозги лихорадочно искали выход из сложившегося положения. Не думайте, что я от нечего делать развлекался разговорами с этим головорезом. Мне отлично было известно, что Эдди вряд ли простит мне то, что я "кинул" его. Он припомнит и проведенные без его ведома караваны, и убитых мною пограничников, и многое другое. Как минимум, мне грозило оказаться за решеткой. Но это было бы самым лучшим из того, что со мной мог сделать капитан. Да, могло случиться кое-что похуже, гражданин следователь. У Эдди часто бесследно пропадали неугодные ему люди... А что я мог сделать? При мне не было никакого оружия, а с голыми руками бросаться на этих молодчиков было равносильно попытке остановить мчащийся на полном ходу поезд, встав у него на пути. К тому же я был в наручниках. Вот если бы при мне был нож или хотя бы меч Микки...

Вы не поверите, гражданин следователь, если я расскажу, что произошло дальше. Да я и сам не поверил сначала... Так вот, не успел я так подумать, как вдруг почувствовал, что в моих руках, скованных за спиной наручниками, что-то появилось. Что-то тяжелое и ужасно знакомое... Меч Микки!

Мысленно я произнес хвалу Богу. Мне неважно было, откуда он появился у меня, и я пока не знал, как воспользоваться этим подарком судьбы, но уже сам факт его появления вселял надежду. Надо было действовать, пока его не обнаружили, благо за моей спиной никого из них не было...

Неожиданно для Лелика я вдруг закатил глаза и упал на спину. Пограничники встревожились, решив, что я потерял сознание. Лелик наклонился надо мной, похлопал по щекам, потом пощупал пульс на шее. Откуда ему было знать, что он имеет дело с лучшим (не побоюсь этого громкого слова) притворщиком в наших горах! Для правдоподобности я даже пустил маленькую струйку крови из уголка рта (когда-то один из моих приятелей научил меня такому приемчику). Так что все выглядело вполне естественно...

Лелик отошел в сторону и принялся о чем-то совещаться со своими товарищами. Конечно, им совсем не хотелось, чтобы я отбросил коньки до прибытия Эдди, и они не знали, что со мной делать. А я, пока они совещались, прижал цепочку от наручников к лезвию меча и надавил. Не знаю, из чего было сделано лезвие меча (и до сих пор в неведении), но металл он резал, как ножницы бумагу. Я даже сам не ожидал, что мне так легко это удастся сделать. Короче говоря, к тому времени, когда я открыл глаза и застонал, изображая возвращение сознания, я уже был свободен.

Лелик с одним из пограничников подошли ко мне и, подхватив под руки, поставили на ноги. Я сразу же ударил Лелика мечом в живот и тут же, вытащив клинок, нанес колющий удар в шею второго пограничника, стоявшего рядом. Лелик вытаращил глаза, удивленный таким поворотом событий, но когда я рывком развернул его тело и толкнул на товарищей, он был уже мертв. Труп врезался в охранявших моих спутников головорезов, сбив двоих из них с ног. Пограничники растерялись от неожиданного нападения. Они же были уверены, что мои руки - в наручниках за спиной, и мне от них не освободиться. Этой растерянностью воспользовался Леха, выпрыгнув вверх и сбив ближайшего к нему противника сильным ударом ноги в голову...

Не знаю, чем бы закончилась наша схватка, если бы не вмешался неожиданный союзник. Серый мохнатый зверь вспрыгнул на спину солдату, который уже хотел пустить в ход свой автомат, и сбил его с ног. А тут и я начал стрелять из подобранного с земли автомата...

Вскоре все было кончено. Шесть трупов валялось на снегу. Из нас же никто не пострадал.

Не успел я опомниться от схватки, как наш неожиданный помощник сбил меня, уложив на спину и оказавшись верхом на мне. Леха вскинул автомат, но стрелять не решался, боясь задеть меня. А этот зверь и не проявлял никаких враждебных намерений. Наоборот, он скулил и лизал мое лицо, во всю виляя своим пушистым хвостом.

Я не верил своим глазам.

- Верный, ты?.. Откуда?..

Остальные были не меньше моего поражены неожиданным и, главное, своевременным воскрешением пса. Верный радостно крутился вокруг меня, а я все никак не мог опомниться и с недоверием ощупывал его, пытаясь найти следы страшных ранений. Но пес не давал мне этого сделать.

- Нам пора, Саня! - напомнил Леха. - Они успели передать наши координаты. Скоро здесь будет вся свора во главе с Сикорским и Эдди.

- Ты прав, пошли! - согласился я, поднимаясь на ноги.

Все пограничники были мертвы. Из них я знал только двоих. Лелик был соседом Женьки, и у нас с ним были всегда натянутые отношения. Ни мир, ни война... Старшим группы был Рамис, прапорщик, с которым мне частенько приходилось лазать по горам в поисках неугодных Эдди людей. Он служил вместе с Эдди давно. Дед говорил, что Рамис уже был под началом капитана (а тогда еще лейтенанта), когда здесь установили заставу. Естественно, это открытие не добавило мне оптимизма. Эдди вряд ли мог простить убийство старейшего своего соратника. Ведь других-то уже давно не было...

Меч валялся рядом с трупами, там, где я его и бросил. Я решил проверить свою догадку и представил его у себя в руке. Мои глаза не отрывались от меча, но все равно не уловили момента, когда он исчез и переместился в мою руку. Удовлетворенный экспериментом, я обтер его о куртку трупа и засунул себе за пояс. Туда же последовал и мой нож, обнаруженный у того же Лелика. Потом я извлек из его кармана ключи от наручников, и освободил себя и своих спутников от остатков оков.

- Как тебе удалось освободиться? - поинтересовался Леха, глядя на трупы.

- Это все подарок Микки, - ответил я. - Этот меч, видимо, обладает какой-то просто фантастической способностью возвращаться к своему владельцу, когда это необходимо. И металл рубит очень круто...

Чтобы проиллюстрировать свои слова, я взял меч и ударил лезвием по цепочке наручников, разрубив на две части.

- Хорошая способность, - заметил Леха. - И ты очень удачно ею воспользовался... Кстати, откуда здесь взялся Верный? Ты же говорил, что он погиб!

- Я и сам не знаю, - честно признался я...

Вы спрашиваете, не испытывал ли я угрызений совести из-за убитых мною людей?.. Какой же вы, ей богу, непонятливый, гражданин следователь! Мы ж вчера уже насчет этого говорили! На войне мне очень часто приходилось убивать, а тут речь шла о жизни не только моей, но и моих спутников. Как бы вы поступили на моем месте?..

Впрочем, я сам виноват. Не допусти я ряд грубейших ошибок, нас бы, может быть, и не обнаружили... Каких?.. Во-первых, было слишком много шума. Сначала стреляли, потом взрывали статую. Вот нас и услышали... Во-вторых, я оставил окрестности без наблюдения, решив, что за столь короткое время, пока мы с Лехой переодевались, ничего страшного не случится. И, как оказалось, зря... Пограничники без шума повязали Ольгу с Алисой и стали поджидать, пока мы начнем выбираться из палатки...

- Так ты говоришь, что он успел передать наши координаты? - спросил я Леху, кивая на труп командира группы.

Тот кивнул в ответ.

- Значит, Эдди уже знает, что я с вами, - нахмурился я. - Ему очень не понравится то, что я проделал с его ребятами...

- Что будем делать? - поинтересовалась Ольга.

Я окинул их всех взглядом.

- Пойдем на Перевал, и как можно скорее! Очень скоро здесь будут ребята Эдди...


* * *


Мы с Лехой свернули палатку и, закинув рюкзаки за спину, потопали в сторону Перевала.

- А как же вы, Саша? - спросила меня вдруг Ольга.

- А что я? - попросил уточнить я.

- Ну, что вы теперь будете делать? Они теперь знают о вашем участии в этом деле, - ответила она.

- Ах, вот ты о чем! - облегченно вздохнул я. - Ничего страшного. Я переведу вас через Перевал, а сам на некоторое время укроюсь. Эдди скоро поймет, что без меня ему придется очень туго. - Я улыбнулся. - А если он сейчас меня поймает, то под горячую руку может и шлепнуть. Пусть отойдет немного...

Девушка взяла меня за руку. Ее ладонь была холодной, как ледышка. Да это и не удивительно при таком пронизывающем ветре, который свирепствовал на этой высоте.

- Мне очень жаль, Саша, что мы втянули вас в эту историю! - сказала тихо она. - Правда, жаль! Если бы не мы, ничего бы не было...

- Ну, во-первых, втянули меня в эту историю не вы, а Эдди, - возразил я. - Во-вторых, не будь вас, было бы что-нибудь другое. В первый раз, что ли?.. Не беспокойтесь, я сумею выпутаться...

Честно говоря, я сам не очень-то верил в то, что говорил. Слишком серьезной была ситуация. Если раньше мне кое-что сходило с рук, то теперь... Теперь Эдди должен был разозлиться не на шутку. Опять же Сикорскому я перебежал дорожку. Не будь меня, скажу без преувеличения, эту троицу быстро бы выловили. Хотя как-то же ведь они сумели добраться до гор, несмотря на то, что за ними наверняка охотились лучшие люди Сикорского. И это наводило на размышления...

Но я сделал свой выбор. Этого требовал мой кровный долг перед Лехой, который спас мне жизнь на войне. Было, правда, и еще кое-что, заставлявшее меня поступать так, а не иначе, вопреки моему внутреннему голосу. Мне не хотелось бросать их на расправу этим выродкам. Уж я-то знал, на что они были способны...

Итак, мы двинулись дальше в горы. На этот раз наша экипировка была посолиднее. Теплые вязаные шапки под капюшонами курток; маски с очками, защищающие лицо от пронизывающего ветра и яркого солнца; альпенштоки, чтобы легче было карабкаться по заснеженным склонам и избегать скрытых подо льдом трещин; шипованые ботинки; теплая одежда, не стесняющая движений.

Мои спутники двигались за мной. Тропа была не самая хорошая из тех, которые вели на Перевал. Приходилось буквально ползти по камням и скользким склонам. Впрочем, мне это было привычно, да и для моих спутников (кроме Алисы) не представляло большой трудности. Они держались молодцами и не жаловались.

Примерно через полчаса мы остановились на выступе, нависающем над Дорогой. Хотя до Перевала, казалось, было рукой подать от места нашей стоянки, мы сумели пройти не слишком много. По крайней мере, еще можно было рассмотреть ту скалу, из которой мы выбрались утром.

- Это Перевал, - кивнул я вперед.

- Где? - сразу встрепенулись они.

Я показал им характерные признаки границы Перевала.

- Спустимся на Дорогу? - поинтересовался Леха.

Я отрицательно покачал головой.

- Нет. Это было бы слишком просто. Думаю, Эдди там наверняка кого-нибудь поставил.

- Хорошо, - согласился Леха. - Но мне кажется, есть еще что-то, что беспокоит тебя?

Он угадал. Была, действительно, еще одна проблема...

- Сначала надо было бы собрать подношение Перевалу, чтобы он пропустил нас, - объяснил я, рассматривая местность перед собой. - К сожалению, у меня на этот раз не было времени... Не привык я входить туда с пустыми руками!

- А Перевал разве обитаем? - удивилась Алиса.

- Конечно, - ответил я. - Даже слишком... Любой проводник прежде, чем соваться туда, собирает подношение, как плату за благополучный проход. Такова традиция... Но, я надеюсь, мне простят этот проступок...

- Думаешь, кто-то нас покарает за то, что мы сунемся туда без подношения? - спросил Леха. - Что, были такие случаи? Или это все-таки всего-навсего традиция?

Я вздохнул. Ну как мне можно было довести до его сознания, что традиции возникают не на пустом месте, если он даже и Перевала-то не видел?

- Я тебе уже как-то говорил, но могу повторить еще раз, - сказал я. - Перевал диктует нам свои правила и законы. Их просто необходимо соблюдать, если попал на его территорию. А если попробуешь идти наперекор, то... Можно остаться там навсегда! Мне, лично, что-то не хочется испытывать на своей шкуре последствия нарушения традиций...

Я окинул взглядом своих спутников, пытаясь оценить, какую реакцию вызвали мои слова и будут ли у меня с ними проблемы на Перевале. Леха с Алисой внимательно меня слушали. А Ольга, сказала, задумчиво глядя на Перевал:

- Он прав, Алеша. Нельзя лезть со своим уставом в чужой монастырь. Саша лучше знает, что нужно делать.

- А я что, против? - стал оправдываться он. - Я просто спросил.

Я задумался... О чем? О разном. Раньше, провожая своих клиентов, я не испытывал никаких чувств. Обычно это были отпетые бандиты, которые хорошо платили. И только... С такими людьми меня ничего не связывало, и я мог любого из них продать безо всяких угрызений совести. Да, я не святой! Война научила меня многому. И, прежде всего, тому, что чувствам никогда нельзя доверяться. Должен быть трезвый расчет, и точка! Если ты знаешь, что это необходимо для твоего выживания, делай так и не задумывайся о других. Иначе все может плохо кончиться. Для тебя же самого... С одной стороны они, конечно, представляли для меня некоторую загадку... Например, Ольга. Такая девушка еще не попадалась на моем пути. И могу с уверенностью сказать, что вряд ли еще когда-нибудь попадется... Что в ней было необычного? Да все! Она была очень странной, как говорится, не от мира сего. И ее окружал ореол тайны, которую я на тот момент так и не смог разгадать...

Вообще-то женщины никогда не представлялись мне чем-то таинственным. Я более или менее хорошо разбирался в их мыслях, чувствах, поведении. Я знал, что им было нужно. А нужно им в большинстве случаев одно и то же... Вот Алиса, например. Конечно, неплохая девушка, но слишком красивая, на мой взгляд... Почему плохо? Просто такой очень много надо давать, чтобы удержать при себе. Судя по взглядам, которые она время от времени бросала на меня, Алиса, как и большинство женщин, с которыми мне приходилось иметь дело, видела во мне мужика. Мужика, с которым ей хотелось бы, скажем так, провести некоторое время с глазу на глаз. Отнюдь не для душеспасительных разговоров... Но я не был тем мужчиной, с которым она захотела бы жить... Откуда такой скептицизм?.. Мне пришлось пройти через унижение и грязь, чтобы понять и осознать это. Хотя наверняка кроме Ольги есть и другие хорошие девушки. Просто мне попадались одни...

Ольга... Она - совсем другое дело. То есть, вы неверно меня поняли. Я не хотел этим сказать, что она согласилась бы со мной провести всю жизнь. На меня она смотрела просто, как на человека, от которого в данный момент зависела их жизнь. Отнюдь не как на мужика... Обычно я с первого взгляда определяю, с каким человеком имею дело. Но эту девушку я знал уже больше суток, а она до сих пор оставалась для меня загадкой. Она мало говорила, иногда на ее лице застывало странное выражение, пугающее меня. У нее были какие-то свои взгляды на мир, которые скрывались от меня завесой таинственности. Лишь однажды она чуточку приоткрыла ее... Да, для того, чтобы понять, что она из себя представляет, требовалось гораздо больше времени. А его-то как раз и не было...

Леха... Смышленый парень, способный на самопожертвование. Он тоже, как и я, был ТАМ и знает, что такое война не понаслышке. Мы воевали неизвестно за что, но воевали. А в это время сыночки богатых родителей типа Сикорского просиживали задницы в теплых квартирах. В то время как мы сражались и умирали, замерзали в этих проклятых горах, тяжелораненые, и кормили вшей в окопах. И многие из нас попали на эту войну, потому что просто некуда было податься, кроме армии. Слишком мало нас вернулось оттуда, а многие остались калеками на всю жизнь. Леха помог мне остаться на этом свете живым и невредимым, при руках и ногах...

Было и еще что-то, что заставляло меня вести их на Перевал. Правда, голос разума все же твердил, что я делаю непоправимую ошибку. Теперь, когда Сикорский и Эдди знали, что я увел "дичь" из-под их носов, мне грозили крупные неприятности. И я это хорошо осознавал. Проще было сдать их, получить прощение и продолжать спокойно жить. В противном случае мне пришлось бы опасаться того, что меня в любой момент могут убить. Следовательно, возвращаться в свой дом тоже было небезопасно... Но, видимо, во мне оставалось еще что-то хорошее, если я пренебрег этим голосом...

Может, я часто повторяюсь... Просто я хочу, гражданин следователь, чтобы вы поняли, что я испытывал в то время, какие сомнения терзали мою душу, насколько мне было тяжело принимать это решение. В конце концов, мне было, что терять...

Вдруг послышался нарастающий гул вертолетов. И буквально через минуту две черные винтокрылые машины вынырнули из ущелья неподалеку от места нашей последней стоянки.

- Ложитесь! - крикнул я, падая на землю.

Все беспрекословно выполнили мое указание. И вовремя, потому что пара пограничных вертолетов пронеслась над нами, сделала круг и возвратилась обратно, зависнув над тем местом, где раньше стояла наша палатка.

Я с тоской посмотрел на небо. Обнаружив смерть своих товарищей, они начнут прочесывать местность на вертолетах и быстро нас обнаружат. На этом выступе мы были, как на ладони. Мозг лихорадочно искал выход из сложившегося положения, но ничего не мог найти. Среди пограничников всегда немало отличных снайперов. Если бы они нас тогда отрезали от Перевала (а именно это они и должны были сделать, если не дураки), мы, конечно, смогли бы продержаться некоторое время. Но вряд ли они стали бы ждать. Перещелкали бы нас, как волков, с вертолетов! А эти машины нельзя было сбить из моего карабина. Вертолеты погранохраны - летающие танки с толстой броней. Тут в самую пору пришелся бы гранатомет или ракетная установка. Но ни того, ни другого у нас не было...

Вдруг вокруг потемнело, ветер усилился, и через мгновение бушевала самая настоящая снежная буря! Это было просто невероятным совпадением! Тем более что за секунду до этого небо было безупречно чистым, и ничего не предвещало изменения погоды. Но, как бы то ни было, этот каприз природы сыграл нам на руку. Видимость резко ухудшилась, но теперь нас не видел и противник.

В руку ткнулся холодный нос Верного. Я нащупал ошейник, достал поводок и соединил их.

- Хватайтесь друг за друга и следуйте за мной! - крикнул я, стараясь переорать дикие завывания ветра, которые перекрыли даже рев двигателей вертолетов, кружащихся где-то неподалеку. - Попытаемся добраться до Перевала!

Вдруг я услышал взрыв, который прогремел, казалось, совсем близко от нас. Позже я узнал, что пилот одного из вертолетов не справился с управлением и врезался в скалу. Жаль, что Эдди и Сикорский находились в другой машине. Тогда проблем сразу бы поубавилось...

Я почувствовал, как меня кто-то схватил за рукав куртки.

- Все готовы?

- Готовы! - пришел ответ из-за снежной пелены.

- Тогда двинулись! - сказал я и скомандовал псу: - Верный, вперед!

Идти было трудно. Несколько раз, поскользнувшись на неверном склоне, я падал. Двигались очень медленно, но каждый шаг приближал нас к цели.

Вдруг Верный остановился. Это могло означать только одно, - мы достигли границы Перевала. Впереди начинался совсем другой мир...

- Внимание! - крикнул я. - Осторожно сгруппируйтесь вокруг меня!

Сначала из-за снежной пелены вынырнуло лицо Ольги (это она держалась за меня). Потом подошли Алиса и Леха. Стоять приходилось вплотную друг к другу, потому что буря так бушевала, что на расстоянии в полметра уже ничего не было видно, и постоянно приходилось чистить очки от снега.

- Теперь слушайте меня внимательно, - начал я, когда все собрались в круг и наклонились к центру, соприкасаясь головами, чтобы не напрягаться, разговаривая. - Сейчас мы вступим на Перевал. Поэтому я хочу рассказать кое-что, без чего там не обойтись. Откройте пошире уши и не говорите потом, что не слышали. Может случиться так, что и говорить уже не сможете... - Я помедлил немного, давая им возможность собраться, и продолжил: - Итак, Перевал - совсем другой мир! Он реален и в то же время иллюзорен. Не доверяйте тому, что видите, ибо ваши глаза могут обманывать вас. Ничему не удивляйтесь. Не шумите, - Перевал не любит шума. И точно следуйте всем моим приказам. Если я скажу ползти, значит, вы должны уткнуться носом в камень и ползти. Прикажу войти в скалу, значит, вы без возражений идете. Скажу прыгать, прыгайте, не раздумывая, какая бы высота не была в этом месте. Иначе я не дам за ваши жизни и ломаного гроша... Теперь пошли...

Мысленно помолившись Богу, я шагнул вперед, увлекая за собой своих спутников...


7.

Через секунду передо мной предстала картина, которую я видел уже не один раз. Яркое солнце, жарища и никакой снежной бури! Впрочем, как и самого снега... Следом за мной будто из ничего появились сначала Ольга, потом Алиса и, наконец, Леха. Все они остановились и удивленно уставились на окружающую обстановку.

- Все, дальше ни шагу! - предупредил я их.

- Где это мы? - спросил Леха, озираясь по сторонам.

Впрочем, девушки не отставали от него. И только для меня и Верного эта картина была хорошо знакома и не вызывала удивления.

Пес громко зевнул и вдруг сказал:

- Мы на Перевале, приятель. Можешь заключать пари на все имеющиеся у тебя деньги и не прогадаешь! Уж поверь мне!

Сначала я не понял, в чем дело. Но когда увидел, как мои спутники пялятся на моего пса, разинув рты, до меня, наконец, дошло, кому принадлежал голос...

Чего вы так смотрите на меня, гражданин следователь? Да, вы не ослышались, пес действительно говорил!.. Что, не верите? Думаете, совсем заврался проводник?.. Я и сам не поверил сначала. Мало того, что он воскрес из мертвых, так еще и болтал не хуже любого из нас!..

- Верный, ты?.. - сказал я и замолчал, не договорив.

- Ну да, разговариваю, - подтвердил тот и зевнул. - Я всегда хотел научиться говорить по-человечески, а то иной раз распинаешься перед тобой, распинаешься о том, что мне нужно, а ты не понимаешь. И вот теперь я, наконец, получил такую возможность...

- Но как?.. - никак не мог взять я в толк.

- А кто его знает! - сказал пес. - Я и сам еще толком не понимаю, что произошло. Просто вдруг заговорил ни с того ни с сего, и все тут!.. Эй, ребята, да расслабьтесь вы, в конце концов!

Последняя его фраза относилась к нашим спутникам, все еще не пришедшим в себя от потрясения. Глаза и уши доказывали, что это - правда, а разум отказывался верить. Сам-то я уже начал приходить в нормальное состояние. Действительно, после всего того, что я увидел и почувствовал на себе за это путешествие, можно было бы и не удивляться...

Леха замотал головой.

- Разбудите меня! Это сон, и мне все только снится!

- Сейчас я тебя разбужу, - пообещал Верный. - Укушу разочек, сразу проснешься!..

Наконец, все пришли в себя, хотя долго еще потом косились на моего пса, до конца не веря в то, что собака может разговаривать. Маленький народец, ххорны, мозгососы, "пауки", вампиры, Демон - это так, как бы в порядке вещей. А вот говорящий пес - этот факт почему-то упорно не желал укладываться в сознании. Может, потому что Верный принадлежал нашему миру, а все остальное - Перевалу?..

Впрочем, я отвлекся. Мы были на Перевале, и теперь мне необходимо было более подробно проинструктировать моих спутников.

- Теперь можно переодеться. Теплая одежда не скоро нам понадобится, - сообщил я.

- Смотрите, что это? - воскликнула Алиса, указывая себе под ноги.

Ее ступни скрывались в камне. Она подняла одну ногу. Потом опустила ее и подняла другую. С ногами все было в порядке.

- Я же вам говорил, что Перевал - это мир иллюзий! - сказал я. - Поверхности, которую вы видите, на самом деле не существует. Реальная находится ниже, и на ней стоят сейчас ваши ноги.

- А куда подевалась снежная буря? И все остальное тоже... - поинтересовалась она.

Да, позади, насколько хватало взгляда, простирались горы без единого намека на снег. И солнце выглядело как-то не так. Я много раз бывал на Перевале, но так и не смог определить, что же в нем странного. А, в общем и целом, этот ландшафт завораживал своей дикой красотой, чем-то непохожей на то, что мы оставили позади.

- Я уже говорил вам, что это - другой мир, - начал я свой краткий курс для подготовки новичков. - Никто, в том числе и я, не знает толком, что он из себя представляет. Даже ученые, которые пытались изучать его... Знаю только одно. Мы сейчас находимся как бы в двух мирах. Один - наш, мы его ощущаем под ногами. Другой - чужой. Он не менее реален, но больше действует на зрение, чем на другие органы чувств. В этом месте, по крайней мере... Здесь ничему нельзя доверять. Сам я не знаю, как объяснить эту двойственность, но скоро вы и сами все увидите и почувствуете...

- А как же вертолеты? - забеспокоился Леха. - Здесь мы как на ладони.

- Не волнуйся, здесь они нас не найдут, - успокоил я его. - С воздуха сюда невозможно проникнуть. Пролетая над нами, они увидят всего лишь обычный заснеженный ландшафт - такой же, какой мы оставили по ту сторону границы Перевала. Такова ЕГО особенность. Этот мир ощущает лишь тот, кто в нем находиться. Человек на Перевале как бы выпадает из нашего, реального мира... Сюда без проводника они не сунуться. А проводник на этой стороне один - я!

- Не очень-то мне понятно про Перевал, - заявила Алиса.

- Ничего, скоро вы сами это поймете, - пообещал я. - Когда двинемся дальше...

- Куда? - сразу же последовал вопрос.

- За границу, - ответил я и почувствовал, что этот ответ разочаровал моих спутников. - Там вам, по крайней мере, угрожает меньшее, чем по эту сторону. Максимум, что сможет сделать Сикорский - послать наемных убийц. А на этой стороне он поставит всех на уши, лишь бы достать вас.

В это мгновение мой взгляд упал на Ольгу. Девушка жадно вглядывалась в ландшафт, окружающий ее. У нее было такое выражение лица, будто она наконец-то вернулась домой после долгого отсутствия. По крайней мере, радость и возбуждение так и перли из нее наружу. Это напомнило мне мое первое появление на Перевале. Тогда я выглядел, наверное, также. И испытывал я то же самое. Это удивило меня. Ни у кого из своих клиентов я никогда ничего подобного не замечал...

- А это что за замок? - вдруг спросила Ольга, указывая на окруженное высокими зубчатыми стенами здание у Дороги.

Я посмотрел туда и ответил:

- Замок Стражей Перевала. Точно такой же находится на противоположной стороне Перевала.

- А кто такие эти Стражи Перевала? - поинтересовалась Алиса.

- Воины, охраняющие Дорогу.

- Разве здесь есть люди? - удивилась она. - А ты их видел?

- Видел, - ответил я и задумался. - Впрочем, с уверенностью сказать, что они - люди, нельзя.

- Почему?

Я неопределенно пожал плечами.

- Я не знаю, кто они - призраки или реальные существа. Они всегда появляются внезапно и также внезапно исчезают. И никогда нельзя с уверенностью сказать заранее, что принесет тебе эта встреча. Поэтому я предпочитаю с ними не встречаться.

- Я слышала о них, - заметила Ольга, задумчиво смотревшая перед собой.

Не понравилась мне эта ее задумчивость. Кто мог ей рассказать об этом? Что скрывается за ее фразами?

- Ладно, переодеваемся и двигаем дальше, - так и не решив эту головоломку, сказал я...

Скоро теплая одежда была снята и упакована. Я разобрал свой карабин, сложил его аккуратненько в свой рюкзак и собрал арбалет, приспособив к нему ложе и оптический прицел.

- Это еще зачем? - поинтересовался Леха, с удивлением наблюдавший за моими манипуляциями.

- На Перевале опасно шуметь, - объяснил я, проверяя спуск арбалета. - Эта штука работает бесшумно, а карабин теперь не скоро мне понадобится. Советую и тебе убрать свой автомат.

Леха отрицательно замотал головой.

- Нет, мне с ним будет спокойнее. Без него я буду чувствовать себя беззащитным.

- Смотри, дело твое, - пришлось согласиться мне, потому что спорить не хотелось. - Только здесь, на Перевале, не вздумай из него стрелять, а то у всех нас могут быть крупные неприятности.

- Очень крупные? - уточнил он (я так и не понял, издевался он или на самом деле не понимал).

- Ты даже и представить себе не можешь, насколько крупные, - подтвердил я.

- Хорошо, я постараюсь, - уступил парень. - Ты здесь хозяин, тебе виднее...

- Не хозяин, - уточнил я. - Я всего лишь проводник. Хозяева здесь совсем другие, и им точно не понравится, если ты будешь палить из своего автомата направо и налево...

Я достал из рюкзака веревку и обвязал ею своих спутников, обмотав свободный конец вокруг своего пояса.

- А это зачем? - поинтересовалась Алиса, которая была, насколько я мог судить, намного любопытнее Ольги.

- Страховка, - объяснил я ей. - Я же говорил, вся местность тут - сплошной обман. Ты думаешь, что наступаешь на камень, а на самом деле под твоей ногой ничего нет, только глубокая пропасть. Без страховки в таком случае вам - кранты! А так, если кто-нибудь из нас сорвется, веревка не даст ему упасть.

Я проверил каждого из своих подопечных и кивнул, удовлетворенный осмотром, после чего заявил:

- Итак, я иду первым, а вы - за мной. Ступайте по моим следам и не вздумайте отклоняться ни вправо, ни влево, если вам дорога жизнь. Тропа, конечно, не из легких, но выбора у меня не было. Придется приложить максимум сил. Выдержите девочки?

Леху я не спрашивал - и так знал, на что способен бывший спецназовец.

- Выдержим. За нас не волнуйся, - ответила твердо Ольга.

Я с недоверием посмотрел на них, но по их виду понял, что упорства и решимости им не занимать.

- Тогда двинули...

И мы пошли. Впереди - Верный, чутьем узнающий тропу. За ним следом шел я, тщательно обшаривая альпенштоком пространство перед собой. Потом - Ольга, за ней - Алиса, и замыкал шествие Леха. Конечно, я мог пройти по тропе, не пользуясь услугами пса, но сколько людей погибло на Перевале из-за излишней самоуверенности! Эта местность частенько менялась, а собаки чувствовали все изменения и вовремя предупреждали хозяев. Но все равно прежде, чем наступить, я пробовал это место на прочность и лишь после этого ставил туда ногу. Мои спутники были менее опытны в таких делах и поэтому первое время то и дело оступались, а иногда и падали, запнувшись о какой-нибудь камень, которого, как подсказывали их глаза, здесь не должно было быть. Мы карабкались по склонам, и ребята то и дело срывались, но веревка не давала им далеко скатиться. Конечно, без ушибов, синяков и царапин не обошлось...

Первой, как ни странно, перестала ошибаться Ольга. Следующим был Леха - опыт спецназовца и его отменная реакция помогли в какой-то мере приспособиться к изменившимся условиям. А вот Алиса никак не могла привыкнуть, и большинство задержек происходило из-за нее. Я даже стал жалеть эту молодую женщину и уделять ей больше внимания, видя, как она до крови закусывала губу, чтобы не заплакать от особенно чувствительных ушибов. За что получал благодарные взгляды...

Для моих спутников было, конечно, странно видеть, как в некоторых местах наши ноги утопают в камне. Но вот перед нами встала отвесная скала, по одну сторону от которой была пропасть, а по другую - паршивое нагромождение осколков, по которым нельзя было пройти. Я остановился перед ней и обернулся к моим спутникам.

- Теперь вам предстоит пройти сквозь эту скалу. Она - ничто иное, как иллюзия, поэтому ничего невозможного в этом нет, - добавил я, заметив недоверчивые взгляды. - Беспокоиться нечего. Я должен также предупредить вас - там вы ничего не сможете видеть, будет очень темно, но паниковать не стоит. Я сам проведу через это место каждого из вас.

После этих слов я взял Ольгу за руку, испытывая при этом какое-то странное, непонятное для меня волнение.

- Ты готова?

Девушка кивнула, но ее зеленые глаза были широко распахнуты. Она чувствовала, что я не все сказал, и встревожилась...

Говорите, что я рассказываю об этой девчонке так, будто для меня она значит больше, чем просто спутница?.. Да, в общем-то, вы верно заметили, гражданин следователь. Только тогда я еще не осознавал этого. Нет, вовсе не поэтому я уделяю ей столько внимания. Просто она сыграла ключевую роль не только в этом деле, но и в моей дальнейшей судьбе. Впрочем, наберитесь терпения. Скоро я дойду до этого...

- Будет несколько неприятно, но ты скоро привыкнешь, - сказал я, развязывая и сматывая веревку, которая соединяла нас четверых. - Только не бойся и не паникуй. Держись за меня и не делай лишних движений. Один неверный шаг - и ты полетишь в пропасть!

Потом я обратился к остальным:

- А вы стойте здесь и ни в коем случае не двигайтесь, если не хотите свалиться в пропасть. Я вернусь за вами.

Я привязал поводок пса к левому запястью, а правой рукой взял девушку за ее левую руку. Верный привычно шагнул в скалу и исчез из поля зрения. Я обернулся и бросил взгляд на своих спутников. И хотя они были подготовлены мной, исчезновение пса несколько смутило их. Это было хорошо заметно по их лицам.

- Не удивляться и не паниковать! - напомнил я им и шагнул вперед, следуя за поводком пса.

Мы вошли в скалу. Словами не передашь, что ты чувствуешь при этом. Это надо испытать самому... Ощущение такое, будто попадаешь в густой кисель. Темень, хоть глаз выколи! Человек, оказавшийся в иллюзорной скале в первый раз, теряет ориентацию и может запаниковать. Потому-то я так и опекал своих спутников. Мне-то это было не в новинку, а вот остальным...

Я почувствовал, как девушка отшатнулась назад, видимо, намереваясь вернуться, но я тут же заговорил, сжав крепче ее руку и успокаивая ее нервы, для которых это ощущение было чрезмерным. (Так сказать, защитный рефлекс организма.) Я вытянул вперед левую руку, нащупал настоящую скалу и осторожно двинулся вдоль нее, не прекращая говорить разные глупости. (Надо же было отвлекать Ольгу от того страха, который испытывал любой человек, впервые попавший туда! Честно говоря, я и сам всегда чувствовал себя неуютно. Подсознательно возникал страх, что этот "кисель" вдруг затвердеет, и я останусь там навсегда.) Одновременно я проверял пространство вокруг себя, чтобы никуда не свалиться.

Все прошло благополучно, лишь один раз Ольга оступилась. Но я крепко держал ее и не дал ей упасть. Мы прошли по узкой трещине в реальной скале, и скоро тьма рассеялась перед нами.

- Уже все? - удивилась девушка, отпуская мою руку, на которой остались отпечатки ее пальцев (так крепко она держалась за меня). - Я думала, это никогда не кончится!

- Ничто не вечно под луной! - философски заметил Верный, шагая опять к проходу. - Пошли, что ли, за следующим, Хозяин?

Оставив Ольгу и предупредив ее, чтобы она не двигалась с места, мы с псом вернулись за Алисой. Вот она-то чуть и не погибла из-за того, что запаниковала. А на Перевале ни в коем случае нельзя поддаваться панике...

Едва девушка попала в темень, почувствовала ее обволакивающую атмосферу, как сразу же закричала, вырвала у меня свою руку и бросилась назад. Если бы это происходило на ровном месте, ничего страшного не случилось бы. Но мы огибали скалу по краю, вправо шел откос в несколько метров, переходивший в пропасть. Девушка потеряла равновесие. Рискуя сломать себе шею или размозжить голову о камень (а здесь это было вполне реально), я рванулся следом за ней. (Учтите, я ничего не видел!) Мне повезло (скорее даже не мне, а Алисе), и я успел схватить ее за плечи и крепко прижать к себе, стараясь при этом сохранить равновесие на узкой тропе. Так я и держал ее в своих объятиях, пока девушка не успокоилась и не привыкла к обстановке. Она дрожала и всхлипывала, а я ее успокаивал - гладил по волосам, называя самыми ласковыми словами из тех, которые знал...

Наконец, девушка взяла себя в руки.

- Извини, - услышал я ее голос. - Я готова идти дальше.

- Ничего страшного, хорошая моя. Это бывает, - успокоил я ее и добавил: - Я и сам в первый раз сильно испугался, когда мой дед ввел меня в скалу, как сейчас тебя.

Алиса в темноте нащупала мою голову, погладила по щеке и прошептала:

- Спасибо тебе, Саня! Ты добрый и хороший! Нет, правда!

- Я и сам это знаю, - совершенно серьезно заявил я.

- Я не шучу! - почувствовал я обиду в ее голосе. - С таким, как ты, я готова прожить всю жизнь! Ты нежный и сильный! Ты надежный...

Вот тебе на! Запахло жареным! Не то, чтобы меня не прельщала перспектива жить с такой красивой женщиной, но я всегда смотрел на вещи реально...

- Нет, Алиса, - прервал решительно я ее. - Ты никогда не смогла бы жить с таким человеком, как я. А я не смог бы с тобой... Я не хочу тебя обидеть, ты мне нравишься, как женщина, но ты ведь и сама должна понимать, что это невозможно!

- Почему? - последовал с ее стороны риторический вопрос.

Я усмехнулся, хотя она вряд ли могла увидеть мою улыбку.

- Я всегда хожу по краю пропасти... Рискую жизнью, могу загреметь за решетку в любой момент. Живу отшельником в горах и лишь изредка спускаюсь в деревню. И еще реже выбираюсь в город. Тебе нравится такая жизнь? - спросил я ее, закончив описание своего быта.

- Наверное, ты прав, - вздохнула она. - Не знаю... Но я другое имела в виду. Знаешь, ты какой-то не такой, как остальные мужики. Другой... В тебе что-то есть.

Алиса помолчала немного и неожиданно для меня заявила:

- Знаешь, у меня предчувствие, что я скоро умру!

Я вздрогнул, вспомнив свое видение. Она это почувствовала и еще крепче прижалась ко мне.

- Ну, что еще выдумала! - возмутился я. - Выкинь такие мысли из головы!

А внутренний голос внутри меня кричал - это правда, правда, правда! Я не хотел думать об этом, но не мог. Что-то мне подсказывало, что так и будет на самом деле...

- Ну что, мы так и будем стоять? - услышал я голос своего пса, который уже давно дергал за поводок.

- Пойдем, а то они, наверное, места себе не находят, услышав твой крик, - сказал я, с сожалением выпуская ее теплое и податливое тело из своих объятий...

Еще несколько раз она оступалась, но я был начеку и успевал удерживать ее. Наконец, мы достигли расщелины, в которой уже можно было ни о чем не беспокоиться, и через несколько мгновений оказались рядом с Ольгой.

- Что случилось? Почему так долго? - встревожено спросила она.

- Ничего страшного, - успокоил я ее и рассказал о произошедшем, опуская, естественно, некоторые подробности...

Оставив Алису стоять рядом с Ольгой, я вернулся за Лехой. Каково же было мое изумление, когда я обнаружил его в скале на порядочном расстоянии от того места, где я его оставил.

- Я что тебе говорил? - возмутился я. - Почему ты самовольно полез сюда? А если бы ты упал в пропасть и сломал себе шею?

- Я аккуратненько, - ответил Леха. - Просто я услышал крик, ждал, ждал, а ты все не появляешься и не появляешься. Я решил, что с вами что-то случилось, и пошел следом. Хотя, если честно, мне просто не хотелось оставаться там одному.

- Ну, ладно, - смилостивился я. - Хватайся за руку, и пошли. Только смотри - чтобы подобные фокусы не повторялись, если хочешь выжить!

- А если с тобой что-нибудь случится? - встревожился он. - Мне тоже тогда прикажешь ждать, пока не сдохну от голода?

- Можешь двигаться только тогда, когда убедишься в том, что я за тобой не вернусь, - разрешил я. - Только вряд ли для тебя это будет лучше, чем оставаться на месте. Без проводника ты долго не проживешь на Перевале. Так что молись, чтобы со мной ничего не случилось!

- Ну, спасибо, Саня, утешил! - усмехнулся Леха.

- Сказал, как есть на самом деле, - отпарировал я его выпад. - Чтобы не питал излишних иллюзий...

После этого трудного перехода мы немного передохнули и перекусили. Девушки достали консервы из рюкзаков, хлеб, и все мы с жадностью набросились на еду, потому что со вчерашнего дня у нас маковой росинки во рту не было. А время уже приближалось к обеду...

- Сань, расскажи поподробнее, что такое Перевал? Откуда он взялся? - попросила Алиса, удобно устроившись с банкой тушенки на камне. Она доставала маленькой вилочкой небольшие кусочки и изящными движениями отправляла их в рот. В отличие от нас с Лехой, никогда не отличавшихся хорошими манерами...

- Перевал? - переспросил я, роясь в памяти и выуживая всю хранящуюся там информацию. - Хорошо. Слушайте...

И я начал рассказывать, совмещая это занятие с едой. О том, что люди в этих местах живут давно, в том числе и мои предки. Всегда на месте нашей деревушки существовало селение. А мои предки жили на том же самом месте, где живу сейчас я. Говорят, что о Перевале никто не знал до тех пор, пока в горах не пропала группа альпинистов. Исчезла абсолютно бесследно. Мой прадед (он уже тогда был проводником по местным горам) повел спасателей сначала до того места, откуда группа в последний раз вышла на связь. Пройдя по их следам дальше, он наткнулся на Перевал. Единственное, над чем я все время ломал голову, так это знал ли прадед об этой аномалии раньше или впервые обнаружил ее? Сомнения возникали, понимаете ли... Что дальше?.. А ничего! В те сложные времена не принято было даже говорить о том, что не могло быть объяснено наукой. Правда, власть не оставила сей факт без внимания. Подходы к Перевалу были огорожены колючей проволокой, была поставлена охрана, а какое-то военное ведомство занялось весьма странными исследованиями. Правда, по-моему, ничего у них так и не вышло... Очень много людей работало над этим, но еще больше гибло на Перевале. Мой прадед водил специалистов в Зону. Он был одним из тех, кто сумел выжить там. Другие уцелевшие потом осели по обе стороны Перевала. Но это было потом...

Сменилась власть. Стало можно делать и говорить то, за что в недалеком прошлом сажали. Сюда приезжали целые научные экспедиции, но опять-таки не добились результата. Перевал оставался загадкой...

А потом грянула война... Какая?.. Да та самая, за независимость соседнего государства. И Перевал получил новое назначение. Через него отряды боевиков делали набеги и уходили обратно. Был создан отряд погранохраны под командованием очень хорошего человека, чье имя и фамилию я забыл, к сожалению, хотя дед и называл мне их в свое время. Пограничники при содействии армии, милиции и вертолетчиков, чьи части располагались неподалеку, пытались перекрыть все подступы к Перевалу. Но, к сожалению, это было не так-то легко сделать, потому что проводниками у боевиков были люди, отлично знавшие Зону, внезапно вспомнившие о том, что они тоже принадлежат своему народу, который так долго "притеснялся" русскими, хотя раньше об этом почему-то никто не помнил...

А потом война закончилась нашим поражением, и начались мирные будни. Но в наших местах было неспокойно. По-прежнему в горах бродили боевики и контрабандисты. Пограничники старались перекрыть все подходы к Перевалу при помощи наших проводников и даже достигли кое-каких результатов. Возможно, им бы удалось достичь успеха, если бы не Эдди...

Эдди тогда был заместителем начальника погранзаставы. Человек хитрый и ловкий, он уже давно, видимо, понял всю выгоду общения с контрабандистами. Никто не знает, что там произошло, но командир пограничников вдруг погиб при невыясненных обстоятельствах. Списали на боевиков, но мой дед считал, что тут приложил свою руку Эдди. И лейтенант занял место своего начальника. Вот тогда и началось...

Новый командир быстро убрал из своего отряда всех неугодных ему людей и набрал новых. Дед говорил, что не было никакой уверенности в том, что эти ребята совсем недавно не воевали на стороне противника. Тогда и установился порядок, про который я вам уже рассказывал. Пограничники носились по всем окрестностям за боевиками и контрабандистами, происходили постоянные стычки, но что-то никто из них не попадал в руки закона. Трупов тоже не было - говорили, что боевики уносят их с собой. Потери личного состава у Эдди тоже уменьшились. Погибали, как ни странно, те ребята, которые служили еще при старом командире. Число обстрелов постов и расположения заставы тоже значительно сократилось...

Дед не стал сотрудничать с Эдди и контрабандистами. Зато другие проводники не отказались от "левого" заработка. Только постепенно их количество все уменьшалось и уменьшалось. Почему?.. Перевал не стоит на месте. Я уже упоминал про кусок старой Дороги?.. Дело в том, что если смотреть снаружи на Перевал, ничего не увидишь. Нет пути... Поэтому его так долго и не могли найти. Но с тех пор, как его обнаружили, границы Перевала уже дважды сужались. Там, где он отступал, оставался его ландшафт, заменяя наш, земной. Дорога относится к Перевалу, то есть когда-то его граница проходила там, где мы вступили в лабиринт. Но если раньше эта черта не была заметна, то теперь она проявлялась достаточно четко. На всем протяжении Дороги присутствует чужой ландшафт, врезающийся в обычный. На противоположном конце начинался Перевал...

Сам Перевал тоже не поймешь. Глаза там не нужны... Почему?.. Потому что все, что видит человек на Перевале (по крайней мере, кроме центральной его части), на самом деле иллюзия. Однако иллюзия очень реальная...

Те проводники, которые связались с контрабандистами и боевиками, ради денег забыли о всякой осторожности. Кто-то пытался водить в тот период, когда подступы к Перевалу закрыты. Кто-то слишком многое позволял своим клиентам (да и себе, зачастую, тоже) в Зоне. За это и поплатились...

Но были и другие проводники. Такие, как мой дед... Они посвятили себя борьбе с теми, кто мешал другим нормально жить. Из-за этого возникали постоянные конфликты, как с бандитами, так и с Эдди. Но, несмотря на это, они продолжали охоту...

Потом опять пришла война. На этот раз, устав от междоусобиц, президент независимой в рамках нашего государства республики попросил у нашего президента военной помощи. Что из этого вышло, вы сами знаете. Нас в очередной раз побили, республика стала независимым государством, но уже с новым президентом. Дальше все пошло, как и прежде. А Перевал так и остался неразгаданной загадкой. Только теперь я оставался единственным проводником по эту сторону, поэтому имел эксклюзивное право снимать сливки со всех, кто хотел переправиться на ту сторону границы...

Ну вот, что-то вроде этого я и рассказал им. Все молчали, переваривая информацию, потом Алиса встала, потянулась и вдруг замерла, глядя куда-то поверх наших голов. Я оглянулся. На одной из скал стоял белоснежный барана, который в отличие от нашего, земного, имел четыре рога, два из которых были загнуты вперед, а два, расположенные позади первых, были прямыми. Он уставился на нас своими выпуклыми глазищами и замер на месте.

Ольга и Леха проследили за нашими взглядами и тоже увидели его.

- Он нас видит? - почему-то шепотом поинтересовался Леха.

Я пожал плечами.

- Может, и не видит, но чувствует.

- Подстрелим его? - предложил Леха.

Я отрицательно замотал головой.

- Нельзя! Выстрелы могут привести к плохим последствиям!

- К каким? - не понял он.

- Я расскажу тебе одну историю, - сказал я, - и ты поймешь, что я не зря предостерегаю тебя... Как-то два года назад я вел группу на ту сторону. Не скажу, что все они были глупые и самоуверенные болваны, но была среди них троица, которая вечно мутила воду. И вот однажды, чуть подальше отсюда, нам повстречалась целое стадо этих баранов. И эта троица решила устроить на них охоту. Я предупреждал их, что это опасно, но они не послушались. Короче, эти олухи подстрелили парочку баранов, а остальные разбежались. Конечно же, добыча этих придурков упала в таком месте, откуда ее без помощи проводника не достанешь. Но я категорически отказался им помогать в этом деле. И, как оказалось, не зря... Следующей же ночью эта троица пропала. Исчезла бесследно из палатки, полной народа. Как их не звали, не искали - бесполезно!.. Я нашел их на обратном пути. Изувеченных, обожженных, со страшными ранами на теле... Я узнал, что это они, лишь по печатке на пальце одного из них. За то, что они посмели покуситься на этих баранов, им перебили руки и пальцы на каждой из них. Когда я их нашел, они были уже мертвы. Но я никогда не забуду выражение ужаса, которое застыло на их обезображенных лицах...

- И кто же это сделал? - поинтересовался Леха.

Я пожал плечами.

- Это тайна, покрытая мраком. Может, Стражи Перевала...

- И что, никто ничего не слышал? - удивился он.

- Мало того, никто не смог обнаружить каких-либо следов! - усмехнулся я и поинтересовался у Лехи: - Так как, ты все еще хочешь подстрелить этого барана?

- Правильно! - вмешалась тут Ольга. - Мы привыкли всюду лезть со своим уставом. Испоганили всю Землю и думали, что и здесь все можно! Привыкли брать, не отдавая ничего взамен, вот и результат! Хозяева Перевала, таким образом, дали всем понять, чтобы не брали то, что вам не принадлежит.

Все время, пока она говорила, я во все глаза смотрел на нее. И по мере того, как она распалялась все больше и больше, мое изумление росло.

- Чего это с ней? - удивленно спросил я у Лехи.

- Не обращай внимания! - махнул тот рукой. - С ней такое иногда бывает. Она ведь - активистка "зеленых".

- Тогда понятно, - сказал я.

Мне вспомнилась надпись на ее майке, вызвав невольную улыбку. А ведь и на привале Ольга достала банку с изображением каких-то овощей на этикетке. И в то время как мы с аппетитом ковырялись в тушенке, она с задумчивым видом ела какую-то гадость неопределенного цвета. Нет, что ни говорите, гражданин следователь, не понимаю я всех этих сыроедов и вегетарианцев! Как можно лишить себя удовольствия съесть кусок хорошо прожаренного мяса со специями? Да ни в жизнь не поверю, что овощи могут придать человеку столько же сил, сколько мясная пища! Хотя, с другой стороны, Ольга была достаточно выносливой для того, чтобы карабкаться по горам наравне с нами, мужиками...

Впрочем, я опять отвлекся... Баран, все это время спокойно стоявший на виду у всех, вдруг развернулся и бросился прочь. Мы, вроде, не могли его спугнуть. Значит, было еще что-то, заставившее барана со всех ног броситься наутек. Я принялся оглядывать окрестности и сразу же понял, что послужило причиной его внезапного бегства...

- Всем лечь ничком и не двигаться! - крикнул я, падая прямо на камни.

По небу проплывал, медленно взмахивая огромными перепончатыми крыльями, самый страшный обитатель Перевала - огнедышащий дракон... Сказки, говорите вы? Черта с два! Если бы вы видели его!.. Огромное чешуйчатое тело, сверкающее в лучах солнца; морда с пастью, наполненной острыми и длинными клыками; короткие, но мощные лапы и длинный хвост - вот краткое описание этого чудовища, вылетевшего из своего логова на охоту. Что и говорить, впечатление он производил зловещее! Драконы вообще всегда летают низко, высматривая добычу, поэтому я молил Бога, чтобы никто не пошевелился, потому что тогда это чудовище могло заметить нас. Но, слава богу, все обошлось, и дракон пролетел мимо.

- Фу ты, пронесло! - облегченно пролаял пес, вскакивая на лапы. - Нам крепко повезло! Видимо, ребята, вы родились в рубашках!

Мы тоже поднялись из своих укрытий.

- Кто это был? - поинтересовался Леха.

- Мы называем этих монстров драконами, - ответил я. - Если бы мы вовремя не укрылись, и он нас заметил, не миновать бы нам его когтистых лап или, что еще хуже, огненного дождичка!

- Чего? - удивились мои спутники.

- Эта рептилия - летающий огнемет, - разъяснил я им. - Как правило, летит он низко, все видит, что делается под ним, и если кого-то заметит, либо хватает и утаскивает в свое логово, либо, поливает сверху какой-то горящей жидкостью. Все равно что, как напалмом...

- А жечь-то зачем? - поинтересовался Леха.

- Ну, это если он тебя не может достать, или если ты разозлишь его, - ответил я.

- Надо же, скажи мне об этом раньше, никогда бы не поверил! - сказал бывший спецназовец.

- Подождите немного, еще и не такое здесь увидите! - пообещал Верный...

Немного подкрепившись, мы двинулись дальше и скоро достигли того места, где нам предстояло спуститься на Дорогу. Картина, открывшаяся взорам моих спутников, приковала все их внимание. Впрочем, это и не удивительно. Дело в том, что здесь, в этой местности, Дорога выглядела, как новенькая, без всяких разрушений, так хорошо заметных вне Перевала. И Замок Стражей отсюда был виден лучше. Мне-то эта картина была привычна, а вот моих спутников она чем-то поразила, хотя мне она никогда не казалась заслуживающей внимания. Да нет, вру! Ольга как раз смотрела так, будто ей все это было хорошо знакомо...

- Не обращайте внимания, - посоветовал я. - Все, что вы видите, лишь иллюзия. Не обманывайтесь. Вера в иллюзию здесь дорого стоит. Цена немалая - жизнь!

- Не думаю, что все здесь - иллюзия, - спокойно возразила Ольга. - Если это так, то почему вы боитесь драконов и Стражей Перевала? Почему твердите, что на Перевале нельзя шуметь? По-моему, иллюзия не может причинить вреда.

Я удивленно воззрился на нее. Эта девочка знала, что говорила. Слишком уверенным был тон, которым она это произнесла. Хотя откуда ей было знать, если она впервые попала на Перевал? Непонятно...

- Мы называем их иллюзиями, потому что никто с ними не контактировал и не знает, что они из себя представляют, - сказал я ей. - Правда, некоторые из них иногда чувствуешь на своей шкуре. И, знаешь, они не хуже реальных могут натворить дел! Перевал - призрачная зона, поэтому и существа, обитающие здесь, иллюзорны для нас.

- Странная логика, - заметила девушка. - Почему не называть черное черным, а белое белым?

Я задумался. А, действительно, почему? Почему мы всегда считали обитателей Перевала какими-то призраками, хотя иногда нам хорошо от них доставалось? До того момента, пока Ольга не подняла этот вопрос, я как-то не задумывался над этим. Может, сказывалась многолетняя традиция, когда считалось, что Перевал - совсем другой мир, и в этом мире не может быть ничего живого. А почему так думали? Неужели только из-за того, что местные обитатели никогда не общались с людьми?.. Не знаю...

- А далеко отсюда до Города? - вдруг спросила Ольга.

- Он находится в самом сердце Перевала, - ответил я. - Где-то там. Но увидеть его можно будет только завтра и то издалека.

Ольга посмотрела в том направлении, куда я указал, и кивнула. Что за мысли бродили в тот момент в ее голове? Этого мне не суждено было узнать...

Мы приступили к спуску. Для этого было извлечено на свет божий альпинистское снаряжение и закреплено нужным образом. Я спустился первым. Потом спустили Верного, обвязав его веревкой. При этом пес тихо напевал какую-то непонятную песню, взятую им неизвестно откуда. Потом он заявил, что сам сочинил ее, но я ему не очень-то поверил. Где вы видели собак-поэтов или собак-композиторов? Хотя, впрочем, и говорящих псов до этого мне тоже не приходилось встречать...

Я немного беспокоился, как пройдет спуск по отвесной стене у остальных, но все закончилось хорошо.

- А вот и Стражи Перевала! - сообщил я, делая своим спутникам знак прижаться к скале. - Теперь вы сможете их рассмотреть, лишь бы они нас не заметили!

Как завороженные они наблюдали за человеческими фигурами в черных рыцарских доспехах (хотя тогда я и не мог поручиться, что они были людьми), гордо восседающих на драконах. Черные плащи, копья, мечи, щиты создавали непередаваемое впечатление чего-то сказочного и одновременно зловещего. Десяток этих воинов промчался в нескольких десятках метров над Дорогой. Я уже думал, что опасность миновала, но они вдруг развернулись и вернулись к месту, где мы прятались.

- Быстро прячьтесь! - скомандовал я, увидев, как воины разворачивают своих драконов. - Кажется, нас заметили...

А Стражи Перевала, вернувшись, стали кружиться над нами, не предпринимая, впрочем, никаких враждебных действий по отношению к нам. И это было странно. Обычно такие встречи заканчивались плачевно для людей, посмевших вторгнуться в их владения...

Сделав несколько кругов, Стражи улетели в сторону Замка. Я вздохнул с облегчением.

- Да, братцы-кролики, сегодня нам дважды крупно повезло! - сказал я, переводя дух. - Видать, любит вас боженька!

- Кто они - люди? - пристала ко мне Алиса, когда последний из зловещих воинов скрылся из вида.

- Не знаю, - чистосердечно признался я. - Хотелось бы верить, что да. Во всяком случае, у меня нет желания выяснять это.

- Почему?

Ее густые длинные ресницы, обрамляющие красивые карие глаза, удивленно взлетели вверх. Я покачал головой, удивляясь ее наивности.

- Знаешь, Алиса, хорошо еще, что они не стали с нами "общаться". В противном случае, боюсь, последствия этого общения были бы для нас плачевными.

- Но ведь вы сами говорили, что это - иллюзия! - лукаво усмехнулась Ольга, вмешиваясь в разговор.

Я повернулся к ней и ответил:

- Не надо ловить меня на слове, девочка! Я же говорил, что иногда иллюзия бывает очень реальной. Даже те, кто всю жизнь ходит на Перевал, иной раз не в состоянии их различить. Не дай бог почувствовать это на себе, как случилось однажды с моим дедом!

Девушка вспыхнула и сказала зло:

- Никогда больше не называйте меня так! Я не маленькая, чтобы со мной обращались подобным образом! И не думайте, что вы здесь больше всех знаете!..

- Ого! - воскликнул Верный. - Кошечка показала коготки! Берегись, Хозяин, а не то она задаст тебе хорошую взбучку!

- А тебя вообще не спрашивают! - досталось на орехи и псу. - Не встревай, когда разговаривают люди, а то и тебе достанется!

Верный обиделся и замолчал.

- Хорошо, хорошо! - Я поднял обе руки вверх. - Давайте не будем ссориться! Извини, Оля, если обидел тебя! Но и меня не надо, пожалуйста, выставлять дураком! Я и сам знаю, что здесь много странного...

- Не выношу фамильярности! - фыркнула она в ответ.

А я в тот момент подумал, что Алиса, пожалуй, будет попроще...

- Ну, не ссорьтесь, ребята! - вмешался Леха. - Нам надо держаться всем вместе, а вы тут...

- Они возвращаются! - перебила его Алиса, указывая рукой на Замок.

Действительно, в нашу сторону летели два воина на драконах. Мы мгновенно опять спрятались в камнях. Черные всадники сделали несколько кругов над нами, да так низко, что было слышно хлопанье крыльев. После этого они удалились...

- Зачем они вернулись? - шепотом поинтересовалась у меня Алиса.

- Не знаю, но, думаю, ничего хорошего это нам не сулит, - ответил я и скомандовал: - Пошли быстрее отсюда! Не нравится мне это пристальное внимание к нашим скромным персонам!

А сам с тревогой посмотрел вслед черным воинам. Еще больше мне не понравилось, когда один из них полетел к Замку, а второй направился куда-то в сторону Города. А, скорее всего, что именно туда. Как я жалел в тот момент, что дед не успел мне толком рассказать, что там находится! Почти сразу же он ушел обратно на Перевал и уже больше не вернулся. Если бы дед рассказал тогда, что он видел, я бы знал, чего нам ждать оттуда...

- Если это и иллюзия, то уж больно жуткая! - заметил Леха, убирая за спину автомат, который все это время держал наготове. - На своем веку я многое повидал. Но такого ужаса, который внушают эти люди в черном, я раньше не испытывал! От них веет опасностью... Кто-нибудь когда-нибудь с ними вплотную сталкивался?

Последний вопрос относился ко мне.

- Те, кто сталкивался с ними, с Перевала не возвращался, - ответил я.

- Откуда вы это знаете, если не контактировали с ними? - опять докопалась до меня Ольга.

Я поморщился. Что-то она уж слишком разошлась! Ее въедливость начинала действовать мне на нервы. То молчала, молчала, о чем-то все думала, а тут вдруг разговорилась! И заступалась за Перевал так, словно это был ее родной дом!

- Люди рассказывали, - ответил я.

- А они сталкивались со Стражей?

Тут мое терпение лопнуло.

- Послушай, что я тебе скажу! Однажды я своими глазами видел кружащихся над одним местом Стражей. Потом там я обнаружил людей. Мертвых... Достаточно?

Девушка не ответила, но мне показалось, что она осталась при своем мнении. Я закинул арбалет за спину и сказал, обращаясь ко всем:

- Идемте. Здесь тропа в более или менее хорошем состоянии. Можно не опасаться трещин и пропастей...

Тропа действительно была хорошей. И мои спутники немного расслабились, принявшись глазеть по сторонам. Особенно их внимание привлекла Дорога. Мощеная брусчаткой, она была огорожена столбиками с непонятными символами, начерченными на них. И на каждом столбе был свой символ... Они спрашивали меня, что это означает, но я не мог им объяснить. Просто я сам этого не знал...

Так мы шли примерно час. Перед нами открылась глубокая пропасть, пересекавшая Дорогу, по дну которой протекала бурная горная речка. Через нее был перекинут аккуратный каменный мост, но я сказал, что по нему мы не пройдем.

- Почему? - удивились мои спутники.

Я молча поднял камень и швырнул его на мост. Он упал на него, но вместо того, чтобы остаться там, как того требуют законы природы, прошел сквозь его перекрытия и исчез.

- Видели? - поинтересовался я. - Очередная иллюзия.

- А пропасть? - спросил Леха.

- Пропасть реальная, - ответил я. - По странному стечению обстоятельств в этом иллюзия и реальность совпадают. Почти совпадают...

- А как же мы тогда переправимся через нее? - последовал вполне логичный вопрос.

Я усмехнулся. Хотелось спросить: а как бы вы переправлялись без меня? Но я промолчал...

- Не томи, ведь ты наверняка знаешь, как это сделать! - поддержала Леху Алиса.

- У вас ведь есть карта, - напомнил я им. - Давайте посмотрим, что показано на ней.

Ольга достала карту, и они склонились над ней, пытаясь сориентироваться на этой иллюзорной местности...

- Где-то здесь должен быть мост, - сообщил, наконец, Леха.

- Где? - поинтересовался я.

Они растеряно смотрели на пропасть, но не могли обнаружить моста, хотя Леха истыкал альпенштоком всю местность вокруг.

- Слушай, Саня, кончай выпендриваться! - после множества безуспешных попыток сдался, в конце концов, он. - Мы и так уже поняли, что на Перевале нам без проводника - крышка!

Я улыбнулся.

- Эх вы, гаврики! Не привыкли вы еще к Перевалу!

С этими словами я пошарил в близлежащей скале рукой и нащупал веревку.

- А ну-ка, Леха, помоги мне!

Бывший спецназовец ухватился за нее, и с противоположного края пропасти на нашу сторону лег широкий деревянный мостик без перил. При этом он оказался ниже уровня иллюзорной поверхности и стал невидимым. Глядя на это, Леха недоверчиво заметил:

- А не слишком ли это опасно? - И, заметив мой удивленный взгляд, поспешил добавить: - Я имею в виду наших девушек... Тут легко оступиться...

Я пожал плечами и спросил:

- Ты видишь какой-нибудь другой способ переправиться?

- Может, можно обойти? - неуверенно предложил он.

Я отрицательно покачал головой.

- Это - единственный путь через пропасть в ближайшей округе.

Леха промолчал.

- Я переправлюсь первым, вы - за мной, - сказал я. - Главное - не смотреть вниз! Иначе вам может показаться, что вы висите прямо над пропастью безо всякой опоры под ногами. А это чревато паникой и ошибками, которые могут привести вас к смерти! Но, думаю, все будет в порядке. Вы же у меня люди сообразительные!..

Первым по доске лихо промчался Верный. Моим спутникам было немного жутковато видеть, как пес плавно бежит над пропастью. Как призрак... Я отправился следом, осторожно вышагивая по шаткому мостику и прощупывая пространство перед собой альпенштоком, прежде чем поставить ногу. Где-то на середине пути я бросил взгляд по сторонам и чуть не свалился вниз от неожиданности. Невдалеке от себя я увидел человека, внимательно наблюдавшего за мной с одной из скал. Нет, это не был Страж Перевала, так как на нем не было доспехов. Но и нашему миру он явно не принадлежал, потому что забраться на ту скалу, где сидел соглядатай, не решился бы даже я, проводник по Перевалу, неплохо знавший эти места!.. Почему? А кому охота сломать себе шею, пытаясь вскарабкаться на скалу, на которой до тебя никто из проводников не был? Знания о Перевале и его тропах передавались от отцов детям, и все они знали конкретные пути перехода, отклонение от которых могло закончиться смертью. Разведав Перевал в самом начале его появления на нашей Земле, проводники уже практически не пытались найти новые тропы. Лишь изредка какой-нибудь проводник решался на свой страх и риск отклониться от проторенной дороги. Чаще всего это заканчивалось плачевно для смельчака. Вот почему появление человека в стороне от хорошо известной тропы вызвало у меня шок...

Когда я покачнулся, позади раздались испуганные крики, но я сумел сохранить равновесие. Сердце отчаянно колотилось, словно хотело выскочить из груди, а ноги предательски дрожали. И это неудивительно - ведь я только что чуть не распрощался с жизнью!

Когда я опять взглянул в ту сторону, где видел таинственного незнакомца, там уже никого не было. Возможно, это была галлюцинация. А, может, и нет... По крайней мере, своим спутникам я так ничего и не сказал. Но если все-таки этот человек не был галлюцинацией, то ситуация становилась все более неприятной. Такое внимание со стороны обитателей Перевала вселяло вполне обоснованную тревогу...

Оставшуюся часть пути над пропастью я преодолел без всяких приключений. Далее начали переправлять девушек. Ольга прошла спокойно, хотя, когда я принял ее, было заметно, что это нелегко далось ей. А вот Алиса заартачилась, заявив, что не пойдет. Она не могла ступить на то, чего не существовало, как говорили ей глаза. И никакие уговоры не могли изменить ее решения.

- Да, я боюсь! - честно созналась она. - Я ужасная трусиха!

И вот тогда Леха поднял ее на руки и понес. Мы с Ольгой замерли от неожиданности, раскрыв рты. Парень осторожно прощупывал путь ногой, медленно продвигаясь вперед. Доски под ним тихонечко поскрипывали, и я стал опасаться, выдержит ли мост такой груз. Как-никак Леха тащил на себе не только Алису, но и вещи, свои и ее. А это уже составляло солидную нагрузку... К тому же в любой момент он мог сорваться со своей ношей, сделав всего лишь один неверный шаг. Но все обошлось благополучно, и скоро Леха поставил девушку перед нами.

- Ты что, с ума сошел? - набросился я на него. - Тебе жить надоело?

- А что, лучше было ее оставить на той стороне? - спокойно ответил он. - По-моему, другого выхода у нас не было.

- А если бы вы сорвались и упали вниз? - не унимался я. - Если бы доски под вами проломились? Ты подумал, что было бы с вами тогда?

- Так ведь ничего не случилось же!

С таким заявлением было трудно спорить.

- Теперь нам следует двигаться осторожней, - сказал я перед тем, как идти дальше. - Мы пойдем по краю Дороги вдоль иллюзорной скалы. Остальная часть - это глубокая пропасть, по дну которой протекает речка. Надеюсь, вы согласны, что лучше двигаться по видимой местности, чем брести в полной темноте в иллюзорной скале?

В подтверждение своих слов я ногой отбросил от себя камень на Дорогу. Тот упал и сразу же провалился куда-то вниз. Потом я своим альпенштоком потыкал рядом с собой, и в нескольких сантиметрах от меня тот с легкостью вошел в камень, указывая на пустоту, скрывающуюся под видимой глазом поверхностью.

- Конечно, лучше по видимой местности! - согласились со мной Ольга с Алисой, видимо, вспомнив свое пребывание в подобной скале.

- Подожди! А через что же мы тогда переправлялись? - спросил озадаченный Леха. - Что за речка протекает по дну той пропасти?

Он кивнул назад.

- Там ничего нет, - ответил я. - Речка протекает справа от иллюзорного моста и сворачивает в эту пропасть.

- А там глубоко? - поинтересовалась Алиса.

- Думаю, да, - сказал я.

- Но я никак не пойму, - опять втерся в разговор Леха. - Если это иллюзия, то уж слишком реальная. Я ведь слышал шум речки под собой!

- Наклонись, и ты услышишь, как она шумит и здесь, - сказал я. - А то, что ты слышал, всего лишь слуховая иллюзия. Или, может быть, так разносится звук от реальной речки. На Перевале все возможно...

В ответ на мои слова Леха удивленно помотал головой.

- Почему бы тогда не установить обычный мостик, чтобы не мучаться? Зачем нужно постоянно втаскивать и вытаскивать его?

- Видишь ли, сержант, он бы стоял, как ты говоришь, если бы все было так просто, - сказал я. - Но в том-то и дело, что Перевал нестабилен. Два года назад мостик после установки был виден... К тому же края пропасти постоянно меняются. Где гарантия, что, придя сюда в очередной раз, ты обнаружишь его на месте?

На это Лехе нечего было возразить, поэтому он промолчал. А я принялся наставлять своих спутников:

- Идти придется с максимальной осторожностью, вплотную прижимаясь к скале. Одно неверное движение вправо - и вы полетите в пропасть, глубины которой хватит, чтобы после приземления от вас осталось мокрое место!

Я втащил мостик на нашу сторону, затем обвязал всех веревкой для страховки, продолжая консультировать их:

- А еще здесь очень опасно из-за того, что речка постоянно размывает берега, а ветер стачивает края. Можно поскользнуться, может случиться обвал тропинки под вашими ногами. Поэтому лучше держаться как можно ближе к скале, соблюдая максимальную осторожность. Понятно?

Они закивали. В их взглядах читалось явное уважение. А я подумал, что они, наконец-то, полностью осознали, на что обрекали себя, пытаясь сунуться на Перевал одни и надеясь на помощь карты, чье появление до сих пор было для меня загадкой. И знаете, гражданин следователь, мне это почему-то чертовски приятно было осознавать!..

Дальнейший путь был сущим адом, как для них, так и для меня! Неопытные в подобного рода делах, у них не все хорошо получалось, как у тех, кто уже хоть раз бывал на Перевале. И хотя они старались изо всех сил, не обошлось без происшествий. Один раз Ольга поскользнулась и свалилась в пропасть, повиснув на веревке и чуть не стащив за собой Алису. Но я вытащил ее, и нам пришлось ждать некоторое время, пока она успокоиться. Да и мне, честно говоря, необходимо было отдохнуть. Слишком много сил пришлось затратить, чтобы вытащить эту девчонку обратно на скалу. Она оказалась довольно-таки тяжелой, и мне понадобилось время, чтобы перевести дух после ее подъема...

Потом под ногой Лехи обвалился камень, и он загремел вниз. Спасла его хорошая реакция. Он успел уцепиться за край, в противном случае утащил бы за собой Алису, которая вряд ли бы смогла его удержать, а за нею последовали бы и мы! А так мы всеобщими усилиями помогли ему вернуться обратно...

Раньше, когда я водил людей на Перевал, мне было плевать на них. Я вот также всех их консультировал, и если кто срывался вниз, я считал это его виной, а не своей. И вот впервые я почувствовал, что искренне переживаю за своих спутников и не хочу, чтобы с кем-нибудь из них что-нибудь случилось!..

А потом мы попали в такое место, где на пути вставала глухая скала (очень даже реальная), обойти которую не представлялось возможным. Нам пришлось карабкаться на нее. Правда, там уже были вбиты крюки, потому что этим путем пользовались уже много раз. Это упрощало нашу задачу. Но все равно я полез первым, по пути проверяя каждый крюк, ведь часть их могла расшататься или выпасть, например. Если таковые попадались, я должен был вбить новый и закрепить на нем веревку. Трудно, конечно, было карабкаться в таких условиях. Я буквально врастал в скалу, используя каждую трещинку или выбоинку. Труднее было еще тем, что все там было и реальным, и обманчивым одновременно. Ты хочешь уцепиться рукой за выступ, а оказывается, что его нет. Или наоборот, видишь гладкую поверхность, а под ней скрывается трещина. Много раз я был близок к тому, чтобы сорваться. Но мои руки и ноги будто жили самостоятельной жизнью, находя опору для себя на ощупь. Конечно, это был риск. Но такому риску я подвергал свою жизнь в каждое посещение Перевала.

Как бы то ни было, но я поднялся на вершину. Пот лил с меня градом, но теперь предстояло поднять наверх остальных. Впрочем, это было уже намного проще. А когда все стояли рядом со мной, отдыхая после трудного подъема, то нам уже оставалось только спуститься по пологому склону по другую сторону опасного участка.

- Вот там мы и расположимся на ночевку, - сообщил я им, указывая на Дорогу внизу, у подножия склона. - Здесь проходит граница между иллюзией и реальностью. Внизу - уже реальный мир Перевала, и можно не бояться сломать себе шею, свалившись в какую-нибудь трещину, скрытую под иллюзорной скалой.

- А почему бы тогда нам не пойти дальше? - поинтересовался Леха. - Вроде, еще светло...

- Темнеет здесь очень быстро, а ночью на Перевале ходить опасно, - ответил я. - Можно запросто наткнуться на что-нибудь, что лишит вас жизни быстрее, чем вы осознаете это.

И действительно, солнце Перевала уже клонилось к закату.

- Смотрите, что это? - вдруг воскликнула Алиса, указывая рукой вперед.

Я посмотрел в ту сторону, куда она указывала, и похолодел. По Дороге на нас стремительно накатывалась белая стена клубящегося тумана!..


8.

Сколько раз я водил клиентов через Перевал, но с туманом в этих местах мне довелось столкнуться впервые. В том, как быстро надвигалась белая клубящаяся стена, пожирая предметы на Дороге, было что-то зловещее, заставившее меня переменить свое первоначальное решение.

- Значит так, - сказал я, - ночевать будем здесь, на вершине.

- Почему? - удивился Леха. - Ты же хотел спуститься вниз!

- Хотел, - согласился я. - Но ситуация изменилась. Здесь нам будет безопаснее.

- Это из-за тумана? - поинтересовался он.

- Я впервые сталкиваюсь с подобным явлением на Перевале, - признался я, - и мне не хочется рисковать ни своей, ни вашими жизнями!

- Что может быть опасного в тумане? - пожала плечами Алиса. - На вид он ничем не отличается от обычного...

- На Перевале нет ничего обычного! - оборвал ее я. - Кто знает, что скрывается за этой пеленой? Мне, по крайней мере, что-то не хочется это выяснять.

Тем временем туман накрыл большую часть местности и клубился всего в нескольких метрах ниже по склону. Сквозь густую молочную пелену невозможно было рассмотреть, что творится на Дороге, и лишь горные вершины возвышались над ней, освещаемые последними лучами заходящего солнца.

- Вы считаете, что здесь будет безопаснее? - спросила Ольга.

- Не уверен, - подумав, сказал я. - Но у нас нет выбора. В любом случае, это - единственная пригодная площадка. Позади нас - пропасть, поэтому оттуда нам ничего не угрожает. То есть, мы имеем обеспеченный тыл. А это очень важно на Перевале. Кроме того, мы с Лехой будем дежурить по очереди всю ночь. А утром, если туман рассеется, двинем дальше. Так что давайте, располагайтесь...

И мы стали устраиваться на ночлег...

- Много мы прошли? - поинтересовался Леха, который уже распаковал свою палатку и ставил ее на склоне.

- Немного, - ответил я и добавил: - Хорошо, что хоть столько одолели. Для начала и это неплохо.

- И все-таки как-то жутковато, - заметила Алиса, не отрывавшая взгляда от пелены тумана, скрывавшего от нас Дорогу.

Впрочем, не она одна была подвержена такому настроению. Остальным, кроме меня, тоже было не по себе. Все мы буквально валились с ног от усталости, и я успокоил их, заявив:

- Ничего, надеюсь, ночь мы проведем спокойно. Дальше будет легче. Завтра мы пойдем караванной тропой. Она намного проще, чем та, по которой мы пришли сюда. Никаких крутых подъемов и узких тропинок!..

Скоро все было готово к ночлегу. Палатка была поставлена, из рюкзаков извлечены продукты - суповые концентраты, консервы, галеты. Я достал свой котелок на батарейках, набрал воды из пропасти и включил кипятиться.

- Саня, смотри - баран! - вдруг воскликнул Леха, хватая меня за руку.

Я посмотрел и увидел стоявшего неподалеку на скале обычного земного барана. Видимо, туман загнал это красивое животное на ближайшую свободную от завесы площадку. Моя рука автоматически легла на арбалет, я мгновенно вскинул его и выстрелил в силуэт, четко выделявшийся на фоне закатного неба. Единственное, о чем я тогда молил Бога - чтобы животное не свалилось в пелену тумана, откуда я его, конечно же, не стал бы доставать. В том, что не промахнусь, я не сомневался - мишень была хорошо видна...

- Славная пирушка намечается! - заметил пес, облизываясь, когда баран после моего выстрела свалился со скалы вниз.

- Ищи, Верный! - дал я ему команду.

Он сразу же бросился вперед и довольно-таки быстро отыскал добычу.

- Вы же говорили, что баранов здесь нельзя убивать! - укоризненно заметила Ольга, которой явно не понравилось то, что я сделал.

- Я говорил о баранах Перевала, а не о наших горных, - отпарировал я.

- А в чем разница? - последовал вопрос.

- За тех можно получить наказание, - ответил я.

Ольга покачала головой, но ничего не сказала. Я кинул тушу под ноги своим спутникам и стал прикидывать, как бы ее половчее разделать.

- Откуда он здесь взялся? - поинтересовался Леха.

- Иногда они забредают сюда теми же тропами, что и мы, - пояснил я, доставая нож. - Как они ориентируются в этом мире иллюзий - загадка!

- Как, как! - проворчал пес, следя жадными глазами за каждым моим движением. - А как я здесь ориентируюсь?

Замечание было резонным.

- Ты прав, дружище! - согласился я и швырнул ему хороший кусок мяса.

Девушки не вынесли зрелища разделывания туши и ушли в палатку. А пес, не раздумывая, накинулся на свой кусок и в один прием проглотил. Затем он опять выжидающе посмотрел на меня, виляя хвостом.

- Будь твоя воля, ты, наверное, спорол бы этого барана целиком! - заметил я, улыбнувшись, и швырнул ему еще один кусок. - Держи, обжора!

- Побегай с мое, тебе не так жрать захочется! - ответил пес, с довольным видом пожирая мясо.

Закончив разделку, я вытер нож о шкуру барана и отложил лучшие куски в сторону, намереваясь отдать их Хозяевам Перевала. Все-таки на душе спокойнее, когда поднесен дар тем, кто может тебе навредить. Кто знает, чего они крутились около нас!..

Остальные куски мяса я кинул в котелок в кипящую воду. Потом добавил специи и все такое, что необходимо в таких случаях. Через некоторое время распространился такой запах, что у нас с Лехой невольно потекли слюни. Но я не забыл и о девушках и, когда мясо было готово, отнес им лучшие куски из тех, которые у нас оставались после того, как я отложил дары Хозяевам Перевала...

Ольга ожесточенно жевала свои консервы и даже не взглянула на то, что я положил рядом с ней.

- Угощайтесь! - предложил я.

- Я не буду, - сказала Ольга.

Я и не настаивал. Только подумал: интересно, а что бы ты сказала, если бы ничего, кроме этого, уже несколько дней не ела? Небось, не стала бы выпендриваться, а слопала бы за милую душу! Вон Алиса, сразу же принялась уплетать мясо, да так, что только за ушами трещало. А эта еще нос воротит!.. Побывала бы на войне, научилась бы ценить любую пищу! Когда надо выжить, будешь жрать все, что под руку попадется - гусениц, пауков, змей и многое другое. Нам тогда сырое мясо казалось пищей богов, не то что вареное...

- Ну, как хочешь, - не стал я настаивать и отошел от нее.

- Глупая баба! - проворчал пес, жадно следивший за дымящимся мясом, лежащим рядом с девушкой. - Отказываться от такого лакомства!.. Хозяин, может, я его съем? Чего зря пропадать добру? Она же все равно его жрать не будет! Из принципу...

- А ты пойди и спроси! - посоветовал я ему.

И что бы вы думали?! Этот наглец пошел и спросил! И, конечно же, вся доля Ольги досталась ему! Да еще и от Алисы малость перепало...

На Перевал уже опустилась тьма. Выплыла огромная багровая Луна, а небо усыпали мириады звезд. Остатки туши я спрятал, чтобы утром можно было забрать с собой. В животе приятно урчало после сытного ужина, и можно было устраиваться на ночлег.

- Я буду сторожить первым, а ты пока поспи, - предложил я Лехе. - Я тебя разбужу, когда придет время сменить меня.

Тот кивнул и пошел к палатке. Я проводил его взглядом и увидел, как в мою сторону направилась Алиса. Она подошла и уселась рядом, поджав под себя ноги.

Я набил трубку табаком и раскурил ее.

- А мне можно попробовать? - неожиданно попросила Алиса.

Я молча протянул ей трубку. Но больше, чем на одну затяжку ее не хватило. Девушка закашлялась и вернула трубку мне.

- Очень крепкий табак! - сказала она, утирая слезы, выступившие на глазах.

- Ты куришь? - поинтересовался я.

- Так, балуюсь, - ответила девушка стандартной фразой тех людей, которые не хотят себе признаться, что они уже стали курильщиками.

- Поди, куришь только дорогие марки? - спросил я. - Мальборо, Винстон или Кэмэл какой-нибудь?

- Винстон, суперлегкие, - ответила девушка. - Но они гораздо слабее твоих.

Я хмыкнул.

- Еще бы! Это же самосад! Сам выращивал!

- Заметно, - подтвердила Алиса и вдруг сказала: - Смотри, какая прекрасная ночь! Она будто создана для любви... - добавила она многозначительно и посмотрела на меня.

Если не считать тумана, по-прежнему клубившегося внизу, ночь, действительно, была прекрасной! На небе - ни облачка, ярко сияли звезды. Ветра не было, воздух - свежий, и дышалось легко, хотя мы находились не на маленькой высоте. Луна, свидетельница всех ночных свиданий, ярко освещала все вокруг... Да, что ни говори - красиво! Только вот я не был романтиком, в отличие от Алисы. Я был реалистом...

- Если бы мы находились в другом месте, я бы с тобой согласился. Но это - Перевал, а на Перевале нельзя расслабляться, - спокойно заметил я.

Некоторое время мы молчали, глядя на возвышающиеся над пеленой тумана вершины гор и думая неизвестно о чем. Впрочем, о чем думал в тот момент я сам, мне было хорошо известно. И о чем думала девушка, сидевшая рядом, мне казалось, я тоже догадывался...

Вдруг она сказала:

- Никак не пойму, Саша, что ты за человек?

Я удивленно воззрился на нее.

- О чем это ты?

- Почему ты избегаешь меня? - продолжила девушка, глядя пристально мне в глаза.

- С чего это ты взяла? - поинтересовался я.

Меня заинтриговало такое начало. Было интересно, что последует дальше...

- Любой другой мужик на твоем месте уже давно бы...

Она не договорила, но я и так понял, что она имела в виду.

- Послушай. Алиса, мы уже с тобой обсуждали эту тему, - начал осторожно я. - Ты пойми, что на Перевале заниматься такими вещами неразумно и опасно! К тому же я - на работе. Потерпи до того, как выйдем с Перевала.

- И что тогда?

Девушка пристально смотрела на меня. Как это ни парадоксально, но я вдруг стушевался.

- Не знаю. Все может быть.

В тот момент я действительно подумывал о том, чтобы после выхода с Перевала закрутить с Алисой любовь! А что вы хотите! Грех было не воспользоваться такой хорошей возможностью. Она ж буквально напрашивалась и на внешний вид была очень даже ничего... А я, как-никак, мужик, и всегда был неравнодушен к женской красоте. Но только не на Перевале...

- Ничего не будет, - вдруг тихо сказала она.

- Чего не будет? - не понял я.

- Ничего у нас с тобой не будет! - заявила она. - Потому что я навсегда останусь на этом чертовом Перевале, ясно тебе?

Я человек суеверный в том, что касается предчувствий, и ее заявление напугало меня.

- Ты чего это? - рассердился я. - А ну, брось говорить глупости! Вбила себе в голову невесть что!..

- Ох, и дурак же ты, Саша! - осуждающе покачала головой девушка. - Знаешь, сколько мужиков добивалось того, чтобы провести со мной хотя бы один вечер? А ты!..

Она махнула рукой, встала и пошла к палатке.

- Подожди! - крикнул я ей вслед.

Алиса остановилась и обернулась.

- Не обижайся, - сказал я, - но я, правда, не хочу, чтобы это... В общем, только не на Перевале! Прости, если сделал тебе больно.

Она ничего не ответила мне и скрылась в палатке. А я не мог не сожалеть о своем отказе. Конечно, такая женщина не была мне безразлична. В конце концов, я все-таки мужик, а она была чертовски красивой бабой, во всех смыслах! И я отлично понимал, что мужики там, снаружи, должны были табунами ходить за нею. Я понимал, что обидел ее, но не мог ничего с этим поделать. Перевал тоже диктовал, как вести себя, и я боялся нарушить неписаные законы этого мира. Хотя это, правда, не было запрещено, но ведь никто и не пробовал, чтобы узнать, что последует за этим. И мне не хотелось испытывать судьбу...

- Что, Хозяин, а девчонка-то, похоже, обиделась? - проводив взглядом Алису, сказал пес, после обильного ужина уютно устроившийся у моих ног и слышавший весь наш разговор.

- Ты о ком? - не врубился поначалу я.

- Да об этой молоденькой крошке, - ответил тот. - Об Алисе. Она, насколько я понял, сделала тебе недвусмысленное предложение, а ты ее, можно сказать, вежливо послал... Нехорошо!

Я легонько потрепал его по загривку.

- Молчи уж, советчик хренов! Забыл, где мы находимся? По-твоему, я должен был с ней прямо тут закрутить любовь? А потом что-нибудь шандарахнуло бы нас, и поминай, как звали!

- Да, сейчас обстановка не располагает к таким отношениям! - согласился со мной Верный.

- Вот и молчи тогда! - сказал я и добавил, усмехнувшись: - Защитник!

И тут, словно в подтверждение моим опасениям, где-то невдалеке послышалась стрельба, почти сразу же переросшая в ожесточенную перестрелку. Складывалось впечатление, что кто-то на Перевале открыл военные действия, и это не могло не встревожить меня.

Стрельба выгнала моих спутников из палатки.

- Что происходит? - поинтересовался Леха, сжимая в руке автомат.

- Не знаю, - признался я. - Но, думаю, ничего хорошего. А ты что скажешь, Верный? - обратился я к своему псу.

- Не знаю, что там случилось, но могу сказать одно - в тумане что-то есть! - ответил тот.

- Что? - спросил я. - И, главное, где? Далеко от нас?

- Что - не знаю. Но пока это далеко от нас, - успокоил меня Верный. - Не волнуйся, Хозяин, если что, я тебя предупрежу.

- Хорошо, - сказал я и повернулся к своим спутникам: - Пока нам ничего не грозит, идите-ка вы спать!

- Да уж какой тут сон, когда тут такое творится! - махнул рукой Леха.

Но я настоял на своем:

- Идите, поспите. Завтра нам предстоит длинный переход, так что вам понадобятся все ваши силы. Поблажек никому не будет - нам до темноты надо пройти реальную часть Перевала, а это не так уж и мало. Так что идите и ложитесь спать, ясно?

Леха с Алисой не стали со мной спорить и послушно пошли к палатке. Ольга же задержалась и попросила:

- Саша, можно, я посижу с вами? Мне совсем не хочется спать! Правда!..

Вид у нее был такой молящий, что я не мог ей отказать.

- Ну, садись, - согласился я и пододвинул ей один из рюкзаков (на камне сидеть было неудобно, поэтому я устроился, подложив под себя свой).

Некоторое время мы молча сидели, прислушиваясь к стрельбе.

- Скажите, Саша, там, наверное, сейчас очень страшно? - спросила вдруг Ольга.

- Думаю, да, - ответил я. - Эти люди, видимо, столкнулись с чем-то очень ужасным, раз устроили такую пальбу. Ни один нормальный человек не станет просто так, ради собственного удовольствия, шуметь на Перевале. Любой, кто пользуется этими тайными тропами, знает, какими последствиями это чревато.

- А что это может быть? - поинтересовалась она.

В ее голосе я почувствовал тревогу. Но чем я ее мог успокоить, если и сам не знал, что в тот момент происходило за непроницаемой пеленой тумана?

- Не знаю, - честно признался я. - С туманом на Перевале я сталкиваюсь впервые. Но ты не волнуйся - чтобы там ни было, сейчас это находится далеко от нас. И, надеюсь, здесь оно нас не достанет...

Интенсивность стрельбы потихоньку начала спадать. Некоторое время еще слышались отдельные очереди и выстрелы, потом все стихло. Над Перевалом установилась мертвая тишина, особенно бьющая по ушам после такой канонады...

- Ну, вот и все! - вздохнул я. - Одно из двух: либо им удалось отбиться (что маловероятно), либо в живых не осталось ни одного человека.

- Будем надеяться на лучшее! - сказала Ольга в ответ на мои слова.

- Будем надеяться на то, что к рассвету туман исчезнет! - заметил я. - В противном случае, мы можем застрять здесь надолго. Я не поведу вас через туман, не зная, что нас там ждет...

Некоторое время мы сидели молча, думая каждый о своем.

- Какие звезды на небе! - наконец, сказала Ольга, глядя вверх. - Созвездия чужие. И Луна, и Солнце...

- И мир чужой, - подхватил я. - Странный и красивый... Завтра покажу тебе Город. Издалека, конечно... Красотища!

Ольга кивнула и погладила пса по голове. Верный, который обычно никому не позволял себя трогать, кроме Женьки, даже не пошевелился. Он лишь блаженно прищурил глаза, и мне даже показалось, что усмехнулся. А я подумал, что после воскрешения в нем появилось слишком много человеческого...

- Саша, а вы никогда не задумывались, почему Перевал так враждебно настроен к людям? - вдруг спросила девушка. - Не пробовали разобраться в причинах?

Я неопределенно пожал плечами.

- Зачем? Я знаю правила, и эти правила позволяют мне выжить здесь. А причины... Для того чтобы разобраться в этом, надо знать намного больше о Перевале, чем мы сейчас.

Ольга задумчиво смотрела куда-то вдаль, поглаживая пса.

- Вы представьте себе следующую картину, Саша... Вот вы сидите у себя дома, и вдруг узнаете, что к вам кто-то лезет. Представили?.. Что вы сделаете?

Я ответил, не задумываясь:

- Накостыляю ему так, чтобы он забыл дорогу ко мне раз и навсегда.

- А если такие посещения будут очень частыми, и вас не будет постоянно дома? - поинтересовалась Ольга.

Я уже начал понимать, куда она клонит, но желание узнать, как она мыслит, было сильнее.

- Оставлю охрану или наставлю ловушек.

- А вам не кажется, что Хозяева Перевала поступают так же? - услышал я ожидаемую фразу.

- Может быть, - согласился я. - Но, если быть до конца объективным, мы приходим сюда не как воры, а, скорее, как гости. Перед каждым переходом проводники оставляют подношение Хозяевам. И, тем не менее, нас наказывают, если мы сделаем что-то не то. С нами поступают уж слишком жестоко, как с врагами, а не как с гостями. Поверь, не мы начали это. Это Перевал появился неизвестно откуда в нашем мире, а не мы вторглись в их пределы. И уж если судить по большому счету, обитатели Перевала ведут себя, скорее, как захватчики, а не как добрые соседи...

Некоторое время мы молчали, думая каждый о своем. В чем-то, конечно, Ольга была права. Человек привык вести себя, как хозяин, всегда и везде. А за самоуверенность надо платить. Вот некоторые и расплачивались своей жизнью. Сам я всегда вел себя осторожно...

- Вы, Саша, так и не хотите вести нас в Город? - вдруг поинтересовалась Ольга.

- Нет, - твердо ответил я.

- Почему?

Как я мог объяснить ей всю опасность этого шага? Рассказал о том, что в Город никто никогда не ходил. Есть только легенды... Обычно, когда прокладывали новый путь по Перевалу (так рассказывал прадед моему деду), собиралось несколько проводников, которые могли подстраховать друг друга. Попытка пробиться туда в одиночку была равносильна самоубийству! Хотя, видимо, кому-то раньше это удавалось, иначе не было бы легенд о сокровищах, находившихся в Городе. Правда, легенда могла быть и выдумана, а если кто-то и пытался это сделать, то очень давно. Так давно, что все подробности стерлись из памяти людей...

- А потом, не кажется ли тебе, что попытка туда проникнуть будет похожа на воровство? - напомнил я ей ее слова. - Похоже, что Хозяева Перевала не хотят, чтобы кто-нибудь побывал в Городе. Тех, кто это пытался сделать, убрали Стражи Перевала.

- Но вы говорили, что ваш дед добрался до Города? - вспомнила вдруг Ольга.

- Знаешь, я с ним не ходил, - ответил я. - Он ушел без меня, так как я в то время подхватил простуду и слег. Хотя это было лишь предлогом. Дед не одобрял моих связей с контрабандой, и в последнее время у нас с ним сложились натянутые отношения... Я нашел его неподалеку отсюда в ужасном состоянии. Еле-еле вытащил с Перевала, ухаживал за ним в больнице. Но он, едва поправившись, смылся опять сюда. Больше я его не видел... Он так и не успел мне рассказать о Городе. Поэтому, даже если очень захочу, я не смогу вас отвести туда.

- Но у нас есть карта! - воскликнула с надеждой в голосе девушка. - Мы можем попытаться...

Я отрицательно покачал головой.

- Ты была должна уже убедиться в том, что не так просто, как кажется, двигаться по Перевалу, не зная пути. Если бы я хоть раз прошел по этой тропе...

- А Верный? - вспомнила она о псе.

- Я что, похож на самоубийцу? - откликнулся тот. - Если в Городе не жалуют незваных гостей, зачем рисковать?

- Ой, кто это? - вдруг вскрикнула Ольга.

Рядом с нами сидел лохматый седой старец в белом балахоне и с бородой по пояс.

- Не обращай внимания, - махнул я равнодушно рукой. - Это один из призраков Перевала. Чаще всего они не причиняют людям вреда. Просто садятся и слушают, если они вообще способны на это. Но вот если громко крикнуть или сделать резкое движение, это может ему не понравиться. И тогда ты увидишь все, что угодно. Так что веди себя спокойно...

Девушка кивнула.

- Расскажи мне, как вы оказались здесь? - попросил я, чтобы отвлечь ее от призрака, которому могло и не понравиться такое пристальное внимание.

Старец наклонил голову, словно для того, чтобы лучше слышать, что она ответит мне. Ольга, оторвав от него взгляд, ответила:

- Во всем виноват мой дедушка... Знаете, я ведь осиротела два года назад. Вот тогда и появился он. Я ему многим обязана... Он частенько рассказывал мне про Перевал.

- Подожди, он что, бывал здесь? - удивился я.

- Он был одним из проводников, - сообщила мне девушка.

Я просто потерял на некоторое время дар речи!

- Как?.. Как его зовут? - заволновался я.

- Алексей Иванович, - ответила она, но это меня не удовлетворило.

- А фамилия!.. Как его фамилия?

Девушка с тревогой посмотрела на меня и сказала:

- Христов... Алексей Иванович Христов. А что? Ты его знаешь?

Словно гром грянул среди ясного неба, так поразило меня это известие!

- Этого не может быть! - пробормотал я. - Он ведь погиб!

- С чего это он должен был погибнуть? - встрепенулась Ольга.

Я помолчал, не зная, как ей сказать покорректнее о том, что тогда произошло.

- Он был лучшим другом моего деда. Много лет они прожили, можно сказать, бок о бок, всегда вместе и в радости, и в горе. Наши деды были, как говорят в народе, друзьями не разлей вода. Они ушли в Город вместе, а вернулся только мой дед. Он сказал, что Алексей Иванович погиб. Это значит, что либо мой дед врал, либо твой дед бросил моего на Перевале!

- Неправда! - запротестовала гневно девушка. - Он остался жив и не мог так поступить со своим другом!

- Но почему же тогда он не вернулся? Дед все время вспоминал о нем! Непонятно... Честно говоря, и мне не верится, что он мог так поступить. Я его хорошо знал...

Мы немного помолчали. Ольга, конечно же, не могла знать, что тогда произошло. А я знал, что, случись предательство, мой дед не стал бы вспоминать о своем друге. Но кто может рассказать о случившемся? Только дед Ольги, но он далеко...

- Он часто рассказывал мне о Перевале, - продолжила девушка через некоторое время. - Не знаю почему, но меня все время тянуло туда. Дедушка почему-то упорно не хотел, чтобы я шла на Перевал. Мне казалось порою, что он боится его... А недавно ко мне пришла моя подруга Алиса. Она была любовницей Сикорского, и тот ей как-то проболтался, что на Перевале в Городе находится нечто, что может принести целое состояние не одному человеку.

- Интересно, откуда он это взял? - пробормотал я. - Насколько я помню, экспедиция, которую вел мой дед и Алексей Иванович, так и не вернулась оттуда.

- Не знаю точно, - ответила девушка, - но мне кажется, что об этом ему мог рассказать мой дедушка. Деньги-то на ту экспедицию дал Сикорский...

- Вот оно что! - присвистнул я. - А я все ломал голову, откуда в столь сложное время у нашего государства нашлись деньги на якобы научную экспедицию...

- Так вот, - продолжила она, словно не слыша меня, - дедушка после возвращения отчитался перед Сикорским, дал ему карту, которая находится сейчас у меня. И получил полагающиеся ему деньги... А потом, он еще продал ему одну драгоценную вещицу из Города. На эти деньги мы с ним и жили все это время.

Ольга замолчала.

- Так, значит, там все-таки есть сокровища? - сказал я сам себе. - Значит, легенда не врет...

- Так думали и Алиса с Алешей, - вздохнула девушка. - Они хотели стать богатыми и независимыми. Меня не интересовало богатство. Мне хотелось проникнуть туда просто так...

- А твой дед рассказывал, что там случилось? - поинтересовался я у нее.

- Дедушка никогда особо не распространялся об этом, - ответила она. - Но в тот вечер, когда я попросила его проводить нас в Город, он мне рассказал, что там находится...

Я навострил уши.

- И что?

- Я не могу этого сказать, - заупрямилась девушка.

- Почему? - удивился я.

- Потому что дала слово, - последовал ответ.

- Но Леха и Алиса... - попробовал возразить я, но Ольга не дала мне договорить.

- Они не знают всей правды. А если бы знали, то, возможно, не рвались бы так в этот Город. Я им не сказала, потому что не хотела идти одна.

- А как же твой дед? - поинтересовался я. - Он бы мог провести тебя туда.

- В том-то все и дело, что дедушка отказался, - сказала девушка. - Он сказал, что вообще больше не желает видеть Перевал и меня не пустит. Очень сильно кричал... А еще он сказал, что если я пойду туда, то никогда не вернусь в этот мир.

Положительно, эта девчонка все больше и больше нагоняла завесу тайны. Слишком уж много было загадок...

- Но ты все-таки пошла! - заметил я.

- Да, - согласилась она. - Алиса знала, что у Сикорского есть карта, на которой обозначены все тропы на Перевале. А Алеша, с которым она тогда уже крутила любовь, помог украсть ее. Он был начальником Службы Безопасности у Сикорского.

"Ага! Сикорскому должно быть вдвойне хреново оттого, что его кинули собственная любовница и тот, кто, по идее, должен был уберечь его от подобных эксцессов. Теперь понятно, почему он готов отвалить такие бабки за поимку этих голубков!" - подумалось мне, а вслух я спросил:

- А другие двое?

- Один из них помог вскрыть сейф - он был прекрасным медвежатником. А другой был нашим общим знакомым. Он-то и свел нас с Алексом-медвежатником, - объяснила Ольга.

- А что они собирались делать после того, как найдут эти сокровища? - поинтересовался я. - Неужели они думали, что после того, как они так кинули господина Сикорского, они смогут спокойно жить в стране, где он имеет такое огромное влияние и связи? Они должны были прекрасно понимать, чем это чревато, если, конечно, не последние идиоты...

- А они и не думали оставаться здесь, - ответила Ольга. - Они хотели уехать за границу.

Я кивнул. Это было логично.

- Слушай, а почему все-таки вы не обратились ко мне за помощью? - задал я вопрос, который уже давно не давал мне покоя. - Дело ведь явно было не в том, что у вас была карта Перевала? От деда ты должна была знать, что без проводника вам не перебраться через иллюзорные горы...

Девушка замялась, не спеша мне отвечать.

- Видите ли, Саша... В общем, у нас были сведения, что у вас репутация не очень-то... Мы опасались, что вы можете нас сдать.

- А почему же ты тогда вступилась за меня, когда Леха хотел меня прогнать? - Мне стало интересно, что она ответит.

- Когда я вас увидела, Саша, я поняла, что вы говорите искренне. К тому же дедушка не так уж и плохо о вас отзывался, говорил, что вы - неплохой человек, просто война сильно изменила вас, - ответила Ольга. - Он считал, что внутри вы - добрый. И, мне кажется, не ошибся... Это Леха нас всех сбил с панталыка. Он у нас отвечает за безопасность, и именно он уговорил всех нас не обращаться к вам за помощью, не рисковать. Ведь у нас есть карта...

Я кивнул, очень польщенный ее характеристикой моей персоны.

- Вполне возможно, что я и сдал бы вас, если бы не Леха... Он ведь спас мне жизнь на войне. Это и определило вашу судьбу...

- Я очень благодарна вам за помощь, - сказала Ольга. - Теперь я понимаю, что без вас нам бы никогда не удалось добраться до Перевала!

- И во мне, видимо, еще осталось кое-что от человека, - заметил я, горько усмехнувшись.

- Извините, Саша, я не хотела делать вам больно! - отвела она взгляд.

- Да нет, все верно, - сказал я. - Я ведь, действительно, почти утратил все хорошее, что было во мне. А ведь когда-то я был другим...

Некоторое время мы молчали, глядя на звезды. Призрак все также сидел рядом с нами, не двигаясь. Верный дремал у наших ног. Огромная, неземная Луна висела над самыми вершинами гор прямо перед нами...

- Расскажите мне о себе, Саша, - попросила вдруг Ольга.

Я удивленно посмотрел на нее и задумался. Мне вдруг захотелось выложить ей все, что наболело. Рассказать, почему я стал таким...

Родился я в столице. Мать моя была из местных, дочерью моего деда. А вот отец был из столичных. Сюда он приехал в составе экспедиции изучать Перевал. Ну, и... Дед обиделся на мать на всю жизнь. До самой смерти не простил он ей бегства в столицу. Пока была жива бабушка, она еще ездила сюда и меня привозила. Потом - ни разу... Почему она уехала отсюда?.. Женщины в нашем селении всегда стремились покинуть эти края. Не было здесь никаких перспектив. Края глухие, а последние пятнадцать лет еще и неспокойные. С той стороны очень часто делали набеги боевики, убивали или крали людей. Мужчины вооружились и, как могли, защищали свои дома.

- А пограничники, армия, милиция? - возмутилась Ольга.

Я усмехнулся.

- Они не могли, да и сейчас не могут контролировать Перевал. Ведь свои набеги боевики делали через него.

- А кто их водил? - поинтересовалась она. - Неужели?..

- Да, это были проводники с той стороны, - ответил я на ее вопрос. - Не удивляйся. Давно прошли те времена, когда все они работали бок о бок и были друзьями. Война всех превратила во врагов

Возьми хотя бы Ибрагима. В свое время работал проводником у ученых, как и мой дед. Потом заразился идеей сепаратизма, стал злым и неуравновешенным. А затем грянула первая война... Его старший сын служил офицером в нашей армии. За отказ перейти на их сторону сепаратисты расстреляли его. И Ибрагим обвинил не своих сподвижников, а наших, поклявшись отомстить...

После окончания первой войны он стал большим человеком в столице новой независимой республики. Но президент, по его мнению, не был тем человеком, который был нужен их народу. Ибрагим целью своей жизни сделал войну - войну с неверными до самого конца, до смерти. А президент выступал за мир и согласие. Так что им было явно не по пути. Глава республики это тоже понял, и полковник отправился в отставку в родные края. Но он и там не успокоился. Сколотил отряд из проводников и окрестных жителей, и стал периодически делать набеги на нашу сторону...

Грянула вторая война, унесшая жизнь среднего сына. Ненависть Ибрагима достигла своего апогея. Уже в мирное время он заманил и зверски расправился с одним из последних наших проводников. Остались только мы с дедом и Алексей Иванович. Но и на другой стороне выжили лишь Ибрагим и его младший сын Фазиль. Остальные проводники были либо убиты, либо их забрал Перевал. Да еще двое до сих пор сидят за решеткой. Один - здесь, другой - у них. Отряд сам собой распался, но Ибрагим все еще не успокоился. Он до сих пор с нами воюет. Вот почему мы стараемся не уходить далеко от Перевала.

- У него еще есть сын? - поинтересовалась Ольга.

- Да, младший, - подтвердил я. - Фазиль.

- Он такой же, как его отец?

- Нет, Фазиль - классный малый! - отрицательно замотал я головой в ответ на ее вопрос. - Он моложе меня на шесть лет, в нем нет чувства мстительности, злости... Мы с ним друзья. Он всегда останавливается у меня, когда бывает на нашей стороне. К сожалению, из-за его отца я не могу поступать так же, когда нахожусь у них. А жаль...

Но я несколько отвлекся... Итак, моя мать уехала в столицу, где я и родился вполне благополучно через год. Окончил довольно-таки успешно школу и решил поступать в университет. К тому времени мой отец вырос с аспиранта до профессора с мировым именем. Да вы наверняка слышали о нем, фамилия-то известная... Как и прежде, он занимался аномальными случаями. Я мог бы пойти по его стопам, но выбрал математику... Мне повезло - я поступил. Хотя это было сложно сделать. В нашем университете в основном учились "крутые" ребята. Может, я и не прижился бы, но тут, видимо, сыграла роль известность моего отца. Меня приняли за своего, хотя я очень сильно отличался от них...

Я с головой окунулся в учебу и проучился почти год. Возможно, в конце концов, я и достиг бы кое-каких успехов на ниве математики, но тут меня постигло несчастье - я влюбился!.. Да-да, не смейтесь! Это у меня было в первый раз и очень-очень серьезно!.. Она была одной из самых красивых девушек университета и училась на экономическом факультете. Многие преподаватели и студенты волочились за ней. Был даже один крупный политик... А выбрала она меня! Даже не знаю, что она во мне нашла. Я был скромным и застенчивым мальчуганом. Я-то думал, что это действительно была любовь! Дурак! Я тратил все свои карманные деньги, ради нее пускался во все тяжкие, фактически забросил учебу. Родителям очень не нравились мои похождения, особенно по ночным клубам и дискотекам, и, в конце концов, мы очень крупно поругались... Какой же удар был для меня, когда я узнал, что был для моей возлюбленной не более чем новым развлечением! Игрушкой! А когда игрушки надоедают, их обычно выбрасывают. Вот так-то!.. Да и не пошла бы она за меня, хотя я был уже готов предложить ей руку и сердце. Я не мог хорошо заплатить за ее любовь. Большинство средств, которые я на нее тратил, брались мною у родителей. После ссоры с ними этот источник иссяк... А она вышла замуж за того самого политика. Он-то мог исполнить любую ее прихоть, хоть и был старым козлом. Правда, как я слышал, с ним она уже развелась, обеспечив себя состоянием на всю жизнь...

Нет, я не наделал глупостей, хотя моя душа, мое самолюбие понесли тяжелый урон. Не скрою, первое время меня посещали мысли о самоубийстве. Но мне удалось перебороть себя. Я ушел из университета и отправился в армию, хотя мои родители уговаривали меня не делать этого. А мне хотелось убежать подальше от этого города, скрыться куда-нибудь. Жизнь для меня не значила ничего, а тут как раз и началась вторая война. Вот я и решил попытать удачи...

Был на войне, получил ранение, демобилизовался. Пробовал, конечно, найти себе подругу, но тщетно. Мне хронически не везло. А, может, и я был отчасти в этом виновен. Я и до войны, по словам друзей, был "со сдвигом", а после войны "крыша" у меня совсем съехала. Чуть что - лез в драку, отстаивал свою правоту кулаками, особенно по пьянке. А не пить после того, что я пережил на той войне, я уже не мог. В голову начинали лезть глупые мысли, по ночам мучили кошмары... В конце концов, со мной перестали общаться даже мои близкие друзья, и я оказался в духовной изоляции. Поняв, что в городе мне не ужиться с людьми, я решил уединиться в этих горах...

Все это я и рассказал девушке, которую, можно сказать, едва знал. И сам даже не понимал - зачем и почему. Может, устал так долго держать это в себе?..

- Я вас хорошо понимаю, Саша, - сказала Ольга, выслушав мой рассказ. - Но мне кажется, вы не правы. Вы ведь не один такой, чью душу покалечила эта война. Возьмите хотя бы Алешу... Думаете, ему легче? Надо было бороться, а не бежать от проблем!

- Бороться! - усмехнулся я. - Знаешь, до войны я верил в то, что есть на свете большая и светлая любовь, справедливость, что деньги - это не главное, что главное в человеке - это его душа, а не размер кошелька. Я ушел на войну, потому что эта вера поколебалась. А на войне... На войне меня научили убивать и ненавидеть, терпеть боль и причинять боль другим. Война изменила мой взгляд на многие жизненные ценности. К сожалению, не на все... - Я помолчал немного, потом продолжил: - Вот ты говоришь - бороться. Говорят, что победителей не судят. А побежденных?.. Мы проиграли две войны подряд, и в этом подспудно стали обвинять тех, кто проливал кровь за чужие интересы! То есть нас... И никому ведь не докажешь, что большинство из нас не по собственной воле попали туда, что их туда послали! Обидно!.. Я пробовал с этим бороться и чего добился? Ничего!.. Только еще больше озлобился и окончательно потерял веру в идеалы. В конце концов я понял, что устроить свою жизнь там не смогу. И уехал сюда, на Перевал. Да, здесь я не стал лучше, скорее наоборот... Но, по крайней мере, это - мой мир, в котором я сам устанавливаю правила. Захочу - поведу на Перевал, не захочу - не поведу, и никто меня не сможет заставить... Здесь я - не быдло, а человек. Понимаешь? ЧЕЛОВЕК! Пусть и не очень хороший...

Ольга пристально посмотрела на меня, и мне даже показалось, что с какой-то жалостью.

- То, что вы рассказали, Саша, страшно! Но мне кажется, кое-что хорошее в вас все же осталось, если вы осознаете это.

- Может быть, - ответил неуверенно я. - Знаешь, мне ведь, в принципе, и не нужны деньги. Просто где-то в глубине души я все еще надеюсь, что у меня будет семья - жена, дети...

- А нужны ли будут им такие деньги? - спросила девушка прямо. - Если они узнают, как и откуда они появились?..

- Среди них есть и честно заработанные, - возразил я.

- Так и работайте по-честному! Может, денег будет и не так много, но зато вы сможете открыто смотреть в глаза жене и детям, не опасаясь, что они узнают, как вы зарабатываете своей семье средства на жизнь...

Я задумчиво посмотрел на нее. Эта девушка все больше и больше росла в моих глазах, как человек. В тот момент я был благодарен ей за ее участие. Давно уже я ни с кем не разговаривал по душам, не изливал свою душу. Потому что знал, что не поймут. А вот она поняла. И мне стало как-то легко на душе. Подумалось - а, может, я и в самом деле небезнадежен? Может, еще не поздно вернуть потерянное?..

- А у тебя есть парень? - поинтересовался я.

Этот вопрос застал девушку врасплох. Она отвела глаза в сторону и еле слышно ответила:

- Есть.

Я кивнул, стараясь казаться равнодушным, хотя внутри, в области сердца, что-то кольнуло. "Дурак! - мысленно обругал я себя. - Нашел о чем спрашивать! Неужели ты думал, что девушка в ее возрасте может быть одна?"

- У нас с ним все хорошо, - поспешно добавила девушка. - Хочется, чтобы все так и осталось.

Хотелось спросить, какого черта она тогда бросила своего дружка и помчалась сюда? Я тут перед ней распинался, а она так поспешно отбрила меня, будто я ей навязывался. Но я ничего ей не сказал. Не в моих правилах было вмешиваться в личную жизнь других...

- Иди спать, - посоветовал я ей. - Завтра у нас будет трудный переход, да и сегодня мы вымотались порядочно. Нам потребуется много сил...

- Можно, я еще посижу здесь? - попросила девушка. - Здесь так хорошо!..

- Ну, посиди, - разрешил я. - И мне будет не так скучно, как одному...

Я поднялся на ноги, разминая затекшие мышцы. В это время из палатки послышался стон. Это был Леха. Его стон вдруг перешел в крик:

- Давай, Серега, мочи гадов! Гога, хватай Лысого, обойдите их сзади! Врежьте этим засранцам!

"Ну все! - подумал я. - Лехе приснилась война, теперь не скоро успокоится". Мне и самому частенько снились бои, и я прекрасно понимал его. Но, однако, на Перевале лучше было не шуметь, и я уже собирался разбудить его, но не успел.

Старец, во время нашего разговора неподвижно сидевший рядом с нами, видимо заинтересовался тем, что происходило в палатке, и быстро проскользнул внутрь. Я представил себе, что будет, если кто-нибудь из них проснется и увидит около себя призрачную фигуру!..

Сразу вслед за тем, как старец проник в палатку, оттуда послышался пронзительный женский крик, способный испугать кого угодно, не только призрака. В следующее мгновение из палатки пулей вылетели Леха и Алиса. В руке у бывшего спецназовца был зажат автомат. Он развернулся, вскидывая оружие, и выпалил по палатке весь магазин прежде, чем я успел навалиться на него.

- Ты что делаешь? - прошипел я Лехе в ухо, прижимая его к земле и выкручивая из руки автомат. - Погубить нас всех хочешь?

- Там! В палатке!.. - прохрипел бывший спецназовец, вырываясь из-под меня.

- Там никого нет, Леха! - Я схватил его за ногу и уронил на землю. Автомат вылетел из его руки, и он попытался дотянуться до него, но я не дал ему этого сделать, рывком подтянув его к себе поближе. В ответ Леха лягнул меня свободной ногой, но я успел снова лечь на него, не давая вырваться.

- Но я сам видел! - не унимался он, впрочем, уже не делая попыток освободиться.

- То, что ты видел, всего лишь призрак! - объяснил я. - Он не причинил бы вам вреда. Зато теперь мы заработали кучу неприятностей. И все из-за того, что кое-кто сначала стреляет, а потом думает!

- Я проснулась, а он... он наклонился над Лешкой, весь... весь такой прозрачный! - всхлипывала Алиса, стоявшая рядом - Я думала он... он хочет убить его, и я... я закричала. А он... он вдруг превратился... превратился в такое чудовище!..

И заревела навзрыд.

Я отпустил Леху и поднялся на ноги.

- Ничего бы он вам не сделал. Это всего лишь безобидный призрак, он сам испугался твоего крика, вот и принял вид неведомого чудища. А теперь успокойся. Все уже позади...

Но я ошибался...

- Смотрите, что это? - вдруг воскликнула Ольга.

Я резко развернулся. Девушка медленно пятилась задом, не отрывая взгляда от пелены тумана. Его клубы медленно ползли вверх по склону, сантиметр за сантиметром пожирая поверхность скалы, на которой мы расположились на ночлег.

- Ну вот, дождались, твою мать! Все назад! - скомандовал я, и мои спутники поспешно ретировались подальше от пелены ожившего тумана.

А туман все полз и полз на нас. Все были напуганы, памятуя о недавней стрельбе на Дороге. Даже Верный, забыв о своем новом даре речи, тихо заскулил и прижался к моей ноге, словно искал у меня защиты. Я же чувствовал себя ненамного лучше остальных...

- Что ты чувствуешь, Верный? - поинтересовался я у пса.

- Опасность! - ответил тот. - К нам что-то приближается!

Послышался щелчок затвора автомата. Это Леха быстро сменил магазин и приготовился встретить врага лицом к лицу. Наивный, он полагал, что пулями можно остановить обитателя Перевала! Уж я-то хорошо знал, что будет с нами, если придется столкнуться с одним из кошмарных созданий, населявших эти горы...

Вдруг из пелены тумана вынырнул человек с окровавленным лицом, одетый в рваные лохмотья, бывшие некогда солдатской курткой и штанами. Он протянул к нам скрюченные руки и прохрипел:

- Помогите! Ради бога, помогите мне! Они...

Договорить он не успел. Из тумана вылетел упругий черный, похожий на веревку жгут и обвился вокруг его горла. Человек отчаянно рванулся в нашу сторону, и его голова вдруг отделилась от туловища. Позади меня отчаянно завизжали Ольга с Алисой. Из горла фонтаном брызнула кровь, словно у курицы, которой оттяпали топором голову. Некоторое время тело еще стояло на ногах, потом из тумана вылетели еще несколько жгутов и, обмотав его плотным клубком, утащили обратно в клубящуюся пелену.

Рядом зарокотал автомат Лехи, и практически сразу же один из жгутов обхватил вороненый ствол и вырвал оружие из рук бывшего спецназовца.

- Назад! - закричал я, но тут еще один жгут обмотался вокруг моей лодыжки.

Я почувствовал резкую боль в ноге, словно от ожога, потом сильный рывок, сваливший меня на землю. Ко мне на помощь бросился Верный, вцепившись в захвативший меня жгут, но тут же сам был опутан другими жгутами и уволочен в туман.

Меня потащило прочь от моих спутников, но я не стал рваться назад, памятуя об участи предыдущей жертвы. А уже через мгновение я оказался в пелене тумана и увидел, что убило беднягу, искавшего у нас спасения...

Существо, которому принадлежал жгут, чем-то было похоже на гигантскую мокрицу. Конец тела, состоящего из множества сегментов, терялся в пелене тумана, поэтому определить его длину не представлялось возможным. В передней части располагался огромный рот, вокруг которого змеились многочисленные отростки в виде жгутов, один из которых сейчас и тащил меня к распахнутой пасти. Глаз я у него не заметил, да и зачем нужны глаза в таком густом тумане, где обитали эти зловещие существа...

Действовать надо было незамедлительно, если я не хотел попасть на обед к этой мокрице-переростку. Я выхватил из-за пояса меч Микки и отсек жгут, стягивающий мою ногу. Из обрубка хлынула черная зловонная жидкость, но я уже освобождал от смертельных объятий "щупалец" своего полузадушенного пса, который через мгновение мог уже оказаться в пасти чудовища. Я рассек жгуты, и Верный брякнулся на землю.

Освободив пса, я сразу же обернулся к чудищу. И вовремя... Ко мне уже метнулись несколько "щупалец" с явным намерением схватить меня. Не знаю, что вдруг на меня нашло в тот момент. Наверное, сказался инстинкт загнанного в угол зверя. Если бы я тогда бросился назад, жгуты обвили бы меня и утащили в пасть чудовища. Вместо этого я метнулся к монстру, счастливо миновав летящие по воздуху щупальца, чего он, видимо, не ожидал, привыкнув к тому, что его жертва обычно убегает, а не кидается к нему навстречу.

Огромная пасть распахнулась, открыв моему взгляду мясистую внутренность с потеками слизи, вытекавшей оттуда на землю, но я сразу же вогнал туда руку по самое плечо и вонзил меч в его небо. Рискованно, конечно, это чудище вполне могло меня проглотить одним махом, но в тот момент у меня никаких других вариантов в голове не было.

Я едва успел отдернуть руку, оставив меч торчать внутри. Последовала яркая вспышка, чудовище мгновенно захлопнуло рот и забилось в агонии. Я едва успел отскочить в сторону, иначе оно меня точно раздавило бы...

Вдруг послышалось хлопанье крыльев, и на площадку неподалеку от меня опустились Стражи Перевала на своих драконах. Их было не меньше десятка. Они соскочили со своих драконов и мгновенно растворились в тумане...

Рядом со мной остался один из Стражей. Он посмотрел на конвульсивно дергавшуюся "мокрицу" и перевел взгляд на меня. Мне было хорошо известно, что случалось с теми, кто встречался с черными воинами, и ничего хорошего от этой встречи не ждал. Тем более что я нарушил Закон Перевала, убив одного из его обитателей, пусть и защищая свою жизнь. А убийство всегда наказывалось Стражами Перевала смертью провинившегося человека.

Воспользовавшись чудесным свойством меча, я вызвал его в свою руку и выставил перед собой, решив бороться до конца. Шансов остаться живым у меня практически не было, но все же я упрямо оставался на месте.

Несмотря на мои опасения, воин не делал никаких враждебных движений. Его холодные глаза, которые я видел сквозь прорезь в шлеме, скрывающем голову, вдруг потеплели, и на мгновение мне показалось, что я знаю, кому принадлежит этот взгляд. Вот только вспомнить никак не мог...

Страж поднял руку в черной перчатке и положил на мое плечо. Я почувствовал ее тяжесть, но не спешил наносить удар. И вдруг я услышал голос, который тоже показался мне знакомым, но не сразу въехал, что это говорит Страж Перевала. Удивление вытеснило страх и агрессивность - впервые черный воин заговорил с человеком!

- Неплохо, мой мальчик, совсем неплохо! - сказал он по-русски совсем без акцента, чем очень удивил меня. - Ты хорошо справляешься со своей задачей... Надо же, умудрился убить таркса, а ведь это не так-то просто сделать даже нам! Молодец!.. Да расслабься ты! Мы не причиним вреда ни тебе, ни твоим спутникам. Наоборот, мы явились, чтобы помочь вам.

А я словно оцепенел. Язык присох к гортани и не двигался. Я впервые увидел Стража Перевала так близко и во все глаза рассматривал его. То, что мы все принимали за доспехи, на самом деле таковыми не являлось. Это была какая-то эластичная одежда, не стесняющая движений, по которой пробегали сполохи голубого пламени. Глядя на нее, можно было усомниться в ее способности защитить владельца, и, тем не менее, я знал, что пули не пробивают ее.

На вид ничто не говорило, что они чем-то отличаются от людей. Впрочем, черная одежда хорошо скрывала тело, и нельзя было сказать абсолютно точно, что находилось под ней. Тем не менее, воин был пропорционально сложен. Две руки, две ноги, голова... Тяжелый меч висел в ножнах на поясе, за спиной - оружие, напоминающее арбалет. И он вовсе не казался мне призрачным, как мы привыкли считать. Наоборот, рука в перчатке, лежащая на моем плече, была очень даже реальна.

- А теперь ступай к своим друзьям, - продолжал тем временем воин. - Тарксы никогда не охотятся в одиночку, но мы разберемся с ними! Вы только держитесь подальше от этого тумана. Находиться здесь очень опасно...

Он мог бы и не говорить мне об этом. Я уже на собственной шкуре убедился, каких ужасных тварей может скрывать в себе этот туман...

Воин убрал руку с моего плеча.

- Прощай, мой мальчик! - услышал я. - Мне пора приниматься за работу. Выбирайся отсюда, да поскорее. Один раз тебе повезло, но везение не вечно. Следующая встреча с тарксом может закончиться твоей смертью...

По его одежде пробежали голубые сполохи, он вытащил арбалет и исчез в тумане. А я, подхватив на руки Верного, еще не до конца оправившегося от смертельных объятий "щупалец", бросился к своим спутникам, понимая, что лучше не медлить, если я не хочу встретиться с очередной кошмарной тварью...

Меня встретили распростертыми объятиями. Они уже и не надеялись увидеть меня живым. Я положил Верного на землю и обернулся.

За пеленой тумана творилось нечто невообразимое. Мы как завороженные наблюдали за яркими вспышками, сверкавшими в тумане. Видимо, там разыгралось нешуточное сражение, и было непонятно, кто одерживает верх - Стражи Перевала или "мокрицы".

Наконец, сверкание прекратилось, а через мгновение из тумана выпорхнули черные воины на своих драконах. На трех из них лежали тела поверженных в бою Стражей. Огромные крылатые рептилии сделали круг над нами и умчались в сторону Замка.

Я посмотрел на своих спутников. Все они были бледными от пережитого волнения, но, в общем и целом, держались молодцами.

- Саня, прости, это все из-за меня! - повинился Леха.

- Да брось ты! - отмахнулся я. - Что было, то прошло. В конце концов, я тоже виноват в том, что случилось. Надо было предупредить вас о возможности встречи с призраком Перевала, рассказать, что он собой представляет, тогда бы вас его появление не испугало. Слава богу, все обошлось, так что не будем вспоминать о том, что произошло...

- Кто это был? - поинтересовалась Ольга.

Я вкратце рассказал о своей схватке с "мокрицей". Было хорошо заметно, какое тягостное впечатление произвел на моих спутников этот рассказ. Только сейчас они поняли, какой страшной участи им удалось избежать. А в глазах девушек наряду со страхом читалось еще и восхищение моими героическими действиями. И, черт возьми, не скажу, что мне было при этом все равно, что они думают обо мне! Не сочтите меня зазнайкой, но мне было чертовски приятно, что девушки видят во мне настоящего мужчину. Да, женщины любят или богатых, или же настоящих мужиков, сильных духом и телом, способных постоять не только за себя, но и за свою подругу. До войны я так и не смог доказать этого своей девушке, и теперь каждый раз чувствовал глубокое удовлетворение, когда другие признавали мое превосходство. Таким образом я как бы реализовывал то, что не удалось мне сделать в студенческую бытность, будто мстя своей подруге за боль и обиду, причиненные ею моей душе...

Когда я закончил свой рассказ, то почувствовал, как же все-таки меня вымотали события этой ночи. И нога чертовски сильно болела.

- Ложитесь-ка вы все спать, - предложил я своим спутникам. - Завтра нам предстоит много пройти, а до утра осталось не так уж и много времени.

- Да разве после такого уснешь! - сказала Ольга. - Всю ночь кошмары будут сниться!

- А вы все-таки попытайтесь, - настоятельно порекомендовал я. - Иначе завтра будете, как вареные раки. А я подежурю до утра. Мне не привыкать.

- Ты иди сам ложись, - предложил мне Леха. - Я подежурю вместо тебя.

Я так утомился, что не стал возражать, хотя мне и не очень-то хотелось оставлять его одного. Предупредив Леху, чтобы он будил меня, если увидит что-нибудь странное, я стал укладываться. Но перед этим осмотрел свою ногу. В том месте, где ее коснулось "щупальце", кожа покраснела и воспалилась. Я смазал рану мазью и крепко забинтовал, надеясь, что ничего страшного дальше не случится. Хотя, как показали дальнейшие события, дело для меня могло кончиться очень плохо. Но мне повезло, и через пару дней от раны не осталось и следа...

Вместо подушки я подложил под голову свернутое одеяло и скоро погрузился в крепкий сон, ощущая под боком тепло четвероногого друга, который, благодаря, наверное, волшебству, ожил и обрел удивительную способность. Впрочем, многочисленные шрамы, прощупывающиеся на голове и горле, наводили совсем на другие мысли...

Эти соображения были очень интересными, но я уже не мог сосредоточиться, уплывая в сон, который все перемешал в голове.


9.

На Перевале мне всегда снились странные сны. В ту ночь мне приснился тот мир, частицей которого и был Перевал. Мне виделись города во всем великолепии, замки с развевающимися на шпилях зубчатых башен знаменами. Мне снились люди в странных одеяниях - горожане, крестьяне, воины. Ну и, конечно, прекрасные дамы, ради которых совершались подвиги и гремели войны. Немалую роль в моих снах играла Ольга. Только ее черты были жестче, и одета она была так же, как и все женщины этого мира. Все отличие состояло в том, что на голове была повязка, а поверх нее - прекрасная диадема с красивым голубым камнем... Снились мне и странные, иногда зловещие, животные, некоторых из которых я видел здесь, на Перевале, а других не видел никогда. Прекрасные леса, луга, реки, озера и горы, которые уже не встретишь на Земле... Все это напоминало мне сказки, которые рассказывала мне бабушка, когда я был маленьким...

Меня разбудил хриплый голос над ухом:

- Хозяин, пора вставать. Уже светает, и туман ушел...

Я открыл глаза и увидел перед своим лицом собачью морду. С большим трудом мне удалось вернуться из мира грез в мир реальности, в который совсем не хотелось возвращаться. Но я был разбужен. Разбужен говорящим псом, что само по себе уже было похоже на сказку...

Верный посмотрел на меня своими умными глазищами и сказал:

- Хозяин, ты как-то странно выглядишь!

- Почему? - поинтересовался я, садясь.

- По твоим глазам я вижу, что ты далеко отсюда, - ответил пес.

Я улыбнулся.

- Я видел очень интересный сон, Верный.

- Про Перевал? - поинтересовался пес.

- Да, а как ты догадался? - удивился я.

- Мне самому здесь всегда снятся сны про Перевал, - сообщил он.

Мое удивление еще больше возросло. Я сел.

- А собакам тоже снятся сны?

- Конечно. Что мы, не люди?

Мы с ним долго смеялись над его шуткой. Потом он вдруг резко оборвал смех и сообщил, сразу став серьезней:

- Хозяин, с твоим другом не все в порядке.

- Что с ним? - встревожился я.

- Я не силен в медицине, но чувствую, что ему сейчас очень хреново, - сказал пес. - Посмотри сам.

Я встал и подошел к Лехе. Парень дремал, положив автомат на колени, и вид у него был больной и изможденный.

Я дотронулся до его плеча и легонько потряс:

- Леха!

- М-м-м! - простонал он, сразу проснувшись.

- Что с тобой? - поинтересовался я, заглядывая ему в лицо.

Леха закусил до крови губу, его лицо побледнело, а на лбу проступили капельки пота, и мне это совсем не понравилось.

- Рука! - простонал он, обхватив ее здоровой рукой.

Этого еще не хватало!

- Что, плохо? - поинтересовался я, нахмурившись.

- Хреново! - сознался Леха.

Я покачал головой и предложил:

- Давай посмотрим твою рану.

- Только не буди девочек, - попросил Леха. - Я не хочу, чтобы они видели это...

Я осторожно снял повязку. Рука в этом месте сильно распухла и приобрела лиловый оттенок. Это было очень плохо...

- И давно это у тебя? - поинтересовался я.

- Легкое покраснение было еще вчера, но хуже стало только этой ночью, - ответил он. - Вколол себе антибиотик, надеялся, что пройдет.

- Что ж ты сразу не сказал! - вздохнул я.

- А ты бы смог мне помочь?

Вопрос был резонным. Помочь я ему ничем не мог. Это воспаление не было обычным. Это я понял сразу же, едва взглянув на рану. Потому и промолчал, ничего не ответив ему.

- Кажется, я приплыл, Саня, - тихо сказал Леха.

- Не болтай глупости! - немного резковато оборвал я его. - Ничего страшного!

Он покачал головой.

- Не ври мне! Я и сам знаю, что это конец! Эта гадость пошла внутрь... И это не обычное заражение или воспаление. Я что-то подцепил в пещерах. Чувствую, мне недолго осталось жить...

Я по-настоящему испугался, хотя смерть мне приходилось частенько видеть. Испугался, потому что в его словах почувствовал правду.

- Ты что, Леха? Сейчас что-нибудь сделаем! - засуетился я.

- К черту все, Саня! - отмахнулся он от меня. - Не гоношись - это бесполезно! Лучше вколи мне побольше обезболивающего. Так хочется дойти!..

Я напоил его таблетками, вкатил уколы обезболивающего и, на всякий случай, антибиотик, хоть и не верил, что это ему поможет. Подумав немного, достал из рюкзака пачку банкнот и протянул ему.

- Возьми, - и пояснил, увидев недоуменный взгляд:- Это деньги Сикорского, которые он дал мне за ваши головы. Бери, бери! - стал настаивать я, заметив его колебания. - На той стороне за эти бабки тебе сделают все, что возможно и невозможно.

- А ты? - спросил Леха. - Разве ты не пойдешь с нами?

Я сокрушенно развел руками.

- Мне туда соваться нельзя. Ибрагим с меня шкуру живьем снимет, если попадусь ему на их территории. Не забывай, я воевал против них.

- Я тоже, - напомнил мне Леха.

- Тебя там никто не знает, а меня - каждая собака! - ответил я. - Хотя и для вас, конечно, небезопасно находиться в этой стране. Уж очень там не любят русских... Но ничего. Зайдете в любую хату и попросите гостеприимства, - никто вас не тронет и не даст в обиду. Таков закон гор. Разыграйте из себя диссидентов, там таких любят. А уж за деньги сделают для вас все, что только можно. По крайней мере, довезут до города, а там уж сориентируетесь... Только в первые дома после Перевала не заходите, это - вотчина Ибрагима. Там вас сразу прикончат... И в чистом поле не попадайтесь - убьют или уведут в неволю. Не забудешь?

Леха покачал головой.

- Я-то не забуду. Дойду ли?

- Как ты сейчас себя чувствуешь? - поинтересовался я.

- Отошло немного, - ответил он.

- Тогда дойдешь! - уверенно заявил я. - Должен дойти! Сам понимаешь, без тебя по ту сторону Перевала с девчатами никто разговаривать и не станет. Страна-то мусульманская, у них к женщинам отношение особое. Дела там ведутся только с мужчинами...

- Все это я и без тебя прекрасно знаю! Я ж в этой стране столько лет воевал! - сказал Леха. - Конечно, я постараюсь дотянуть до того момента, когда они будут в безопасности. Но сам видишь, в каком я состоянии...

- Ничего, дотянешь! - сказал я и пошел будить Ольгу с Алисой.

Я разбудил девушек и пошел умываться, зачерпнув котелком воды из речки. Скоро ко мне присоединились Ольга и Алиса. Они быстренько умылись и привели себя в порядок. Алиса расчесала волосы и принялась краситься... Вообще, мне нравится наблюдать, как женщина наносит макияж. Для меня это какое-то таинство. Моя университетская подруга делала это профессионально. Каждые полчаса она доставала свою косметичку и принималась подправлять свой внешний вид. Тогда я не знал, что женщина никогда не станет этого делать при том, кто ей небезразличен... Ольга просто распустила волосы, расчесала и потом снова заплела в косу. Затем мы все уселись у рюкзаков, я подал всем по куску холодного вареного мяса, оставшегося от ужина. Ольга, конечно же, отказалась, но я не стал настаивать...

Мы ели в полном молчании. Леха был задумчив, мне разговаривать не хотелось. А девушки, заметив, что нам не до разговоров, не приставали. Верный тоже молчал, поглощая мясо, которое я отрезал ему от бараньей туши. И смачно разгрызал кости, которые ему то и дело бросал кто-нибудь из нас. Короче говоря, был очень занят...

- Леша, что-нибудь случилось? - поинтересовалась Алиса, закончив есть. - У тебя неважный вид.

Леха вздрогнул, но быстро взял себя в руки и улыбнулся, хотя улыбка и получилась натянутой.

- Все в порядке, - успокоил он ее. - Я просто задумался...

Закончив есть, мы принялись собираться. Складывая палатку, я пытался решить для себя одну задачку - делать подношение Хозяевам Перевала или нет. С одной стороны, вроде бы необходимость в этом после ночного происшествия отпадала. Ведь Стражи нас не тронули!.. С другой стороны, теперь следовало бы отблагодарить их за помощь. Не хотелось выглядеть свиньей в глазах обитателей Перевала...

- Оставайтесь здесь, а я сделаю подношение, - решившись, сообщил я своим спутникам.

Взяв куски, которые приготовил еще вечером, я поднялся на скалу, на которой накануне я убил барана. Выбрав камень и быстренько разложив на нем мясо, я достал заранее припасенный белый флажок и воткнул его туда. Чтобы с воздуха было заметнее...

- Саша! - услышал я за спиной голос Ольги.

Я обернулся. Девушка стояла передо мной, сильный, но теплый ветер бил ей в лицо, заставляя отворачивать голову в сторону.

- Саша, вы обещали показать Город, - напомнила мне она.

- Да, конечно, - ответил я и принялся снимать с арбалета оптический прицел...

Прежде всего я сам посмотрел на Город. Он обнаружился на прежнем месте - справа от Дороги в пятидесяти градусах, если смотреть по направлению нашего движения. Среди гор просматривались зубчатые башни, шпили с развевающимися на них флагами, дворцы и изящные домики, утопающие в зелени садов. Город был большим, очень красивым и манил к себе. Хотелось бросить все и пойти к нему...

Я передал прицел девушке, указав направление.

- Как красиво! - восхитилась она. - И как близко! Кажется, рукой можно достать!..

Некоторое время Ольга рассматривала Город, потом вдруг предложила:

- Слушайте, Саша, может, мы все-таки дойдем туда? Посмотрите, до него ведь не так уж и далеко!

Я ждал этого и отреагировал совершенно спокойно:

- Многие пытались дойти до Города, и где они сейчас? Посмотри вдоль Дороги. Видишь, от нее отходит ответвление?.. Это дорога к Городу. Вдоль нее лежит очень много человеческих костей. Стражи Перевала никого не пускают туда. И, тем не менее, деду как-то удалось пройти. Ума не приложу, как они сумели!.. Я нашел его на той самой развилке...

Ольга перевела взгляд на развилку и вдруг сказала:

- Ой, а там кто-то тоже расположился на ночевку!

- Где? - сразу насторожился я.

- У развилки, - ответила девушка. - Я вижу палатки и какие-то тюки...

- Дай сюда! - отнял я у нее прицел...

Если у развилки кто-то и остановился на ночлег, то эту ночь им не суждено было пережить. Об этом яснее ясного говорили хаос и беспорядок, царившие в лагере. Из десятка палаток только две стояли целыми. Остальные валялись на земле, изодранные в клочья. Повсюду были разбросаны порванные тюки, разбитые ящики. И ни одной живой души! Я долго всматривался в окрестности, но так никого и не обнаружил...

- Караван Китайца, - сказал я. - Это его люди стреляли прошлой ночью.

- Они живы? - встревожилась Ольга.

Я тоже почувствовал тревогу при виде разгромленного лагеря, но моя тревога носила несколько иной характер, нежели чем у Ольги. Она беспокоилась о судьбе людей, вступивших в схватку с монстрами, которых скрывал этот зловещий туман. Я же, наоборот, надеялся, что никого из живых не осталось после этой страшной ночи. Люди Китайца не отличались благородством, и мне не хотелось с ними встречаться. Со мной были две девушки, а эти бандиты совсем не подходили на роль галантных кавалеров...

- Надеюсь, что нет, - ответил я, не отрываясь от прицела.

- Как вы можете так говорить! - возмутилась Ольга. - Это же люди, понимаете? ЛЮДИ!

- Физически - да, а вот морально... Многие из них ведут себя хуже зверей! - отпарировал я. - Не думаю, что тебе доставило бы удовольствие общение с этими головорезами. Мне-то уж точно не стоит с ними сейчас встречаться.

- Почему? - поинтересовалась девушка.

- Потому что наша прошлая встреча была не очень приятной, - ответил я. - У нас возникли некоторые разногласия с Китайцем, и эти разногласия настолько существенные, что, боюсь, их не удастся урегулировать мирным путем.

Я еще некоторое время шарил взглядом по скалам и придорожным камням, но, сколько ни всматривался, так и не смог обнаружить никакого движения. Видимо, и в самом деле, все бандиты погибли.

- Пойдем, - сказал я Ольге. - Нам пора двигать дальше.

Мы спустились со скалы. Леха с Алисой ждали нас уже с рюкзаками за спиной. Я закинул свое снаряжение за спину, и мы двинулись вниз, к Дороге.

На камнях и земле лежала обильная роса, оставшаяся после тумана. В некоторых местах мы заметили широкие полосы слизи, оставленные, видимо, тварями, с одной из которых мне довелось столкнуться ночью. Она и сейчас лежала чуть ниже места нашей стоянки. От нее остался один только панцирь, все остальное было выедено (я так думаю) какими-то другими созданиями, которых скрывал в себе туман. Но и этого зрелища было вполне достаточно моим спутникам, чтобы лишний раз убедиться в том, какой опасности они подвергались минувшей ночью...

Мы прошли мимо многочисленных остовов "мокриц" (их было не менее полутора десятка) и приблизились к лагерю Китайца. Прошедшей ночью твари хорошо порезвились там, это было заметно с первого взгляда. Палатки были изорваны в клочья, деревянные ящики разломаны в щепки, на залитой кровью земле валялось разнообразное оружие, стреляные гильзы и разбросанные там и сям окровавленные части одежды. Из порванных тюков на землю высыпалось их содержимое - ослепительно белый порошок, радость и одновременно погибель наркоманов. Здесь его было достаточно для того, чтобы исковеркать жизнь не одной сотне людей... И все это было густо покрыто слизью. От людей и ишаков, на которых Китаец обычно перевозил ящики с оружием и наркотики, не осталось и следа.

Мои спутники во все глаза смотрели на эту страшную картину. Девушки - с ужасом и отвращением, Леха - спокойно, без особого интереса. И только при виде оружия его глаза загорелись, он наклонился, подобрал с земли автомат, аккуратно обтер его от слизи и повесил на плечо. Потом таким же образом набрал запасные магазины и рассовал их по карманам "разгрузки", избавившись предварительно от боеприпасов от старого автомата.

- Неужели никто не выжил? - с отчаянием в голосе поинтересовалась Ольга.

- Как видишь, - ответил я и добавил: - У них не было шансов.

- Боюсь, ты ошибаешься, Хозяин, - сообщил Верный, все это время принюхивавшийся к окружающей обстановке. - Несколько человек все же умудрились выжить.

- Где они? - поинтересовался я, стараясь не показать невидимым наблюдателям, что их присутствие обнаружено.

- Прячутся в камнях справа от нас, - ответил пес.

- Сколько их?

- Шестеро. И они вооружены.

- Спасибо, дружок! - поблагодарил я своего пса и поинтересовался: - Что будем делать?

- Не знаю, Хозяин, но, думаю, бежать не имеет смысла, - ответил тот и добавил: - От пули не убежишь...

- А что случилось? - поинтересовался встревоженный Леха.

- Кто-то из людей Китайца выжил, - тихо пояснил я. - Они держат нас под прицелом.

- Давай, скроемся в какой-нибудь иллюзорной скале! - предложила несмело Ольга.

Я усмехнулся.

- Ты что, забыла? Мы уже давно не в иллюзорном мире. Так что...

Все поняли без слов, что я хотел этим сказать.

- Сделаем так, - предложил я. - Пойдем дальше, будто ничего и не случилось. Может, они не станут нас задерживать? После такой бурной ночки...

Надежда, что нас пропустят, была очень иллюзорной. Я хорошо знал людей Китайца, они никогда не отпускали просто так людей, с которыми их сталкивала дорога. Тем более если среди этих путников были симпатичные мордашки... Единственным исключением могла быть ситуация, когда встретившихся им людей было больше по количеству, и они были вооружены. И то эти отморозки могли затеять свару, если была возможность хорошо поживиться. А нас было всего четверо, и только двое мужиков...

Моим надеждам не суждено было сбыться. Не успели мы двинуться прочь из разгромленного лагеря, как из-за камней справа от нас вышли несколько вооруженных человек. И того, кто стоял впереди, я хорошо знал, хоть и надеялся, что он не переживет ту страшную ночь. Это был Китаец... Теперь уже бежать не имело смысла. Их стволы превратили бы нас в решето, если бы мы попытались это сделать... Законы Перевала? Они для него ничего не значили... Правда, позади бандитов я заметил безоружного Фазиля, проводника этой шайки и моего хорошего приятеля. Но чем он мог нам помочь, тем более что один из головорезов все время держал его под наблюдением?..

Китаец развел руками, изобразил на лице удивление и воскликнул:

- Ба, кого я вижу! Саня! Сколько лет, сколько зим!.. Привел гостей? Что это за телки с тобой?

Такое начало не сулило ничего хорошего. Всем была известна его патологическая страсть к хорошеньким женщинам...

Леха положил руку на автомат, но я остановил его:

- Не сходи с ума, сержант! Нас нашпигуют свинцом прежде, чем ты успеешь вскинуть его! Его люди держат нас под прицелом, а они почти все - отличные стрелки. Они не станут раздумывать, увидев твое движение.

Леха послушно убрал руку, а я выступил вперед и обратился к контрабандисту:

- Что тебе нужно, Китаец? Эти люди - мои клиенты. Пропусти нас!

- Как же я могу пропустить таких людей и не пригласить их воспользоваться своим гостеприимством? - ответил тот. - Милости просим!

Он насмехался, и мне это было ясно.

- Спасибо за приглашение, но, я смотрю, у вас была бурная ночка. Думаю, вам и без нас есть, чем заняться. К тому же мы торопимся. Так что как-нибудь в другой раз мы обязательно воспользуемся твоим приглашением, Китаец, но не сейчас.

Тот усмехнулся, и мне сразу стало не по себе. Ледяная это была улыбка, не предвещавшая нам ничего хорошего...

- Ай-яй-яй! - воскликнул он. - Нехорошо отказываться от приглашения друзей! Ведь мы друзья, Саня, не так ли? Друзья, несмотря на маленькое недоразумение, случившееся во время нашей последней встречи. Ты помнишь, что тогда произошло?

Я помнил и не питал никаких иллюзий по поводу его дружелюбности. Китаец всегда был известным хитрецом и лицемером.

- Нам, в самом деле, некогда, - повторил я.

- Куда же вы так торопитесь? - поинтересовался он с ехидцей в голосе. - Расскажи своему другу, проводник!

- В Город! - ответил я, судорожно пытаясь что-нибудь придумать.

- За сокровищами?

И без того узкие глаза Китайца сузились, превратившись в щелки. Я понял, что совершил ошибку, соврав. Что мне стоило сказать правду, опустив, конечно, некоторые подробности. Мол, веду клиентов, как обычно, на ту сторону. На кой черт я ляпнул ему про Город, о богатстве которого ходят легенды? Теперь от него точно не отвяжешься...

- Сокровища подождут, - заявил он. - Можно и задержаться, когда приглашаю я! А?.. Посидим, выпьем винца и поговорим... о делах.

Знал я его дела!

- Нет, Китаец, - ответил я, качая головой. - Мы не можем принять твое приглашение... Не задерживай нас, не то у тебя могут возникнуть проблемы!

Китаец расхохотался. При этом в его узких глазах проскользнула издевка. Этот человек не верил, что какой-то там проводник может причинить ему серьезные неприятности...

- Ты же знаешь, дружище, как я отношусь к возникающим у меня проблемам! - сказал он. - Их всегда можно разрешить, если есть хорошие связи и люди, вооруженные до зубов. И у меня есть все для того, чтобы не боятся никаких проблем.

- Даже такой проблемы, как Сикорский? - поинтересовался я.

- Какой еще Сикорский? - насторожился он.

- Ты не хуже меня знаешь, о ком я говорю, - ответил я. - Тот самый Сикорский, из Москвы.

- А при чем здесь он? - осторожно поинтересовался Китаец, чье добродушие сразу куда-то улетучилась.

- Это, - я указал на Леху, - его человек.

- Блефуешь, проводник! - не поверил он.

Мы с Лехой переглянулись. Бывший спецназовец понял меня без слов. Вряд ли Китаец знал о размолвке ребят с Сикорским. Никто не стал бы ссориться с таким большим человеком, и на этом можно было сыграть.

- Подержи-ка, - попросил Леха, протягивая мне свой автомат.

Я взял оружие, а он сделал несколько шагов к Китайцу и достал из кармана удостоверение. Некоторое время бандит внимательно изучал его, потом вернул владельцу и сказал:

- Это, конечно, несколько меняет дело. Однако думаю, господин Сикорский не обидится, если я провожу его начальника Службы Безопасности до цели. Кстати, ты выполняешь его поручение?

Последний вопрос относился к Лехе. Я молил Бога, чтобы он догадался правильно ответить.

- Он знает, что я здесь, - правдиво ответил Леха.

- Нам не нужна твоя помощь, Китаец! - категорически заявил я. - Василию Андреевичу не понравится, что ты суешь свой нос в его дела. Пропусти нас!

Он задумался на некоторое время, а потом покачал головой.

- Знаешь, проводник, здесь нет Сикорского. Только мы и вы... Сечешь, к чему я клоню?.. Я предложил вам помощь, вы отказались. На этом наши интересы расходятся. Не хотите, не надо! Я привык поступать так, как хочу. Не пропущу я вас, проводник, не пропущу!

Я понял, что мы влипли! Но в следующее мгновение произошло то, чего не ожидал не только Китаец, но и я...

Леха все еще стоял рядом с бандитами. В следующее мгновение он, без всякой подготовки, взвился в воздух. Я даже глазом не успел моргнуть, как два подручных Китайца уже лежали неподвижно на земле, а их главарь оказался в крепком захвате бывшего сержанта с прислоненным к горлу спецназовским ножом, невесть откуда появившимся в руке у Лехи.

- Спокойно, Китаец, - тихо сказал бывший спецназовец, разворачивая Китайца лицом к его людям. - Прикажи своим орлам пропустить нас. С тобой ничего не случиться, если не будешь рыпаться.

Сложившаяся ситуация, похоже, нисколько не испугала главаря шайки. Наоборот, казалось, он от души забавлялся...

- А ты - профессионал, парень! Как ты это ловко проделал! - заметил Китаец. - Правду, видно, говорят, что ребята Сикорского имеют хорошую подготовку. Только на этот раз ты ошибся...

Вдруг он резко свистнул. В следующее мгновение захват Лехи таинственным образом был разорван, и уже через секунду их роли поменялись. Теперь Леха стол спиной к Китайцу с прислоненным к горлу собственным ножом. Бандит, продолжая удерживать в захвате бывшего спецназовца, развернулся вместе с ним ко мне и сказал:

- Брось автомат, проводник, или я прирежу твоего дружка, а тебя нашпигуют свинцом мои ребята!

Пришлось подчиниться. Верный было оскалил свою пасть, но я, испугавшись, что Китаец убьет пса, цыкнул на него, и он с видимой неохотой спрятал зубы. Ко мне тут же подскочили его головорезы и заломили руки за спину. А Китаец убрал нож от горла Лехи и нанес ему сильный удар рукоятью по голове. Бывший спецназовец упал, как подкошенный.

Меня подтащили к Китайцу.

- Ты и твой друг слишком ретивы, - сказал он, обдав меня запахом гнили изо рта. - Извини, но мне придется ограничить вашу свободу!

- Сикорский тебе голову оторвет! - пообещал я ему. - Он не прощает подобных вещей!

- Во-первых, не я напал на вас, а вы на меня, - возразил он. - Мне пришлось защищаться... А во-вторых... Как он узнает об этом? Места здесь глухие, вас никогда никто не найдет! И запомни, - Китаец взял меня за грудки и встряхнул, - вы живы лишь благодаря мне!.. Связать их! - приказал он своим бандитам. - Да покрепче, чтобы у них больше не возникало соблазна выкинуть какой-нибудь фортель!

Меня повалили на землю и связали. Опутали даже ноги, потому что Китаец хорошо запомнил, как я смог смыться от него в прошлый раз. Потом занялись Лехой. С ним дело обстояло проще - Китаец так приложил его по голове, что он до сих пор валялся без сознания.

Тем временем бандит переключил свое внимание на девушек. Из них двоих ему явно приглянулась Алиса. Он не любил терять времени зря. Подойдя к девушке и сказав ей пару слов на ушко, Китаец взял ее под ручку и повел к одной из палаток. Алиса оглянулась на меня, не зная, как реагировать на это. Я ничего не смог придумать лучшего, как ободряюще улыбнуться ей. Хотя хорошего, в общем-то, было мало. Ситуация складывалась для нас не лучшим образом...


* * *


Нас с Лехой бросили там же, где и повязали. Три бандита остались нас охранять, а еще один головорез, правая рука Китайца, забрал Ольгу и увел ее во вторую уцелевшую палатку (первую занимал сам Китаец с Алисой), наказав нашим охранникам глаз с нас не спускать. У девушки был такой несчастный вид, что невольно защемило сердце. Ольга была растеряна, не зная, как избавиться от той участи, которая ожидала ее. Она ведь прекрасно понимала, зачем этот бандит ведет ее в палатку. А я ничем не мог ей помочь, связанный по рукам и ногам...

Фазиля посадили вместе с нами, из чего я сделал вывод, что его положение ничем не лучше нашего. Видимо, он чем-то провинился перед Китайцем, коли бандиты обращались с ним, как с пленником.

Горец по своему обыкновению начал разговор с вопроса:

- Отца моего не видел?

- Нет, не видел, - ответил я. - А разве он должен был мне встретиться?

Фазиль пожал плечами.

- Пять дней назад он повел караван на вашу сторону. Должен был уже вернуться, но что-то задерживается. Как-то неспокойно у меня на душе... Ты ведь знаешь, что может случиться с ним, если его поймают ваши?

Да, вряд ли Ибрагиму могли простить его вылазки на нашу территорию. Насколько я знал, уголовное дело на него еще не было закрыто...

- Нет, Фазиль, я ничего не слышал о твоем отце, - ответил я и поинтересовался. - А какой караван он повел?

- Хмыря, - ответил горец.

Мое удивление было неподдельным.

- Слушай, но ведь твой отец ненавидит наших! Почему же он водит караваны своих врагов?

Фазиль опять неопределенно пожал плечами.

- Не знаю. Он мне об этом ничего не рассказывал. Но, насколько я знаю, он водит не все караваны, а только весьма определенные.

Мы некоторое время помолчали, потом он поинтересовался:

- Кто это с тобой?

Я объяснил и спросил в свою очередь:

- За что же ты впал в такую немилость у Китайца, что он держит тебя вместе с нами, как пленника?

Фазиль улыбнулся.

- Когда ночью на нас напали эти твари, я сразу смекнул, в чем тут дело. Караван у Китайца - большой, людей и ишаков - много, так что у меня был хороший шанс на спасение. И вместо того, чтобы пытаться убить этих тварей, как это делали головорезы Китайца, я полез на скалу, стремясь поскорее выбраться из тумана. Думал, один такой умный. Наивный!.. Китаец, как увидел, что я полез на скалу, быстро въехал, что к чему, и двинул вслед за мной. И не успел я опомниться, как был уже под его прицелом. Он решил, что я хотел его "кинуть"...

- А ты не хотел? - сделал я удивленно-недоверчивое лицо.

- Если честно, я надеялся, что его вместе с его людьми сожрут эти твари и избавят меня от этого выродка навсегда, - признался он. - К сожалению, Китаец оказался уж слишком сообразительным...

Тут застонал Леха, приходя в сознание. Вид у него был неважный - голова разбита, все лицо в крови, но сильнее всего досталось, видимо, раненой руке, потому что вся повязка пропиталась жидкостью, имеющей какой-то странный цвет.

- Как ты? - поинтересовался я, поворачиваясь к нему.

- Будто стадо слонов пробежалось по мне, - признался он. - Этот бандюга хорошо дерется!

- А ты надеялся с ним справиться? - усмехнулся я. - Спросил бы сначала меня, прежде чем совершать свой необдуманный поступок! Китаец - мастер восточных единоборств! В свое время он был весьма известным бойцом.

- Чувствуется, - согласился Леха, пытаясь устроиться поудобнее и морщась при каждом неосторожном движении.

- Он ведь не всегда занимался контрабандой, - продолжал тем временем я. - Был чемпионом мира по какому-то из единоборств. Правда, всегда отличался жестокостью в схватках... А однажды его побили на каких-то соревнованиях. Он исчез и через некоторое время выплыл вот здесь. Это один из самых жестоких контрабандистов... Так что мы с тобой вляпались, сержант!

- То-то я думаю, его рожа мне откуда-то известна! - заметил он и поинтересовался: - Что же нам делать?

- Ждать, - ответил я. - Может, фортуна повернется к нам лицом, и мы сумеем вырваться из его лап живыми. Хотя после твоего необдуманного поступка наши шансы на выживание значительно поубавились.

- А где Алиса, где Ольга? - встревожено огляделся по сторонам парень. - Где они? Я их что-то не вижу.

Я пожал плечами.

- Их положение сейчас лучше, чем у нас. Им, по крайней мере, пока смерть не грозит. Если не будут рыпаться, отделаются постелью, но зато, возможно, сохранят жизнь. А вот с нами дело обстоит сложнее... Вряд ли нас оставят в живых.

- Надо что-то делать, - заявил Леха.

- Надо, - согласился я. - А как?.. Мы связаны по рукам и ногам, у нас отобрали оружие...

И вдруг я вспомнил об одной вещи.

- Слушай, Леха, давай-ка сядем спинами друг к другу!

- Зачем? - удивился тот.

- Увидишь. А ты, Фазиль, - обратился я к горцу, - закрой нас собой от охраны, хорошо?

Фазиль кивнул и переместился так, чтобы охранники нас с Лехой не видели. Я представил себе меч Микки и сразу же почувствовал, как холодная рукоять легла в мою ладонь. Так что когда Леха придвинулся ко мне, я уже знал, что мы будем делать.

- У меня в ладонях зажат меч, - сообщил я ему. - Перережь о лезвие веревки. Только осторожней, он режет металл, как бумагу, так что смотри, не отхвати себе случайно руку.

- Не волнуйся, я аккуратно, - пообещал Леха...

Если в прошлый раз он не до конца поверил мне, то теперь доказательство удивительных способностей меча было налицо. В этом был путь к нашему спасению...

Пока Леха освобождал себе руки, я внимательно наблюдал за нашей охраной. Один из них извлек из мешка мою фляжку! Видимо, искушение было так велико, что бандиты не выдержали, и сосуд пошел по кругу. Жидкости внутри оставалось немного, и этого количества было явно недостаточно, чтобы удовлетворить их потребность в выпивке. Один из охранников куда-то сбегал и вернулся через некоторое время с бутылкой. Тем временем Леха уже перерезал свои веревки, взял у меня меч в ладони, и теперь уже я осторожно приблизил свои путы к лезвию. И едва острие меча коснулось веревки, она лопнула, освобождая мои руки...

Скоро бутылка опустела. Выпитое спиртное сказалось на нашей охране. Попросту говоря, они напились. Пнув пару раз нас для проформы, двое из них удалились, наплевав на приказ Китайца. Остался только один, но и он был хорошо навеселе... Впрочем, чего можно было ожидать от пьяных - им море было по колено! А я, глядя на них, подумал, что эти люди - не жильцы на белом свете. Перевал не прощал подобных вольностей, а ведь им предстояло еще немало пройти. Пусть и по более легкой тропе, чем та, по которой мы пришли... Вы спрашиваете, почему я выпивал там, если все так страшно?..

Во-первых, что можно Зевсу, нельзя быку. Так, кажется, говорили древние?.. Для меня Перевал - дом родной! Я там знаю каждую тропинку, каждую скалу, каждую трещинку... Ну, почти каждую... Я могу пройти по нему с завязанными глазами... А во-вторых, я никогда не пил так, чтобы окосеть и потерять чувство реальности...

Скоро и веревки на ногах были перерезаны. Мы были свободны, и теперь надо было лишь выждать удобного момента и наброситься на охранника.

Чтобы как-то скоротать время, я поинтересовался у проводника:

- Скажи, Фазиль, а какого черта вы остановились здесь? Разве ты не знаешь, что здесь частенько случаются камнепады?

- Я что ли выбирал место стоянки! - возмутился тот. - Китаец сказал, что на ночь остановимся здесь, я попробовал возразить, так он мне чуть все зубы не выбил.

Это была чистая правда. Китаец считал, что может делать все, что ему заблагорассудится. Все мифы о Перевале он относил к разряду глупых выдумок. И я все время удивлялся, как он до сих пор умудрялся оставаться живым?

- Как же вас не погребло прошлой ночью? - поинтересовался я. - Шумели вы тут очень хорошо!

- Можно сказать, повезло, - ответил Фазиль. - Я и сам до сих пор удивляюсь...

Мы помолчали немного, потом я спросил:

- Как же тебя угораздило попасть в лапы к Китайцу? Насколько я знаю, ни ты, ни твой отец ни разу не водили его караваны через Перевал.

- Думаешь, я по своей воле повел его караван? - ответил мне Фазиль. - Он пришел, когда меня не было дома, взял в заложники мать и сестренку и, когда я вернулся, сказал, что я поведу их на Перевал, и что он мне хорошо заплатит. Отказаться я не мог - Китаец грозился убить мать и сестренку! Если бы отец в это время был дома!.. Знаешь, - он перешел на шепот, - по-моему, он сумасшедший. Я уж, да простит меня аллах, жду не дождусь, когда выпадет возможность его прихлопнуть! Еще никто так не унижал мою семью!

Я знал, что слово горца - не пустой звук. Такие выходки не прощались, а Ибрагим имел слишком большой вес в своих краях, чтобы оставить это без последствий.

- Может статься, что это его последняя ходка, - заметил я. - Эдди решил за него основательно взяться.

Фазиль махнул рукой.

- Эдди ему не указ. Я видел, как они сбили пограничный вертолет. Его трудно остановить... В крайнем случае, откупится. У него денег куры не клюют!

Я покачал головой.

- Сомневаюсь. У Китайца слишком большие амбиции. Ни он, ни Эдди не согласятся уступить друг другу.

- В любом случае, Китаец на нашей стороне больше не появится, - сказал Фазиль. - А если появится, то он - покойник!

Конечно, если бы у молодого горца было оружие, Китаец уже давно был бы трупом. Но, насколько я видел, у Фазиля не было ничего, чем можно было бы убить этого подонка...

- Оружие у тебя что, отобрали? - осведомился я.

- А у меня его и не было! - вздохнул горец. - Китаец не позволил взять с собой даже нож!

Мы замолчали. Фазиль достал сигару из портсигара и закурил. Я же, хоть мне и охота было до смерти покурить, должен был сидеть и только вдыхать табачный дым, делая вид, что я до сих пор связан по рукам и ногам.

- А у вас, насколько я понял, тоже были какие-то проблемы, - сказал, наконец, горец. - Китаец засек вас еще ночью со скалы. Мы слышали стрельбу и видели Стражей Перевала. Что у вас там произошло?

Я вкратце изложил ночную историю. Фазиль внимательно слушал и лишь изредка качал головой.

- Все это так невероятно! - сказал он, когда я закончил свой рассказ. - Чтобы Стражи разговаривали с человеком, да еще и помогали ему! Людям Китайца повезло меньше... Кстати, а где твоя псина?

Действительно, Верного со мной не было. Куда он мог деться, я не знал, поэтому лишь пожал плечами.

- Понятия не имею. А твоя?

Фазиль вздохнул, а в его глазах промелькнула боль и тоска.

- Не знаю. Наверное, погибла. Собаки ведь не умеют лазать по скалам...

Я почувствовал себя неловко, оттого что причинил боль этому человеку своими словами.

- Извини, дружище! Хороший был пес... - сказал я. - Если выкарабкаемся отсюда живыми, я тебе подарю щенка Верного. А сейчас у нас другие проблемы. Надо убираться отсюда и побыстрее! Иначе у нас могут быть большие неприятности. Если не Китаец расправится с нами, то кое-кто еще хочет того же самого...

- Пока Китаец и его подручный не натешатся с вашими девочками, вас трогать не будут, - уверенно заявил Фазиль. - А там - неизвестно. Может, девчонки смогут вымолить для вас жизнь.

Я увидел, как побледнел Леха, легонько толкнул его плечом и покачал отрицательно головой, не давая сделать того, что сейчас делать было никак нельзя...

И тут наш разговор был прерван. Из палатки ближайшего помощника Китайца послышались страшные вопли. Кричал мужчина... Складывалось впечатление, что там происходит нечто ужасное... Потом оттуда выскочила Ольга. Волосы ее были в беспорядке, одежда разорвана, на щеке виднелся след от удара. Было видно, что девушке пришлось бороться.

Наш охранник повернулся к ней лицом, и я понял, что пришла пора действовать. В следующее мгновение мой меч рассек ему голову, я подхватил его автомат и крикнул:

- В камни!

Леха с Фазилем подобрали себе бесхозные автоматы, валявшиеся неподалеку от нас на земле. Я схватил Ольгу за руку и увлек ее за камни, за которым совсем недавно прятался Китаец со своими людьми. И вовремя. К нам уже бежали два головореза, на ходу вскидывая автоматы. Мы едва успели укрыться, как над нашими головами засвистели пули. Высунув автомат, я дал по бандитам короткую неприцельную очередь, заставив их залечь...

- Что там у вас произошло? - спросил я девушку.

- Он пытался меня изнасиловать! - всхлипнула девушка.

- Ты что, убила его? - Я с невольным восхищением посмотрел на нее.

- Нет! - испуганно вскрикнула она. - Это не я! Это сделал какой-то человек в черном. Я... Я не знаю, откуда он там появился. Он... Он...

Дальше Ольга не смогла продолжать. Я не знал, что там произошло, но, вероятно, смерть насильника была страшной. Глаза девушки до сих пор были наполнены ужасом...

Вдруг стрельба прекратилась. Я осторожно выглянул из-за камней. Над позицией бандитов реяла белая тряпка, нацепленная на ствол автомата.

- Саня, давай поговорим! - услышал я голос Китайца.

- Ну, давай, поговорим! - согласился я.

Главарь бандитов поднялся с земли, отряхивая штаны. Я сделал знак Лехе, чтобы он взял его на прицел.

- Послушай, Саня! - обратился к нам Китаец. - На что вы рассчитываете? Вам оттуда не выбраться. Один хороший залп из гранатомета, и от вас останется мокрое место! Лучше бросайте оружие и выходите. Поговорим, обсудим наши разногласия...

- Мы уже сыты твоим гостеприимством! - ответил я ему. - И не пугай! Нас - трое, и вас - трое. Ты прекрасно знаешь, как я умею стрелять, да и мой приятель из спецназа тоже редко промахивается. Так что у нас шансов больше... А насчет гранатомета... Ты выбрал плохое место для стоянки, Китаец! Взрыв вызовет обвал и похоронит и вас, и ваш груз, которым ты так дорожишь. Так что давай, взрывай!.. К тому же с нами ваш проводник. Без него вы все - покойники, и ты это тоже прекрасно осознаешь! Ты можешь убить нас, но и сам навсегда останешься здесь!

Китаец усмехнулся.

- У меня есть еще один козырь, проводник.

По его знаку один из бандитов поднял с земли Алису. Китаец схватил девушку и закрылся ею, как щитом.

- Что ты на это скажешь, а, Сань? Может, все-таки поговорим?

Да, ситуация была, как говорится, хуже некуда! Но мы не могли распоряжаться жизнью девушки. Раньше, может быть, я бы и пренебрег ею ради спасения жизни других. Сейчас не мог...

- Чего ты хочешь?

- Девку и проводника в обмен на эту девочку и ваши жизни! - ответил Китаец.

- Ольгу отдать не можем! - отказался я.

- А я отпустить ее не могу, - сказал он. - Сам понимаешь, она замочила моего помощника. Я могу простить вам моего парня, которого вы убили, но за Хасана придется заплатить...

Алиса повернулась к нему, и я услышал, как она говорит:

- Не трогай ее, пожалуйста! Ты же обещал, что отпустишь всех нас!

- Обещал, - спокойно ответил тот. - Но это было до того, как эта маленькая шлюшка пришила моего компаньона. Я не могу оставить это просто так. Однако тебе, радость моя, - он взялся за ее груди своими лапищами, - нечего бояться. К тебе-то я как раз буду снисходительным. Я становлюсь таким мягким, когда дело касается симпатичной мордашки!

Алиса вдруг вывернулась и залепила ему пощечину. Ответ последовал незамедлительно. Кулак Китайца с силой врезался в ее лицо, разбив в кровь губы и, возможно, сломав нос. Девушка отлетела в нашу сторону и упала, потеряв сознание.

- Сволочи! - крикнул Леха, давая длинную очередь...


* * *


Опять поднялась стрельба. Бандит, державший Алису, упал мертвым.

- Леха, прекрати огонь! Алису зацепишь! - крикнул я.

Стрельба стихла. Я осторожно выглянул наружу. Опять махали белой тряпкой, прося о переговорах. Я вздохнул и уже раскрыл рот, чтобы спросить, чего от нас опять хочет Китаец, как вдруг откуда-то сверху раздался хорошо знакомый голос:

- Нехорошо, Китаец, брать то, что тебе не принадлежит! Лучше отпусти их. Они мне нужнее, чем тебе.

Вслед за этим послышался тихий хлопок, и последний головорез, лежавший рядом с Китайцем, стал трупом. Я резко развернулся на голос, и тут же пуля снайпера выбила из моих рук оружие.

- Советую не рыпаться, Китаец, - продолжал вещать тот же голос. - У тебя больше нет людей, а мои парни держат тебя на прицеле...

Наконец, я вспомнил, кому он принадлежал. Сикорскому!

Китаец яростно выругался. Я не буду здесь повторять его выражения, да и вряд ли я смогу воспроизвести точно то, что он там наговорил! Могу сказать только одно - это были самые грязные из ругательств, которые я когда-либо слышал в своей жизни...

- Чего ты хочешь? - поинтересовался Китаец, когда запас ругательств иссяк.

- Ты сейчас бросишь оружие, мои люди заберут эту четверку, а потом мы с тобой потолкуем, - ответил Сикорский.

- Они пришили моих людей! - заявил упрямо Китаец. - А конопатая вдобавок убила моего компаньона!

Он, похоже, испугался, что, впрочем, в его положении было неудивительно. Китаец ведь не знал, что Леха, Алиса и Ольга нужны Сикорскому совсем не для того, чтобы освободить их. Нет, освободить их, конечно же, тот хотел, но совсем по другим причинам, о которых этот бандит даже и не догадывался...

- Это твои проблемы, Китаец, - сказал Сикорский. - Я не люблю повторять дважды, но для такого тупого типа повторю еще раз - они мои!

- Хорошо. Забирай этих четверых, если сможешь. Они мне не нужны, - заявил контрабандист и со злостью отбросил от себя автомат.

- Вот и чудненько! - обрадовался тот. - Правда, есть еще одно дельце, которое я хотел бы с тобой обсудить.

- Какое? - насторожился Китаец.

- Не хватит ли тебе работать в одиночку? По-моему, пришла пора присоединиться ко мне, - предложил Сикорский. - Вместе-то как-никак спокойнее будет...

Такая перспектива была явно не по нутру контрабандисту, но выбирать ему не приходилось.

- Видимо, тут надо согласиться? - поинтересовался он осторожно.

- Видимо, да, - подтвердил Сикорский и добавил: - Впрочем, у тебя есть выбор. Либо ты присоединишься ко мне, либо не уйдешь отсюда живым.

- И во что же мне обойдется такое сотрудничество? - поинтересовался контрабандист.

- Не бойся, тебя не обижу, - заявил Сикорский. - Если ты не будешь глупить, я сейчас спущусь, и мы обсудим условия нашей совместной деятельности. Но помни - мои снайперы следят за каждым твоим движением!..

"Так вот оно что! - подумал я. - Оказывается, Сикорский действительно занимается контрабандой! Государственный муж!.."

Через некоторое время он появился на Дороге. Рядом с ним шагали вооруженные до зубов молодчики, и среди них я заметил... кого бы вы думали? Ибрагима, отца Фазиля! А я-то все гадал - кто провел Сикорского по Перевалу?..

- Что все это значит? - спросил я у молодого проводника. - Что может связывать твоего отца, ненавидящего всеми фибрами своей души тех, кто воевал против вашего народа, и одного из тех, кто развязал эту войну?

- Не знаю, Саня, не знаю! - с отчаянием в голосе ответил тот. - Может, его заставили?

- Заставить твоего отца? - усмехнулся я. - Ты сам-то в это веришь?

Тем временем Сикорский подошел к Китайцу. Они о чем-то переговорили, и два главаря пошли в сторону палатки Китайца. Часть сопровождавших Сикорского людей осталась на месте, остальные окружили нас, взяв на прицел. Нам не оставалось ничего другого, как бросить оружие. К нам сразу же подошли несколько боевиков и весьма профессионально обыскали, отобрав даже ножи.

Ольга тем временем приводила в порядок разбитое лицо Алисы, которая уже очнулась. Глядя на нее, было ясно, что теперь ее красота была изрядно подпорчена на всю жизнь. Китаец бил профессионально...

Леха, которого шмонали особо тщательно, криво усмехнулся:

- Что, Серега, ты, я смотрю, занял мое место? Поздравляю!

- Спасибо, Алексей Сергеевич! - откликнулся крепко сбитый парень из людей Сикорского, чем-то напоминавший самого Леху и внимательно наблюдавший за действиями своих людей.

- Ну и как, справляешься? - осведомился у него Леха.

- Пока да, - ответил тот.

- Откуда он взялся такой вежливый? - поинтересовался я, когда Леху закончили обыскивать.

Нас не стали связывать, но люди Сикорского не спускали с нас глаз и постоянно держали под прицелами своих автоматов.

- Серега - хороший парень! - ответил Леха. - Когда-то работал в охране у Президента, потом Сикорский переманил его к себе. Отлично владеет всеми видами оружия и рукопашным боем, но в боевых действиях участия не принимал. Не думаю, что он сможет удержаться на своем посту. Слишком уж правильный...

- У Сикорского серьезные ребята? - спросил я.

- Серьезные. В основном - офицеры спецназа и солдаты, которые принимали участие во многих серьезных операциях. Но кроме них для нашей поимки он еще подключил спецназ ФСБ. Для надежности, так сказать...

И действительно, на скалах я заметил снайперов и бойцов спецназа ФСБ. Они не стали спускаться вместе с Сикорским, а остались стоять на местах, контролируя Дорогу и подступы к ней.

- Он так боится тебя? - удивился я.

- Скорее не надеется на своих, - ответил он. - Я ведь был их начальником, не забывай. Со многими из них меня связывали не просто служебные отношения. Никто из моих бывших подчиненных до сих пор не принимал участия в действиях против меня.

- Понятно, - кивнул я.

В этот момент к нам подошел Ибрагим. На нас он даже не взглянул, а обратился сразу к сыну на своем родном языке. Я не так чтобы уж очень, но знаю их язык, и понял, о чем они говорили.

- Сын, как ты здесь оказался? - строго спросил Ибрагим.

- Китаец угрожал убить мать и сестру, отец! - ответил Фазиль. - У меня не было другого выхода!

- Ничего, сын, дай нам вырваться отсюда, а уж я не забуду этому узкоглазому его выходку! - пообещал горец. - Мы с ним еще встретимся без свидетелей!..

- Отец, как вы оказались вместе с врагами нашей Родины? - задал сын отцу мучавший всех нас вопрос.

Ибрагим усмехнулся.

- Враг моего врага - мой друг! Знаешь, почему я вожу караваны этого человека через Перевал?.. Потому что все эти неурядицы, наркотики, оружие подрывают их государство изнутри. Я и здесь борюсь за свою страну, за твоего погибшего брата!

Тут к нему подошел один из людей Сикорского и что-то тихо сказал. Ибрагим кивнул, и они вместе пошли обратно. Я догадывался, что, скорее всего, это Сикорский затребовал его к себе. Ах, как мне хотелось хоть глазком заглянуть и узнать, что там происходит!..

И вдруг я увидел... Я увидел Китайца и Сикорского, сидевших на раскладных стульчиках лицом друг к другу.

- Значит, можешь не беспокоиться о пограничниках по обе стороны границы, - говорил Сикорский. - Я с ними договорюсь, у меня есть связи. Да вот и уважаемый Ибрагим нам поможет, - он кивнул на только что появившегося в палатке горца. - Он имеет немалый вес у себя в стране.

- Очень хорошо! - произнес довольный Китаец. - Только у меня есть маленькая просьба.

- Какая? - насторожился Сикорский, которому это заявление, видно, не очень-то понравилось.

- Отдай мне девчонок.

Такая просьба несколько обескуражила Сикорского.

- Что ты собираешься с ними делать? - поинтересовался он.

- Одна из них - та, которая посмазливее, - мне очень приглянулась, - ответил Китаец. - Хочу потешиться с нею, пока не надоест. А вторая... Вторая пришила моего кореша. Сам понимаешь, я не могу оставить ее безнаказанной...

Сикорский подумал и согласился.

- Хорошо, забирай их. С этими вопрос решили. А что же мне делать с остальными? Просто убить - слишком мягко. Нужно что-нибудь особенное...

- Перебей им руки и ноги и оставь их здесь, - предложил Китаец. - Они будут долго мучаться, но не смогут спастись. Умрут медленной смертью...

Сикорский удивленно посмотрел на него и похлопал одобрительно по плечу.

- А ты молодец, приятель! Так и поступим.

Но тут вмешался Ибрагим.

- Послушай, дорогой, среди них - мой сын! Его надо отпустить!

- Не отпускай! - запротестовал Китаец. - Этот малый с ними заодно. Если ты оставишь его, он вернется и спасет их!

- Что скажешь, уважаемый? - спросил Сикорский, глядя на Ибрагима.

- Мой сын не будет спасать тех, кто убил его брата! - гордо ответил тот.

- Тогда забирай, - махнул рукой Сикорский.

- И еще одно, - продолжил Ибрагим. - Отдай мне этого спецназовца.

- Ты все еще не удовлетворил свое чувство мести? - усмехнулся Сикорский.

- Я не обрету покоя до тех пор, пока по этому свету будет ходить хотя бы один из убийц моего сына! - гневно сверкнул глазами горец.

Сикорский покачал головой.

- Я и так уже пошел тебе навстречу, Ибрагим, - отдал сына. Если отдам еще тебе и Шмакова, то кто же тогда останется для меня? Проводник?.. Мне этого мало. Так что извини, Ибрагим...

Горец не стал препираться с ним...

- Они выходят! - ткнул меня кулаком в бок Леха.

Я очнулся. До сих пор не знаю, было ли это правдой или плодом моего воображения. Но, по крайней мере, все выглядело так реально, что я принял это к сведению. Перспектива, обрисованная видением, была очень даже вероятной...

Сикорский, Китаец и Ибрагим подошли к нам.

- Сын, ты можешь выйти, - сказал Ибрагим. - Ты свободен.

Начальник охраны посмотрел вопросительно на Сикорского, и тот кивнул, подтверждая слова своего проводника

- Нет! - решительно отказался Фазиль.

Густые седые брови старика взлетели удивленно вверх.

- Что ты сказал?

- Я не оставлю своих друзей в беде, отец! - повторил молодой горец.

Глаза Ибрагима заполыхали гневом. Казалось, он готов был убить сына.

- А знаешь ли ты, сын, что стоишь рядом с убийцами своего брата? Вспомни о долге кровной мести!

- Отец! - покачал головой Фазиль. - Неужели вы никогда не успокоитесь? Ваши руки и так по локоть в крови! И вы, и я знаем отлично, что Руслан сам застрелился.

- Это они убили его! - выкрикнул Ибрагим исступленно, вскидывая руки ладонями вверх. - Ненавижу их всех! Я буду убивать их, пока Всевышний не призовет меня к себе! Аллах - свидетель, так есть и так будет!

- А сами имеете с ними дела, отец, - спокойно заметил Фазиль. - Насколько я знаю, господин Сикорский приложил свою руку к тому, чтобы развязать эту войну, на которой погиб ваш сын и мой брат.

- Молчи, щенок! Ты ничего не понимаешь! С этим человеком, - старый горец кивнул головой в сторону Сикорского, - мы заключили сделку. Он нам давал очень много полезной информации, и во многом именно благодаря ему мы выиграли эту войну. И сейчас этот человек помогает мне сведениями, а я вожу его караваны. У нас - взаимовыгодное сотрудничество!

На его счастье Сикорский не знал их языка, в противном случае ему совсем не понравилось бы, что Ибрагим раскрывает подробности их делового сотрудничества. Вполне могло быть так, что кое-кто еще понимал, о чем говорили между собой горцы. Как я, например...

- Я все понимаю, - ответил на это Фазиль. - Месть ослепила вас, отец! Вы готовы убивать невинных людей только за то, что они родились в этой стране! Те люди, которые, как вы считаете, виновны в смерти моего брата, давно уже ответили перед аллахом за земные дела, а вы до сих пор никак не успокоитесь!

- Замолчи сейчас же, или я прокляну тебя, клянусь аллахом! - не выдержал Ибрагим. - Мне дела нет до этих неверных! Ты пойдешь со мной или...

- Нет! - перебил его Фазиль. - Я останусь со своими друзьями!

- Тогда у меня больше нет сына! Подыхай, как собака, раз для тебя эти неверные дороже родного отца!

С этими словами, наполненными ярко выраженной злостью, горец развернулся и пошел прочь. Я взглянул в сторону Лехи. Сержант, долгое время воевавший в тех краях, неплохо знал язык, на котором они разговаривали... Впрочем, не только мы одни понимали, о чем шел разговор между отцом и сыном. Я заметил, как один из парней Сикорского что-то прошептал Сереге, и тот бросил очень странный взгляд в сторону своего босса. Потом они еще о чем-то переговорили, и парень куда-то ушел.

- Василий Андреевич! - позвал Леха.

- Что? - откликнулся тот.

- То, что сказал про вас этот горец, правда?

- А что он сказал про меня? - насторожился Сикорский.

- То, что в прошлую войну вы работали на них?

Леха не отводил от него взгляда, ожидая, что тот ему ответит. Но Сикорский ни грамма не смутился.

- Частично это правда, - ответил он. - Только я ни на кого не работал. Война ни к чему не привела, а мне нужно было налаживать контакты. Таким образом я сумел договориться о прекращении войны, хоть и пришлось кое-чем для этого пожертвовать. Но игра стоила свеч! Именно я от имени Президента заключил мирный договор, и это, как ты понимаешь, привело к моему резкому политическому росту, что, в свою очередь, открыло передо мной новые горизонты.

- И вы из-за своих амбиций погубили столько людей! - с ненавистью выдохнул Леха. - Какая же вы сволочь, господин Сикорский! Если бы я раньше знал об этом, задушил бы собственными руками! Но ничего... Бог - он все видит! Найдется и на вас управа!..

- Брось! - сказал самоуверенно Сикорский. - Только в фильмах плохих парней всегда наказывает хороший герой. Но в жизни все по-другому. Ты умрешь, а я останусь жить.

Я думал, что Леха не выдержит, поэтому готовился схватить его, если он вздумает броситься на Сикорского. Но то, что произошло дальше, превзошло все мои ожидания...

- Забирай своих девок! - сказал Сикорский Китайцу, а своим людям приказал: - С остальными кончайте! Перебейте им ноги и руки и оставьте здесь подыхать! Мы возвращаемся!

Он повернулся и, сделав знак Сереге следовать за собой, пошел обратно к палаткам. Китаец поманил к себе Алису и сказал:

- Ну, крошка, иди сюда! Тебе несказанно повезло - ты останешься жить! Пока не надоешь мне, по крайней мере... Так что уж ты постарайся меня не разочаровать.

- Нет! - отказалась Алиса. - Никуда я не пойду! Уж лучше умереть, чем ублажать такого скота, как ты!

Китаец противно усмехнулся:

- Так вот ты как заговорила! Что ж, желание такой красавицы для меня - закон! Подыхай с остальными! - Он повернулся к нашим охранникам и сказал: - Девки - мои, я сам ими займусь! Но мне понадобится ваша помощь.

Охранники кивнули и, противно ухмыляясь, двинулись к нам. Я заметил, как побледнел Леха. Видимо, эти люди не относились к числу сочувствующих ему боевиков Сикорского...

И тут откуда-то сверху спрыгнул человек в черной, плотно облегающей тело одежде с мечом в руке и приземлился прямо перед нами. Мне был виден только его белобрысый коротко стриженый затылок, но у меня сложилось впечатление, что я где-то уже встречал этого незнакомца.

Меч в его руке мелькнул с неправдоподобной скоростью, брызнула кровь из рассеченных тел и голов, и три боевика повалились на землю мертвыми. Остальные вскинули автоматы и открыли огонь. Незнакомец вытянул перед собой левую руку раскрытой ладонью вперед, словно закрываясь от пуль. А дальше... Дальше произошло нечто невероятное, во что даже я, повидавший за это путешествие много чудес, до сих пор с трудом верю, хоть и видел все собственными глазами...

Пули вдруг зависли в воздухе, словно остановленные таинственной силой, а потом улетели обратно, поразив боевиков, стрелявших в нас. В следующее мгновение воздух наполнился свистом, и на боевиков Сикорского обрушился целый рой черных стрел, разящих наповал. При столкновении с телом такая стрела бесшумно вспыхивала, прожигая человека насквозь, и не было от них спасения, потому что стреляли откуда-то со скал, а оттуда лагерь Китайца был виден, как на ладони.

Появление неведомого противника посеяло панику среди боевиков Сикорского. Поднялась хаотичная стрельба, люди тщетно пытались найти укрытие от стрел.

Первым опомнился Леха. Он подхватил с земли автомат одного из убитых охранников и разрядил его в ближайших боевиков.

- Алеша! - только и успела крикнуть Алиса, но того уже было не удержать.

По мне, так лучше было отсидеться, пока все не закончиться. Но раз уж все так обернулось, то и я не собирался стоять в стороне. Выпрыгнув на Дорогу, я пустил в дело автомат, подхваченный с земли, и пространство передо мной стало быстро освобождаться. Но мне не нужны были жизни этих боевиков. Мне нужен был один конкретный человек. Не знаю, как я умудрился увидеть, какой разговор происходил в палатке Китайца между ним и Сикорским, но я не забыл совета, данного контрабандистом этому продажному политику, и теперь расчищал себе дорогу к нему. Тем более что я знал, что он не оставит меня в покое. Из нас двоих должен был остаться только один...

И вот я оказался перед Китайцем. Тот, увидев меня, сразу все понял. Что ни говори, реакция у него была отменной. Удар ногой по моему автомату, и оружие улетело куда-то в сторону. Я бросился вперед, но наткнулся на кулак. Было очень больно, дыхание сразу перехватило, но я выдержал. Дальше Китаец наградил меня серией ударов руками и ногами. Некоторые из них я успел блокировать, но еще больше пропустил. В глазах потемнело.

Китаец вплотную притиснулся ко мне и занес руку для финального удара.

- Прощай, проводник!

- Прощай! - прохрипел я и погрузил в его живот меч Микки, вызванный моим усилием воли...

Я бил до тех пор, пока Китаец не обмяк. Тогда я отпустил тело и огляделся. Вокруг царила полная неразбериха. Бой уже заканчивался, все меньше и меньше оставалось живых людей, безжалостно уничтожаемых Стражами Перевала, черной массой теснивших уцелевших в этой бойне боевиков к скалам. Пули не пробивали их доспехи, зато мечи черных воинов безжалостно разили противников.

И тут я заметил, как один из раненых боевиков подполз к гранатомету, валявшемуся на земле, и из последних сил сделал выстрел. Граната пролетела мимо Стражей и врезалась в скалу. Грохот взрыва расколол воздух, скалы вздрогнули и, как мне показалось, зашевелились. Вслед за этим поток больших и маленьких камней низвергнулся вниз, на Дорогу...

Последнее, что я успел заметить - это как наш таинственный спаситель, до сих пор стоявший рядом с девушками, бросив меч, поднял обе руки над головой Ольги ладонями вверх, словно пытаясь защитить ее от смертельного камнепада. На них низвергнулся целый поток камней, скрыв происходящее от моего взгляда. В следующее мгновение я получил сильный удар камнем по спине и упал. Я попытался подняться на ноги, но еще один камень ударил меня по голове, и на сознание опустилась тьма...


10.

Временами, выплывая из небытия, я видел (или это мне казалось), что рядом стоят маленькие человечки и что-то делают со мной. Потом ко мне наклонился один из них и сказал:

- Ну, вот и все! Это был второй раз, когда мы вернули тебя с пути ТУДА... Такую штуку можно провернуть еще один раз, если только жрецы не дадут тебе бессмертие. После третьего раза возвращение будет невозможным... Но, поверь мне, лучше уж быть смертным. Рано или поздно ты устанешь жить, а умереть не сможешь...

Боль куда-то ушла. Ирония судьбы! Во второй раз за это путешествие я попал под обвал. И сейчас я не достался старухе с косой, как и тогда, хотя смерть, казалось, неминуема...

Я открыл глаза. Маленьких человечков уже не было рядом. Я сел и огляделся. По всей Дороге в районе лагеря Китайца громоздились кучи камня. Из завалов торчали окровавленные руки, ноги, головы... Уцелевшие люди сгрудились в одну кучу, окруженные Стражами. Немного их осталось, скажу я вам...

В голове все еще шумело, и я привычным жестом потянулся к поясу, но вспомнил, что заветную фляжку высосали люди Китайца. А она мне была бы как нельзя кстати! И тут же вспомнил о своих друзьях. Где они? Что с ними? Живы ли?..

Неподалеку от себя я заметил Ольгу. Девушка лежала на спине, раскинув руки. Рядом с нею находились два Стража. Они, видимо, не меньше моего были обеспокоены ее состоянием. Непонятно было только, какое им дело до простой девчонки?

С трудом встав на четвереньки, я перебрался туда и внимательно посмотрел на девушку. Глаза были закрыты, на теле - никаких повреждений, но лицо было очень бледным. Я пощупал пульс, но не нашел его. Обеспокоенный, я припал к ее груди, надеясь услышать стук сердца. Но из-за шума в голове ничего не услышал.

- Она жива! - успокоил меня один из этих Стражей (мне показалось, что это был тот самый воин, который разговаривал со мной ночью). - Ее спас телохранитель. Люди народа Гаэлла осмотрели эту девушку, - он указал на Ольгу, - они сказали, что она скоро очнется. Но что-то до сих пор она не пришла в себя.

Я наклонился ниже и коснулся ее лица своим губами. Кожа была нежной и пахла как-то особенно приятно. Травами, что ли...

И тут глаза девушки открылись и уставились на меня.

- Где я? Что со мной? - спросила тихо она.

Как мог, я объяснил, что произошло.

- А где Алиса? Где Алеша? - забеспокоилась девушка.

- Не знаю, - ответил я. - Сам только недавно пришел в себя. Ты посиди, отойди немного, а я пойду и поищу их.

Я встал, свистнул Верного, который крутился поблизости, появившись неведомо откуда, и мы отправились разыскивать своих друзей. Мой знакомый воин последовал за нами, а другой остался с Ольгой.

Первыми нам попались Ибрагим с Фазилем. Я заметил окровавленную бритую голову старого горца, торчащую из завала. Раскидав камни, я обнаружил Фазиля. Проводник лежал на коленях у своего отца, его грудь была прострелена в нескольких местах. Было ясно, что он погиб до камнепада, а, возможно, даже умер на руках у своего отца. Ибрагим склонился над Фазилем, словно закрывая его от камней. Видимо, любовь к умирающему сыну все-таки взяла вверх над ненавистью...

- Теперь ты остался единственным проводником на Перевале, - сказал воин, вытаскивая свой меч и салютуя мертвым проводникам. - С каждым годом нас становилось все меньше и меньше. И вот...

Что-то в его словах насторожило меня. Какая-то навязчивая мысль, связанная с этим крутилась у меня в голове, но я никак не мог поймать ее за хвост. А мысль была важной. Для меня, по крайней мере...

Следующей была Алиса. Ее нашел Верный. Он бросился к груде камней, валявшейся совсем недалеко от проводников, и прохрипел:

- Здесь Алиса.

С трудом я сумел расчистить часть тела. Выглядело оно ужасно! Конечно, кости бедной девушки не могли выдержать тяжести такой груды камней. Некогда красивое ее лицо теперь было обезображено. Перед глазами была та картина, которую мне уже пришлось однажды видеть. Там, в пещерах... Странно, что этот дар не проявлялся раньше так сильно. Лишь после того, как я был похоронен в Зале Вампиров, а потом воскрешен к жизни искусством маленьких человечков, ко мне стали часто приходить видения. Оживление Демона, смерть Алисы, разговор двух главарей в палатке, схватка с Китайцем... Впрочем, последнее несколько не соответствовало реальным событиям. Если вы помните, в видении я почувствовал смерть, когда Китаец выбил у меня из рук автомат. На самом же деле я знал, что сделаю, и страха не было. Может, подарок маленького человечка изменил ход событий? Не будь этого меча, я бы точно погиб. Китаец умел убивать людей голыми руками...

Мне было жаль девчонку. На кой черт, если вот так подумать, она полезла в эти горы? Ради чего? Ради мифического сокровища Города? Могла бы и в столице жить припеваючи, имела бы все со своей красотой!..

Мы постояли в молчании над телом Алисы, которое почему-то оказалось на несколько метров дальше от того места, где я видел ее в последний раз до начала камнепада. Потом двинулись дальше, пробираясь через завалы. Лехи нигде не было видно, и у меня уже зародилась надежда - а вдруг он выжил?..

Пройдя еще несколько шагов, я вдруг заметил торчащую из груды камней кисть. На одном из пальцев сверкнула печатка необычной формы. Насколько я помнил, такая была лишь у одного человека - у Сикорского...

Верный понюхал камни и сообщил:

- Здесь, Хозяин!

Осторожно я начал раскапывать тела. Обнажилось лицо Сикорского. Его глаза выкатились из орбит, кожа посинела, а из открытого рта свешивался язык. Все признаки асфиксии были на лицо...

Итак, Сикорского задушили... Ну да, вы все верно поняли. Это Леха постарался, гражданин следователь. Когда я с трудом оторвал руки, вцепившиеся в шею Сикорского, и расчистил тело, которому они принадлежали, моим глазам предстало тело Лехи. Через всю грудь бывшего спецназовца проходили пулевые отверстия. Вероятно, они и послужили причиной его смерти. Но прежде чем умереть, он все-таки успел отомстить...

- Когда их завалило камнями, они уже были мертвы, - сообщил черный воин.

Я осторожно закрыл глаза своему другу. Мой взгляд опять скользнул по ранам, и я вдруг понял, что не давало мне покоя. Кровь была не красной, а коричневой!

- Что это? - спросил я у воина, указывая рукой на пулевые ранения.

- Твой друг не был уже человеком, когда умер, - сказал воин. - Смотри...

Клинок с шелестом покинул ножны и коснулся груди Лехи. Воин сделал надрез от горла до низа живота. Кожа лопнула, а под ней!.. Там оказалось нечто, чему и названия не сыщешь! Какая-то мерзкая и ужасная тварь, не имеющая никаких аналогов в нашем мире!

Я выругался.

- Что это?

- Паразит, который обитает в пещерах, - ответил Страж. - Через ранку проникает в кровь и начинает размножаться, поедая носителя изнутри. Полностью подчиняет себе все важные органы, не затрагивая, впрочем, мозг жертвы. У носителя возникает небывалая выносливость. И лишь когда плод созревает, он выходит наружу, разрушая оболочку. Носитель при этом погибает...

- Он знал, что умрет, - заметил я.

Воин кивнул.

- Против этого паразита невозможно бороться.

- И даже маленький народец не знает, как можно его победить? - поинтересовался я.

- Даже они, - ответил Страж. - Впрочем, даже если бы и могли, они не стали бы...

- Почему? - удивился я. - Меня, значит, дважды воскрешать можно, а его - нет?

Лицо воина было скрыто шлемом, но мне показалось, что он как-то странно взглянул на меня.

- Ты и Ольга не должны были умереть. Остальные всего лишь обычные люди...

- Чем же это мы заслужили такую честь? - Я почувствовал, как внутри поднимается волна негодования.

Воин покачал головой.

- С точки зрения жителей этого мира ты поступаешь странно. Любой из них обрадовался бы такой чести. Но я тебя понимаю...

Он вдруг огляделся по сторонам. У меня сложилось впечатление, что воин испугался, не услышал ли кто его последнюю фразу. Странно, что Страж Перевала мог кого-то бояться...

Не обнаружив никого вокруг себя, воин, казалось, успокоился. Внезапно он выкинул в сторону трупов руку, и мне почудилось, что с его пальцев сорвалась молния. По крайней мере, тела Лехи и Сикорского вдруг вспыхнули ярким голубым пламенем. Через несколько секунд от них остались лишь две кучки пепла, сразу же развеянные ветром. Вот и все! Не было больше ни того, кто некогда спас мне жизнь, ни того, кто еще совсем недавно был одним из самых могущественных людей нашего государства! Теперь-то вы знаете, что могилой Сикорского стали горные просторы Перевала, что он вовсе не пропал без вести, как писали о том газеты и сообщали по телевидению. Потому никто и не смог его найти, что даже тела не существовало в природе... Да, я могу, в принципе, показать место, где он похоронен, но не буду этого делать... Потому что Перевал теперь закрыт для посещения обычных людей, и ослушника ожидает жестокая смерть...

Но об этом после. Я объясню, почему вдруг доступ туда был закрыт, но не сейчас. Расскажу до конца свою историю, и вы по ходу дела все поймете...

- Я думаю, пришла пора раскрыть тебе все карты, - вдруг заявил воин, вкладывая меч в ножны. - У тебя накопилось много вопросов. Теперь самое время ответить на них.

Он нажал что-то у себя на поясе. По доспехам пробежала волна голубоватых сполохов, и они сразу как-то потускнели. Тогда воин потянулся к шлему...

Я ждал, затаив дыхание. Неужели он собирался снять его? Если это так, то у меня была реальная возможность наконец-то увидеть, как выглядят Стражи Перевала! Кто они? Похожи на людей, или моему взору предстанет нечто настолько отличное от нас, что невозможно будет перенести?..

То, что я увидел, когда воин снял шлем, шокировало меня. Это было самое обыкновенное человеческое лицо. Мало того, это было лицо моего деда! Правда, таким он был, наверное, в расцвете своих лет.

- Вот видишь, внук, мы снова с тобой встретились, - печально произнес дед.

- Но ты же!.. - Я запнулся, не зная, как поделикатнее сказать ему то, что думал.

Он покачал головой, поняв, видимо, что я имел в виду.

- Нет, Сашок, я не умер. Просто во второй раз меня уже не выпустили отсюда.

Я понял. Дед тогда не вернулся с Перевала, и все решили, что он погиб. Поверил в это и я, обыскав там каждый закоулок. Но тело-то я не нашел!

И вот дед стоял передо мной в доспехах Стража Перевала.

- Ты знал об этом? - Я обернулся к Верному. - Только не говори, что нет! Ты ведь не мог не почувствовать!..

- Знал, Хозяин! - ответил пес, виновато заглядывая в глаза и виляя хвостом. - Не ругайся, но Старый Хозяин запретил мне говорить об этом.

- Почему? - не понял я.

- Рано еще было, - ответил дед.

- Но как же ты оказался здесь? - недоумевал я.

- Сядем? - предложил дед.

Мы уселись на камень, и он начал:

- Знаешь, мы с тобой, оказывается, не совсем принадлежим к человеческой цивилизации. Мы - потомки тех, кто переселился из мира Перевала в мир Земли.

- А что такое Перевал? - Мое любопытство возрастало с каждым его словом.

- Перевал - осколок другого мира, существующего параллельно нашему миру, - ответил дед. - Давным-давно Фаркс, - он махнул рукой в сторону Города, - был окружен со всех сторон врагами. Он был бы непременно взят и разрушен, если бы Верховная Жрица силою своего колдовства не переместила город с частью местности сюда, на Землю. Правда, кое в чем она ошиблась, мне кажется, - понизив голос до шепота, сообщил он. - Не знаю почему, но все это, - дед обвел рукой пространство вокруг себя, - застряло в этом мире, и Верховная Жрица со всеми жрецами не смогла вернуть город и его окрестности обратно.

Но прежде чем переносить часть своего мира сюда, необходимо было исследовать, что твориться здесь, на Земле, не принесет ли этот перенос еще большее несчастье жителям Фаркса. И Верховная Жрица отправила в этот мир разведчиков. Кто-то ушел далеко от Перевала, кто-то осел по его будущим границам. Последние и стали впоследствии проводниками, даже не догадываясь, что их предки вышли оттуда. Корни забылись, понимаешь ли...

- И много таких разведчиков было? - осведомился я.

- Не очень много, - ответил дед.

- А сейчас?

Он покачал головой.

- Не знаю. Но скоро все они вернуться сюда.

- А Ольга? - спросил я, вдруг вспомнив его слова и слова маленького человечка об ее особой роли.

Дед немного помолчал.

- Собственно говоря, из-за нее и был затеян весь этот сыр-бор. Она тоже одна из нас, но с особым статусом.

- То есть? - не понял я.

- Недавно нас покинула Верховная Жрица, - сообщил мне он. - Она не оставила после себя наследницу. Ближайшей родственницей, которая могла унаследовать колдовские способности, оказалась Ольга. Тогда и был к ней отправлен ее дед, Алексей Христов...

- Но ведь мы все считали тогда, что он погиб в том вашем походе в Город! - воскликнул я, перебивая его.

- Ты же не знаешь, что там произошло, - покачал головой дед. - Стража Перевала для того и существует, чтобы не пускать чужаков в Город, который здесь называют Фарксом. Они убивают всех направляющихся в ту сторону. Но мы сумели проникнуть почти к самым стенам. Там нас и настигли... Всех перебили, но нам с Алешкой удалось скрыться. Да, мы позорно сбежали, оставив клиентов на растерзание воинам! Но мы знали еще одну вещь, - спасти их мы были не в силах! Они знали, на что идут... Правда, нам тоже не удалось далеко уйти. Стражи налетели на нас внезапно. Мы отбивались, как могли... Алешку куда-то утащили, а меня шарахнуло так, что я потерял сознание. По крайней мере, его я не обнаружил, когда очнулся... У меня бездействовали рука и нога, но я сумел кое-как доползти до развилки на Дороге. Дальше ты и сам знаешь.

- Но зачем же ты вернулся обратно? - удивился я.

Дед горько усмехнулся.

- У жрецов есть один весьма могучий инструмент. Зов называется... Услышав его, ты уже не можешь сопротивляться. Тебя тянет сюда, как магнитом... Вот и меня подловили на этом. Я не смог противиться зову. Меня починили и даже омолодили, а потом отправили охранять Перевал.

- Почему же ты не сообщил мне, что жив? - спросил я, чувствуя обиду на деда. - Я же так горевал по тебе, весь Перевал облазил в поисках твоего тела! А ты!..

Он ничего не ответил. Я достал трубку и закурил. Дед попросил и ему дать затянуться.

- Наш, домашний! - сказал он, с удовольствием вдыхая табачный дым. - Здесь, на Перевале, нет табака. Иногда мне снится, что я курю...

- Дед, а почему вы тогда не взяли меня с собой?

Этот неожиданный вопрос, казалось, застал его врасплох. Он смутился и долго не отвечал.

- Ты же помнишь, как мы спорили и ругались с тобой, - сказал, наконец, дед. - Мы никогда не имели никаких дел с контрабандистами и боевиками. А ты... Я думаю, рано или поздно мы с тобой поругались бы окончательно. Я даже стал жалеть тогда, что научил тебя тому, что сам знал про Перевал.

- А теперь?

Он оставил мой вопрос без ответа. Так мы и сидели молча, передавая трубку друг другу. Наконец, я поинтересовался:

- Значит, теперь здесь собирают всех потомков разведчиков. Зачем?

- Вероятно, чтобы получить больше информации, - ответил дед. - А вообще-то я толком и не знаю. Просто ничего другого в голову не приходит. Это самое простое объяснение.

- Ну, хорошо. А что теперь будет с нами? - задал я уже давно мучавший меня вопрос.

- Твоя задача выполнена, - сообщил он мне. - Ты доставил сюда будущую Верховную Жрицу.

- Подожди, - прервал я его. - Чего я никак не возьму в толк, так это... При чем здесь я? Какое задание? Кто мне его давал?.. Если бы Сикорский и Эдди не попросили меня поймать Леху с его сообщниками, я бы и не знал о существовании этих людей! Они ведь не собирались брать меня в проводники!

Дед усмехнулся и погладил свою окладистую черную бороду.

- Вообще-то вести ее должен был Алешка, ее дед. Но он ослушался воли жрецов...

- А карта? - Мое любопытство нарастало. - Он сам нарисовал ее?

- Нет, - ответил он. - Понимаешь, Алешке нужны были деньги для содержания внучки. Жрецы дали карту и драгоценную безделушку, чтобы он мог продать их Сикорскому. Согласись, деньги он получил за это хорошие.

- Я не знаю, сколько он получил за них с Сикорского, но Ольга рассказывала, что они все это время жили на эти средства, - сообщил я.

- Вот видишь! - заметил дед. - А карта... Она тоже сыграла свою роль в этой истории. Жрецы напрямую воздействовали на Алису и твоего друга Алексея, заставив выкрасть карту и втянуть в это дело Ольгу. Дальнейшее можно было просчитать. Сикорский бросается в погоню, жрецы помогают добраться этой пятерке до нашей деревни. Тебя, естественно, нанимают, чтобы их поймать. Но ведь никто из них и не догадывался, что ты не сможешь сдать своего спасителя. А жрецы знали... И вот ты здесь. Как видишь, все просто. И я рад, что мы в тебе не ошиблись.

- А дед Ольги? - поинтересовался я. - Что с ним?

- Узнав о том, что его внучка отправилась на Перевал, он бросился за нею, - пояснил он. - Лешка опередил вас на день, обогнав, когда вы были в пещерах. Теперь он дожидается своей участи, которую будут решать жрецы.

Мне не очень-то понравилось все то, что я услышал от деда. Значит, я действовал по чьей-то чужой воле! Значит, все эти жертвы были принесены ради того, чтобы доставить сюда глупую, взбалмошную девчонку!

- Дед, я тебя не узнаю! - заявил я. - Как ты все это можешь терпеть? Неужели за это время ты мог так измениться? Куда делся тот человек, который был для меня идеалом и примером для подражания?

Он покачал головой.

- Этого человека уже нет, внук. Он умер...

В этот момент послышалось хлопанье крыльев, и на площадку рядом с нами опустились несколько драконов. На них восседали люди в белых свободных одеждах, а один из драконов был оснащен будкой. Кроме того, их сопровождали несколько человек, которые были будто высечены из камня и похожи один на другого словно близнецы. Одного из них я видел раньше - один раз, когда переправлялся по мостику через пропасть, другой раз совсем недавно, когда тот неожиданно спрыгнул сверху, чтобы спасти нас. Ни один мускул не шевелился, когда они стояли рядом с драконами. И доспехов на них не было...

- Кто эти люди? - поинтересовался я.

- В белом - жрецы, в черном - их охрана, своеобразная гвардия, спецназ. Называй, как хочешь. Они же убивают неугодных жрецам людей. Это очень искусные и безжалостные воины. Опасайся их, внук! Встреча с ними грозит неминуемой смертью!

Дед явно боялся телохранителей жрецов. Раньше он был смелее. Или, может, эти люди действительно представляли смертельную опасность для простого смертного?

- Мне пора, - сказал дед, хлопнув ладонями по коленям. - Ты можешь посидеть, а мне нужно их встретить, как подобает в таких случаях.

Он поднял шлем, зажал его под мышкой и побежал в сторону жрецов. Достигнув первого из них, дед упал на одно колено и низко-низко склонил голову. Жрец сделал знак рукой, и он поднялся на ноги. Далее с его стороны последовали какие-то объяснения, сопровождавшиеся пояснительными жестами. Жрецы внимательно слушали его, изредка кивая головами.

Я не верил своим глазам! И это был мой дед? Сколько я себя помнил, он никогда и ни перед кем не пресмыкался. А тут испытывал такое унижение! И это тот человек, о независимости которого ходили легенды! Как же он изменился за то время, пока я его не видел! Да, видимо, тут ему не только вернули молодость, но и поковырялись в его мозгах! Другого объяснения произошедшим в нем изменениям я не находил...

Тем временем дед закончил свой доклад. Передний жрец что-то ему сказал, и он, обернувшись, сделал знак рукой, чтобы я подошел. Что я и выполнил, сгорая, честно говоря, от любопытства.

Ничего особенного, скажу я вам, в этих жрецах не было. Обыкновенные мужики и женщины. Правда, веяло от них какой-то скрытой угрозой. Чувствовалась сила, заключенная в них. А так они ничем не отличались от обычных людей.

Другое дело - их охрана. Казалось, эти воины, носившие короткие клинки на поясе, не были живыми. Просто каменные статуи какие-то! Причем, на одно лицо... И, однако, чувствовалось, что они - весьма искусны в убийствах. Такой вывод я сделал, исходя из их поз и расположения вокруг жрецов. Откуда бы не было совершено нападение, телохранители могли сразу же достать покушавшихся на их хозяев.

- Сашок, это - Совет жрецов, - объявил мне дед, когда я подошел. - А это - Глава Совета Нирдок, - он почтительно поклонился тому жрецу, который стоял впереди. - Он хочет поговорить с тобой.

Сказав это, дед отошел в сторону. Нирдок некоторое время с интересом рассматривал меня, а потом произнес по-русски, практически без акцента, чем вызвал мое искреннее изумление:

- Молодец, проводник! Ты неплохо справился со своей задачей!

- Плохо! - возразил на это я. - Я не смог уберечь ни Лехи, ни Алисы от гибели.

- Ты, наверное, не понял, - сурово заявил жрец. - Мы не имеем в виду людей. Мы благодарим тебя за будущую Верховную Жрицу.

- Для меня Ольга не хуже и не лучше других. Я не вижу смысла выделять ее, - дерзко ответил я.

Жрецы недоуменно переглянулись. Было заметно, что они не понимают причину моей агрессивности.

- Послушай, проводник, - сказал Нирдок, качая укоризненно головой, - мы понимаем, ты расстроен смертью своих друзей. Ты подсознательно обвиняешь нас, но мы не виноваты. Мы, наоборот, старались всеми силами помочь вам. Помнишь, маленький народец, снежная буря, битва с тарксами, помощь в последнем бою?

- Помню, - сказал я. - Но почему вы оживляли меня два раза, а моих друзей - нет?

- Мы не можем тратить свою Силу на всех и каждого, - объяснил он мне. - Мы и так слишком много сделали для вас. Или ты не согласен?

Я ничего не ответил на этот, вполне справедливый, упрек.

- Что будет с нами? - поинтересовался я, имея в виду Ольгу и себя.

- Ольга пройдет Посвящение в Фарксе и станет Верховной Жрицей, - ответил мне жрец. - Ее предшественница, почтенная Альнуль, почти достигла цели, которой является возвращение всех нас в наш мир. К сожалению, только маленькая часть Перевала переместилась. Ты ведь видел ее в своем мире... Так вот, почтенная Альнуль ошиблась! Вместо того чтобы переместить тот кусок в наш мир, она перебросила его окончательно в ваш.

- А где же тогда находится Перевал? - очень сильно удивился я.

- Между нашими мирами, но ближе к вашему. Наши враги не могут проникнуть сюда, но и мы не можем вернуться обратно. Новой Верховной Жрице предстоит изучить все записи, оставшиеся от ее предшественницы, и закончить начатое, - сообщил Нирдок.

- Неужели на всем Перевале не нашлось другой женщины, кроме Ольги, которая смогла бы справиться с этим делом? - поинтересовался я, пристально глядя в его глаза.

Жрец выдержал мой пристальный взгляд, нисколько не разгневавшись на такую дерзость.

- В том-то все и дело, что нет. Прочитать записи Верховной Жрицы и обрести ее Силу может только наследница по крови. У почтенной Альнуль не было детей. И на Перевале не осталось никого, в чьих жилах текла бы хоть капля родственной крови. Поэтому нам пришлось обратить свои взгляды за пределы.

- Хорошо, с Ольгой вроде бы разобрались, - закрыл я тему. - Девчонка потратит остаток жизни в поисках того, чего, может быть, и нет на белом свете. А как насчет меня?

Нирдок опять оценивающе посмотрел на меня.

- Для этого, собственно говоря, мы и позвали тебя. Ты вернешься обратно.

- В дружеские объятия Эдди? - напомнил я ему. - У него много вопросов ко мне накопилось за последнее время...

- Это наша забота, тебя это волновать не должно, - ответил он.

Но я чувствовал, что это еще не все.

- И это все? - поинтересовался я. - Неужели вы мене позвали только затем, чтобы сообщить, что вы милостиво разрешаете мне вернуться назад?

- Нет, не все! - разочаровал меня жрец.

Это походило на вербовку агента из плохого шпионского детектива и начинало мне надоедать.

- Мне все понятно, - сказал я. - Чем мне придется заниматься?

- Жить, как и жил раньше, - ответил на мой вопрос Нирдок. - Заниматься тем, чем занимался - провожать людей на Перевал. Наших людей... В общем, будешь Хранителем Перевала.

- А зачем вам эти люди? - спросил я, прищурив глаза и спокойно взирая на него. - Своих, что ли, не хватает?

Жрецы, видимо, тоже понимали по-русски и зашумели, бросая гневные взгляды в мою сторону, но этот мужчина, явно бывший моложе всех остальных членов Совета, одним властным движением руки заставил их умолкнуть.

- Мы хотим вернуться в наш мир. Но там нас поджидают враги. При помощи этих людей мы будем обладать огромным опытом войн, накопленным в вашем мире. И это, я надеюсь, поможет нам победить в той войне, которую ведет наш город против своих врагов. Они спят и видят, как бы его разрушить.

Я дождался конца его монолога и заявил:

- А вы не задумывались над тем, что, пока вы тут сидите, война уже могла закончиться? Могли поменяться люди, их нравы, образ мышления. Может, уже и нет никаких врагов?

- У Фаркса враги есть всегда! - сказал Нирдок. - И мы всегда должны быть готовы отразить их натиск! Но мне нравится, как ты рассуждаешь. У тебя правильный ход мыслей. Именно поэтому нам и нужны сведения из вашего мира, что в нашем все могло поменяться. Мы должны хоть на один шаг, но превосходить своих соперников.

- Тогда возьмите с собой меня, - предложил я им. - Я многое знаю... К тому же мне очень хочется посмотреть на Город.

- Ты забываешься, проводник! - не выдержала одна из Жриц, древняя старуха. (Она говорила на том же языке, что и маленький народец, и я ее хорошо понимал.) - Здесь хозяева мы, и нам решать, пойдешь ты с нами или нет!

Конечно, я немножко обнаглел, принявшись давать советы Хозяевам Перевала. Я прекрасно это осознавал, но не мог остановиться.

- Спокойно, уважаемая Норна, - властно сказал Нирдок жрице и терпеливо обратился ко мне: - Фаркс ты еще успеешь увидеть, но позже. До Посвящения рядом с Верховной Жрицей не должно быть никого из ее мира. Мы не хотим, чтобы она, пусть даже и случайно, увидела хоть кого-нибудь, кто мог бы ей напомнить...

- Что, неужели это так страшно для вас? - съехидничал я. - Боитесь, что она сбежит обратно в наш мир? Тогда вам придется и после Посвящения караулить ее. Человеку не так-то просто забыть свою Родину!

Жрец покачал головой.

- Наш мир так просто не отпускает тех, кто с ним связан. Ее дед, Алексей, остался здесь, забыв о вашем мире. Лишь по прямому указанию Совета Жрецов он отправился к своей внучке, чтобы оберегать ее и привести сюда, когда наступит время.

- И, тем не менее, он ослушался, - напомнил я ему и усмехнулся: - Он, мне кажется, понял, что это такое - жить в вашем мире. У вас тут самая настоящая тирания! Ваши люди не вольны делать свой выбор. Он любил ее и не хотел ей той участи, которую приготовили ей вы!

Сразу же опять поднялся ропот среди жрецов.

- Он не достоин той чести, которую ему собираются оказать!

- Он не уважает наших законов!

- Это вольнодумство!

И тому подобное. Однако Нирдок остановил их возмущение одной единственной фразой:

- Он - единственный оставшийся из проводников!

Послышались отдельные голоса:

- А десятник Константин? Он может заменить его.

- Он нам нужен здесь! - твердо возразил Нирдок.

- Есть еще два на крайний случай!

- Которые сидят в тюрьме? - усмехнулся жрец. - Вы отлично знаете, что те люди не подходит нам. В них не течет кровь нашего мира, как у Александра.

- Зато с ними можно договориться!

- Послушайте меня, уважаемые члены Совета, - сказал Нирдок, поднимая вверх обе руки в знак внимания. - Если вы помните, мы все обсуждали кандидатов на пост Хранителя Перевала. Неужели вы забыли предсказание жрицы Айи? Человек, не принадлежащий нашему миру, приведет чужаков и... Дальше вы помните?

Больше ему никто не возражал. Лишь один голос прозвучал в противовес:

- А его чувства к будущей Верховной жрице?

Нирдок повернулся ко мне.

- Что ты чувствуешь по отношению к этой девушке?

Я подумал и неопределенно пожал плечами.

- Пожалуй, ничего, кроме дружеского расположения.

- Все слышали? - обратился жрец к своим коллегам.

Жрецы промолчали. Тогда Нирдок опять повернулся ко мне.

- Правильный ответ, проводник. Теперь она станет Верховной жрицей, когда пройдет Посвящение. А это значит, что она будет навсегда закрыта для человеческих чувств. Ее нельзя будет любить или ненавидеть. Ее можно будет только боготворить. А когда придет время заиметь наследницу, Совет сам выберет ей мужа из числа достойнейших. Так что лучше тебе совсем забыть о ее существовании. Если ты попробуешь... Лично я не хочу твоей гибели, но тогда тебя ничто уже не спасет. Даже я...

- Да не интересует меня, кем она будет! - огрызнулся я. - Тем более, я не собираюсь претендовать на нее. С чего это вы взяли?.. И вот что я вам скажу. Из-за нее погибли мои друзья. Погиб человек, некогда спасший мне жизнь. А я не смог отплатить ему тем же. Да и сам чуть было... Это слишком большие жертвы за одного человека, жрец!

- Она тут ни при чем, - возразил Нирдок.

- Лично она - нет, - согласился я. - Но именно из-за нее заварилась вся эта каша. Кстати, вы так мне и не сказали, какова моя дальнейшая судьба. Насколько я понял, в Город я не попадаю. Дальше что?

- Вернешься домой. Будешь делать то, о чем мы уже говорили, - сказал жрец.

- А если я не соглашусь? - Я пристально посмотрел ему в глаза. - Если тайно последую за вами?

Нирдок хитро улыбнулся.

- У тебя есть дело. Надо будет вывести этих глупцов, когда они закончат уборку Дороги.

Он кивнул на пленников. И это был чертовски хитрый ход, скажу я вам! Я знал, что без проводника им никогда не выйти с Перевала. Но я не настолько зачерствел сердцем, чтобы бросить этих несчастных на погибель, хотя совсем недавно готов был им глотку перегрызть. Нирдок знал это...

- Вы применили запрещенный прием! - возмутился я.

- Для твоего же блага, - парировал жрец. - Кстати, если хочешь, можешь попрощаться с Ольгой. Скоро мы отправимся в путь, а ты останешься здесь.

- Валяйте! - махнул рукой я.

- Так мы можем рассчитывать на твою помощь? - поинтересовался Нирдок, пытливо вглядываясь в мое лицо.

Я вздохнул.

- Конечно...

Жрецы отправились в сторону пленных. Ко мне подошел дед и сказал, покачав укоризненно головой:

- Зря ты так, внук! Нажил себе таких врагов!.. Жрецам явно не понравилось твое поведение.

- Плевать! - заявил я. - Подумаешь, цацы какие! Я им просто сказал то, что думаю.

- Здесь это опасно, Сашок! - сообщил дед. - Можно поплатиться головой!

- Я не боюсь смерти, дед! - сказал я, качая отрицательно головой.

- Зато я боюсь за тебя! - приобнял он меня. - Если бы не Нирдок, не знаю, чтобы они с тобой бы сделали. Будь осторожен! У них длинные руки!

- А что они могут сделать вне Перевала? - удивился я.

- Прислать Черных телохранителей, - ответил дед, видимо, имея в виду телохранителей жрецов.

Я пожал плечами.

- Пусть приходят. Мне есть, чем их встретить.

Дед как-то странно посмотрел на меня.

- Ты их недооцениваешь, Сашок. Эти черти могут появиться тогда, когда ты их совсем не ждешь. И, что самое страшное, об их приближении ты и не узнаешь!

- Ладно, я буду осторожен, - успокоил я его. - Только, мне кажется, ты все-таки сгущаешь краски. Это же всего лишь люди...

- В том-то и беда, что не совсем, - перебил он меня. - Никто из простых людей не знает, кто они и откуда.

- Интересно... Впрочем, поживем - увидим. Может, мне и не придется с ними столкнуться, - сказал я.

- Дай-то Бог! - дед похлопал меня по плечу. - Ну, ладно. Поторопись, у вас мало времени.

- Последний вопрос... - Я пристально посмотрел на него. - Кто такой Нирдок? Он мне показался очень умным человеком, непохожим на других жрецов.

Дед улыбнулся.

- Этот умный человек очень опасен. Он молод, но уже успел стать Главой Совета. Его все слушаются, и, фактически, он заправляет всеми делами на Перевале. Не знаю почему, но ты ему понравился. Пока он стоит у власти, можешь не опасаться за себя. Но если с ним что-нибудь случится...

Он не договорил, но и так было ясно, что эта перспектива сулила мне мало хорошего.

- Ладно, иди, - поторопил меня дед.

Я подошел к девушке.

- Вы их нашли? - спросила с нетерпением она, а в глазах была тревога.

- Да, - ответил я и, стараясь говорить беспристрастно, сообщил: - Они погибли.

Ольга закрыла лицо руками.

- Боже мой! И зачем я их сюда потащила? Сейчас были бы все живы...

Я положил руку на ее плечо, почувствовав, что это горе - неподдельное.

- Это плата за твое нахождение здесь, Оля.

- Но я не знала! Я не хотела!.. - вскрикнула она, и в ее голосе почувствовались слезы.

- За все в жизни приходится платить, моя девочка, - сказал я, гладя ее по голове. - Я верю, что ты этого не хотела. Так хотели другие, а заплатить пришлось нашим друзьям.

Девушка опустила руки и взглянула на меня. Ее лицо было мокрым от слез.

- Что же теперь будет, Саша?

Я пожал плечами.

- Нам придется расстаться. Ты отправишься дальше, в Город, в который ты так стремилась. Там для тебя начнется новая жизнь... - Я вздохнул. - А я вернусь к старой. Хотя нет, - добавил я, подумав. - После того, что я увидел и узнал здесь, по-старому я уже жить не смогу.

- Но почему? - спросила она растерянно. - Почему я должна ехать туда, а вы, Саша, нет?

- Так хотят ОНИ, - коротко ответил я.

Тут на мое плечо легла рука.

- Заканчивайте. Уже пора...

Это был мой дед, уже в шлеме и при полном параде.

- Прощай, Оля, - сказал я.

Девушка выглядела совсем потерянной. Такая ситуация ее начинала пугать.

- Я не хочу ехать с ними, Саша! - умоляюще произнесла она, оборачиваясь, и вдруг бросилась мне на шею. - У меня ведь не осталось никого в этом мире, кроме тебя! Лучшая подруга погибла, Алеша тоже. Дед...

Она сама и не заметила, как перешла со мной на "ты". А, может, специально, почувствовав, что больше никогда не увидит меня.

- Твой дед здесь, - сообщил я ей. - Так что здесь ты не будешь одинокой.

Сильные руки разомкнули ее объятия. А я стоял и смотрел на нее. И ничего не мог сделать. Все было решено заранее. И ни мне, ни ей не дано было что-либо изменить...

Жрецы осторожно взяли девушку под руки и повели к дракону, на котором была установлена будка. Но она вдруг вырвалась, подбежала ко мне, обхватила руками за шею и поцеловала в губы.

- Знаешь, я тогда сказала неправду о своем парне. Нет у меня никого!

- Я знаю, - ответил я, прижимая ее доверчивое тело к себе.

Тут подбежали воины и разъединили нас. Единственное, что мы успели - это обменяться нательными крестиками. При этом Норна так глянула на меня, что мне стало ясно, что отныне и навсегда я для них - особа, посягнувшая на святыню. И только поддержка Нирдока спасла меня от наказания за святотатство. Я заскрежетал зубами, видя, как ее уводят. Но главное - я не мог решиться на один единственный шаг, выпуская из своих рук то, ради чего, быть может, боролся и искал всю жизнь. А Ольга... После того, как ее посадили на дракона, а Нирдок и два телохранителя уселись рядом для сопровождения, она все оглядывалась на меня. А я специально отвернулся - и так почему-то хреново было на душе. Хотелось верить, что там ей будет лучше, и она забудет, что существовал когда-то такой Санька, которому она оказалась далеко не так безразлична, как он думал. А этот Санька, глупец, понял это только тогда, когда окончательно осознал, что больше уже никогда ее не увидит...


11.

Ну, вот и все, гражданин следователь - рассказу конец. Ну, давайте ваш протокол, посмотрю, что вы там написали...

Как вы ловко это завернули, гражданин следователь! "Группа Сикорского подверглась нападению со стороны конкурирующей группировки, в результате чего сам Сикорский был убит своим бывшим начальником Службы Безопасности Шмаковым Алексеем Валерьевичем. Убийство было совершено после того, как Шмаков узнал о том, что Сикорский во время последней войны передавал секретные сведения боевикам, в результате чего наши войска несли большие потери. Сам Шмаков погиб в этой же стычке..." Если опустить подробности, то, в принципе, все верно...

Хотите знать, что было после того, как жрецы увезли Ольгу? Значит, вас все-таки заинтересовала моя история! Все так банально началось и так неожиданно закончилось... Что?.. Вы говорите, у такой сказки должен быть хороший конец? Но это жизнь, а не сказка, и в ней не всегда бывает так, как мы того хотим! Вот уже больше двух лет прошло с тех пор, а эта история все еще продолжается...

Уцелевшие люди Сикорского (таковых осталось десять человек) в течение недели расчищали завалы из камней. Нет, из спецназовцев ФСБ никто не уцелел. Их всех перебили Черные телохранители перед нападением. Причем, заметьте, абсолютно бесшумно! И тот парнишка, которого Серега, начальник службы безопасности Сикорского, послал к феэсбешникам, чтобы предупредить их о предательстве своего шефа, лежал неподалеку, так и не добравшись до цели. Мы похоронили их в одной братской могиле, как и остальных людей, погибших от камнепада...

Нас охраняли воины из Стражи Перевала. А чтобы люди работали побыстрее, их подгоняли специальными палками. При прикосновении такой палкой человек получал болезненный, но не смертельный удар током. После нескольких ударов бедняга падал без сил. Так что скоро уже не находилось ни одного смельчака, который бы пытался отлынивать или возражать. А ведь эти люди не отличались кротостью...

Однако трое все-таки решились на побег. Не знаю, на что они рассчитывали, но побежали... Через полдня воины принесли их тела. Все трое разбились... После этого случая ни у кого не возникало даже мысли о побеге...

Мне вернули все мое снаряжение, и я частенько бродил по горам в поисках добычи для пропитания этой оравы. Надо отметить, что мне было разрешено отстреливать баранов, которые, оказывается, бродили не сами по себе, а являлись собственностью жителей Перевала... Частенько я работал наравне со всеми. Вообще-то, воины относились ко мне с уважением, которому, вероятно, способствовал мой статус Хранителя Перевала. Благодаря этому мне удавалось выбивать для моих подопечных некоторые поблажки. Для тех, кто мог быть слишком сурово наказан... Кроме того, в поддержании дисциплины мне здорово помогал Сергей, по счастливой случайности уцелевший после обвала. Леха был прав - он действительно оказался неплохим парнем. Когда Виктор перевел ему разговор Ибрагима и Фазиля, а Сикорский подтвердил справедливость слов горца, вера Сергея в своего кумира пропала. И он вместе с ребятами решил помочь Лехе, выступив на его стороне, но не успел...

А потом, когда работа была закончена, я вывел их с Перевала. Они разъехались в разные стороны, но стоит мне позвать, и шесть крутых парней примчатся, чтобы мне помочь... Почему шесть? Потому что Серега остался, со мной. После того, как рухнул его идеал Сикорского, он не захотел возвращаться в большой мир...

Что случилось с Эдди?.. Когда я вернулся домой, то узнал, что капитана больше нет. Кто-то (и я догадываюсь, кто) пришил его. Таким образом, с его смертью мои проблемы исчезли...

Перевал?.. После моего возвращения жрецы закрыли его. Проникнуть туда можно только через пещеры... Опасно?.. Что вы, нисколько!.. Нет, ххорны все еще там. Просто маленький народец сумел потеснить их, и я тоже приложил к этому свою руку... О, у меня с ними замечательные отношения! Иногда я выполняю для них кое-какие поручения... Ну, меняю их изделия на то, что им необходимо. И сам, конечно, не остаюсь в накладе...

Что стало с дедом Ольги?.. Как родственнику Верховной Жрицы ему ничего не сделали. Просто сослали подальше, в Стражу Перевала...

Ольга?.. Она стала Верховной Жрицей. Я часто вспоминаю наше расставание с нею. А ей ведь очень не хотелось ехать в этот незнакомый мир одной, без друзей! Она ждала, что я брошусь вслед и не пущу, отобью у воинов. Может, я бы так и сделал. Хотя это было бы бесполезно... Слишком неравны были силы. Я бы погиб, а ее все равно увезли бы... Кем она была для меня? Просто ли знакомой девушкой? Мог ли я назвать ее своей?.. Лишь глядя ей вослед, я понял, что она стала для меня нечто большим, чем просто знакомой. Любовь?.. Не знаю... Хотя именно такую девушку, как Ольга, я искал всю жизнь... Нет, мы с ней больше не встречались. Теперь она - Верховная Жрица. Верховная Жрица - это звание, но не власть. Как королева в Англии... Она не вольна распоряжаться своей жизнью. И все-таки я верю, что когда-нибудь я встречусь с ней. Помните последние слова Микки перед самой смертью? "Она обязательно вернется", - сказал маленький человечек. И я верю в его слова. Потому что намереваюсь сам вернуть ее назад.

Да, за последнее время на Перевале произошли большие изменения. Два деда (мой и Ольги) пересказывают все события, которые происходят у них. Нирдока недавно сместили. Кто?.. Да сами жрецы. А точнее, Норна со своими прихвостнями. Бывшего Главу Совета Жрецов и тех, кто его поддерживал, бросили в темницы. Норне не понравилось, что Нирдок призвал людей со стороны, пусть даже в их жилах и течет кровь жителей Перевала. Норна - тиран по своей натуре. Судя по словам моего деда, Норна сама хотела занять пост Верховной Жрицы, но Нирдок решил поставить Ольгу. Похоже, что нападение ххорнов - ее рук дело. Да и тот зловещий туман вызвала именно она, надеясь, видимо, что "мокрицы" доберутся и до нас, уничтожив будущую Верховную Жрицу. И только вмешательство Нирдока спасло нам жизнь. Он послал Стражей Перевала...

Нет, это всего лишь подозрения, но эти подозрения имеют под собой реальную основу. Жизнь на Перевале изменилась не в лучшую сторону. Ужесточились порядки... Мне и здесь хорошо. Тут у меня больше свободы. Я волен делать то, что захочу. Правда, теперь меня все время тянет обратно на Перевал. Это прощальный подарок жрецов, черт бы их побрал! Но я намастачился преодолевать эту тягу, и она теперь не приносит мне слишком больших неудобств...

Я знаю, что Норна в первую очередь возьмется за меня, когда закончит приборку у себя. А, может, уже взялась. Не просто же так ваше ведомство вдруг заинтересовалось моей скромной персоной?.. Почему я так думаю?.. Норна терпела меня, пока я был нужен Нирдоку. Теперь она хозяйка на Перевале. А я ей совсем не нужен. И я думаю, она припомнит мне все вольности, которые я позволил по отношению к ним. Опять же, не оставят они в покое человека, который имеет такое влияние на Верховную Жрицу...

Короче, мы решили нанести упреждающий удар. Кто мы?.. Я, Серега, Женька и оба деда. Мы решили пойти на перевал и вызволить Ольгу, пока она не сумела перенести этот кусок в свой мир... Нет, я не сомневаюсь в том, что ей это удастся. Она - умная, способная девочка и, если судить по рассказам моего деда, уже достигла больших успехов в качестве Верховной Жрицы... К тому же есть у меня подозрение, что Норна после выполнения задачи вряд ли оставит Ольгу в живых. Лучше иметь мертвого кумира, нежели живого...

Поэтому мы решили по-своему разобраться со жрецами. Вызвали парней, о которых я вам говорил, и собирались в ближайшем будущем отправиться на Перевал. Но тут прибыли ребята в масках, повязали меня и отправили сюда. Но я все равно отправлюсь туда и выполню то, что задумал!..

Вы так и не верите мне, гражданин следователь? Думаете, я все выдумал?.. А хотите, докажу?.. Чего это вы так побледнели, гражданин следователь? Да, это тот самый меч... Ручонки-то уберите от кнопочки, очень вас прошу! Далеко ли до греха...

Хорошо, очень хорошо. Теперь идите сюда... На что я надеюсь? Нет, через охрану я не пойду. Если вы заметили, окно вашего кабинета выходит прямо за территорию СИЗО. Внизу меня ждут друзья... Как я проникну сквозь решетку? Сейчас увидите...

Хорошая штука этот меч, правда? Железо режет, как бумагу! Теперь можно лезть в окно... Извини, приятель, но мне придется тебя вырубить, дабы ты не поднял шум раньше времени... Вот так. Полежи-ка здесь...

А свои показания я заберу с собой. Пусть потом попытается доказать, что все это - правда! В лучшем случае его сочтут сумасшедшим...

Ну, с Богом! Пошел!..


Часть II.


Боги Перевала.


...Данька, дружище, здорово! Не ожидал?.. Честно говоря, я и сам не думал - не гадал, что судьба снова сведет нас. Ничего, что мы завалились к тебе на ночь глядя?..

Я тоже чертовски рад тебя видеть, дружище! Те дни, когда ты со своей видеокамерой лазил по нашим горам, а я был твоим проводником, часто вспоминались мне. Помнишь, наши ночные посиделки у костра? Днем мотаемся, ты снимаешь, я страхую, а вечером - жаркий огонь, спиртяга и разговоры, пока глаза не станут закрываться сами... Ты глоток, потом я. Так и сидели, передавая флягу по кругу, рассказывая друг другу разные байки из собственной жизни...

А ты, смотрю, неплохо устроился! Шикарная квартирка, что и говорить! Стереосистема, крутой, судя по всему, комп, мебелюха - обалдеть не встать! Видать, импортная!.. На гонорар купил? Это за тот фильм, снятый о Перевале?..

А я ведь, Данька, чуть было не погорел из-за этого твоего шедевра!.. Да ладно тебе, не бери в голову! Это уже в прошлом...

Ах да, извини! Совсем забыл представить тебе... Это Ольга... Да-да, та самая!.. В общем-то, поэтому мы здесь и оказались. Не возражаешь, если мы переночуем у тебя? Мы же здесь никого не знаем, кроме тебя, деньги кончились, вот и вспомнилось мне, что ты приглашал меня к себе в гости. Но если тебе это в напряг, ты только скажи!.. Спасибо, дружище! Я так и подумал, что ты не откажешь. Я-то ничего, как-нибудь перебился бы, а вот Ольга совсем вымоталась. Мы ведь последние пару недель практически не спали, почти все время на ногах! Видишь, еле держится, бедняжка! Выжатый лимон, и тот лучше выглядит...

Да не гоношись ты, Данька! Кинь нам чего-нибудь на пол, а то Оля уже, похоже, руля не видит от усталости. Пусть она ложится, а мы с тобой пойдем на кухню, посидим, поговорим...

Ого, кучеряво живешь, дружище! Коньячок французский, икорка, балычок... Впрочем, сейчас это как нельзя кстати. Расслабиться надо, а то последние несколько месяцев у меня не жизнь, а сплошная нервотрепка! Так что давай, разливай, а я буду рассказывать...


1.

...Твой фильм, Данька, таких дел натворил!.. Да если б я знал, что ты тайком меня снимаешь во время наших посиделок, ни в жизнь бы не стал трепаться о Перевале!.. Да нет, сам фильм получился очень даже ничего. Но вот несколько твоих комментариев к моим словам поставили на уши власти не только нашего округа, но и всей страны!.. Да, я о контрабанде через Перевал. Ведь ты ж не только рассказал об этом, но подтвердил фактами свои слова. Взятки, которые брал бывший начальник нашей погранзаставы, причастность к этому делу высших чиновников... Ага, это я о Сикорском. Из-за него, собственно говоря, и начались мои неприятности. Ты ведь достаточно много компромата накопал на покойного, и власти не могли оставить без внимания такой крупный скандал. Ну, а я - живой свидетель, да еще проводник контрабандистов!.. Я сразу понял, чем это мне грозит, но не успел вовремя убраться. Примчались "маски-шоу" в камуфляже с автоматами, положили меня мордой в землю, щелкнули на руках железными браслетами и отправили туда, где небо в клеточку, а друзья в полосочку...

Нет, Данька, я на тебя не в обиде, хотя, если честно, поначалу шибко на тебя осерчал. Просто именно тогда мне было необходимо оставаться на свободе. Мы ведь как раз собирались двинуть на Перевал, чтобы выручить Ольгу...

Так ты ведь, Данька, ничего не знаешь! С того времени, как мы расстались, на Перевале кое-что изменилось. Эта старая швабра Норна сместила Главу Совета жрецов Нирдока и взяла власть в свои руки! Сам знаешь, она ко мне была неравнодушна с самой первой нашей встречи, только ее чувства вряд ли можно было назвать теплыми и дружескими. Впрочем, как и мои по отношению к ней...

Так вот, когда мой дед принес известие о смещении Нирдока, я сразу понял, что отныне нам с нею на Перевале не ужиться. Но это еще ничего бы, я и так не горел особым желанием видеть ее противную рожу. Хуже всего было то, что эта старая стерва получила неограниченную власть, в том числе и над Верховной Жрицей, над Ольгой! Сечешь, о чем это я? Она была нужна Норне только до тех пор, пока не вернет Перевал обратно в свой мир. А когда вернет... Сам понимаешь, мертвый кумир лучше, нежели живой...

Этого ни я, ни наши деды допустить не могли. И тогда мы задумали эту спасательную экспедицию. Подготовились, назначили дату выступления, и тут - на тебе! Загремел я в СИЗО, и, насколько уяснил со слов следака, шансов выйти оттуда на свободу у меня не было никаких. Сам посуди, мог ли я в такой ответственный момент позволить упечь себя на несколько лет в места не столь отдаленные?..

Ну да, ты правильно понял меня! Я сбежал... Да не пугайся ты так! Никого я не убивал... Так, следака оглушил маленько и сиганул из окна прямо за территорию СИЗО... Не веришь? Вот провалиться мне на этом месте, если вру! Помнишь мой меч?.. Да, тот самый, который мне дал Микки, маленький человечек из подземного лабиринта Перевала, заплативший своей жизнью за наше спасение... Помнишь, я тебе показывал, как он режет камень?.. Вот так же он перерезал решетки на окнах камеры, в которой меня допрашивал следак. Легко, словно нож масло...

Так вот, окно выходило прямо за территорию СИЗО. Открыл я его и сиганул прямо на улицу. Хорошо еще, второй этаж был, а то бы костей не собрал! И так все ноги отбил об асфальт...

Опять не веришь? Конечно, мой побег выглядит очень уж неправдоподобным. Я мог бы переломать ноги, но, слава богу, в армии и не с такой высоты приходилось прыгать. Который раз я добрым словом помянул наших сержантов, заставлявших нас в учебке до седьмого пота отрабатывать полосу препятствий! В том числе и прыжки с высокой стены на землю...

Тело само среагировало, как нужно. Едва мои ноги коснулись асфальта, я сгруппировался, приседая, и кувырком перекатился вперед, гася энергию падения. И чуть было не угодил под колеса "Тойоты"! Водитель так ударил по тормозам, что его тачку аж поперек проезжей части развернуло!..

Вскочил я на ноги и рванул к машине. А там как раз водила вылезал. Такой амбалище - ряха в объектив не помещается! Наверное, хотел мне что-то сказать, да не успел. Я ему слету пару раз заехал по зубам и вышвырнул на тротуар, как котенка! Возможно, в обычной ситуации я бы еще подумал, связываться мне с этим "качком" или нет, но тут времени на размышления не было. Мне нужна была его тачка, и вряд ли бы он отдал ее мне добровольно...

Короче, ошарашенный мужик отлетел на тротуар (видать, не ожидал от меня такой наглости!), а я вскочил в машину, втопил газ до упора (аж покрышки задымились!) - только меня и видели! Последнее, что я заметил, - сидевшего на тротуаре амбала, до сих пор еще до конца не пришедшего в себя. Что ни говори, рука у меня тяжелая и удар хороший!..

С квартал, наверное, гнал я, как сумасшедший. Потом сбросил скорость, проехал еще немного, свернул на стоянку, заглушил движок и вылез из машины. А тут и Женька с Серегой подкатили на своем тарантасе... Откуда они взялись? Так я им еще на свиданке наказал, чтобы в этот день ждали меня у СИЗО. Вот они и болтались там, пока не увидели, как какой-то ненормальный сиганул со второго этажа прямо на проезжую часть. Конечно, ребята сразу смекнули, кто был этим камикадзе, решившимся на побег из СИЗО средь бела дня, на виду у всех, и последовали за мной. А дальше мне оставалось всего лишь, не торопясь, не привлекая лишнего внимания, сесть в Женькину тачку и отправиться дальше уже в качестве пассажира...

Нет, конечно же менты потом подняли всех на уши, но было уже поздно. Наверное, я правильно рассудил, что амбал принадлежит к "браткам" и обращаться в милицию не станет, а просто отзвонится своим корешам, чтобы разыскать наглеца по своим каналам и примерно наказать. Эти, конечно, наверняка среагировали быстрее, но максимум, что они могли найти - это свою тачку, целую и невредимую...

Но я отвлекся. Когда менты объявили перехват и разослали мои данные по всем постам, мы были уже далеко от города. Женькину машину мы оставили в нашем селе и двинули к моей избушке пешком. С какой радостью возвращался я домой! Но когда увидел, во что они превратили мою хату!.. До сих пор сердце кровью обливается, Данька, как вспомню об этом! Во-первых, они опечатали все, что только можно, даже сарай с инструментами! Такого нахальства я, конечно, не мог стерпеть и сорвал все эти бумажки к чертовой матери! Но то, что предстало моим глазам, заставило меня прямо-таки позеленеть от бешенства! Нет, я, конечно, не чистюля, но к своему жилью всегда относился аккуратно. Максимум, что можно было увидеть в моей хате - это легкий "творческий беспорядок" в комнате. Но эти козлы перевернули в доме все вверх дном! Уж не знаю, что они там надеялись найти, но бардак устроили такой, словно Мамай прошел! И уж, конечно, никто не удосужился вернуть все, как было, по местам. Но самое хреновое было то, что исчезли все мои запасы спиртного! Ладно хоть Женька догадался захватить с собой фляжку с первачом...

Надо было торопиться, скоро могли опять нагрянуть "маски-шоу". Уж что-что, а если менты не дураки (а они не дураки, это точно), в первую очередь они должны были заглянуть в наши края. В селе нас видели, поэтому появление ребят в масках у моего дома представлялось мне очень даже возможным... Зачем же я полез туда? Мне просто необходимо было забрать снаряжение, подготовленное для экспедиции на Перевал, а оно у меня было спрятано там. Так что приходилось рисковать...

Итак, похватав кое-что из вещей, я уже двинулся было к выходу, когда засек краем глаза какое-то движение у окна. Веришь ли, Данька, я всегда гордился своей отменной реакцией, которая не раз спасала мою шкуру на Перевале, но в этот раз или я двигался слишком медленно, или мой противник обладал феноменальной скоростью! Я успел только заметить промелькнувший на фоне окна черный силуэт, услышать свист около уха и последовавший за этим удар о стену за моей спиной. Буквально в нескольких миллиметрах около моей головы торчал, еще вибрируя от удара, богато инкрустированный жертвенный нож, а я до сих пор стоял, как истукан! И только мгновение спустя мое тело пришло в движение, уходя из-под удара и бросаясь на пол. Я перекатился под прикрытие шкафа, в руке объявился меч Микки, вызванный мной, хоть я прекрасно осознавал, что это вряд ли спасет меня от Черного телохранителя...

Да, Данька, это был один из телохранителей жрецов, готовый выполнить любое приказание своих хозяев... Нет, я не мог ошибиться! Только Черный телохранитель мог так незаметно проникнуть в дом и быстро исчезнуть без следа. Опять же, жертвенный нож напрямую указывал на то, что черный силуэт принадлежал безжалостному убийце, ибо этот нож явно был с Перевала. А кто, кроме Черного телохранителя мог принести его сюда?.. Никто! Скажу тебе честно, Данька, от этой мысли я пришел в дикий ужас! Убить человека для этой нечисти так же просто и естественно, как тебе... Скажем, как тебе дышать! Они отточили это умение до совершенства! Помнишь, я тебе рассказывал, как они вырезали весь спецназ ФСБ, когда освобождали Ольгу из лап Сикорского? А ведь спецназовцы прошли спецподготовку и успешно применяли полученные навыки в реальной боевой обстановке! И, тем не менее, ни один из них не успел даже пикнуть!..

Нет, Данька, он не промахнулся. Если бы этот "черный" хотел меня убить, я бы сейчас с тобой тут не сидел. Это было предупреждение. Мол, не суйся, куда не положено, не то кирдык тебе будет! А еще это означало, что Норна в курсе наших планов...

От этой мысли мне стало как-то не по себе. Если эта старая перечница каким-то образом узнала о том, что мы задумали, наша миссия теряла всякий смысл. Но отступать было поздно. Теперь под угрозой была не только жизнь Ольги, но и жизнь наших с ней дедов. Я не мог бросить их на растерзание Норны...

Когда я вывалился из своей избушки, Женька с Серегой сразу же поняли, что произошло нечто из ряда вон выходящее.

- Ты чего Сань? - забеспокоился Женька. - На тебе лица нет! Что случилось?..

Нет, не имел права я скрывать от них правду! Я честно выложил им подробности своей встречи с Черным телохранителем...

- Может, тебе привиделось? - предположил Серега. - Верный-то вон даже не забеспокоился...

Пес, услышав, что речь идет о нем, оторвал голову от земли и виновато вильнул хвостом:

- Хозяин, я и вправду ничего не почувствовал, а то бы этому гаду не поздоровилось! Я б его на части порвал!

В подтверждение своих слов я показал им жертвенный нож. Они внимательно осмотрели его, но ничего подозрительного не нашли.

- Странно, - сказал Женька, возвращая мне нож, - как этот Черный телохранитель умудрился проникнуть в дом так, что его даже собака не почувствовала? И куда он делся потом? Не мог же он исчезнуть без следа?

- Этот мог, - усмехнулся я. - Вон спроси у Сереги, как они сделали спецназовцев на Перевале! А ведь эти ребята - не чета нам!

- Если он такой крутой, чего ж он тогда тебя не убил? - в ответ поинтересовался Женька.

- Думаю, это было предупреждение, - сказал я. - Мол, если попытаетесь сделать то, что задумали, мы вас выпотрошим и высушим. А ваши внутренности принесем в жертву богам Перевала!..

Смотрю, Серега как-то нехорошо побледнел. Женьке-то что, он на Перевале не был! А вот Серега побывал, и не понаслышке знал, что там творится. Правда, всего один раз, но и этого раза ему хватило, чтобы навсегда отбить охоту соваться туда без приглашения.

- Может, дождемся остальных? - осторожно предложил он. - Нас слишком мало для такой серьезной экспедиции...

Нет, Данька, Серега не сдрейфил. Я его очень хорошо понимал и, будь моя воля, вообще бы отменил эту экспедицию. Шансы выполнить задуманное мероприятие у нас теперь были минимальными, раз Норна умудрилась раскрыть наши планы. А вот шансы угодить в жреческие застенки значительно выросли. Но, в отличие от Женьки и Сереги, я не мог отказаться от своего замысла... Просто надоело быть игрушкой в чужих руках! Хотелось свободы, а обрести ее я мог, только убив Норну... Сумасшедшая идея?.. Наверное. Но иного выхода я тогда не видел. Теперь мне мало было вытащить оттуда Ольгу и наших дедов. Очень уж хотелось поквитаться с этими жрецами за то, что они со мной сделали...

Да, я вроде как бы стал на Перевале своим человеком, мог приходить туда, когда заблагорассудится, и не бояться, что в один прекрасный момент какой-нибудь Страж Перевала отправит меня на тот свет. Но взамен меня крепко привязали к Перевалу! Я не мог по собственной воле уходить от него более чем на несколько десятков километров... Помнишь, я рассказывал тебе о Зове? Подарочек жрецов, будь они неладны, черти!.. Знаешь, чего мне стоило выдержать пару недель в СИЗО? Меня так тянуло на Перевал, особенно по ночам, когда все вокруг замирало, что хоть волком вой или на стену бросайся! А как еще можно было избавиться от этого подарка? Как можно было избавиться от их навязчивого внимания? Они следили за мной. Время от времени я чувствовал, будто за мной кто-то наблюдает, хотя поблизости никого не было... Нет, Верный не чувствовал присутствия чужаков, иначе бы он меня предупредил. У жрецов был способ наблюдать за человеком на расстоянии...

Нет, сейчас они уже не могут за мной наблюдать. И Зов пропал... Нет, это сделала Ольга. Она же - Верховная Жрица, не забывай об этом!.. Ты, главное, не торопи события, Данька, дай рассказать все по порядку, иначе тебе уже будет неинтересно. Дойду и до этого момента...

Так вот, теперь ты понимаешь, что меня заставляло идти на Перевал? С моими друзьями все было по-другому. Они были свободными людьми, Ольгу знали только по моим рассказам, жрецы их не доставали, как меня. Так что особых причин переться вслед за мной у них не было. Просто Женька был моим другом с детства, еще когда я приезжал в гости к бабушке с дедом. Мы с ним всегда делили и радость, и горе... А Серега... Серегу я спас на Перевале от смерти, и он чувствовал себя обязанным мне по гроб жизни, хотя, видит бог, я от него не требовал ничего подобного... Так вот, посуди сам, имел ли я право в сложившейся ситуации рисковать их жизнями? Это была моя война, не их...

- Вот что, братцы-кролики, - сказал я им, - в свете последних событий я не могу вас взять с собой. Шансы на успешный исход задуманного мной дела теперь практически равны нулю. Весь расчет строился на эффекте внезапности, теперь же нас будут ждать. И вряд ли с распростертыми объятиями... В общем, топайте-ка вы домой, я пойду один...

Женька удивленно уставился на меня, словно видел первый раз в жизни.

- Ты че, Сань, головой ударился?

В ответ я покачал головой. Вот тогда, поняв, что я не шучу, Женька возмутился до глубины души:

- Ну, ты даешь, друзан! Ей богу, обидно даже такое слышать от тебя! Ты, вообще, хорошо подумал, прежде чем предложить мне такое?.. Не ожидал от тебя, не ожидал!.. Хрен вот тебе! Не отпущу я тебя одного, даже и не надейся!..

В его словах слышна была неподдельная обида. Впрочем, иного ответа от Женьки я и не ожидал.

- Да не кипятись ты так, Женек! - попытался я его успокоить. - Дело-то и в самом деле рискованное, мы можем и не вернуться оттуда.

- А когда у нас были нерискованные дела? - отпарировал тот. - Может тебе напомнить наши похождения?

Спорить было бесполезно, и я сдался:

- Не надо. Я рад, что ты со мной.

Женька только ткнул меня кулаком в плечо и сказал:

- То-то же! А то, понимаешь ли, хотел уйти без меня... Ишь чего придумал!..

Я перевел взгляд на Серегу. Он уже справился со своими эмоциями и встретил мой взгляд открыто, не отводя глаз.

- Я не трус, Саня, - ответил парень на мой немой вопрос. - Я с тобой. Давай зададим этим жрецам хорошую трепку и вытащим твою Ольгу и ваших дедов из этого болота!

Несмотря на все мои рассуждения, я был доволен их решением. Все-таки трое крепких парней - это не один. Трое - это уже сила!

- Хорошо, - сказал я, - заметано! Пойдем втроем. Остальных ждать не будем, да и, честно говоря, сомневаюсь я, что кто-нибудь из них появиться здесь. За то время, что прошло с тех пор, как мы послали им письма, кто-нибудь да должен был проявиться... Да и некогда нам ждать. Дорога каждая минута, каждая секунда! Не забывайте, что Норна и жрецы знают, что мы задумали, а это значит, что оба деда, мой и Ольги, находятся в большой опасности! Ну и потом, на мне висит побег из СИЗО, в любой момент сюда могут нагрянуть крутые парни в масках, и тогда наш поход отложится на неопределенное время. Так что сейчас, как говорили древние, промедление смерти подобно! Хватаем снаряжение, руки в ноги и вперед!..


* * *


Однако уходить нам пришлось в еще большей спешке, чем я предполагал. "Маски-шоу" появились раньше рассчитанного мною времени. Не успел я вскрыть свой тайник на огороде, как Верный насторожил уши и принялся активно принюхиваться к легкому ветерку, дувшему со стороны села. Ох, как мне не понравилось такое поведение пса! Обычно он так себя вел, чуя чье-то приближение. Только в тот момент мне совсем не нужны были гости...

- Что там, дружище? - поинтересовался я. - Что ты учуял?

Верный повернул ко мне морду и сказал:

- К нам гости, Хозяин.

Об этом я и без него догадался. Меня интересовало другое...

- Много? - спросил я.

- Много, - ответил пес. - И они вооружены. Я чувствую запах оружейной смазки и металла...

Да, было от чего забеспокоиться! Встреча с вооруженными людьми не сулила мне ничего хорошего. Это могли быть и контрабандисты, с которыми у меня после закрытия Перевала были весьма натянутые отношения. А мог быть и ментовской спецназ, что было еще хуже, чем встреча с контрабандистами...

Нет, в прошлый раз Верный тоже меня предупредил о приближении спецназовцев, но тогда я наивно полагал, что мне удастся легко отвертеться, поэтому совершенно спокойно воспринял их появление. Так сказать, дабы не усугублять свое и без того хреновое положение... Да, тогда отвертеться мне не удалось, уж слишком вескими были доказательства моей вины, не в укор тебе будет сказано, Данька... Короче, на этот раз я не горел желанием встречаться с кем бы то ни было...

Я вытащил бинокль и обшарил взглядом тропу, ведущую к моему дому. Так и есть! Отряд людей в пятнистых маскхалатах и черных масках с автоматами в руках быстро карабкался по камням по обе стороны от тропы, стараясь, чтобы его не было заметно от моего дома. Наивные! Я ж знал каждый камешек в окрестностях, поэтому засечь их передвижение для меня не составляло особого труда.

Надо было срочно рвать когти. Но куда? Местность была открытой, как на ладони. Нас бы сразу обнаружили, а дальнейший ход событий был легко предсказуем. Нужна была хорошая фора по времени, тогда можно было бы укрыться в горах, и хрен бы кто нас отыскал! Но этой форы у нас как раз и не было. Эти ребята наверняка знали, что я у себя дома. Иначе они не шли бы так уверенно...

Их было хорошо видно сверху, и у меня возникло непреодолимое желание - взять винтовку с оптикой и перещелкать их всех на подступах, как куропаток. Ей богу, большого труда для меня это не составило бы!.. Но все дело было в том, что у меня не было винтовки. Весь мой арсенал менты изъяли при обыске, не оставив даже паршивенького ствола. Так что пришлось мне отказаться от этой заманчивой идеи. И слава богу!.. Потому что если бы я перебил тогда этих парней, которые, в сущности, были виноваты лишь только в том, что исполняли приказ, сейчас все было бы гораздо сложнее. Менты не прощают убийства своих товарищей...

Итак, оставался единственный выход - бежать! Мы быстренько опустошили мой тайник, в котором я хранил наше снаряжение для похода на Перевал. Там у меня были припрятаны приборы ночного видения для путешествия по пещерам маленького народца, альпинистское снаряжение, мечи и три арбалета Стражей Перевала с запасными обоймами стрел. Арбалеты достали мой дед и дед Ольги специально для нас, хотя сделать это было очень непросто. Можно сказать даже практически невозможно... Да потому что порядок у Стражей Перевала, как в армии. У каждого свое, табельное, оружие, за утерю которого без уважительной причины провинившемуся грозило суровое наказание. Потому и следили за ним с особой тщательностью... И все же наши деды где-то умудрились надыбать три новехоньких, в смазке, арбалета. Как это им удалось - одному Богу известно. По крайней мере, мне они ничего не рассказывали по этому поводу...

Как опера умудрились прохлопать мой тайник? Так ведь я специально не стал прятать снаряжение в своем хранилище вместе с остальным оружием и другим барахлом. Я вырыл яму на огороде и, сложив все туда, тщательно замаскировал, засыпав землей и посадив сверху овощи. До моего ареста прошло достаточно времени для того, чтобы все следы земляных работ исчезли. Так что место над тайником уже ничем не отличалось от остальных мест на огороде... Впрочем, я думаю, найдя такой склад оружия, опера так обрадовались, что просто-напросто не стали больше ничего искать. Этот арсенал был более чем достаточным поводом для того, чтобы надолго упрятать меня за решетку...

Впрочем, я отвлекся. Итак, захватив снаряжение, мы приготовились бежать... Куда? Был у меня один план, правда, очень рискованный. Но иного выхода у нас не было...

Неподалеку от моего дома находится заброшенная штольня. Давным-давно, в незапамятные времена, по-моему, еще до революции, в ней велись какие-то разработки. (На месте моего дома тогда располагался дом управляющего, потом, когда штольню закрыли, один из моих предков купил и перестроил его.) Но, как гласят местные легенды, однажды вся партия горняков, ушедшая в штольню на работу, не вернулась. Вырвался только один человек, умерший на руках у обеспокоенных жителей нашего селения. Он рассказал, что на них напали какие-то чудовища и всех убили. Ему же каким-то невероятным образом удалось вырваться из лап этих монстров... Больше этот бедняга, якобы, ничего не смог рассказать и скончался. В то время люди были очень суеверными, и никто из них больше не решился заходить в штольню. Хозяин пытался нанимать рабочих со стороны, но после нескольких таинственных исчезновений желающих работать там не осталось вообще. Штольню закрыли, а вход в нее наглухо замуровали камнями, скрепленными цементным раствором...

Помнишь, я тебе рассказывал о попытке жрецов вернуть Перевал в свой мир?.. Да, та самая, которая закончилась неудачей. Перемещение части Перевал в наш мир привело к сильной встряске здесь, у нас. Видимо, в этот момент стена, преграждающая путь в штольню, и дала хорошую трещину. Достаточно широкую для того, чтобы в нее мог протиснуться человек... Сразу после этого я заглядывал туда, но проникнуть вглубь штольни не решился. За то время, пока она стояла замурованной, опоры балок, поддерживающих своды, так прогнили, что грозили рассыпаться при малейшем прикосновении. А кое-где уже рухнули, и часть свода обвалилась, образовав нагромождения камней. И я не рискнул туда соваться. Только самоубийца мог туда полезть по собственной воле...

В тот момент у нас выбора не было, и мы полезли. За то время, пока штольня не эксплуатировалась, вход в нее так густо зарос кустарником, что снаружи его практически не было заметно. Сквозь заросли нам пришлось продираться с боем, но, в конце концов, через несколько минут мы стояли у заложенного входа...

Женька с опаской заглянул в трещину. Из глубины штольни тянуло сыростью и затхлостью. Что и говорить, место это было зловещим. Никто в нашей округе не знал, как далеко тянется эта штольня, но поговаривали, что внутри было очень много ответвлений, в которых и скрывались чудовища, погубившие горняков. А еще баяли, что по коридорам штольни до сих пор бродят призраки погибших людей...

Нет, никто их, конечно же, не видел собственными глазами, но все верили, что это - чистая правда. Потому никто из местных и не пытался проникнуть в штольню. Я же не верил в подобную чушь, понимая, что это всего лишь легенды, раздутые людьми до неправдоподобных историй. Никто ни тогда, ни спустя почти сто лет не мог сказать, из-за чего погибли горняки - завалил ли их рухнувший свод, или они отравились каким-нибудь ядовитым газом, поднявшимся из недр горы. Я, например, склонялся к последней версии. Возможно, это был какой-нибудь сильно действующий галлюциноген. Тогда горнякам могло привидеться все, что угодно. И уцелевший горняк, прежде чем умереть, вполне мог поведать свое кошмарное видение...

Как бы то ни было, углубляться в штольню я не собирался. Нам было достаточно лишь переждать то время, пока спецназовцы будут прочесывать окрестности в моих поисках. Потом я собирался выйти и продолжить путь...

Итак, мы полезли внутрь. Перед этим я предупредил своих спутников о том, что вести себя в штольне следует крайне осторожно - не шуметь, не задевать прогнившие опоры и перекрытия и внимательно глядеть под ноги, чтобы не угодить в какую-нибудь яму или трещину, и первым втиснулся в щель. Осторожно, стараясь ничего не задевать, я проник внутрь и принял от своих товарищей снаряжение. Потом в штольню вошел Верный, за ним - Женька. Последним лез Серега...

Если бы ты, Данька, видел этого парня, ты бы понял, что я не зря с опаской следил за бывшим начальником охраны Сикорского. Он был очень высок и мускулист, по сравнению с ним мы с Женькой казались прямо задохликами какими-то! Поэтому, когда бывший спецназовец стал протискиваться в щель, которая явно была несколько маловата для его габаритов, у меня возникло нехорошее предчувствие, и я предупредил его еще раз:

- Ты, Серега, поаккуратнее! Постарайся ничего не задеть.

- Не волнуйся, Саня! Я аккуратно! - успокоил он меня, но что-то спокойней на душе от этого не стало.

А в следующее мгновение он, слегка подзастряв в щели, напрягся и рывком протащил свое тело внутрь. При этом парень задел локтем одну из подпорок. На моих глазах трухлявое дерево громко треснуло и подломилось. Падая, опора ударила еще один из столбов, свалив его на каменный пол штольни.

- Замри! - крикнул я Сереге, вытянув в его сторону руку ладонью вперед, а сам с ужасом посмотрел на балку, оставшуюся без опоры.

В наступившей тишине треск ломающегося дерева прозвучал оглушительным выстрелом. Балка сначала треснула пополам, потом рухнула вниз, увлекая за собой целый поток больших и малых камней. Штольня наполнилась грохотом и пылью, стало трудно дышать. Пробивавшийся через щель свет померк. Штольня погрузилась во тьму...


2.

С потолка упал последний камешек и, прокатившись по куче, завалившей вход, упал на пол. После грохота обвала наступившая тишина давила на уши. Но вот со стороны входа послышался стон. Я нашарил свой рюкзак, вытащил из него прибор ночного видения и натянул на голову.

Мир вокруг снова обрел краски. Правда, все было зеленым, но, тем не менее, видно было хорошо. Вход перегораживала огромная куча камней, высившаяся до самого потолка. И я понял, что мы, похоже, крепко влипли...

Я поискал глазами своих спутников. Женька с ошарашенным выражением на лице стоял неподалеку от меня, силясь хоть что-нибудь разглядеть в кромешной тьме. Верный в темноте ориентировался конечно же лучше и уже сидел рядом. А вот Сереги что-то не было видно...

От завала опять послышался стон. Я бросился туда и обнаружил Серегу. Парню повезло, хотя в момент обвала он находился непосредственно в том месте, где рухнул потолок штольни. Теперь же бывший спецназовец лежал на полу рядом с завалом и стонал. Можно было подумать, что он мертв, но издаваемые им звуки указывали на то, что парень еще жив.

Я склонился над ним и, тронув за плечо, спросил:

- Серега, ты жив?

- Ребята, вы где? - послышался голос Женьки. - Здесь ничерта не видно!

- У тебя в рюкзаке - прибор ночного видения! - сказал я. - Надевай его и дуй к нам. Серегу, кажись, зацепило...

Осторожно перевернув парня на спину, я осмотрел его. Из рассеченной кожи на голове текла кровь, других повреждений я не обнаружил. Тут подошел и Женька с нахлобучкой прибора ночного видения на голове.

- Что с ним? - поинтересовался он, кивая на Серегу.

- Ничего страшного, - ответил я. - Похоже, оглушило камнем по голове. Ему повезло, могло бы быть и хуже. Но ничего, сейчас я его поставлю на ноги...

Я достал из рюкзака бутылочку с эликсиром маленького народца и, открыв, влил несколько капель в рот Сереги. Парень сразу же открыл глаза, и в его взгляде я заметил страх.

- Что случилось? - спросил он первым делом. - Где я?

- В штольне, где же еще? - немного грубовато ответил я. - Ты задел за опору, и теперь мы отрезаны от выхода огромной грудой камней!

Я отыскал его рюкзак, вытащил оттуда прибор ночного видения и сунул ему в руку:

- На, надень!

Серега напялил прибор на себя и огляделся по сторонам. Только тогда до него дошел весь ужас того положения, в котором мы оказались по его милости.

- Что же делать? - заволновался он. - Здесь есть другой выход?

Я вздохнул. Это как раз и было самой большой проблемой. Я не знал, существует ли отсюда другой выход. Вполне возможно, что и нет...

Нет, Данька, ситуация совсем не была похожа на ту, когда мы с Лехой, Ольгой и Алисой оказались отрезанными от внешнего мира в пещерах маленького народца! Тогда я точно знал, что выход из лабиринта есть, и знал, как туда добраться. В этой же штольне я был в первый раз...

Оставалась одна надежда... Правильно мыслишь, Данька! Теперь я надеялся только на Верного. Пес вполне мог найти выход, руководствуясь своим чутьем.

- Как, Верный, найдем мы отсюда выход? - поинтересовался я у пса, лежавшего у моих ног.

- Конечно, найдем! - уверенно заявил тот. - Без проблем!

Самоуверенность его была, конечно, выше всяких разумных пределов. Я не был так уверен в существовании другого выхода. Это все же штольня, а не естественная пещера! Но выбора у нас особого не было. Мы не знали, как сильно нас завалило. Можно было, конечно, попытаться расчистить завал, но где гарантия, что мы сможем его преодолеть? Если слой камней достаточно толстый, мы могли только зря потратить время, не добившись результата. К тому же с потолка в любой момент могла хлынуть новая волна камней, погребая нас под собой...

Вглубь штольни вели проржавевшие рельсы, по которым горняки перетаскивали свои вагонетки с породой. Они начинались у замурованного входа и уводили в темноту. Вот по ним мы и двинулись, ведомые Верным, поддерживая под руки Серегу, еще не до конца пришедшего в себя после удара камнем по голове...


* * *


Шли мы очень долго - наверное, час или полтора. Поначалу еще попадались боковые ответвления, потом пропали и они. Остался лишь длинный коридор с проложенными по полу ржавыми рельсами, уводящий в темноту...

Верный вел нас так уверенно, что у меня зародилась надежда, что мы все-таки сумеем выбраться из этого подземелья. Однако вскоре моя уверенность была поколеблена...

Коридор вдруг уперся в большое отверстие с неровными краями. Здесь рельсы заканчивались. А на рельсах там и тут были разбросаны кости. Человеческие...

Я нагнулся и поднял старинную горняцкую каску. Оглядевшись по сторонам, заметил валявшиеся там и тут инструменты.

- Вот и погибшие горняки, - сказал я, склоняясь над останками тех, чья гибель послужила причиной закрытия штольни.

- От чего они погибли? - поинтересовался Женька.

- Не знаю, - сказал я.

Однако это была неправда. Подобное мне уже приходилось однажды видеть. Там, в пещере Демона... Да-да, Данька, там не было ни одного целого скелета, многие кости были поломаны так, словно их в свое время разгрызли или раздробили камнями, добираясь до костного мозга. Впрочем, поначалу я даже и не предположил, что это - дело лап мерзких тварей, именуемых ххорнами. Во-первых, ближайший вход в пещеры маленького народца, где некогда водились эти зловещие существа, был не менее чем в десяти километрах отсюда. А во-вторых, последнего ххорна я собственными руками уничтожил за год до этих событий. Так что на мой взгляд беспокоиться было нечего...

Я осторожно заглянул в отверстие и осмотрелся. Там тоже был коридор, идущий перпендикулярно штольне в обе стороны, только на этот раз он был, видимо, не искусственного происхождения, а естественного. Об этом красноречиво говорили неровные стены и потолок и отсутствие подпорок. Вот только куда вел этот коридор, я не знал...

- Ну что, братцы-кролики, двинем дальше? - поинтересовался я, выныривая обратно.

- Долго еще? - спросил Серега, который еще до конца не оправился от удара по голове.

Он сидел на корточках, привалившись спиной к стене, и его вид мне не очень нравился. Парень явно чувствовал себя хреново...

- Понятия не имею! - ответил я. - Будем надеяться на Верного. Он свое дело знает туго. Так что придется еще потерпеть, Серега. Как, выдюжишь?

- Выдюжу! - откликнулся тот и встал на ноги. - Идем...

- Да, давайте-ка выбираться отсюда! - заявил вдруг Женька, внимательно рассматривавший до этого стену, у которой были свалены кости. - Что-то мне здесь совсем не нравится. Эта куча костей на полу действует мне на нервы. Как бы нам не разделить участь этих бедолаг!

- Брось каркать! - резко оборвал его я. - Нет здесь никого, а если бы были, Верный давно бы уже нас предупредил!

- Нет никого, говоришь? - нехорошо ухмыльнулся он. - Тогда как ты объяснишь эти рисунки на стене?

Женька ткнул большим пальцем за спину. Я подошел к стене и похолодел. Рисунки там и в самом деле были. И очень странные...

Собственно говоря, это был не один рисунок, а целая картинная галерея. Занятый разглядыванием костей на полу, я их просто не заметил. По стилю они напоминали мне рисунки на стенах лабиринта маленького народца. На первом из них я обнаружил уже знакомое мне изображение Демона ххорнов. Рядом был нарисовано существо, похожее на человека, если бы не странно раздутая в верхней части голова. Это существо, по размерам чуть меньше Демона, наносило монстру удар стилизованным копьем, от которого в разные стороны расходились какие-то черточки. На следующем рисунке это существо было изображено со вскинутыми руками, а рядом - Демон, разлетающийся на мелкие кусочки. И тут, Данька, до меня дошло! Это ведь была изображена сцена гибели Демона ххорнов! Значит, существо со странной головой - это был я!

Я повнимательнее присмотрелся к своему изображение и догадался, что на самом деле неизвестный художник так изобразил прибор ночного видения у меня на голове. Значит, здесь были нарисованы события двухгодичной давности. То есть эта штольня была не так уж и необитаема. Женька был прав...

Я скользнул взглядом по следующим рисункам. На них опять был изображен я, на этот раз поражающий своим копьем ххорнов. Часть из них в панике бежала от меня, часть валялась под ногами явно мертвыми. А чуть в стороне на коленях стояла еще одна группа ххорнов со вздетыми в мольбе лапами...

Я медленно отступил от стены и присел около пса на корточки.

- Верный, ты куда нас завел? - тихо спросил я у него.

- Не хотелось расстраивать тебя, Хозяин, - ответил пес, виновато виляя хвостом. - Это - единственный путь, которым можно выбраться. Он ведет в пещеры маленького народца. Но есть одно "но"...

Ох как не понравилось мне это его "но"!

- Не юли, Верный! - строго сказал я. - Давай, колись, в чем проблема!

- Проблема в ххорнах, - ответил пес. - Мы находимся на их территории.

- А ты ничего не путаешь? - недоверчиво поинтересовался я. - Насколько мне помнится, последнего ххорна мы уничтожили прошлым летом!

- Боюсь, что не последнего, - заметил Верный, отводя глаза.

- Ты хочешь сказать... - начал я, холодея от нехорошего предчувствия.

- Не далее, как прошлой ночью здесь были ххорны! - сообщил пес, не дожидаясь, пока я выскажу свою догадку. - Так что убитый нами прошлым летом ххорн был далеко не последним из этого проклятого племени!..

Да, это было пренеприятнейшее известие! Я-то думал, что выбил этих тварей всех до одного, и вот, оказывается, есть место, где они уцелели! Подумать только, под самым моим носом! А у нас, кроме арбалетов, лишь мечи, которые вряд ли спасут нас, если ххорны навалятся скопом, как обычно...

Вот когда я пожалел, что не уложил в снаряжение автоматы! Стрелы наших арбалетов, в отличие от обычных пуль, пробивали защиту Стражей Перевала. Поэтому я и отдал предпочтение этому оружию. Но я никак не ожидал, что мне опять придется столкнуться с этими тварями. Использовать против них арбалеты - это все равно что забивать гвозди электронным микроскопом! Самое лучшее средство в такой ситуации - ручной пулемет! В своих прежних экспедициях против ххорнов я никогда не расставался с РПК. Как пройдешься длинной очередью по рядам этих тварей - одни трупы лежат! Но сейчас у меня не было даже пистолета...

- Ну, и что нам теперь делать? - поинтересовался я у пса.

- Идти дальше, - ответил тот. - Ххорны живут где-то в другом месте. Здесь они, видимо, появляются не так часто...

- Если ты не ошибаешься, и это правда ххорны, они уже знают о нашем присутствии на их территории, - возразил я, прислушиваясь к своим ощущениям.

- А у нас что, есть другой выход? - совершенно справедливо заметил пес. - И потом, сейчас их нет поблизости. Я не ощущаю их присутствия...

- Ладно, попробуем прорваться, - подвел я итог нашему маленькому совещанию и встал на ноги. - Все равно, как ты правильно заметил, другого выхода у нас нет.

Все это время Женька с Серегой напряженно следили за нашими переговорами, и когда я повернулся к ним, встретили меня вопрошающими взглядами.

- Значит так, братцы-кролики... - решил я им объяснить ситуацию. - Дело хреновое, но не безнадежное. Мы, кажись, напоролись на ххорнов! Правда, на наше счастье их сейчас здесь нет, но в любой момент мы можем на них наткнуться.

- Ххорны? - недоверчиво переспросил Женька. - Ты же клялся и божился, что всех их замочил еще год назад? Что же получается - трепался, что ли?

- Нет, не трепался, - возразил я с некоторой обидой. - Я действительно думал, что перебил их всех. Кто ж знал, что эти твари залягут здесь? За последний год они себя никак не проявляли в пещерах маленького народца. Не было ни одного случая нападения, а ведь ххорны питаются именно человеческим мясом! Даже если предположить, что они спрятались в этих пещерах, то непонятно, чего же они жрали все это время? Может, друг друга?..

- Чего гадать, как они здесь появились и чего жрали! - вмешался молчавший до этого Серега. - Валить надо отсюда, пока эти самые ххорны нас не обнаружили! Так что кончай трепаться, мужики! Пока вы тут разводите демагогию, время работает против нас!..

Он был тысячу раз прав! Надо было выбираться, пока ххорны не чухнули, что в их владения забрались чужаки. И мы, выйдя через отверстие из штольни в коридор, ломанулись по нему вслед за Верным. Но сам себе я пообещал, что если мне посчастливится вернуться из этой экспедиции живым, обязательно займусь вплотную этими тварями и выведу их породу под корень!..


* * *


Как мы ни старались поскорее миновать владения ххорнов, наше присутствие было обнаружено раньше, чем мы успели достичь выхода в пещеры маленького народца. Примерно через полчаса непрерывного бега пес вдруг остановил нас и принялся активно принюхиваться.

- Что такое, Верный? - поинтересовался я, отлично зная повадки своего четвероногого друга. - Кто там? Ххорны?

В его ответе не было необходимости, потому что я и сам вдруг почувствовал, будто кто-то осторожно копается в моих мыслях. Ощущение, очень знакомое по прошлым посещениям пещер маленького народца...

- Да, - ответил пес, - впереди ххорны.

Я вгляделся во тьму и заметил в глубине коридора неясное шевеление.

- Так, братцы-кролики! - сказал я, стаскивая с плеча арбалет. - Кажись, намечается заварушка. Подготовьте оружие - без драки дело не обойдется!

- Может, они нас пока не заметили? - неуверенно предположил Женька. - Может, удастся потихоньку смыться от них?

- Уже заметили, - заверил я его. - И, насколько я знаю этих тварей, сейчас они навалятся на нас всей толпой.

- Что будем делать? - поинтересовался Женька, беря свой арбалет наизготовку. - Может, отступим? Нам не выдержать их атаку.

- Отступление - не выход, - возразил я. - Эти твари не отстанут, если не задать им хорошую трепку. Только, боюсь, при таком раскладе нам это вряд ли удастся.

- Значит, смерть? - тихо произнес Серега, устало привалившийся к стене. - Жаль! Не думал, что это случится так скоро.

- Не расстраивайся, Серега! - попытался ободрить я его. - Я затащил вас сюда, мне и расплачиваться! Давайте сделаем так - ты и Женька в сопровождении Верного по моему сигналу рванете изо всех сил назад и попытаетесь найти другой выход. А я буду держать этих тварей, сколько смогу. Идет?

План был не так уж и плох. В этом месте коридор сужался, оставляя проход только для одного человека. Здесь реально можно было задержать противника на достаточно длительное время, пользуясь преимуществом этой весьма выгодной позиции. Но моим надеждам не суждено было сбыться.

- Назад пути нет, - сообщил Верный. - Там тоже ххорны.

Я оглянулся. Вдалеке тоже угадывалось шевеление. Мы были окружены!

- Черт! - выругался я. - Только без паники!.. Занимаем круговую оборону и деремся до последнего! Диспозиция будет такой - я и Верный держим фронт спереди, Серега - сзади. Женька, ты заряжаешь нам арбалеты. И запомните, эти твари - очень сильные телепаты! Они наверняка будут пытаться захватить контроль над нашим сознанием. Выберите себе что-нибудь одно и постоянно об этом думайте. Так им труднее будет подчинить вас своей воле... И ни в коем случае не давайтесь им в лапы живыми! Если почувствуете, что дело двигается к концу, лучше прикончите себя сами. За дело, мужики!..

Спустя десять минут Женька поинтересовался:

- Ну и чего они ждут? Чего не нападают-то?

Действительно, ххорны до сих пор не сделали никакой попытки напасть на нас, выжидая непонятно чего. Это было так не похоже на обычное поведение этих тварей, что заставляло призадуматься.

- Не иначе что-то задумали, бестии! - предположил я.

- По-моему, они нас боятся, - вдруг заявил Верный, не спускавший с ххорнов глаз. - Я чувствую страх!

- Кто? Эти твари? - усмехнулся я. - Ты в своем уме, Верный? Ххорны знакомо только одно чувство - жажда человеческой крови, и ты это знаешь не хуже меня!

- И все же эти ххорны не похожи на тех, с которыми нам до сих пор приходилось сталкиваться, - заметил пес...

В его словах была доля истины. Ххорны из пещер маленького народца обычно сразу лезли в драку. Эти же чего-то ждали, не нападая, но и не пропуская нас...

Так мы стояли друг против друга еще, наверное, с полчаса.

- Черт! - выругался Серега. - Надоело уже ждать! Долго мы еще будем здесь торчать, как три тополя на Плющихе? Они нас что, решили измором взять?

- Ты хочешь поскорее умереть? - осведомился я.

- Не больше твоего! - огрызнулся Серега. - Просто у меня уже глаза слипаются. Так я скоро засну, ей богу!

Он был прав. Томительное ожидание ужасно выматывало, хотелось действовать. А ххорны так и не сдвинулись ни на шаг, словно действительно решили дождаться, пока мы обессилим, и напасть только после этого. Впрочем, с их стороны это было логично. Только вот что-то я до сих пор не наблюдал в действиях ххорнов никакой логики...

- Ладно, - сказал я, приняв решение, - как говорится, если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе! Двинемся потихоньку в их сторону. Чем черт не шутит - может, они и не тронут нас? Но на всякий случай держите оружие наготове. Не доверяю я этим тварям...

И мы пошли. Руки крепко сжимали арбалет, в зубах у каждого была зажата запасная обойма, глаза зорко следили за малейшим движением в стане врага. Но ххорны, как ни странно, никак не реагировали на наше приближение, усиливая мою тревогу. Раньше все было ясно - они нападают, я защищаюсь. Или наоборот... Короче, без драки дело никогда не обходилось, и завязывалась она практически сразу же после того, как мы оказывались в зоне видимости друг друга. Здесь же все было непонятно...

Мы подошли к ххорнам на расстояние броска и остановились. Ровные ряды этих созданий теперь хорошо были видны. Все они, как один, стояли на коленях, низко склонив свои лопоухие головы и сложив лапы на груди крест-накрест. Такого мне еще не приходилось видеть. Я не знал, что это может означать, и потому сильно нервничал.

- Ну и что это означает? - тихо поинтересовался Женька, жарко дышавший мне в затылок. - Для тех тварей, о которых ты рассказывал, они что-то уж больно смирные!

Я вынул изо рта обойму и ответил:

- Сам ничего не понимаю. Может, Верный прав, и они действительно не такие, как все? Давайте-ка подойдем поближе...

Я закинул арбалет за спину (в ближнем бою он был бы бесполезен), вызвал в правую руку меч, левой вытащил жертвенный нож из-за пояса и осторожно двинулся вперед. Сзади послышался шелест вытаскиваемых из ножен мечей - мои друзья последовали моему примеру.

И тут в глубине коридора появился слабый свет. Он быстро приближался, и вскоре я увидел маленького человечка, пробиравшегося через коленопреклоненных ххорнов нам навстречу. В руке он сжимал посох, на конце которого висел маленький светящийся шарик. Света такой светильник давал немного, но достаточно для того, чтобы видеть, что происходит вокруг...

Представляешь, Данька, мое изумление? Маленький человечек принадлежал к народу Гаэлла. Тот же колпачок с помпончиком, курточка с большими медными пуговицами, седая борода до пояса, сморщенное, иссеченное морщинами лицо. Но ххорны его почему-то не трогали! Он совершенно спокойно прошел через ряды этих тварей и встал в нескольких шагах напротив меня.

- Остановись, человек! - услышал я его голос. - Не совершай непоправимой ошибки! Эти существа не причинили тебе вреда, так зачем ты хочешь их убить?

Он говорил хоть и на очень архаичном, но вполне понятном мне языке маленького народца.

- Что? - только и смог спросить я, не в силах скрыть своего удивления.

- У тебя плохо со слухом? - осведомился маленький человечек. - Я говорю - не трогай этих ххорнов, они не сделают тебе ничего плохого!

- А ты чего так защищаешь их? - поинтересовался я, по-прежнему ничего не понимая. - Кто ты и откуда здесь взялся, так далеко от мест обитания народа Гаэлла?

Старичок покачал головой и ответил:

- Я уже давно перебрался к ххорнам и несколько сотен лет не появлялся среди своего народа. Я - изгнанник, человек!

- Изгнанник? - снова удивился я. - За что же тебя изгнали?

- За дружбу с ххорнами, - последовал ответ.

Ни тени гордости или выпендрежа не было в его словах, несмотря на всю необычность такой ситуации. Он просто констатировал факт. Скажи мне кто-нибудь еще несколько минут назад, что такая дружба возможна, я бы рассмеялся этому человеку в лицо! И, тем не менее, факт, как говорится, был налицо...

- Ты дружишь с ххорнами? - переспросил я, хотя необходимости в этом уже не было, и так было ясно, что это - правда. - Как можно дружить с заклятыми врагами своего народа?

- Вот мой народ! - Старичок кивнул головой назад, на ххорнов, по-прежнему неподвижно стоявших на коленях. - Мои бывшие соплеменники отказались от меня. И все из-за того, что у меня было иное отношение к ххорнам, нежели чем у моего народа!

В его словах я почувствовал обиду. И все же я не мог пока его понять...

- Каковы бы ни были у тебя отношения со своим народом, нельзя дружить с тем, кто без жалости убивает твоих сородичей! - заявил я, но маленький человечек со мной не согласился.

- Не все ххорны одинаковы, - сказал он в ответ на мои слова. - Как и среди людей, среди них есть не только безжалостные убийцы, которые не в силах остановиться из-за постоянной жажды человеческой крови! Мои друзья никогда никого не убивали из народа Гаэлла. По крайней мере, с тех пор, как я нахожусь среди них...

- Миролюбивые ххорны? - недоверчиво усмехнулся я. - Это что-то новенькое...

- Зря ты так говоришь, человек! - обиделся старичок. - Ведь ты же не знаешь еще и малой доли того, что творится на Перевале, хоть и являешься его Хранителем!

И опять он меня удивил.

- Ты знаешь меня?

- Кто же в наших пещерах не знает такого знаменитого человека? - ухмыльнулся старичок. - Ведь кроме того, что ты привел на Перевал новую Верховную Жрицу, ты еще умудрился уничтожить Демона Тьмы и в одиночку справиться со страшным тарксом!

- Тогда ты должен знать и мое отношение к ххорнам, - заметил я.

- Твоя слава уничтожителя ххорнов хорошо известна в наших пещерах, - подтвердил маленький человечек. - Ххорны считают тебя Богом Света, явившимся в их мир, чтобы покарать за поклонение Демону Тьмы и кровавые жертвоприношения.

- Значит, они считают меня богом? - Я кивнул на ххорнов, до сих пор стоявших на коленях со склоненными головами. - И чего же ты хочешь от меня?

- Милосердия! - ответил старичок. - Теперь ты знаешь об их существовании. И я прошу тебя - не трогай их! Заклинаю памятью моего названного брата Микки! Они никому не причиняли вреда...

- Ты был названным братом Микки? - Это известие взволновало меня больше, чем то, что мне рассказывал до этого маленький человечек. Горечь от потери отважного друга все еще жила в моем сердце, и любое упоминание о нем отзывалось острой болью...

- Мы выросли вместе и были лучшими друзьями до тех пор, пока меня не прокляли за дружбу с ххорнами, - сказал старичок. - Я знаю, что сородичи этих существ принесли очень много зла и тебе, и народу Гаэлла. Они, - он кивнул на своих подзащитных, - последние уцелевшие представители своего народа. Остальных ты уничтожил... Прошу тебя, не причиняй им вреда, если ты действительно таков, как о тебе рассказывают обитатели Перевала. Мы взываем к твоему милосердию!..

Он выжидающе посмотрел на меня, а я не знал, что ему сказать. Да, я ненавидел ххорнов всеми фибрами своей души. Их вид вызывал во мне злость, сразу вспоминался тот поход на Перевал, в котором я сопровождал Леху, Алису и Ольгу в качестве проводника. Тогда мы чуть не погибли от лап этих тварей и их Демона. И я мстил им за смерть Микки, за маленьких человечков, погибших под дубинами и копьями этих вызывающих отвращение дьявольских созданий. История многовековой войны народа Гаэлла с ххорнами, рассказанная Микки, усиливала мою ненависть, и я всегда без жалости расправлялся с этими тварями. Я не верил ни единому слову этого человека, ожидающего моего решения. Для меня он был предателем, переметнувшимся в стан врага. Одно только вызывало в моей душе сомнение - ххорнов, собравшихся здесь, было намного больше, им ничего не стоило уничтожить нас в мгновение ока! И, тем не менее, они предпочитали договориться со мной через этого маленького человечка, что само по себе уже было невероятным. Это обстоятельство и сыграло ключевую роль в моем решении. Как говорится, худой мир лучше доброй ссоры. А нам необходимо было выбраться из этих пещер целыми и невредимыми...

- Хорошо, дедуля, мы не будем трогать твоих ххорнов, - пообещал я. - Но взамен ты выведешь нас отсюда. Идет?

Глаза старичка радостно сверкнули, и он уточнил:

- Насколько я понял, вы хотите попасть на Перевал?

Нет, воистину этот маленький человечек не переставал удивлять меня! Я даже зауважал его за это...

- А ты неплохо осведомлен о наших планах! - заметил я.

- На самом деле в этом ничего удивительного нет, - ответил он. - Прожив с ххорнами столько времени, я многому у них научился. В том числе и телепатии... Твои мысли не являются для меня секретом, Хранитель!

- И что же ты там видишь? - поинтересовался я не без задней мысли.

- Много чего, - улыбнулся маленький человечек. - Так, например, я сразу увидел, что с тобой можно договориться, несмотря на всю твою ненависть к ххорнам. Ты добр по своей натуре, и только жизнь заставляет тебя быть жестоким и недоверчивым. Я уверен, когда ты узнаешь правду, ты изменишь свое мнение по поводу моих подопечных...

Я испугался, что сейчас он мне начнет втирать какую-нибудь историю о ххорнах, чтобы оправдать их в моих глазах, тратя драгоценное время. Поэтому поспешил сказать:

- Если ты так хорошо видишь мои мысли, ты должен знать, что мы очень торопимся. Так что давай уже пойдем, а?

- Хорошо, - сразу согласился старичок. - Я вас выведу к пещерам народа Гаэлла, а дальше ты уже сам сориентируешься. Следуйте за мной...


3.

Я вкратце обрисовал ситуацию своим спутникам. И Женька, и Серега согласились, что в данной ситуации мое решение было единственно верным. Вложив мечи в ножны, мы осторожно прошли между стоявшими на коленях ххорнами и направились вслед за старичком...

Неудобно было как-то обращаться к маленькому человечку, не зная его имени. И я решил выяснить, как его зовут...

- Ххорны называют меня "тот, кто учит добру и справедливости во имя спасения", - ответил старичок и поспешил объяснить, заметив мой недоумевающий взгляд: - Конечно, они не умеют разговаривать, а обмениваются мысленными образами. Но если перевести на человеческий язык то, как они меня зовут, то звучит это примерно так.

- А как тебя звали среди народа Гаэлла? - поинтересовался я.

Старичок нахмурился:

- У меня не осталось имени среди народа Гаэлла! Я был проклят и изгнан, и мое имя запретили произносить вслух. Для меня в народе Гаэлла одно название - предатель и изгой, и другого мне не позволено иметь!

- И все-таки, - не отставал я, - как тебя звали до изгнания?

Маленький человечек улыбнулся:

- Когда я родился, меня назвали Смали, что означает Смышленый. Но потом переименовали в Дезира - Дерзкого.

- Это за что же ты впал в такую немилость? - удивился я.

- Слишком любил спорить со старшими, - ответил старичок. - Подвергал сомнениям догмы и устои общества, что, в конце концов, и привело к моему изгнанию.

- Да ты прямо революционер какой-то! - усмехнулся я.

- Кто-кто? - не понял мой собеседник.

- Человек, который как раз пытается изменить существующий строй, - объяснил я ему. - Причем, незаконным путем...

Он посмотрел на меня, как баран на новые ворота, и заявил:

- Ну уж нет! Я никогда не пытался силой изменить устои народа Гаэлла! Нельзя вот так взять и отменить существующий порядок! Люди должны сами понять, что он устарел и нуждается в пересмотре. Вот это я и пытался объяснить своим соплеменникам, открыть, так сказать, им глаза. Но у меня ничего не получилось...

- А это имя тебе подходит, - заметил я и впервые назвал его по имени: - Дезир...

Маленький человечек вдруг остановился и попросил:

- Еще!

- Что "еще"? - не въехал поначалу я, что он от меня хочет.

- Повтори еще раз мое имя! - попросил старичок.

Я пожал плечами и сказал:

- Хорошо, Дезир.

Маленький человечек тяжело вздохнул:

- Если бы ты знал, Хранитель, как славно услышать свое истинное имя после стольких лет забвения! Как приятно снова разговаривать с человеком!.. Я ведь давно уже не слышал человеческую речь, разговаривал только с самим собой или когда обращался к ххорнам. И то только затем, чтобы вообще не разучиться разговаривать... Если бы ты знал, как это тяжело!..

Мы двинулись дальше. Дезир молчал. Молчал и я, хотя меня прямо-таки распирало от любопытства. Все-таки как этому маленькому человечку удалось втереться в такое доверие к ххорнам, почему они его не сожрали, как делали это обычно с другими людьми? Что же в нем было такого, что отличало его от других людей? В конце концов я не выдержал и спросил его об этом...

- Хорошо, я расскажу тебе, - охотно согласился он. - Но предупреждаю - то, что ты услышишь, может показаться тебе невероятным. Однако все это - чистая правда, пусть, может быть, и не слишком приятная для твоих ушей...

И Дезир приступил к рассказу:

- Случилось это очень давно, когда мы с Микки были еще очень молоды и не носили бород. К тому времени ххорны уже прочно обосновались в наших пещерах и вели войну на выживание оттуда народа Гаэлла.

Я кивнул, вспомнив рассказ Микки. Дезир заметил это и покачал головой:

- Вижу, ты знаешь историю войны между моими бывшими соплеменниками и ххорнами. Но то, что ты слышал, не является абсолютной истиной. Для народа Гаэлла это - правда, в которую все верят, и никто не подвергает сомнению. Попробуй усомниться - и ты рискуешь стать изгнанником, как я! Законы народа Гаэлла очень суровы к инакомыслящим. Ты еще не сталкивался с этим, но, поверь мне, я знаю, что говорю. Стоит тебе пойти против какой-нибудь из догм моего бывшего народа, и ты из друга превратишься во врага!

- По-моему, ты сгущаешь краски, Дезир! - усомнился я. - Вот уже несколько лет я знаком с народом Гаэлла и ничего такого среди них не замечал.

- Чтобы знать это, надо постоянно жить среди народа Гаэлла, - возразил Дезир. - И потом... Что бы ты ни сделал для них хорошего, ты для них все равно всегда будешь чужаком, которого законы народа Гаэлла не касаются. Я же принадлежал к этому народу и на своей шкуре испытал, что значит быть не таким, как все. От меня все отказались, даже мои родители и лучший друг! Я совершил тяжелое преступление по меркам народа Гаэлла - подружился с ххорном и не отказался от этой дружбы даже под страхом изгнания! И меня прокляли, мое имя запретили произносить вслух, а самому мне запретили появляться среди своих сородичей под страхом смерти! Любой, встретивший меня на своем пути, должен был убить. Но даже не это самое главное. Ты ведь знаешь, что в наших пещерах обитает много смертельно опасных тварей, жаждущих человеческой крови. В одиночку здесь очень трудно выжить. И если бы меня не приняли ххорны, я бы неминуемо погиб...

Я в сомнении покачал головой:

- Ты рассказываешь страшные вещи, Дезир! Я не верю, что народ Гаэлла может быть таким жестоким! Это смелые, самоотверженные люди. А ххорны... Мне столько раз приходилось сталкиваться с этими тварями, что я хорошо уяснил их сущность. В их сердце нет места таким чувствам, как любовь, милосердие, жалость, доброта... Осталось только одно - жажда убийства и человеческой крови! И я, зная их натуру, не могу поверить, что с ними вообще возможно как-то общаться...

- Просто ты сталкивался только с существами, деградировавшими до уровня зверей, - сказал он. - Когда-то ххорны все были другими. Тогда я и познакомился с Х"харни...

То, что он мне рассказал после этого, перевернуло все мои представления об этом мире, Данька! Вот уж воистину - все в мире относительно! Этот маленький человечек рассказывал свою историю с такой болью и обидой, что мне очень хотелось ему поверить. Но, как и большинству людей, мне требовались более существенные доказательства, чем свидетельство заинтересованного человека. Потом-то я узнал, что Дезир не лгал мне. Но в тот момент червь сомнения грыз мою душу. Я не мог доверять человеку, находившемуся в стане врага!..

- Война с ххорнами была в самом разгаре, когда я появился на свет, - начал свой рассказ Дезир. - Военные действия шли с переменным успехом. Ххорны закрепились в части пещер народа Гаэлла, и их никак не удавалось оттуда выбить. Правда, сами ххорны тоже не смогли проникнуть дальше. Народ Гаэлла, несмотря на малый рост, сплошь состоит из отважных воинов, готовых защищать свой дом до последнего человека. Да и колдовские способности, которыми никогда не обладали ххорны, компенсировали разницу в численности. Так что возникло некое подобие равновесия, сохранявшееся до тех пор, пока у ххорнов не появился Демон Тьмы...

Я уже говорил, что моим лучшим другом был Микки. С ним я проводил все свободное время. Мы облазали все самые укромные уголки наших пещер, сумели забраться даже в такую глушь, где до нас еще никто из людей не был. Старшие не знали, где мы шастаем, и слава богам, что не знали. В противном случае нам бы здорово влетело - все-таки шла война! Ххорны могли в любой момент наткнуться на нас в этом лабиринте, и вряд ли бы они с нами стали церемониться. Мы ведь тоже не особенно разбирались, кто перед нами - взрослая особь или ребенок. Первое правило гласило: увидел ххорна - убей. И убивали: они нас, мы - их...

До поры до времени нам везло. Но однажды, пробираясь по запутанным лабиринтам пещер, мы вдруг наткнулись на место недавнего побоища. Я слышал, что буквально накануне наши воины обнаружили крупную группу ххорнов, где были не только мужчины, но и женщины с детьми. Конечно же их всех перебили, как требует того закон. Говорили, что их было человек двадцать, и никто из них не ушел...

Вот эту группу мы и обнаружили. Они лежали там, где их застигла смерть: мужчины-ххорны - с оружием в руках, женщины - закрывая телами своих детей. На их телах зияли страшные раны, оставленные мечами и боевыми кирками. До сих пор мне непонятно, что заставило ххорнов столь малочисленным составом сунуться в пределы, контролируемые нашими воинами, где они и встретили свою погибель. Наверное, была какая-то причина, но для меня и Х"харни она навсегда осталась тайной...

В ужасе смотрели мы на страшное зрелище бойни, не в силах сдвинуться с места. И я, и Микки еще не достигли того возраста, чтобы участвовать в битвах, и вид обезображенных трупов нас сильно напугал. Нет, в тот момент мы не испытывали жалости к этим созданиям. Мы знали, что ххорны с не меньшей жестокостью вырезают наши поселения, если им удается до них добраться. К тому же в нас сызмальства воспитывали ненависть к ххорнам...

И вдруг мы с ужасом заметили, что один из трупов пошевелился. Первым нашим желанием было удрать поскорее из этого зловещего места. Но что-то нас остановило. Ноги словно приросли к земле. Затаив дыхание, мы наблюдали за телом маленького ххорна, лежавшего около своей матери...

Но вот ххорн снова зашевелился, и мы вдруг физически ощутили его боль и страдания. Микки первым бросился к нему, преодолев свой страх. А за ним последовал и я...

Ххорн был очень тяжело ранен. Наш воин промахнулся, и это спасло малышу жизнь. Пройди лезвие меча всего на какой-то сантиметр правее - и его сердце навсегда прекратило бы биться! Но он выжил, а мы стояли и не знали, что с ним делать. И тут ххорн открыл глаза и посмотрел на нас затуманенным болью взором...

- Постой, постой! - вмешался я в его рассказ. - У ххорнов ведь нет глаз!

- Тогда еще были, - ответил Дезир. - Ххорны ведь не коренные жители пещер. Они, как и народ Гаэлла в свое время, явились из внешнего мира, а там без зрения никак не обойтись! Способность видеть они утратили гораздо позже, когда деградировали и отказались от выходов наружу. И потом, если бы ты был повнимательнее, ты бы заметил, что мои подопечные как раз все с глазами!..

Но мы отвлеклись... Итак, мы стояли нал раненым ххорном и не знали, что нам делать. Долг приказывал добить этого малыша, но нам было его жалко.

- Давай спрячем его! - предложил вдруг Микки.

- Ты в своем уме? - ужаснулся я. - Знаешь, что будет, если кто-нибудь из наших об этом узнает?

- Но не оставлять же его здесь! - возмутился мой друг. - Он же ведь умрет!

- Ну и что? - возразил я. - Он - враг!

- Какой же это враг? - не унимался Микки. - Он же совсем маленький! Давай поможем ему!

Я посмотрел на ххорна. Малышу действительно было очень плохо. Грудь еле вздымалась, под него натекла большая лужа крови. Как он умудрился столько протянуть - уму непостижимо!

Казалось, раненый понимает все, о чем мы говорим. И, почувствовав, что его спасение зависит от нас, но я не хочу ему помогать, он вдруг заплакал! Из затуманенного болью глаза выкатилась слеза и поползла по щеке вниз, оставляя за собой грязный след...

Вот эта его слеза меня и добила! Этого я перенести не смог.

- Ладно, где его укроем? - спросил я у Микки.

Мой друг просиял и предложил:

- Давай отнесем его в дальнюю пещеру? Туда никто не ходит - ни наши, ни ххорны. Там его никто не найдет...

И мы потащили раненого малыша в одну из естественных пещер нашего лабиринта. Ты, наверное, знаешь, Хранитель, что не все пещеры здесь построил народ Гаэлла? Часть их уже существовала, а люди лишь соединили их переходами. Из-за войны большую их часть не было возможности использовать, и они так и остались ничьи. Вот в одну из таких пещер мы и отнесли нашего подопечного.

Кое-как перевязав раненого ххорна, мы вернулись домой. О своей находке, конечно, никому не сказали. Микки где-то умудрился раздобыть бутылочку чудодейственного эликсира, и мы в тот же день еще раз навестили своего подопечного.

Он был совсем плох. Жизнь еле теплилась в маленьком тельце. Я с трудом разжал его крепко стиснутые зубы, а Микки влил несколько капель ему в рот.

Эликсир подействовал практически сразу. Молодой ххорн открыл глаза, но его взгляд уже не был бессмысленным. Тогда мы дали ему выпить весь пузырек и отошли подальше. На всякий случай... Мало ли что! Это все-таки был ххорн...

Дыхание нашего подопечного стало ровнее, рана буквально на глазах затянулась тонкой розоватой кожицей. Однако, видимо, количества выпитого эликсира хватило лишь на заживление. Для полного восстановления сил требовалось еще зелье. А его-то как раз у нас и не было...

- Так началась наша дружба с Х"харни - молодым ххорном, которого мы с Микки вытащили буквально с того света, - Дезир улыбнулся. Видимо, о том времени он вспоминал с особой теплотой. - Мы выхаживали его в течение нескольких дней, пока он не восстановил свои силы. Потом он ушел, но и после этого мы продолжали встречаться с ним в "нашей пещере", как мы назвали место, где прятали раненого ххорна. Мы сильно привязались друг к другу и уже не мыслили наших игр без маленького Х"харни. Знаешь, как с ним было здорово играть! Х"харни оказался выдумщиком похлеще нашего! Правда, поначалу нам было трудновато общаться, но постепенно мы научились понимать передаваемые им образы и посылать в ответ свои...

Так прошло несколько лет. Х"харни из малыша превратился во взрослого ххорна, но отношения наши из-за этого не изменились. Мы по-прежнему часто виделись, но, конечно же, тайком, потому что если бы кто-нибудь из наших об этом узнал, нам с Микки пришлось бы очень туго.

Общение с Х"харни очень многое мне дало. Я вдруг понял, что правда бывает разная, и порой очень трудно понять, где находится истина. Оказалось, что рассказы о войне между ххорнами и народом Гаэлла, которыми нас пичкали с самого раннего детства, не совсем соответствуют реальному ходу событий...

- Хочешь сказать, что на самом деле все обстоит не так? - поинтересовался я, перебивая его.

- Я же сказал, что правда бывает разная, - поморщился маленький человечек. - И у каждого она своя. Правда ххорнов в том, что они не по своей воле вторглись в пещеры народа Гаэлла. Их вынудили это сделать люди - те, которые живут сейчас на Перевале. Как ты и сам мог заметить, внешность у ххорнов необычная и в чем-то даже отталкивающая. На вид они кажутся кровожадными тварями, которых непременно надо уничтожить, чтобы они не уничтожили тебя...

- На вид! - фыркнул я. - Конечно, кровожадные! У меня просто язык не поворачивается назвать их иначе после того, что мне довелось пережить при встрече с этими тварями!

- Не перебивай, пожалуйста! - рассердился Дезир. - Не надо путать тогдашних ххорнов и нынешних! Те ххорны были куда более миролюбивыми, чем те, с которыми тебе пришлось сталкиваться. Ххорны, пришедшие в пещеры народа Гаэлла, не хотели воевать, но их вынудили! Ты же знаешь людей, Хранитель! Люди не любят тех, кто отличается от них цветом кожи, разрезом глаз, я уж не говорю о более существенных различиях. Ххорны же настолько отличались от людей, что не могли не вызвать реакции последних на эти отличия... Не знаю, с чего все началось. Может, просто кое-кому нужны были свободные земли. А, может, и были отдельные случаи убийства людей ххорнами. Сейчас трудно сказать, что на самом деле тогда произошло. В любом случае, я не верю, что первыми начали войну ххорны. Среди людей ведь очень много жадных до наживы людей, не в обиду тебе будет сказано, Хранитель. Возможно, какой-то дурак ляпнул, что с ххорнами нельзя жить в мире, что они по натуре своей злобны и убьют любого, кто появится на их территории... Короче говоря, весь народ люди огульно обвинили в кровожадности и стали сгонять с исконных земель. А кому захочется добровольно оставлять землю своих предков? И ххорны взялись за оружие...

Слушая его, Данька, я невольно вспомнил о тех, кого белый человек согнал со своих земель, уничтожив большую их часть, а оставшуюся загнав в резервации. Тут просматривалась явная аналогия, и я охотно поверил этой части рассказа Дезира...

- Эта война длилась недолго, - продолжал тем временем маленький человечек. - Людей было намного больше, вооружение лучше... В общем, ххорны проиграли и были вынуждены бежать в пещеры народа Гаэлла. Но мои бывшие соплеменники восприняли их появление на своей территории, как вторжение, и началась новая война!.. Никто не хотел уступать. Ххорнам некуда было уходить, люди же моего народа, не понимая пришельцев, не хотели отдавать им ни пяди своей земли!..

Мы поверили Х"харни. Нас связывали столько лет искренней дружбы, что мы просто не могли не поверить! Да и смотреть на всех ххорнов, как на врагов, тоже уже не могли...

В общем, в наших головах родилась идея прекратить эту войну, пока наши народы не перебили друг друга. И мы втроем стали думать, как усадить ххорнов и своих соплеменников за стол переговоров. Тогда нам казалось, что стоит им заговорить друг с другом - и все сразу же встанет на свои места! Стороны достигнут взаимопонимания, война прекратится, и наступит долгожданный мир...

Наивные! Мы верили в то, что уже невозможно было сделать. Несколько сотен лет войны привели к тому, что ненависть между обоими народами достигла наивысшего накала, превратившись в соревнование, кто больше убьет врагов, мстя за смерть своих близких. Но мы-то по молодости этого не понимали...

Наша миротворческая деятельность закончилась внезапно. Когда мы с Микки начали вербовать себе сторонников среди молодежи, нас кто-то выдал. Во время очередной встречи с Х"харни и ххорнами, которых он сумел привлечь на свою сторону, в "нашу пещеру" ворвались вооруженные воины народа Гаэлла. Нас схватили, ххорнов частично перебили, но Х"харни с несколькими сородичами удалось скрыться...

Потом был суд старейшин. Я пытался отстоять свою точку зрения, но мои слова разбивались о глухую стену непонимания. Неожиданным для меня образом повел себя Микки. Он отмалчивался, старательно отводя от меня взгляд, когда я смотрел на него, ожидая поддержки.

Старейшины потребовали от нас покаяния. Необходимо было отказаться от дружбы с ххорнами, свои взгляды признать ошибочными и поклясться вести войну с захватчиками до победного конца, или пока смерть не прекратит наш жизненный путь. Я был первым, и я отказался! Но каково же было мое удивление, когда все остальные "заговорщики", в том числе и мой лучший друг, согласились на эти условия! Я испытал шок. Меня предали! Предал мой самый лучший друг, мой единомышленник, единственный человек, которому я мог доверять, как самому себе!..

- Микки предал тебя? - Мне стало жаль маленького человечка. Я невольно поставил себя на его место и представил, каково это - быть преданным своим лучшим другом. Это все равно как если бы Женька оказался предателем. И хотя такого в моей жизни не могло быть, на мгновение я почувствовал ту душевную боль и обиду, которую испытывал Дезир, глядя на суде на Микки, отказавшегося от того, что было им дорого...

- Да, Микки отрекся от меня, предпочитая остаться среди своего народа, - печально подтвердил маленький человечек. - А я не смог, потому что искренне верил в правильность того, что делаю. И за это меня изгнали...

- Да, нет пророка в своем отечестве! - пробормотал я себе под нос и сказал: - Знаешь, Дезир, я, конечно, не успел хорошо узнать Микки, но мне он не показался человеком, способным на предательство.

- Микки был хорошим человеком, - ответил он на это мое заявление. - Просто он не смог перешагнуть через страх остаться в одиночестве. Одно дело, когда за тобой стоит твой народ, и совсем другое - когда ты один, как перст, изгнанник, объявленный обществом вне закона. И я не виню его за то, что он сделал, хотя поначалу мне и было очень больно от осознания того, что мой лучший друг отказался от меня.

- Ты его простил? - поинтересовался я, чувствуя, как растет мое уважение к этому отважному человечку, рискнувшему бросить вызов обществу и потерявшему из-за этого все. Согласись, Данька, даже в нашем "цивилизованном", так сказать, мире, мало кто осмеливается пойти наперекор общепринятому мнению! А ведь народ Гаэлла намного консервативнее земных людей...

Но я отвлекся... Дезир грустно улыбнулся в ответ на мой вопрос и сказал:

- Конечно же простил. Микки ведь был моим лучшим другом. Я до сих пор тоскую по нему. Мы ведь больше ни разу с ним не виделись! А когда я узнал, что он погиб...

Старичок махнул рукой и замолчал. Бросив на него взгляд, я заметил, как по сморщенной щеке катится слеза. Видимо, он по-настоящему любил своего друга и так и не смог его забыть. Не знаю, как относился к нему сам Микки, но, думаю, он тоже никогда не забывал о друге, изгнанном из общества из-за того, что хотел примирить два исчезающих из-за этой войны народа, что, в общем-то, достойно наивысшей похвалы и уважения, а не изгнания. И, наверное, до самой смерти мучался из-за своего предательства...

Некоторое время мы шли молча. Наконец, заметив, что наш проводник пришел в себя, я осмелился спросить:

- А что было потом? Как ты оказался среди ххорнов и умудрился занять среди них такое положение?

Дезир посмотрел на меня, и я заметил, что ему тяжело возвращаться из мира своих переживаний в реальный мир. Но все-таки он ответил мне:

- Ну, в этом-то как раз моя заслуга была минимальной. Х"харни среди своих сородичей действовал более успешно, чем я среди своих. Он умудрился навербовать несколько десятков сторонников, которым тоже надоела эта бесконечная война. Однако и их постигла моя участь. Их судили и приговорили к изгнанию в дальние пещеры. Но ххорны были более милосердны к изгнанникам. Им разрешили взять с собой оружие и орудия труда, выделили место для жилья, объявленное запретным для остальных ххорнов. В этот момент я и появился среди них...

- Значит, это - твои единомышленники? - кивнул я за спину в ту сторону, где мы оставили ххорнов.

- Точнее, их потомки, - уточнил Дезир. - Ххорны не обладают долголетием народа Гаэлла. Х"харни и те, кто отправился с ним в изгнание, давно уже умерли. Остался лишь один я - Наставник и Учитель с древних времен...

Его рассказ очень заинтересовал меня, но кое-что все-таки оставалось мне непонятным, о чем я и спросил маленького человечка:

- Послушай, Дезир, если все обстояло так, как ты рассказываешь, как же получилось, что остальные ххорны превратились в тех кровожадных монстров, с которыми мне довелось сражаться в пещерах народа Гаэлла? Ведь в них ничего не осталось от народа, о котором ты мне рассказал!

- Всему виной - Демон Тьмы! - ответил тот. - Именно с его появлением началась стремительная деградация ххорнов. Кто призвал его сюда - до сих пор остается для меня загадкой. Возможно, ххорны хотели при помощи этого Демона добиться победы над народом Гаэлла, а, может, мои бывшие соплеменники вызвали его при помощи колдовства, чтобы уничтожить ххорнов, - этого я не знаю и, наверное, не узнаю уже никогда. Знаю одно - никто не выиграл от появления Демона. Это исчадие ада быстро подчинило ххорнов своему влиянию, за какую-то сотню лет опустив их до уровня зверей. Он изменил их внешность, лишив зрения, чтобы никто из них и не думал о том, чтобы выбраться наружу. И они стали регулярно приносить ему человеческие жертвы, при этом и сами не брезговали человечатинкой. Взамен Демон помог им вытеснить народ Гаэлла в дальние пещеры...

- А как же твоим ххорнам удалось избежать их участи? - поинтересовался я.

- А мы как были изгоями, так ими и остались, - объяснил Дезир. - Мы сразу отвергли Демона. Видя, к чему ведет поклонение этому монстру, мы пытались предупредить своих сородичей о грозящей им опасности, но было уже поздно. Наших посланников отдали в жертву Демону. Они были первыми из нас, кто погиб в этой новой войне...

- Вы воевали со своими сородичами-ххорнами? - удивился я.

- Пришлось, - вздохнул Дезир. - Хотя, видят боги, мы этого не хотели. Мы надеялись, что нас это не коснется. И первое время, действительно, поклонники Демона нас не трогали. Но по мере того, как деградация усиливалась, ххорны забывали о запрете на вход в наши владения. И они принялись нас навещать, но не с дружественными визитами, а для того, чтобы забрать кого-нибудь из нас для жертвоприношения Демону. Вскоре мы с ужасом обнаружили, что бывшие соплеменники моих подопечных не прочь полакомиться человечатинкой. Набеги участились, вот тогда нам и пришлось взяться за оружие, а впоследствии и покинуть насиженное место, уходя в самые дальние и глухие места. Туда, где нас не могли достать эти твари... - Он печально посмотрел на меня и добавил: - Тогда же и родилась вера в Бога Света, который явится в наш мир, чтобы покарать поклонников Демона и уничтожить объект их поклонения. И когда ты убил этого монстра, естественно, что жрецы культа объявили тебя Богом, совершенно справедливо связывая тебя с долгожданным освобождением от вечного страха...

- Но я тут совершенно не при чем! - возразил я, не желая присваивать себе чужие лавры. - Твой друг Микки и его соплеменники помогли нам выйти из лабиринта, задержав Демона. Все остальное сделало Солнце, превратив его в камень! А уж я просто разнес этого монстра на мелкие камешки, чтобы он никогда не смог снова ожить. Вот и все! Чего же тут божественного?

- Ты превратил в пыль Демона, освободив от него народы, населявшие эти пещеры. Не сделай ты этого, в ближайшую же ночь он снова бы ожил и вернулся обратно, - ответил маленький человечек. - Потом ты уничтожил всех ххорнов в пещерах народа Гаэлла - всех до единого! Это не удавалось сделать моим бывшим соплеменникам в течение нескольких сот лет, а тебе понадобился всего какой-то год, чтобы полностью очистить пещеры от этих тварей! И после этого ты еще будешь утверждать, что в этом нет ничего сверхъестественного? - Он покачал головой. - Нет, может быть, ты и не бог, но, как минимум, его посланник! Простому смертному не под силу сделать то, что удалось тебе за такой короткий срок!

Слушая его, я подумал, что старичок немного финтит. То, что я не бог, он знает абсолютно точно, иначе не стал бы обращаться ко мне, как к человеку. Боится - да, но не преклоняется. А еще точнее, опасается. Как-никак, а ххорнов я действительно вывел очень быстро. Не без помощи маленького народца, и все же!.. Но, честно говоря, мне плевать было, что он думает по этому поводу. Если эти ххорны считают меня богом - пусть, я не против. Главное, чтобы нас не тронули, а все остальное - ерунда на постном масле!

- Ладно, бог с этой божественностью, - согласился я. - Объясни мне лучше вот что... Я много раз мотался по пещерам, ведущим на Перевал, и Демон все время стоял на одном месте. Никаких ххорнов, никаких бывших твоих соплеменников и в помине не было! И костей на полу вокруг статуи Демона - тоже. Такое ощущение, что в то время никаких жертвоприношений не было. Демон стоял забытый и заброшенный... И вдруг в один прекрасный момент все изменилось. Почему? Что случилось?

- А разве мои бывшие соплеменники тебе ничего не рассказывали? - поинтересовался Дезир, и в его голосе я почувствовал легкую насмешку.

- А когда нам было об этом лясы точить? - возмутился я. - Первая наша встреча вообще была суматошной, не до этого было. Потом мы решали задачу, как выжить ххорнов из их пещер... Короче, каждый раз я забывал спросить их об этом. И вот сейчас как раз наступил удобный момент, чтобы, наконец, выяснить этот вопрос, давно не дающий мне покоя. Так что же произошло?

Маленький человечек помолчал немного, потом ответил:

- Великое Перемещение нарушило устоявшийся уклад жизни наших пещер. Правда, поначалу никто не ощутил изменений, только в этих вот пещерах, - он обвел рукой пространство вокруг себя, - однажды вдруг появились люди. Чужие люди, не жители Перевала... В то время нас здесь не было. Это было место обитания ххорнов - поклонников Демона. И люди попали им в лапы... Эти твари убили их всех! Так мы узнали о перемещении в ваш мир...

Я понял, кого он имел в виду. Это были горняки, из-за гибели которых закрыли штольню. Видимо, при перемещении один из ходов этих пещер пересекся со штольней, открыв выход в наш мир. Как оказалось, на беду людей, работавших там. "Значит, Перевалу чуть более ста лет! - прикинул я. - Выходит, мой прадед и был тем самым первым разведчиком, вышедшим с Перевала в наш мир. Но почему тогда он скрыл этот факт от своих детей?.." Этого я тогда понять не мог. Только позже мне стали ясны причины, побудившие его так поступить...

- Потом были еще несколько жертв, после этого люди перестали посещать наши пещеры, - продолжал тем временем свой рассказ маленький человечек.

- Но если в то время эти места еще были густо населены ххорнами, почему об этом не было известно людям моего мира? - перебил я его. - Почему никто так и не узнал об их существовании, хотя поблизости всегда находился довольно-таки большой населенный пункт. Да и штольню ведь не сразу закрыли...

- Ну, это-то как раз объясняется достаточно просто, - ответил Дезир. - Ххорны, поклонявшиеся Демону, панически боялись внешнего мира и старались даже близко не приближаться к выходам из своих пещер, особенно если снаружи светило Солнце. Это мы по ночам совершали вылазки, чтобы подышать свежим воздухом, ну и добыть себе что-нибудь из пропитания. В пещерах-то ведь обитает не слишком много живности, а мы, в отличие от ххорнов Демона, не едим себе подобных! Потому-то люди и не знали ничего о нас. Те же, кому в глубине пещер довелось столкнуться с ххорнами Демона, уже никому ничего рассказать не могли...

"Очень интересная деталь! - подумалось мне. - Значит, ххорны Демона боялись выходить наружу! И, тем не менее, когда они нас преследовали, вслед за своим хозяином из пещер высыпала целая толпа этих тварей! Что же их толкнуло на этот шаг? Точнее, кто?.."

Помнишь, Данька, я тебе рассказывал о своих подозрениях насчет Норны?.. Ну да, тогда я тебе говорил, что уж больно странно вела себя эта старая ведьма! Вроде бы помогала, наслав на Китайца и его людей тарксов, но одновременно этим же чуть не погубила нас!.. Так вот, в тот момент, когда Дезир рассказывал мне о страхе не только ххорнов, но и самого Демона перед наружным миром, я подумал - а не Норниных ли рук это дело? Уж слишком неприветливо встретила она нас, да и нрав у нее того... диктаторский. Эта старуха вполне могла спустить на нас Демона и его ххорнов, чтобы будущая Верховная Жрица никогда не добралась до конечной цели своего путешествия. Уж очень не хотелось старой карге делиться властью с кем бы то ни было! Тем более, как я понял, она сама метила на этот пост... И вдруг, как озарение, пришла мысль: "Ну да, все сходится! Ведь именно она больше всех на Совете жрецов ратовала за уничтожение ххорнов, прикрываясь тем, что, якобы, надо обеспечить безопасный проход Избранным на Перевал! Хотя, насколько я понял, поначалу была категорически против того, чтобы пускать чужаков на Перевал. И только то, что большинство Совета было "за", заставило ее смириться... С чего это она вдруг так обеспокоилась безопасностью Избранных? Даже сумела убедить Совет в своей правоте, несмотря на то, что Нирдок не очень-то хотел принимать такие кардинальные меры!.. Уничтожала свидетелей, вот чего! Да еще моими руками!.. Вот стерва!"

Эта догадка так поразила меня, что я даже прослушал добрый кусок рассказа нашего проводника! Когда же мое внимание вернулось к нему, он уже говорил:

- ...и мы, в конце концов, были вынуждены тоже покинуть эти места и отступить на Перевал, хотя и продержались дольше всех. Так что теперь ты понимаешь, почему долгое время часть пещер была необитаема?

- Извини, я немного отвлекся, - пришлось признаться мне. - Так что же послужило причиной вашего ухода?

Дезир осуждающе покачал головой, но ничего не сказал по этому поводу.

- Холод, - повторил он. - В нашем мире всегда тепло, и мы никогда не знали, что такое морозы. С наступлением в ваших краях зимы в наших пещерах, находящихся вне Перевала, стало очень холодно. Среди моих подопечных появились умершие от переохлаждения, и чем дальше, тем чаще мы находили тела замерзших. В конце концов нам пришлось покинуть эти места. Ххорны Демона ушли еще раньше, бросив своего Хозяина...

- И что же изменилось? - поинтересовался я. - Почему все вернулись обратно?

- Последняя попытка перемещения привела к тому, что эта часть Перевала опять оказалась включенной в единую систему, - объяснил Дезир. - В пещерах потеплело, и ххорны Демона устремились обратно. Осталось только одно место, где эти создания так и не смогли снова хозяйничать - эти пещеры. Здесь по-прежнему достаточно прохладно, и поэтому они сюда не совались, предпочитая более теплые места. А мы притерпелись. Теперь даже ничего, нормально себя чувствуем. Зато нас никто не трогает...

- И как же ххорны Демона столько лет обходились без своего Хозяина? - спросил я не без задней мысли.

- О, это было самое хорошее время за последние несколько сот лет! - улыбнулся маленький человечек. - Без Демона они не представляли такой опасности, как раньше. Народ Гаэлла с одной стороны и мы с другой очень здорово их потрепали. Возможно, через какое-то время они были бы окончательно уничтожены, но... - Дезир сокрушенно развел руками. - Тут все вернулось на круги своя! Мы сразу почувствовали, что потеряли, на своей шкуре. Демон мгновенно изменил соотношение сил не в нашу пользу. И нам пришлось ретироваться...

- Оказывается, твои ххорны не такие уж и мирные! - усмехнувшись, заметил я.

- По сравнению с ххорнами Демона мои подопечные - ангелы! - возразил он. - Жизнь заставила нас взяться за оружие. Если бы мы не сопротивлялись, нас бы уже давно уничтожили...

Что ж, с этим было трудно спорить. Евангелиевская заповедь о том, что если тебя ударили по одной щеке, надо подставить другую, здесь явно была неприменима...

- И чем же вы здесь питались? - поинтересовался я. - Насколько я понял, кроме вас здесь нет других обитателей Перевала?

Маленький человечек смутился.

- Когда чем, - ответил он. - В основном, охотились на ваших горных баранов по ночам. Но когда охота бывала неудачной, приходилось заимствовать скот у твоих соплеменников.

Мне сразу же вспомнились случаи исчезновения домашних животных у местных жителей. Нечасто, но такое иногда случалось. Утром обнаруживали непонятные следы, уводящие в сторону гор. Но все поиски пропавших животных и их похитителей ни к чему не приводили. Никто и никогда больше не видел своих птичек, коровок, овечек и лошадей, уведенных со двора таинственными грабителями...

- Прошу понять меня правильно, - оправдываясь за своих подопечных, сказал Дезир, - не могли же наши охотники обречь своих соплеменников на голодную смерть! Правда, я предупреждал их, что кража скота может привести к серьезному конфликту с людьми...

- И привела бы, - заметил я. - Если бы наши сумели выследить твоих охотников. Народ в селении ох как злился на воров, уведших скот со двора. И поверь мне, если бы они сумели отследить, куда ведут следы, мало бы вам не показалось! Местные не посмотрели бы, что вы живете в пещерах! Залезли бы туда целой кодлой и накостыляли бы вам, как следует!

- Не суди их строго, Хранитель! - попросил маленький человечек, поворачиваясь ко мне. - Я знаю, что в вашем мире воровство сурово наказывается. Но они ведь не люди, а ххорны! К тому же это случалось не так уж и часто...

- Это вас и спасло, - сказал я на это. - Если бы кражи повторялись постоянно, обозленные местные жители приложили бы все усилия, чтобы изловить ночных воров!

- Они и так пытались это сделать, но наши охотники в такие ночи старались не выходить из пещер, - сообщил Дезир.

- А откуда они знали, когда можно выходить наружу, а когда - нет? - поинтересовался я.

Маленький человечек пожал плечами и ответил:

- Каждый представитель народа Гаэлла обладает телепатическим даром, а уж ххорны отточили его до совершенства. Так что мы знаем все, что происходит и на Перевале, и вне него.

- Тогда расскажи, что творится сейчас на Перевале? - ухватился я за его слова.

Дезир нахмурился.

- Страшные и ужасные дела вершатся жрецами. Норна возродила кровавый культ Зверя, который несколько столетий был под запретом. По ее приказу похватали почти всех людей, которых ты привел на Перевал, прикрываясь тем, что они - чужаки и могут притащить снаружи в наш мир других своих соотечественников. Их жрецы используют для жертвоприношений... Что еще?.. Ах да! Прежний Глава Совета Нирдок казнен, казнены и все его сторонники. Так что я не понимаю твоего стремления попасть в Фаркс, Хранитель! Вернись, пока не поздно! - В его голосе прозвучала настойчивая просьба. - Ничего хорошего тебя там не ждет. Ты же сам знаешь, как к тебе относится Норна...

- А что Верховная Жрица? - поинтересовался я, проигнорировав его просьбу.

- Что Верховная Жрица! - вздохнул маленький человечек. - Она ничего не знает, увлеченная изучением магии. Ее никуда не выпускают, кроме как погулять в сад, да она и сама не больно-то стремиться вырваться из своего заточения. Но, сдается мне, количество дней, которые эта девочка проживет на этом свете, зависит от того, как скоро она сумеет перенести Перевал обратно в свой мир...

Я кивнул. Дезир как будто подслушал мои мысли, поскольку его умозаключения полностью совпадали с моими опасениями. Думаю, он догадывался (а может быть, и знал) о причинах нашего "крестового" похода на Перевал. Потому, наверное, особо и не отговаривал меня...

- Что с моим дедом и дедом Верховной Жрицы, служащих в Страже Перевала? - задал я следующий интересующий меня вопрос.

Дезир смутился, и я почувствовал беспокойство.

- Вот с ними-то как раз творится нечто странное, - сказал он. - Вроде бы они находятся на прежнем месте, в Замке Стражи Перевала, но что-то меня смущает. Пока никак не пойму, что, но вот чует мое сердце, что там не все в порядке! Опасайся ловушки, Хранитель!

- Спасибо за предупреждение! - поблагодарил я его. - Я буду осторожен. - И тут же поинтересовался: - Скажи, Дезир, а будущее ты видишь? Будет ли удачен наш поход?

Он в ответ покачал головой:

- Твое будущее туманно. Видимо, все зависит только от тебя... Могу сказать одно - тебя ждет много опасностей на этом пути. От того, как ты справишься с ними, и будет зависеть твое будущее...

Он вдруг остановился и сказал:

- Ну, вот и все. Мы пришли... Здесь я с вами расстанусь. Дальше начинаются владения народа Гаэлла, мне туда нельзя.

Загрохотала, сдвигаясь, каменная стена, открывая моему взгляду знакомый мне коридор. Я повернулся к нашему проводнику и с чувством поблагодарил его:

- Спасибо тебе, Дезир! Я рад, что познакомился с тобой. А со старейшинами народа Гаэлла я обязательно поговорю. Пора прекращать эту глупую вражду!

Маленький человечек в ужасе замахал на меня руками:

- Не вздумай! Ты совсем не знаешь этот народ! Если ты заикнешься о том, что разговаривал со мной, в лучшем случае они сделают вид, что не слышали тебя. Если же ты будешь пытаться склонить их к миру с нами, эти люди сразу же отвернуться от тебя! И не посмотрят на твои прежние заслуги перед ними... А теперь идите. И да помогут вам боги!

Коридор за его спиной был ярко освещен факелами ххорнов, все время следовавших за нами на почтительном расстоянии, и фигура Дезира отчетливо выделялась на фоне этого света. При виде лопоухих созданий, опасливо переминавшихся невдалеке с ноги на ногу и не решавшихся подойти ближе, я вдруг вспомнил еще об одной вещи и сказал:

- Еще вопрос напоследок... Скажи, те рисунки, на которые мы наткнулись у выхода из штольни в этот коридор, нарисованы твоими ххорнами?

- Понравились? - улыбнулся Дезир, явно польщенный таким вниманием. - Там, где вы их нашли, ххорны молятся своему Богу Света. На картинах рассказана история его появления в пещерах народа Гаэлла, уничтожения Демона Тьмы и его приспешников.

- А как же им удалось так правдоподобно передать эту историю? - поинтересовался я. - Или там были и твои ххорны?

- Что ты? - Его возмутило мое обвинение. - Ни один из наших ххорнов никогда не имел дела с поклонниками Демона Тьмы. Но когда ты занялся истреблением ххорнов Демона, некоторые из них в поисках спасения прибежали к нам. Их мысленные образы и зарисовал на стене Н"гуар, наш художник. Теперь там место для молитв. Верующие в Бога Света (а таких, как ты сам мог убедиться, немало) молят о прощении за весь народ ххорнов, хотя сами, в общем-то, ни в чем не виноваты.

- Можешь передать им, что Бог Света простил их, - сказал я на это. - Обещаю, что больше ни один ххорн не будет убит мною! Если, конечно, никто из них не вздумает мне пакостить...

- Я передам, - пообещал маленький человечек и напомнил: - А о моем предупреждении насчет народа Гаэлла ты все-таки не забывай. У меня предчувствие, что в самое ближайшее время они преподнесут тебе неприятный сюрприз!..

Честно говоря, я тогда не очень-то прислушивался к его словам. Я не верил, что после того, как я освободил их от ххорнов, маленький народец может предать меня. И, как оказалось впоследствии, зря... Народ Гаэлла в течение нескольких последующих часов преподнес мне такой сюрприз, что я не скоро смог оправиться от потрясения! Сколько раз я потом вспоминал слова Дезира!.. А, ладно, чего тут говорить! Я лишний раз убедился в истинности слов: "Не доверяй своей правой руке, ибо она не знает, что творит левая!" Вот так-то, Данька, мотай на ус - не всегда можно доверять даже людям, с которыми прошел, как говорится, Крым, рым и медные трубы...


4.

Итак, мы снова были одни. Только на этот раз коридор, простиравшийся перед нами, был мне хорошо знаком. Дезир вывел нас в то самое место, откуда два года назад началось то роковое путешествие на Перевал, после которого я и стал его Хранителем.

- Фу! - с облегчением выдохнул Женька, снова натягивая на глаза прибор ночного видения. - Слава богу, вырвались! А то я все время ждал, что эти твари набросятся на нас сзади и прикончат! - Он огляделся с интересом по сторонам и поинтересовался: - Где это мы?

- Там, где раньше всегда начинался мой путь на Перевал, - ответил я. - Отсюда рукой подать до поселений маленького народца. Нам надо найти проводника...

- А разве ты не знаешь, как попасть на Перевал? - удивился Серега. - Я думал, для этого тебе не требуется проводник!

- Обычно не требуется, - согласился я, - но сейчас - другая ситуация. Маленький народец знает все входы и выходы в этих пещерах, а нам нужно как можно более незаметно подобраться к Замку Стражей, где нас должны ждать наши сторонники. Нечего светиться на Перевале до времени, раз уж дела обстоят так хреново!

- Этот старичок тебе что-то рассказал? - насторожился Женька. - Тогда выкладывай, не томи! Вон вы с ним сколько базарили, словно старые знакомые!

- Да ничего такого особенного он не рассказывал, - пожал я плечами. - Норна со своими прихвостнями совсем обнаглела! Возродила культ какого-то зверя с кровавыми жертвоприношениями, прикончила Нирдока и всех жрецов, которые его поддерживали. На людей, которых я последние два года водил на Перевал, устроила настоящую охоту. Вся их вина, как я понял, заключается лишь в том, что они пришли извне...

- Ясный пень! - вмешался Серега. - Это Нирдоку они были зачем-то нужны, а ей они - нафиг не сперлись! Рассадник заразы, так сказать...

- Да ладно, хрен с ними! - перебил его Женька. - Ты узнал у него что-нибудь об Ольге, дяде Косте и дяде Алеше? Они ведь для этой стервы тоже чужаки!..

- С Ольгой, вроде, все в порядке, - ответил я. - Она, похоже, совсем зациклилась на своей магии, дальше собственного носа нихрена не видит! Да и не тронет ее сейчас Норна. Ольга пока ей нужна... А вот с дедами не все ясно...

- В смысле? - не понял Женька.

- В смысле того, что они вроде бы как в Замке Стражи, но есть какая-то странность, - объяснил я. - Дезир, по крайней мере, считает, что это может быть ловушкой.

- Во-во, и мне так кажется! - опять влез Серега. - Если их оставили на свободе, это нелогично и очень подозрительно. Насколько я понял, Норна знает о наших замыслах, и если наших сообщников не заарестовали, это может означать только одно - эта хитрая бестия приготовила нам ловушку!

- Вот для этого нам и нужно неожиданно появиться у Замка! - продолжил я развивать свою мысль. - Нам необходимо время, чтобы разобраться в ситуации и принять решение. Так что двинули, мужики. Нам еще надо найти проводника, а время и так поджимает...

И мы пошли по коридору. Теперь, в отличие от того путешествия, о котором я тебе рассказывал, Данька, по пещерам маленького народца можно было передвигаться без всякой опаски. Ххорнов я уничтожил, пауков мы с маленьким народцем вытеснили оттуда, а мозгососов вывели жрецы. Что же касается крылатых вампиров, то они почти все были уничтожены во время битвы с Демоном. А те, что остались, куда-то смылись, и с тех пор я их больше не видел.

- А ты, я смотрю, в авторитете у этих ххорнов! - вдруг заметил Женька (мы в тот момент как раз проходили мимо наскальной живописи у входа в бывшую пещеру Демона). - Верный был прав - они тебя боятся.

- Ты удивишься еще больше, когда узнаешь, что я у них считаюсь богом, посланным, чтобы покарать их народ...

И я вкратце пересказал им то, что мне поведал Дезир. Конечно, многие подробности я опустил, передав только самую суть. Но даже то, что я им рассказал, произвело на них серьезное впечатление...

- Теперь мне понятно, почему эти твари не замочили нас, как тряпку в тазике! - заметил Серега. - А я-то все голову ломал, чего это они не нападают? Они же нас от нефиг делать задавили бы! Вон их сколько, а нас всего трое!

- Четверо! - обиженно поправил его Верный. - Я тоже кое-чего стою!

- Одна малина! - отмахнулся тот. - Трое, четверо - какая разница? Их было раз в десять, а то и больше, чем нас! Навалились бы всем скопом - и поминай, как звали! Да, хорошего же ты страху на них нагнал, Саня!

- А мне непонятно другое, - задумчиво произнес Женька. - Почему этот старикашка не развеял эту их веру? Я так понимаю, он прекрасно знал, что никакой ты, нафиг, не бог, а самый что ни на есть обычный человек!

- Да, темнит чего-то этот дед! - поддержал его Серега. - Видать, есть у него какой-то свой интерес в этом деле! С чего это ему помогать тебе - человеку, смертельно ненавидящему ххорнов и уничтожившего практически всех их? Ты ж ему враг, Саня, причем враг непримиримый, который не ведет переговоров, а сразу вступает в бой! Неужели ты думаешь, что он тебя испугался? Да нифига! Если бы он захотел, его ххорны в два счета разделались бы с нами!

- И чего же ты думаешь по этому поводу? - ехидно поинтересовался я. Ну не понимал я, к чему он клонит, Данька, не понимал, хоть убей!..

- А чего тут думать! - возмутился Серега. - Думаешь, чего это он тебе баки забивал насчет миролюбивости своих ххорнов и открещивался от связи с их собратьями, которые поклонялись этому Демону? Чего это он так давил на твою сознательность, втирая тебе очки, что, мол, не ххорны развязали эту войну?.. Да он просто хочет использовать тебя, Саня! Это же ясно, как божий день!.. Ты сам подумай, что сделают твои маленькие друзья, узнав, что где-то, можно сказать, под самым носом, есть еще непотрепанные вами ххорны?.. Правильно, они постараются навсегда закрыть эту тему, довести начатое дело до конца. И только ты можешь им помешать! Ты же у маленького народца в авторитете! Сечешь, о чем это я?..

Конечно же я все понял, Данька. Логика в его рассуждениях была железной и, что самое главное, вполне правдоподобной. А ведь я ему еще не рассказывал о том, как Дезир пытался посеять в моей душе недоверие к маленькому народцу!..

- Может, все и обстоит так, как ты говоришь, Серега, - ответил я ему, - только я тоже не лох какой-нибудь! Я по натуре своей человек не жестокий. Уничтожение ххорнов было вынужденной мерой, и то только потому, что с ними невозможно было договориться. Если с этими ребятами можно придти к консенсусу, я не стану продолжать эту войну. Думаю, маленький народец меня поддержит. Они ведь тоже устали от этой многовековой войны.

- К чему придти? - не въехал Женька.

- К консенсусу, - повторил я и разъяснил: - К согласию, понимаешь?

- А-а! - понимающе проговорил тот. - Так бы сразу и сказал! А то бросаешься иностранными словечками, а ведь мы в университете не учились! С нами надо на русском языке говорить, а не нести какую-то тарабарщину, которую никто, кроме тебя не понимает!..

- Ладно, ладно, успокойся! - улыбнулся я. - Специально для отсталых слоев населения буду разъяснять смысл сказанных мной слов.

- Это кто отсталый? - обиделся Женька. - Ну, знаешь ли!.. Не ожидал!..

- Знаешь, насчет усталости - это еще бабушка надвое сказала! - заметил Серега, не обращая внимания на нашу перепалку. - За столько веков бесконечной, безжалостной войны у воюющих сторон наверняка накопилось достаточно много претензий друг к другу. И прекратить эту войну вот так легко у тебя вряд ли получится. Ненависть - она, знаешь ли, очень живуча! Тебе придется потратить много сил и времени, чтобы убедить маленький народец прекратить эту войну.

- Я готов к этому, - ответил я.

Некоторое время мы шли молча, потом Женька, который никогда не мог долго дуться, опять пристал ко мне:

- Слушай, Сань, ты, вроде, говорил, что твои маленькие друзья всегда встречают тебя, едва ты появляешься в их владениях?

- Ну да, - подтвердил я. - Стоит мне только зайти в лабиринт, как они откуда-то узнают, что я здесь, и неожиданно появляются на моем пути!

- Ну и где они? - поинтересовался он. - Мы тут мотаемся уже около часа, а я не еще не увидел ни одной живой души, кроме нас!

Действительно, Женька был прав. Мы прошли уже значительную часть пути, а никто из маленького народца нам еще не попался. И это начинало беспокоить меня все больше и больше. Обычно они с радостью встречали меня еще задолго до границ Перевала. Теперь же пещеры словно вымерли. Ни одного маленького человечка на протяжении этого совсем не короткого пути. Представляешь, Данька? Меня начали одолевать плохие предчувствия, переросшие в уверенность, когда мы, в конце концов, вышли к пещерам, где, собственно говоря, и обретались мои маленькие друзья. Вход оказался заперт! И я не смог его открыть...

Дело в том, Данька, что маленький народец научил меня пользоваться своими каменными дверями, и раньше у меня это с полпинка получалось. Но теперь я не смог открыть вход! Сколько ни напрягал свой мозг, сколько ни посылал мысленные импульсы, ничего не поучалось - хоть умри! Скала осталась незыблемой, не сдвинувшись даже на миллиметр!..

Вымотавшись до предела, я растерянно сел у входа прямо на каменный пол и привалился к скале, перегораживающей нам путь.

- Ничего не понимаю! - сказал я. - Сломалась, что ли? Как же нам теперь туда попасть?

Вопрос был очень насущным. Все мои планы рушились прямо на глазах! В голове вертелась одна мысль - что делать дальше? Ситуация была, как с домофоном. Представь, Данька, ты приходишь в гости к другу, но у него в квартире нет трубки, а у тебя - электронного ключа! Что остается делать?.. Правильно! Ждать, пока кто-нибудь не захочет войти или выйти из подъезда. Так было и в этом случае. Можно было подождать, пока мои друзья сами не проявятся. Ведь должны же они были как-то выходить в эту часть своих пещер? Правда, неизвестно, сколько бы времени заняло это ожидание... А можно было пойти привычным путем, но тогда нам пришлось бы пробираться к Замку Стражи по иллюзорной поверхности со всеми вытекающими отсюда последствиями...

Возможно, я бы так и колебался, не зная, какой из вариантов выбрать, если бы не вмешался Верный.

- Не сломалась, - неожиданно заявил пес. - Я чую маленький народец за этой стеной. Они не хотят нас туда пускать!

Я с изумлением уставился на него.

- Ты чего, Верный, белены объелся? Как так не хотят? Чего ты гонишь?

- Говорю то, что знаю! - обиделся тот. - Я же с ними повязан одной ниточкой после того, как они вернули меня оттуда, откуда не возвращаются. Я чую их нежелание общаться с нами, я чую их страх. Они боятся...

- Чего? - удивился я.

- Этого я не знаю, - ответил Верный. - Могу сказать только одно - нас они не пустят!

- Ладно! - проговорил я, вставая на ноги. - Странно это, конечно, но ничего не поделаешь. Придется, видимо, выходить на Перевал там, где знаю. Но я обязательно разберусь, что тут произошло...

Но у известного мне выхода мы столкнулись с той же самой проблемой. Сколько я ни напрягался, скала не сдвинулась ни на миллиметр! И это уже начало напрягать меня...

- Что будем делать, Хозяин? - поинтересовался Верный, когда я, наконец, бросил это бесполезное занятие.

- Идем к другому выходу! - буркнул раздраженно я...

Но и у другого выхода повторилась та же самая история. И у третьего тоже...

Повезло нам только у четвертого. Еще на подходе к нему мы заметили свет, струящийся золотистыми волнами из-за поворота. Я приложил палец к губам, давая понять своим спутникам, чтобы они не шумели, а сам осторожно двинулся вперед, держа свой арбалет наготове.

Когда я выглянул из-за угла, моим глазам предстала следующая картина. Около выхода на невысокой стремяночке стоял маленький человечек и увлеченно копался в стене. Фонарь с горящим внутри огоньком висел на штыре, вставленном в трещину. Увидев его, я все понял. А когда понял, внутри закипела необузданная ярость.

- Так-так! - сказал я, выходя из-за угла. - И чем же мы это тут занимаемся?

Маленький человечек вздрогнул от неожиданности и замер. А я тем временем продолжал медленно приближаться к вероломному человечку, держа его на прицеле. И вид мой не предвещал ему ничего хорошего...

К чести маленького человечка надо признать, что действовал он быстро и решительно. Не успел я сделать и нескольких шагов, как он щелкнул пальцами, и свет в фонаре погас. Но и я тоже был не лыком шит.

- Верный, взять! - скомандовал я, натягивая на глаза прибор ночного видения.

Пес с глухим ворчанием умчался вперед вслед за улепетывающим во все лопатки маленьким человечком, и через несколько секунд послышался вскрик и грозное рычание. Я бросился за ним и вскоре увидел распростертое на каменном полу тело и Верного, стоявшего на нем передними лапами, скаля клыки. Зная возможности маленького народца, я мгновенно заломил человечку руки за спину и связал их веревкой, извлеченной из своего рюкзака. И только после этого перевернул его лицом к себе.

Одного взгляда на маленького человечка было достаточно, чтобы подтвердить мои самые наихудшие опасения. Он и так был бледным от страха, но, увидев меня, прямо-таки затрясся в ужасе.

- Ну-ну! - довольно-таки энергично встряхнул его я. - Чего это ты, приятель, так напугался? Это же я - Хранитель Перевала, друг твоего народа... Или ты не узнал меня?

- Узнал, - пролепетал маленький человечек, но страха в его глазах не убавилось.

- Так в чем же дело? Чего ты так трясешься? - поинтересовался я, сажая его на пол и прислоняя спиной к стене.

Маленький человечек промолчал, и меня это разозлило еще больше. Я так его встряхнул, что чуть душу из него не вытряс!

- Чего молчишь, маленький гаденыш? - прошипел я ему в лицо. - Зачем ты заблокировал все входы и выходы в пещерах? Отвечай, или я прибью тебя тут же, не отходя от кассы!

Маленький человечек испугался еще больше и пролепетал:

- Таково указание Совета Старейшин! Приказано не пускать тебя в наши пещеры!

- Что?! - разъярился я. - Чего ты мне тут мозги пудришь! Чем это я так провинился перед Советом Старейшин?

- Не знаю! - заскулил маленький человечек, почувствовав, что я доведен до критической точки. - Клянусь Перевалом, не знаю! Сам Глава Старейшин Казардак приказал мне и еще нескольким моим товарищам заблокировать все входы и выходы в пещеры народа Гаэлла!

- Лжешь! - лопнуло мое терпение. - Казардак не мог отдать такой приказ!

Я даже хотел задать ему хорошую трепку, но меня остановил Верный.

- Не надо, Хозяин! - жалобно попросил пес. - Он говорит правду, я это чую. Не бери грех на душу, ты ведь можешь и убить его!

Я опустил руку. Внутри меня бушевала обида и непонимание. Я и сам видел, что маленький человечек говорит правду, тем более что никто из народа Гаэлла не станет возводить поклеп на своих старейшин. Это было одним из самых страшных преступлений у маленького народца... Но за что? Что я такого сделал, что старейшины отказали мне в своем гостеприимстве?

- Интересно было бы узнать, чем это я так провинился перед старейшинами? - поинтересовался я у маленького человечка.

- Я не знаю! - всхлипнул тот. - Старейшины объявили тебя врагом народа Гаэлла, а за что - не знаю!

- Я - враг?! - еще больше изумился я. Я ожидал чего угодно, но обвинить меня в таком!.. - С чего это они взяли?

- Не знаю, - повторил маленький человечек. - Значит, у них были основания для этого. Старейшины никогда не ошибаются, на то они и старейшины!

Меня прямо-таки затрясло от гнева. Невольно вспомнилось предостережение Дезира. Неужели изгнанник был все-таки прав? В это не хотелось верить, но, тем не менее, факты, как говорится, были налицо.

Я опять встряхнул маленького человечка и поставил его на ноги.

- Я докажу, что они ошибаются! - в запале выкрикнул я. - Веди меня к своим! Сейчас мы все расставим по местам!

- Нет! - решительно отказался он. - Нельзя помогать тому, кто объявлен врагом народа Гаэлла!

- Ах ты!.. - У меня просто не было слов, которыми можно было обозвать этого маленького упрямца.

Тут снова вмешался Верный:

- Хозяин, давай не будем тратить время на выяснение отношений! Нам надо выбираться отсюда, да побыстрее! Со старейшинами разберемся позже!

Его слова отрезвили меня.

- Ладно, приятель, сделаем по-другому, - сказал я, обращаясь к маленькому человечку. - Ты выведешь нас кратчайшей дорогой к северному Замку Стражи Перевала, и я тебя отпущу. Даю честное слово!

- Нет! - снова последовал ответ, окончательно добивший меня.

- Нет? - усмехнулся я, весь кипя внутри от еле сдерживаемой ярости, и вытащил жертвенный нож. - Что ж, ты не оставил мне выбора...

- Что ты собираешься делать? - забеспокоился маленький человечек.

- Я собираюсь порезать тебя на маленькие кусочки - так, чтобы воскрешать было нечего, - ответил я. - Впрочем, даже если тебя и воскресят твои собратья, всю оставшуюся жизнь ты будешь помнить эту адскую боль. Она будет сниться тебе по ночам, не давая нормально спать. Каждый раз ты будешь снова и снова переживать эту смерть, и это, поверь мне, очень неприятно. Я знаю, что говорю, сам прошел через смерть и воскрешение. Так что выбирай...

И легонько кольнул его ножом в бок... Жестоко? Возможно. Но ведь я не ангел, Данька, и никогда им не был! Речь-то ведь шла о наших жизнях! Мы могли бродить по коридорам до тех пор, пока не сдохнем от голода. Так что терять мне было нечего. И маленький человечек, видимо, это тоже понял, но почему-то отказывался в это верить.

- Ты не сделаешь этого! - заявил он.

- Интересно, что же мне помешает это сделать? - усмехнулся я. - Назови хотя бы одну причину.

- Ты не способен на такое! - ответил маленький человечек. - Ты же Хранитель Перевала!.. И потом, мы ведь спасли тебе жизнь!

- Я тоже много чего сделал для маленького народца, - возразил я. - И, тем не менее, вы объявили меня врагом народа и закрыли все входы и выходы, чтобы я не смог выбраться из ваших пещер и подох здесь. Так почему же я должен тебя щадить?

- Неправда! - горячо запротестовал он. - Мы не хотели запирать тебя в наших пещерах! Мы заблокировали лишь входы из твоего мира, и все!

- Интересно, чем же ты тогда занимался, когда мы наткнулись на тебя? - срезал я его. - Перепутал входы в ваши пещеры с выходами на Перевал?

Маленький человечек не нашелся, что мне ответить на это и только тихо пробормотал:

- Я всего лишь выполнял указание Совета Старейшин...

- Ну, тогда не обессудь, - развел я руками. - Сам понимаешь, не я предал вас, а вы меня! И никто не осудит, если я выполню свою угрозу. Имею полное право...

Маленький человечек понял, что я действительно сделаю то, что говорю, и сдался.

- Хорошо, я поведу вас, - согласился он с обреченным видом.

- Как тебя зовут? - поинтересовался я.

- Нувхсор, - ответил маленький человечек.

- Что ж, веди нас, Нувхсор! - довольно ухмыльнулся я и предупредил: - Только если заведешь нас не туда, я выполню то, что обещал, так и знай!

И легонько ткнул его ножом.

- Я вас отведу туда, куда нужно, - заверил он меня. - Только принесите мне фонарь и развяжите руки. Мне нужен огонь.

- А больше ты ничего не хочешь? - усмехнулся я. - Руки ему развязать!.. Знаю я вас и все ваши колдовские штучки! Тебя только развяжи - устроишь нам веселую жизнь!

Нувхсор пожал плечами и сказал:

- Ну, как знаешь! Только без огня я ведь могу и ошибиться!..

Этот маленький гаденыш в таком положении пытался еще и шантажировать меня! "Ну уж нет, дудки!" - решил я про себя и сказал:

- Не волнуйся, свет я тебе обеспечу и без твоего фонаря!

Я достал из рюкзака фонарик и, сдвинув на затылок прибор ночного видения, включил его. Потом подтолкнул своего пленника вперед:

- Давай, двигай, приятель! И смотри у меня, чтоб без фокусов!..


* * *


Некоторое время мы топали в полном молчании. Во мне бушевала обида на маленький народец. Неужели Дезир все-таки был прав? Мне было непонятно, за что я впал в такую немилость? Что я мог такого сделать, что могло бы так рассердить старейшин? Я ломал голову и не находил ответа. В последний раз мы расстались очень тепло, с тех пор я на Перевале не был. Что же изменилось за это время?

- Нувхсор! - позвал я маленького человечка.

- Да? - откликнулся тот, поворачиваясь ко мне.

- И все-таки, Нувхсор, почему старейшины объявили меня врагом народа Гаэлла? - опять поинтересовался я.

Нувхсор вздохнул и ответил:

- Какой же ты все-таки тупой, Хранитель! Сказал же тебе - не знаю!

- Нет, но так же не бывает, чтобы ни с того, ни с сего человека объявили врагом! - не отставал я, нисколько не обидевшись на такую грубость. - Должна же быть какая-то причина?

- Тебе лучше знать, - пожал плечами маленький человечек. - Дыма-то ведь без огня не бывает. Значит, ты совершил тяжелое преступление против нашего народа.

- Какое преступление? - разозлился, не выдержав, я. - Я очень тепло расстался с твоими соплеменниками в последний раз и с тех пор не только в ваших пещерах - вообще на Перевале не был! Как я мог совершить какое-то преступление? И потом... Почему вам не сказали, в чем заключается моя вина?

- А зачем? - искренне изумился Нувхсор. - Старейшины не могут лгать. Если они сказали, что ты - враг, значит, так оно и есть!

Вот, блин, тупость какая! Раньше я считал, что маленький народец - храбрые, самоотверженные, сообразительные люди. И что же?.. Эти же люди поверили не своим чувствам, не тому, что говорило их сердце, а тому, что сказали их старейшины! Значит, Дезир все-таки был прав! А ведь среди них у меня было немало друзей...

- И что же, все так же беспрекословно восприняли это решение, как ты? - поинтересовался я, втайне надеясь на отрицательный ответ.

- Все, - ответил Нувхсор, окончательно развеяв мои иллюзии. - Иначе и быть не может...

Некоторое время мы опять шли молча, но, в конце концов, я не выдержал и спросил:

- Скажи, Нувхсор, а как же получилось, что ты не успел заблокировать этот выход до нашего появления?

Маленький человечек горько усмехнулся и ответил:

- Чтобы не пустить тебя в наши пещеры, мы заблокировали входы из твоего мира и считали, что этого достаточно. И вдруг, как снег на голову, известие - ты каким-то образом сумел прорваться! Вот тогда нескольких добровольцев и послали перекрыть выходы из наших пещер на Перевал! Делать все пришлось в большой спешке. А поскольку выходов очень много, мы разделились. Мне, как самому лучшему, выделили самые трудные участки. Два выхода я успел заблокировать, на третьем вы меня поймали.

- И все же, - не оставлял я надежды докопаться до истинного положения вещей, - зачем нужно было запирать меня в пещерах? Ведь не настолько же вы ненавидите меня, чтобы оставить подыхать голодной смертью?

Нувхсор сразу же ухватился за эту возможность оправдать действия своего народа и с жаром заявил:

- Конечно же, нет! Я тебе уже давно пытаюсь втолковать: мы совсем не хотели убивать тебя и твоих друзей! Просто тебя нельзя было пропустить на Перевал!

"Ага! - обрадовался я. - Так вот, оказывается, откуда ноги растут! И, кажется, совсем не из того места, как мне думалось раньше..."

- А почему меня нельзя пропускать на Перевал? - поинтересовался я.

- Так сказали старейшины! - последовал ответ, разочаровавший меня. "Ну вот! Не в лоб, так по лбу!" - подумалось мне, и я решил зайти с другого конца.

- Ну, бог с ними, с вашими старейшинами... А не появлялся ли у вас в последнее время кто-нибудь из внешнего мира? - спросил я Нувхсора, желая проверить свою догадку.

- Были, - откликнулся тот. - Какой-то жрец со своими телохранителями...

- И чего они хотели? - поинтересовался я. - Насколько я знаю, жрецы нечасто посещают ваши пещеры.

Нувхсор пожал плечами:

- Откуда ж мне знать? Они прошли к Казардаку, и о чем они там говорили, никто не знает.

- И после этого посещения Казардак сразу объявил меня врагом народа Гаэлла? - высказал я свое предположение.

- Нет, - покачал головой маленький человечек, - не сразу. Сначала собрался Совет. Они долго о чем-то совещались, потом объявили, что ты - враг, и что тебе запрещен доступ на Перевал. Меня и еще несколько человек послали закрыть входы из твоего мира в наш. Но ты каким-то образом все же умудрился проникнуть в наши пещеры...

"Да, если бы мы не полезли в эту заброшенную штольню и не встретили бы там Дезира, хрен бы нам удалось проникнуть в пещеры маленького народца! - подумал я. - Возможно, Дезир что-то знал, не зря же он меня предупреждал о коварстве маленького народца. Если бы я не был так категоричен в своих суждениях, может быть, он бы мне и рассказал об этом. Но, наверное, правильно, что не сказал. Я бы его тогда не послушал..."

Мы подошли ко входу в какую-то пещеру. Нувхсор остановился и сказал:

- Ну вот, можно сказать, мы пришли. За этой пещерой находится выход. Он открыт, так что мои услуги вам больше не нужны.

- И что же ты теперь будешь делать? - поинтересовался я.

- Вернусь к своим, - пожал плечами маленький человечек. - Пусть Совет принимает решение. Я готов понести любое наказание за свое малодушие...

Однако я не собирался пока его отпускать. А вдруг там нет никакого выхода? А вдруг там - ловушка? Попробуй, отпусти тут!..

- К своим ты вернешься только тогда, когда мы выйдем наружу, - сообщил я ему. - А пока пойдешь с нами!

Он стоически воспринял это известие. Слишком невозмутимо, словно подчиняясь судьбе, обрекшей его быть нашим проводником. Даже не возразил, понимаешь, Данька? Мне бы насторожиться, но нет! Я слишком был поглощен своими мыслями, и это чуть было не стоило всем нам жизни...


* * *


Нувхсор пошел первым. За ним следовал Верный, следом - я, потом - Женька с Серегой. Мы вошли под своды огромной пещеры, и вдруг маленький человечек рванул вперед, мгновенно скрывшись в темноте.

- Верный, взять! - сразу сориентировался я.

Но пес почему-то не сдвинулся с места, уставившись неподвижным взглядом в глубину пещеры. Он не издал ни звука, не пошевелился, просто стоял и смотрел вперед в каком-то странном оцепенении. И мне это очень не понравилось. Я проследил за его взглядом, и мне вдруг показалось, что темнота зашевелилась. А в следующее мгновение накатило и на меня...

Да, ты прав, Данька! Пауки... Только эти существа были способны парализовать волю, и встреча с ними была очень опасна. Я сразу же ухватился за ошейник пса, пока еще мог двигаться, и рывком оттащил его назад. Фонарь вдруг погас, погрузив нас в непроглядную темень, а вслед за этим я почувствовал, как каменеют мышцы, не в силах противостоять этому наваждению.

- Назад! - крикнул я, выскакивая из пещеры и одновременно нажимая на спусковой крючок арбалета.

Стрелы со свистом вспороли воздух, засеивая пространство передо мной смертоносным дождем. Коридор осветился вспышками, вырвав из темноты многочисленные черные силуэты пауков, быстро расползающихся от входа в пещеру по полу, стенам и даже потолку хода, по которому мы пришли туда. Часть из них мои стрелы отшвырнули назад, но остальные неудержимой волной хлынули на нас, заполняя все свободное пространство. И спасение от этих тварей было в одном - в немедленном бегстве!

- Бежим! - крикнул я и рванул по коридору назад, увлекая за собой своих друзей...

Мы мчались, наверное, минут пять. Первым остановился Верный, почуяв, что преследователи отстали от нас.

- Стойте! - крикнул он нам вслед. - Дальше можно не бежать, эти твари остались там!

Мы сразу же без сил повалились на каменный пол коридора.

- Что это было? - поинтересовался Женька, переводя дух.

- Пауки! - ответил я, тяжело дыша. - Нам еще повезло, что мы вовремя их обнаружили. Скажите спасибо Верному, а не то бы нам всем - кранты!

- Тебе спасибо, Хозяин! - поблагодарил меня пес. - Если бы ты меня не выдернул оттуда - все, хана Верному!

- Что это за твари? - поинтересовался Серега, опасливо оглядываясь назад - туда, откуда мы так поспешно ретировались. - На мгновенье я снова погрузился в свои детские кошмары. Когда стоишь один в кромешной темноте, и из этой тьмы на тебя наплывает нечто ужасное, которое ты не видишь, но очень хорошо чувствуешь... А убежать не можешь, потому что ноги вдруг отказываются тебя слушаться...

- Эти твари - реальное воплощение твоих ночных кошмаров, Серега, - ответил я. - Только в отличие от сна проснуться здесь невозможно...

- И что же нам теперь делать? - задал Женька резонный вопрос.

- Не знаю, - честно признался я. - Этот маленький засранец обманул нас, завел в ловушку! Не хочу каркать, но теперь, похоже, нам отсюда не выбраться!

- Кстати, а куда он делся? - поинтересовался Серега. - Он ведь рванул прямо в логово этих тварей!

- Думаю, его больше никто никогда не увидит, - ответил я. - Сейчас, скорее всего, он уже переваривается пауками. Похоже, их там сотни, так что шансов выжить у этого камикадзе не было. Да он и не стремился к этому. Он специально завел нас в эту ловушку, чтобы погубить и погибнуть самому. Теперь этот гаденыш вместо клейма предателя своего народа получит звание героя!..

- И все же он не во всем нас обманывал, - подал голос Верный. - Еще до того, как эти твари напали на нас, я почуял свежий воздух! Где-то за логовом пауков находится выход!

- Только нам от этого не легче! - заметил Женька. - Нам не прорваться через этих тварей!.. И зачем ты, Санька, повелся на его обещания? Надо было заставить его разблокировать тот выход и выбираться наружу, а не мотаться по этому чертову лабиринту!

- Думаешь, там было бы легче? - возмутился я, обиженный таким обвинением. - Нас быстро бы обнаружили. А дальше... Помнишь, я тебе рассказывал, как обходятся на Перевале с незваными гостями?

- Зато сейчас у нас все замечательно! - фыркнул мой дружок. - Может быть, нас бы обнаружили, а, может быть, и нет! Зато сейчас мы точно уж по уши в дерьме!

- Слушайте, кончайте этот базар, а? - не выдержал Серега. - Давайте лучше подумаем, как нам выбраться из этой ситуации!

- А чего тут думать? - сказал я. - Выбор у нас невелик. Либо мы прорвемся, либо сдохнем в этом лабиринте в поисках выхода.

- Это безумие! - покачал головой Женька. - Разве нам справиться со всеми этими тварями?

- У нас нет другого выхода, - ответил я. - Я знаю, что они реагируют на мысленные импульсы. Если ты очень сильно захочешь их убить, эти твари подчиняться твоей воле. Правда, это будет ненастоящая смерть, но, тем не менее, на какое-то время это выведет их из строя, - и, заметив их недоверчивые взгляды, добавил: - Да нет, мужики, я знаю, что говорю. Сам пробовал...

- Но их же там целая куча! - В Женькином голосе послышалось отчаяние. Он все еще не верил в возможность прорыва. - И потом, как мне добиться того, чтобы это чувство было настолько сильным? Мне наоборот не хочется туда лезть. Сейчас я бы многое отдал, чтобы оказаться как можно дальше от этих тварей!

- Ну, специально для такого случая у меня припасен для них один хороший подарочек! - обнадежил его я. - Правда, не думал я, что он мне может понадобиться, но вот, кажется, пришел и его черед...

До сих пор не знаю, что заставило меня в свое время положить в снаряжение эту штуку, но, как оказалось, сделал я это не зря. Мы называем ее "фотовспышкой" по аналогии со старинным способом подсветки при фотографировании. Да ты, Данька, наверное, частенько видел в старых фильмах, как фотографы насыпают на полочку какой-то порошок, поджигают его, и он дает вспышку. Вот и эта штука действует примерно также... Не знаю, из чего она состоит, но при взрыве эта штука дает очень сильную вспышку света, а потом еще некоторое время горит, освещая пространство вокруг себя. Я знал, что "фотовспышки" используются в спецназе для ослепления противника и подсветки в темное время суток, и решил тоже воспользоваться плодами военно-технического прогресса. К ней, по-хорошему, нужны были еще светофильтры, чтобы предохранить зрение, но уж чего не было, того не было...

- Должен предупредить тебя еще об одном, Хозяин, - вмешался вдруг Верный. - Там не только пауки.

- А что еще? - сразу насторожился я. Только каких-нибудь тварей, вроде крылатых вампиров или тарксов, нам еще не хватало!

- Я не совсем уверен, но мне кажется, что мы наткнулись на логово самой Самки! - ответил пес. - Там есть существо, которое управляет пауками. Я хотел вас предупредить, но не успел...

- Логово Самки? - удивился я. - Ты уверен? Я думал, что это всего лишь легенда!

Чтобы тебе было понятнее, Данька, я расскажу тебе эту легенду. Маленький народец поведал мне, что где-то в их лабиринте есть пещера, где живет огромный паук - Самка. Все остальные пауки - ее дети. Она настолько огромна, что не может самостоятельно передвигаться, поэтому дети приносят ей пищу, которую сумеют поймать в лабиринтах пещер. Маленький народец верил, что если убить Самку, умрут и ее дети. Но никто из маленького народца не решался это сделать. Зная, на что способен отдельно взятый паук, легко было предположить, какими способностями к убийству обладала их мать...

Я и не предполагал, что это - правда. Но за то время, пока был Хранителем, я увидел столько всякой всячины, которая не укладывается в сознании, что уже ничему не удивлялся. В том числе и возможности существования Самки... Впрочем, даже если ее и не было в той пещере, задачу это нам не облегчало. Там скопилось огромное множество пауков, и каждый из них в отдельности мог справиться с любым противником...

Я обдумал ситуацию, тщательно взвесил все "за" и "против" и сказал:

- Значит, так, братцы-кролики... Возвращаться обратно в пещеры маленького народца - глупо! Идти в логово к паукам - еще глупее, но иного выхода у нас нет! Скорее всего, что мы там погибнем, но погибнем быстро, а не мучительной смертью от голода, будучи не в силах выбраться из этих пещер! Но, может статься так, что нам повезет, и мы сумеем пробиться. Однако хочу сразу предупредить - шансы у нас мизерные... - В моей голове мелькнула идея, и я поспешил высказать ее: - Правда, для вас есть другой выход - вернуться обратно без меня, в сопровождении Верного. Если меня не будет с вами, маленький народец выведет вас наружу. Если же нет, я и с того света вернусь, чтобы отомстить этим вероломным негодяям!

Женька смотрел на меня широко распахнутыми от удивления глазами. Когда я закончил свою короткую, но пламенную речь, он покачал головой и сказал:

- Нет, Сань, я, конечно, знал, что с головой у тебя не все в порядке, но чтобы было настолько плохо!.. Это ж надо придумать - сунуться в пещеру, кишащую кошмарными тварями, прекрасно осознавая, что выйти оттуда не сможешь!..

Я готов был к этому и даже ждал, что Женька так и скажет. Мне не хотелось губить их жизни, тем более что они-то как раз были не при делах. Это меня поймали в ловушку, это мне было суждено мыкаться по коридорам этого зловещего лабиринта, пока не подохну! Это меня объявили врагом народа Гаэлла! Ни Женьку, ни Серегу, а именно меня! Значит, мне и расплачиваться за излишнюю доверчивость, но никак не им!..

- Наверное, я тоже чокнутый, как и ты, раз мы столько лет с тобой не разлей вода, - продолжал тем временем Женька. - Может, кто другой и принял бы твое предложение с радостью, но только не я! И раз уж ты втянул меня в эту историю, то должен знать, что я никогда не брошу тебя в беде! Так что больше чтобы я не слышал от тебя подобной фигни! Вместе - значит, вместе! До конца...

Ей-богу, Данька, я чуть не прослезился, услышав эти слова! Раньше я как-то не задумывался над тем, как бы я жил, не будь в моей жизни такого друга, как Женька. И в тот момент я понял, что у меня не было, нет и, наверное, уже никогда не будет друга лучше и преданней, чем он! И еще я вдруг осознал, что готов совершить то же самое и для него - отдать жизнь ради близкого по духу человека, потому что понял, что жизнь без крепкой, верной мужской дружбы теряет для меня всякий смысл...

Наверное, я не очень хорошо выразил то, что ощущал тогда. Это трудно передать словами. Да что я говорю! Это невозможно передать словами, это надо самому прочувствовать!..

Но вернемся к моему рассказу... Итак, Женька изъявил желание следовать за мной. Оставался Серега, но парень оказался на высоте. Он сплюнул на пол, кивнул головой, словно соглашаясь с тем, что было высказано Женькой, и сказал:

- Тогда записывайте и меня в вашу команду камикадзе! Неужели вы думаете, что я буду отсиживаться здесь, пока вы там разбираетесь с этими тварями?..

Верный ничего не сказал, но по его виду было и так заметно, что он за мной последует, куда угодно - хоть в огонь, хоть в воду!..

Итак, решение было принято. Мы решились на то, что любой другой человек расценил бы, как чистой воды самоубийство. Но мы не ощущали себя самоубийцами. Просто мы очень устали мотаться по этим пещерам, а выход отсюда был только один - через паучье логово! И разницы, где умирать - здесь или среди пауков - не было никакой. Так что мы решили использовать этот призрачный шанс, чтобы вырваться на свободу...


* * *


Взяв арбалеты наизготовку, мы бросились обратно к пещере, где нас поджидали полчища пауков. На подходах все было чисто - видимо, бросив преследовать нас, эти твари убрались обратно в свое логово, караулить очередную жертву. Не добегая нескольких шагов до входа, я зубами выдернул кольцо из "фотовспышки" и что есть силы запустил ее внутрь пещеры.

- Глаза! - криком напомнил я своим спутникам, чтобы они берегли зрение, и сам зажмурился...

Даже через опущенные веки по моим глазам ударила яркая вспышка. Почти сразу же я открыл глаза и с громким криком бросился внутрь пещеры.

Огромный зал почти правильной круглой формы был ярко освещен полыхавшей на полу "фотовспышкой". И в свете этого импровизированного фонаря - мать моя женщина! - я увидел огромного черного паука, занимавшего большую часть зала! Видимо, вспышка ослепила его, потому что большие черные глаза, во множестве усеивающие его голову, смотрели в одну точку - на горящую "фотовспышку". Вокруг него на полу, стенах и даже на потолке сидело множество тварей поменьше. Они буквально усеивали все пространство пещеры, но, как и большой паук, были неподвижны и не предпринимали никаких попыток напасть на нас...

Все это мой мозг зафиксировал за какие-то доли секунды, когда я вломился в пещеру. Нет, страха не было! Мною двигали злость и отчаяние. Злость на маленький народец, продавший меня жрецам и обрекший на медленную мучительную смерть. И отчаяние, потому что и впереди, и позади меня ждала смерть! Эти два ярких чувства и придавали мне в тот момент силы...

В мгновение ока оценив ситуацию, я вскинул арбалет и выпустил всю обойму в огромного паука. Мои друзья последовали моему примеру. Стрелы еще не долетели до цели, а я, отбросив ставшее бесполезным оружие и вызвав в руку меч, с отчаянным воплем уже мчался к этому чудовищу.

Яркие вспышки полыхнули на теле паука в тех местах, куда ударили выпущенные нами стрелы. Огромная тварь очнулась от оцепенения и заскребла по полу своими изогнутыми членистыми лапами, сплошь покрытыми густыми черными волосами. Одновременно с этим по мозгам ударил такой вой, что я чуть было не споткнулся.

"Ему больно, а, значит, оно - смертно!" - понял я, и это открытие удесятерило мои силы. Перескакивая через пауков поменьше, по-прежнему неподвижными кочками усеивающих пол, я вихрем налетел на их огромного собрата и с яростью принялся наносить удары в покрытое черной шерстью тело. В лицо брызнула горячая кровь этого существа, ослепив меня, вой превратился в истошный визг, но я продолжал бить, а в голове крутилась лишь одна мысль - убей эту тварь, убей, пока она не убила тебя! Где-то рядом дрались мои друзья (я чувствовал их присутствие), а я все наносил и наносил удары в податливое тело...

Кто-то схватил меня за руки и оттащил в сторону.

- Все, Саня, угомонись! - словно издалека услышал я Женькин голос. - Они мертвы! Все мертвы...

Я вытер рукавом кровь с лица и осмотрелся. Пауки поменьше черными расплывчатыми пятнами виднелись на полу, падали со стен и с потолка, их тела на глазах теряли форму, словно растворяясь в воздухе. А большой паук лежал передо мной, раскинув в стороны свои мохнатые лапы. Его шея была практически полностью перерублена, на туловище и голове зияли страшные колотые и рубленые раны, их которых потоками лилась черная густая кровь. И сам я весь тоже был в паучьей крови, она покрывала меня с головы до ног.

- Ты прикончил его, Саня! - повторил Женька, словно не веря в то, что это и в самом деле так.

- Не его, а ее! - устало произнес я, чувствуя огромную опустошенность внутри и сильную усталость снаружи. - Это была Самка. И она была смертной...

Я все понял, когда наши сознания соприкоснулись в смертельном поединке. Тогда мне вдруг открылась вся правда об этом создании. Бессмертными были лишь ее дети - те самые пауки поменьше, которые поджидали неосторожных путников в лабиринте пещер. Сама Самка была смертной. Она окружала себя порождениями своего сознания, тем самым защищаясь от тех, кто мог бы ее убить, и добывая при помощи них себе пищу, не в состоянии покинуть эту пещеру из-за своих слишком больших размеров. Ее "дети" рыскали повсюду, она управляла ими и через них же получала информацию об окружающем мире. Этакий суперкомпьютер, контролирующий работу всех механизмов на крупном предприятии...

Нашего нападения она не ждала. Самка привыкла к жертвам, которые ничего не подозревают об опасности и, будучи парализованы страхом, не могут сопротивляться. А тут вдруг такая ярко выраженная агрессия, и полное отсутствие страха! Поначалу она растерялась. Потом, почувствовав боль, разозлилась. Потом, уяснив, что ее (именно ее, а не кого-то из ее "детишек"!) целенаправленно хотят убить, испугалась. И потому ничего не успела предпринять. Видимо, в припадке ярости я умудрился сразу задеть какой-то жизненно важный центр ее организма, потому что никакого сопротивления она не оказала, позволив себя убить. Самка умерла, а вместе с нею умерли и ее создания, не поддерживаемые ее злобной волей...

Так мое отчаяние и моя ненависть помогли мне справиться с одним из опаснейших противников на Перевале. Еще одной легендой стало меньше, но сожаления по этому поводу я не чувствовал. Впрочем, и радости от победы тоже... Я чувствовал огромную усталость и желание поскорее выбраться туда, где светит Солнце. К тому же меня сильно мутило, и голова кружилась. Так что глоток свежего воздуха мне был просто необходим...

- Верный, ты говорил, здесь есть где-то выход? - обратился я к псу, сидевшему неподалеку от меня.

- Есть, Хозяин, и очень близко! - сразу откликнулся он, радостно вскакивая на все четыре лапы.

- Тогда веди нас поскорей! - приказал я ему. - Мне эти пещеры уже обрыдли! Видеть их больше не могу!..


5.

Когда мы выбрались на свежий воздух, солнце уже почти скрылось за горами. Получается, что с того времени, как мы вошли в штольню по ту сторону Перевала, прошло более пяти часов. Впрочем, для меня это было как нельзя кстати. У нас оставалось еще достаточно времени, чтобы осмотреться и решить, как действовать дальше...

Нувхсор вывел нас практически к самому Замку Стражи Перевала. Больше всего я боялся, что он и в этом обманул нас, и потому, увидев каменные зубцы Замка всего в паре километров от нас, испытал огромное облегчение. Правда, эти километры еще надо было пройти! Если ты помнишь, Данька, я тебе рассказывал, что в этом районе Перевала все, что видели глаза, было обманом, иллюзией. Реальная поверхность была скрыта под иллюзорной, и потому нельзя было сказать, что находится на том месте, куда ступала твоя нога - камень или глубокая трещина. Впрочем, это уже было дело десятое. Главное - мы были у цели нашего полного опасностей путешествия!..

Серега уже побывал на Перевале, но это посещение было не из приятных, и теперь он, видимо, вспоминал тот самый страшный день в своей жизни. Он ненавидел Перевал, и потому его не волновала завораживающая красота окрестных гор. Он был весь погружен в воспоминания...

Женька, напротив, глаз не отрывал от Перевала. Здесь все ему было в диковинку. С удивлением разглядывал он свои ноги, по щиколотки тонувшие в камне, касался рукой иллюзорной скалы, следя за тем, как рука погружается внутрь, любовался видом на Дорогу, открывавшимся с этой высоты...

Хреновее всего было мне. Едва я выбрался на свежий воздух, как меня вырвало. Лицо и руки немилосердно жгло, пришлось при помощи Верного найти поблизости ручеек и смыть с себя остатки крови Самки. После этого мне стало лучше. Головокружение постепенно прошло, но состояние все равно было далеко до идеального. Я чувствовал себя выжатым, как лимон...

Однако надо было проинструктировать своих спутников, пока они во что-нибудь не вляпались, и я позвал их подойти поближе ко мне. Серега подошел немедленно, а Женька так увлекся, что не сразу откликнулся на мой зов. Я его хорошо понимал - сам, в первый раз попав на Перевал, долго стоял, разинув рот. Но сейчас времени на это не было. Пришлось бросить в него камешком, и только после этого он повернулся ко мне лицом.

- Давай сюда, исследователь непознанного! - сказал я, призывно махнув ему рукой. - Буду проводить инструктаж! Красотами Перевала после будешь любоваться!

С явной неохотой Женька подошел ко мне и уселся рядом с Серегой.

- Итак, братцы-кролики, нам удалось вырваться из пещер маленького народца без потерь, что само по себе уже больше похоже на чудо, - констатировал я. - Видимо, для жрецов, заваривших эту кашу, наш прорыв явится полной неожиданностью, потому что по всем меркам произойти этого никак не могло.

- Это уж точно! - поддакнул мне Женька. - До сих пор самому не вериться!

- Вот и они тоже не поверят, что такое возможно, - согласился я. - И это хорошо. Значит, у нас есть немного времени, пока они там разберутся, что к чему. А мы понаблюдаем за Замком...

- Ты мне вот что объясни, Саня, - перебил меня вдруг Серега. - На кой черт мы вообще приперлись сюда? - И, увидев мой недоуменный взгляд, пояснил: - Если сопоставить все, что с нами произошло за последнее время, нетрудно догадаться, что наш заговор раскрыт жрецами. Если это так, то твои деды стопудово уже сидят в местах не столь отдаленных. А если и не сидят, то находятся под колпаком у жрецов. Это же и ежу понятно!.. В таких случаях у нас в спецназе операцию сворачивали до более благоприятного момента. Мы по понятным причинам сделать этого не можем, но что мешает нам рвануть к Городу? Они нас сейчас ждут здесь, а мы вынырнем там, а?

- Что ж, это вполне логично, - ответил я на его предложение. - Но есть одно маленькое "но"... Подступы к Фарксу постоянно контролируются Стражами Перевала. Укрыться там практически негде, скрытно подобраться не удастся. Сечешь, куда я клоню?

- Нас схватят сразу же, как только мы окажемся в пределах досягаемости! - догадался Женька.

- Правильно! - подтвердил я. - Так что без помощи Стражей Перевала нам туда не пробраться. Именно поэтому мы и пришли сюда.

- И что нам это дало? - поинтересовался Серега. - Без твоих дедов это - дохлый номер!

- Конечно, если бы все замыкалось только на них, то да, дело - труба, можно смело брать манатки и отправляться в обратный путь! - согласился я и поднял указательный палец. - Но!.. Среди Стражей в последнее время появилось очень много недовольных действиями жрецов. Моим дедам, как ты их называешь, Серега, удалось привлечь на нашу сторону нескольких товарищей. Их судьба и интересует меня в первую очередь. Если дело ограничилось арестом только моего деда и деда Ольги, у нас есть шанс попасть в Фаркс и устроить там маленький переполох. Если же замели всех участников заговора, значит, нам надо сваливать отсюда. Ясно?

Женька и Серега кивнули, удовлетворенные моими разъяснениями, и я продолжил:

- Хорошо. Тогда ставлю боевую задачу! Имеющимися в нашем распоряжении силами произвести разведку Замка, для чего установить за объектом круглосуточное наблюдение. - Я огляделся по сторонам и сказал: - Пожалуй, лучше места, чем наша площадка, трудно найти. Замок отсюда виден, как на ладони!

- Виден-то он виден, только и мы здесь открыты всем ветрам! - возразил Серега, критически оглядев площадку. - Укрыться-то здесь негде!

В ответ я лишь покачал головой и сказал:

- Ты судишь земными мерками, Серега! Здесь - Перевал, совсем другой мир! Не забывай - все, что видят тут твои глаза - сплошной обман зрения! Здесь можно так укрыться в иллюзорной скале, что ни одна живая душа тебя не сыщет!.. Ну, на крайняк есть еще пещера... - Я кивнул головой на черную дыру в скале, откуда мы недавно вылезли.

- То-то и оно, что в тылу у нас находится пещера, со стороны которой в любой момент можно ожидать нападения! - возразил он. - Поэтому мне и не нравится это место. Потенциальная западня...

- Какая западня? - искренне удивился я. - И кто на нас оттуда будет нападать? Маленький народец?.. Во-первых, они не очень-то часто выходят наружу, а, во-вторых, в эту пещеру они не сунутся. Побоятся Самки...

- Ну, ладно! - сдался бывший спецназовец. - Рассказывай дальше, что ты там задумал...

Второй раз просить меня не пришлось.

- Значит, так... Каждый из нас будет вести наблюдение по два часа, даже ночью. Один наблюдает, остальные отсыпаются в пещере. В случае появления в воздухе Стражей Перевала или смены караулов в Замке, а также при любых подозрительных шумах и движениях на Перевале, сразу будите меня! Будем наблюдать, пока ситуация не прояснится. Дальше будем действовать по обстановке... - Я бросил взгляд на часы и сказал: - Первым заступаю я, так что вы, мужики, можете пока отдыхать. Если, конечно, ни у кого из вас больше нет вопросов...

Вопросов не было, и они отправились спать. А я переоделся, извлек из рюкзака бинокль и принялся наблюдать за Замком. С волнением разглядывал я лица дозорных на его башнях, надеясь отыскать среди них моего деда или деда Ольги. Но не только их, даже воинов десятка, которым командовал мой дед, не было заметно. И это меня обеспокоило. "Неужели всех повязали?" - такая мысль острым ножом терзала мое сердце. Стражей Перевала, находящихся в подчинении у моего деда, я хорошо знал. Все они были отличными мужиками, всем им не нравились порядки на Перевале, и именно из них состоял костяк заговорщиков. Дед рассказывал мне, что привлек к заговору еще нескольких воинов из других десятков, разделявших его взгляды, но никого из них я не знал. Так что если весь десяток арестовали, мне попросту не к кому было обратиться за помощью...

- Хозяин, драконы летят! - предупредил меня Верный.

Я быстро уткнулся лицом в камень. Капюшон маскхалата был накинут на голову, так что сверху я не должен был отличаться цветом от окружающей местности. И все же где-то в глубине жило опасение, что моя маскировка недостаточно хороша, и воины обнаружат меня...

- Улетели! - наконец, сообщил пес.

Я сразу же прилип к окулярам бинокля, рассматривая пролетевших воинов. Сердце радостно забилось, когда я увидел эмблему десятка моего деда на щитах Стражей Перевала - вставшего на дыбы белого единорога на черном фоне. Мне даже показалось, что я узнаю некоторых воинов. Но ни моего деда, ни деда Ольги я среди них не увидел, и радость сменилась унынием. Однако уже сам факт присутствия людей из их десятка вселял надежду...

С удвоенной энергией я продолжал следить за Замком. Воины на драконах приземлились во внутреннем дворе, и высокие стены скрыли их от моих глаз.

Через некоторое время началась смена караулов в самом Замке. Отряд воинов в черных доспехах обходил стены, меняя тех, кто уже отстоял свою смену. Последние присоединились к отряду и следовали уже вместе с ним. Но мое внимание привлек разводящий.

Этого человека я узнал бы в любой одежде. Во всем Замке был только один такой гигант, не расстававшийся с большим боевым топором. Этого человека звали Вал Норг, он был из десятка моего деда...

Дед говорил, что этот воин виртуозно обращается со своим страшным оружием. И когда удалось привлечь Вал Норга на свою сторону, он был очень доволен! Когда дело касалось драки, этому гиганту не было равных. А самое главное, ему было, за что ненавидеть Норну... По словам деда Нирдок приходился Вал Норгу каким-то родственником. Не то дядей, не то двоюродным братом - я так и не понял. Да и неважно это было. Главное - он на свободе, и это особенно обрадовало меня. Кровные узы на Перевале в условиях изоляции значат многое, поэтому ему можно было доверять. По крайней мере, у деда он пользовался особым доверием...

Да, это было хорошо, но теперь необходимо было как-то с ним связаться. Как это сделать, я пока не знал и продолжал наблюдение, надеясь, что со временем решение обязательно найдется. Но время шло, а на ум так ничего и не приходило. Пойти в Замок я не мог - наверняка жрецы уже оповестили всех воинов, что я нахожусь вне Закона на Перевале. Послать стрелу с запиской? Но где гарантия, что послание попадет по назначению? Можно было запросто подставить единственного пока имеющегося на данный момент союзника, а заодно и обнаружить свое присутствие в окрестностях Замка!..

До конца своей вахты я так ничего и не придумал. Меня сменил Серега, которому я решил пока ничего не рассказывать. В следующую вахту я опять тщетно пытался найти решение своей проблемы, даже стал злиться на себя. До этого мне как-то не приходило в голову, как я буду связываться со своими сторонниками в Замке. И, как оказалось, зря... Сидеть здесь до бесконечности у нас не было возможности, с минуты на минуту жрецы могли узнать, что я выжил в пещерах маленького народца, и приступить к активным поискам. А как умеют искать нужных людей жрецы, мне было хорошо известно. От их всевидящих очей невозможно было скрыться даже вне Перевала...

Вот такая, блин, ситуация, Данька, сложилась у меня на тот момент...


* * *


И все-таки мне удалось связаться с Вал Норгом!.. Как? Днем он сам вышел из Замка. Я как раз отлеживал свою третью вахту, когда ворота приоткрылись, выпуская наружу высокого, крепко сложенного человека. Доспехов на нем не было, и я с удовлетворением убедился, что не ошибся. Это действительно был Вал Норг...

Ветер трепал длинные темные волосы, свободно спадавшие на плечи, затянутые в кожу охотничьей куртки. На плече гигант нес арбалет, на поясе в петле болтался неизменный спутник - топор, а на другом боку в ножнах - кинжал. Что-то сказав на прощание воину, охранявшему ворота, он повернулся в мою сторону. Тяжелая створка закрылась, оставляя его один на один с Перевалом...

Я уже догадался, что Вал Норг вышел на охоту. Дед рассказывал мне, что воины часто развлекаются стрельбой по тамошней живности. Из охотничьих трофеев повара Замка готовят весьма недурную трапезу, а поскольку каждый день кто-нибудь из Стражей Перевала ходит на охоту, то в свежем мясе недостатка нет. В тот момент я отчаянно молил Бога, чтобы Он направил стопы гиганта в мою сторону...

Моя молитва не осталась без внимания. Постояв некоторое время в раздумье, Вал Норг пошел по Дороге, упиравшейся в Замок, и через некоторое время свернул на тропу, ведущую в сторону нашего наблюдательного пункта.

Предупредив Женьку с Серегой, чтобы они не спускали с Вал Норга глаз, я ужом скользнул вниз по склону навстречу гиганту. Пользуясь иллюзорностью окружающей местности, я быстро и незаметно достиг места, где по моим расчетам вскоре должен был появиться воин, и спрятался в иллюзорной скале, ожидая, пока он поравняется со мной...

Да, кое-какие сомнения на его счет у меня все-таки были. В принципе, конечно, особых причин, чтобы не доверять ему, у меня не было. Но я хорошо усвоил одну простую истину - доверяй, но проверяй! После того, как меня предали те, кого я считал своими друзьями, я стал еще более осторожным. Я не знал, что произошло в Замке за последние дни. По-прежнему ли отрицательно Вал Норг относился к жрецам, узурпировавшим власть на Перевале? Может, после ареста моего деда и деда Ольги его взгляды поменялись?

Наконец гигант появился в поле моего зрения. Он шел походкой уверенного в себе человека. Видимо, охотники не раз пользовались этой тропой, потому что Вал Норг шел достаточно быстро, не проверяя местность перед собой. Его глаза зорко оглядывали окрестные скалы, и я даже забеспокоился, как бы мои друзья не выдали свое нахождение на площадке. Заметив незнакомцев, Страж Перевала вполне мог открыть по ним огонь из своего арбалета и поднять на уши весь личный состав Замка. А это нам было совсем не нужно...

Но Вал Норг продолжал шагать по тропе и через некоторое время приблизился ко мне настолько, что я вынужден был полностью укрыться от его глаз в своем убежище. Я решил пропустить его мимо себя, чтобы посмотреть, не следует ли кто-нибудь за ним. Но моим планам не суждено было сбыться...

Я очень внимательно прислушивался к звукам, доносившимся извне. По моим расчетам выходило, что Вал Норг должен был уже поравняться со скалой, в которой я укрывался. Но никаких шагов слышно не было.

И вдруг страшная сила выдернула меня из моего укрытия, и я повис в воздухе, удерживаемый рукой гиганта за грудки. В другой руке он сжимал кинжал, прижатый острым лезвием к моей шее.

- Так-так! - удивился Вал Норг, увидев меня. - А я-то все голову ломал, что за таинственный соглядатай у меня появился?

Он поставил меня на место и спрятал кинжал в ножны. Я вздохнул с облегчением и сказал, поправляя маскхалат, сбившийся после железной хватки гиганта:

- И я приветствую тебя, храбрый Вал Норг! Рад тебя видеть!

Воин ухмыльнулся в ответ на мои слова:

- Скажи спасибо, что я тебя узнал, Хранитель! Лежал бы сейчас здесь с перерезанным горлышком... Ты чего следил за мной? Я ведь мог тебя того... - Он провел большим пальцем себе по горлу. - С некоторых пор за Стражами Перевала установлена негласная слежка. Нам больше не доверяют, Хранитель!..

- Об этом я и хотел с тобой поговорить, Вал! - перешел я к делу. - Давай присядем.

- Подожди, - остановил меня воин. - Те двое на площадке у входа в пещеру - твои люди?

Я кивнул.

- Пусть они спустятся, - предложил Вал Норг. - Не люблю, когда меня видят, а я - нет!

- Пусть остаются там, - покачал я головой. - Лишние уши нам ни к чему.

- Ты им не доверяешь? - Гигант испытующе поглядел мне в глаза. - Зачем тогда притащил их сюда?

- Я никому не доверяю, кроме самого себя! - заявил я несколько напыщенно, но мои слова, видимо, удовлетворили воина, тоже не отличавшегося особой доверчивостью. Он кивнул, соглашаясь со мной, а я продолжил: - Просто эти люди обязаны мне и сделают все, что я им скажу. Но посвящать их в свои планы я не намерен.

- Ну, тогда давай перейдем к делу! - сказал Вал Норг. Он сел на камень и жестом предложил мне последовать его примеру. - Присаживайся, Хранитель. Я так понимаю, об аресте Кона и Ала ты уже знаешь?

Коном Стражи Перевала называли моего деда, Алом - деда Ольги.

- Знаю, - ответил я, присаживаясь рядом. - Но не знаю, как это произошло.

Вал Норг кивнул и стал рассказывать:

- Это случилось две недели тому назад. Не знаю, как пронюхала о наших планах Норна, только однажды утром, когда наш десяток отдыхал после ночного патрулирования, в Замке объявились Черные телохранители во главе со жрецом Вардой, одним из приближенных Норны. Кона и Ала вытащили из постелей, избили и бросили в подземелье Замка. Потом начались допросы. Мы все замерли, ожидая самого худшего. Однако они держались молодцами и никого не выдали. Правда, все Стражи теперь находятся под подозрением. За нами следят телохранители Варды. Вот и тебя я принял поначалу за одного из них... Представляешь мое удивление, когда вместо телохранителя увидел тебя?

- Что сделали с Коном и Алом? - поинтересовался я, пропустив мимо ушей последнюю фразу воина.

- Насколько я знаю, пока ничего, - ответил он. - Сидят в подземелье.

- Почему их не отправили в Фаркс? - насторожился я. - Разве не опасно держать их здесь, раз Варда подозревает всех Стражей в участие в заговоре?

Вал Норг неопределенно пожал плечами:

- Сами удивляемся, Хранитель! И Варда со своими телохранителями остался здесь, словно чего-то ждет... Уж не тебя ли?

Я вздрогнул. Что ж, со стороны жрецов это был бы логичный ход. Норна знает, что без поддержки я не сунусь в Фаркс. Значит, мне одна дорога - к Стражам Перевала, с которыми служили оба деда. А если они все-таки заговорили, и то, что воинов не тронули, всего лишь приманка для глупого Хранителя Перевала, рискнувшего выступить против самой могущественной силы в этих краях - против жрецов?

- Наверняка меня, - ответил я.

Вал Норг пристально посмотрел в мои глаза и сказал:

- Тебе лучше вернуться в свой мир и никогда больше не показываться на Перевале. Если ты, конечно, не хочешь разделить судьбу Кона и Ала.

- И оставить их на растерзание жрецам? - Я покачал головой. - Нет, Вал, я не могу их бросить здесь! Мне необходимо вытащить их из заточения!

Глаза гиганта сверкнули злостью.

- Глупец! - прорычал он. - Как только ты попадешь в руки жрецов, и Кону, и Алу придет конец! Они живы лишь потому, что Норне нужен ты! Пока ты разгуливаешь на свободе, Кона и Ала будут держать в качестве заложников. Но если ты ошибешься, смерть их будет ужасной!

- И ты предлагаешь мне бежать с Перевала, трусливо поджав хвост, как побитой собаке? - разозлился я.

- Не бежать, а отступить, - возразил Вал Норг. - Сейчас ты все равно ничего не сможешь сделать. Они ждут тебя. Своими поспешными действиями ты погубишь и себя, и Кона с Алом, и все наше дело! Поверь, я не менее твоего ненавижу жрецов, но сейчас они начеку. Они только и ждут, чтобы ты сунулся туда. Пусть все уляжется, Норна успокоится, тогда и будем действовать. Победу нам может обеспечить только внезапность, а сейчас ее как раз и не будет! Необходимо все обдумать, составить план действий, чтобы действовать наверняка, потому что ошибка будет стоить нам очень дорого! Мы не имеем на это права!

- У тебя уже есть конкретные предложения? - поинтересовался я, успокаиваясь и понимая, что во многом Вал Норг прав.

- Пока нет, но мы обязательно что-нибудь придумаем! - пообещал воин. - Возвращайся, Хранитель, и да хранят тебя боги Перевала!

Он встал, показывая, что разговор окончен, но я остановил его:

- Я бы рад вернуться, но, к сожалению, это уже невозможно. Народ Гаэлла принял сторону Норны. Мне не прорваться через их владения.

Вал Норг повернулся ко мне. Вид у него был очень удивленный.

- Как же тебе удалось попасть сюда? - поинтересовался он. - У народа Гаэлла очень искусные воины...

- Это было очень трудно, но все же выполнимо, - ответил я, решив не открывать ему всей правды. - Но повторить это снова мне вряд ли удастся.

- Что ж, это меняет дело, - задумчиво произнес гигант. - Надо обмозговать эту ситуацию с надежными людьми. Может, сообща что-нибудь и придумаем...

- Долго ждать мы не можем, - возразил я. - Не забывай о том, что меня ищут. Думаю, скоро жрецы узнают, что мне удалось вырваться из пещер народа Гаэлла. Если уже не узнали...

- Не волнуйся, - успокоил он меня. - С наступлением ночи я вернусь и сообщу, что нам удалось придумать. Жди меня на этом же месте, как только появиться первая звезда. Я приду... А теперь мне надо идти. Если я вернусь без добычи, Варда заподозрит неладное. И тогда не миновать беды!

Мы попрощались, и гигант, закинув арбалет на плечо, направился дальше по своему маршруту. Проводив его взглядом, я двинулся обратно на нашу наблюдательную площадку, где меня с нетерпением дожидались Женька, Серега и Верный...


* * *


Друзья засыпали меня вопросами, едва только я поднялся наверх. Я описал ситуацию, сложившуюся в Замке, не забыв, впрочем, добавить при этом, что все-таки до конца не доверяю Вал Норгу.

- Почему? - удивился Женька. - Разве он дал тебе повод, чтобы усомниться в его искренности?

- Есть один момент, который меня напрягает, - подумав, ответил я. - Он слишком уверенно держался для человека, который знает, что, возможно, находится "под колпаком". Как будто ему на это - начхать! Я слишком хорошо знаю, на что способны Черные телохранители и их хозяева. И Вал Норг это знает. Любой человек на его месте поостерегся бы разговаривать с опальным Хранителем, тем более - обещать ему помощь! Если жрецы узнают об этом, Вал Норгу - конец! Так что либо он - очень рисковый человек, либо...

Я не договорил, но все и так поняли, что я имел в виду.

- Хозяин, позволь я слетаю в Замок? - тут же предложил Верный. - Я знаю там одну лазейку... Человек туда не пролезет, а мне хватит, чтобы пробраться внутрь. Смотаюсь туда, послушаю, что там происходит, и обратно!

- Я те слетаю! - категорически воспротивился я этой затее. - В Замке сидит жрец. Он тебя в два счета вычислит, и хрен ты оттуда выйдешь! И нас еще подставишь...

- Нас и так, может быть, уже обнаружили, - заметил Серега. - Мы здесь уже давненько торчим!..

- Пока еще не обнаружили, - возразил я. - Иначе телохранителя этого жреца, который сидит в Замке, давно бы нас уже посетили.

- А ты не боишься, что они нас посетят в самое ближайшее время, по наводке этого твоего приятеля? - поинтересовался Серега. - Как его там?..

- Вал Норга? - помог я ему вспомнить. - Согласен, неплохо было бы поменять место. Но где еще найдешь такую удобную площадку для наблюдения? И потом... Если за нас серьезно возьмутся, смена места нам не поможет. Они нас и из-под земли достанут... Так что давайте-ка останемся здесь. А там посмотрим...

- Да, вляпались мы хорошо! - заметил Женька. - Вернуться назад не можем, выполнить то, зачем сюда пришли, - тоже большая проблема... Как вырваться из этого заколдованного круга?

- Не дрейфить, мужики! Как-нибудь выберемся! - пообещал я, хотя и не был уверен в этом. Сунуться на Перевал в такой ситуации было с моей стороны большой авантюрой. Но ведь я тогда ничего не знал о предательстве маленького народца, да и о судьбе наших дедов не имел никакого представления! Впрочем, участь моего деда и деда Ольги до сих пор оставалась для меня тайной, покрытой мраком. Если верить словам Вал Норга, они - в Замке. Но это если верить... Мне так хотелось освободить их, потому что, несмотря на должность Хранителя Перевала, без своих дедов я там был - ноль без палочки! Перевал для меня - чуждый мир! Раньше у меня хоть были друзья, теперь же не осталось никого, кому бы я мог довериться. Мне нужна была поддержка, вот и приходилось иметь дело с человеком, которому не очень-то доверял...

- Ладно, братцы-кролики. Говорят, утро вечера мудренее! - сказал я нарочито бодрым голосом. - В данном конкретном случае у нас - все наоборот. Поэтому - айда-ка спать! Необходимость в наблюдении отпала, так что можем завалиться где-нибудь в пещере Самки и давануть хорошенько до ночи!

- Отпала, говоришь? - покачал головой Серега. - А если нас во сне захватят тепленькими?.. Нет, Сань, надо продолжить наши дежурства. А вдруг еще чего-нибудь интересное увидим?

- Ладно, - пожал я плечами. - Можете понаблюдать, если хотите. Только не светитесь, у нашего противника тоже есть глаза!.. А я двину спать - ночью у меня ответственная встреча. Так что меня не кантовать, при пожаре выносить первым!

Серега опять покачал головой, но ничего не сказал. А я вошел в пещеру, где все еще черной громадой высился труп Самки, выбрал местечко получше и лег...


* * *


И приснился мне сон, Данька, да какой!.. Я увидел себя в Замке, в комнате своего деда. Я лежал на кровати. За столом, стоявшим у маленького узкого оконца, больше похожего на бойницу, сидел дед Ольги, от нечего делать бросая на грубую деревянную столешницу игральные кости. По его виду было хорошо заметно, что он чем-то встревожен. Об этом же говорил и меч без ножен, лежавший на столе так, чтобы в любой момент его можно было схватить рукой.

В дверь постучали условным стуком. Я быстро встал с кровати. Рука Ольгиного деда потянулась к мечу, но я жестом остановил его и подошел к двери.

- Кто? - спросил я.

- Я, - ответил голос из-за двери.

Услышав его, я испытал облегчение. Этот голос был хорошо знаком мне - он принадлежал Вал Норгу. Я отодвинул засов и слегка приоткрыл дверь. Это действительно был гигант, почему-то в доспехах. Это было очень странно, так как вне караулов Стражи Перевала не носили довольно-таки тяжелую амуницию, предпочитая легкую одежду боевым доспехам.

- Ты чего так вырядился? - поинтересовался я, пытаясь разглядеть, что творится за широкой спиной гиганта.

- Что-то ты стал слишком подозрительным, Кон! - усмехнулся Вал Норг. - Я только что с дежурства и сразу к тебе. Или ты забыл, что я подменял заболевшего Гронта?

Вроде все было логично, но почему-то мое беспокойство именно в этот момент достигло предела. Что-то настораживало, но я никак не мог понять - что...

- Ты один? - поинтересовался я. - А где остальные?

- А что, еще никого нет? - искренне удивился гигант. - Я думал, что опоздал!

"Со стороны выгляжу, наверное, очень глупо! - подумалось мне. - Разве имею я право сомневаться в Вале? Он не меньше нашего ненавидит жрецов. Не надо забывать, что Норна убила его дядю!" И я посторонился, пропуская Вал Норга в комнату...

Дверь распахнулась от сильного удара, и комната сразу же наполнилась Черными телохранителями. Дед Ольги успел схватиться за свой меч, но тут же положил на место, почувствовав острую сталь у своего горла. Я же лишь в бессильной ярости посмотрел на Вал Норга и сказал, плюнув ему под ноги:

- Предатель!

Гигант рассмеялся мне в ответ и отступил в сторону, пропуская человека в черном плаще с капюшоном, наброшенным на голову так, что лицо, кроме острого подбородка, было полностью скрыто его тенью. Человек остановился передо мной и сбросил капюшон. Мои глаза встретились с холодным немигающим взглядом черных, пугающих своей затягивающей пустотой глаз.

- Вот мы и встретились, десятник! - зашевелились тонкие бескровные губы, выталкивая слова. - Думал, мы не узнаем о вашем глупом заговоре?

- Не думал, - ответил я, еле сдерживая клокотавшую внутри ненависть. - Но надеялся, что это случится не так скоро.

- Глупец! - усмехнулся жрец. - Неужели ты не знаешь, что ничто на Перевале и даже вне его не может скрыться от всепроникающего взора Светлейшей Норны?

- Думаю, твоя светлейшая здесь не при чем! - возразил я. - Обычное предательство - вот самое логичное объяснение твоему присутствию здесь! В наши ряды затесался стукач, а я даже и не догадывался об этом, веря ему, как самому себе!

- Что ж, отчасти ты прав, - согласился со мной жрец. - Вал Норг существенно облегчил нам задачу. И он получит за это соответствующую награду...

Вал Норг слегка поклонился, а у меня возникло непреодолимое желание вонзить в эту довольную харю нож, спрятанный в широком рукаве рубахи. Но рядом со мной стояли телохранители жреца, карауля каждое мое движение. Они просто не позволили бы мне в данный момент сделать это. Оставалось ждать более удобного случая...

- И какую же награду можно получить за собачью преданность убийцам своего дяди? - поинтересовался я, чтобы хоть как-то отвлечься от навязчивой идеи.

Жрец нехорошо усмехнулся, покосившись на предателя, и спросил у него:

- А он, похоже, не знает? - и, повернувшись ко мне, сообщил: - Вал Норг не только племянник Нирдока. Он еще и внучатый племянник светлейшей Норны! Единственный и горячо любимый родственник!.. Так что твои обвинения абсолютно беспочвенны, десятник! Вал Норг всегда был предан своей бабке и очень не любил слишком много возомнившего о себе дядюшку.

- Жаль, что мне было неизвестно это обстоятельство, - ответил на это я. - Тогда бы я уж точно не стал бы связываться с этим куском дерьма!

Как я казнил себя в тот момент, что не навел более подробные справки о Вал Норге, когда он прибыл в Замок! Что мне было известно о нем? Только то, что он попал в Стражу Перевала по прямому указанию Нирдока. Когда я его спросил, чем он заслужил такую честь, Вал Норг ответил, что Глава Совета жрецов - его дядя. Тогда я счел это объяснение достаточным, не позаботившись более подробно выяснить причины его появления в Замке. А зря... Это было моей роковой ошибкой. Если бы я навел справки у надежных людей в Фарксе, возможно, жрец со своими головорезами сейчас не стоял бы в моей комнате...

- Что же касается награды, - продолжал тем временем жрец, - то светлейшая Норна ценит верную службу. Отныне Вал Норг - телохранитель Светлейшей, причем особо приближенный! Это знак высокого доверия, которое, я надеюсь, он оправдает своей дальнейшей преданностью! - Он посмотрел на гиганта, расплывшегося в довольной улыбке, чтобы видеть, как тот отреагирует на эти его слова, и снова повернулся ко мне. - У тебя тоже есть шанс вернуть доверие светлейшей Норны, десятник! Мы знаем о заговоре многое, но не все. И нам нужен Хранитель! Отдай его нам - и ты останешься на свободе, получишь щедрую награду, а заодно вернешь себе доброе имя!

- Доброе имя? - усмехнулся я. - Это у вас здесь, на Перевале, можно вернуть "доброе" имя, продав собственного внука и своих товарищей! По ту сторону Перевала так можно только его потерять. Наверное, я так и не смог стать хорошим подданным... Сашка вы не получите, стервятники!

Я знал, что делаю. Слишком хорошо мне были известны методы жрецов, которыми можно было заставить человека сделать все, что угодно. Я не хотел этого. У меня был единственный шанс не дать им воспользоваться мной, и я должен был его использовать...

Нож незаметно соскользнул в ладонь. В следующее мгновение я бросился вперед, уходя от метнувшихся ко мне рук Черных телохранителей, и с силой вонзил нож себе в сердце...


* * *


Я проснулся от собственного крика и поначалу никак не мог понять, где нахожусь - настолько реальным был этот сон. Вокруг - темнота, снизу веет могильным холодом... Я решил, что умер, и испугался. Но тут пришла спасительная боль. В груди резануло так, что я невольно застонал, скорчившись на холодном полу. Но эта боль дала мне понять, что я еще жив, а все увиденное мной - всего лишь сон...

- Хозяин, что с тобой? - услышал я голос Верного, и его холодный мокрый нос ткнулся в мою щеку. Пес заскулил и стал лизать мое лицо, по которому градом катились слезы, а я в ответ обхватил его за шею и прижал к себе.

- Ничего, Верный, ничего... - ответил я, гладя его по шерсти и одновременно успокаиваясь. - Просто приснился страшный сон...

"Полноте, да сон ли это был?" - усомнился я. Уж слишком реально выглядели события, участником которых я был. А, главное, правдоподобными... Грудь в том месте, где в нее вонзилась острая сталь, до сих пор болела, хоть и не так сильно, как в первое мгновение после пробуждения. Я видел эти события явно глазами своего деда. Это было ясно по самому сну. И я чувствовал, что увиденное мною в этом сне - правда. В том числе и смерть моего деда. Теперь я знал, что его уже нет в живых, и это наполняло мое сердце невыразимой тоской и болью...

Конечно, такой сон мог быть следствием моих сомнений, в этом ты прав, Данька. Мог, но не был. Я это знал точно... Откуда? Можешь назвать это предчувствием, если хочешь, но после этого сна внутри меня что-то перевернулось. Словно он открыл для меня ворота в совсем иной мир...

- Пойдем, Хозяин, - позвал меня Верный, почувствовав, что я немного успокоился. - Вал Норг вышел из Замка.

"Господи, сколько же я проспал? - мелькнула в голове паническая мысль. - Вроде, вот только прилег, совсем недавно!" Я сразу же вскочил на ноги и бросил псу:

- Так чего же мы ждем? Вперед, дружище!

Мы выбрались из пещеры. На Перевал уже опустилась ночь, на небе высыпали яркие звезды, хотя запад еще алел закатной зарей.

- Где он? - поинтересовался я, падая рядом с Серегой и Женькой на нашем наблюдательном пункте.

- Недавно вышел из ворот и теперь направляется в нашу сторону по той же тропе, что и днем, - ответил Серега и поинтересовался: - Ты где это умудрился пораниться? У тебя вся куртка в крови!

Я скосил глаза на грудь. В районе сердца расплывалось достаточно большое темное пятно.

- Это не кровь, - ответил я. - Вляпался во что-то в пещере. - И протянул руку: - Дай-ка мне бинокль. Хочу полюбоваться этим "героем"!

Серега удивленно посмотрел на меня, явно удивленный сарказмом, с которым я произнес последнее слово, но ничего не сказал. Он отдал мне бинокль, и я приник к окулярам, выискивая среди нагромождения камней фигуру гиганта. Наконец, мне удалось обнаружить его, и я поинтересовался:

- Он один? Никого за собой не тащит?

- Никого, - ответил Серега. - Я внимательно обшарил все окрестности. Все чисто...

Он был в этом уверен, а вот я сомневался. Не знаю почему, но я мог поклясться, что на этот раз Вал Норг идет не один. И не ошибся... Вдруг я почувствовал присутствие в камнях людей. Они передвигались по обе стороны от тропы, по которой шел гигант. И это были не просто люди, это были Черные телохранители! Я знал это, как знал то, где следует их искать!

Быстро перемещая взгляд, я сумел увидеть их всех, несмотря на невероятную скорость передвижения и отличное умение маскироваться, используя для этого любую возможность. Просто я знал, где они находятся в данный момент и где будут находиться в следующий... Невероятно? Согласен. Тогда я не знал, откуда вдруг взялись у меня такие способности, ведь раньше у меня ничего подобного не было! А узнал я гораздо позже, и ты, Данька, не торопись! Придет черед объяснить и этот феномен, но не сейчас. Позже...

Итак, их было шестеро, и шли они явно не для того, чтобы по-дружески нас обнять! Вал Норг был предателем - в этом я уже не сомневался... Да не нужны мне были доказательства, Данька! Я знал это точно и готов был расплатиться с ним за предательство в полной мере. Но позже... Сначала на очереди были Черные телохранители. Я чувствовал, что теперь в силах справиться с этими ублюдками...

- Серега, передай мне мой арбалет, - попросил я бывшего спецназовца.

- Что-то случилось? - поинтересовался он, передавая мне оружие. Парень сразу понял, что события развиваются не так, как хотелось бы, и встревожился.

- У нас гости, - ответил я, прилаживая к арбалету оптический прицел, специально приспособленный для ночных операций.

Тут заволновался и Женька, но спрашивать ничего не стал. Серега взял бинокль и пошарил взглядом по окрестностям.

- Где? - поинтересовался он, не отрываясь от бинокля.

Я быстро назвал ему ориентир места, где буквально через несколько мгновений должен был объявиться один из Черных телохранителей. Серега перевел взгляд туда и принялся пристально вглядываться в нагромождение камней. Некоторое время он, не отрываясь, смотрел в темноту, и вдруг вздрогнул.

- Ничего не понимаю! - сказал он, отрываясь от бинокля. - Вроде что-то промелькнуло, какая-то черная тень. И пропала... Что это было?

- Телохранитель жрецов, - ответил я.

Бросив искоса взгляд на Серегу, я заметил, как он напрягся. Бывший спецназовец готов был вступить в схватку с любой тварью, но Черные телохранители его явно пугали. Впрочем, и я раньше бы забеспокоился, если бы мне сказали, что жрецы выпустили против меня своих верных псов. Но в тот момент я был спокоен, как танк... Почему? Все из-за новой своей способности, Данька! Теперь я их мог видеть, а раньше это было невозможно, что само по себе уже обнадеживало...

- Что будем делать? - поинтересовался Серега, нервно облизнув губы.

И он, и Женька ждали моего решения, явно надеясь на то, что я дам команду на отступление, но, думаю, я разочаровал их, сказав:

- Позиция у нас хорошая, и я буду ее держать. А вы идите в пещеру Самки. Если со мной что-нибудь случится, Верный вас отведет домой. А я тут немного повоюю...

Наверное, они решили, что я спятил, но мне некогда было подробно объяснять им мотивы такого решения. Впрочем, спорить со мной они не стали и скрылись в пещере. Верный пробовал сопротивляться, но я прикрикнул на него, и он поплелся вслед за ними, печально оглядываясь на меня, словно чуял беду.

Закончив установку прицела, я приложил приклад арбалета к плечу и, нацелив его туда, где через несколько мгновений должен был появиться один из телохранителей, нажал на спусковой крючок...

Знаешь, Данька, это надо было видеть! Черная расплывчатая тень только обозначилась на новом месте, когда в нее ударила быстрая, как молния, стрела. Яркая вспышка на мгновение озарила ночь. Телохранителя отбросило назад и ударило о камни. И когда его тело сползло на землю, он уже был мертв. Стрела угодила точно в сердце!..

Остальные телохранители ничего не заподозрили. Они и предположить не могли, что кто-то из простых смертных в состоянии их обнаружить. И эта самоуверенность им стоила жизни! Еще пять раз нажимал я на спусковой крючок своего арбалета, и каждый раз с тем же самым результатом...

Закончив "работать", я еще некоторое время шарил взглядом по окрестностям, пытаясь обнаружить присутствие других телохранителей. Но все было чисто, и тогда я взял на прицел Вал Норга.

Предатель к тому времени дошел уже до места, где мы с ним встретились днем, и, не обнаружив меня, забеспокоился. Человек он был, конечно, так себе, дерьмовенький. Но в сообразительности ему нельзя было отказать. Он сразу же почувствовал неладное и попятился назад, не отрывая взгляда от площадки, на которой мы устроили свой наблюдательный пост. Мне даже показалось, что гигант почуял, что его игра раскрыта, и что он находится у меня на прицеле. Надо было стрелять, ибо через несколько шагов он мог скрыться за ближайшим валуном. И мой палец уже потянул на себя спусковой крючок, но не успел я нажать на него, как вдруг почувствовал приближавшуюся сзади смертельную опасность.

Я резко развернулся, вскидывая арбалет, и сразу же выстрелил. Только потом я увидел, что у входа в пещеру стоял жрец в своем черном балахоне! Он среагировал молниеносно, выбросив перед собой руки раскрытыми ладонями наружу. На мгновение стрела, почти долетевшая до цели, зависла в воздухе. Потом мир вокруг меня взорвался фейерверком ослепительного огня, и на мое сознание опустилась тьма...


6.

И причудилось мне, Данька, что я нахожусь в Фарксе, в зале Совета! Только один раз я был там, но как же все изменилось за это время! При Нирдоке обстановка была почти спартанской, теперь же все дышало богатством и роскошью. Простенькие скамьи, на которых заседал Совет жрецов, исчезли. Вместо них теперь высились двенадцать высоких кресел, инкрустированных золотом и драгоценными камнями. На спинках каждого был изображен определенный герб, чего при Нирдоке никогда не допускалось. Жрецы не должны были выставлять напоказ свою принадлежность к тому или иному роду. Вступая в братство, человек отказывался от своего прошлого, в том числе и от родственных связей. Теперь же все, видимо, было по-другому...

Убранство Зала тоже поменялось. Вместо простеньких, неказистых светильников с потолка на золоченых цепях свешивались обалденные люстры со множеством свечей! Ты когда-нибудь был в большом театре, Данька? Хотя что это я? Живя в Москве, и не побывать в Большом?.. Так вот, эти люстры были очень похожи на те, что освещают зрительный зал в театре, только вместо лампочек - свечи. У меня даже мелькнула глупая мысль - сколько же надо труда, чтобы зажечь или погасить такую громадину? А их там было три!..

Каменный пол был покрыт большим ковром с очень длинным ворсом (раньше ничего такого не было, пол украшала самая обычная мозаика). Стены были задрапированы полотнищами с непонятной мне символикой - скорее всего, защитой от магии. Хотя кто там, в самом сердце Перевала, мог использовать магию, кроме самих жрецов? Видимо, даже среди своих единомышленников Норна не чувствовала себя в безопасности...

Сама Глава Совета сидела на троне у стены напротив входа. Именно на троне, а не в кресле - таком, как те, что располагались напротив нее. Наверное, это всем должно было говорить, что она - не просто жрица и член Совета, а что она здесь - главная! По крайней мере, зная Норну, легко можно было предположить именно такое объяснение подобному выпендрежу.

Напротив нее стоял жрец. Его я узнал сразу. Это был Варда - тот самый жрец, которого я видел в своем сне. Он же стоял тогда у входа в пещеру, когда я попытался его убить, и был очень искусно вырублен им...

- ...Ты хорошо справился с заданием, Варда! - говорила ему Норна. - Я довольна тобой!

- Рад служить Светлейшей! - поклонился он. - Но есть кое-что, что очень тревожит меня.

Норна нахмурилась и строго спросила:

- Что там у тебя еще? Выкладывай!

Было хорошо заметно, что ей не по нутру такое заявление. Жрец, видимо, тоже заметил ее раздражение и побледнел, но от своего не отступился.

- Бывший Хранитель оказался не такой уж и легкой добычей.

- Ну и что? По-моему, я тебя предупреждала, что он не так прост, как кажется! - Норна, не отрываясь, глядела на него. Ее взгляд не сулил ничего хорошего Варде. Наверное, решила, что тот набивает себе цену.

- Прости, Светлейшая, я не обладаю такими познаниями, как ты! - ответил жрец. - Но, думаю, даже ты не знаешь всего об этом человеке. Дело в том, что он убил Самку!

- Что? - Жрица даже привстала со своего трона. В глазах сверкнула злость, и это до смерти напугало Варду. Он даже инстинктивно отшатнулся от трона, но Норна уже взяла себя в руки и сказала:

- Все это чушь! Убийство паучихи само по себе еще ничего не значит!

- Согласен, Светлейшая! - Жрец склонился перед ней, но говорить не перестал: - Но ты же знаешь легенду...

- Это всего лишь легенда! - перебила его Норна. - Не стоит обращать внимания на глупую болтовню!

- Ты права, Светлейшая! - не стал с ней спорить Варда. - Но во время захвата он перестрелял всех моих телохранителей! Ты же знаешь, что простой смертный не в силах этого сделать!

Норна даже побледнела и медленно опустилась обратно на трон.

- Не может быть! - растерянно пробормотала она. - Неужели легенда о Самке - правда? Или этот прохвост искусно скрывал от нас свои способности?.. Да нет, не думаю. Перед тем, как назначить его Хранителем Перевала, Совет тщательнейшим образом исследовал его и пришел к выводу, что этот человек не обладает никакими сверхъестественными способностями! Герт не мог ошибиться! Он слишком опытен для подобной ошибки!..

- А не могло случиться так, что от тебя скрыли этот факт, Светлейшая? - прервал ее размышления Варда. - Насколько я знаю, Нирдок не очень-то тебе доверял. Может, это была часть какой-то игры?

- Ерунда! - отмахнулась жрица. - Жрецов, исследовавших этого человека, возглавлял Герт, мой тайный приверженец. Он бы уж точно сообщил мне...

- Тогда, может быть, ему эти способности вложили те, кто дважды возвращал его к жизни? - предположил жрец.

- Кто? Эти рабы из пещер? - фыркнула в ответ Норна. - Нет, они не способны на такое вредительство. Слишком уж бояться гнева жрецов... Нет, Варда, эти маленькие ублюдки не могли этого сделать! Они всегда в точности исполняли все приказы...

- И, тем не менее, они выпустили Хранителя из своих пещер, - напомнил он ей.

- А! - отмахнулась от него жрица. - Досадная случайность... К тому же я уже наказала их за эту оплошность. И давай больше не будем обсуждать этот вопрос, Варда! Хранитель у нас в руках, и теперь уже не играет роли, есть ли у него какие-то неизвестные нам способности или нет. Он все равно умрет!

Жрец поклонился ей, в знак послушания сложив руки крест-накрест на груди, и поинтересовался:

- Что Светлейшая прикажет с ним делать?

- Готовь его и его сообщников к обряду! На этот раз ты будешь проводить его! Так что можешь идти и готовиться, - распорядилась Норна и жестом показала, что аудиенция окончена.

- А что делать с десятником Константином? - осмелился спросить Варда.

Старая жрица недовольно поморщилась, но все же ответила:

- А что с ним делать? Ты же сказал, что он заточен в подземелье Замка Стражи? - Жрец кивнул в подтверждение, и тогда Норна закончила: - Вот пусть там и сидит! Разберемся сначала с живыми заговорщиками, потом займемся призраками... А теперь иди, иди!.. Мне необходимо отдохнуть перед церемонией...

Повинуясь повелительному жесту, жрец попятился к двери и покинул зал.

- Что-то этот Варда стал позволять себе лишнего! - сказала сама себе Норна, задумчиво глядя на закрывавшуюся дверь. - Пора его менять, пора! А то не успеешь оглянуться, как на шею сядет!.. Ну ничего, дай только вернуться обратно в наш мир, ужо я тогда наведу полный порядок в своем королевстве!.. Пойду-ка, поинтересуюсь, как идут дела у нашей Верховной Жрицы...

И она решительным шагом направилась к стене за троном, на что-то нажала, и на моих глазах часть стены сдвинулась в сторону, открывая потайной вход. Норна щелкнула пальцами, и в темноте засветился небольшой, но очень яркий шарик, висящий в воздухе. Старая жрица шагнула в потайной ход, и стена опять сдвинулась, закрывая ее от моих глаз...


* * *


Не знаю, Данька, что это было за видение. Наверное, следствие неожиданно полученного мною дара. По крайней мере, многое из того, что я увидел, потом оказалось правдой...

Но продолжу свой рассказ. Очнулся я на кресте... Да, Данька, я был привязан за руки и за ноги ремнями к каменному кресту! Мои глаза были закрыты, но вокруг явственно слышался гомон толпы. Чтобы иметь более полную картину окружающей обстановки, но не выдать, что очнулся, я слегка приоткрыл глаза. Это, казалось бы, простое действие далось мне с огромным трудом. У меня сложилось впечатление, что мои веки весят не меньше тонны! И все же мне удалось слегка приподнять их и потихонечку осмотреться...

Я находился на арене большого амфитеатра, который был, наверное, не меньше знаменитого Колизея в Риме. Ну, может, конечно, это преувеличение, но сооружение было и в самом деле огромным! Где находился этот амфитеатр, я не знал, так как раньше мне не приходилось его видеть даже издалека. В ложах восседали жрецы (я и не предполагал, что их так много на Перевале). По сторонам от них стояли верные псы - телохранители. У каждого правая рука - на рукоятке меча, у каждого - непроницаемое выражение лица, как у статуи. Зато их хозяева были уж очень возбуждены. Это гул их голосов услышал я, когда очнулся...

Прямо над входом в амфитеатр располагалась ложа, занимаемая всего лишь одной жрицей. И этой жрицей была никто иная, как сама Светлейшая Норна! А рядом, среди ее телохранителей, красовался предатель Вал Норг! Он уже вырядился в одежду Черных телохранителей и, судя по его довольной роже, чувствовал себя вполне счастливым и удовлетворенным. Правда его лицу пока не хватало каменной непроницаемости профессиональных телохранителей, и он все время вертел головой в разные стороны, разглядывая общество, в которое раньше его явно не допускали. Но, как подумалось мне в тот момент, это дело исправимое. Со временем его поднатаскают, и он ничем не будет отличаться от своих коллег по ремеслу...

Увидев предателя, я сразу же вспомнил о своих товарищах. Забыв о своем намерении скрывать то, что уже очнулся, я распахнул глаза пошире и завертел головой в поисках Женьки и Сереги.

То, что я увидел, привело меня в уныние. По периметру арены на длинные шесты были насажены головы людей. Некоторые из них были уже в плачевном состоянии. Видимо, они торчали здесь достаточно давно. Плоть на них почти полностью разложилась, из-за чего было практически невозможно узнать, кому они принадлежали при жизни. Другие сохранились немного лучше, но смерть так обезобразила черты их владельцев, что я также не смог узнать, чьи это были головы. Но была среди них и одна свеженькая. Ее я сразу узнал. Это была голова Главы старейшин народа Гаэлла Казардака...

"Значит, не удалось тебе угодить Светлейшей Норне? - мысленно обратился я к нему. - Эх ты! Надеялся предательством друга спасти свой народ, а в результате твоя голова красуется на всеобщем обозрении тех, кого ты всегда недолюбливал!" Мне было до слез жалко маленького человечка. Я почувствовал, как внутри снова закипает ненависть к Норне, этой кровавой узурпаторше, захватившей власть силой и залившей кровью весь Перевал. Опять страстно захотелось убить эту стерву, но что я мог сделать, вися на кресте? Абсолютно ничего... Хорошо хоть ни Женьки, ни Сереги не было рядом. Оставалась хоть и призрачная, но надежда на то, что они сумели уйти. Может, Верный сейчас ведет их домой? Хорошо бы! Хоть они спасутся... В том, что я сегодня умру, у меня уже не оставалось сомнений. Это чувствовалось по настроению жрецов. И еще я знал, что смерть моя будет ужасной. Иначе зачем собирать здесь эту толпу и выставлять меня на всеобщее обозрение? Эти стервятники явно собрались здесь не для того, чтобы полюбоваться на мою скромную персону! Еще до этого рокового похода Норна пообещала принести меня в жертву, а обещания свои она всегда сдерживала - в этом я уже имел несчастье убедиться...

Не слишком ли я был хладнокровен в тот момент?.. Что ты, Данька! Это сейчас я тут расписываю тебе все мои мысли так подробно. А тогда все это промелькнуло в моем сознании за секунду! А вот потом пришел страх! Пришел и заставил меня активно искать выход из сложившейся ситуации...

Черные телохранители вынесли на арену еще одного пленника и стали привязывать его к каменному кресту по правую руку от меня. Слева был врыт еще один, но он пока пустовал, и я терялся в догадках - для кого же он был предназначен? Впрочем, как я понял, пустовать он будет недолго. Жертв явно необходимо было три...

Телохранители закончили привязывать моего товарища по несчастью, один из них окатил его из ведра водой, после чего они удалились. Меня заинтересовало, кто же этот бедолага? Скосив глаза, я обнаружил, что моим соседом был не кто иной, как дед Ольги! Он был полностью обнажен (впрочем, как и я сам - эти мерзавцы не оставили мне даже трусов, так что все мое хозяйство было выставлено на всеобщее обозрение). С первого же взгляда было понятно, что ему здорово досталось. Его тело представляло собой один сплошной кровоподтек, безвольно свесившуюся на грудь голову покрывала корка запекшейся крови, а левая рука была чем-то порвана на плече. Трудно было узнать в этом изуродованном куске мяса некогда крепкого, пышущего здоровьем мужика. По сравнению с ним я выглядел очень даже хорошо. Непонятно почему, но меня не били. По крайней мере, на теле этого не чувствовалось. Видимо, Норна берегла меня. Вот только зачем?.. Это для меня так и осталось неразрешимой загадкой...

- Дядя Леша! Вы меня слышите? - позвал я.

Голова медленно оторвалась от груди и повернулась в мою сторону. Лицо Ольгиного деда представляло собой ужасное зрелище. Все лиловое, в кровоподтеках и засохшей крови, так что даже непонятно было, видит он меня или просто реагирует на звук моего голоса (так сильно у него заплыли оба глаза). Нос сломан, губы разбиты и порваны, одно ухо распухло и казалось больше другого. Однако, несмотря на свое тяжелое состояние, он узнал меня.

- Санька! - еле слышно произнес бывший Страж Перевала. - И ты тоже?..

Его голова бессильно свесилась на грудь.

- Дядя Леша! - снова позвал я его, но он не откликнулся, видимо, опять потеряв сознание...

Тем временем на арене снова появились телохранители. Они выволокли третьего участника этого пока непонятного для меня ритуала. Я сразу узнал в избитом человеке Серегу, и надежда на то, что мои друзья сумели покинуть Перевал, разбилась в пыль и дребезги. Его состояние было лучше, чем у деда Ольги, но, тем не менее, ему тоже хорошо досталось. По крайней мере, сил, чтобы сопротивляться привязывавшим его к кресту телохранителям, у него не было.

После того, как Серега тоже оказался подвешенным на крест, жрец, сопровождавший телохранителей, обошел всех нас и проверил, хорошо ли мы привязаны. Заметив, что дед Ольги потерял сознание, он энергичными похлопываниями по щекам, больше напоминавшим пощечины, привел бывшего Стража Перевала в чувство. После чего с чувством глубокого удовлетворения удалился с арены. Почему-то нашим мучителям было важно, чтобы мы были в сознании и видели, что там будет происходить...

- Серега! - позвал я бывшего спецназовца после того, как мы снова остались одни.

Он с трудом повернул голову в мою сторону, и я ужаснулся! Представляешь, Данька, эти сволочи ослепили его!

- Саня, это ты, что ли? - спросил он, глядя пустыми глазницами куда-то поверх меня.

- Я это, я, Серега! - ответил я, с трудом сдерживая навернувшиеся слезы. - Что же они с тобой сделали, дружище?

- Они... они лишили меня глаз! - ответил он. - Сказали, что я не имею права видеть этот мир!

В бессильной ярости я заскрежетал зубами.

- Я... я пытался сопротивляться, - продолжал тем временем Серега. - Мне даже удалось хорошо приложить нескольких негодяев!.. Потом они навалились на меня всем скопом. Последнее, что я увидел - раскаленную иглу у своих глаз!.. Как же я теперь буду без зрения-то? А, Сань?

Что я мог ему ответить? Чем утешить? Тем, что через какое-то время мы все умрем, и смерть избавит его от этих мучений?.. Сомнительное утешение. Тем более что наша смерть могла быть во много раз ужаснее того, что ему довелось пережить...

Я отвернулся от него, не в силах перенести вида изуродованного лица друга, и принялся исследовать ремни, притягивавшие мои руки к кресту. Сжав пальцы в кулаки, я попытался рывком ослабить путы. Бесполезно! Руки были так крепко прихвачены к перекладине, что мне не удалось даже хотя бы чуть-чуть повернуть их для того, чтобы растянуть ремни, впивающиеся в кожу. Пришлось, скрепя сердцем, признаться себе, что освободиться мне, видимо, не удастся. Тот, кто привязывал меня к кресту, постарался на совесть...

Так хреново, как в тот момент, мне, Данька, наверное, никогда еще не было! Я готов был завыть от собственного бессилия! Ужасно не хотелось, как барану на скотобойне, покорно ждать, когда мне выпустят кишки, но выхода из сложившейся ситуации я не видел. Наверное, то же самое чувствовали перед смертью те ребята, чьи изуродованные трупы попадались нам в отбитых у боевиков селениях на той войне. Может, я бы что-нибудь и придумал, будь у меня больше времени. Но, судя по тому, как замерли в ожидании трибуны, у меня его не было вовсе...

На Перевал стремительно опускалась ночь. Солнце уже скрылось за вершинами гор, на небе появились первые звезды. Серебристый свет полной Луны набирал силу с наползающей темнотой.

- Санька! - услышал я слабый голос Ольгиного деда и повернулся к нему.

- Да, дядя Леша!

В неверном свете Луны я увидел, как по щекам этого некогда сильного духом мужчины катятся слезы.

- Сынок, прости нас! - вдруг сказал он.

- За что, дядя Леша? - удивился я.

- Мы... мы втянули тебя в это... - Ему было очень трудно говорить. Было хорошо заметно, как он каждый раз собирается с силами, чтобы сказать следующую фразу. - Мы... мы надеялись, что ты... не сунешься... сюда... Думали, тебя предупредят... А оно... оно видишь, как получилось!.. Прости!..

- Не вините себя, дядя Леша! - попытался я облегчить его страдания. - Я все равно пришел бы. Не мог же я вас бросить здесь!

- Зря!.. - сказал он. - Зря пришел!.. Мы... мы все умрем... умрем страшной смертью!..

Его голова бессильно свесилась на грудь. Я подумал, что он снова потерял сознание, но через некоторое время снова услышал его голос:

- Я... я не боюсь смерти!.. Жаль, Оленьку... мою внученьку... не смог... не смог уберечь!.. Она... она у меня... одна... одна осталась!.. Эта... эта стерва... погубит ее!.. Обещай мне...

- Что? - не понял я.

- Обещай мне... Если тебе вдруг... вдруг удастся... спастись!.. Обещай, что... позаботишься о... о ней!

Его голос сорвался, и он замолчал - теперь уже надолго. Я не верил, что на этот раз мне удастся спастись, но, чтобы ободрить человека, чьи минуты и так уже были сочтены, пообещал:

- Я позабочусь о ней, дядя Леша!

Не знаю, услышал ли он меня, потому что откуда-то изнутри стен амфитеатра вдруг грянули барабаны, заглушив мои слова. Они выбивали совершенно дикий ритм. В самом их звучании было нечто демоническое, заставлявшее сердце холодеть от ужаса. И я понял, что приготовления завершены. Бой барабанов означал начало действа, непосредственно ради которого и собрались все эти зрители...

На арене показался человек, раскрашенный, как индеец в американских вестернах. Краска покрывала его обнаженное тело причудливым рисунком с головы до пят. На шее болталось ожерелье из зубов незнакомого мне зверя. Голову наподобие шлема прикрывала часть черепа какого-то животного с выступающей вперед верхней челюстью. И все же я узнал этого человека. Точнее, не узнал, а почувствовал, что это именно он, а не кто-нибудь другой...

Это был Варда. При виде жреца мое сердце неистово заколотилось в груди. Была бы моя воля, голыми бы руками разорвал негодяя на части! Но, к сожалению, мне оставалось только следить за его действиями, скрежеща зубами в бессильной ярости...

Жрец протанцевал какой-то совершенно дикий танец. Глядя на эти телодвижения, больше присущие дикарю, было трудно поверить, что этот человек принадлежит к высшей касте Перевала. Однако у зрителей этот танец не вызывал отвращения. Наоборот, они жадно следили за каждым движение жреца, словно это кривляние было наполнено каким-то тайным смыслом. Впрочем, может быть, так оно и было. Просто я был не в курсе того, что творится на арене, а вот жрецы явно не в первый раз присутствовали на этом спектакле...

Бой барабанов вдруг прекратился, и Варда застыл на месте. На мгновение над амфитеатром повисла гробовая тишина. Потом по знаку ведущего два телохранителя выволокли на арену Женьку в полубессознательном состоянии и бросили его прямо перед моим крестом. Они рывком развернули его лицом вверх и положили моего друга так, что его голова оказалась над большой каменной чашей, по самые края врытой в землю. Руки и ноги привязали к специальным скобам, торчавшим из земли, чтобы пленник не смог пошевелиться, после чего телохранители поспешно ретировались с арены.

Наши глаза встретились. Нет, в его взгляде не было страха, только огромная физическая и духовная усталость. Не знаю, что с ним вытворяли жрецы, чтобы буквально за сутки так измотать человека, чтобы он сам желал смерти. А Женька ждал ее, это было хорошо заметно по его виду. Но он даже и представить себе не мог, что же приготовили ему его мучители. Этот кошмар, наверное, будет сниться мне до последних дней моей жизни, заставляя просыпаться в холодном поту от собственного крика и слез. Я никогда не предполагал, что смерть может быть такой ужасной!..

Опять грянули барабаны, и Варда, вытащив жертвенный нож, подошел к нам и сделал глубокие надрезы на груди. Боль чуть не заставила меня закричать, но я стиснул зубы и промолчал. Из пореза струйкой потекла кровь, стекая по телу вниз и капая на землю у подножия креста. Жрец достал из мешка, привязанного к набедренной повязке, небольшую чашу. Переходя от одного пленника к другому, он набрал в нее от каждого из нас понемногу крови. Потом вернулся обратно к Женьке и, опять взявшись за нож, опустился перед ним на колени.

Наши взгляды снова встретились, губы Женьки задвигались, и я понял (не услышав, а угадав по движению губ), что он прощается со мной. В следующее мгновение ночь разорвал душераздирающий крик, который не смогли заглушить бьющие барабаны...

Я не хотел смотреть на это кровавое зрелище, но не мог отвести взгляд. Варда, как заправский мясник, принялся потрошить еще живого Женьку, не прекращавшего орать, и кидать его внутренности в чашу, врытую в землю у подножия моего креста. Не в силах вынести картину мучений своего лучшего друга, я рвался, пытаясь освободиться, и поносил жреца самыми грязными словами, которые знал. Но все мои попытки были тщетны. Ни освободиться, ни тем более остановить это кровавое действие я не мог. А Женька все кричал, кричал от страшной боли, рвущей каждую клеточку изуродованного тела. Никогда мне не забыть этого захлебывающегося кровью крика! Он ведь чувствовал все, что проделывал с ним жрец. Чувствовал до тех пор, пока сознание не погрузилось навеки во тьму...

Варда на моих глазах распахал своим ножом грудную клетку Женьки и, погрузив туда свои руки, достал еще трепыхающееся сердце. Мой друг к тому времени, вероятно, был уже мертв. Жрец бросил сердце в чашу, где уже лежали другие внутренние органы жертвы. Потом перерезал горло, и оттуда потоком хлынула кровь, заливая Женькины внутренности. Барабаны словно взбесились, невидимые барабанщики ускорили бой до такого темпа, что отдельные удары слились в единый, всепоглощающий грохот. Жрец достал из своего мешка какие-то травы и побросал в чашу. Туда же он вылил нашу кровь, собранную в чашку, и принялся выкрикивать слова на незнакомом мне языке. Учитывая специфику того, что происходило на арене, скорее всего это было заклинание, но кого оно вызывало, я не знал...

Его речь длилась несколько минут. Голос жреца все повышался и повышался, в конце концов сорвавшись на крик. И вдруг в чаше вспыхнул огонь, выбросивший в воздух огромный клуб дыма с очень резким и неприятным запахом. Налетевший неведомо откуда ветер унес дым в сторону выхода с арены, и в то же самое мгновение смолкли и Варда, и барабаны. Зрители на трибунах замерли. Все, казалось, чего-то ждали...

Вдруг откуда-то явно издалека послышался жуткий вой, от которого у меня волосы на голове встали дыбом, а по коже побежали мурашки. Я впервые в жизни слышал такие ужасные звуки, от которых так и веяло замогильным холодом. Я не знал, что за создание может их издавать, но, поверь мне, Данька, в тот момент мне совсем не хотелось это выяснять. Наоборот, возникло страстное желание оказаться где-нибудь подальше от этого места... Да, я струхнул, Данька! И в этом нет ничего постыдного! Я бы посмотрел на тебя, окажись ты на моем месте! Это ведь была моя Смерть, Данька, от которой невозможно было ни спрятаться, ни скрыться!..

Жрец опять что-то заверещал на своем птичьем языке, достал из мешочка еще одну горсть трав и подбросил в огонь. Языки пламени снова взметнулись, едва не опалив мою кожу, обдав зловонным дымом. И вновь послышался этот жуткий вой, только уже гораздо ближе...

В третий раз Варда достал из мешочка горсть трав и швырнул в огонь. И снова языки пламени взметнулись ввысь, выбросив клубы едкого дыма и на этот раз коснувшись моей кожи. Я закричал от боли, и вдруг оказался на свободе...

До сих пор, Данька, не знаю, как это произошло! Ремни на руках и ногах внезапно спали, и я упал на землю, прямо в огонь... Нет, Данька, не развязались, не порвались (тем более что я уже и не делал попыток освободиться, поняв, что это бесполезно), а именно слетели!.. Чудо? Наверное... Только знаешь, Данька, в последнее время я все чаще и чаще возвращаюсь к мысли о том, что в лагере Норны были не одни только ее единомышленники. Не зря же она так внимательно озирала трибуны после того, как я освободился. Видимо, искала предателя...

Итак, я свалился прямо в костер, который на мое счастье после третьего всплеска практически угас, и через мгновение уже был на ногах. Трибуны изумленно охнули, Варда же прямо-таки остолбенел от неожиданности. Это его и погубило...

Я бросился к жрецу и схватил его левой рукой за горло. Варда жалобно взвизгнул и дернулся назад, но, видимо, шок был настолько сильным, что вырваться он не сумел. А я вытащил из-за его пояса жертвенный нож и с мстительным удовольствием всадил ему в брюхо. Глаза жреца удивленно распахнулись, изо рта потекла кровь. А я с не присущей, в общем-то, мне жестокостью, повернул нож и с силой рванул его вверх, распахивая живот. Потом выдернул его из тела и ударил еще, потом еще, кромсая податливую плоть... Жестоко? Может быть... Но тогда в моей голове билась единственная мысль - отомстить за страшную смерть Женьки! И отомстить так, чтобы этот кровавый душегуб на собственной шкуре прочувствовал то, что испытывали его жертвы перед смертью!..

Будь у меня чуточку больше времени, я бы насладился местью сполна, разделав этого гада так, чтобы его потом надо было бы собирать по кусочкам, словно детскую мозаику! Но, как только я освободился, из ложи Норны на арену выпрыгнул Вал Норг и бросился ко мне, размахивая своим огромным топором. Мне пришлось отпустить жреца и приготовиться к схватке. Варда остался стоять на арене, зажимая окровавленный живот обеими руками - вероятно, чтобы кишки не вывалились наружу. Потом глаза его закатились, и он рухнул на землю...

Гигант быстро приближался ко мне, увлекаемый ненавистью и жаждой убийства. Вслед ему из ложи что-то кричала Норна, но он ее не слышал, ослепленный желанием побыстрее разделаться со мной. Я переложил нож из правой руки в левую и вызвал меч Микки. Но, вопреки моим ожиданиям, ничего не произошло. Вероятно, эта старая карга Норна каким-то образом сумела нейтрализовать это чудесное свойство, присущее оружию маленького народца.

Мне грозила неминуемая гибель. Ко мне приближался вооруженный огромным боевым топором воин, в чьем воинском искусстве можно было не сомневаться - в Страже Перевала абы кого не держали. А у меня из оружия - один нож, да и тот был предназначен для жертвоприношений...

Знаешь, Данька, еще будучи в армии, мы с пацанами развлекались метанием разнообразных предметов - ножей, вилок, топоров, заточек и другой ерунды, которую можно было метать. Без ложной скромности могу сказать, что в этом деле я намастачился так, что в нашей роте мне не было равных. Конечно, вступать в схватку с таким противником, как Вал Норг, было бы самоубийством для меня. И я, когда до бегущего воина осталось всего несколько метров, перекинув нож из левой руки в правую и, перехватившись за лезвие, выметнул его в противника.

Черные телохранители, в отличие от Стражей Перевала, не носили доспехов. Да и зачем они нужны, если любой из них обладал неимоверной реакцией и скоростью передвижения? Вал Норг, недавно принятый в ряды телохранителей, видимо, еще не обладал ни тем, ни другим. Нож завертелся в воздухе и вошел в затянутую черной тканью грудь по самую рукоять, инкрустированную золотом и драгоценными камнями.

Вал Норг словно наткнулся на невидимую стену. Ненависть во взгляде сменилась удивлением, он остановился и рухнул на колени, ухватившись рукой за рукоять. С трудом гигант выдернул нож из раны и отбросил его в сторону, словно это могло отсрочить неминуемую смерть. Он даже попытался встать на ноги, но так и не смог, рухнув на землю лицом вниз. А я уже был возле него и, подхватив топор, приготовился к новой схватке...

Странно, но на меня никто больше не нападал. Вал Норг был единственным телохранителем, спрыгнувшем на арену, чтобы расправиться с освободившейся жертвой. Остальные так и остались стоять в ложах своих хозяев, не предпринимая никаких действий, чтобы остановить меня. Это удивляло и настораживало. Но, что самое странное, жрецы тоже бездействовали, чего-то явно ожидая. Это я потом понял, чего они ждали и почему не предприняли ничего против меня, а в тот момент мне и в голову не могло придти, что в ложах сейчас находиться было безопаснее, чем на арене...

Убедившись, что на меня никто не собирается нападать, я презрительно плюнул себя под ноги и повернулся туда, где на крестах по-прежнему висели Серега и дед Ольги. Обойдя кресты сзади, я несколькими точными ударами освободил пленников и уложил их на землю. Что делать дальше, я не представлял. Дядя Леша самостоятельно передвигаться не мог - настолько сильно его отделали эти костоломы. Серега, наверное, смог бы, но он ничего не видел! А с двумя сразу справиться я никак не мог!..

- Беги!.. - вдруг услышал я голос Ольгиного деда. Он был настолько слаб, что мне пришлось наклониться к нему, приблизив голову вплотную к его губам, чтобы услышать то, что он говорил. - Не трать... зря... время!.. Зверь... он сейчас придет... Уходи... пока... пока есть... возможность!.. Они... они его боятся...

- Нет, дядя Леша, без вас я никуда не пойду! - решительно заявил я.

- Уходи!.. - простонал дед Ольги.

И в этот миг со стороны входа на арену послышался душераздирающий вой. Я оглянулся. Под аркой стояла огромная туша, загородившая собой почти весь проход. Было темно, и при неверном свете Луны мне поначалу показалось, что это просто большой медведь, хотя таких огромных особей мне еще не приходилось встречать. Да и откуда взяться медведю на Перевале?.. Однако в тот момент мне было выгоднее придать этому чудищу привычную форму. Чтобы душа не так сильно уходила в пятки...

Но вскоре мое заблуждение было рассеяно. Это создание даже близко не походило на медведя, в чем я и убедился несколькими мгновениями спустя...


* * *


Эта зверюга стояла под аркой, но не предпринимала никаких попыток войти, чего-то выжидая. Я не мог понять, чего эта тварь ждет, а та, казалось, и не собиралась нападать. Но вот ее голова медленно повернулась и уставилась на меня своими горящими глазищами, от вида которых по моему телу волной прошла дрожь, заставив покрыться холодным потом... Нет, Данька, я не то, чтобы испугался. Нет... Скорее, это было подсознательное чутье смертельно опасного противника. Бороться с ним - верная смерть, но и уйти от схватки нет возможности. И я приготовился умереть достойно, с оружием в руках...

В гробовой тишине, воцарившейся в амфитеатре, мой слух вдруг уловил неясное бормотание, доносившееся откуда-то сзади. Этот голос не принадлежал ни Ольгиному деду, ни Сереге. Я резко развернулся и увидел истекавшего кровью, но, тем не менее, все еще каким-то чудом живого Варду. Жрец приподнялся с земли, опираясь на левую руку, и читал заклинание на том же незнакомом мне языке. Правая рука была вытянута в мою сторону, и я понял, что этот полутруп призывает зверя напасть на меня. А поняв, рассвирепел не на шутку. Свистнуло, рассекая воздух, острое лезвие топора, и рука жреца с вытянутым указательным пальцем упала на землю. Но было уже поздно...

Приближавшуюся сзади опасность я почувствовал каким-то шестым чувством раньше, чем до меня долетел предупреждающий возглас Ольгиного деда. Я резко прыгнул в сторону, в падении пытаясь уйти от неизбежного столкновения, и тут же почувствовал, как острые когти раздирают мою спину. Замешкайся я хоть на секунду - и все, конец! Но благодаря предупреждению, полученному из глубин подсознания, мне удалось отделаться хоть и глубокими, но не смертельными следами на спине...

Я упал на землю, перекувыркнулся и встал на ноги. Времени на размышления уже не было - черная огромная туша неслась на меня. Я бросился навстречу, делая нырок влево и одновременно нанося секущий удар в горизонтальной плоскости, будто в моих руках был не тяжелый боевой топор, а самая обычная коса, которыми наши мужики косят траву на сено своей скотине.

Видимо, зверь не ожидал, что я сделаю рывок ему навстречу вместо того, чтобы попытаться смыться от него. Он не смог уйти от удара, рассекшего ему шкуру на брюхе, но все-таки успел пропахать своим когтищами глубокую борозду на моей левой икре. Чтобы не потерять единственное имеющееся у меня оружие, мне пришлось развернуться, и в тот же момент я увидел лапу зверя с огромными блестящими когтями, опускавшуюся на меня сверху. Кем бы он ни был, его реакция была сверхъестественной, а скорость движений - вообще запредельной! Этот зверь за секунду успел развернуться ко мне лицом и ударить, прежде чем я сам сориентировался в обстановке...

Мои мышцы среагировали быстрее, чем мозг. Тело стремительно рванулось назад, прогибаясь в спине, что в очередной раз спасло мне жизнь. Когти зверя оставили глубокие борозды у меня на груди, но если бы я промедлил хоть секунду, они бы точно разорвали мое тело в клочья!

Не удержавшись на ногах, я упал на землю и сразу же махнул топором справа налево, нанося секущий удар по метнувшемуся ко мне зверю, намереваясь подсечь ему ноги. Левую руку при этом пришлось убрать с топорища, позволив рукояти соскользнуть до конца в правую руку, что дало мне возможность нанести более сильный удар. И на этот раз он достиг цели, но топор вырвало из руки и отбросило куда-то в сторону. Теперь я был безоружен, а это означало одно - скорую и ужасную смерть!..

Однако вопреки моим ожиданиям зверь не стал нападать, а остановился в двух шагах от меня, глядя своими жуткими глазищами. Из рассеченной кожи на брюхе и на ноге капала кровь, светясь неестественным голубоватым светом.

Встал на ноги и я, отчаянно цепляясь за землю, чтобы не упасть. По спине и груди стекала кровь, капая на босые ступни и на землю, по телу разливалась сильная, резкая боль. Я чувствовал, что эти раны, гонка и броски туда-сюда вымотали меня практически до предела и что, несмотря на всю мою выносливость, долго мне не продержаться. Зверь, напротив, был свеж, как огурчик, видимо, не чувствуя усталости. Раны, казалось, причиняли ему не больше неудобства, чем мелкие порезы. В отличие от меня... Моя грудь тяжело вздымалась, а сознание было затуманено болью и нехваткой кислорода...

Вот тогда я понял, Данька, что если и дальше буду так стоять, на следующий рывок у меня уже просто не хватит сил, и зверюга быстро со мной расправится. В руке у меня до сих пор была зажата горсть земли вперемешку с мелкими камешками, которыми была усеяна арена, а между зверем и мной лежал жертвенный нож, отброшенный Вал Норгом перед смертью. В голове метеором промелькнула мысль, и не успел я удивиться всей абсурдности этой идеи, как мое тело снова пришло в движение...

Наверное, отчаяние заставляло меня совершать эти безрассудные, на первый взгляд, поступки. Но знаешь, Данька, как ни странно, почему-то они срабатывали! Может, мне просто везло. А, может, зверь просто не ожидал с моей стороны такого отчаянного сопротивления. Короче, он опять не успел среагировать, когда я ринулся к нему, выметнув ему прямо в глаза горсть земли. На мгновение зверь ослеп, и я, сделав кувырок, успел завладеть ножом, поднырнуть под расставленные лапы и выбросить вперед руку с зажатым в ней оружием. Но даже ослепленный, он почуял опасность и наотмашь ударил меня, отбросив в сторону и едва не переломав мне кости.

Мой удар достиг цели. Когда я сумел перевести дыхание после падения на землю, то увидел, что из брюха чудища торчит одна лишь рукоять ножа. Но зверю это, видимо, не причинило особого вреда. Словно в теле у него торчал не стальной клинок не менее двадцати пяти сантиметров длиной, а маленькая заноза. Я почувствовал отчаяние, но зверь, обхватив рукоять правой лапой, легко выдернул нож и бросил в мою сторону.

Нож воткнулся в землю рядом с моей головой. Я перевел взгляд на зверя. По его животу стекала светившаяся голубым струйка, но уже через мгновение она прервалась, а потом и вовсе исчезла. Обхватив рукоять ножа, я встал на ноги, выдергивая из земли оружие. Теперь я был готов продолжить схватку.

Зверь вдруг совсем по-человечески поманил меня рукой и сказал... Да-да, Данька, именно сказал! Я и сам офигел, когда из этой ужасающей пасти послышалась человеческая речь!

- Ну, чего же ты медлишь, человек? - сказал он. - Иди, иди скорее ко мне! Я покажу тебе, как надо драться...

Я не верил собственным ушам, Данька! Зверь говорил, и говорил на моем родном языке! Не на языке жителей Перевала или маленького народца, а по-русски! Причем очень чисто, безо всякого намека на акцент!

Знаешь, Данька, почему-то именно этот факт наполнил меня таким ужасом, что я замер, не в силах сдвинуться с места! Огромные размеры, чудовищная сила, неимоверно быстрая реакция - все это, конечно, производило впечатление, но вот способность говорить на моем родном языке повергла меня в самый настоящий шок! Даже таркс или Демон ххорнов не смогли напугать меня так, как это чудище. Способность осмысленно разговаривать подразумевало наличие разума, и в сочетании с неуязвимостью, быстротой движений и огромной силой это все составляло страшный конгломерат! Такое существо представляло собой смертельную опасность для меня, так как в этом случае я лишался своего единственного преимущества - человеческого ума, способного найти выход практически из любой, даже на первый взгляд абсолютно безвыходной ситуации. Попросту говоря, рухнула моя надежда переиграть его при помощи обмана. Мое превосходство на глазах превратилось в очередную мою иллюзию...

- Боишься? - поинтересовалось чудище, сверкая огромными горящими глазищами. - Это правильно! Любая тварь на этой земле должна бояться меня, ибо я - Хозяин Перевала!

Что ж, можно было и потянуть время, раз уж его пробило на разговор. Мне как раз надо было немного придти в себя, отдышаться, и грех было не воспользоваться такой прекрасной возможностью!

- А чего же тогда ты, Хозяин Перевала, служишь этим людям, словно шавка, на потеху? - ехидно поинтересовался я, набравшись наглости. - Посмотри, вон они - сидят, ухмыляются, глядя на наш поединок, как на забаву!

- Не передергивай, человек! - Мне показалось, что он ухмыльнулся, хотя по его роже этого нельзя было сказать. - Эти люди бояться меня и, чтобы я их не трогал, каждое полнолуние выставляют мне угощение - таких, как ты! Правда, обычно жертвы привязывают, чтобы я не носился по всей арене, как за тобой. Но это ничего... Я люблю, когда мне пытаются оказать сопротивление. Это забавляет меня...

- Не слишком-то много чести убивать тех, кто слабее тебя! - ответил я, одновременно судорожно пытаясь придумать, как же обхитрить этого монстра. - Так поступают только трусы!

- Это закон жизни, человек! - возразил он. - Сильный всегда пожирает слабого. Вопрос в том, насколько ты сильнее... Вот ты, например, упрямый противник! Не хочешь понять всю бесполезность своих попыток!.. И мне приходится возиться с тобой, потому что я не привык отпускать свою жертву! Если бы ты просто бегал по арене, пытаясь сбежать от меня, но нет! Тебе надо бороться за свою никчемную жизнь. А зачем? Все равно я тебя съем! И твоих дружков тоже съем!.. Так что лучше не тяни время. У меня его и так мало...

- А вот хрен тебе! - выкрикнул я и с этими словами резко выметнул в его сторону нож, а сам прыгнул к валявшемуся чуть в стороне топору, который заприметил во время нашего короткого разговора.

Мне удалось дотянуться до гладкой рукояти и обхватить ее пальцами. И тут тяжелая нога придавила мою руку к земле...

Понимаешь, Данька, я-то надеялся, что нож отвлечет его внимание, и я успею завладеть топором. Но нет! Реакция чудища оказалась как всегда на высоком уровне...

Я невольно застонал, когда кисть пронзила сильная боль. Пальцы сами собой разжались, отпуская рукоять. В следующее мгновение огромная лапища ухватила меня за запястье, чудовищная сила дернула за руку, поднимая в воздух, и я повис перед мордой монстра, раскачиваясь из стороны в сторону. Топор остался лежать на земле...

- Ну что, человек, хотел переиграть меня? - засмеялся он. На меня дохнуло отвратительным зловонием, исходившим из его пасти. - Теперь все, игра закончилась! Я порядком проголодался, гоняясь за тобой!

Мое лицо болталось прямо перед его мордой, и я мог теперь рассмотреть его с близкого расстояния. Знаешь, Данька, трудно описать эту отвратительную физиономию, но я, пожалуй, попробую. А то ты не поймешь, что мне довелось испытать той ночью...

Итак, морда его напоминала чем-то медвежью, из-за чего я и принял его поначалу за огромного медведя. Но при более близком рассмотрении это была, скорее, дикая смесь из морд медведя, кабана и волка. Из огромной вытянутой пасти, заросшей волосищами, торчали длинные острые клыки. По бокам торчком стояли острые, вытянутые, как у волка, уши. Глаза напоминали чем-то кошачьи, кроваво-красные зрачки превратились в узкие щелки, и из них, казалось, вырывались языки пламени. От этих глаз невозможно было отвести взгляд. Они парализовывали волю к сопротивлению, гипнотизировали, как удав гипнотизирует кролика перед тем, как его съесть. Впрочем, сопротивление и так было бесполезно - этот монстр крепко держал меня, а пинки, которыми я пытался наградить его, не причиняли ему вреда. И знаешь, Данька, я думаю, что мои тщетные попытки освободиться доставляли ему своеобразное удовольствие. Он наслаждался своей силой и моей беспомощностью...

- Глупый, упрямый человечишка! - сказало чудище, буравя меня взглядом. - Я мог бы переломать тебе все кости! Медленно, по каждому суставчику!.. И поверь мне, я бы так и сделал, будь у меня побольше времени! Скоро встанет Солнце, и мне придется уйти. А жаль! Мне бы очень хотелось посмотреть на то, как ты будешь корчиться в муках, расплачиваясь за свое глупое упрямство! Но я сделаю по-другому. Знаешь, как?

Мне совсем не хотелось знать, что этот монстр собирается со мной сделать, но выбора у меня не было. Волей-неволей приходилось слушать то, что он говорил...

- Я вырву у тебя из груди сердце и съем его на твоих глазах! - продолжал он издеваться надо мной. - Ты умрешь не сразу и успеешь это увидеть! Как тебе моя идея?..

Думаешь, Данька, я испугался?.. Ни капельки, ни вот полстолечка! Понимаешь, если бы эта тварь не была так болтлива, я, наверное, и в самом деле струхнул бы. Но тут, слушая эти разглагольствования, я вдруг испытал самую настоящую ярость! Сожрал бы побыстрее, и дело с концом! Нет, ему надо было поиздеваться надо мной, и это переполнило чашу моего терпения. Злость яростно забушевала внутри меня, чуть ли не выплескиваясь наружу, затмевая разум, превращая из человека в зверя. Не осознавая толком, что делаю, я вдруг зарычал, вытянул свободную руку и с силой втопил большой палец в глаз этому монстру.

А вот дальше произошло нечто, что до сих пор не поддается моему пониманию. Из-под пальца вдруг повалил дым, словно от раскаленного тавра при клеймении скотины; монстр заревел, словно ему и в самом деле было очень больно, и выпустил мою руку. Но прежде чем он это сделал, я успел воткнуть свой палец и во второй его глаз...

Итак, я снова был на свободе и сразу же отскочил подальше от этого монстра, подхватив валявшийся неподалеку топор. А тот совсем обезумел. Он ревел так, что у меня заложило уши, а из стен амфитеатра посыпались камешки. Он тряс мордой и тер лапами глаза, словно надеялся таким образом вернуть себе зрение. Но теперь этот монстр был слепым. Невероятно, особенно если учесть его феноменальную способность к регенерации, но факт был, как говорится налицо! Может, на глаза эта способность не распространялась, не знаю. У человека ведь тоже достаточно быстро заживают порезы, но вот, например, отрастить новые конечности он не в состоянии. Но, как бы то ни было, зрение к нему не вернулось, и слава богу!..

Наконец, он успокоился и застыл на месте, прислушиваясь. К тому времени мои силы частично вернулись ко мне, и я снова готов был продолжать схватку. По его поведению я понял, что этот монстр, лишившись зрения, пытается при помощи слуха обнаружить мое местонахождение. А я, не будь дураком, стоял на месте, не шелохнувшись. Я мог себе это позволить, потому что теперь время работало на меня. Эта тварь боялась солнца - значит, мне всего лишь нужно было дотянуть до рассвета...

- Эй, человек. Ты меня слышишь? - вдруг позвал меня этот монстр и, не дождавшись ответа, продолжил: - Ты, наверное, радуешься? Думаешь, что выиграл, лишив меня зрения?

Он помолчал немного, прислушиваясь, и пытаясь по звукам, доносившимся с арены, определить, где же я нахожусь.

- Можешь ничего не говорить, я все равно знаю, где ты стоишь! - заявило это чудище. - Я слышу твое дыхание, я чую твой запах, Так что все твои уловки бесполезны! Да, я ничего не вижу, но это только делает охоту более интересной! Я все равно тебя поймаю!

- Давай, попробуй! - еле слышно прошептал я. - Посмотрим, как тебе это удастся!

С расстояния в несколько шагов он услышал мой шепот и молниеносно прыгнул ко мне. Я быстро метнулся в сторону и взмахнул топором, разворачиваясь к нему лицом. Огромное лезвие со свистом рассекло воздух и вонзилось между лопаток монстра, приземлившегося точно на том месте, где я находился перед этим. Резким движением я освободил лезвие и опять отскочил в сторону, потому что монстр сразу же развернулся и бросился ко мне. И снова ему не удалось поймать меня, и он остановился, чтобы поточнее определить мое местонахождение. Его уши, как локаторы, поворачивались то в одну, то в другую сторону, ноздри раздувались, жадно нюхая свежий ночной воздух. Но я специально встал так, чтобы ветер дул со стороны монстра, а не от меня, и тот так и не смог узнать, где я нахожусь.

- А я недооценил тебя, человек! - заявил он, двигаясь по арене, чтобы уловить мой запах. - Ты более сообразителен и ловок, чем мне казалось поначалу. Но ты не надейся уйти от меня! Я все равно тебя поймаю!

- Скоро рассвет! - напомнил я ему, ибо на востоке уже появилась алая полоска, предвещая скорый восход солнца.

Монстр опять сделал рывок в сторону моего голоса, но уже не так сноровисто, как раньше, и мой топор снова обрушился на него, рассекая предплечье. Но он не стал бросаться на меня, а встал на месте. У меня сложилось впечатление, что монстр уже не так силен, как в начале нашего поединка. Хотелось верить, что эта бесконечная гонка по арене доконала его, но я сомневался. Кто знает, может, то была всего лишь очередная хитрость? Может, эта тварь хотела усыпить мою бдительность, чтобы я совершил роковую ошибку? Поэтому я по-прежнему был начеку, в любой момент ожидая рывка в свою сторону.

Тем временем монстр не на шутку встревожился. Он повернул морду в сторону занимающегося рассвета, прислушиваясь к чему-то, чего не слышал я, потом вдруг сказал:

- Жаль, что мне не удалось с тобой разделаться, человек! Мне надо уходить, так что будем считать, что наша встреча закончилась ничьей. Продолжим схватку позже...

И направился в сторону выхода с арены. Теперь я понял, в чем была причина его слабости. Чем ярче разгоралась утренняя заря, тем слабее он становился. Солнечный свет отнимал у него силы. Теперь это был уже не тот зверь, который как метеор носился по арене, нанося молниеносные удары. И потому, Данька, я не собирался отпускать его. Во мне взыграло элементарное чувство мести. У меня был реальный шанс отыграться за все те жертвы, которые он сожрал. Я сам чуть было не попал к нему на ужин, так почему я должен был его отпустить?..

Я бросился следом за ним и обрушил свой топор на его спину, сразу же вытащив лезвие и снова занося его над головой. И тут монстр, словно обретя второе дыхание, резко развернулся и бросился на меня. Не ожидая от него такой резвости, я не успел отскочить, и он подмял меня под себя...

Я словно попал под пятитонный каток. В нос ударило невыносимое зловоние, исходящее от зверя. Я как рыба, вытащенная из воды, широко раскрывал свой рот в тщетной попытке хватануть хоть немного свежего воздуха. Вытянув вперед руки, я ухватился за морду зверя и, напрягая все свои мускулы, пытался удержать зловонную пасть, усеянную длинными острыми зубами, подальше от своего горла. Монстр зарычал, давя со всей силы на мои руки, и я почувствовал, что меня надолго не хватит, чтобы сдерживать его бешеный напор...

Вдруг звероподобный монстр вздрогнул, словно кто-то нанес ему в спину сильный удар, выгнулся и закричал... Именно закричал, Данька! Не зарычал, не заревел, а закричал!.. В этом крике было столько смертельной боли, что я понял - случилось нечто из ряда вон выходящее. Давление на мои руки ослабло. Собрав последние силы, я отбросил монстра с себя и, откатившись в сторону, попытался подняться на ноги...

Я понял, что случилось, Данька, сразу же, как только смог встать. Над горами поднималось солнце! Это его первые лучи раскаленным копьем вонзились в спину монстра, заставив кричать от боли. Собрав стремительно тающие силы, чудище откатилось в тень, падавшую от стены амфитеатра, и теперь лежало, тяжело дыша и ожидая неминуемого конца.

Я поднял топор и подошел к нему. Только в тот момент измученные мышцы дали о себе знать - ноги сотрясала противная дрожь, топор вдруг стал неимоверно тяжелым, а раны и придавленная монстром рука отзывались острой болью на любое движение. Но все же я нашел в себе силы подойти к нему и пнуть ногой.

- Ну что, Хозяин хренов, довыеживался? - злорадно поинтересовался я и еще раз пнул его. - Если бы ты не выпендривался, а делал дело, сейчас не ты бы здесь лежал, а я!

Он с трудом повернул ко мне голову и заговорил:

- Да, ты победил, Хранитель Перевала! Впервые я потерпел поражение в схватке от человека! Ты оказался сильнее меня, и перед смертью я хочу попросить тебя об одолжении.

- О чем меня может попросить тварь вроде тебя? - усмехнулся я. - Не убивать?.. Так через несколько минут ты и так подохнешь от солнечного света!

- Я хочу попросить, чтобы ты убил меня до того, как моего тела коснутся лучи солнца! - сказал монстр. - Отсеки мне голову!

- Хочешь легкой смерти? - ехидно поинтересовался я.

- Нет, хочу сделать тебе прощальный подарок! - слабо, но все же огрызнулся он. - Отсеки мне голову и покажи этим трусам!

- Зачем? - удивился я.

- Они убьют тебя сразу же после того, как я умру, - ответило издыхающее чудище. - Но когда они увидят, что ты (именно ты, а не солнце) убил меня, они будут в шоке и некоторое время не смогут ничего предпринять. Воспользуйся этим шансом и беги! Тогда ты сумеешь спастись...

- Что за трогательная забота о моей скромной персоне! - насторожился я. - С чего бы это?

- Не хочу, чтобы ты погиб от рук этих... паразитов! - последний раз выдохнул монстр и затих.

- Что ж, первую часть твоей просьбы я выполню с большим удовольствием! - сказал я и, с трудом подняв топор, опустил на его шею...

Трибуны амфитеатра испуганно охнули, когда я вытянул перед собой руку с зажатой в ней чудовищной головой зверя. Такого поворота событий явно никто из них не ожидал. Монстр был прав - моя победа шокировала их. Но бежать я никуда не собирался. На арене еще оставались дед Ольги и слепой, беспомощный Серега. Я не мог бросить их здесь...

Я поднял повыше голову убитого мной чудища и крикнул:

- Ну что, сучье племя, съели? Вот она, ваша хваленая зверюга! Я убил ее и до вас, сволочей, доберусь!

И тут меня словно током шандарахнуло! Заряд небывалой мощности прошел из головы зверя через мою руку в туловище. В моей башке словно бомба взорвалась - так, по крайней мере, мне показалось поначалу. Яркая вспышка ударила по глазам, заставляя зажмуриться. Потом я почувствовал сильный жар на вытянутой руке. Это горела голова монстра. Оранжевые языки пламени лизнули пальцы, обжигая их, и мне пришлось отбросить эту ставшую опасной штуковину в сторону.

Солнце добралось и до тела обезглавленного монстра. На моих глазах оно стало менять форму, опадая, будто таяло под солнечными лучами. Его плоть вскипала пузырями, которые лопались с оглушительным треском и распространяли вокруг такое зловоние, что меня чуть было не стошнило. Зажав нос рукой, я поспешил к своим товарищам по несчастью...

У крестов меня ждал страшный удар - дед Ольги скончался! С его смертью еще одним дорогим мне человеком стало меньше. Почти всех забрал Перевал. Погиб Леха; моего деда, деда Ольги и Женьку убили жрецы. Оставался еще Серега, но и он был ослеплен этими нелюдями, превратившись в калеку. Вот тогда я и возненавидел Перевал так, как можно ненавидеть только своего смертельного врага!..

При моем приближении Серега забеспокоился. Он ведь не видел, кто идет, и не знал, что в данный момент творится на арене.

- Серега, все в порядке! Это я - Саня! - успокоил я его.

- Санька, ты? - обрадовался он. - Живой? Что здесь случилось? Я ничего не видел, слышал только рычанье и крики. Что произошло?

- Потом объясню, - пообещал я ему, поднимая его на ноги. - Давай-ка выбираться отсюда, пока жрецы не очухались...

Но они уже оправились от потрясения, вызванного моей неожиданной победой, и теперь жаждали отомстить за тот страх, который я нагнал на них. Из лож прямо на арену прыгали вооруженные телохранители...

- Посиди-ка здесь, Серега, мне необходимо уладить кое-какие дела! - сказал я, аккуратно усаживая его около одного из крестов.

- Что случилось? - забеспокоился тот.

- Ничего страшного, - успокоил я его и поднял топор...

Они напали все вместе, но я готов был встретить их, как полагается. Усталости будто и не было, мышцы переполняла бушующая энергия, словно восход Солнца зарядил меня силой. Не дожидаясь, пока противники доберутся до меня, я первым ринулся в самую гущу, размахивая оружием над головой.

То ли телохранители двигались слишком медленно, то ли я на Перевале обрел новую способность, но в то утро мой топор собрал обильную жатву. Он взлетал и опускался, скользил справа налево и слева направо, легко, словно масло, распахивая тела моих противников. Удар, уклон, удар, блок, еще удар - мои движения были точны и размерены, словно тело само знало, что нужно делать. И телохранители не выдержали моего смертоносного напора. Они трусливо бежали к своим хозяевам, поджав хвосты, словно битые собаки...

Но если ты думаешь, Данька, что жрецы отступились от своего желания убить меня, ты глубоко заблуждаешься! Через мгновение на трибунах появились люди с арбалетами. И вот тогда, Данька, я понял - пришел мой конец...

Воздух наполнился свистом стрел, и в этот момент Норна, по-прежнему сидевшая в своей ложе над входом на арену, резко выбросила вперед правую руку и что-то выкрикнула. В следующее мгновение вокруг меня повисла гробовая тишина, а стрелы застыли в воздухе. Время словно растянулось. Я запросто мог взять стрелу, висевшую неподвижно передо мной. Я мог сломать ее, а мог и отодвинуть в сторону. (Что я, в общем-то, и сделал, расчистив пространство перед собой). Жрецы на трибунах застыли в самых разнообразных позах, их телохранители - тоже. И лишь один я мог свободно передвигаться в этом замершем мире.

Обернувшись, я заметил несколько стрел, висевших всего в нескольких сантиметрах от Сереги. Если бы это происходило в реальном времени, парень был бы уже мертв. Но тогда события и время текли как-то по-особенному. И у меня был шанс спасти своего друга...

Но едва я сделал шаг в его сторону, как в уши ворвались звуки обычного мира. В следующее мгновение три стрелы воткнулись в тело Сереги, заставив его вздрогнуть от мгновенной резкой боли. Он стал заваливаться на бок, из уголка губ и из мест, откуда торчали оперенные древки, потекла кровь. Я закричал от отчаянья, и вдруг внутри моей головы (именно внутри головы, а не перед глазами) полыхнула яркая вспышка. А потом на сознание опустилась тьма...


7.

Очнулся я от ледяного душа. Открыв глаза, некоторое время никак не мог сообразить, где же нахожусь. Я лежал на очень холодном каменном полу, вокруг - каменные стены грубой кладки. Взгляд упирался в низкий потолок, с которого капала вода. И вообще, все вокруг было мокрое. Сырые стены, сырой пол с лужами, в одной из которых я и лежал, по-прежнему голый и продрогший до мозга костей. От холода у меня зуб на зуб не попадал, а меня еще, вдобавок, окатили ледяной водой!

Передо мной стоял один из телохранителей жрецов с ведром в руках, которое, видимо, только что опрокинул на меня, чтобы привести в чувство. Он отошел в сторону, и я сразу забыл о холоде, почувствовав, как кровь закипает в жилах от ярости! Передо мной стояла Норна - Глава Совета жрецов и мой самый злейший враг собственной персоной! Забыв обо всем, я рванулся к ней, но не тут-то было! Оказывается, я был прикован к стене тяжелыми цепями. Эти цепи не дали мне возможности добраться до жрицы, остановив сильным рывком всего в двух шагах от нее. Я по-прежнему был пленником и полностью находился во власти этой старой карги!..

- Ну, здравствуй, Хранитель Перевала! - усмехнулась Норна, с любопытством разглядывая мое тело.

Вот, думаю, старая перечница! Из самой уже песок сыплется, а туда же! Ни стыда, понимаешь ли, ни совести!..

- Не могу пожелать тебе того же самого! - буркнул я в ответ, с ненавистью глядя на нее...

Если бы взглядом можно было убивать, от старой карги уже давно ничего не осталось бы, настолько сильно я ее ненавидел, Данька! Но эта стерва нисколько не испугалась, чувствуя в тот момент свое превосходство и полную безнаказанность. Она откровенно издевалась надо мной, а я ничего не мог ей сделать!..

- Ты злишься на меня, Хранитель? - улыбнулась эта гадюка в человеческом обличье. - Интересно, за что? Разве я строила заговоры и подбивала законопослушных жителей Перевала на бунт? Разве я посягала на нашу святыню - Верховную Жрицу? Ты ведь хотел ее похитить, не так ли? А это, знаешь ли, тяжкое преступление!..

- Знаешь что? - не вытерпел я. - Шла бы ты!.. У меня нет ни сил, ни желания с тобой разговаривать!

Телохранитель сделал было шаг в мою сторону, видимо, намереваясь наказать меня за дерзкие слова, но Норна жестом остановила его.

- У меня, в общем-то, тоже нет особого желания беседовать с тобой, - призналась она. - Просто я хотела посмотреть в твои глаза, когда ты очнешься.

- Зачем? - усмехнулся я. - Ведь я же - пыль под ногами Светлейшей Норны, Главы Совета жрецов! Чем же я, презренный пленник, заслужил такое внимание столь высокопоставленной особы?

- Ну, ты же теперь у нас знаменитость, Хранитель! - в ответ на мой сарказм с издевкой произнесла Норна. - Ты до смерти напугал народ Гаэлла, убив Самку! Ты уничтожил Того, Кто Приходит Ночью! Точнее, приходил... Мало того, ты сумел обратить в бегство наших телохранителей, чего до тебя не удавалось сделать ни одному смертному!.. Кое-кто считает тебя Богом, принявшим облик Хранителя Перевала с непонятной пока для наших умов целью! - Она пристально посмотрела в мои глаза и сказала: - Ну, допустим, насчет Бога - это ерунда, выдумка простонародья! А вот что касается остального... Интересно было бы знать, как тебе удалось уцелеть, когда столько раз твоя жизнь висела на волоске? Как ты умудрился убить и Самку, и Того, Кто Приходит Ночью, и хорошенько потрепать телохранителей? Последние два сражения я видела собственными глазами. Я знаю, что, не имея сверхъестественных способностей, тебе никогда не удалось бы этого сделать! Поделись со мной своим секретом, Хранитель!

Я промолчал, предпочитая не отвечать. Да и если бы даже захотел, что бы я смог ей сказать? Я и сам толком не знал, как я умудрился добиться таких результатов...

Не дождавшись ответа, Норна пожала плечами и сказала:

- Не хочешь говорить - не надо! Теперь это уже не имеет значения... Думаю, ты уже понял, что все равно умрешь?

- Странно, что ты не сделала этого раньше! - усмехнулся я. - У тебя было столько удобных моментов!.. Например, когда твой телохранитель подарил мне жертвенный нож. Как я понимаю, это было предупреждение?

- Которому ты не внял, - подтвердила жрица. - А зря! Мог бы сохранить себе жизнь...

- А ты надеялась на что-то другое? - поинтересовался я. - Неужели ты думаешь, что я мог бросить в беде своего деда, дядю Алешу и Ольгу?

- О какой беде ты говоришь? - поморщилась она, услышав эти слова. - Твоему деду и уж тем более деду нашей Верховной Жрицы ничего бы не грозило, если бы ты не втянул бы их в этот глупый заговор! Что же касается самой Верховной Жрицы... С чего ты взял, что ее нужно спасать? Она вполне довольна своей нынешней жизнью, Хранитель! Ты пытался спасти ее от того, что ей очень нравится! Ты бы сначала с ней самой поговорил и узнал бы, а нужно ли ей, чтобы ее спасали?

Я усмехнулся и сказал:

- Интересно, будет ли она так же довольна своей жизнью, когда узнает, что ты убила ее деда?

Норна улыбнулась милой улыбкой людоедки и ответила вопросом:

- И кто же ей об этом скажет? Уж не ты ли?

- Шила в мешке не утаишь, - сказал я. - Рано или поздно она узнает об этом. Как ты тогда будешь с ней объясняться?

- Ты словно ребенок, Хранитель! - рассмеялась Норна. - Неужели ты думаешь, я позволю ее расстраивать? Нет, я сама сообщу ей печальную весть... Весть о том, что ее дед погиб во время патрулирования Перевала. Драконы - они, знаешь ли, иногда бывают подвержены странной болезни. Печально, но как раз совсем недавно дракон деда Верховной Жрицы вдруг ни с того, ни с сего взбесился и скинул его в пропасть! Он упал в такое труднодоступное место, что когда его нашли, воскрешение уже было невозможно... Мы похороним его с почестями, как и подобает Стражу Перевала, погибшему при выполнении своих обязанностей. Верховная Жрица никогда не узнает правду!

Я изумленно посмотрел на нее и сказал:

- И ты еще спрашиваешь, от чего я хотел ее спасать? Ведь ты же используешь ее в своих целях! А потом избавишься точно так же, как ты избавилась от Нирдока и его сторонников!

- Не приплетай сюда Нирдока! - рассердилась жрица. - Нирдок - преступник! Своими действиями этот глупец мог погубить Перевал, и только мое вмешательство предотвратило его гибель!

- Нирдок не делал ничего плохого, - возразил я. - Он всего лишь хотел вернуть на Перевал потомков тех, кого твои же коллеги некогда отправили на разведку во внешний мир. Нирдок хотел использовать их знания, чтобы применить их после переноса Перевала обратно в свой мир. Он знал, что там вас снова ожидает война, и тогда опыт этих людей мог бы оказать неоценимую услугу жителям Перевала! В чем же здесь преступление?

- Ой, не прикидывайся дурачком, Хранитель! - Норна распалялась все больше и больше. - Ты прекрасно понял, что я имела в виду! Эти люди уже давно потеряли связь с Перевалом! Им чужды наши порядки, и они подрывают своими разговорами устои общества!

- Скорее, они подрывают власть жрецов, - возразил я. - И именно поэтому ты решила их всех убрать!

- А ты бы согласился добровольно отдать власть? - поинтересовалась она.

- Я никогда не имел власти над людьми, - покачал я головой. - И никогда не буду иметь. Поэтому мне и не понять, почему из-за этого надо убивать безвинных людей.

- Нет, ты не поэтому не понимаешь меня, - сказала Норна. - Ты - такой же, как они! И потому ты тоже умрешь!

- Да, я такой же, - согласился я. - Такой же, как мой дед и дед Ольги, такой же, как Женька с Серегой, которых ты убила. Такой же, как все люди, которых уничтожили по твоему приказу... Но знаешь, что я тебе скажу? Твой беспредел не будет вечным! Пусть многие погибнут, но они погибнут не зря! Люди все видят, и семена ненависти тобой уже посеяны. Они взойдут, и тогда тебе настанет конец! Ты умрешь, и ничто тебя не спасет от гнева своего народа!

Норна вздрогнула, по ее лицу проскользнуло выражение такой дикой ненависти, что на мгновение мне показалось, что она сейчас убьет меня. Но жрица сдержалась и лишь прошипела мне:

- Ты будешь молить о смерти, Хранитель! Но обещаю, смерть придет к тебе только тогда, когда ты вдоволь настрадаешься, а нам надоест наблюдать за твоими мучениями! И умрешь ты так, чтобы все убедились, что никакой ты не Бог, а всего лишь простой смертный человек!

- Что ж, спасибо и на том! - усмехнулся я, чем окончательно привел ее в бешенство. (Наверное, она ожидала, что я буду молить ее о пощаде, а я так подло обманул ее ожидания!) - Значит, у меня еще будет время, чтобы добраться до тебя, как сумел добраться до этого предателя Вал Норга!

- Вал Норг - глупец! - фыркнула она. - Он сам бросился навстречу своей гибели! Да еще снабдил тебя оружием, без которого ты вряд ли долго продержался бы против Того, Кто Приходит Ночью... Нет, я обещаю, что не дам тебе такого шанса! Ты умрешь! - И повернулась, намереваясь покинуть мою камеру.

- Ты не убила меня сразу, оставив жизнь, и этим уже дала мне шанс! - крикнул я ей вслед.

Норна обернулась ко мне и сказала:

- Вряд ли ты сможешь им воспользоваться, Хранитель. Отсюда тебе не вырваться!

- Посмотрим! - ответил я.

Но она уже вышла в коридор и, скорее всего, не слышала моего ответа. Телохранитель снял со стены факел и последовал за своей хозяйкой, оставив меня в полной темноте предаваться размышлениям о своей дальнейшей судьбе...


* * *


Наверное, я снова погрузился в состояние забытья, потому что пропустил тот момент, когда в моей камере появился призрак.

- Сашок! - вдруг услышал я до боли знакомый голос, вырвавший меня из моего полусна.

Я открыл глаза и увидел стоявшую надо мной призрачную фигуру.

- Дед? - неуверенно произнес я, садясь и вглядываясь в того, кто, без сомнения, принадлежал к Призракам Перевала. И этот призрак имел черты моего деда!

- Здравствуй, внук! - снова послышался знакомый голос.

Губы призрака двигались, но из них не вырывалось ни звука. И, тем не менее, я отчетливо слышал каждое слово. Его глаза пристально смотрели на меня, словно пытаясь проникнуть в душу, и я вдруг понял, что он общается со мной не при помощи звуков, а каким-то иным способом. Может быть, это была телепатия, хотя этот термин применяется обычно по отношению к живым существам. О том же, чтобы это было справедливо и для призраков, я никогда не слышал. И вообще, до того момента я не встречал ни одного человека, который мог бы похвастаться, что общался с одним из Призраков Перевала. Максимум, чего от них можно было ожидать - это подслушивание чужих разговоров, подглядывание и иногда попытки напугать до смерти...

- Дед!.. - повторил я тихо, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. - Ты же ведь погиб!

- Погиб, - согласился он со мной. - Но Всевышний дал мне шанс помочь тебе, вернув с того света в облике призрака.

- Значит, это правда!.. - выдохнул я, чувствую, как горячие капли потекли по щекам. Именно в тот момент я окончательно осознал, что деда больше нет, что я никогда больше не прижмусь к его груди, как в детстве, и осознание этого наполнило мою душу неподдельной горечью. Мой дед, дед Ольги, Женька, Серега... Я потерял всех, кто был мне дорог!

- Ну, ну! - Дед присел рядом со мной. - Не надо! Ты же мужчина, Сашок!

Мне показалось, что его рука коснулась моих волос и провела по ним, словно жалеючи. И от этого еще горше стало на душе.

- Женька, Серега... Они оба погибли из-за меня! - сказал я. - Я притащил их на Перевал навстречу смерти! Ради чего?.. Ради освобождения глупой девчонки?

- А ну-ка, прекрати это нытье! - вдруг разозлился дед. - Ольга-то чем провинилась? Не хватало еще, чтобы мы, мужики, обвиняли несчастную девчонку в своих бедах! Не забывай, она тоже потеряла своего деда! Ей, может быть, даже хуже сейчас, чем нам с тобой вместе взятым!

Я очень удивился и не смог скрыть своего изумления.

- Да она даже не знает, что дяди Леши больше нет! - сообщил я деду. - Норна обещалась рассказать ей об этом чуть позже и преподнести, как несчастный случай во время патрулирования Перевала! А в остальном, думаю, она очень даже счастлива. Сидит, изучает свои книжонки и в ус не дует! И не знает, какие ужасные вещи творит здесь Норна, прикрываясь ее именем!

- И хорошо, что не знает, - возразил на это дед. - Думаю, она недолго проживет, если попытается вякнуть хоть слово против Норны. А той выгодно, чтобы девочка ничего не знала о ее делах и не вмешивалась. Знаешь, какое мнение сложилось о Верховной Жрице среди народа?.. Что она - затворница, что ее не интересуют земные дела, что она целиком поглощена делом переноса Перевала обратно в свой мир. Ее после церемонии Посвящения в Верховные Жрицы никто не видел, кроме избранных, которым это положено по штату! Улавливаешь, чем это ей грозит?

- Не очень, - признался я и попросил: - Поясни.

Дед покачал головой и поинтересовался:

- Как ты думаешь, если она внезапно исчезнет, как скоро об этом станет известно в народе?

- Думаю, что не скоро, - ответил я.

- То-то и оно! - подтвердил он мою догадку. - Скорее всего, никто и не заметит ее исчезновения... Так что ей сейчас тоже тяжело. Она ведь чужая на Перевале. Как ты, как я, как Алешка... Да, она не интересуется тем, что творится на Перевале, да и зачем интересоваться тем, что тебе чуждо? Ты вот, например, очень интересуешься тем, что творится, скажем, во Франции? Сочувствуешь ли ты тамошним беднякам, безработным и другим обездоленным?.. Да тебе наплевать на них!

- Я к Франции не имею никакого отношения, а она живет здесь! - возразил я. - Согласись, это существенная разница! Если бы у меня было такое положение на Перевале, как у нее, уж я бы не допустил такого безобразия!

- Ее положение - одна только видимость! - отпарировал мой выпад дед. - Она находится здесь не по своей воле и фактически является такой же пленницей, как и ты. Только в отличие от тебя сидит не в тюряге, а в уютной комнате, и вдобавок обладает пусть и призрачной, но все-таки свободой перемещения в дозволенных границах. А попробуй бедная девочка вмешаться в дела Норны и... Сам понимаешь, что за этим последует...

- "Бедная девочка"! - фыркнул я. - Из-за этой "бедной девочки" я потерял четырех совсем не чужих для меня людей! А еще раньше, когда вел ее на Перевал, погибли Микки, Леха и Алиса. Не слишком ли много смертей из-за одного человека?

Дед пристально посмотрел на меня и вдруг сказал:

- Я понимаю тебя. Сейчас ты пытаешься найти виноватых в том, что произошло, и невольно взваливаешь вину на чужие плечи! Но если рассудить, так ли уж виновата эта девочка? Разве она знала о том, что ее ожидает на Перевале? Разве это она потащила твоих Леху и Алису сюда? Разве она придумала эту затею со своим освобождением? Разве она впустила в свой круг предателя Вал Норга, доверившись ему? Или, может быть, это она тащила за собой Женьку с Серегой, хотя прекрасно знала, что ее заговор раскрыт?

Мне стало стыдно за свои слова. Действительно, что же это я? Неужели пытаюсь свалить свою вину на Ольгу? А ведь она даже не знала о нашем заговоре!.. "Стыдно, стыдно, Александр Сергеевич! - сказал я сам себе. - Не умеешь ты признавать себя виноватым. Если и можно кого винить в смерти Женьки и Сереги, так это только тебя! Надо было отказаться от этой затеи сразу же после визита телохранителя Норны, еще по ту сторону Перевала. И уж, конечно, не тащить за собой Женьку и Серегу! Ты ведь прекрасно понимал, чем все это может закончиться!.."

- Да, ты прав, - ответил я деду на его справедливый упрек. - Во многом виноваты мы сами. Мы были слишком самоуверенными и поплатились за это! Наших друзей уже не вернуть, но самое главное - их смерть была напрасной! Мы проиграли эту битву! Из всех живым остался только я, да и то, видимо, ненадолго...

- А вот это свое упадническое настроение ты давай бросай! - строго сказал он. - Еще не все потеряно!

Я удивленно уставился на него и, увидев, что он не шутит, возмутился:

- Что значит "бросай"? На моих руках и ногах - прочные кандалы, вокруг - толстые каменные стены!.. Даже если бы я каким-то образом сумел освободиться от этих побрякушек, - я тряхнул цепями, - как, по-твоему, я смог бы выбраться отсюда, а? Я же не призрак, чтобы проходить сквозь камень, словно через иллюзорную скалу! И потом, Норна вряд ли оставила меня без охраны. Наверняка за дверями коротают ночь несколько ее телохранителей!

- Телохранители не занимаются охраной узников! - покачал головой дед. - Это обязанность тюремной стражи.

- В данном случае это не имеет значения. Хрен редьки не слаще, - пожал я плечами. - Я безоружен, стража наверняка вооружена до зубов! Шансов вырваться отсюда у меня нет!

За дверью вдруг послышались приближающиеся шаги. Потом в замок снаружи кто-то вставил ключ и заскрежетал им. Я встревожено уставился на деда. Он ухмыльнулся и сказал:

- А вот сейчас мы и посмотрим, есть у тебя шанс или нет!


* * *


Противно заскрипели давно не смазываемые петли, и дверь открылась, на некоторое время ослепив меня ярким светом из коридора. Когда же я смог открыть глаза, моему взору предстал рослый детина с изрытым оспинами лицом, неподвижно стоящий в дверном проеме с большой связкой ключей в левой руке. Я приготовился к худшему, но стражник не предпринимал никаких действий, и моя настороженность сменилась удивлением. "Неужели он явился только за тем, чтобы полюбоваться на пленника самой Норны?" - подумалось мне. Но стражник не смотрел на узника Главы Совета жрецов, уставившись взглядом куда-то в стену напротив, чем окончательно смутил меня.

Я повернулся к деду, но того уже и след простыл. Так что объяснить, что происходит, и что означала эта странная фраза, сказанная им напоследок, было некому. Я опять повернулся к стражнику. Он по-прежнему стоял на месте. Его взгляд был абсолютно бессмысленным и ничего не выражал, словно он вусмерть обкурился травкой. И это всерьез меня обеспокоило. Черт знает, что могло взбрести в голову укурившемуся наркоману! Подошел бы вот и пырнул меня своим мечом, висевшим в ножнах на поясе! Или удушил бы своими огромными ручищами. Знаешь, какие у него были кулачищи, Данька?.. Как два моих!

- Ну, чего вылупился? - наехал я на него, пытаясь вывести из ступора.

Не знаю, дошел ли до него смысл моего вопроса, только он вдруг молча повернулся и ушел в сторону, освобождая вход в мою камеру. А вместо него в дверном проеме появился... кто бы ты думал, Данька? Дезир собственной персоной!

Я не поверил своим глазам и даже зажмурился, чтобы отогнать это видение. В самом деле, откуда здесь, в тюряге, взяться маленькому человечку, так далеко от своего места обитания? Но это был он. Я убедился в этом, когда снова открыл глаза. Маленький человечек уже стоял рядом со мной и с любопытством разглядывал меня.

- Дезир? - все еще не веря тому, что видел, удивленно произнес я.

- А то кто же? - немного дерзко, в очередной раз оправдывая свое имя, ответил маленький человечек. - Может, думаешь, это мой дух явился полюбоваться тем, как ты тут прохлаждаешься? А ведь тебя ждут неотложные дела!

- Откуда ты здесь взялся? - поинтересовался я. Удивление сменилось радостью, когда я убедился, что это действительно тот самый друг ххорнов, с которым меня свела судьба в самом начале этого рокового путешествия.

- Пришел полюбоваться героем Перевала, сумевшим убить Самку и Зверя чуть ли не голыми руками! - усмехнулся Дезир. - А тебе, как я вижу, вместо лаврового венка победителя досталась эта не очень-то уютная пещерка да браслеты на руках и ногах! Да-а, не ценят у нас героев! Давай-ка посмотрим, что тут можно сделать...

Он дотронулся кончиками пальцев до моих цепей, но тут же отдернул руку, словно ожегшись о металлические звенья, и озадаченно покачал головой:

- Гм, а на браслетики-то наложено заклятье! Видать, шибко боится тебя эта Норна, раз даже заколдовала кандалы!.. Ну ничего, это дело поправимое...

- Чего меня бояться-то? - удивился я, глянув на массивные звенья цепи. - От этих побрякушек мне и так не освободиться!

- Помолчи! - не очень-то вежливо оборвал меня маленький человечек. - Не мешай!

Он закрыл глаза и положил обе руки на мои цепи. Я с интересом наблюдал за тем, как он что-то шепчет. Но открытая дверь не давала мне покоя, и я время от времени бросал в ту сторону настороженные взгляды, постоянно ожидая появления вооруженных стражников. Но, к моему глубокому удивлению, за все время, пока Дезир читал свои заклинания, ни один человек не объявился на пороге моей камеры...

Наконец маленький человечек снял руки с цепей и посмотрел на меня. В его взгляде читалось удовлетворение проделанной работой, хотя на лбу блестели крупные капли пота.

- Ну вот, готово! - объявил он мне, утирая лоб рукавом. - Ты спрашивал, чего это Норна наложила заклятие на твои цепи? Вот сейчас и посмотрим... Дерни-ка за них посильнее!

- Зачем? - снова удивился я.

- Дерни, дерни! - настойчиво повторил Дезир.

Я пожал плечами и дернул, особо ни на что не надеясь. То, что произошло дальше, превзошло все мои ожидания, Данька! А если быть до конца откровенным, такого эффекта от моего, на первый взгляд абсолютно бесполезного, действия я вообще не ожидал. Камень брызнул осколками, и массивная скоба, к которой были прикреплены мои цепи, со звоном вылетела из стены! Представляешь, Данька?..

Ничего не понимая, я стоял и пялился на цепи, концы которых безвольной грудой валялись у моих ног.

- Что, впечатляет? - поинтересовался Дезир, улыбнувшись. - А теперь попробуй, разорви их!

Я взял одну из цепей обеими руками и легонько дернул в разные стороны. Звено посредине зажатого участка не выдержало и лопнуло, оставив в моих руках два свободных конца.

- Каково? - спросил, торжествуя, маленький человечек. - А ты говоришь "зачем"! Я бы тоже боялся человека, имеющего силу Зверя!

- Зверя? - Я был поражен.

- Нет, я тоже поначалу сомневался, - сказал Дезир, - но, почувствовав наложенное на цепи заклятье, понял, что Норна не будет зазря использовать свою магическую силу. А теперь убедился воочию, что легенда о Силе Зверя - правда!

- Подожди! - остановил я его разглагольствования. - Что-то я не пойму... Как это я умудрился завладеть его Силой?

Дезир пожал плечами.

- Ну, ты же победил Зверя?.. Вот, а согласно легенде, убивший Зверя получает его Силу в награду за победу! - ответил он и пожал плечами. - Я думал, ты знаешь. Ты же Хранитель Перевала!

- Я много чего не знаю, - сказал я. - И если быть до конца откровенным, не я победил Зверя. Его убил солнечный свет!

Маленький человечек снова пожал плечами.

- Как бы то ни было, теперь ты обладаешь Его Силой. Это бесценный дар, и им надо пользоваться очень осторожно. А то можно таких бед натворить!.. - Он вдруг засуетился. - Ладно, хватит болтать! Пора выбираться отсюда! У нас не очень много времени...

- А как же охрана, тюремщики? - забеспокоился я.

- Ну и туго же ты соображаешь, Хранитель! - покачал головой Дезир. - Неужели ты думаешь, что я сюда проник через стены, словно Призрак Перевала? О страже и тюремщиках можешь не беспокоиться. Они нас не задержат. Они сейчас не в состоянии это сделать. Так что пойдем, не будем терять времени.

Он поспешил к выходу. Мне ничего не оставалось, как сорвать с себя остатки цепей и последовать за ним.

- А что ты с ними сделал? - поинтересовался я, догнав его уже у самого выхода из камеры.

- Не волнуйся, - ухмыльнулся маленький человечек, словно прочитав мои мысли. - Я их не убил. Есть гораздо более эффективные методы. Да вот, собственно говоря, можешь сам полюбоваться!..

Картину, представшую моим глазам, мне уже однажды довелось наблюдать, Данька... В пещере Демона, когда мы с Микки освобождали Леху, Алису и Ольгу из лап ххорнов. Вдоль стены на полу лежали два рослых тюремщика (один из них - уже знакомый мне детина с изрытым оспинами лицом), вытянув руки по швам. Глаза их были широко распахнуты, взгляды вполне осмысленными, но ни один из них не делал попыток встать или заговорить, словно они были крепко связаны по рукам и ногам, а во ртах торчали плотные кляпы.

"Да, здесь точно без ххорнов не обошлось!" - подумал я. Сами "ушастики" стояли на коленях чуть поодаль, низко склонив головы. Несмотря на свою ненависть к их сородичам, в тот момент я страшно обрадовался, увидев этих трех лопоухих ххорнов. Вот, ей богу, Данька, тогда я готов был расцеловать их, в отличие от прошлого раза, когда судьба свела меня с Дезиром!

- Глянь-ка, какие молодцы! - с гордым видом кивнул на них маленький человечек. - Нелегко было выбрать эту троицу. Все рвались помочь Богу Света, пришлось самолично решать, кто пойдет со мной. Я рад, что мой выбор оказался правильным. Ребята меня не подвели...

- Поблагодари их от моего имени! - попросил я. - Передай, что я не забуду эту услугу! Отныне они и все их сородичи - мои друзья!..

Дезир кивнул. Странное дело, я вдруг воочию увидел, как подхожу к каждому из этой троицы, прикладываю раскрытую ладонь правой руки к своему сердцу, потом к правой стороне груди ххорна. Вероятно, это было образное выражение Дезиром моих слов о дружбе со своими спасителями...

Далее пришел ответ от самих ххорнов. Я увидел, как они берут мою руку и кладут ладонью себе на голову. У кого-то я читал (по-моему, у Даниеля Дефо в "Робинзоне Крузо"), что такой жест означает рабское повиновение. Вполне возможно, что нечто подобное это означало и у ххорнов...

Видимо, по выражению моего лица маленький человечек понял, что я тоже видел эти "переговоры", потому что вдруг сказал:

- Я смотрю, с нашей последней встречи кое-что изменилось. Ты видел, что я им передал?

- Видел, - подтвердил я.

- Значит, ты и сам можешь с ними общаться, - заключил Дезир.

Я в сомнении покачал головой.

- Вряд ли. Может, я и могу видеть ваши мысленные образы, но самому передавать!..

- Для человека, убившего Самку, это не проблема! - заметил маленький человечек. - Когда выберемся, я тебя научу, как это делается.

- Когда выберемся... - задумчиво повторил я, вспомнив, где нахожусь, и бросил взгляд на свое обнаженное тело. - Знаешь, Дезир, мне бы во что-нибудь одеться! А то неудобно, понимаешь ли, разгуливать по улице нагишом. Увидит еще кто-нибудь!

Дезир критически осмотрел меня с ног до головы и сказал:

- А, по-моему, этот наряд тебе к лицу! Так даже страшнее. Хорошо пугать стражников... - Он повернулся к тюремщикам, оглядел их и, сделав выбор, ткнул пальцем в одного из них: - Ты! Быстро раздевайся!

Тюремщик, как сомнамбула, послушно встал на ноги и принялся отстегивать от пояса ремень с висевшим на нем мечом. Далее настала очередь сапог, штанов и куртки, и вскоре он уже стоял передо мной со стопкой одежды на вытянутых руках.

- Ну вот, теперь можешь одеться, - сказал Дезир. - Правда, одежка будет тебе немножко великовата, но это все же лучше, чем ничего. Так что одевайся и пошли отсюда!

- А что делать с этими? - Я кивнул на тюремщиков.

- С этими-то? - прищурился маленький человечек. - А что с ними делать? Пусть остаются, как есть. Авось, не помрут! Кто-нибудь да обнаружит и снимет наше воздействие... - И он скомандовал раздетому парню: - Отдавай одежку и ложись, как лежал!

Тюремщик передал мне одежду и послушно лег на пол, вытянув руки по швам. Я принялся торопливо одеваться.

- Слушай, Дезир, - сказал я, напяливая на себя явно великоватые для меня штаны, - ты вот тут упомянул о том, что теперь для меня не проблема общаться с ххорнами при помощи мысленных образов. А нельзя ли поподробнее об этом? Я много слышал о том, что убийство Самки дает какие-то способности человеку, но так ничего и не понял.

- Отчего ж нельзя? - пожал плечами маленький человечек. - Можно и поподробнее... Видишь ли, существует легенда, что если убить Самку и выкупаться в ее крови, то человек, сделавший это, получит такой дар телепатии и гипноза, которого нет ни у одного смертного! Многие пытались убить это создание, чтобы получить заветный дар. Ведь это не только способность читать чужие мысли, но и умение подчинять любое живое существо своей воле. Это власть, Хранитель! Но, кроме того, как гласит легенда, убийство Самки дает возможность воздействовать своей волей на существа из потустороннего мира! Многие хотели получить этот дар, но никто из них не вернулся обратно...

- Откуда же тогда известно, что убийство Самки дает такие способности? - поинтересовался я, застегивая пояс. - Ведь до меня, насколько я понял, еще никому этого не удавалось сделать!

- Это легенда, - напомнил Дезир. - Но, насколько я вижу, дар телепатии у тебя точно появился. В последнюю нашу встречу его у тебя не было. Или я ошибаюсь?

Мне вспомнилось жжение от крови огромной паучихи на моей коже и сильное головокружение, которое я испытал тогда.

- Нет, не ошибаешься, - ответил я. - Но, скажу тебе честно, Дезир, об этой легенде я ничего не знал. И Самку убил лишь только потому, что нам надо было выбраться из пещер народа Гаэлла. Я и сейчас не чувствую в себе каких-то существенных изменений. Ведь я же не слышу, например, твои мысли или мысли этих тюремщиков...

- Это все наживное, - возразил маленький человечек. - Ты просто пока не умеешь пользоваться своим даром. Вот когда научишься, тогда сам увидишь, что это такое!..

Тем временем я закончил одеваться и критически оглядел себя со всех сторон. Одежка тюремщика мне была явно великовата, пришлось загнуть штанины и закатать рукава. Но все же это было лучше, чем ничего, и я был доволен, что теперь, по крайней мере, мое хозяйство не болтается снаружи на всеобщем обозрении...

- Ну как? - поинтересовался я у Дезира, разводя руки и как бы показывая себя во всем великолепии.

Маленький человечек критически оглядел меня и удовлетворенно кивнул головой:

- Не шибко подходящая одежка, но смотришься ты в ней неплохо, совсем неплохо... Теперь давай убираться из города, пока не поменялась стража на городских стенах, а то как бы нам всем не загреметь на длительный отдых в эти "милые" пещерки!

И он рванул по коридору в сторону выхода. Я быстро догнал его и на ходу поинтересовался:

- А почему нам надо успеть до смены стражников?

- А ты, наверное, думаешь, мы перелетели через городские стены на крыльях, словно птицы? - хитро прищурился Дезир. - Нет, Хранитель, летать мы не умеем. Со стражей пришлось поработать так же, как и с тюремщиками. Представляешь, что начнется, когда смена обнаружит караульных, которые не могут двинуть ни рукой, ни ногой?

- Смена наверняка поднимет шум! - закончил я его мысль.

- Вот именно! - подтвердил маленький человечек. - И тогда нам из города уже не выбраться по-тихому. Они поднимут на уши всю стражу, подключат гвардейцев и воинов и перекроют нам все лазейки. Так что давай поторопимся, Хранитель!

- Подожди! - остановил я его. - А как быть с остальными узниками? Надо бы их выпустить отсюда!

- Зачем? - насторожился Дезир, останавливаясь.

- Есть у меня тут должок к одному человечку, - ответил я. - Раз уж я попал в Фаркс, грех не воспользоваться такой прекрасной возможностью!..

Он сразу понял, куда я клоню, и ужаснулся:

- Ты что, совсем растерял мозги в заточении? Норну охраняет целая куча телохранителей, тебе не дадут к ней прорваться!

- А мы аккуратненько! - возразил я. - Ты со своими ххорнами возьмешь на себя телохранителей, освобожденные узники помогут тебе. А я, пока вы будете разбираться с охраной, побеседую с этой старой каргой! Она должна ответить за все, что натворила!

Дезир покачал головой:

- Это дурь!.. Во-первых, телохранители надежно защищены от всякого воздействия, телепатического или магического. Нас сразу же перебьют, едва мы рискнем напасть на них... Во-вторых, в городе - несколько сотен жрецов, и у каждого - добрый десяток телохранителей! Едва поднимется шум, как вся эта свора примчится на помощь своей Главе. А если учесть еще и стражников с гвардейцами, то можно сразу же понять, чем закончится это нападение... В-третьих, даже если ты все-таки сумеешь прорваться к Норне, сможешь ли ты с ней справиться? Эта дама - очень сильная колдунья! Она в два счета разделает тебя под орех при помощи своей магии!.. Ну, и четвертое, самое главное... Здесь нет узников, кроме тебя! Сразу же после твоей победы над Зверем Норна распорядилась казнить всех, кто содержался по ее приказу в стенах этой тюрьмы. Кого-то четвертовали, кого-то посадили на кол... Короче говоря, палачи целые сутки "работали", как проклятые, но приказание выполнили... Вот так-то, Хранитель!

Я задумался. В словах маленького человечка была одна лишь голая, неприкрытая правда. Можно было рискнуть, пытаясь проникнуть к Норне, и погибнуть почем зря... Нет, такой роскоши я позволить себе не мог. Тогда оставалось только одно дело, не сделав которого, я не мог уйти из Фаркса...

- Хорошо, забудем об этом, - сказал я. - Это была глупая идея... Кстати, ты не знаешь, где находится Верховная Жрица?

Я поинтересовался об этом самым что ни на есть равнодушным тоном, стараясь не вспугнуть маленького человечка. Вряд ли бы он с энтузиазмом воспринял мою новую идею...

- Нет, не знаю, - ответил Дезир и недоверчиво поинтересовался: - А тебе зачем?

Я промолчал, но он и так все понял. Понял и возмутился:

- Нет, тебе что, так важна эта девчонка? - Глаза маленького человечка пристально смотрели на меня, и в его взгляде я заметил зарождающееся раздражение. - Тебе, можно сказать, посчастливилось вырваться из лап смерти, и не один раз, а ты снова по собственной воле лезешь в ее цепкие объятия! Смотри, Хранитель, нельзя бесконечно дразнить свою судьбу! Тебе много раз везло, в следующий может и не повезти!..

- Я знаю, - спокойно отреагировал я на его выпад, - но пойми и ты меня, Дезир! Я поклялся ее деду, что позабочусь о ней. Он умер с надеждой в сердце... Сам посуди, могу ли я нарушить данное обещание?

- Как знаешь! - пожал он плечами. - В этом деле я тебе не помощник. И не потому, что не хочу, а потому, что попросту не знаю, чем я могу тебе помочь. Ее местонахождение мне, правда, неизвестно! Все жрецы очень хорошо защищены от вторжения в их мысли, и твоя бывшая подружка не исключение. Искать ее в городе все равно, что иголку в стоге сена!

- А кто может мне помочь в этом деле? - не сдавался я. - Может, допросить тюремщиков?

- Вряд ли это поможет, - покачал головой Дезир. - Их дом - тюрьма. Они нечасто выходят отсюда, да и то только для того, чтобы напиться до умопомрачения и забраться в постель к какой-нибудь девице посговорчивее. Жизнь высшей касты их не интересует... Нет, тут нужен кто-нибудь более сведущий в этом деле... Нужные сведения тебе наверняка бы дал кто-нибудь из жрецов, но их трогать опасно... - Нет, - опять замотал он головой, - я не знаю, кто может тебе помочь в этом деле!

И тут вдруг до меня дошло, кто мне нужен.

- Дезир, а ты не видел тут призрака? - поинтересовался я и пояснил: - Это мой дед. Когда мы готовили операцию по освобождению Верховной Жрицы, он досконально изучил все, что могло помочь нам в этой миссии!

- Как не видеть! Видел! - улыбнулся маленький человечек. - Он и сейчас ошивается снаружи.

- Тогда вперед! - обрадовался я и, не мешкая, ринулся к выходу из тюрьмы...


* * *


Дед действительно поджидал нас снаружи.

- Вот ты где! - усмехнулся я, увидев призрачную фигуру, висевшую в нескольких шагах от входа в тюрьму. - А я-то голову ломаю, куда это ты смылся? Спасибо Дезиру - подсказал, где ты прохлаждаешься!

- И вовсе я не прохлаждался! - обиделся дед. - Я на шухере стоял! Мало ли что могло случится здесь, снаружи? Кто бы вас тогда предупредил об опасности?.. - и тут же поинтересовался: - А вы чего так долго? Я уже хотел идти обратно - смотреть, где вы там застряли!

- Ладно, дед, об этом потом! - остановил я его. - Нам нужна твоя помощь!

- Весь во внимании! - сразу стал серьезным он.

- Где сейчас может находиться Ольга? - не теряя времени, поставил я вопрос ребром.

- Понятно где, - не раздумывая, откликнулся дед, - в Святилище! Она там днюет и ночует, занимается своими колдовскими изысканиями. Норна даже распорядилась поставить ей кровать в библиотеке. Чтобы ничто, так сказать, не отвлекало Верховную Жрицу от ее работы...

- Там есть сейчас охрана? - задал я следующий интересующий меня вопрос.

- А как же! - усмехнулся он. - Это же Святилище! Туда доступ посторонним строго запрещен под страхом смертной казни! Ты же и сам не хуже меня об этом знаешь!

- Я там был всего лишь один раз, да и то недолго, - напомнил я ему. - В любом случае, ночного расположения постов я не знаю. Наверняка ночью охрана усиленная...

- Ясный пень! - подтвердил дед, провел рукой над мостовой, и на булыжниках проявилась схема Святилища, начерченная светящимися линиями. - Смотри... На внешней стене в башнях постоянно дежурят дозорные. Между башнями по каждому сектору ходит пара охранников. Теперь внутренний периметр... У входа в Святилище неотлучно стоят два охранника. Еще четверо попарно обходят периметр здания навстречу друг другу. Внутри, у главного алтаря в Зале молитв, находятся четыре человека, еще двое - у входа. Такая же охрана в Сокровищнице. В коридорах в пределах видимости друг друга расставлены посты, так что незаметно туда пробраться ты не сможешь...

- Однако! - уныло произнес я, совсем упав духом. - Куда ж их столько понатыкали?

- Жрецам есть, что скрывать в своем главном храме! - усмехнулся дед. - И ночь - самое благоприятное время суток, чтобы это что-то можно было умыкнуть...

- Но ведь ты же как-то собирался увезти оттуда Ольгу! - не выдержал я. - Что же, выходит, пудрил мне мозги?

- Как у тебя язык поворачивается говорить такое о собственном деде! - возмутился он. - Я же не собирался ночью лезть в Святилище! Мой план был гораздо более простым в исполнении! Через Алешку я планировал связаться с девочкой, договориться о побеге, а уж потом начинать действовать! У тебя же нет времени, чтобы тщательно подготовиться к этому мероприятию. Если через час (это самое большее, что тебе отпущено) ты не покинешь город, тебе из него уже будет не вырваться! Лезть в Святилище при такой плотной охране - самоубийство; чтобы договориться с Ольгой, у тебя нет времени... Выбор невелик, как видишь! Тебе надо уходить, оставив эту затею до более благоприятного момента!

Как зачарованный смотрел я на схему, начерченную моим дедом, одновременно пытаясь вспомнить подробности своего посещения Святилища. Конечно, дед на все сто был прав, но уж очень не хотелось мне уходить из города не солоно хлебавши. Когда еще представиться возможность попасть внутрь городских стен и представится ли вообще? Зря, что ли, погибло столько людей?.. Я не мог отомстить Норне, не мог забрать Ольгу... Тогда зачем все эти жертвы? Нет, уйти отсюда так просто я не мог!..

Можешь назвать это упрямством, Данька! Есть во мне такая нехорошая черта, каюсь! Но тогда я прекрасно понимал, что шансов на успех у меня нет. Я уже склонялся к тому, чтобы поддаться на уговоры деда и Дезира, и тут вдруг вспомнил одну немаловажную деталь!..

- Слушай, дед, а куда ведет дымоход на крыше Святилища? - поинтересовался я, еле сдерживая радостное возбуждение, охватившее меня от такого простого решения проблемы.

- Который? - уточнил он. - Тот, что виден с улицы, или те, что со двора?

- Тот, что с улицы, - пояснил я.

- Насколько я знаю, он ведет в Зал Совета, - ответил дед. - Жрецы там иногда колдуют и разводят огонь, чтобы швырять в него свои колдовские травы. А что? - До него вдруг стало доходить, чего это я так интересуюсь этими дымоходами...

Чтобы тебе было понятнее, Данька, я немного расскажу о Святилище. Святилище - это, Данька, огромный храм. Внушительное здание грубой каменной кладки, по-своему чем-то красивое, больше похожее на крепость, чем на культовую постройку. Оно - самое главное в Фарксе. Прежде всего - это место для молитв, куда ежедневно устремляются тысячи горожан со своими просьбами многочисленным богам Перевала. Для этого отведен самый большой и богато обставленный золотыми алтарями, многочисленными статуэтками и фресками зал. Золота и драгоценных камней в нем столько, что хватило бы всему городу не одну сотню лет жить в достатке и не знать нужды! Да еще сами молящиеся обязательно оставляли своему богу богатое подношение, которое жрецы прятали в специальную Сокровищницу, тоже расположенную в стенах этого храма. Теперь ты понимаешь, Данька, откуда взялись эти легенды о несметных сокровищах, скрывающихся в Городе?.. А ты как думал? Догадываешься, откуда жрецы получают средства на свое безбедное житье?.. Правильно! Не все подношения богам Перевала остаются в Сокровищнице. Большая их часть делится между служителями культа того бога, которому предназначался дар. Естественно, что членам Совета жрецов достается львиная доля. Служителям рангом пониже соответственно обламывается поменьше, на ступень ниже - еще меньше, и так далее, до послушников. Послушникам, или ученикам жрецов, достаются вообще крохи. Но никто еще ни разу не возмущался таким порядком. Жители Перевала боятся жрецов, а для самих жрецов такая система - мощный стимул к тому, чтобы изо всех сил карабкаться по служебной лестнице. И плевать на то, что при этом приходится сталкивать вниз других! Там это, Данька, в порядке вещей... Именно поэтому Норне так легко удался ее переворот. Нирдока погубила система, которую он за время своего властвования не сумел (или не захотел) ломать. В результате переворота освободилось много вакантных мест, которые сразу же заняли те, кто делом доказал новой Главе Совета жрецов свою верность. Сам понимаешь, им было, за что рисковать!..

Но я отвлекся... Следующий по величине зал - это Зал Совета, где собираются Норна и двенадцать членов Совета для решения важных вопросов, касающихся жизни Перевала. Правда, при Норне этот Совет, похоже, стал больше видимостью, чем реальной силой. Глава Совета решает все единолично, редко советуясь со своими коллегами. Но те не ропщут, довольствуясь возможностями, которые открылись им благодаря полученным высоким званиям в жреческой иерархии. И потом, ведь это такая ответственность - решать вопросы жизни и смерти людей, не каждый в состоянии взвалить на свои плечи такой тяжкий груз! Думаю, эти стервятники только обрадовались, когда Норна полностью взяла бразды правления в свои руки, сохранив лишь видимость прежней псевдодемократической системы власти...

Следующий, в общем-то, тоже не маленький зал - это библиотека, где хранятся рукописные свитки и толстенные книги с разнообразными научными и магическими знаниями. Здесь собрано все, что касается истории Перевала, все исследования жрецов, всевозможные заклятия и заклинания и много еще всякой всячины, как полезной, так и никому не нужной. Только не думай, что библиотека всем доступна! Даже жрецы не все имели туда допуск, только с разрешения Совета. А после смерти Нирдока туда вообще никого не пускают, кроме Верховной Жрицы. Но самое главное, что проникнуть в эту библиотеку обычным путем невозможно! Туда ведут потайные ходы, пронизывающие все Святилище и соединяющие основные залы. Понятное дело, знают об этих ходах немногие. Теперь понимаешь, Данька, почему я обрадовался, узнав, что один из дымоходов ведет в Зал Совета?.. Ну, какой же ты недогадливый! Вспомни мое видение перед встречей со Зверем!.. Правильно! Один из потайных ходов ведет из Зала Совета прямо в библиотеку!.. Нет, я уже не сомневался в подлинности увиденного мной во время того забытья. Тем более что в реальности все совпало до мелочей... Нет, конечно, быть уверенным, что такой ход существует, на все сто процентов я не мог. Но в тот момент сомнений у меня не было... Не знаю, почему! Не было, и все тут!..

Откуда мой дед узнал столько о библиотеке, если информацией владели только избранные?.. От своего друга, Алексея Христова, деда Ольги. А тому, естественно, рассказала внучка... Нет, он там не был. Редкие встречи с Ольгой проходили на нейтральной территории, но она по его просьбе подробно описала все, что было связано с местами, где она бывала. А вот каким образом мой дед добыл информацию о ночном расположении постов, одному только Богу известно! Явно, что не от Ольги...

Итак, план созрел, оставалось только реализовать его. Дед довольно-таки скептически отнесся к моему замыслу, но спорить не стал. Спорить стал Дезир.

- У нас и так мало времени! - попытался он наехать на меня. - А ты хочешь потратить его на бесплодную попытку пробраться в тщательно охраняемое помещение! Как ты собираешься взобраться на крышу?

- Ну, это-то как раз самое легкое из всего моего плана! - усмехнулся я и поинтересовался: - Ты видел кладку Святилища?

- Нет, - признался маленький человечек. - Но я знаю, что оно очень высокое! Грохнешься - костей не соберешь!

- А я и не собираюсь грохаться! - заверил я его. - Я столько лазил по горам, что забраться по такой неровной стене для меня - пара пустяков!

Дезир покачал головой и сказал:

- Ладно, я тебя понял. От своего ты не отступишься... А это значит, что до смены караулов нам никак не успеть!..

В его голосе было столько обреченности, что мне стало жаль его. В самом деде, маленький человечек приложил столько усилий, чтобы вытащить меня из темницы, и тут на тебе! Все срывалось из-за моего упрямства! И ведь у Дезира даже не возникла мысль о том, чтобы бросить меня там одного, уйдя со своими ххорнами обратно в лабиринты маленького народца! Я чувствовал, что он решил остаться со мной до конца... Почему? Ей-богу, сам не знаю, Данька! Для меня это до сих пор остается загадкой, но я обязательно выясню это, когда снова встречусь с ним...

Но продолжу... Вдруг у меня возникла отличная, на мой взгляд, мысль.

- А если вы их перехватите и обработаете так же, как и предыдущих? - предложил я.

- Толку от этого мало, - ответил за него мой дед. - Когда разводящий со сменой не вернется в караулку, солдаты забеспокоятся и отправятся на поиски. Так что шума все равно не избежать!

- Да, шума не избежать, - согласился я и развил свою мысль: - Но когда они чухнут, что произошло нечто из ряда вон выходящее, и поднимут тревогу?.. За это время я успею вернуться с Ольгой, и мы спокойненько покинем город.

Дезир задумался на мгновение, потом сказал:

- Хорошо, у тебя еще есть часа полтора. Успеешь - твое счастье! Не успеешь... - Он развел руками, дав понять, что в таком случае уже ничем не сможет мне помочь...

И мы отправились в разные стороны. Дезир со своими ххорнами - к городским воротам, мы с дедом - к Святилищу...


* * *


Идти пришлось недолго - тюрьма располагалась неподалеку от площади, на которой стоял главный храм Фаркса. Величественное здание Святилища впечатляло своими размерами. Для того чтобы обойти это здание, высотой, наверное, с шестнадцатиэтажку, понадобилось бы не менее получаса. А ведь оно еще вдобавок огорожено высокой и толстой каменной стеной, в которой располагаются оружейные комнаты и помещения для охраны. Это, скорее, своеобразный замок в городе, только вместо баронов, графов, маркизов или герцогов им владеют жрецы. Зачем им нужно такое огромное здание, мне до сих пор непонятно. Живут-то они все равно в городе, в собственных домах, собираясь в Святилище только во время религиозных ритуалов или для решения важных вопросов... Нет, здание не пустует. При нем круглосуточно находится охрана и начинающие жрецы, которые еще не имеют собственного дома. И, тем не менее, для такого количества постоянных жильцов оно явно великовато. Там столько пустующих комнат, что можно запросто заблудиться в бесконечных коридорах и лестницах, и не найти никого, кто мог бы подсказать выход... Нет, ночью как раз заблудиться там сложно. Я же говорил, что в это время в коридорах дежурят стражники, хотя, на мой взгляд, охранять пустые комнаты - глупо!..

Итак, передо мной стояла трудная задача - проникнуть в храм незамеченным. А как это сделать, если кроме внутренней охраны существует еще и внешняя? В башнях, расположенных по периметру стены, постоянно дежурили вооруженные воины из касты Охраны Святилища, а между ними, обходя периметр, шатались патрули. И если телохранители жрецов были своеобразным спецназом, то охранники были специально натасканы для несения караульной службы. Они прекрасно видели в темноте и слышали любой, даже самый незначительный шум. И уж точно не уступали в искусстве владения оружием Черным телохранителям!

Мы спрятались в темном переулке так, чтобы нас не было видно со стены. Мой мозг лихорадочно работал в поисках решения задачи по проникновению на территорию объекта. И не находил его. Святилище располагалось в центре большой пустынной площади. Необходимо было преодолеть метров двести по открытому пространству, что при такой плотной охране было равносильно самоубийству. А ведь еще предстояло преодолеть и стену! А что было за стеной, я себе даже и не представлял. Даже если мне удастся благополучно преодолеть все препятствия, где гарантия, что, слезая со стены, не попаду прямо в "дружеские" объятия охранников?..

Видимо, задумавшись, я произнес эту фразу вслух, потому что дед вдруг сказал:

- За стеной находится сад, в котором часто гуляет наша затворница. Охраны там нет, зато есть, где укрыться. Только вот как ты туда собираешься попасть?

- Понятия не имею! - ответил я и добавил: - Пока не имею... Но обязательно что-нибудь придумаю! Просто так отсюда я не уйду!

- Ох, и упрямый же ты, Сашок! - покачал головой дед. - Весь в свою мать!.. Ладно, - улыбнулся вдруг он и подмигнул мне, - я тебе помогу решить эту задачку. Оставайся здесь и жди моего сигнала. Как только погаснут фонари на стене, дуй во все лопатки, понял?

- Что ты собираешься делать? - насторожился я.

- Расчищать тебе дорогу! - буркнул он и исчез...

Да, Данька, исчез! Не растворился, не растаял в воздухе, а именно исчез! Только что стоял рядом со мной, и вдруг его не стало! Я испытал легкое беспокойство, но тут же успокоился, переключившись на наблюдение за стеной. Раз дед обещал, он свое обещание выполнит! Он не привык разбрасываться словами. Раз уж сказал, что расчистит мне путь, значит, так оно и будет! И я набрался терпения и принялся ждать...

Некоторое время ничего не происходило. Потом вдруг стали гаснуть фонари, висевшие на стене, и факелы, торчавшие на зубцах. Последовательно, один за другим, словно кто-то невидимый быстро передвигался вдоль стены и гасил их. Но я-то знал, чьих это рук дело, и что есть силы припустил к правой башне, моля Бога, чтобы дед не прозевал случайно кого-нибудь из стражников...

Он хорошо справился со своей задачей. Мне удалось благополучно преодолеть расстояние, отделявшее мое укрытие от башни, и вскоре я уже стоял у прочной каменной стены, разглядывая участок, по которому мне предстояло совершить восхождение. Стена была сложена из грубых, кое-как обтесанных камней, так что вскарабкаться по ней не составляло для меня особого труда. Скоро я уже стоял на площадке между внешней и внутренней частью стены.

Справа от меня находился вход в башню. Было очень тихо, и я не удержался и заглянул внутрь. В небольшом помещении, в стенах которого были пробиты узкие бойницы, на каменном полу в беспорядке валялись бесчувственные стражники. Как деду удалось уложить их без шума и без пыли - уму непостижимо! Раньше мне и в голову не могло придти, что бесплотный призрак способен на подобные штуки. Теперь же я воочию убедился в том, что может Призрак Перевала, и понял, с какой страшной опасностью мне приходилось сталкиваться при каждой встрече с подобным созданием! А ведь на вид они казались вполне безобидными!..

Итак, стражники были нейтрализованы, но времени терять было нельзя, и я бросился к внутренней части стены. Дед не ошибся - передо мной раскинули свои могучие кроны деревья. По ветвям я слез во двор Святилища и наткнулся на своего деда. Он так бесшумно возник рядом со мной прямо из воздуха, что я вздрогнул от неожиданности и схватился за меч. Ну никак я не мог привыкнуть к этим его новым способностям, все время забывая, что он теперь - не человек, а призрак!..

- Тихо, тихо, Сашок, это я! - предостерегающе поднял руки дед.

- В следующий раз получишь меч в брюхо! - пообещал я, раздраженно пряча клинок в ножны. - Может, тогда научишься не пугать собственного внука неожиданным появлением.

- Тебя напугаешь! - ухмыльнулся он в ответ. - И потом, не забывай, я теперь - призрак! Обычное оружие не может мне навредить... Но ты прав. Я уже так привык к своему новому обличью и новым способностям, что стал забывать о реакции людей на обычные для нас, призраков, вещи. Хотя поначалу для меня самого это было дико...

- Дед, давай поговорим об этом позже? - немного бесцеремонно перебил его я. - У нас мало времени.

Он не обиделся, так как и сам прекрасно понимал, что я прав.

- Да, в самом деле, чего это я разболтался, старый дурак? - согласился со мной дед. - Пошли, дорога каждая секунда!..

Мы быстро зашагали, лавируя между деревьями. Точнее, огибал стволы только я. Дед же словно и не замечал их, проходя насквозь, точно мы находились не в саду Святилища, а где-нибудь в иллюзорной части Перевала. Я даже усмехнулся про себя, вспомнив принцип относительности Ньютона, который мы изучали в школе. Наша училка по физике приводила простой пример. Человеку, находящемуся в неподвижном поезде, кажется, что он едет, когда глядит на проезжающий мимо состав. Вот и в случае с дедом можно было двояко рассматривать ситуацию - то ли он бесплотен, то ли деревья нематериальны. Впрочем, такая аналогия могла возникнуть только у людей, знакомых с иллюзиями Перевала. У обычного человека ответ на этот вопрос был бы однозначным - деревья реальны, а призрак - нет...

Вскоре мы вышли на окраину сада и залегли в зарослях, наблюдая за обстановкой. До стены Святилища было рукой подать, но лезть на нее сразу было нельзя... А вдруг в тот момент, когда я вынырну из своего укрытия, из-за угла вывернутся охранники?.. Нет, необходимо было дождаться, когда стражники пройдут мимо, и только после этого начинать действовать...

Пока все было тихо. Видимо, оглушенных дедом воинов еще не обнаружили, в противном случае в Святилище уже давно бы поднялся переполох. Ждать нам пришлось недолго - уже через несколько минут послышался тихий говор, и из-за левого угла показались два вооруженных стражника. Мы замерли, боясь неосторожным движением выдать свое присутствие. Я даже затаил дыхание, так как мне казалось, что в тот момент воздух покидал легкие с таким шумом, что не услышать его мог только глухой! А уж про стражников с их острым слухом и говорить было нечего!..

Охранники вдруг остановились как раз напротив нашего укрытия. Я похолодел: неужели мы чем-то выдали наше присутствие? Один из воинов подошел к зарослям, в которых мы лежали, приспустил штаны, и почти прямо перед нашими моськами о землю ударила вонючая струя!.. Представляешь, Данька? Дед-то еще мог посторониться, его все равно никто бы не услышал. А каково было мне? Пришлось лежать и терпеть это безобразие!

Наконец, справив нужду, стражник вернулся к своему товарищу, и они зашагали дальше. Едва они скрылись за углом, я с шумом выдохнул воздух и выругался.

- Ладно, Сашок, остынь! - попытался успокоить меня дед. - Скажи спасибо, что не на тебя!

- Спасибо! - фыркнул я в ответ. - Меня чуть было не обоссали, а я должен говорить "спасибо"! Я бы ему такое "спасибо" сказал - навсегда запомнил бы!..

Выпустив немного пар, я успокоился и сказал:

- Ладно, я пошел!

- Давай! - кивнул дед. - С богом!

- А ты разве не со мной? - удивился я.

Он покачал головой.

- Нет, Сашок, я не могу с тобой пойти. На стены этого здания наложено очень сильное заклятие, и оно препятствует проникновению внутрь Святилища потусторонних сил. Не забывай, что я - призрак, то есть как раз и есть эта самая потусторонняя сила! Ты иди, а я подожду тебя здесь...


8.

Делать было нечего, и я один начал восхождение на эту, наверное, самую трудную вершину в моей жизни. Медленно полз я по отвесной стене, цепляясь пальцами рук и ног за любой выступ, любую выбоинку или трещинку. Сколько раз моя душа уходила в пятки, когда я понимал, что выше ухватиться не за что! Сколько раз обливался холодным потом, ощупывая стену справа и слева от себя в поисках зацепки! Стоило мне сделать одно неверное движение - и мое тело размозжило бы о землю, до которой, поверь мне, Данька, лететь было не так уж и близко! И чем выше я поднимался, тем страшнее мне делалось. Ни веревки, ни страховки!.. Нет, только сумасшедший мог полезть на такую верхотуру без специального снаряжения!..

Несколько раз подо мной проходили стражники. Заслышав негромкий говор и легкое, еле слышное, бряцание оружия, я застывал, до боли вцепившись в стену пальцами рук и ног. В такие моменты я только об одном молил Бога - лишь бы никто из них не вздумал задрать голову вверх! Тогда моя участь была бы предрешена...

Наверное, моя мольба не оставалась без внимания. Каждый раз стражники проходили подо мной, ничего не заметив, и сворачивали за угол, а я продолжал свое восхождение. Наконец, когда мои пальцы уже стали трястись от постоянного напряжения, я выполз на покатую крышу Святилища и, обессиленный, повалился на прохладную черепицу...

Мой отдых был недолгим. Быстро перебирая руками и ногами, я взобрался по скату к трубе дымохода, торчавшей из крыши. Ухватившись за нее, я встал на ноги и, не удержавшись, бросил взгляд на окрестности.

Город оттуда был, как на ладони. Да что там город - с этой высоты открывался прекрасный вид чуть ли не на весь Перевал! Святилище намного возвышалось над всеми остальными зданиями Фаркса, и, будь у меня время, я бы обязательно полюбовался открывавшимся моим глазам зрелищем.

Но времени было слишком мало, чтобы так расточительно его тратить. Я полез вверх по трубе по металлическим скобам, вделанным туда, видимо, специально для трубочистов, и вскоре уже сидел на самой ее верхушке...

Жерло дымохода было настолько широким, что туда спокойно могли вместиться двое таких, как я. Положив руки на края трубы, я перекинул ноги внутрь дымохода и, нашарив небольшие выступы, оперся на них. На мое счастье на Перевале не знали кирпичей, иначе моя задача вряд ли была бы выполнима. Грубая каменная кладка позволяла мне спускаться, хоть и не очень быстро. Но, тем не менее, рискуя сорваться вниз и переломать все кости, я медленно приближался к цели своего трудного пути. Мне так приходилось иной раз раскорячиваться, что иногда я себя чувствовал праведником, распятом на косом Андреевском кресте. И все же я достиг конца дымохода без особых приключений, хотя то время, которое я спускался, показалось мне вечностью...

Прежде чем вылезти, я прислушался, пытаясь определить, есть ли кто-нибудь в зале или нет. Все было тихо, и я решился покинуть дымоход. Спрыгнув внутрь большого камина и подняв тучу золы, я быстро оглядел помещение. В нем и в самом деле было пусто, свечи не горели, и оно освещалось лишь серебристым светом луны, проникавшим через небольшие оконца, больше похожие на бойницы, чем на окна.

За дверью вдруг послышались голоса, и я замер на месте, готовый в любой момент нырнуть обратно в свое убежище. Но никто и не думал входить. Прислушавшись к голосам, я понял, что это разговаривают охранники, и испытал огромное облегчение. "Наш сержант просто позеленел бы от злости, обнаружив такое пренебрежение к Уставу караульной службы! - усмехнувшись, подумал я. - Ох, и влетело бы от него этим говорунам!" Впрочем, здесь все было по-иному. Я вполне допускаю, что часовым на Перевале позволялось переговариваться на посту. Хотя по рассказам деда мне помнилось, что, например, Стражам Перевала такая вольность была строго-настрого запрещена. Но одно дело - воины, охраняющие Перевал от вторжения пришельцев извне, и совсем другое - охрана Святилища, на которое и так больно-то никто не посягал! Вполне возможно, что элитной страже, караулящей сокровища жрецов, дозволялось то, что не допускалось для обычных смертных. Хотя, думаю, после того, что я там натворил, порядки в охране Святилища были пересмотрены самым серьезным образом...

Но вернусь к событиям той ночи. Итак, поняв, что опасность мне не угрожает, я внимательно осмотрел помещение. И лишний раз убедился, что то видение перед схваткой со Зверем было вещим. Обстановка Зала Совета в точности соответствовала тому, что я видел. А раз так, значит, потайной ход, ведущий к Верховной Жрице, существовал на самом деле. Надо было только его найти. Чем я и занялся в первую очередь...

Я прошел за трон Норны и принялся ощупывать стену - тщательно, сантиметр за сантиметром, не пропуская ни одной пяди украшенного лепниной пространства. Вдруг один из каменных цветков, во множестве разбросанных по стенам, подался под моей рукой и ушел внутрь. Прямо передо мной каменная панель бесшумно сдвинулась вглубь стены и в сторону, открывая разыскиваемый потайной ход. Я даже был немного разочарован, настолько все оказалось просто! Неужели жрецы, могущественные колдуны и маги, не могли придумать ничего посерьезнее?..

Из черного зева дохнуло сыростью и холодом. Я невольно поежился и шагнул вперед. Видимо, в полу был скрыт механизм запирания, потому что не успел я зайти, как панель позади меня бесшумно скользнула на место, перекрыв мне выход в Зал Совета. Но если ты думаешь, что это меня напугало, ты глубоко заблуждаешься, Данька! Я ни капельки не испугался, оказавшись в кромешной темноте!.. Нет, поначалу я, конечно, замер на месте, вслушиваясь в обманчивую тишину. Но страха не было, нет... После того, что мне пришлось пережить, это было всего лишь очередным затруднением на пути к конечной цели, не более того... Ну, понимаешь, Данька, при мне ведь не было ни спичек, ни зажигалки, а двигаться в кромешной тьме наощупь было делом не очень-то приятным! Того и гляди влетишь в какую-нибудь яму или напорешься на ловушку, которых, как я тогда был уверен, там наверняка понатыкали жрецы...

А потом я вдруг осознал, что вижу! Да-да, Данька, я отчетливо видел уводящий вглубь коридор, словно на моих глазах был прибор ночного видения!.. Я тоже поначалу не поверил, даже глаза потер, чтобы убедиться, что это не глюки. Но нет, я действительно видел, и видел совсем неплохо! Видимо, события последних дней и в самом деле сильно изменили меня. И пока все эти изменения играли в мою пользу. Это сейчас я понимаю, что лучше бы мне оставаться таким, каким был до этого злополучного похода. А тогда я только обрадовался этой новой способности, ибо она снимала одну из проблем, возникшую после того, как дверь потайного хода захлопнулась за мной...

Немного свыкнувшись с положением, в котором оказался, я вытащил меч и осторожно двинулся вперед. Конечно, с моей стороны было огромной авантюрой соваться в незнакомый лабиринт. Откуда мне было знать, куда меня приведет этот ход? Из своего видения я мог только догадываться, что таким путем можно попасть в библиотеку. Но упирается в нее этот ход или надо искать дверь в нее где-нибудь в стене, я не знал. Шел, можно сказать, наобум, надеясь на свое везение... Знаешь, Данька, как меня прозвали бывшие клиенты?.. Рисковый проводник!.. Эта, тоже, в общем-то, не очень хорошая черта моего характера, часто приводила меня к успеху и спасала от смерти. Потому что в любой, даже, казалось, самой безнадежной ситуации, если и был какой выход, пусть даже с призрачными шансами на успех, я предпочитал действовать, а не терять зря время, взвешивая все "за" и "против". Вот эта моя рисковая натура и гнала меня вперед...

Я шел уже минут десять, когда вдруг в голове прозвенел тревожный звоночек. Знаешь, Данька, так иногда бывает - вдруг ни с того, ни с сего возникает сильная тревога. И вот тут уж зевать нельзя! Можно поплатиться жизнью!..

Подсознательное чувство опасности заставило меня резко прижаться к стене, распластавшись по каменной кладке, словно амеба. И вовремя, потому что откуда-то сверху на то место, где я находился перед этим, плюхнулось нечто большое и студенистое, неопределенной формы. Я до сих пор не могу сказать, что же это было за существо. Знаю только, что не отпрыгни я тогда в сторону, мы бы с тобой сейчас не разговаривали!..

Итак, неведомое существо неопределенной формы свалилось на пол и, видимо, почувствовав, что меня нет на этом месте, сразу же выплеснуло во все стороны сгустки вещества, из которого состояло, заполнив собой весь коридор... Именно заполнило, Данька, мгновенно расширившись во все стороны, как воздушный шарик при накачивании воздухом. Отличие состояло в том, что упругая оболочка шара припечатала бы меня к стене, а эта неизвестная субстанция вязко обволокла мое тело, сковав так, что я не мог двинуть ни рукой, ни ногой! А потом я почувствовал, что меня тащит куда-то вверх, внутрь этого существа!..

Пытаясь освободиться, я рванулся изо всех сил. Наверное, многие на моем месте испытали бы страх. А у меня страха не было. Во мне бушевала ярость. Со мной так всегда. Безвыходность рождает отчаяние, отчаяние вызывает злость, переходящую в ярость. И, несмотря на то, что неведомое создание цепко держало меня в своих вязко-упругих объятиях, видимо, оно не смогло противостоять моему напору. Я вдруг почувствовал, что вязкая масса поддается, расползается вокруг моего тела. Как только мои руки освободились, я сразу же вцепился пальцами в студенистое вещество и принялся рвать его, выдирая целые куски из тела этого существа. Я рвал и метал, рычал, словно дикий зверь, вгрызаясь в стенки этого студня, который теперь уже совсем не был упругим, а больше напоминал желе.

Последний рывок - и я оказался на свободе, прорвав оболочку этого странного существа. Послышался гулкий хлопок, словно лопнул воздушный шарик, и оно водопадом брызг рухнуло на каменный пол коридора. Я еле успел отпрыгнуть, иначе меня с головой накрыло бы зловонной волной. Впрочем, я и так был с ног до головы вымазан этой дрянью, и мой прыжок был, скорее, инстинктивным, чем осознанным.

Как бы то ни было, мой противник был повержен, и я смог расслабиться. Взрыв ярости вызвал упадок сил, руки и ноги тряслись, словно мне довелось весь день таскать тяжести. Я прислонился к прохладной стене, еле переводя дух. Грудь ходила ходуном, каждый глоток воздуха приходилось ловить ртом, будто рыбине, вытащенной из воды на берег. Сердце колотилось, как бешеное, ударами молота отдаваясь в голове. Короче говоря, так хреново мне еще никогда не было!

Немного отдышавшись, я продолжил свой путь. Мысли мои постоянно возвращались к схватке с неведомым созданием. Что это было? Раньше мне ни с чем подобным не приходилось сталкиваться! Какое-то колдовство?.. Скорее всего. После того, с чем мне довелось столкнуться на Перевале, я уже ничему не удивлялся. Удивляло лишь то, что я до сих пор еще живой, хотя по всем меркам уже давно должен был сыграть в ящик!.. Везение? Может быть. Но чтобы так часто везло, нужно было родиться в рубашке. Я же никогда не относился к везунчикам (в противном случае не оказался бы на Перевале, а прожигал бы жизнь где-нибудь в столичных клубах и казино)! В чем же тогда причина, спрашиваешь?.. А хрен его знает! Но знаешь, какое впечатление у меня сложилось?.. Без поддержки свыше дело не обошлось! Иначе как объяснить все эти мои победы в смертельных схватках, если до меня многие пробовали бороться и с Самкой, и со Зверем, но не смогли им противостоять? Наверняка эти ребята были покруче моего, специально тренировались, готовились, а не лезли в драку наудачу, как я. Они погибли, а я - вот он, сижу тут рядом с тобой, языком чешу! Иначе, как чудом, это не объяснишь! Вот такой вот коленкор, Данька!..

Впрочем, чего теперь рассуждать! Все равно логичного объяснения у меня нет и, возможно, не будет никогда. Вот и тогда я вскоре плюнул на эту головоломку, тем более что на моем пути возникло еще одно препятствие...

Свет я заметил еще издалека и резко сбавил темп продвижения. Поначалу мне даже показалось, что мои глаза меня подводят. Но нет, это не было обманом зрения или галлюцинацией! Коридор упирался в глухую стену, и у этой стены сидели два Черных телохранителя и увлеченно резались в игру, чем-то напоминающую наше домино. Над ними на штыре, вбитом в стену, висел фонарь, чей свет и привлек мое внимание. Я сразу смекнул, что эти два молодца поставлены здесь не просто так. Наверняка это была охрана Верховной Жрицы!

И я не ошибся. Правда, потом я узнал, что на самом деле эти ребята охраняли Ольгу не столько от незваных гостей, сколько от того чудища, которое обитало в этом коридоре... Нет, оно не могло приползти туда и напасть на нее, так как всегда находилось на одном и том же месте! Дело было в том, что Ольга даже не догадывалась о том, что Норна поставила в коридоре такого ужасного стража, и могла по незнанию попасться в его смертельные объятия. Справиться же с ним могла только сама Норна. Так что слова о том, что Ольга была, скорее, высокопоставленной узницей, чем свободным человеком, были не так уж и далеки от истины. Эти два молодчика не защищали, а "пасли" ее, не давая мотаться по Святилищу без сопровождения. Я уж не говорю о городе или Перевале! Думаю, туда ее вообще не выпускали...

Однако мне это обстоятельство сыграло на руку. Телохранители были уверены, что с той стороны, где находилось адское создание, им ничего не грозит. Их задачей было не допустить свободного перемещения Верховной Жрицы по коридору, и поэтому мое появление вызвало у них самый настоящий шок! Когда я вылетел из темноты, весь в саже и слизи, сверкая клинком меча, зажатого в руке, у них отвисли челюсти, а костяшки, которыми они играли, вывалились из рук. Надо отдать им должное - опомнились телохранители быстро. Но было уже поздно. Как вихрь налетел я на них! Послушный моей воле, меч одним движением снес голову одному из охранников и кончиком лезвия рассек горло другому. Они даже не успели вытащить оружие...

С одной проблемой я справился, но теперь передо мной стояла другая - как войти в библиотеку? То, что вход находился где-то поблизости, я не сомневался - телохранителям не было смысла торчать у глухой стены просто так. Но как привести в действие механизм отпирания двери? Эта задачка, Данька, была похлеще, чем схватка со "слизняком" или с телохранителями! Тут надо было башкой думать, а не бицепсами играть! Ни сила Зверя, ни способности Самки здесь помочь не могли...

И все же я справился с этой задачей! Поначалу я обыскал всю стену в поисках скрытой пружины, как в Зале Совета. Ничего! Ни трещинки, ни выступа!.. Тогда я попробовал отдать мысленный приказ, как в пещерах маленького народца. С тем же результатом... Я уже начал злиться, когда мой взгляд упал на штырь, на котором висел фонарь Черных телохранителей. У меня сразу зародились подозрения, что эта железная загнутая палка воткнута здесь неспроста! Ну скажи мне, Данька, зачем в коридоре, которым пользуются лишь для передвижения между Залами, нужен этот штырь?.. Вот-вот, и я подумал о том же! Вряд ли его вбили специально для того, чтобы телохранителям было сподручнее играть в свое домино...

Я подошел поближе и внимательно осмотрел этот штырь. Никаких следов того, что его вбили недавно, не было. Ни сколов на камне, ни трещин в растворе, скрепляющем кладку... Я снял со штыря фонарь и взялся за него рукой. Сначала легонько потянул вниз (силенок-то теперь было не меряно, того и гляди отломишь!). А когда он не поддался, толкнул его вверх. Металлический стержень легко сдвинулся с места, внутри стены что-то щелкнуло, и каменная панель ушла в сторону, открывая моему взору большую комнату, в которой рядами стояли стеллажи, полные толстенных фолиантов и свертков бумаги. Это помещение было так похоже на наши земные библиотеки, что сразу было понятно - я не ошибся! Не хватало лишь библиотекаря, и когда возле одного из стеллажей кто-то зашевелился, я даже вздрогнул от неожиданности - настолько сильным было наваждение!..

- Это вы, Норна? - послышался знакомый голос, и я замер на месте, не в силах преодолеть охватившее меня волнение.

Это была она! Ольга... За два года, прошедшие с нашей последней встречи, она сильно изменилась. Повзрослела, что ли?.. Теперь ее уже нельзя было назвать девочкой, она расцвела, стала еще красивее. Ослепительно белое платье с золотой вышивкой на груди и по подолу подчеркивало стройную фигурку. Длинная коса исчезла, уступив место высокому шиньону на голове. На лбу над переносицей залегла чуть видимая вертикальная морщинка, белки глаз были красноватыми (вероятно, от постоянного недосыпания, ведь было поздно, а она еще, видимо, и не ложилась). И все же это была она - моя Ольга!..

Библиотечный зал был освещен всего одним светильником, закрепленным на стене над небольшим столиком, около которого стояла кровать, где, видимо, она и спала. Он давал настолько мало света, что Ольга поначалу не узнала меня. Впрочем, наверное, в тот момент даже родная мать меня не признала бы! Представь, Данька, мужика, заросшего волосищами, в одежде явно с чужого плеча, с ног до головы перемазанного сажей, какой-то слизью и кровью только что убитых им телохранителей!.. Что и говорить - зрелище, способное напугать кого угодно!..

Вот и Ольга испугалась. Она вскрикнула и выставила перед собой правую руку раскрытой ладонью вперед, словно защищаясь от незваного пришельца. В голове молнией пронеслась мысль, что за два года обучения колдовству и магии эта девчонка могла кое-чему научиться. Вот возьмет и жахнет меня чем-нибудь из своего колдовского арсенала, да так, что мало не покажется! И поминай, как звали!.. Поэтому прежде, чем она успела что-либо предпринять, я поспешил крикнуть:

- Оля, это я, Саша, Хранитель Перевала!

Она неуверенно опустила руку, вглядываясь в меня, и ахнула, узнав:

- Саша? Вы?.. Откуда!

- Долго объяснять! - ответил я. - Собирайся, я пришел за тобой!..

Я понятия не имел, как буду выводить ее из Святилища! Тем же путем, каким проник туда сам, ей явно было не пройти... Представь себе Ольгу, карабкающуюся по стенке дымохода, и ты поймешь мои сомнения, Данька! Я-то, может быть, и выбрался бы, а вот она!..

И тут Ольга огорошила меня, да так, что я долго потом не мог опомниться. Она пожала плечами и сказала:

- Зачем? Я никуда не хочу идти!

Я выпал в осадок! Вот те на! Я проделал такой нелегкий путь, много раз стоял на краю гибели, загубил столько жизней, и на тебе, приплыли! Та, ради которой и задумывалось это мероприятие, отказывается со мной идти!..

И тут я вдруг задумался. А, в самом деле, почему она должна срываться и бежать со мной, сломя голову, неизвестно куда и неизвестно зачем? Почему я всегда был уверен, что стоит мне ее позвать, и она сразу же, без раздумий, последует за мной? Почему был уверен, что ей здесь плохо?..

Хороший вопрос, да, Данька? Я полюбил ее, грезил о ней днями и ночами, стремился встретиться... А тут увидел и вдруг понял, что за это время мои чувства несколько притупились... Нет, я не разлюбил ее, Данька! Скорее, просто отвык... А она... Наивный, я думал, что она сразу же беспрекословно последует за мной! Как любому влюбленному, мне казалось, что она тоже питает ко мне определенные чувства... Самонадеянный болван! Ведь мы даже не были толком знакомы! Что значили для нее каких-то там три дня знакомства? Могла ли она за это время полюбить такого охламона, как я? И тогда, да и сейчас, в общем-то, тоже, я был далек от идеала мужчины. Сам это прекрасно осознавал, и все же на что-то надеялся. Как оказалось, зря...

Я вдруг почувствовал себя таким разбитым и уставшим, что медленно сполз по стене на пол и закрыл лицо руками. Я был уничтожен, раздавлен открывшейся мне реальностью...

- Что с вами, Саша? - услышал я голос Ольги и почувствовал легкое прикосновение к своему плечу. - Что случилось?

Очень хотелось высказать все, что наболело. Но я не успел даже рта раскрыть. Ольга вдруг отшатнулась от меня, как от чумного, и упала на пол без чувств! И сразу же вся злость улетучилась без следа, уступив место растерянности. Я терялся в догадках - с чего это она вдруг грохнулась в обморок? Вроде, я ничего ей не сделал, даже ничего толком сказать не успел! Что вот мне теперь с ней делать? А время-то идет, часики тикают, отсчитывая драгоценные секунды!..

Растерянность моя длилась недолго. Я быстро сориентировался и уже через мгновение был около нее, пытаясь привести в чувство. Скажу тебе как на духу, Данька, делом это было нелегким! Она была бледной, словно смерть уже коснулась ее своим крылом, пульс не прощупывался. Я приложил ухо к груди и вздохнул с облегчением - сердце, хоть и слабо, но билось! А то я уже начал опасаться, что девчонка коньки отбросила!..

Я использовал все известные мне методы приведения в чувство (похлопывание по щекам, массирование точек по тибетской медицине и даже такое радикальное средство, как трясение за плечи), но все было тщетно. Она упорно не желала возвращаться в этот бренный мир! Как я жалел в тот момент, что при мне нет моей аптечки с нашатырем! Конечно, можно было бы пошарить по залу, но я очень сильно сомневался, что на Перевале были знакомы с этим средством, а его местный аналог был мне неизвестен. Совать же первые попавшиеся под руку пузырьки с резким запахом я не собирался. А вдруг там какая-нибудь отрава, и, вместо пробуждения, отправлю девушку на тот свет?.. Так что я не стал рисковать, а решил поискать что-нибудь попроще...

Оставив ее лежать на полу, я обшарил весь зал в поисках чего-нибудь, что помогло бы мне в достижении моей цели. Состояние у меня в тот момент было - хуже некуда! Ей богу, хоть людей зови на помощь - так я отчаялся! И тут мне на глаза попался кувшин, стоявший на маленьком столике около кровати, на которой, видимо, и спала Ольга. Внутри плескалась какая-то жидкость, и я сунул туда нос, чтобы определить, что же это такое. На первый взгляд, это была вода, но на всякий случай я обмакнул палец и лизнул его... После этого сомнений уже не оставалось - это была чистейшая родниковая вода!

Подхватив кувшин, я бросился обратно к Ольге и опрокинул его содержимое ей на голову. Такая радикальная мера возымела действие - она открыла глаза. Я опустился рядом с ней на колени и помог сесть. Заглянув в ее глаза, с удивлением обнаружил, что она плачет! Крупные слезы текли по ее щекам, подбородок трясся мелкой дрожью. Было заметно, что она пытается сдержаться, но у нее это плохо получается. И тогда я растерялся еще больше. Что же я все-таки сделал такого, чтобы она грохнулась в обморок, а, очнувшись, заплакала, как обиженный ребенок?

- Ну, ну, девочка моя! - погладил я ее по мокрым волосам. - Ты чего это вдруг? Не надо плакать! Вытри слезы! Если я тебя чем обидел, так это я не со зла, не специально! Ты уж извини меня, дубину стоеросовую!

Но мои утешения привели к прямо противоположному результату. Она прижалась ко мне и зарыдала в голос, уже не сдерживая своих эмоций. Я не мешал ей, хотя времени и так было в обрез. Просто в таком состоянии она не могла никуда идти, и уж тем более бежать. Вот и приходилось торчать там, гладя и успокаивая ее по мере своих сил и возможностей. Ты даже не представляешь, Данька, насколько это тяжело! Особенно если и не догадываешься, чем вызвана столь бурная реакция...

Наконец, сквозь рыдания прорвались и слова:

- Как она могла?.. Я ведь... Я ведь так ей верила, а она... она... она предала меня!

Я вздохнул с облегчением. Так вот в чем дело! Но тогда возникал другой вопрос - откуда она узнала о том, что натворила эта старая грымза? Впрочем, я слышал, что есть экстрасенсы, которые, прикоснувшись к предмету, видят все, что с ним было связано. Может, и Ольга принадлежала к их числу? В обморок-то она грохнулась после того, как положила свою руку на мое плечо!..

Однако в тот момент было бесполезно выяснять, что, как и почему. Позже я узнал, что моя догадка была верна. Ольга действительно обладала таким даром, и в то мгновение, когда она коснулась моего плеча, перед ее глазами пронеслись все события, участником которых я был...

- Норна с самого начала использовала тебя в своих целях, - ответил я ей, не отпуская от себя. - Все остальное - ложь, притворство! Она никогда не была твоим другом...

Ольга ничего не сказала на это, продолжая плакать. Однако кризис уже миновал. Постепенно она затихла, лишь изредка продолжая всхлипывать, а потом вдруг сказала, не заметив даже, что перешла со мной на "ты":

- Норна заменила мне и отца, и мать. Она с первых минут моего пребывания на Перевале окружила меня родительской заботой, утешала, как могла. Только она понимала меня, как никто иной... Тебе, Саша, было легче. Ты жил в своем мире, среди своих, а я... Я была здесь одна, как перст! Здесь все чужое! И не на кого опереться, некому рассказать, как мне здесь тяжело... Кроме Норны... Выходит, она лгала?

- Без сомнения, - подтвердил я. - Эта "заботливая" дама с самого начала, поняв, что ей не переубедить Совет, ставила палки тебе в колеса. Знаешь, ххорны со своим Демоном, колдовской туман с тарксами, которые чуть было не отправили нас на тот свет, - это ее рук дело! А уж когда ей не удалось отделаться от тебя, она сделала вид, что ей небезразлична твоя судьба. Взяла, так сказать, над тобой шефство... И Нирдок, глупец, позволил ей втереться к тебе в доверие! Вроде, неглупый был мужик, а допустил такую серьезную ошибку!.. Ты знаешь, как он погиб?

Ольга замотала головой.

- Его убили, четвертовали по приказу Норны. Как и твоего деда, и моих друзей, и многих других ни в чем не повинных людей. И все это прикрываясь твоим именем, якобы для блага Перевала! Сместила Нирдока, уничтожила всех его сторонников и своих противников, перебила практически всех людей, которых я привел извне на Перевал... Уверен, и тебя она не пощадит, когда ты станешь ей не нужна. Осторожнее надо быть в выборе друзей, девочка!

- Что же теперь делать? - поинтересовалась она.

Что ж, риторический вопрос! И ответ на него был только один.

- Бежать! - сказал я. - Бежать туда, где Норна нас не достанет!

Ольга отстранилась и посмотрела мне в глаза. И то, что я прочитал в ее взгляде, мне очень не понравилось!

- Бежать? - переспросила она. Ее глаза полыхнули гневом, почти физически обжигая меня.

- У нас нет другого выхода, - ответил я и добавил: - Сейчас нет...

- И оставить здесь все, как есть? - Ольга распалялась все больше и больше. - Пусть и дальше творит свое черное дело? Убивает, калечит людские судьбы!.. Знаешь, как это называется? Трусостью!.. Ты предлагаешь мне бежать, спасая свою шкуру. А что будет с другими людьми, что будет с Перевалом?

Надо же, какой героизм, какой пафос! Эти ее заявы разозлили меня. Она что же, думает, мы тут в игрушки играем? Решила стать борцом за правое дело?

- И что ты предлагаешь? - стараясь сохранять спокойствие, возразил ей я. - Нет, дай я сам догадаюсь!.. Ты собираешься вступить в схватку с Норной! А хватит силенок-то?

- Я многому научилась! - упрямо заявила Ольга.

- Это за два года-то? - усмехнулся я. - Не думаю, что ты знаешь и умеешь больше колдуньи, посвятившей этому всю свою жизнь! Допускаю, что родственнице предыдущей Верховной Жрицы могли достаться по наследству кое-какие врожденные способности к колдовству. Вполне возможно, даже такие, каких нет у других жрецов... Но я очень сильно сомневаюсь, что этого достаточно для борьбы со старой и весьма могущественной колдуньей, на стороне которой, скорее всего, выступят все жрецы. Сможешь ли ты одна справиться с этой толпой?..

- Не надо забывать, что я - Верховная Жрица! - возразила она. - Они не решаться выступить против меня!

- Не решатся? - Я покачал головой. - Какая же ты наивная, Оля! Может, раньше это звание многое значило на Перевале. Возможно, для простого народа это что-то означает и сейчас. Но... Для жрецов теперь Норна - царь и бог! Эта старая мымра позаботилась о том, чтобы Верховная Жрица превратилась в чисто номинальную фигуру, не имеющую никакого веса среди своих коллег. Жрецы боятся Норну, смотрят ей в рот, ловя каждое ее слово, и сделают все, что она прикажет. Тем более что все они знают, что ты - всего-навсего обычная девчонка, которую Нирдок притащил на Перевал только для того, чтобы она помогла перенести их обратно в свой мир.

- Обычная, говоришь? - нехорошо усмехнулась она и подняла вверх руки. На кончиках пальцев появились голубые сполохи и заплясали по ее кистям. - Сейчас я тебе покажу, что может обычная девчонка!

Но я нисколько не испугался (хотя намерения у нее были явно серьезные) и отмахнулся от нее:

- Ой, брось ты эти свои фокусы! Я видел Норну в деле. Ты вот, например, можешь растягивать время? Так, чтобы человек мог уклониться от тучи стрел, летящих так густо, что в обычной ситуации, куда бы ты ни кинулся, оперенная смерть тебя всюду достанет? Так растянуть, что ты даже можешь спокойно отодвинуть рукой все стрелы, нацеленные в тебя?

Ольга растерялась.

- Нет, - призналась она.

- А Норна может! - заявил я. - И это далеко не все, чем она владеет. Если ты решишься с ней тягаться, боюсь, тебя ожидает очень много сюрпризов... Жрецы же знают, чего им ждать от Норны, потому и примут сторону своей, исконной жрицы. Что им какая-то пришлая девчонка, которую за два года пребывания здесь редко кто видел? Чего она может? А вот Норна!.. Норна - это сила! Сила, которая запросто может сломать, перемолоть тебя своими жерновами! Кому охота добровольно совать голову под топор?..

- Но народ... - сделала последнюю попытку Ольга, но я не дал ей закончить.

- Ты хорошо учила историю в школе? - поинтересовался я. - Вспомни, как заканчивались все стихийные выступления против власти? А Норна - это власть, это сила!.. Да и вряд ли ты сможешь собрать достаточно много людей для борьбы с нею. Но даже если и найдутся смельчаки, чтобы пойти за тобой против Норны... Что смогут сделать туземцы, вооруженные обычным оружием, против колдовства и магии сотен жрецов? А ведь есть еще и Черные телохранители, Стража Перевала, гвардейцы... Нет, - вынес я свой вердикт, - выступление должно быть хорошо подготовленным, поэтому мы сейчас уйдем. Но я обещаю, что мы обязательно сюда вернемся! Не забывай, Норна мне тоже кое-что должна...

Этими словами я окончательно доконал ее. Было хорошо заметно, как буквально на глазах угас ее запал, уступив место безысходной тоске. Мне даже стало жаль бедную девушку, но ничего с собой я поделать не мог... Собирался ли я выполнить свое обещание? В тот момент я об этом не думал. Тогда для меня было главным уломать эту упрямую девчонку, убедить ее, что бегство - единственно возможный вариант. И мне это удалось...

Ольга принялась торопливо собираться. Около кровати лежал хорошо знакомый мне по прошлому путешествию рюкзак (я еще удивился тогда, как это жрецы позволили оставить ей эту чуждую Перевалу вещь). Туда она и принялась запихивать свои записи, белье, аккуратно сложенное в небольшом шкафчике, какие-то маленькие горшочки и хрустальные флакончики. И поверх всего этого Ольга положила две толстенные книги в кожаных обложках с золотыми застежками. Она затянула завязки на рюкзаке, застегнула клапан и посмотрела на меня. Я молча подошел и поднял рюкзак, взвешивая в руке.

- Пожалуй, слишком тяжеловат, - заметил я и предложил: - Давай, что-нибудь выкинем? Книги, например... Уж больно тяжелые, заразы!..

- Нет! - запротестовала девушка. - Только не книги! Мне нужно продолжить занятия, чтобы победить Норну. А это - самые ценные книги на Перевале! Здесь столько всего, и не только по магии! Без них мне не обойтись!

- Ладно! - махнул я рукой, закинул рюкзак за спину и критически оглядел ее с ног до головы. - Только вот наряд твой не слишком подходящий для бега.

Уж больно длинным и узким было ее платье. В таком бегать - одно сплошное мучение! Но я знал, как решить эту проблему...

- Жалко, конечно, портить вещь, но делать нечего! - сказал я, вытаскивая меч. - Иди-ка сюда!

Ольга безропотно подчинилась, не понимая, что я собираюсь делать. А я воткнул меч в подол чуть повыше ее коленей и разрезал до низу, да так быстро, что девушка даже охнуть не успела!

- Вот так! - Я спрятал меч в ножны. - Теперь можно идти...

Мы выскользнули в потайной ход. Ольга с ужасом посмотрела на трупы телохранителей, но говорить ничего не стала. И я был ей очень благодарен за это. В тот момент я не выдержал бы нравоучения...

Мы бежали изо всех сил. За спиной у меня был Ольгин рюкзак, в руке - фонарь телохранителей, но все равно приходилось сдерживать темп, потому что Ольга за время своего затворничества несколько подрастеряла былую форму, и ей было трудно угнаться за мной. Но, тем не менее, мы продвигались достаточно быстро...

Приближалось место схватки со "слизняком". Я невольно перешел на шаг и вытащил меч.

- Что случилось? - сразу встревожилась Ольга.

- Да вот, понимаешь ли, на пути к тебе довелось мне столкнуться с одним миленьким созданием, - ответил я, вглядываясь в темноту коридора. - Еле удалось освободиться от его дружеских объятий! Мы сейчас как раз подходим к этому месту...

- Какое создание? - удивилась она. - Я много раз ходила этим коридором. Никого здесь не было...

- Когда ты ходила, может быть и не было, - сказал я. - А когда я попробовал пройти, на меня сверху свалился эдакий живой холодец и чуть было не слопал!

Ольга вгляделась в темноту и уверенно заявила:

- Но сейчас там никого нет! Все чисто... Будь там что-нибудь такое, я бы обязательно почувствовала. Этому меня научили в первую очередь...

- Потому и нет, что наша встреча для этого "слизняка" закончилась весьма плачевно, - ответил я. - Я его по стенкам размазал!

- Тогда чего ты опасаешься? - удивилась она.

Я усмехнулся.

- Чего, чего!.. А вот как если эта тварь ожила? Что-то мне не очень хочется снова с ней тягаться силами!

- Да говорю же тебе, там никого нет! - Ольга пристально посмотрела в мои глаза. - Или ты не доверяешь моим способностям?

Я доверял, но все же немножко сомневался. Откуда мне было знать, чему она научилась за эти два года, и насколько хорошо продвигалось ее обучение?.. К тому же любой человек, даже самый знающий и умелый, не застрахован от ошибок. Ну, может быть, и не это существо поджидало нас в том месте, так вполне могла объявиться какая-нибудь другая тварь! А место для засады было идеальным...

Но там никого не было. Пол и стены до сих пор были облеплены студенистым веществом. Правда теперь оно воняло так, что сомнений не оставалось - это существо уже никогда не воскреснет и опасаться его нечего. Других тоже не было заметно...

Меня удивило поведение Ольги. Обычная девушка как минимум зажала бы нос рукой, спасаясь от этой тошнотворной вони. Она же жадно принюхивалась к воздуху, как собака, идущая по следу. Да еще провела рукой по стене, растерла эту слизь между большим и указательным пальцем и поднесла к глазам, рассматривая, словно по этим останкам можно было что-то определить.

Впрочем, к моему большому удивлению, девушка действительно определила, что это было за существо.

- Органик, - констатировала она, вытирая пальцы о подол своего платья. - Создан искусственно, явно кем-то из жрецов. Интересно, как он здесь оказался?

- Как, как!.. - сказал я, удивляясь ее наивности. - Твоя Норна специально посадила его сюда, чтобы тебе не мешали такие прохиндеи, как я!

- Норна? - забеспокоилась Ольга. - Тогда наши дела хуже, чем мы думали!

Теперь настала моя очередь для беспокойства.

- Поясни! - попросил я.

- Любая тварь или вещь, созданная при помощи колдовства, имеет неразрывную связь со своим хозяином, - ответила она. - Именно поэтому смерть колдуна приводит к полному разрушению его чар. Но есть и обратная связь. Если органика создала Норна, она уже знает о том, что кто-то прошел этим коридором. Так что времени у нас уже нет, Саша!..

Представляешь, Данька, как "обрадовало" меня это известие? Если дело обстояло так, как говорила Ольга, это значило, что все входы и выходы в Святилище уже перекрыты! Мы оказались в ловушке!..


* * *


- Что будем делать? - поинтересовался я у Ольги. - Я так понимаю, из Святилища нам уже не выбраться...

- Ну, почему же! - возразила она. - Выход есть.

- Какой? - усмехнулся я. - Драться до последнего патрона?

- Не обязательно, - Ольга протянула руку и сказала: - Дай-ка мне мой рюкзак!

Я удивился, но вида не подал и исполнил ее просьбу. Ольга достала из рюкзака одну из книг, захваченных из библиотеки Святилища, и попросила:

- Посвети мне, пожалуйста!

Я придвинул к ней фонарь, и девушка принялась быстро листать страницы, бормоча себе под нос:

- Где же это? Ведь было где-то здесь, я точно помню... Ага! - обрадовано воскликнула она и ткнула пальцем в раскрытую страницу. - Вот оно!.. Смотри! Это план потайных ходов Святилища!

На картинке, которую она мне показала, и в самом деле была вычерчена какая-то схема. Но я в ней ничерта не понимал! Это для Ольги она имела какой-то смысл. Для меня же эта грубо вычерченная схема была темным лесом...

- И что? - поинтересовался я. - Норна наверняка уже поставила у каждого выхода своих людей. Нам не уйти!

- Смотри сюда! - Ольга ткнула пальцем в одно из ответвлений. - Об этом ходе никто не знает, потому что со времен переноса Перевала в наш мир необходимость использовать его отпала! Он ведет из Святилища прямо за городские стены, понимаешь?

Мои глаза загорелись. Это действительно была ценная информация. Вот только...

- А ты уверена, что о нем не знает Норна? - поинтересовался я.

- Точно не знает! - подтвердила Ольга. - Я сама случайно наткнулась на этот план. Он ведь никому не нужен, жрецы и так знают все ходы в Святилище. Но этот ход... этот ход давно заброшен. Знаешь, - улыбнулась она, - память человеческая так коротка! Иной раз мы не помним, что было с нами неделю назад!.. А этим ходом не пользовались, по крайней мере, лет сто пятьдесят!..

Я взял из ее рук книгу и задумчиво посмотрел на рисунок. В сущности, был ли у нас другой выход?.. Наверное, не было. Стоило рискнуть!..

- Хорошо, пошли! - сказал я, отдавая ей книгу. - Только не боишься, что Норна узнает, куда мы подались, и перекроем нам выход?

- Узнает, - согласилась со мной Ольга, - но позже. Пока ее нет в Святилище, она не сможет нас обнаружить, потому что стены этого храма непроницаемы для колдовства. А вот когда она доберется сюда, она точно узнает, где мы и куда направляемся. Но я надеюсь, что за это время мы успеем далеко уйти...

Я задумался. В ее рассуждениях, вроде, все было логично. Но что-то все равно не давало мне покоя...

- Подожди-ка! - засомневался я, вспомнив одно обстоятельство. - Но ведь о смерти "слизняка" Норна узнала? А ведь он находился внутри Святилища!

- Ну, то совсем другое! - ответила она. - "Слизняк" - ее создание, она с ним связана органически! Если тебя полоснуть по руке ножом, ты это почувствуешь?.. Вот и у нее то же самое. Когда он умирал, она должна была испытать боль! По этой боли она должна была понять, что кто-то прошел через ее создание, и этот кто-то явно не был Черным телохранителем или жрецом... В нашем же случае - совсем другое дело! Нас она не сможет обнаружить, пока не появится здесь сама. Ясно?.. Так что давай не будем терять времени! У нас его и так мало...

- Тогда веди! - сказал я. - Ты здесь ориентируешься лучше меня. Вот только...

- Что? - насторожилась Ольга.

- Понимаешь, какая штука... Я ведь не один пришел сюда, - объяснил я. - Снаружи меня поджидает дед, - и поспешил добавить, заметив, как удивленно взлетели вверх ее брови: - Он ведь стал Призраком Перевала и последовать в Святилище за мной не смог... А еще у городских ворот ждут моего возвращения мои друзья. Они прикрывают мой отход, держат открытыми ворота... Мне бы их как-нибудь предупредить. А то начнется переполох, пропадут ведь!..

Ольга снисходительно улыбнулась в ответ:

- Нет ничего проще! Ты же обладаешь даром, доставшимся тебе в наследство от Самки! Вот и передай, чтобы ждали нас у западной стены...

Тут уж я не выдержал.

- Вы что, все сговорились, что ли? Способности Самки, сила Зверя!.. Ну сколько раз объяснять, что не умею я пользоваться этими якобы появившимися у меня способностями? Чтобы их использовать, надо знать, как это делать! У меня же, если что и получается, то спонтанно, помимо моей воли!

Я так разошелся, что, казалось, остановить меня будет невозможно. Но Ольга остановила.

- Перестань! - сказала она, закрывая своей ладошкой мне рот, и я сразу же заткнулся. - Эти способности в тебе есть, и тебе от них никуда не деться! Ты пытаешься сбежать от них, но, поверь мне, тебе это уже не удастся! Так что лучше научись их правильно использовать, а я тебе подскажу, как...

- А я что, против? - ухватился я за ее предложение. - Если поможешь, тогда, конечно, совсем другое дело! Только сможешь ли?

Теперь настала ее очередь сердиться.

- Ну, знаешь ли!.. - возмутилась она. - Неужели я похожа на пустую похвальбушку? Раз я говорю, что сумею помочь тебе - значит, сумею!.. И вообще, мне уже начали надоедать твои постоянные сомнения в моих способностях! По-твоему, я тут два года дурака валяла?

- Извини! - смутился я. - Обещаю, что больше не буду сомневаться в тебе! Давай, учи, как мне связаться с моими друзьями...

- Хорошо, - сменила Ольга гнев на милость. - Закрой глаза и представь себе того, кому собираешься передать свое сообщение. Только отчетливо представляй, - предупредила она, - а то не получится!

- Попробую, - сказал я и закрыл глаза...

Дед и Дезир предстали передо мной как живые. Я видел каждую деталь так отчетливо, словно это были реальные люди, а не мои воспоминания о них. Ну, что касается деда - ладно, я настолько хорошо его знал, что представить его облик не представляло для меня никакой трудности. А вот Дезир... Маленького человечка я видел всего лишь два раза в жизни. Однако тогда мне вспомнились даже такие мелочи, на которые я и не обращал внимания! Видимо, мое подсознание зафиксировало его образ до мельчайших подробностей, хотя, видит Бог, к этому я совсем не стремился... Да все объясняется просто, Данька! Безо всяких там чудес... Я ж учился на мехмате и по молодости частенько развлекался тем, что запоминал картинку, а потом рассказывал, что на ней запечатлено. Зрительная память называется...

- Теперь говори! - услышал я голос Ольги и, подчиняясь ее приказу, передал координаты нашей встречи.

- Хватит, открывай глаза!

Я распахнул свои гляделки и посмотрел на Ольгу. Она ободряюще улыбнулась мне, а ведь я так и не понял, получилось у меня или нет!

- Ответа не жди! - предупредила меня она и пояснила: - Сквозь эти стены не пробьется ни одна мысль извне.

- А как же тогда узнать, получили они мое послание или нет? - поинтересовался я.

- А никак! - ответила Ольга. - Придется тебе поверить мне на слово. Я же тебя со своей стороны уверяю, что у тебя все прекрасно получилось! Даже лучше, чем я ожидала... Просто ты еще не уверен в своих силах и не знаешь своих новых возможностей. Иначе ты бы тоже не сомневался...

- А вдруг Норна перехватит мое сообщение? - мелькнула в голове тревожная мысль, но Ольга сразу же замотала головой:

- Нет! Твои мысли были сфокусированы на конкретных объектах. Перехватить их, не зная направления посыла, невозможно. Только если находишься рядом с объектом... Вот если бы ты воздействовал на нескольких человек сразу, например, на охранников, она бы точно засекла, потому что в таком случае мысли распространяются в широком диапазоне вещания. А так... Беспокоиться не стоит. Твои друзья предупреждены, а нам надо двигаться дальше, чтобы успеть уйти как можно дальше к тому моменту, когда Норна прибудет в Святилище...


* * *


Когда мы подбежали к выходу в Зал Совета, Ольга жестом остановила меня:

- Подожди! Сначала надо выяснить, нет ли кого по ту сторону двери.

Она закрыла глаза. Казалось, девушка пытается сквозь стену расслышать тех, кто, возможно, находился в Зале, карауля наше появление из потайного хода. А то, что там была засада, я уже знал... Откуда?.. Спросил бы чего полегче, Данька!.. Просто знал, и все! Назови это предчувствием, интуицией, телепатией - факт остается фактом. Я чувствовал присутствие людей за стеной и знал, что они в свою очередь знают, что мы находимся в этом потайном ходе... Нет, и раньше интуиция и предчувствие были хорошо развиты у меня и не раз спасали мою шкуру. Но не до такой степени! Я ведь точно знал, что нас ждут. Это не было предчувствием опасности, которое возникает иной раз у человека, когда беда подкрадывается близко к нему. Нет, это было конкретное знание. А вот откуда оно взялось, я понятия не имел! От Самки ли, от Зверя или от обоих вместе - какая разница, в конце концов! Главное было в самой способности, а не в том, откуда она появилась...

Да, ты прав. Я и сам не раз задумывался над тем, как Норна сумела так быстро оповестить стражу о моем присутствии в Святилище? Ведь, если верить словам Ольги, мысленную информацию через стены этого храма послать она не могла. Но оставались еще стражники снаружи. Их-то можно было поставить на уши, а уж они должны были поднять тревогу, выполняя приказ Главы Совета жрецов. Их задачей было задержать незваного гостя, то есть меня, в стенах Святилища до прибытия самой Норны. Только вот старая карга недооценила моих скромных возможностей и возможностей Верховной Жрицы. А, может, просто не приняла в расчет, что Ольга пойдет со мной, будучи уверенной в своем влиянии на бедную девушку...

Итак, Ольга открыла глаза и посмотрела на меня.

- Пятеро охранников и два послушника, - сообщила она.

- Трое напротив входа, двое - по бокам, послушники - у дверей Зала, - уточнил я.

Ольга не удивилась, будто в этом не было ничего особенного. Впрочем, похоже, на Перевале все знали о моих новых возможностях больше, чем я сам. И это ужасно напрягало меня. Хоть бы просветили, что ли! А то я напоминал дикаря, получившего автомат вместо привычной дубины и не знающего, как им пользоваться!..

- Слушай, ты хоть бы удивилась ради приличия! - возмутился я.

- Зачем? - пожала плечами Ольга. - Чем раньше ты привыкнешь к своим новым способностям, тем быстрее научишься их контролировать.

- Тогда расскажи мне о них! - потребовал я. - А то всякий раз их проявление повергает меня в шок...

- Думаешь, сейчас самое время? - усмехнулась она. - Впрочем, одна из способностей, полученная тобой от Самки, нам сейчас может очень пригодиться.

- Какая? - поинтересовался я.

- Способность видеть сквозь стены на больших расстояниях, - ответила Ольга. - Пошарь по Святилищу! Нам сейчас необходима вся информация по находящимся в этом здании людям.

Час от часу не легче! Уж лучше бы она молчала!

- Экая ты прыткая! - покачал я головой. - Наверное, ты меня с кем-то перепутала. Ну, я понимаю, почувствовать, кто находится в соседней комнате! Но в таком огромном здании!.. Думаешь, это возможно?

- Возможно, - уверенно заявила она. - Надо только постараться.

Эта ее фраза переполнила чашу моего терпения.

- Послушай, ты что, издеваешься? - возмутился я. - Что значит "постараться"?.. Я не знаю, как у меня получилось увидеть, что происходит в Зале Совета, а ты хочешь, чтобы я мысленно обшарил все Святилище!

- Ничего, я тебе помогу, - успокоила меня Ольга. - Давай-ка, закрой глаза и представь себе Зал Совета... Представил?..

Я попробовал и, ей богу, Данька, у меня получилось с полпинка! Я вдруг увидел Зал так, словно сам находился в нем! Мало того, я услышал все мысли охранников, почувствовал их нетерпение. Они ждали, когда я появлюсь из потайного хода, чтобы убить меня!.. Да-да, Данька, Норна отдала приказ уничтожить меня!.. Нет, об Ольге она не сказала ни слова!.. Не знаю, почему... Может, была уверена, что я вернусь один?..

- А теперь попытайся услышать мысли тех, кто находится в соседних с Залом Совета помещениях, - послышался голос Ольги. - Это просто, надо только прислушаться, и ты их услышишь!

И я действительно услышал мысли других людей, Данька! Только теперь в голове моей царил такой кавардак, что было сложно разобрать, кто что думает! Ощущение такое, будто стоишь в гомонящей толпе...

- Не упускай то, что успел захватить! - предупредила меня Ольга. - И теперь медленно поднимайся над Святилищем, продолжая удерживать этот шум в своей голове. Представь, что крыши нет, перекрытия прозрачны, словно сделаны из стекла. Ты видишь всех, кто находится в здании, ты чувствуешь их, ты слышишь все их мысли...

И я, в самом деле, все это увидел, Данька! Я видел людей в Залах и коридорах Святилища, я мог выделить мысли любого из них, узнать о самых сокровенных тайнах и желаниях, стоило только сосредоточиться! Это было одновременно захватывающе и страшно! Захватывающе, потому что никогда я не испытывал ничего подобного. А страшно... Представь, что есть кто-то (я не имею в виду Бога), кто может видеть тебя насквозь! Тот, кто знает все твои слабые стороны и может их использовать против тебя! Согласись, не очень-то это приятно. А ведь наверняка есть такие люди и среди нас. Только за последнее время мне попались аж два таких человека, занимающих немаленькие посты в крупных компаниях! Как говорится, информация наводит на размышления...

Но вернемся к моему повествованию. Ольга не дала мне долго находиться в таком состоянии и вернула с небес на Землю.

- Ну, и что ты увидел? - поинтересовалась она, когда я пришел в себя.

- Этих чертей, что собак нерезаных! - ответил я, переводя дух. - В каждом коридоре, в каждом Зале. Караулят наше появление, сволочи!

- А в потайных ходах? - спросила девушка, еле сдерживая волнение...

Только тогда я понял, что это были за пустые коридоры, пронизывающие все Святилище вдоль и поперек, а также сверху вниз. Потайные ходы! Сколько же их там было!..

- Пока чисто, - сообщил я и поинтересовался: - А ты уверена, что все увиденное мной - не лажа? Что если это только самовнушение?

- Нет, Саша, не самовнушение! - покачала она головой. - Поверь мне, я знаю, что говорю. Я... - девушка вдруг запнулась. - Я была в теле одного из пауков, мне знакомы все их ощущения... Это было необходимо, чтобы научиться управлять этими существами, если возникнет такая нужда... Я видела то же, что и ты. И это не было самовнушением... Извини, что подглядывала, но я не могла бросить тебя одного! Вдруг ты не смог бы вернуться самостоятельно?

- Ну, спасибо! - возмутился я. - А раньше что, нельзя было сказать? А если бы я там застрял?

- Не обижайся, пожалуйста! - Она взяла меня за руку. - Просто сейчас ты, как маленький ребенок! За тобой нужен глаз да глаз, а не то, не дай бог, расшибешь еще себе лоб! Твои способности без догляда могут сильно навредить тебе...

"Ишь ты, заботливая какая!" - подумал я с легким раздражением и поинтересовался:

- А ты, выходит, вроде няньки при мне?

Ольга как-то странно посмотрела на меня и ответила:

- Человек - слабое существо, Саша. Зачастую, получив власть над другими людьми, он превращается в зверя. Выплывают самые низменные стороны человеческой натуры. Они есть в любом из нас, только у одних эта подленькая сторона души запрятана глубоко-глубоко, а у других лежит практически на поверхности. Стоит дать толчок и!.. - Она заглянула в мои глаза и закончила: - Ты даже не представляешь, какую могущественную силу ты получил! Лучше бы ты оставался обычным человеком!.. Я не хочу, чтобы злая сущность взяла над тобой верх! Ты мне нравишься таким, какой ты есть, и я сделаю все возможное, чтобы уберечь тебя от ошибок! Независимо от того, хочешь ты этого или не хочешь...

Во мне все замерло от этих слов. Долгонько же мне пришлось их ждать! И так сразу тепло на душе стало! Ведь у меня уже давно никого не было, кто мог бы беспокоиться за меня...

- Я постараюсь! - пообещал я ей. - Ты, главное, помоги мне разобраться с этой проблемой, научи, как правильно использовать свою Силу. Больше мне не на кого надеяться. Разве что на Дезира. Он тоже много знает, но не всегда до конца говорит всю правду. Так что, наверное, только ты можешь по-настоящему мне помочь...

- Помогу, обязательно помогу! - Ее глаза как-то странно заблестели, и я уже было забеспокоился, что она расплачется, но девушка быстро взяла себя в руки и продолжила: - Ты ведь один у меня остался. Ни родных, ни друзей... Была Алиса, так она погибла. Деда убила Норна... Вот и получается, что кроме тебя у меня ближе никого нет!

- Знаешь, у меня ведь тоже кроме тебя никого не осталось, - сказал я и обнял ее. - Нам надо держаться вместе. Тогда с нами ничего не случится. Я тебе обещаю...

Я чувствовал, как вздымается ее грудь, как бьется сердце. Я чувствовал запах ее волос, тепло ее девичьего тела. И от этого в моей душе поднималось что-то хорошее, теплое. Я чувствовал, как снова оживают мои чувства к этой девушке, и мне стало так хорошо! Ей богу, так бы и стоял до скончания века! И ничего мне больше в тот момент не надо было!..

Но Ольга сама напомнила мне о том, где мы находимся.

- Нам надо идти, - сказала она, отстраняясь от меня. - Я чувствую - Норна уже близко!

- Давай поступим так, - предложил я, вытаскивая меч. - Ты откроешь выход, а я "побеседую" с теми, кто нас там поджидает... Не бойся, - поспешил я успокоить ее, заметив протестующий жест, - мне теперь, после смерти Зверя, сам черт не страшен, не то что какие-то там охранники! Поверь, я с ними быстро разделаюсь!

- Не поминай нечистого! - побледнела девушка и сложила пальцы в замысловатый знак - вероятно, от нечистой силы. - Накликаешь беду!..

Насколько я знаю, Ольга до прихода на Перевал была православной. Мне неизвестно, насколько сильна была ее вера в Бога, но за два года она явно претерпела изменения. Любой христианин при упоминании нечистого в лучшем случае просто перекрестился бы. Ольга же сложила из пальцев охранный знак, при виде которого любой батюшка обвинил бы ее в язычестве. Впрочем, на Перевале своя религия, свои боги и своя нечисть, и я думаю, что от всякого рода демонов, чертей и другой пакости там защищаются совсем иначе, чем вне Перевала. Вполне возможно, что крестное знамение для тамошней нечистой силы - как мертвому припарка! По крайней мере, я не пробовал и пробовать не собираюсь. У меня свои методы разборок с нечистью Перевала, гораздо более эффективные, чем вся эта ихняя магия...

- Ладно, не буду, - пообещал я и поинтересовался: - Ну что, пошли? Давай, на счет "три" открывай дверь и сразу же отскакивай в сторону! И пока я не позову, отсюда носа не высовывай! Поняла?

- Нет! - вдруг заупрямилась девушка. - Там их слишком много. Со всеми сразу все равно справиться не успеешь. Остальные тем временем поднимут шум, и тогда нам придется совсем туго...

- Хорошо, что ты предлагаешь? - Я уже понял, что у нее был другой план, отличавшийся от моего.

- Все очень просто! - сказала она и вдруг улыбнулась: - Я нашлю на них глубокий, здоровый сон. И убивать никого не надо, и кое-кому из сомневающихся докажу, что за два года пребывания в стенах этого Святилища я тоже кое-чему научилась!..

А вот это уже был камешек в мой огород! "Что ж, - подумал я, - пусть девочка блеснет своими способностями! Если выгорит - хорошо, а нет - так мой меч всегда со мной!" И сказал:

- Давай, валяй!

Она с подозрением посмотрела на меня, словно не веря, что я так легко согласился с ее предложением. И я подбодрил ее:

- Давай, давай! Не медли, время и так дорого!

- Хорошо, - кивнула девушка, убедившись, что я действительно ничего не имею против ее плана. - Только, пожалуйста, хорошенько заткни уши, а то тоже заснешь!

Я зажал уши руками. Губы Ольги задвигались, а поскольку уши я закрыл неплотно, то услышал, как она запела какую-то заунывную, тягучую песню на незнакомом мне языке. В ней было и завывание ветра, и шум листвы деревьев, и шуршание волн, набегающих на берег. Так, по крайней мере, мне показалось... И практически сразу я почувствовал навалившуюся на меня сильную усталость. Веки отяжелели, сознание куда-то поплыло, ноги подкосились, и я рухнул на каменный пол коридора. Правда, момента, когда мое тело приняло распластано-горизонтальное положение, я уже не прочувствовал. Попросту говоря, уснул, не долетев до пола. Отрубился...

Очнулся я оттого, что кто-то ожесточенно меня тряс за плечи. Я открыл глаза и увидел озабоченную Ольгу, склонившуюся надо мной.

- Ну, нифига себе! - затряс я головой, понемногу приходя в себя. - Что это было?

Взгляд Ольги вдруг стал жестким, колючим, словно я позволил себе нечто из ряда вон выходящее. Под этим взглядом я даже почувствовал себя нашкодившим ребенком, хотя и не понимал, чем была вызвана такая немилость. Впрочем, через несколько секунд все прояснилось...

- Ну ты и... болван! - Было понятно, что Ольга хотела выразиться словечком покруче, но ее интеллигентность не позволила ей это сделать. - Я кому велела заткнуть уши? Ты что, совсем тупой?

- Так я думал... - попытался оправдаться я, но она мне не дала.

- Индюк тоже думал, да в суп попал! - оборвала меня девушка. - Уснул бы на пару часиков сном младенца, что бы я с тобой тогда делала? Ты хуже ребенка, ей богу!

- Так ведь не уснул же! - возразил я и поинтересовался: - А что это была за песня?

- Колыбельная, после которой уже не просыпаются! - ответила она.

- Что, совсем? - усмехнулся я.

- Брось молоть чепуху! - не выдержала Ольга. - Нам и так некогда, а он тут языком треплет! Пошли!..

- А охранники что, спят вечным сном? - поинтересовался я, двигаясь следом за ней.

- Нет, не вечным, - ответила она, открывая потайную дверь в Зал Совета. - Их можно разбудить... если знаешь как. А вот если мы не поторопимся, то можем столкнуться с теми, кто придет их будить. Так что давай двигаться дальше. - Ольга вдруг остановилась и повернулась ко мне. - А тебе на будущее совет - упаси тебя Бог еще раз ослушаться меня! В противном случае для тебя это может кончиться очень плохо. Ясно?

- Ясно, - ответил я...

Мы вошли в Зал Совета. Охранники и два послушника действительно дрыхли беспробудным сном. В тот момент я зауважал юную колдунью. Мне, при всем моем желании, пришлось бы силой пробиваться через этих крепких мужиков. И еще неизвестно, чья бы взяла, даже при всей моей силе и быстроте, полученной в наследство от Зверя. А этой пигалице потребовалась всего минута, чтобы уложить их!..

- Однако! - только и сказал я, оглядев мирно храпевших охранников. - Ловко ты их!

- Да брось ты! - отмахнулась Ольга, которая уже была у противоположной стены и открывала дверь в очередной потайной ход. - Норна уже в здании и знает, что мы здесь! Сейчас тут будут все охранники!..

И словно в подтверждение ее слов за дверью, ведущей в коридор, послышался топот множества ног. И спешили они явно по нашу душу...

- Постой! - остановил я ее, подскочил к ней и с оглушительным треском выдрал кусок ткани из подола платья.

- Что ты делаешь? - ужаснулась она.

- Направлю этих ублюдков по ложному следу! - ответил я и бросился к двери, ведущей из Зала Совета в коридор.

Мой план был прост. Сначала я закрыл дверь на засов, после чего кинулся к камину, через который и проник в свое время в Святилище. Кусок Ольгиного платья зацепил за каминную решетку так, чтобы сложилось впечатление, будто мы ушли через дымоход. Без Норны эти придурки вряд ли смекнут, что их обвели вокруг пальца. А пока откроется истина, мы будем уже далеко...

Моя хитрость почти сработала. Охранники уже собирались лезть на крышу, но Норна вовремя появилась в Зале и остановила этих "следопытов". Тем не менее, некоторый запас времени это нам дало. Когда они чухнули, что к чему, мы уже спускались по каменной винтовой лестнице к подземному ходу. Мы так торопились, что в спешке я совершил одну крупную ошибку, о которой потом сильно пожалел... Какую? Сейчас расскажу...

Это ошибку я совершил в Зале Совета. Снаружи в дверь уже изо всех сил колотили охранники, а я был у входа в потайной ход, когда Ольга вдруг вспомнила:

- Шар! Его надо забрать!

- Какой шар? - удивился я. - Давай двигать отсюда! Эта дверь долго не выдержит, не до шаров сейчас!

- Вон тот шар! - И Ольга ткнула пальцем мне за спину.

Я обернулся. Около трона Норны на треугольной подставке покоился большой стеклянный шар. Нет, я, конечно же, понимал, что эта штуковина стоит там не просто так, для красоты, но не думал, что ее присутствие в Зале Совета окажется настолько неблагоприятным для нас, поэтому отрезал:

- Раньше надо было думать! Теперь уже поздно! Уносим ноги!

И чуть ли не силой втащил Ольгу в потайной ход. И вовремя, потому что едва мы успели укрыться там, как дверь в Зал Совета рухнула, и по помещению затопало множество ног. Дожидаться результатов своей хитрой задумки я не стал, и мы сорвались вниз по лестнице, которая открылась нашим взорам сразу же, едва мы вошли в потайной ход...

- Почему ты не дал мне забрать магический шар? - укоризненно бросила мне Ольга, когда Зал Совета остался далеко позади, и мы вступили в подземный ход, ведущий из Святилища за городскую стену.

- Ты, блин, вообще, соображаешь, что несешь? - разозлился я. - Мы и так еле успели ноги унести! И потом... Этот шарик весит, по крайней мере, не один десяток килограмм! Ты что же, думала, что я в состоянии тащить твой далеко не легенький рюкзак, фонарь и еще, вдобавок, такую тяжелую штуковину?.. Я, конечно, теперь обладаю определенной силой, но все же не настолько большой, чтобы тащить все это на себе и при этом не сбавлять хода!

- Дурак! - обругала меня она. - Это - не простой шар! При помощи этой штуки жрецы могут отследить местоположение любого человека, любого предмета не только на Перевале, но и за его пределами!

Я даже остановился от неожиданности.

- Что же ты сразу не сказала! - Внутри меня закипела досада. - Талдычила, как заводная, - "надо забрать шар, надо забрать шар", а основного так и не сказала! Да я бы так жахнул его о стену, что от него остались бы мелкие осколки!

- Да ты же меня и слушать не стал! - рассердилась Ольга. - Потащил меня за собой, как собачонку на поводке! Силенок-то у тебя теперь не меряно, я и опомниться не успела, как дверь уже закрылась, отрезая нас от Зала!

- Лучше говорить надо было! - огрызнулся я и сменил гнев на милость: - Ладно, чего уж там. Что сделано, то сделано. Да и не успел бы я добежать до этого шара. Сама ведь видела, эти ребята ворвались в Зал сразу же, как только мы покинули его. Вот если бы ты сказала об этом раньше!.. А чем нам грозит эта ошибка?

- Чем? - горько усмехнулась она. - Тем, что как только Норна доберется до шара, она точно будет знать, где мы находимся! Сейчас она знает это только примерно...

На принятие решения мне понадобились доли секунды.

- Я так понимаю, этот шарик еще надо активизировать, - сказал я, одновременно прикидывая, что к чему. - Сколько времени на это понадобится?

- Ну, надо наполнить его энергией, сосредоточиться на объекте... - ответила Ольга и сразу же заявила: - Но у Норны это много времени не займет!

- Плевать! - отмахнулся я. - Все равно несколько минут на это уйдет. Значит, за это время нам надо будет как можно дальше уйти от нее! - И я, схватив девушку за руку, потащил ее за собой. - Побежали!..

И мы побежали. Да так, что ветер в ушах засвистел! Мы бежали так, как, наверное, не бегал ни один спортсмен в своей жизни. На полпути к спасению через толщу скалы, отделявшей нас сверху от города, вдруг пробился резкий трубный звук, похожий на рев разъяренного слона.

- Что это? - поинтересовался я, останавливаясь и прислушиваясь к этому звуку.

- Норна подняла тревогу в городе! - высказала предположение Ольга.

- Нет! - покачал я головой. - Она могла бы это сделать и раньше, незачем было ждать столько времени.

- Тогда кто поднял тревогу в городе и по какому поводу?

Вопрос был очень интересным, и ответ на него мог быть только один...

- Бежим скорее! - крикнул я, хватая ее за руку и увлекая следом за собой. - Видимо, смена обнаружила обездвиженных Дезиром караульных у городских ворот. Или тюремщиков... Нет, скорее первое!.. В любом случае, скоро весь город будет на ногах! Стоит им поднять гвардейцев на драконах или вызвать Стражу Перевала, и мы не успеем скрыться в пещерах маленького народца! Так что давай поторопимся, пока они будут шерстить внутри города, разыскивая злоумышленников!..

Но Норна тоже не теряла времени даром. Не успели мы пробежать и сотни метров, как дорогу нам преградили две призрачные фигуры с полыхающими огнем огромными двуручными мечами. Я-то, дурак, поначалу принял их за Призраков Перевала, но они быстро развеяли мое заблуждение...

- Фантомы! - охнула Ольга, увидев их. - Мы пропали!

- Ты хотела сказать - Призраки? - усмехнулся я, делая шаг в сторону этих бесплотных созданий. - Не боись! У меня же теперь блат среди них...

- Берегись! - крикнула она, хватая меня за руку...

Да, это были не Призраки Перевала. Те, по крайней мере, не нападают на людей, если их не принудят к этому обстоятельства. Эти же дьявольские отродья синхронно занесли над головами свои мечи и обрушили их на нас...

Как завороженный смотрел я, как огненные клинки проходят сквозь каменный свод подземного хода и летят к нашим головам. А потом будто что-то щелкнуло в моих мозгах, включая силу Зверя, высвобождая ее, как сжатую пружину. Одной рукой я отшвырнул назад Ольгу, другой вытаскивая из ножен меч и одновременно уходя из-под удара. Один из клинков прошел всего в паре сантиметров от моего лица, опалив жаром, и врезался в стену, с громким шипением пропахав камень, словно нож масло. Вот тогда я понял, что имела в виду Ольга, своим безнадежным: "Мы пропали!". У этих существ не было материальной оболочки, значит, убить их было нельзя. Зато они могли запросто своими мечами нашинковать нас, как капусту!..

"Нет, ребята, так нечестно! - подумал я, увертываясь от очередного удара. - И как же мне с вами бороться?"

Вопрос был глупым. Ввязавшись в драку, я обрек себя на погибель. Уйти было нельзя (попробуй побеги - сразу догонят, вон какие быстрые!), но и драться - равносильно самоубийству! Я мог лишь уклоняться от страшных ударов, кружась вокруг фантомов. "Надолго ли хватит у меня силы танцевать этот танец смерти?" - вот какой вопрос вертелся в голове, потому что бесконечно это продолжаться явно не могло...

И тут откуда-то из-за меня в фантомов ударили ослепительно яркие молнии, окружив их белым сиянием, по которому пробегали сполохи, словно от электрических разрядов. Я оглянулся и увидел Ольгу, стоявшую в паре шагов позади меня. Лицо девушки было искажено от страшного напряжения, по лбу и щекам градом катился обильный пот. А с кончиков пальцев вытянутых рук к фантомам тянулись ослепительно белые нити разрядов, упирающиеся в сияющий кокон, окутывавший эти дьявольские создания.

- Уходи! - прохрипела сквозь стиснутые зубы Ольга. - Я не смогу долго их удерживать!

Я не поверил своим ушам.

- А ты?

- Обоим нам не уйти! - ответила она и простонала: - Да уходи же ты, дурень! Беги!

"Уйти и бросить девушку одну на растерзание этим мерзким тварям? Ну уж нет, дудки! Да я же никогда не прощу себе этого!" - подумал я и решительно мотнул головой:

- Черта с два! Никуда я от тебя не уйду!

Ольга ничего не успела мне ответить, потому что в следующий момент я уже был около фантомов, с силой вонзая свой меч в сияющий кокон. И тут же взрыв страшной силы отбросил меня назад, больно ударив о каменный пол и чуть было не выбив из меня дух...

У меня было ощущение, словно в голове разорвалась бомба! Мне даже показалось, что мои мозги вспухли и лопнули, отдавшись в каждой клеточке моего тела мгновенной острой болью. А потом... Потом вдруг стало легко-легко! Казалось, сейчас вот воспарю над своим телом и полечу туда, где нет ни Норны, ни этих созданий, ничего... А еще вдруг возникло ощущение, что кто-то смотрит моим глазами на оплавленный меч, валяющийся на полу, на лежащую неподалеку без сознания Ольгу, на фантомов, неподвижно висящих в воздухе на прежнем месте. Незнакомое раньше чувство раздвоенности напугало меня. Я чувствовал, как внутри зашевелился этот... "другой", захватывая контроль над моим телом, но ничего не мог поделать. Фантомы, видимо, тоже почуяли изменения, происходившие внутри меня, потому что не нападали, а, казалось, даже были озадачены такими переменами. А тот, "другой", испытывал настоящее злорадство, видя их замешательство. И вместе с ним злорадствовал и я, так и не осознав до конца, что же со мной происходит...

- Что, негодники, не узнали своего старого приятеля Вал-ал-Ноорка? - нехорошо усмехнулся я. - Давненько не видались, а? Иль не рады мне?.. Вижу, не ожидали встретить меня здесь?.. Не ожидали... А не пора ли нам закончить наш давешний спор? Думаю, пора разобраться до конца, кто здесь хозяин!..

Конечно, на самом-то деле это был не я, а тот, "другой". Фантомы переглянулись (хотя для черных провалов на лице вместо глаз вряд ли подходило это выражение) и вдруг бросились на меня! Я дернулся назад, пытаясь уйти от атаки, но тот, "другой", который контролировал мое тело, оттолкнулся от моей бренной оболочки и с громким рычанием выскочил им навстречу...

Я сразу узнал этого субчика! Это был Зверь собственной персоной, только в нематериальном виде! Вот когда до меня дошел смысл его просьбы о том, чтобы именно я убил его, а не Солнце! Этот засранец использовал меня! И не его сила, оказывается, перешла ко мне, а он сам!..

Как завороженный следил я за этой схваткой призраков. Противники обменялись первыми ударами. Фантомы явно уступали Зверю в скорости и силе. Их огненные мечи еще только начинали свое движение, а огромные когтищи моего неожиданного союзника уже прошлись по их призрачным телам, оставляя за собой светящиеся разрезы.

Фантомы на мгновение застыли на месте, потом огненные мечи втянулись в их руки, а тела слились, сжавшись до ослепительно сияющего шара размером с футбольный мяч, который тут же ринулся с огромной скоростью на Зверя. Демон спокойно наблюдал за их манипуляциями, хотя мне, честно говоря, было не по себе. Когда этот шар с оглушительным ревом рванул в нашу сторону, моя душа вообще ушла в пятки. Вал-ал-Ноорк же (насколько я понял, таково было имя этого демона) оставался невозмутимым, будто ему было глубоко начхать на все ухищрения противника! Он был сильнее и могущественнее фантомов...

А потом случилось следующее. Вал-ал-Ноорк словно заправский футболист ударил головой по шару, изменяя направление его полета, а когда тот, ударившись о потолок, упал к его ногам, с силой пнул его ногой, да так, что тот с еще большей скоростью полетел обратно и ударился о стену, рассыпавшись фейерверком огненных брызг. Да, Данька, для обычного смертного этот сгусток энергии шарообразной формы наверняка был смертельно опасным, и вздумай я так поступить, как Вал-ал-Ноорк, то конец мой был бы быстрым и безболезненным. Скорее всего, прикосновение этого шара испепелило бы меня на месте, в мгновение ока превратив в кучку пепла. Мой же защитник, видимо, знал, как нейтрализовать эту энергию...

Итак, с фантомами после такого удара все было кончено. Вал-ал-Ноорк пошел посмотреть, и я, съедаемый любопытством, поплелся следом. Фантомы по-прежнему имели вид шара, не предпринимая никаких попыток видоизмениться или напасть на нас. "Мячик" уже не светился, по всей поверхности шли трещины, из которых просачивались сгустки энергии, светящиеся загадочным фосфоресцирующим светом. Вал-ал-Ноорк взял его в лапы и без особых усилий разломил на две половины. Потом бросил себе под ноги и с наслаждением растоптал, приговаривая при этом:

- Вот вам владычество над моим миром, козлы! С кем вздумали тягаться, салаги? На кого посмели гавкать, шавки подзаборные? Теперь вот парьтесь у Владыки в отстойнике, пока Он не найдет вам подходящее занятие!

Судя по словечкам, которые он употреблял, за время сидения в моем теле демон успел хорошо пополнить словарь ненормативной лексики и даже перенял сам стиль общения, присущий мне. И теперь его язык сильно отличался от того архаичного языка, которым он говорил на арене амфитеатра при нашей последней встрече. Да и поведение его разительно отличалось от того, с которым мне пришлось столкнуться в прошлый раз...

Прямо на моих глазах останки фантомов впитались в камень и исчезли без следа. Вал-ал-Ноорк стряхнул руки и вдруг сказал:

- А здорово мы повеселились, а, Хранитель?.. Чего молчишь? Язык проглотил?

- Да нет, - ответил я. - Просто немного удивлен твоему появлению в такой напряженный момент. Вообще-то я считал, что уничтожил тебя при нашей последней встрече!..

- Ты уж не серчай на меня за то, что я влез в твое тело без спросу! - повинился демон. - Сам понимаешь, выбора у меня не было. У меня было два варианта: или погибнуть под лучами Солнца и отправиться на свалку к Владыке, или слиться с твоим сознанием. Так сказать, спрятаться под твою защиту до поры до времени...

- Ну и сидел бы себе потихоньку! - огрызнулся я. - Чего вылез-то? Что мне теперь с тобой делать?

- Да не мог я смотреть, как эти нахалы разделаются с тобой! - ответил он. - Неужели ты думаешь, что я мог позволить им лишить меня такого прекрасного тела? Мне нравится у тебя. За это время я узнал много нового, испытал неведомые мне ранее ощущения...

- И что теперь? - поинтересовался я. - Как будем разруливать эту ситуацию? Мне совсем не хочется, чтобы внутри меня сидел какой-то там бес!

- Я не какой-то! - обиделся демон. - Я - Вал-ал-Ноорк, Хозяин Перевала!

- Можешь не повторяться, - усмехнулся я. - В прошлый раз я уже имел счастье слышать это от тебя! Когда ты пытался меня слопать, помнишь? И ты думаешь, что после этого я могу тебе доверять? Возьмешь вот и выгонишь меня из моего же тела!

- Да не собираюсь я захватывать твое тело! - успокоил меня Вал-ал-Ноорк. - Мне и так неплохо. Не надо думать, принимать решения, напрягаться. Сиди себе, отдыхай... И потом, если ты заметил, я у тебя поселился тоже не за бесплатно. Ты мне предоставил убежище, я тебе - Силу!.. Так что давай оставим все по-старому, а? Я не буду вмешиваться в твои мысли и действия (если, конечно, ты сам этого не захочешь), а ты не станешь выгонять меня из своего тела. Идет?

- А что, это возможно? - усмехнулся я. - Выгнать беса из своего тела?..

- А ты как думал! - подтвердил демон. - Это же твое тело, не мое... Во-первых, ты просто можешь сейчас не пустить меня обратно. Во-вторых, ты знаешь мое имя. Зная имя, можно легко изгнать из своего тела незваного гостя, надо только правильно воспользоваться этим знанием... Но, сдается мне, ни тот, ни другой вариант тебе сейчас невыгодны!

- Это еще почему? - удивился я.

- Потому что мое присутствие в твоем теле дает тебе целый ряд преимуществ! - пояснил он. - Во-первых, никто не подозревает, что внутри тебя сидит такой могущественный демон! Видал, как удивились эти субчики, когда я выскочил им навстречу? Они-то думали, что имеют дело со смертным, а нарвались на меня! Это замешательство помешало им правильно построить оборону, и я разделался с ними в два счета!.. Твой же враг - опасная и очень хитрая колдунья. По сравнению с ней эти уроды - просто ангелы, потому что от них хоть знаешь, чего ожидать! От Норны же ожидать можно всего, чего угодно. Она очень умело управляет потусторонними силами, и простому смертному с ней не справиться... Так что в борьбе с таким могущественным противником всегда надо иметь козырный туз в рукаве!

- Я так понимаю, под козырным тузом ты имел в виду себя? - усмехнулся я.

- А ты не смейся! - обиделся Вал-ал-Ноорк. - Тебе предлагают помощь, а ты еще выеживаешься!.. Вот представь себе: сойдешься ты с этой Норной лицом к лицу, и что дальше? Как ты рассчитываешь с ней справиться в одиночку? Вряд ли это под силу простому человеку!

- А ты сможешь? - поинтересовался я.

- Смогу! - уверенно заявил демон. - Среди своих собратьев я - самый сильный! Этой колдунье со мной не справиться!

- Однако мне удалось убить тебя, не имея никакой колдовской силы! - напомнил я ему.

- Ну, ладно тебе, не скромничай! - ухмыльнулся демон. - Если бы у тебя не было никакой силы, хрен бы ты так долго продержался против меня! И потом, у тебя была Сила Самки, а это уже немало!

- Вот! А говоришь, что сумеешь справиться с такой сильной колдуньей, как Норна! - сказал я. - Уж если я смог с тобой справиться, не зная, как пользоваться своими способностями, то что говорить о жрице, которая на колдовстве собаку съела! Что-то в твоих рассуждениях не стыкуется, демон!

- А я и не говорил, что это будет легко! - согласился со мной Вал-ал-Ноорк. - Что же касается твоей победы надо мной, то, как ты говоришь, я просто-напросто довыеживался. Решил поиграть с тобой - и нарвался! Знаешь, когда напяливаешь на себя материальную оболочку, становишься уязвимым! Об этом, чего греха таить, я и забыл совсем, а когда вспомнил, моя же оболочка уже была для меня ловушкой, из которой не вырвешься... Теперь все будет по-другому. Без материальной оболочки я практически неуязвим! К тому же мы, демоны, знаем о магии все! Ну и фактор внезапности, конечно, может сыграть свою роль. В этом ты уже убедился... Так что не дрейфь! Вместе мы как-нибудь завалим эту старуху!..

- И все-таки мне непонятно, - продолжал сомневаться я. - Тебе-то какой резон помогать мне?.. - и быстренько добавил, увидев, что демон собирается что-то сказать: - Только не говори мне, что твоя помощь бескорыстна - все равно не поверю!

- И не верь! - ответил он. - Я не предлагаю тебе бескорыстную помощь, нет! Я помогу тебе, ты поможешь мне... Видишь ли, мне уже порядком поднадоел это Перевал! Развернуться здесь негде, понимаешь? Некоторые из демонов уже смылись в твой мир, за границы Перевала, а я все торчу здесь, считая себя Хозяином Перевала! Над кем Хозяином, спрашивается? От Перевала остался жалкий клочок суши, самые сильные демоны ушли в твой мир, толком даже подраться-то не с кем!.. Правда, сомневаюсь, что их приняли там с распростертыми объятиями. В наших кругах, знаешь ли, не очень-то любят чужаков!.. Э, да что там говорить, сам такой! В первую очередь любой пришлый демон пытается отвоевать себе паству у хозяев, а кому это понравится?.. Правильно, никому! А это значит - война! И судя по всему, не в пользу пришельцев... Короче говоря, чтобы меня не постигла печальная участь моих предшественников, я хочу, воспользовавшись твоим телом, посмотреть, что там у вас и к чему. Кто хозяйничает в твоем мире, что может, и стоит ли вообще туда соваться...

- То есть, если я правильно понял, при помощи меня ты хочешь отвоевать у нашей нечисти себе кусок нашего мира для постоянного места жительства? - усмехнулся я. - Силенок-то хватит? Наши бесы тоже ведь не лыком шиты!

- А вот я и посмотрю, чем они шиты! - сказал Вал-ал-Ноорк, отвечая на мое предостережение. - Если только почую, что не смогу с ними справиться, так даже не буду и начинать.

- И навсегда останешься в моем теле? - поинтересовался я не без задней мысли.

- Далось тебе это тело! - рассердился демон. - Еще раз тебе объясню - мне оно нужно всего лишь как укрытие (причем учти - временное)! Можешь не волноваться, в твоем теле я в любом случае не останусь! Мне ведь тоже не очень-то удобно постоянно быть запертым в материальной оболочке... Впрочем, если тебе так это не нравится, я могу уйти прямо сейчас! Так что выбирай - или мы и дальше будем действовать сообща, или мы сейчас расходимся, как в море корабли! Только учти - если я уйду, я и свою Силу заберу с собой. Так что решай, теперь слово за тобой!..

Ну и хитрющий же мне бес попался, Данька! С одной стороны мне совсем не хотелось помогать местной нечисти проникать в наш мир, где и без того хватало чертовщины. С другой же... Ну, что я буду делать без Силы Зверя? Первый же попавшийся Черный телохранитель расправиться со мной, как со слепым беспомощным щенком! Нет, Данька, мне нужна была помощь, чтобы выжить, и я не намерен был от нее отказываться! Согласен, никогда еще союз с нечистой силой не приносил человеку ничего хорошего, и на слово демона я не очень-то полагался. Но у меня была Ольга, поэтому я не очень-то беспокоился за себя. Я надеялся, что если демон попробует меня обмануть, она найдет способ, как с ним справиться. Поэтому решил все ей рассказать при первой же возможности. Пусть последит за мной, и если почувствует, что демон полностью захватил мое сознание и контроль над телом, примет соответствующие меры...

- Ладно, давай сотрудничать! - согласился я и сразу же предупредил: - Только не пробуй меня обмануть! Один раз я уже с тобой справился, справлюсь как-нибудь и во второй!

- Да ты, видно, и не догадываешься, на что теперь способен? - усмехнулся демон. - Объясню тебе популярно. Сознание человека, выкупавшегося в крови Самки и получившего ее способности, не может подчинить своей воле даже демон! Ты легко можешь отбить все попытки захватить твое тело и вышвырнуть меня вон! Если не веришь, спроси у своей подружки. Она подтвердит...

- Хорошо, ты меня убедил, - сказал я (хотя до конца так и не поверил ему) и поинтересовался: - А ты не боишься, что теперь, когда я знаю о твоем существовании, тебя легко обнаружат по моим мыслям или поступкам? Не теряет ли твоя затея всякий смысл в связи с этим?

- Ни в коем случае! - твердо заявил он. - Я так затаюсь в глубинах твоего сознания, что ни одна нечисть меня не найдет, как бы тщательно тебя ни проверяла! Поверь, если телом и мыслями управляет человек, очень трудно обнаружить в нем присутствие демона!..

- Ну, ладно, коли так, - согласился я. - А теперь давай, залезай обратно, будем двигаться дальше. И так мы много времени потеряли на болтовню!

Вал-ал-Ноорк таинственно улыбнулся и сказал:

- Насчет этого можешь не беспокоиться. Не одна Норна умеет растягивать время! - И пояснил, заметив мой недоуменный взгляд: - Ну, мне ведь надо было с тобой объясниться. Расставить, так сказать, все точки над "╕", раз уж мне пришлось проявить себя... Во внешнем мире едва ли прошла минута с того момента, как ты грохнулся об пол... Но ты прав, когда мы вернемся в реальное время, нам стоит поторопиться. Норна уже знает, где вы находитесь, и сейчас по этому ходу двигается большой отряд охранников. Другой отряд из телохранителей жрецов спешит поверху, чтобы перехватить вас у выхода из подземного хода. Так что буди свою подружку, и вперед!..


9.

Возвращение демона в мое тело было не менее мучительным, чем в тот раз, на арене амфитеатра. Но, как и тогда, на проявление слабости не было времени. Я сразу же бросился к Ольге и склонился над ней.

Она была без сознания, но уже через секунду открыла глаза и осмотрелась по сторонам.

- Где они? - был первый ее вопрос.

Пришлось вкратце рассказать ей о том, что произошло. Известие о моем соглашении с демоном девушке явно не понравилось, это было хорошо заметно по ее виду. Но сказать по этому поводу она ничего не успела, потому что из глубины коридора послышался приближающийся топот множества ног.

Ольга, услышав его, побледнела, а в глазах сразу заплескалось отчаяние и беспокойство. Не знаю, у кого родилась эта идея, у меня или Вал-ал-Ноорка, но в следующую секунду я подхватил ее на руки и рванул по коридору. Да так, что только ветер в ушах засвистел! Фонарь остался одиноко лежать на полу, но мне он и не был нужен - и без него мои глаза хорошо видели в кромешной тьме подземного хода...

Не знаю, как далеко мы оторвались от преследователей, только когда я уперся в глухую стену и опустил свою ношу на пол, топота уже не было слышно. Однако преследователи могли появиться в любой момент, поэтому Ольга сразу же приступила к поискам механизма открывания двери.

Заниматься этим делом в кромешной тьме было трудновато, поэтому в первую очередь она щелкнула пальцами, и под потолком вспыхнул яркий колдовской шарик. Остальное было делом техники, и уже через минуту мы выскочили из мрачного коридора на свежий воздух...

На воле приветливо светила Луна, заливая окрестности серебристым светом. Яркие звезды неземных созвездий, перемигиваясь между собой, мерцали на ночном небе. Мы вышли точно на западную окраину города. Перед нами простирался участок ровной земли, за которым начинались горы, и это место мне было хорошо знакомо. Где-то справа от нас находились главные ворота Фаркса, в них упиралась дорога, по которой можно было добраться до северной границы Перевала. Там, в той стороне, был мой дом, к которому после моего побега из СИЗО дорога мне была заказана...

Но не думай, Данька, что на этом наши злоключения закончились. Едва выбравшись наружу, я понял, что мы попали из огня да в полымя... Приключения в подземном ходе сильно задержали наше продвижение, и мы опоздали. Над головой послышались щелчки взводимых арбалетов, и, задрав голову, я увидел, что нас держат на прицеле городские стражники. Но это было бы еще полбеды... Наверное, с сотню Черных телохранителей теснили моего деда, Дезира и его ххорнов к стене, охватив их полукольцом и постепенно сжимая окружение. А в центре этого полукольца находились мы с Ольгой...

Они шли спокойно, не торопясь и не таясь, потому что даже дураку было ясно, что проскочить сквозь это оцепление уже никому не удастся. Наверное, у моих друзей была возможность бежать, и вряд ли бы их стали преследовать. Норне нужны были мы... Но они предпочли остаться, и от такого проявления верности на моих глазах даже навернулись слезы. Хорошо, когда у тебя есть друзья, на которых можно положиться, которые не бросят тебя в беде! Народ Гаэлла я считал своими друзьями, но они меня предали, едва только появилась опасность навлечь на себя гнев жрецов. С ххорнами я всегда воевал, я ненавидел их всеми фибрами своей души, а они оказались лучше тех, кого я считал своим друзьями...

- Ну что, Вал, как считаешь, справимся? - мысленно поинтересовался я у своего демона.

- Без проблем! - уж слишком оптимистично пообещал он мне. - Подумаешь, какая-то сотня смертных!..

Но мы ничего не успели предпринять. Послышался душераздирающий вой, исходящий из множества явно нечеловеческих глоток, и из небольшой рощицы позади Черных телохранителей выскочили огромные звери. Ростом они были с хорошего теленка и очень сильно смахивали на больших псов. Только вот таких огромных особей мне еще не доводилось встречать...

- Дикие псы Перевала! - охнула Ольга.

Обернувшись, я увидел, как она побледнела, и сразу же отбросил мысль о том, что это - ее рук дело. Судя по ее виду, появление этих "милых" созданий не сулило нам ничего хорошего. Даже Вал-ал-Ноорк испуганно затих. А когда первая зверюга играючи разорвала одного из Черных телохранителей и, не сбавляя темпа, бросилась сразу же на другого и тоже порвала его в клочья, я понял, что их так напугало...

Здесь собралась целая стая псов. Ночь наполнилась криками. Черные телохранители даже не пытались сопротивляться, охваченные ужасом. Они искали спасения в бегстве, но тщетно. Огромные черные псы быстро настигали их и разрывали на куски...

Воспользовавшись замешательством противника, дед, Дезир и его ххорны отступили к нам. Дед сразу же насел на Ольгу:

- Твоих рук дело, девочка?

- Что вы, дядя Костя! - энергично замотала она в ответ головой. - Я тут не при чем!

- Тогда мы погибли! - обреченно выдохнул дед. - Покончив с этими, - он кивнул в сторону кровавой бойни, - эти твари примутся за нас!

- Кто-нибудь объяснит мне, что тут происходит? - вмешался я, потому как только один, наверное, не понимал, о чем идет речь.

- А происходит то, что всем нам крышка! - пояснил дед. - Дикие псы - мифические существа, которые уже давно не объявлялись на Перевале. Но в народе ходят легенды об их кровожадности. Один пес, говорят, способен справиться с десятком хорошо вооруженных солдат. А тут их целая стая... Теперь тебе понятно, что к чему?

- Откуда же они тут взялись? - поинтересовался я. - Я так понимаю, сами по себе они здесь объявиться не могли?

- Не факт, - ответил дед. - Могли и сами по каким-нибудь своим делам припереться. А могла и Норна постараться. Это в ее духе - разбрасываться своими людьми для достижения конечной цели...

- Нет, это сделала не Норна! - мотнула головой Ольга. - Дикие псов невозможно подчинить при помощи колдовства, и в этом их сила!

- Что думаешь, Вал? - мысленно обратился я к демону.

- Ничего я не думаю! - огрызнулся тот. - Линять отсюда надо, вот что! Даже мне не под силу справиться с такой толпой! Да и в любом случае я не стал бы связываться с этими созданиями. Эти твари находятся под покровительством самого Владыки, ясно? Выводы делай сам...

Да, я бы и сам в тот момент с большой охотой сделал бы ноги. Но бежать было некуда. Впереди маячили огромные силуэты Диких псов, преследующих остатки Черных телохранителей, позади была городская стена, за массивными зубцами которой городские стражники с ужасом следили за кровавой бойней, развернувшейся на их глазах. Правда, оставался еще потайной ход, из которого мы появились, и я уже подумывал о возможности использовать его, как укрытие, когда из него вывалилась толпа охранников и бросилась к нам, сверкая обнаженными мечами...

Они ничего не знали о Диких псах, поэтому бесстрашно продолжали выполнять задачу, поставленную им Норной - задержать нас любой ценой!.. Нет, старая карга не питала иллюзий по поводу реальной возможности захватить нас в плен. Она прекрасно знала и о моих способностях, и о способностях Ольги... Нет, задачей всех этих фантомов, Черных телохранителей, охранников Святилища было задержать нас до появления самой Норны. А уж на что способна эта ведьма, у меня уже была возможность убедиться...

Не столько даже я, сколько Вал-ал-Ноорк бросил мое тело навстречу стражникам. Как вихрь налетел я на воинов, уходя от выпада первого из них, захватывая его руку и разворачивая его тело под мечи собратьев по оружию. В следующее мгновение в моей руке оказался неплохой клинок, сразу же после хитроумного выпада нашедший свою первую жертву. И уже через миг в другой моей руке появился еще один меч. Теперь уже два клинка слились в сверкающие вихри, несущие смерть всякому, кто соприкоснется с ними хоть на миг. Даже сталь не выдерживала смертоносного напора, крошась и ломаясь под моими мощными ударами...

В землю рядом с моей ногой воткнулась арбалетная стрела. Я бросил взгляд наверх и увидел летящие в меня стрелы. Будь стрелки побыстрее и поопытнее, меня бы могло так накрыть смертоносным градом, что хоть одна стрела, да вонзилась бы в тело, несмотря на всю феноменальную быстроту Зверя. Но городские стражники слишком торопились, и мне, хоть и с трудом, но удалось уйти от стрел, совершая немыслимые прыжки и кульбиты, а где и просто перехватывая их за древки рукой. И тут с абсолютно ясного, безоблачного неба ударили молнии, испепеляя незадачливых стрелков. Запахло озоном и жженым мясом. Я оглянулся, уже зная, кто это сделал...

Ольга стояла в нескольких метрах позади меня бледная, словно сама смерть. Руки, до сих пор вскинутые к небу, тряслись мелкой дрожью. Потом задрожало тело, Ольга упала на землю и забилась в конвульсии. Одним прыжком я оказался рядом и прижал ее к себе, пытаясь успокоить сотрясавшую тело дрожь...

Уж не знаю, то ли сама она сумела преодолеть этот недуг, то ли мои объятия так на нее подействовали, только через некоторое время девушка успокоилась, и я смог вздохнуть с облегчением. Я ведь так испугался за нее, Данька! А если бы она умерла?.. Нет, о такой возможности мне не хотелось даже думать! К чему тогда все это? К чему эти бесконечные драки, сражения, если моя любимая девушка умрет?..

Она очень быстро пришла в себя, хотя легкая дрожь все-таки еще осталась. Я по-прежнему прижимал ее к себе, баюкая, словно маленького ребенка. И она постепенно успокаивалась. Когда я взглянул на ее лицо, бледнота уже прошла, хотя в глазах по-прежнему отражался страх...

- Ну, чего ты, моя маленькая? - Я нежно прикоснулся к мокрому от пота лбу и поправил сбившийся локон. - Все нормально, все позади...

Конечно, это была ложь. Какое там позади, если еще надо было бежать и бежать! Но Ольга с благодарностью приняла эту неправду, хотя прекрасно понимала, что к чему. Да, охранники Святилища лежали, поверженные Силой Зверя, городские стражники были испепелены колдовством Ольги, но еще оставались Дикие псы, неведомо куда подевавшиеся после избиения Черных телохранителей. Да и Норна, как я понимал, вряд ли оставит нас в покое. Она - тетка упрямая!..

- Я никогда не делала этого раньше, - вдруг сказала Ольга, садясь около меня на землю, - и не думала, что это может быть так страшно! Я ведь убила столько людей!..

Бедная девочка! В первый раз всегда трудно убивать. Мне было хорошо знакомо это чувство, притупившееся на войне, а потом и вовсе исчезнувшее. И потому я очень хорошо ее понимал.

- Да, это страшно! - согласился я с ней. - Но, с другой стороны, если бы ты этого не сделала, они убили бы нас! Это была вынужденная мера, и... ты ведь спасла нас! Думай об этом, и тебе станет легче!

Она замотала головой и сказала:

- Нет, легче не будет! Никогда больше не буду убивать! Это... это противно и... страшно!

- Дай-то бог! - пробормотал я себе под нос...

Послышалось тактичное покашливание. Я поднял глаза и увидел маленького человечка со своими ххорнами и деда.

- Не хотелось, конечно, вам мешать, но время не терпит! - напомнил Дезир. - Нам надо идти, пока на наши головы не свалился еще кто-нибудь...

Он был прав, но от одной только мысли, что надо будет идти через место, где, возможно, до сих пор скрываются огромные собаки, меня бросило в дрожь.

- А как же Дикие псы? - поинтересовался я, стараясь сохранять спокойствие.

- Я их не чую, - ответил Дезир. - Наверное, они ушли.

- Ушли? - недоверчиво переспросил я. - А если нет?

- А если сейчас сюда явится твоя Норна? - ответил он мне вопросом. - Что лучше - бежать, опасаясь вероятного нападения Диких псов, или остаться здесь, дожидаясь, пока жрецы накинуться на нас всем скопом и повяжут всех? Думаю, тебе не надо напоминать, что сделает Норна, если мы попадем к ней в руки?

- Надо идти в пещеры маленького народца! - вдруг вмешалась Ольга. - Там магический шар бессилен. Он не может видеть то, что происходит в пещерах народа Гаэлла!

- Тогда вперед! - заявил я, вскакивая на ноги. - Не будем терять времени...


* * *


Мы помчались от города, что есть духу. Вел нас Дезир, отлично знавший все входы и выходы в пещерах маленького народца. По его словам выходило, что один из таких входов находился практически всего в получасе ходьбы от Фаркса. То есть при таком темпе бега мы могли достичь его минут за десять. Однако добежать туда было еще не все. Там нас могла поджидать еще одна проблема, возникновения которой я очень опасался...

- Слушай, Дезир, а если народ Гаэлла опять заблокирует все входы в свои пещеры по приказу Норны? - спросил я напрямую. - Что тогда будем делать?

- Не заблокирует, - уверенно заявил маленький человечек. - Этот процесс достаточно длительный. Этим входом мы воспользовались, когда шли выручать тебя. За это время они не могли заблокировать его... Нет, конечно, можно и быстро наглухо запереть его. Для этого надо просто сломать механизм отпирания входа... Но на это они не решатся. Кому охота потом чинить этот механизм? Это не так-то просто сделать...

Его уверенность меня немного успокоила. Хотя, если быть до конца честным, душу грыз червь страха. Мне вспомнилось, как мы с ребятами ломились в запертые двери в пещерах маленького народца. Если вход и сейчас окажется заблокированным, нам - конец! От людей в горах еще можно укрыться, от колдовства и магии - нет...

Далеко убежать мы не успели. В воздухе послышалось хлопанье перепончатых крыльев, и над нами пронеслись желтобрюхие драконы с сидевшими на их спинах воинами. Судя по тому, откуда они прилетели, это были не гвардейцы. Они сделали над нами круг и стали снижаться. Дед, задрав голову, вгляделся в воинов и обреченно выдохнул, подтверждая мои худшие опасения:

- Стражи Перевала!

Кроме деда, наверное, только я понял, чем это нам грозит. В отличие от гвардейцев Стражи были натасканы как раз на отлов непрошеных гостей на Перевале, поэтому скрыться от них было делом довольно-таки проблематичным. По рассказам деда мне было известно, что драконы отлично видят в темноте, различая любое маломальское движение с высоты нескольких сот метров. Да и сами Стражи неплохо ориентировались при свете звезд. Укрыться же на открытой местности было негде, а потому и шансов уйти от них у нас не было...

Я оглянулся на Ольгу. Девушка напряженно вглядывалась в сторону города, и я тоже невольно посмотрел туда. Но ничего не увидел.

- Ты чего, Оль? - Я дотронулся до ее руки.

Она вздрогнула от моего прикосновения и повернулась ко мне. В ее глазах я заметил сильную тревогу.

- Там Норна! - ответила она. - Я чувствую ее взгляд на себе. Она очень зла на нас и готова пойти на крайние меры...

- Да бог с ней, с этой треклятой старухой! - попытался я привлечь ее внимание к нашей проблеме. Она от нас далеко, а Стражи Перевала - над нами! Это сейчас будет поважнее выжившей из ума старухи!

- Это она управляет погоней, - покачала головой Ольга. - Смотри...

Из ворот города вывалилась толпа людей и бегом направилась в нашу сторону. Я с тоской поглядел на небо. Стражи Перевала продолжали описывать над нами низкие круги, но теперь в их руках я заметил заряженные арбалеты. Они нас не опасались, и все их поведение, видимо, должно было означать предупреждение. Мол, не рыпайтесь, ребята, не то утыкаем вас стрелами так, что будете похожи больше на ежей, чем на людей! И я знал, что это не пустая угроза. Эти парни владели оружием отменно, даже в темноте...

Я опять посмотрел на Ольгу. На этот раз глаза девушки были закрыты, пальцы сложены в замысловатый знак, а губы шевелились, явно произнося какое-то заклинание... Почему именно заклинание, а не молитву?.. Ну, во-первых, для молитвы поза была явно неподходящая, да и лицо отражало не испуг, а глубокую сосредоточенность. А, во-вторых, почти сразу же со стороны Реки пополз густой белый туман, пожирая метр за метром и стремительно приближаясь к нам. С первого же взгляда мне стало ясно, что туман этот не простой. Поняли это и люди, бежавшие к нам из города. Они резко остановились, потом развернулись и что есть духу побежали обратно к городским воротам. И только Стражи Перевала были спокойны, продолжая кружиться над нами, как ни в чем не бывало...

Однако вскоре и они забеспокоились. Воины вдруг резко развернули своих драконов и пошли на снижение, перекрывая нам путь к пещерам маленького народца. Причину их беспокойства я понял только тогда, когда с гор в сторону надвигающегося тумана вдруг подул ветерок, быстро перешедший в ураган. Его первые резкие порывы так хлестанули по нам, что я еле удержался на ногах, а одного из Стражей Перевала, не успевшего вовремя сесть, вместе с драконом пронесло над нами и ударило о землю так, что сразу стало ясно - они не жильцы на этом свете...

- Все на землю! - услышал я крик деда и опустился на колени, пытаясь увлечь за собой и Ольгу.

Но она неожиданно для меня оказала сопротивление, вырвав свою руку из моей.

- Ложись, глупая, снесет! - попытался я перекричать бешеное завывание ветра.

Но Ольга или не услышала меня, или не захотела услышать. К моему глубокому удивлению ветер, словно живой, обтекал ее тело, оставляя стоять непоколебимой, как скала. Кроме как очередными колдовскими штучками это явление объяснить было нельзя. А вот мне приходилось совсем туго. Ураганные порывы ветра грозили оторвать от земли и зашвырнуть к самым скалам, где меня ожидала неминуемая смерть! Пришлось вонзить свой меч в землю по самую рукоять и ухватиться за нее обеими руками, чтобы удержаться на месте...

Ветер слепил, не давал дышать. Некоторое время мне было не до того, чтобы следить за тем, что происходит вокруг. Сила урагана была такой, что мое тело приподняло над землей, и мне стоило больших усилий держаться за меч руками. Больше всего в тот момент я боялся, что клинок не выдержит такого давления и выскочит из земли. Иногда я слышал крики и чувствовал, как надо мной пролетают чьи-то тела. Но даже посмотреть, кто это был - Стражи Перевала или кто-то из моих друзей, я не мог. Стоило только приподнять голову, как ветер выбивал воздух из легких...

Но вот ураган начал стихать, и мое тело опустилось на землю. Первым делом я обернулся, чтобы посмотреть, как обстоят дела у Ольги. Я, конечно, знал, что с ней ничего не случилось, но все же был немало удивлен, когда обнаружил ее стоящей на прежнем месте и даже в той же самой позе, как и до начала урагана. Словно ничего и не произошло... Только по губам скользила довольная улыбка, из чего я заключил, что на этот раз поле боя осталось за ней...

Не всем так повезло, как мне. Чуть ли не половина Стражей Перевала исчезла. Пропал и мой дед. Впрочем, за него я не беспокоился. Нельзя убить того, кто уже и так мертв... А вот Дезир со своими ххорнами был на месте. Как им удалось удержаться на поверхности при таком сильном ветре, не имея под рукой ничего, что могло бы помочь им закрепиться, - уму непостижимо! И, тем не менее, они стояли чуть поодаль от меня, улыбаясь, словно не были только что в двух шагах от смерти!

Однако расслабляться было рано. Уцелевшие Стражи Перевала вдруг бросились к нам, словно получили неслышный для нас приказ. Одним прыжком я очутился перед Дезиром и ххорнами, закрывая их своим телом от нападающих воинов. Но не успели они добежать до меня, как нас всех накрыл густой липкий туман!..

Лишь один раз мне довелось побывать в колдовском тумане, и тот раз запомнился мне на всю жизнь! Едва молочная пелена накрыла нас, как по коже у меня побежали мурашки. Стражи Перевала тоже остановились. Вокруг нас повисла такая жуткая тишина, что слышно было даже тяжелое дыхание воинов. Судя по всему, они тоже были напуганы...

- Пошли скорее! - Я почувствовал, как Ольга коснулась моей руки, но не мог рассмотреть ее лица из-за тумана.

- Куда идти-то? - удивился я. - Ничерта же не видно!

- Видно или не видно, а нам надо поскорее убраться с этого места! - сказала она. - Кто знает, что скрывает в себе этот туман!

- Вот те раз! - удивился я. - Сама его вызвала, а теперь не знает, что он может скрывать!

- Не забывай, что есть еще и Норна, - возразила девушка. - Она может наслать на нас кого угодно.

- Тарксов? - предположил я.

- Тарксы - наименее опасные создания из тех, кого может вызвать Норна под прикрытием этого тумана! - сказала она, и я почувствовал, как задрожала ее рука.

Было ли это следствием сильного похолодания, вызванного туманом, или Ольга уже тогда почувствовала присутствие потусторонних сил, я не успел выяснить. Словно в подтверждение ее слов со стороны Реки вдруг послышалось подозрительное шуршание, очень быстро приближавшееся к нам.

Этот звук сразу насторожил меня.

- Дезир! - позвал я маленького человечка.

Молчание было мне ответом.

- Черт! - ругнулся я. - Куда же он подевался?

Я попробовал получить ответ, представив себе его образ, как в Святилище, когда связывался с ним под руководством Ольги. И тут на меня накатила такая плотная волна страха, что я еле удержался, чтобы не броситься прочь, сломя голову. И, наверное, бросился бы, если бы не Ольга, до сих пор державшая меня за руку...

А потом наступил ступор. Я не мог двинуть ни рукой, ни ногой.

- Сопротивляйся, твою мать! - услышал я Вал-ал-Ноорка. - Не давай ему подчинить тебя своей воле! У тебя же ведь Сила Самки! Врежь ему той же монетой, пока он не слопал и тебя, и твоих друзей!

Я попытался освободиться от наваждения, но моя попытка вызвала только новую вспышку панического ужаса. На этот раз страх вызвал во мне злость. Я яростно зарычал на невидимого противника и оскалил зубы, словно дикий зверь. Я готов был вцепиться ему в глотку (если она у него, конечно, была). А в следующий момент пришло ощущение, что кто-то старается проникнуть в мое сознание. Я чувствовал обрывки чуждых человеческому пониманию мыслей и образов, но единственное, что понял изо всей этой мешанины - что невидимый противник будто признал во мне родственную душу. Правда, он пока никак не мог въехать, что же за странное существо, так похожее на него самого, но не принадлежащее к его виду, попалось на его пути. И я не стал торопиться ему навстречу, не зная, с чем мне пришлось столкнуться.

- Вал! Что происходит? - поинтересовался я у демона.

- Сам не пойму! - признался тот. - Что-то его остановило...

- Я и сам это вижу! - разозлился я. - Ты лучше скажи, что это за существо? Ты ведь демон и должен знать всю нечисть на Перевале!

- Должен, но не обязан! - в ответ огрызнулся он. - Разве ты знаешь всех живущих в твоем мире животных?.. Вот и мне известны не все из созданий Владыки, которыми он населил этот мир.

И тут вдруг я почувствовал, что неведомое существо снова двинулось в мою сторону. Только на этот раз оно гнало перед собой не волну панического ужаса, а... не знаю даже, как выразить то, что я почувствовал в тот момент. У меня, например, сложилось впечатление, что эта тварь подбивает ко мне клинья, словно заправский дон Жуан!.. А ты не смейся, Данька! Я понимаю, что это выглядит глупо, но тогда мне было совсем не до смеха. Не могу сказать конкретно, в чем выражались эти поползновения, но тогда ее намерения для меня были яснее ясного...

- Ешкин кот! - вырвалось у меня в сердцах. - Этого еще не хватало! И чего она ко мне пристала?

- Не она, а он! - поправил меня Вал-ал-Ноорк. - Кажись, я догадался, кто это!..

То, что я узнал от него, мне совсем не понравилось. Ты помнишь, Данька, что вместе со смертью Самки мне передалось кое-что из ее способностей? Так вот, существо, попавшееся нам на пути, было Самцом! Самки живут в пещерах, никогда не выходя оттуда наружу. Самцы же, в основном, - водные животные, обитающие в подводных гротах Реки. На сушу выходят вместе с туманом, но крайне редко, большую часть жизни проводя в спячке. Просыпаются же только для того, чтобы поесть или наведаться в гости к Самке с вполне определенной целью...

Та ночь не была ни временем кормежки, ни сезоном брачных игр. Норна специально разбудила его, искусственно вызвав острое чувство голода. Прикинь, как он удивился, когда вдруг на своем пути встретил создание, на телепатическом уровне удивительно напоминавшее Самку? Да еще не в пещере, а снаружи, чего в их сообществе отродясь не случалось!.. Но еще больше, я думаю, это существо удивилось, когда приблизилось ко мне практически вплотную, как говорится, нос к носу. Сам понимаешь, внешним видом я никак не напоминал Самку, и лишь нечто схожее с ней, присутствующее в моих мыслях, удерживало его от нападения...

Я тоже рассматривал это создание, не отводя от него взгляда. Оно очень напоминало Самку, только белесую, под цвет тумана, и гораздо меньших размеров. Но все равно по сравнению с человеком Самец казался достаточно большим, чтобы покончить со мной одним ударом своей толстой паукообразной лапы. И поэтому, почувствовав его сомнения, я испугался. Испугался того, что мой обман сейчас раскроется, и эта тварь убьет меня... А она, учуяв мой страх, вдруг щелкнула устрашающего вида жвалами и приподняла свою голову, нацеливаясь на мою грудь...

- Ты что делаешь? - ужаснулся Вал-ал-Ноорк. - А ну-ка, шугни его! Самка не может бояться Самца!

И я, превозмогая страх и отвращение, шугнул. Да так, что Самец шарахнулся от меня назад, словно от чумного. Я представил себя огромной, глыбоподобной Самкой, щелкающей острыми жвалами, с которых потоками текла ядовитая слюна. Да еще прибавил от себя злую мыслишку - мол, как ты смел, нахал, подкатывать ко мне вне брачного сезона? Не хочу я тебя сейчас, убирайся отсюда подобру-поздорову в свою берлогу, покуда цел!..

И Самец убрался. Да так быстро, что я и глазом не успел моргнуть, как его уже и след простыл! Только тогда мы с Вал-ал-Ноорком вздохнули с облегчением. Колени мои тряслись от перенапряжения, в голове шумело. Я бы не удивился, если бы в тот момент обнаружил, что у меня мокрые штаны!..

Нет, слава богу, до этого не дошло, а то не знаю, как бы я потом смотрел в глаза своим друзьям. Ну, Дезир со своими ххорнами, думаю, меня бы понял. А вот Ольга... Нет, и она бы, наверное, поняла, но прикинь, Данька, какой след бы это оставило в ее душе? Не думаю, что после такой неприятности у нас могло бы что-нибудь получиться...

Первой очухалась Ольга и опять уцепилась за мою руку, словно утопающий за соломинку.

- Спасибо! - тихо поблагодарила меня она. - Ты нас всех спас! Если бы не ты!..

- Ну, во-первых, говорить спасибо надо не мне, а Валу, - перебил я ее. - Это он вовремя подсказывал мне, как вести себя с этой тварью... А во-вторых, нам повезло, что это был Самец, а не таркс, скажем! Это сущность Самки прогнала его... И потом, мне кажется, что говорить о спасении пока рановато. Кто знает, что еще скрывается в этом тумане!

- Никого в нем нет! - услышал я голос Дезира неподалеку от себя. - Самец всех распугал. И потом, уж если ты сумел прогнать Самца, остальных тварей нам бояться тем более нечего...

- И все равно, убрала бы ты этот свой туман, Оля! - попросил я девушку. - Ни зги же не видно!

- Пусть! - упрямо заявила она. - Зато и нас никто не видит! Убери я туман - мигом налетят какие-нибудь Стражи, гвардейцы или телохранители. А под таким прикрытием мы быстро достигнем входа в пещеры маленького народца. Я так поняла, он ведь находится где-то неподалеку?

- Неподалеку! - возмущенно фыркнул я. - В таком густом тумане можно пройти в двух шагах от входа и не заметить его!

- Но ведь Дезир знает, как его найти? - В голосе девушки уже не было прежней уверенности.

- В пещерах я бы с закрытыми глазами нашел выход! - послышался голос маленького человечка. - Там мне знаком каждый поворот, каждый камешек... А вот снаружи я бываю очень редко, поэтому сейчас от меня мало толку. Я не смогу наощупь найти вход!

- Что же делать? - с отчаянием в голосе спросила она. - Неужели мне придется снять туман?

- Видимо, придется, - признал я справедливость этой мысли. - Конечно, у нас будет мало времени, но, надеюсь, мы успеем добежать до входа в пещеры маленького народца, прежде чем Норна успеет что-то предпринять...

Ольга вздохнула и убрала свою руку, видимо, собираясь снять наложенное ею же заклятье. И в этот самый момент я услышал знакомый лай...

- Верный? - прошептал я, не веря собственным ушам, и крикнул: - Верный! Дружище! Это ты?

- Я-а-а! - пришел издалека ответ.

А ведь в мыслях я уже похоронил его, Данька! С тех пор, как меня вырубил Варда на площадке у входа в логово Самки, я его больше не видел и решил, что пес погиб. И вот, оказывается, что он жив и пришел в самый нужный момент, чтобы помочь нам выбраться из этого колдовского тумана. Представляешь, что я тогда почувствовал, Данька?..

- Верный, ты где? - снова крикнул я, не скрывая своей радости.

- Зде-е-есь! - донеслось откуда-то из-за пелены тумана. - Скорее сюда-а-а!

- Это Верный, мой пес! Живой, бродяга!.. - объяснил я своим друзьям. - Скорее к нему! Он нас отведет к входу в пещеры маленького народца...

Мы мгновенно образовали цепочку и потихоньку поплелись в сторону доносившегося лая. Первым шел я, за меня держалась Ольга, следом топали Дезир и его ххорны.

Из тумана внезапно вынырнул Страж Перевала с зажатым в руке мечом. Черные доспехи были покрыты капельками влаги, такие же капли блестели на щите с замысловатой эмблемой, которая была мне не знакома, хотя в свое время дед мне подробно рассказывал, у какого десятка какая существует символика. Я хорошо рассмотрел воина, потому что столкнулись мы с ним практически нос к носу. Мне даже удалось рассмотреть холодный немигающий взгляд сквозь прорезь массивного шлема. И, скажу тебе честно, Данька, этот взгляд не показался мне принадлежащим человеку...

Мгновение мы стояли друг против друга, потом Страж чуть сдвинулся в сторону и отсалютовал мне своим мечом. Затем я услышал его приглушенный шлемом голос:

- Можешь проходить беспрепятственно, Хранитель Перевала! Отныне ни один Страж не поднимет оружие ни на тебя, ни на твоих друзей!

Я аж оторопел от такого заявления! Надо сказать, что человек, произнесший такие слова, должен был обладать большой смелостью! Стража Перевала подчинялась жрецам, и заявить такое значило, что ты идешь против воли своих хозяев. Такие выходки Норна не прощала...

- Назови себя, доблестный воин, чтобы я знал, кого поминать добрым словом в своих молитвах! - попросил я, убирая руку с рукояти меча.

- Мэлех, Черный воин! - ответил Страж. - А теперь иди, да будут благосклонны к тебе боги!

- Может, присоединишься к нам? - предложил я. - Норна не пощадит тебя, когда узнает, что ты пропустил нас!

Глаза Черного воина сверкнули яростью.

- Ничего эта старая ведьма мне не сделает! - уверенно заявил он. - Отныне ее власть над Стражами Перевала кончилась! Больше она не пошлет на смерть ни одного моего воина!

Я поначалу не понял, шутит он или говорит правду.

- Ты так говоришь, будто командуешь всеми Стражами на Перевале! - заметил я.

- Я - больше чем командир! - ответил на это воин. - Командира можно ослушаться или предать, меня - нет! Так что следуй своей дорогой, Хранитель, а обо мне не беспокойся! Будет так, как я сказал! Прощай!

И он сделал шаг назад, сразу же растворившись в пелене тумана. Честно говоря, его словам тогда я не предал особого значения. Мне он не показался здравомыслящим человеком...

- Знаешь, кто это был? - поинтересовалась Ольга, когда мы отошли от Черного воина на порядочное расстояние.

- Сумасшедший Страж Перевала! - мрачно ответил я. - Прикинь, он совершенно серьезно полагает, что может противостоять Норне! Уж если наши деды ничего не смогли сделать, то он и подавно попадет под топор палача, какой бы высокий пост не занимал в иерархии Стражей! А жаль!.. Мне он понравился...

- Это не простой Страж Перевала! - заявила она в ответ. - Черный воин - дух, покровитель Стражи! Ни один из его воинов не посмеет его ослушаться! И Норна ничего ему не сделает. Стоит ей попытаться его хоть пальцем тронуть, и Черный воин призовет целую армию духов, бывших некогда Стражами Перевала! Я уж не говорю о живых людях... С такой силой справиться не так уж и просто, так что Норна не станет с ним из-за этого ссориться.

- А с чего это он вдруг решил впрячься за меня? - насторожился я.

- Я думаю, Норна преступила черту дозволенного, - ответила Ольга. - Сегодня она подставила Стражей под верную смерть, а это на Перевале не прощается...

- Чего же он тогда не возмутился, когда по приказу Норны убивали наших дедов и их сторонников? - удивился я. - Почему только сейчас решил вмешаться?

- Потому что тогда наши деды нарушили Клятву Стражи, выступив против Норны! - сказала она. - Они клялись соблюдать верность жрецам и Перевалу, и своим поступком как бы преступили ее. С точки зрения Закона это было преступлением... Теперь же Норна своими действиями освободила Стражей Перевала от Клятвы, так как по должности обязана была беречь воинов. Она же бросила их, обрекла на верную гибель просто так, ради своих собственных интересов, хотя этого можно было избежать... Теперь ты понимаешь?

- Теперь понимаю, - кивнул я. - Что ж, хорошо, если Стража Перевала будет соблюдать нейтралитет. По крайней мере, теперь опасность с их стороны нам не грозит... Однако у Норны много сил и без них. Она вполне может нам сейчас сделать какую-нибудь пакость. Так что давай лучше поторопимся, пока эта грымза не наслала на нас еще какую-нибудь нечисть! Слышишь, как надрывается Верный? Сдается мне, он не просто так зовет нас... Так что пошли, посмотрим, что он там нашел...

Нет, конечно же, это могла быть и ловушка, расставленная Норной. Сейчас я это прекрасно понимаю, а тогда мой разум затмила радость оттого, что мой верный четвероногий друг жив. И я не мог тогда думать ни о чем другом, а только о том, что скоро увижу его и прижму к себе его умную морду с почти человеческими глазами... К тому же мой демон тоже молчал, словно поощряя этот неосторожный поступок. И Дезир со своими ххорнами не предупредили меня об опасности. А уж у них чутье на такие вещи было отменным. Можешь мне поверить, Данька, я имел возможность в этом убедиться...

Однако меня ждало жестокое разочарование. Когда мы уткнулись в скалу, преграждавшую нам путь, там никого не было! И лай стих... Но ведь мне же не почудилось! Его слышали и все остальные, только никто не мог объяснить, куда подевался мой пес. Уж я звал его, звал!.. Молчание было мне ответом... Так я и не узнал, что же сталось с моим четвероногим дружком, куда он подевался, и кто же тогда лаял, выведя нас к цели нашего короткого путешествия в тумане... Да-да, Данька, мы ведь вышли прямо к входу в пещеры маленького народца! Только вот Верного там не было... На глаза чуть было не навернулись слезы, но я сдержался. Может, я когда-нибудь и найду объяснение этому странному происшествию, пока же мне остается только строить догадки... Может, то был его дух, ведь и у псов есть душа, а уж у такого, как Верный, она больше похожа на человеческую, чем на собачью!.. Да, теперь я уверен, что мой пес погиб той роковой ночью! Здесь сомнений быть уже не может!.. Да если бы он был живым, он бы непременно отыскал меня и уж точно не исчез бы, заставив мое сердце разрываться на части от тоски! Я ведь потерял всех друзей там, на Перевале! До сих пор не могу себе этого простить и не прощу, наверное, никогда!..


* * *


Впрочем, в дальнейшем события развивались так стремительно, что на лирику просто не осталось времени. Едва вход за нами закрылся, в пещере вспыхнули два колдовских огонька - один Дезира, другой - Ольги, и маленький человечек, встав на плечи одному из ххорнов и сдвинув в сторону небольшую каменную панельку, принялся ожесточенно копаться внутри скалы.

- Что это ты делаешь, Дезир? - поинтересовался я, заглядывая через его плечо.

Внутри был спрятан какой-то хитроумный механизм, который для меня, не имеющего специального образования, был темным лесом. Впрочем, для специалиста он тоже, скорее всего, был бы загадкой. По крайней мере, на первый взгляд, ничего в нем хотя бы отдаленно напоминающего наши земные механизмы не было.

- Ломаю механизм открывания двери, - пояснил маленький человечек, не прекращая своего занятия. - Это нам даст пусть и небольшой, но все-таки выигрыш во времени. Пока эти прихвостни жрецов доберутся в таком тумане до ближайшего исправного входа, мы уже будем на полпути к нашим владениям. А там нас встретят свои...

Он напоследок с силой за что-то дернул внутри скалы и сдвинул панель на место.

- А теперь - бегом за мной! - скомандовал Дезир и что есть духу припустил по коридору...

Думаешь, нам далеко удалось уйти?.. А вот и не угадал! Минут пятнадцать форы они нам дали. А потом в коридоре вспыхнул яркий свет, и на нас изо всех щелей и дырок полезли вооруженные маленькие человечки.

К нападению оказался готов только я. Дезир и его ххорны как истинные пещерные жители не привыкли к яркому свету, и эта вспышка ослепила их. Ольга же просто-напросто растерялась, а когда пришла в себя, нападавшие и оборонявшиеся уже перемешались между собой. И лишь я, а, точнее, Вал-ал-Ноорк, быстро среагировал на нападение, и первая волна маленьких человечков, захлестнувшая меня, разлетелась в разные стороны, не выдержав яростного натиска Зверя...

Ненависть затмила мое сознание, выпуская на волю демона. Я мстил за предательство, за смерть своих друзей, за обманутые надежды, за коварство и вероломство маленького народца. В ушах стоял страшный рык Зверя, испуганные вопли маленьких человечков, оказавшихся беспомощными перед всепоглощающей яростью бывшего друга. Каждый мой удар достигал цели. Я двигался так быстро, что даже сам не успевал следить за своими движениями. И маленькие воины не выдержали такого натиска. Уцелевшие в этой бойне побросали оружие и разбежались, спасаясь от гнева того, кого предали в угоду жрецам...

Я их не преследовал. Как всегда, после вспышки нечеловеческой ярости меня охватила слабость, и я опустился на пол коридора, по которому мы двигались. Как не был силен мой натиск, не всем из нашей компании удалось уберечься от мечей и боевых кирок маленького народца. Один из ххорнов лежал на полу в расплывающейся луже крови. С первого же взгляда было ясно, что минуты его жизни сочтены. В груди торчал меч, погрузившись почти по самую рукоять. Кровь пузырилась на губах умирающего, над ним склонились Дезир и Ольга, но даже они со всем своим колдовством не могли вернуть ему жизнь. Вот он глубоко вздохнул в последний раз и замер, вытянувшись во весь свой рост...

Ххорны, его товарищи, встали перед ним на колени и стали раскачиваться из стороны в сторону, сложив руки крест-накрест на груди. В голове вдруг всплыли воспоминания о погибшем, словно я знал его всю жизнь, с рождения и до смерти. И я понял, что это ххорны вспоминают жизнь умершего товарища, а я невольно улавливаю их мысли. Картинки были настолько яркими, что я невольно затряс головой, отгоняя видения, и тронул за плечо маленького человечка, сидевшего в той же позе, что и ххорны, и, видимо, прощавшегося вместе с ними с погибшим.

- Дезир! - позвал я его и, когда он не откликнулся, потряс его за плечо. - Дезир, нам надо торопиться! Времени на прощание нет!

Маленький человечек поднял на меня взгляд, полный неподдельной скорби, и мне стало жаль его. Для него этот ххорн был больше, чем просто товарищ. Это был его друг, его брат, самое дорогое существо его маленькому, но очень доброму сердцу. Впрочем, это касалось и всех остальных ххорнов, приютивших изгнанника в своем племени. Смерть каждого члена этого племени отдавалась сильной душевной болью. На своем длинном веку Дезир видел не одну смерть, и каждый раз вид умирающего друга доставлял ему неимоверные страдания. Жизнь ххорнов по сравнению с жизнью маленького человечка была недолгой, на его глазах рождались и умирали целые поколения этих ушастых созданий, и только он продолжал жить так долго, что стал казаться ххорнам вечным. Давно уже умерли первые его друзья среди ххорнов, появлялись и умирали новые друзья, а он все жил и жил!.. Уже давно его тяготила эта жизнь, уже давно тянуло просто лечь спать и не проснуться, но всякий раз он просыпался, и начинался новый день - в делах и заботах. Он не мог оставить этот народ без поддержки. Им так была нужна его помощь! Все еще нужна...

Все это в одно мгновение пронеслось в моем мозгу, и я понял, что вижу мысли Дезира. Меня поразила самоотверженность, с которой этот маленький человечек сражался за выживание своих ххорнов. И это в условиях, когда так легко было деградировать и уподобиться диким зверям! Эти ушастые создания умудрились выжить и сохранить свои культурные ценности лишь благодаря ему. И осознание этого наполнило мою душу безграничным уважением к этому маленькому человечку...

Однако времени на проявление сентиментальности у нас не было. Я чувствовал, что если мы сейчас не поторопимся, то рискуем опоздать. Много ли надо времени, чтобы добраться до следующего входа в пещеры маленького народца и перекрыть нам путь к спасению? Думаю, что немного... И уж теперь Норна точно не будет играть с нами в кошки-мышки, как раньше! Нет, на этот раз она выставит против нас что-нибудь посерьезнее. Что-нибудь такое, с чем ни Зверь, ни Самка справиться не смогут. Хотя, подумалось мне, Ольга, может быть, и сможет, но я до сих пор не знал, насколько она сильна в колдовстве и магии. Рисковать не стоило, и я напомнил маленькому человечку:

- Дезир, я сочувствую вашему горю, но нам надо идти. Передай своим ххорнам, чтобы заканчивали прощание...

Он кивнул в ответ, и тут же оба оставшихся ххорна встали с коленей. В следующий миг труп их товарища вдруг вспыхнул ярким пламенем и в мгновение ока превратился в пепел. А я даже и не догадывался, что эти ушастые создания способны воспламенять предметы взглядом! Их сородичи, с которыми мне довелось сражаться в пещерах маленького народца, таким даром не обладали. И хорошо, что не обладали, потому что в противном случае еще неизвестно, чья бы тогда взяла! Правда, Дезир потом сказал мне, что сила эта проявляется только тогда, когда ххорны собираются вместе, и что дар этот появился у них уже после отделения от своих сородичей. То есть один ххорн не сможет зажечь взглядом и спичку... Но, как бы то ни было, менее опасными противниками это их не делало. И я в который раз возблагодарил Бога за то, что тогда, в начале нашего путешествия, не стал драться с этими существами...

Ххорны разбросали то, что осталось от их товарища, по коридору, и на этом погребальный обряд был завершен. Дезир, внимательно наблюдавший за действиями своих подопечных, обернулся ко мне и сказал:

- Все. Теперь можно идти.

И тут Ольга сообщила:

- Поздно. Они уже здесь, в пещерах.

- Кто "они"? - попросил уточнить я.

- Жрецы, члены Совета, - последовал ответ...


* * *


Да, известие было неприятным, но вполне ожидаемым.

- Все члены Совета? - поинтересовался я, в уме уже прикидывая варианты, как избежать встречи с этими могущественными колдунами.

- Трое, - ответил за Ольгу Дезир. - Я тоже чувствую их присутствие.

- А Норна? - заволновался я.

- Норны нет, - сообщила девушка.

Я испытал некоторое облегчение, услышав эту новость. Да, конечно, поначалу вгорячах я горел страстным желанием встретиться с этой ведьмой лицом к лицу и потолковать с ней, как говорится, "по душам". Но, увидев, на что способна старуха, быстро остыл, поняв, что сейчас мне с ней не справиться. Не готов был я к встрече, Данька, не готов!..

- Каковы наши шансы? - спросил я у Ольги.

- Мизерные, - честно призналась она. - Можно сказать, никаких!.. Я пока не знаю, кого она послала, но любой из членов Совета сильнее меня во сто крат!

Я про себя усмехнулся. Может, девчонка и не сильнее многоопытных колдунов, а справиться с нами не смогла даже Норна! То, что она послала троих жрецов, да еще членов Совета, что-то да значило! Значит, боится нас, старая карга!..

- Не боится! - возразила Ольга, видимо, прочитав мои мысли. - Просто она недооценила нас и теперь пытается наверстать упущенное. Она не может позволить, чтобы мы ушли, поэтому и послала трех членов Совета, а не одного, например. Чтобы быть уверенной, что мы не ускользнем...

- Далеко они от нас? - поинтересовался я.

- А это с какой стороны посмотреть! - ответил Дезир. - Они сейчас у входа, который находится у поворота на Фаркс.

Я прикинул расстояние и понял, что им до нас не более часа неспешной ходьбы. В голове сразу же промелькнула идея:

- Обойдем их боковым ходом?

Но Дезир покачал головой:

- Не получится. Воины народа Гаэлла испортили механизм открывания двери. Я слышал, как они ломали замок.

- Но ты же говорил, что они не решатся на это! - напомнил я ему. - Мол, слишком тяжело починить механизм, и все такое...

- Ты их слишком сильно напугал, Хранитель! - ответил маленький человечек. - Они думали, что ты последуешь за ними, вот и сломали замок.

Я недоверчиво посмотрел на него - не шутит ли? Но Дезир был серьезен, как никогда. И тогда я понял, что наше положение куда серьезнее, чем я предполагал. Три могущественных колдуна - это тебе не шуточки!..

Я оглядел своих спутников и поинтересовался:

- Ну, и что будем делать, други мои?

Первым откликнулся Вал-ал-Ноорк.

- Прорываться! - рыкнул он. - Я покажу этим стервятникам, что значит тягаться со Зверем!

Его слова я не воспринял всерьез. Этот демон, насколько я успел его узнать, всегда лез в драку, когда надо и когда не надо. Да еще, вдобавок, иной раз любил побахвалиться. (Если бы не эта его черта, хрен бы я справился с ним тогда, на арене амфитеатра!) А тут дело было серьезное, и подходить к нему с точки зрения шапкозакидательства было нельзя! Поэтому я ждал, что скажут остальные...

- Я вызвал подмогу! - высказался, наконец, Дезир. - Часа через полтора они будут там, где сейчас находятся жрецы.

Я в ответ покачал головой:

- Сомневаюсь, что они так быстро сумеют добраться сюда. Для этого требуется гораздо больше времени, если, конечно, твои подопечные не обладают сверхъестественной скоростью...

- Да при чем тут скорость! - рассердился маленький человечек. - Мои ххорны находятся здесь, на Перевале! - и, увидев, как изумленно взметнулись мои брови, поспешил пояснить: - Я предвидел, что без драки нам не обойтись и поэтому оставил небольшие отряды ххорнов там, где их не смогли бы обнаружить мои бывшие сородичи. Они караулят двери внутри пещер на пути нашего следования, чтобы народ Гаэлла не смог заблокировать их. От месторасположения ближайшего такого отряда до входа, где сейчас находятся жрецы, всего полтора часа ходу!

- Ну, хорошо, хорошо! - примиряющее поднял я вверх руки. - Только что это нам даст? Думаешь, твои ххорны справятся с таким сильным противником? Ведь это же не шушера какая-то там, это - жрецы, члены Совета!

- Пока не знаю, что это нам даст, - ответил на это Дезир. - Только помощь их не будет лишней. Это я знаю точно...

- Если мы продержимся до подхода ххорнов, мы спасемся! - заявила вдруг Ольга. - Я это чувствую.

- Хорошо, - согласился я и обратился к Дезиру: - Тогда передай своим хлопцам, чтобы ускорили продвижение. А мы двинем им навстречу...

- Не лучше ли подождать их здесь? - предложила Ольга. - Пока еще жрецы доберутся до нас, а так мы встретимся с ними довольно-таки скоро. Помощь может не успеть...

- Есть такая апория Зенона, - усмехнулся я в ответ. - Знаете, почему Ахиллес никогда не сможет догнать черепаху?.. Потому что с течением времени, на сколько бы ни продвинулся вперед Ахиллес, черепаха тоже пройдет какое-то расстояние. В следующее мгновение времени она опять пройдет какой-то путь, и так до бесконечности. Вот и получается, что между Ахиллесом и черепахой всегда будет оставаться какое-то расстояние, пусть даже и бесконечно малое... На самом деле, конечно, это не так, но с математической точки зрения, на первый взгляд, все выглядит логично. Я это к чему... Ххорнам Дезира понадобится полтора часа, чтобы добраться до того места, где сейчас находятся жрецы, так? Жрецам же всего час ходу до нас. То есть, простыми арифметическими вычислениями можно подсчитать, что помощь подоспеет к нам не раньше, чем часа через два! Учтем, что ххорны могут двигаться быстрее жрецов, и сократим время вдвое. Остается час - слишком много в нашем положении! К тому же не забывайте, что если жрецы узнают о ххорнах, они наверняка поставят на их пути заслон из своих телохранителей или воинов народа Гаэлла...

- Не узнают! - перебил меня Дезир. - Мои ххорны хорошо умеют скрывать свои мысли. Жрецы не смогут их обнаружить!

- В данном случае это большой роли не сыграет, - покачал я головой. - Они все равно подойдут слишком поздно... Теперь рассмотрим ситуацию в случае, если мы пойдем навстречу жрецам. Если мы будем двигаться достаточно быстро, они не двинутся нам навстречу, а останутся поджидать нас на месте (особенно если будут уверены, что мы ни о чем не подозреваем). За то время, пока мы будем добираться до жрецов, ххорны Дезира тоже пройдут какое-то расстояние. И когда мы встретимся со жрецами, им останется до нас где-то примерно с полчаса пути. Чуете разницу?

Я посмотрел на своих спутников. Дезир задумался, его ххорны, казалось, не очень-то хорошо поняли, о чем я там распинался. Ольга же покачала головой и сказала:

- Слишком много "если"! Если ххорны будут двигаться достаточно быстро, если жрецы останутся на месте, если они не догадаются о приближении ххорнов, если узнают, что мы, якобы, ни о чем не догадываемся... А если нет? Полчаса - это тоже много, Саша! Чтобы расправится с нами, членам Совета хватит и пяти минут! Ты просто не знаешь, на что способны эти люди!

- А ты у нас на что? - возразил я. - Ты же чему-то училась эти два года, Верховная Жрица! Неужели ты не сможешь продержаться какое-то время, пока не подоспеет помощь?

- Не знаю, - засомневалась девушка. - Я никогда не пробовала по-настоящему меряться силами с членами Совета жрецов!

- Вот только давай не будем скромничать! - решил я поддержать ее падающую на глазах уверенность. - Мы все видели, на что ты способна! За два года тебе удалось многому научиться. Ты же выдержала первую схватку с Норной?.. Так чего же ты теперь сомневаешься? Многого от тебя не требуется - всего лишь продержаться до подхода ххорнов Дезира!

- Ну, с Норной все было немножко по-другому! - возразила Ольга. - Она просто не ожидала от меня такого яростного сопротивления... Но теперь они знают, что я не зря два года изучала под их руководством колдовство и магию. Они будут наготове...

- А ты удиви их! - предложил я. - Напади первой, как только увидишь этих жрецов! Думаю, такой наглости они от тебя не ожидают...

На том и порешили, и двинулись навстречу своей судьбе...


* * *


Жрецы ждали нас там, где вошли в пещеры маленького народца. Уж не знаю, сыграла ли роль дезинформация Дезира и Ольги о том, что мы ничего не подозреваем об их присутствии, или они были уверены, что мы от них никуда не денемся... Только я почти физически почувствовал их удовлетворение при виде нашей пятерки, вывалившейся из-за поворота коридора и застывшей на месте при виде них. Жрецы перегораживали нам проход, сложив руки на груди, а перед ними... Перед ними рядами возвышались каменные статуи маленьких человечков! У большинства статуй лица были обращены к жрецам, руки вскинуты, словно они защищались от неведомой опасности. Некоторые будто бежали прочь, застыв в процессе бега, и на их лицах, обращенных к нам, навеки застыло выражение ужаса... И тогда я вдруг понял, что это вовсе не статуи, а воины маленького народца, сбежавшие от нас по коридору во время последней схватки! Вероятно, жрецы превратили их в камень, наказав за бегство с поля боя. А, может, они сделали это специально, чтобы вселить в наши души ужас перед их могуществом. И, надо сказать, отчасти им это удалось. Я, например, лишний раз убедился, что перед нами - очень опасный противник...

Как мы и договаривались, Ольга нанесла удар первой. Причем сразу, без предварительной подготовки, без произнесения заклинаний и разного рода пассов руками. Я только заметил, как вдруг разом напряглись лица колдунов. Мне даже показалось, что в их взглядах промелькнуло сильное удивление. Впрочем, до них было достаточно далеко, и на самом деле видеть выражение их глаз я, конечно же, не мог. Но, думаю, я был недалек от истины. Они явно не ожидали нападения...

Затаив дыхание, мы следили за поединком. В какой-то момент фигуры жрецов дрогнули, их очертания начали расплываться, искажаясь до неправдоподобия. У меня даже челюсть отвисла от удивления. Честно говоря, такого эффекта от действий начинающей колдуньи я не ожидал! В тот момент мои сомнения в ее способности рухнули окончательно и бесповоротно...

Однако радоваться пока было рано. Три мага - это не один, да еще если они, вдобавок, каждый по отдельности намного сильнее тебя! Вдруг их очертания перестали изменяться и вновь обрели четкость. А в следующий момент нас так долбануло, что я едва богу душу не отдал! Какая-то сила оторвала меня от земли и отшвырнула назад. Я пролетел несколько метров и так долбанулся об пол коридора, что несколько мгновений только разевал рот, не в силах вдохнуть воздух! Хорошо хоть не влетел в стену (коридор-то ведь позади нас делал поворот!), а то точно костей бы не собрал!

У остальных положение было не лучше. Дезир с ххорнами в разнообразных позах валялись на полу. Ольга осталась стоять на ногах, но была окутана светящимся голубым коконом. И тогда я понял, что это конец... Мы лишились последней надежды. Ольга была скована этим коконом по рукам и ногам, и вряд ли теперь могла что-либо сделать, а помощь еще не подоспела. Мы оказались в полной власти жрецов...

- Ну, и чего ты добилась этой своей глупой попыткой? - услышал я вдруг голос одного из жрецов, заставивший нас с Вал-ал-Ноорком замереть на месте (а то мой демон уже хотел выйти из моего тела и задать "этим стервятникам", как он выразился, жару). - Неужели ты не знала, что любое твое действие, направленное против нас, заранее обречено на провал?

Обращался он явно к Ольге, но девушка ничего не ответила. Она до сих пор безуспешно пыталась снять удерживающее ее заклятие, но у нее ничего не получалось...

- Эх, Ольга, Ольга! - покачал головой все тот же жрец. - Неужели ты не знаешь, что с тех пор, как ты стала Верховной Жрицей, дорога во внешний мир тебе заказана? Ты должна вернуться и завершить начатое!

- Подберись поближе для пущей эффективности удара! - шепнул мне тихонько Вал-ал-Ноорк. - А то слишком далеко для того, чтобы начинать действовать!

Я встал на четвереньки и, сделав вид, что до сих пор еще не пришел в себя, потихоньку стал карабкаться ближе к жрецам...

- Нет, Дак! - ответила Ольга. - Неужели ты думаешь, я буду помогать тому, кто убил моего деда и погубил столько невинных людей?

- Невинных? - усмехнулся другой жрец. - О какой невиновности ты ведешь речь, Верховная Жрица? Покушение на святыню - это тяжкое преступление!

- Они всего лишь хотели спасти меня! - возразила девушка. - Их поступок объясняется только любовью ко мне и незнанием! Если бы вы допустили их ко мне, я бы объяснила им, что их тревога - беспочвенна! А вы!.. Вы убили моего деда, дядю Костю, Сашиных друзей!.. За что? Разве можно убивать из-за того, что кто-то любит меня и беспокоится о моей судьбе?

- Это беспредметный разговор! - сурово заметил третий жрец. - Все они прекрасно знали, на что шли. И давай больше не будем распространяться на эту тему! Ты должна вернуться обратно, и точка!

- Хорошо, - неожиданно для меня вдруг согласилась Ольга (я даже замер, не веря собственным ушам). - Если я пойду с вами, вы отпустите моих друзей?

- Нет, - последовал ответ. - Торг здесь неуместен. Они преступили Закон и должны понести наказание! А ты вернешься в Святилище, и там уж будешь выбирать. Ты можешь продолжить дело, которым ты занималась, и остаться Верховной Жрицей. А можешь разделить судьбу своих друзей, если захочешь. Выбор за тобой!

- Но вы не можете!.. - возмутилась она. - Я все-таки Верховная Жрица!

- Верховной Жрицей тебя назначил Совет, - ответил жрец, которого девушка назвала Даком. - Он же имеет право сместить тебя! Ты ведь тоже нарушила Закон, выступив против своих собратьев по колдовскому мастерству. Значит, по Закону Совет имеет право сместить тебя и избрать другую Верховную Жрицу. Конечно, твоей преемнице придется начинать все сначала, но... - Он развел руками. - Перед Законом все равны, девочка. Даже Верховные Жрицы... Мы могли бы сделать исключение во имя великой цели, но если ты не хочешь...

- Почему же тогда вам позволено нарушать Закон? - усмехнулась девушка. - Вы же убили Нирдока и всех его сторонников, насильственным путем захватив власть для Норны! Что это, как не прямое нарушение Закона, Дак?

Жрецы переглянулись между собой, и Дак ответил:

- Вот тут-то как раз и нет нарушения Закона! Ты просто многого не знаешь, девочка! Нирдок своими действиями привел Перевал на край пропасти! И если бы мы вовремя не остановили его, наш мир бы погиб!.. К сожалению, - вздохнул он, - Норна не решилась травмировать тебя и рассказать правду о Нирдоке. Это было ошибкой. Но я уверен, Светлейшая исправит ее! После разговора с ней ты все поймешь...

- Нет! - воскликнула Ольга. - Я вам не верю!

Терпение у других жрецов лопнуло.

- Хватит ее уговаривать, Дак! - вмешался один из них. - Мы и так задержались, а Норна не любит ждать! Давай кончать с ее дружками и выбираться отсюда, пока Светлейшая сама не заявилась сюда!..

Ответить Дак не успел. В воздухе просвистели копья, выметнутые подоспевшими ххорнами. Нападение было неожиданным для жрецов. Я так полагаю, они были слишком заняты разборкой с Верховной Жрицей, вот и проморгали приближение опасности с тыла! Ну, и потом... Видимо, Дезир все-таки был прав насчет маскировки своих подопечных на мысленном уровне. В противном случае, жрецы почувствовали бы присутствие в лабиринте пещер такого большого количества ххорнов, и те не смогли бы застигнуть их врасплох. Но и в этом случае бывшие Ольгины соратники быстро среагировали на изменение обстановки. Дак продолжал удерживать Ольгу в коконе, остальные его коллеги резко развернулись и выбросили перед собой руки ладонями вперед...

Все происходило на моих глазах, Данька! Я видел, как зависли в воздухе уже практически долетевшие до жрецов копья, как развернулись в обратную сторону и мгновенно улетели в темноту, поразив нескольких нападавших ххорнов! Но тут в бой вступили мы с Вал-ал-Ноорком...

Жрецы во время своего разговора с Ольгой мало обращали на меня внимание, видимо, решив, что большой угрозы после такого удара я для них не представляю. А мы с Вал-ал-Ноорком всячески поддерживали это их заблуждение и прекрасно справились со своей ролью!.. Короче говоря, к тому моменту, на котором остановился мой рассказ, я сумел достаточно близко подобраться к жрецам, чтобы нанести удар!..

Словно молния метнулся я к своим противникам и в мгновение ока оказался в их рядах! Жрецы успели почувствовать новую опасность, но времени на то, чтобы среагировать на нее, я им уже не оставил. Трижды сверкнул мой меч, совершая смертоносно неуловимые движения (Вал-ал-Ноорк специально для такого случая растянул время, так что большого труда для меня это не составило), и три безжизненных тела рухнули к моим ногам. И в тот же миг исчез кокон вокруг Ольги. Все было кончено...


10.

- Ну, вот и все! - сказал я Дезиру, уже очухавшемуся после удара, который ему нанесли жрецы.

- Нет, - покачал головой маленький человечек, - не все, далеко не все! Все только начинается... - В его глазах я заметил печаль, и это в то время, когда, по идее, надо было радоваться тому, что удалось избежать неминуемой смерти! Но следующие его слова прояснили мне причину его скорби: - Это война, Хранитель! Война, которая будет страшнее и безжалостнее той, которую вели ххорны с народом Гаэлла! И, боюсь, на этот раз нам не удастся так легко отделаться. Норна не простит смерти своих жрецов!..

В его голосе было столько безнадежности, что я невольно удивился. Разве можно заранее признавать свое поражение?

- Не впадай в панику, Дезир, дружище! - решил поддержать его я. - Мы остановим их, обязательно остановим!

- Мы? - горько усмехнулся маленький человечек. - Здесь наши пути расходятся, Хранитель! У тебя с Верховной Жрицей своя дорога, у меня с моими ххорнами - своя!.. Нет, я не жалею о том, что совершил! Доведись мне еще раз принимать решение, я поступил бы точно также! Жаль только, что плата за это решение слишком велика!

Я знал, что Дезир, вероятно, говорит правду. Как и все маленькие человечки, он способен был предсказать будущее, и, видимо, это будущее не сулило ххорнам ничего хорошего. Но... Знаешь, Данька, я много раз убеждался, что будущее не является неизменной величиной. У будущего, на мой взгляд, много вариантов. Разные версии одних и тех же событий появляются благодаря куче предпосылок из прошлого и настоящего. Иногда маленький, вроде бы ничего не значащий поступок влечет за собой такую череду изменений, что все будущее переворачивается с ног на голову! Поэтому я всегда считал, и сейчас продолжаю это утверждать, что человек сам кует свою судьбу (с небольшим вмешательством божественных сил, всегда оставляющих право выбора за отдельно взятым индивидуумом)...

- Я вернусь, я обязательно вернусь, Дезир! - пообещал я. - Вместе мы разорим это паучье гнездо!

Маленький человечек печально посмотрел на меня и ответил:

- Если ты вернешься, ты погибнешь! Тебе повезло, что Норна недооценила тебя и Верховную Жрицу в части, касающейся ваших возможностей. Это дало вам шанс вырваться... Но не надейся, что тебе повезет в следующий раз! Жрецы очень сильны, в их руках - колдовство и магия, равных которому нет ни у одного из народов Перевала! Даже народ Гаэлла, самый старый народ на Перевале, уступает им в этом Знании!.. Нет! - яростно затряс он головой. - Возвращаться сюда тебе нельзя! Ты должен пообещать мне, что не сделаешь этого! Это не твой мир, он чужд тебе! Живи в своем мире и будь счастлив!..

- А как же вы? - поинтересовался я.

- Мы? - Дезир невесело усмехнулся. - Мы заблокируем вход в свои пещеры и будем держаться столько, сколько сможем. Может, нам повезет, и мы сумеем дожить до наступления зимы в твоем мире. Когда станет холодно, надеюсь, нас оставят в покое до следующего лета. Мы-то привыкли к холодам, в отличие от жителей Перевала... Ну, а там посмотрим...

- О чем это вы тут шепчетесь? - поинтересовалась Ольга, подходя к нам.

Девушка уже оправилась от поединка, хотя до сих пор еще была бледна, а на щеках играл нездоровый румянец.

- Рассуждаем о дальнейших действиях, - ответил я, скрыв от нее, о чем мы на самом деле говорили с Дезиром. - Норна будет в ярости, узнав о смерти своих жрецов!

- Пусть злится! - улыбнулась Ольга. - Нам бы только добраться до границы Перевала. А там... Там никто из жрецов не осмелится нас преследовать! Разве что Черные телохранители... Но нам они не страшны! Правда ведь, Саша?

Ее оптимизм вызвал у меня улыбку.

- Правда, - подтвердил я. - С этим-то я уж как-нибудь справлюсь, - и тут же поинтересовался: - А почему жрецы не могут покидать Перевал?

- Потому что в нашем мире они - чужие! - ответила она. - Они знают, что стоит им пересечь границу Перевала и местная нечисть возьмет их в оборот. Поэтому жрецы никогда не покидают границ Перевала. Боятся...

- А как же ты? - нахмурился я. - Ты же ведь тоже жрица!..

- А что я? - улыбнулась девушка. - Я, наверное, больше принадлежу нашему миру, чем миру Перевала. И потом, я хочу отказаться от того, что узнала здесь, забыть все, чему меня научили! Я хочу снова стать обычным человеком!

"Интересно, а чего тогда я тащу эти тяжеленные книги? - подумалось мне. - Может, предложить ей выбросить их?" Но я тут же отказался от этой идеи. Чем черт не шутит! А вдруг понадобятся? Честно говоря, не очень-то я верил, что она способна до конца отказаться от использования колдовства. Я вот, например, уже стал привыкать к способностям Вал-ал-Ноорка, и, думаю, без них я бы не чувствовал себя так уверенно...

- Вряд ли это возможно, девочка! - покачал головой Дезир. - Ты ведь уже не та, что была раньше. Ты привыкла к колдовству, и тебе будет очень нелегко отказаться от его использования.

- Я постараюсь, - пообещала она...

И мы двинулись дальше в сопровождении эскорта из ххорнов Дезира. Больше никто не предпринимал попыток помешать продвижению нашего отряда, и мы вполне благополучно миновали границу Перевала. Однако чем дальше удалялись мы от Перевала, тем больше мрачнела Ольга. И, в конце концов, я не выдержал и спросил ее напрямик:

- В чем дело? Что с тобой?

Она ответила не сразу. Некоторое время девушка молчала, словно обдумывая слова, которые должна была сказать. Наконец, она решилась...

- Не знаю, поймешь ли ты меня, - начала осторожно Ольга, и такое многообещающее начало мне очень не понравилось. Словно готовилась сказать что-то очень неприятное для меня... - По крайней мере, я хочу, чтобы ты меня понял правильно... Знаешь, ведь по большому счету мне и возвращаться-то некуда! Ни родителей, ни родных, ни друзей... Как ни странно, на Перевале мне было хорошо. Хорошо до тех пор, пока не появился ты и не разрушил мои иллюзии...

"Вот те раз! - подумал я, чувствуя, что мои опасения начинают оправдываться. - Значит, это я виноват в том, что ей сейчас плохо?"

- А чего ты хотел? - вмешался в мои мысли Вал-ал-Ноорк. - Женщины - народ непредсказуемый!

- А ты молчи, когда тебя не спрашивают! - обрушился я на него. - Нечего лезть в чужую душу!

Вал-ал-Ноорк обиженно замолчал. А Ольга тем временем продолжала развивать свою мысль:

- Не обижайся, Саша, ты все сделал правильно! Просто я хочу сказать, что пока ты мне не раскрыл глаза на то, что происходит на Перевале, я жила, будто в розовых мечтах. Я считала, что делаю полезное дело, отдалась ему вся, без остатка. Я день и ночь училась, радовалась, когда мне что-то удавалось, и огорчалась, если терпела неудачу... Дак, один из жрецов, которых ты убил, был моим учителем с первых дней моего пребывания на Перевале. Он мне казался таким добрым, таким мудрым!.. От него я научилась многим вещам. Впрочем, и Норна тоже была всегда добра ко мне. Я даже представить себе не могла, что под шкурой кроткой овечки скрывается личина матерого волка!..

В голосе девушки была слышна неподдельная скорбь. Она словно прощалась с тем, что стало ей дорого за эти два года, которые она провела на Перевале. И я не мешал, понимая, что сейчас ей просто надо выговориться. Потом станет легче, а сейчас девушке надо было снять тяжесть с души...

- И вот теперь эта жизнь кончилась, - продолжала она. - Мои глаза раскрылись, я увидела, что на самом деле представляют собой жрецы. Но легче мне от этого не стало. Чем дальше удаляюсь я от Перевала, тем сильнее мучает меня вопрос - что буду делать я в том мире, куда возвращаюсь после двух лет отсутствия? Все, чем я занималась до Перевала, кажется теперь пустым и ненужным. Кому я там нужна?

- Мне! - честно признался я. - А что ты будешь делать?.. Просто жить, как живут все обыкновенные люди! Поверь, это не так уж и сложно. К хорошему быстро привыкаешь... По крайней мере, в нашем мире никто не будет использовать тебя в своих интересах...

Ольга замотала головой:

- Я не смогу теперь жить так, как жила до Перевала! И сам Перевал не смогу забыть! Никогда!..

- Насчет этого можешь не беспокоиться! - пообещал я ей. - Я сделаю все, чтобы у тебя никогда не возникло желание вернуться сюда!..

Она ничего не ответила, и всю оставшуюся часть пути мы молчали, думая каждый о своем. Не знаю, какие мысли бродили в голове у Ольги, а мне так было ужасно хреново! И чем дальше я удалялся от Перевала, тем хуже себя чувствовал. Уходили-то мы туда вчетвером - я, Верный, Женька и Серега, а возвращаться пришлось мне одному. В голове постоянно крутились воспоминания, связанные с моими друзьями, и никуда от них было не деться. Опять вернулись прежние сомнения - а стоила ли эта экспедиция таких жертв? Искоса поглядывал я на бредущую в задумчивости Ольгу и пытался решить важный для себя вопрос - сможет ли эта девочка заменить мне погибших друзей? И чем дальше, тем больше убеждался, что не сможет...

Нет, Данька, я не жалел о том, что сделал, и не склонен был винить в гибели своих друзей Ольгу! Если кто и был виновен в их гибели, так это я! Я втравил их в эту авантюру, недооценил силы своего противника и, вообще, вел себя, как самонадеянный болван! А Ольга... Если бы я не вытащил ее оттуда, Норна рано или поздно убрала бы ее со своего пути! Она нуждалась в моей помощи, и я правильно сделал, что пошел за ней на Перевал. Вот только не стоило никого тащить с собой. Нужна-то ведь она была мне, а не Женьке и не Сереге! Вполне мог бы обойтись и без них, а так... Так плата за освобождение этой девушки оказалась слишком велика, чтобы я чувствовал себя счастливым!..

Ты не подумай, Данька, я не жалуюсь! Эта девушка по-прежнему мне дорога, а после того, что нам довелось пережить на Перевале, она стала мне еще ближе. Ведь, в сущности, она еще совсем ребенок - доверчивый и добрый. И я теперь чувствую большую ответственность за ее судьбу! Я должен, обязан позаботиться о ней!.. Да, есть такая вероятность, что она не останется со мной. Ну и пусть! Все равно, я должен быть уверен, что у нее все в порядке!..

Что было дальше?.. Да ничего особенного. Мы вышли из пещер неподалеку от нашего села. Только тогда я смог немного расслабиться. В тот момент я вдруг почувствовал, как сильно вымотали меня эти приключения! Ольга тоже еле держалась на ногах. Можно было, конечно, передохнуть, но нам так хотелось побыстрее убраться от всего, что напоминало бы о Перевале и пережитом там ужасе... Тепло попрощавшись с Дезиром и его ххорнами, мы потопали вниз по тропе. На душе было так тоскливо, словно я оставил позади частичку самого себя. Ольге, видимо, было не лучше. В очередной раз бросив взгляд на девушку, я вдруг заметил катившиеся градом по щекам слезы! Я обнял ее, и она разрыдалась в голос. Так мы и стояли, обнявшись, пока она не успокоилась... Нет, я не утешал ее, самому впору было хоть вешаться от тоски! Я просто стоял и молчал...

Потом мы двинулись дальше. В село заходить не стали. Слишком многие меня там знали и могли заложить ментам. Я ведь до сих пор в розыске, Данька!.. Не пошли мы и к моему дому - там тоже вполне могла оказаться засада. (Хотя, думаю, не настолько уж серьезным была моя вина перед законом, чтобы выслеживать меня, как зверя на охоте, но, как говорится, чем черт не шутит!) А двинулись мы в соседнее селение, где жил мой кореш, с которым мы вместе тянули лямку на войне. Конечно, давненько мы уже не видались с ним - с того самого дня, как дембельнулись. Но он с радостью принял нас, накормил, напоил, дал одежду. На нашу-то ведь было страшно смотреть!.. Ну и подкинул деньжат, чтобы мы могли как-нибудь перекантоваться первое время. Ну, а следующим пунктом нашей остановки был уже ты...

Нет, жрецы, как ни странно, больше не предпринимали попыток напакостить нам. Правда, поначалу было проявился Зов, но Ольга быстро разобралась с ним и навсегда сняла этот вопрос с повестки дня. А так я до сих пор поверить не могу, что эта стервятница Норна так быстро сдалась! Поэтому мы все время начеку. Черт знает, что взбредет в голову этой полоумной старухе! Хоть Ольга и говорит, что максимум, на что она теперь способна - это наслать на нас Черных телохранителей, я не очень-то в это верю. Смогла же эта бестия засадить меня за решетку, чтобы сорвать наш поход на Перевал!.. Вот потому я и держу все время ухо востро...

Что я теперь собираюсь делать?.. Пока не знаю. Перекантуемся у тебя эту ночь, а там посмотрю, что к чему. У меня еще сохранились старые связи среди бывших клиентов. Попробую родиться заново - с новым именем, фамилией и документами... Перевал?.. Нет, пока я туда не собираюсь. Надо сначала устроить Ольгу, а уж потом, может быть, я и подумаю о возвращении. Пока же я слишком устал, чтобы снова влезать в эту кашу...

Ого! Однако, засиделись мы с тобой, Данька! Надо давануть пару часиков и заняться делом... Кстати, у меня к тебе маленькая просьба. Уж не знаю, согласишься ли... Нет, если откажешь, я не обижусь, Данька! Я же понимаю - у тебя своя жизнь, а тут мы, как снег на голову!.. Ну, если короче, можно Ольга немного поживет у тебя? Всего лишь пару деньков, пока я не улажу свои дела? Сам понимаешь, таскать ее повсюду с собой я не могу, а оставить где-нибудь одну, без присмотра, страшно - вдруг потеряется!.. Так как?.. Вот спасибо, дружище! Я у тебя в долгу!..

Что?! Нет, Данька, даже и не проси! Ты что, с ума сошел? Какой репортаж?.. Я понимаю, что тебе интересно, знаю, что ты тоже прошел через войну, но даже не проси! Не возьму я тебе на Перевал! Ни за что!.. Просто я не хочу больше никого терять! Ни тебя, ни Ольгу, ни кого бы то ни было еще! И если я пойду на Перевал, то пойду один... Когда? Пока не знаю. Но я обязательно вернусь туда! Не привык я оставаться в долгу, Данька, не привык...