# На игре как на игре

Аркадий Николаевич Шушпанов

Развернутая рецензия на дилогию Павла Санаева "На игре". "Если", N7 - 2010.

"Разделяй и властвуй". Такой подход, может, и хорош для политики, но для кино все еще сомнителен.


Как ни странно, первый опыт в отечественной практике был еще давно, в годы нэпа, когда некоторые прокатчики разрезали пополам "Аэлиту" Якова Протазанова. Ничего хорошего не вышло, и экранизацию Толстого до сих пор смотрят целиком. И если в Голливуде, даже после примера Тарантино, "в двух актах" снимают, как правило, вторую-третью части состоявшегося хита, то в России "режут наперед". Сначала "Параграф 78", затем "Обитаемый остров", наконец, два "уровня" боевика Павла Санаева "На игре".

Идея взять группу подростков, дать им в руки оружие и поставить перед взрослым выбором неизменно выигрышна. Будь то японские школьники, которые должны воевать друг с другом до последнего ("Королевская битва"), или русские "черные следопыты", вынужденные вступить в бой с фашистами ("Мы из будущего"). Правда, дилогия Санаева близка не к этим образцам, а к недавней "Черной молнии", вышедшей посередине между двумя сериями. Участие в обеих картинах Виктора Вержбицкого в роли олигарха-злодея только подчеркивает сходство, хотя в фильме Киселева и Войтинского внимание сосредоточено на одном герое, получившем уникальные возможности, а в фильме Санаева - на нескольких. Обе ленты наглядно демонстрируют как достоинства, так и болезни отечественного жанрового кино. Радует то, что недуги все более похожи на болезни роста.

Развитие отдельного жанра повторяет развитие кино вообще. Вперед уходит техника и спецэффекты, и потом за ней тянется все остальное. Только после того, как прибудет поезд Люмьеров и ракета Мельеса врежется в Луну, на экраны выйдет бродяга Чарли и превратит балаган в искусство. Громкие фантастические ленты последних лет, снятые в России, заявляют: технически мы догнали Запад. А что графика слабее, так и бюджеты пока не под сто миллионов. "На игре" в этом плане достойно похвал и всевозможных технических наград. Операторская работа, монтаж, трюковые сцены - если бы в кадр не лезли российские детали, то случайный зритель мог бы подумать, что, по меньшей мере, попал на боевик от продюсера Люка Бессона.

Однако как с американской картошкой в свое время приехал колорадский жук, так и с лихим действием пришла основная проблема - сценарий. Вроде бы его создавали два писателя - автор оригинального романа "Игры в жизнь" Александр Чубарьян и сам Павел Санаев, окончивший сценарный факультет ВГИКа. Основная коллизия сохранена: подростки-геймеры неожиданно получили "в реале" те же способности, что и в компьютерных играх, в зависимости от того, кто во что играл - шутер, файтинг или автогонки. Но теперь и человеческая жизнь для пацанов значит не больше, чем жизнь фрага или бота в "стрелялке".

Расхождения с книгой только усиливают фабулу. В тексте Чубарьяна не было объяснения самому феномену, трансформация подростков распространялась по планете без всякой логики, как эпидемия. В фильме же она имеет четкий источник - некую компьютерную игру. Не было в книге и жесткого "идейного" противостояния в среде геймеров. Роман развивался как поэтапное превращение героев в антигероев, для которых перестает иметь значение не только чужая жизнь, но и собственные любовь и дружба. Массовое кино, разумеется, обязывало авторов к тому, чтобы кто-то из персонажей все-таки вызвал симпатию зрителя и заставлял переживать за себя.

Тем не менее, чем дальше, тем больше сюжет разваливается, и накапливаются вопросы без ответов. И все они сосредоточены именно во втором фильме, который по идее должен был расставить точки над "i" Что в итоге случилось с автором злополучной игры? Как сложилась судьба выживших геймеров? Появились ли еще им подобные, ведь какая-то часть дисков с игрой уцелела? Эпилог же, как верно подметил один из критиков, и вовсе повторяет финал "Боя с тенью".

От сюжета дефекты распространяются "по всей кинопленке". Драматическим актерам, кроме Вержбицкого, просто нечего играть. Фактически, в роли компьютерных "ботов" появляются в первом фильме Игорь Скляр или Михаил Трухин. А тем, кому дали побольше экранного времени, негде толком развернуться. В "На игре 2" разве что Александр Лыков и Сергей Газаров получили возможность создать пусть небольшие, но выпуклые образы. И здесь молодые актеры приняли удар на себя - четко вписались в типажи и сами выполнили многие трюки. Большего от них и не требовалось. Получается так, что кинофантастика для подростков пока еще сама похожа на тинейджера. Нескладная, противоречивая, но энергичная и громкая. Пока еще не столько живет, сколько играет в жизнь. Что же, новый уровень не за горами.