# Видение Жана Николаева

Сергей Владимирович Соловьев

Рассказ, опубликованный в "Лит. учебе" (февраль 2008). "Фантастический реализм".

С.В. Соловьев


Видение Жана Николаева


1


Борхеса он читал, но не любил. Он знал, что в сочетании с его собственным именем из этой презрительной самохарактеристики - "поэт супермаркетов" - получится заглавие вполне в стиле слепого библиотекаря... Жан Николаев - надо же, постарались родители! Какими переводными французскими романами они в то время зачитывались?

И разумеется, он вовсе не воспевал в своих стихах супермаркеты.

Супермаркеты заменили в современном мире приходские церкви, подобно тому, как Центр Мировой Торговли - " World Trade Center " - был главным мировым храмом капитала. Не удивительно, что представители другой агрессивной религии выбрали именно его своей целью.

Просто... Только затерявшись среди заставленных товарами полок способен был Жан писать стихи. Покупатели с корзинками, с тележками, не обращали на него внимания. Он мог часами бродить по большому магазину, скользя глазами по ярким упаковкам, время от времени разворачивая сложенный вчетверо листок и записывая одну-две строчки. Будто проверяя, все ли сделал покупки. Для убедительности на локте у него обычно висела пластиковая корзинка.

Если были деньги, он покупал какую-никакую выпивку, закуску. Вино или пиво, колбасу, хлеб. Более крепкие напитки ему не нравились.

Закончив стихотворение, шел домой.

В былые времена церковь или даже монастырь могли оказаться и для неверующего тихой пристанью.

Таковы для Жана были супермаркеты. Когда он выходил на улицу (вздыхали за спиной раздвижные двери) на него обрушивались тоска и тревога, прогоняя необходимую для стихосложения сосредоточенность. Удовлетворение от удачно завершенного труда не позволяло им полностью раздавить Жана. Он садился на кухне, перечитывал написанное. В крайнем случае мог снова пойти в магазин, если ничего другого поблизости не было. В ночные часы - отыскать работающий круглосуточно магазинчик - аналог скромной часовни - и спастись там от беспокоящих его призраков.

В общем, это было счастливое время.


2


Он записывал слова на обрывках, не думая об опубликовании.


Алхимия земли и неба...


Или:


Любая боль невыразима,

Проходят годы, снятся сны

................................. страны

.............................у пилигрима


Затем ему повстречалась Габи. Еще не зная ее имени, он ловил ее любопытные взгляды. Белокурые, коротко стриженые волосы, улыбка... Обжигающие, как угли, черные глазки. Она выглядывала из-за полок и пряталась снова. У Жана в два раза быстрее начинало биться сердце.

Разумеется, он читал не только свои собственные стихи. Чужие крутились в голове чаще. Почему в первый же раз, когда ее маленькая, полноватая, но очень подвижная фигурка впервые промелькнула в конце длинного прохода - она оглянулась, посмотрела - ему пришла на ум строчка Батюшкова: "Эвоэ! И неги глас!"? Что-то в ней было от вакханки, но как убедиться в этом, встречаясь мимоходом в супермаркете?

Он много фантазировал, она ему снилась, часто он пытался воображать себя детективом-любителем - каким-нибудь Шерлоком Холмсом или патером Брауном, но долгое время ему даже в голову не приходило, что она немка.

В наше время редко кто не думает о деньгах, поэтому Жан строил догадки о ее доходах - она явно не жалела средств на наряды, появлялась одетая то так, то иначе, то в короткой юбочке поверх черных колготок, то в джинсовых штанах до колен, а блузки, а рубашки с жабо, а курточки, а шубки зимой - мучительный платонический роман тянулся все лето, осень, зиму, перемежаясь довольно длительными исчезновениями Габи (она уезжала к себе в Берлин, но тогда Жан об этом не знал) - и наконец наступила весна.

Разволновавшись от очередного сеанса игры в прятки, Жан напутал с деньгами - ему почудилось, что у него с собой больше, чем было на самом деле. Он взял бутылку португальского красного вина. Габи стояла в той же очереди и, заметив, что Жан отчаянно роется по карманам, протянула ему сотенную. Он впервые видел ее глаза так близко. Они смотрели жалобно и влюбленно, и Жан принял скромную помощь.

Выйдя из супермаркета, они заговорили.

- Вы... я... - в ее голосе чувствовался акцент.

- Пойдемте ко мне, -сказал Жан. Ему казалось, что будь в этом необходимость - и он мог бы перенестись домой вместе с Габи одним прыжком, но идти не торопясь по солнечной стороне улицы, огибая голубые лужи, было не менее приятно.


3


Жан женился на Габи и стал вместе с нею ездить в Германию. Издал за счет автора (точнее, за счет Габи) сборник стихов. Они оба продолжали любить супермаркеты - и германские магазины, которые Габи знала с детства, открыли перед Николаевым новые горизонты.

Они были богаче отечественных. Прохладнее в жару. Просторнее, и на этих просторах покупатели держались более свободно, более естественно. Иногда Николаев ходил в них сам, иногда в компании Габи. Это тоже было счастливое время!

Больше всего Жан любил рассматривать полки с кофе. Одного взгляда на пачки разнообразных сортов было достаточно, чтобы разыгралась фантазия. Дымящиеся чашечки на столике у камина... После женитьбы он гораздо чаще задумывался об уюте, чем раньше. После кофе он теперь обычно шел к полкам с коньяками и виски, иногда - в отдел, где были выставлены товары для загородного дома - кованые решетки, каминные шипцы...

Хотя в Германии многое из области фантазии перешло в область реальных возможностей, их практическое осуществление все равно требовало больших усилий - и едва ли они могли реализоваться все сразу. Мечтать, бродя по магазинам, было проще, с этим соглашались оба, он и Габи.

Кроме того, в магазине все эти признаки уюта, изобильно собранные вместе, выглядели как-то надежнее, чем они могли бы выглядеть под крышей утлого индивидуального дома.

В Германии Жан стал чаще задумываться о природе своего таланта. Какая метафизическая нить связала его с супермаркетами?

Он понимал, что существует опасность обуржуазиться, оказавшись в поощряющем столь уютные мечтания германском окружении, но эту опасность не следовало преувеличивать. Продолжать думать, продолжать писать стихи, даже в этом храме потребления, почти ничего реально не потребляя - разве это не лучший ответ?

Тем более что эксперимент - писать дома попивая из бутылок, рядом с которыми так хорошо работалось, пока они украшали полки супермаркета, закончился полной неудачей.


Последнего свидетель часа -

Спех, очередь у каждой кассы...


Он пытался сочинять стихи по-немецки, но, тогда как вдохновение регулярно посещало его и в немецких магазинах, осваивать чужой язык это почему-то не помогало. Жан стеснялся показывать свои немецкие опыты даже Габи, предоставляя ей пробовать себя в переводах, тоже, впрочем, не слишком удачных. Вся присущая ей поэзия, похоже, уходила в организацию семейной жизни.


4


Жан не одобрял общество потребления, но считал, что свидетельствовать - на любом языке - вполне достаточно. Он - свидетель, не соучастник. Не все были с этим согласны.

В тот день Габи решила остаться дома. С утра ей нездоровилось. Непонятно, с чего. Они славно провели вечер - сходили в театр, слегка выпили, вернулись домой на такси, не чувствуя ни малейшей усталости, Габи расшалилась, как будто ей было восемнадцать, а не тридцать пять, потом ей захотелось фотографироваться в постели... а утром у нее кружилась голова, и ее слегка тошнило - она, не вставая, позвонила на работу в оффис и договорилась, что ее заменят.

Жан, как обычно, занялся домашними делами. Он ведь пока был безработным, а уборка, готовка и другие мелочи нисколько не мешали дозревать зародившимся во время походов по магазинам стихотворным строчкам.

После обеда - Габи только выпила, не вставая, крепкого чая, Жан поехал на велосипеде за покупками. Недостаточное знание языка мешало и здесь - водительских прав у него пока не было.

Был теплый декабрь - вещь, немыслимая в Питере или в Москве, несмотря на глобальное потепление, но темнело все-таки рано.

В Берлине до сих пор попадаются большие незастроенные участки - Тиргартен в центре, лесопарки на западе, есть немало парков поменьше, а ближе к окраинам - даже и пустырей. Небо было ясное, если ехать вдоль парка - можно остановиться и посмотреть на звезды. Недавно в Интернете Жан наткнулся на страницу с красивыми фотографиями галактик. Галактики выглядели как светящиеся всеми огнями торговые центры. Не требовалось особого воображения, чтобы представить себе эти звездные острова там, где простой глаз видел лишь тускловатую пустоту между наиболее яркими светилами. Как бы то ни было, через четверть часа Жан уже был у ярко освещенного супермаркета. Пощупал карман, трубка телефона на месте. Хорошо бы Габи дала ему поработать...

У входа он прицепил к стойке велосипед, взял тележку, чтобы не отвлекал вес продуктов. На тележку можно было даже опереться в минуту задумчивости.


5


Жан неспеша катил тележку между рядами полок. Обычная в этот час и в этом районе небогатая публика - студенты, неряшливо одетые мамаши с детьми, пенсионеры, много мусульманских балахонов и платков. Жан слабо разбирался в мусульманской космографии - верят ли там до сих пор, как в средневековой Европе, что небо состоит из концентрических небесных сфер, или же мусульманство не теряло времени на второстепенные детали, и легко приняло к сведению достижения современной науки - расширяющаяся Вселенная, пустота, наполненная звездами, галактиками и таинственной темной материей? И где тогда помещается мусульманский рай - в этой Вселенной или где-нибудь за занавесом?

Впрочем, может быть, разные течения в мусульманстве по-разному отвечают на это вопрос. Есть ведь шииты, сунниты, разные другие течения (Жан слышал, например, о суфиях). Они с такой яростью убивают друг друга, их взгляды на устройство Вселенной тоже могут различаться.

Жан взял с полки бутылку вина - белого сухого, как любила Габи. Задумался.


Ступени ведут к парадизу,

Синеет вдали, где-то снизу,

Море - вверху - облака,

Белые, словно вата...

Вход сегодня бесплатный

Мне сказали, пока...


Жан достал из кармана ручку, блокнот. Надо записать, пока не забылось. Какая-то девица во весь голос разговаривала по мобильному телефону. Турецкая семья - пятеро детей, мать и отец. Старший мальчик весело дразнил младшую девочку, мать устало его одергивала, девочка порывалась заплакать, но пока не плакала. Лучше перейти в другой ряд.

В другом ряду оказалось не менее людно. Cтуденты, тележки, набитые ящиками с пивом...

В третьем ряду спиной к Жану сидел на корточках молодой человек. Одной рукой он придерживал перед собой небольшой плоский рюкзак, а второй копался в его внутренностях. В Германии, в отличие от России, рюкзаки не всегда требуют сдавать на хранение. Разумеется, работает видеонаблюдение. Вероятно, он уже привлек внимание - в конце прохода появился охранник. Жан с любопытством смотрел, что будет дальше.

Молодой человек поднял голову. Жану показалось, что внутри его рюкзака зазвонил мобильный телефон. В следующее мгновение на месте молодого человека с рюкзаком распустился огненный цветок.


6


Было очень темно и больно. Жан лежал на спине, по шею заваленный полками. В крыше супермаркета зияла широкая дыра, через которую были хорошо видны звезды. Говорят, со дня глубокого колодца их видно даже днем, возможно, здесь сказывался тот же эффект. Никогда еще в городе звезды не казались ему такими яркими. И чем дольше он всматривался, тем дальше, казалось, уходила боль. Он не слышал ни звука - возможно, он оглох?

Темнота между звездами тоже не была абсолютной, там угадывались туманные пятнышки. Галактики, догадался Николаев. Что-то произошло с его зрением, он без особых усилий различал теперь эти звездные островки. Что-то случилось также с ориентацией в пространстве - над ним или под ним плыли они в прозрачной пустоте пространства? В следующее мговение он понял, что может отделиться от собственного тела и приблизиться к дыре, тогда будет видно гораздо лучше.

А зачем, собственно, терять удивительный шанс? Если тело можно спасти, о нем позаботятся другие. "Я" Николаева, его дух или бессмертная монада, вырвалось через отверстие в крыше и устремилось в бездну, наполненную звездами.

Скорость, как отметил Николаев, очень быстро превзошла скорость света. Одна из далеких спиральных галактик с каждой минутой становились все ближе, а главное, стали заметными перемещения звезд, которые до этого казались неподвижными. "Это потому, что я за минуту пролетаю расстояние, которое свет проходит за тысячи лет. Значит, я за минуту вижу все, что произошло за это время, как в ускоренном фильме." К его удивлению, суетня звезд сильно напоминала передвижения покупателей, разве что проходы между полками были не прямыми, а закручивались по спирали. Его собственная траектория тоже постепенно стала приобретать отчетливую форму спирали. Он уже различал (тут даже лишенный тела дух несколько удивился), что некоторые звезды толкают рядом тележки для покупок. В тележках лежали планеты.

Роль кассы, осознал Николаев, играет центральная черная дыра... И его самого несло именно туда. "Странно, - подумал Николаев, - ведь у меня же не должно быть никакой массы, на меня не должна действовать гравитация. Или она действует не на меня, а на пространство?" Ему стало страшно. Вспомнились слова, вычитанные давным-давно в какой-то научно-популярной книге: "Горизонт событий. Голая сингулярность." "Дно галактики", как у Даниила Андреева. Его уже затягивало в узкий проход, ведущий к кассе.

Он попытался оглядеться. Две-три звезды, а за ними - серый фон, подернутый еле заметной рябью. "Ведь у меня же нет денег, чем я буду платить?"

В ужасе он попытался вызвать из памяти какие-нибудь стихи. Стихотворные строчки превращались в золотые монеты и улетали, обгоняя его, по проходу. Он попытался закрыть глаза или хотя бы отвернуться... и оказался в собственном теле. Было темно, больно, но уже не так страшно.


7


"Ты не поверишь, Габи, что я видел..." Бледный, весь перевязанный, Жан улыбался с больничной койки, глядя в полные тревоги и счастья глаза подруги. - У меня для тебя тоже есть сюрприз,- сказала Габи и погладила себя по животу. - У меня внутри целая планета. Я теперь каждый день хожу на распродажи.