# Аруана

Геннадий Иванович Тищенко

Ещё одна повесть о приключениях инспектора Янина (первый рассказ о нём "Вампир Гейномиуса" был опубликован в 1982 году, а в 1991-1992 годах я создал по его мотивам анимационные фильмы "Вампиры Геоны" и "Хозяева Геоны"). В настоящее время по повести "Аруана" снимается полнометражный анимационный фильм.

"АРУАНА"


ФАНТАСТИЧЕСКАЯ ПОВЕСТЬ.


(ДЛЯ ДЕТЕЙ СТАРШЕГО ШКОЛЬНОГО ВОЗРАСТА И ИХ РОДИТЕЛЕЙ)


"Люди, кои не брезгуют греховными средствами, могут преуспеть,

добиться желаемого, одержав победу над врагами,

но их ждет неминуемая духовная погибель".

Рабиндранат Тагор.


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.


АНДРЕЙ ЯНИН.


ПРОЛОГ. МНЕМОЗАПИСЬ ЗУДИНА


... До берега реки оставалось не более двух тотов, но силы мои были на исходе. Дыхание с каждым шагом становилось сдавленнее, сухой раскаленный воздух раздирал грудь. Потом я упал, споткнувшись о корневище еаль-баа. Почти невидимое в высокой траве, оно змеей извивалось под ногами и скрывалось в пахучих зарослях турникона.

Затаив дыхание, я прислушался к звукам со стороны опушки. К шелесту травы и стрекотанию кузнечиков примешивался едва слышный плеск волн Озера.

Потом еще один звук привлек моё внимание. Сколько я не напрягался, так и не понял, что он означает. Я не знал этого звука, хотя он и напоминал шипение Большой Змеи из Синей Реки. Но незнакомый звук лишь напоминал это шипение. Он был Чужим и, скорее всего, Враждебным.

Небольшой крыль выскочил из под пурпурного листа турникона и уставился на меня изумрудными глазами. Его фасеточные гляделки, как всегда навевали ужас. На загривке крыля быстро набухал защитный желтый капюшон, усеянный устрашающими фиолетовыми пятнами и шипами.

Ящер вытянул в мою сторону хищную остроносую морду и угрожающе заквакал.

Я замер, боясь шелохнуться, и некоторое время продолжал лежать без движения. Даже не моргал, отчего глаза начали слезиться.

Видя, что с моей стороны опасность не угрожает, крыль спрятал ядовитые шипы и бесшумно исчез в зарослях.

Со стороны опушки раздались легкие шаги. По их звуку, а также по характерному запаху, я догадался, что шаги принадлежат босоногой девушке.

Я осторожно приподнялся над листьями турникона и взглянул в сторону опушки.

По водопойной тропе к озеру шла молодая локиня. Набедренная повязка и мокасины составляли весь ее наряд, хотя ей было не менее восемнадцати лет. Правая рука локини сжимала примитивное копье, изготовленное из гладкого ствола туайи. Точнее, это было не копье даже, а заостренный с одного конца прямой ствол, с которого были удалены все ветки.

Судя по одеянию, оружию и запаху, это была дикая локиня.

В зарослях раздался едва слышный шорох, и дикарка замерла, настороженно прислушиваясь. Она была красива эта юная локиня. И она еще не прошла Обряда Посвящения.

Проследив направление взгляда локини, я увидел злобную морду лунга. Он осторожно выглядывал из оранжевых зарослей. Глаза его пылали вожделением.

Я невольно вжался в землю. Из полумрака зарослей, за спиной твари в сторону дикарки смотрели две пары налитых кровью глаз.

Глаз лунгов!

Локиня рванулась в сторону озера, но из зарослей ей наперерез выскочили еще два лунга. Их пасти разверзлись, обнажив желтые клыки, с которых текла обильная слюна.

До озера оставалось всего несколько шагов, но лунги перекрыли тропу и, хрипло хрюкая, приближались к локине.

Девушка испуганно вскрикнула и метнулась в сторону ближайших зарослей. Лунги бросились, было за ней, но неожиданно застыли на месте.

Теперь их морды выражали испуг.

Я осторожно приподнялся и увидел, что из зарослей навстречу уродам вышли трое воинов из племени осмилоков. Старший из них был вооружен коротким мечом, руки второго натягивали лук, направляя в сторону ближайшего лунга длинную стрелу, третий воин замахнулся на переднего лунга копьем.

Злобно шипя, твари попятились от осмилоков в заросли.

Юная дикарка испуганно смотрела то в сторону нелюдей, то в сторону осмилоков. Своим спасителям она тоже была не очень рада.

Старший осмилок засунул меч в ножны, снял лассо, прикрепленное к поясу, и многозначительно протянул его дикарке.

Взглянув на лассо, локиня попятилась к Озеру. Едва осмилок шагнул в ее сторону, как она с криком развернулась, и, преодолев прыжками песчаный пляж, отделявший ее от Озера, прыгнула в воду...


ГЛАВА ПЕРВАЯ.


- ... Это была мнемозапись биолога Виктора Зудина, из экспедиции Ренгтона, - проговорил Новицкий и выключил монитор. - Он, в свою очередь, снял запись с мозга агасфика. Так называют себя аборигены из ОРА, Особого Района Аруаны, который чаще называют просто Осмилонией. Мнемограмма транслировала в твой мозг меры длины осмилоков и агасфиков, а также, названия которые они дали аруанским животным и растениям. Кстати, эта запись передала всю субъективность и предвзятость оценок, свойственную разумным обитателям Осмилонии. Лунги, к примеру, вовсе не так уродливы. Осмилоки и агасфики враждуют с лунгами, поэтому видят их, мягко говоря, не совсем объективно. Что и отразилось в мнемозаписи...

Я тряхнул головой и огляделся. Освобожденное от мнемозаписи собственное сознание возвращалось, как всегда, крайне тяжело. Я осознал, что нахожусь в мнемохранилище Управления Галактической Безопасности и прохожу инструктаж перед вылетом. Предо мной сидел Председатель Экологической Комиссии ГБ Новицкий, который уже не один десяток лет инструктировал всех инспекторов, перед отправкой.

- Признаться, окончательно запутался с этими вашими локами, осмилоками, лунгами и агасфиками, - я поднялся с кресла.

- Ты познакомился с представителями основных рас Осмилонии, - успокоил меня Новицкий. - Остальные аруанцы мало, чем отличаются от осмилоков.

- Значит ли это, что осмилоки ушли по пути прогресса дальше, чем локи?

- Черт его знает, что это значит.... - Новицкий брезгливо поморщился. - Мы до сих пор ни черта не понимаем в их иерархиях. Похоже, локи - являются представителями регрессивной ветви. Они появились несколько тысячелетий назад. Девушка, которую ты видел, - типичная представительница этой расы. На следующей ступени развития стоят лунги-агасфики. Такой вот своеобразный расизм получается. Впрочем, некоторые антропологи считают, что локи и агасфики являются иными биологическими видами, вроде наших Йети, Алмасты и Большеногого миллионы лет сосуществовавших на Земле с видом Гомо Сапиенс. И, наконец - осмилоки...

- Остановись! - не выдержал я. - Все равно у меня в башке сплошная каша из твоих аруанцев...

- Они мои не больше, чем твои... Точнее: теперь они твои даже больше, чем мои...

- Но почему именно меня?

- Ты учился вместе с Леруа. Кое-кто надеется, что это облегчит твой контакт с ним...

- Стоп!.. Давай-ка, еще раз все уточним... Итак, на Аруане уже десятки лет работают земляне, и она, вроде бы, изучена вдоль и поперек...

- Вот именно - "вроде бы", - вставил Новицкий. - Мы ни черта не знаем об Осмилонии...

- Хорошо, за исключением Осмилонии, - согласился я. - Значит, вы меня хотите перебросить именно туда?

- И не просто в Осмилонию, а на Священный Праздник осмилоков, куда допущен лишь твой однокашник Шарль Леруа. И ты должен прибыть на этот праздник вместе с ним. И узнать, вынюхать все, что связано со всей этой чертовщиной!..

- А что же на сей день известно об этой "чертовщине"?

- Ну... что это - главный праздник Союза Осмилоков. Причем, Союз сей, крайне враждебно относится к нам, землянам. Все остальные аруанцы дружат с нами по полной программе, а осмилоки, не желают, видите ли. Причем, по неведомым нам пока причинам. Они терпят одного лишь Шарля, который, похоже, слегка свихнулся на своих экспериментах. А может быть и не слегка... Более подробно узнаешь обо всем по дороге... - Новицкий протянул мне футлярчик с дисками. - Я очень на тебя надеюсь...

- Но я еще не дал своего согласия! - возразил я.

- А куда ты денешься?..


... Мелькание цветовых пятен прекратилось и полупрозрачные, расплывчатые тени превратились в несущиеся навстречу звезды. Затем звездный мир начал скручиваться и сжиматься. Это означало окончание выхода из подпространственного туннеля.

- Долго еще? - спросил я, с трудом разжимая губы.

- Сможете выйти через пятнадцать минут... - ответил голос, слегка звенящий металлом. - Отправить справку для встречающих?

- К черту справки... - Поморщившись, я отвернулся от иллюминатора, и некоторое время смотрел на передний экран. Он занимал полстены и до ухода в ПП я просматривал на нем материалы об Аруане, полученные от Новицкого.

Косматый диск зеленого солнца величественно плыл навстречу. Языки лимонных и изумрудных протуберанцев выплескивались светилом на расстояние, превышающее его диаметре|

Вскоре весь экран заполнила приближающаяся планета. Сквозь аметистовые облака, изредка проглядывала зеркальная поверхность морей и океанов. Впрочем немалую часть поверхности планеты занимали оранжевые массивы лесов и джунглей.

Кабина, в которой я находился, содрогнулась.

Я откинулся на спинку кресла и потянулся.

Из-за стены послышался женский смех, затем - топот множества ног.

Слегка пошатываясь, я, встал и вышел из кабины.

По коридору шли молодые парни и девушки. Никто не обращал на меня никакого внимания.

И это было правильно.

- Не думала, что Переход будет так прост, - улыбаясь, говорила своему спутнику проходящая мимо светловолосая девушка. - Меня им столько пугали, а все оказалось таким обыденным!

- Ты просто не заметила, как задремала, - парень обнял девушку за плечи и так обнявшись они вышли из коридора.

Дождавшись своей очереди, я вошел в одну из дезинфикционных камер. Снизу заструился желтоватый бактерицидный газ, а сверху обрушилось стерилизующее излучение. Затем меня обдало струей пряно пахнущей жидкости, которая высохла, буквально, в секунду.

Наконец, вместе с остальными пассажирами межзвездного лайнера, я спустился по широкому пандусу на оранжевую траву, под ослепительные лучи изумрудного светила.

Все вокруг очень напоминало Землю: в зеленоватом небе плыли кучевые облака, вдали были видны строения городка земных колонистов и туманные лиловые горы.

Жмурясь от яркого света, я направился к зданию космопорта.

- Добровольцев воспитательных и строительных отрядов просим пройти ко второму сектору, где их ожидают руководители групп! - объявил диспетчер Центрального Космопорта Аруаны. - Повторяю...


Оставшись один, я растерянно осмотрелся по сторонам, пытаясь разобраться в путанице указателей и надписей на самых разных языках Земли.

Я никуда не спешил, меня никто не встречал и, как я надеялся, о моем прибытии на Аруану никто не знал.

У входа в здание космопорта я увидел высокую стройную женщину. Признаться, я не сразу понял, что передо мной аруанка, то есть первая живая аборигенка, увиденная не на мониторе, а наяву! А ведь о красоте аруанцев ходили легенды по всей Галактике!

И ходили, надо признать, не зря!..

Аборигенка мельком взглянула на меня, и высокомерно выпятив подбородок, прошла мимо. Зеленые глаза ее таинственно блеснули в лучах заходящего солнца. Лицо, издали похожее на медную скульптуру, приобрело выражение загадочности, с оттенком презрительности.

Через пару шагов я оглянулся. Аруанка быстро удалялась.

- Будьте любезны, как пройти в диспетчерскую? - Я удивился неожиданной хриплости своего голоса.

Аруанка обернулась и с интересом взглянула на меня.

- Центральный зал, третий сектор, - мягкий, певучий голос инопланетянки заставил мое сердце забиться сильнее.

- Благодарю вас! - сказал я и круто развернувшись, я зашагал прочь четким шагом курсанта космошколы.

- Третий сектор в противоположной стороне! - чувственный голос догнал меня и заставил ускорить шаги.

Чертова кукла, думал я, сворачивая за первый же поворот коридора. - Можно подумать, что за столь эффектной внешностью что-то кроется.

Я остановился, уткнулся лбом в прохладный пластик стены и заставил себя успокоиться.

Если так дальше пойдет, лучше сразу вернуться, думал я, вспоминая формулировки аутотренинга.

Через минуту я почувствовал себя готовым к любым неожиданностям...


... В зале ожидания Центрального Космопорта Аруаны, набитом пилотами звездолетов, прибывшими пассажирами, работниками космопорта и встречающими, я заговорил с темноволосым парнем в форме оператора дальней связи.

- Как добраться до базы Леруа? - громко, чтобы перекричать шум зала, спросил я.

- По-моему, он уже вернулся в Летсаль, - неуверенно ответил парень, - Но не советую являться к нему раньше, чем через неделю.

- И к чему такая осторожность?

- Вы, наверное, слышали, что он со странностями?.. К тому же, приближается Киалана, сами должны понимать!

Я кивнул, почитал указатели, и направился к стоянке маршрутных сольдеров.

В нескольких метрах от стоянки меня догнала блондинка в короткой юбке.

В первое мгновение мне показалось, что передо мной вновь стоит аруанка. Лишь приглядевшись, понял: бронзовый блеск порожден специальной пудрой, тонко иммитирующей характерную патину кожи аруанцев.

- Я случайно услышала, что вы отправляетесь в Летсаль. Мне тоже туда. - Девушка говорила спокойно, но я чувствовал, что она взволнована.

"Ага... - мысленно сказал я себе, - нас, кажется, все-таки встречают..."

- Лагерь Леруа находится в Ливе. Это рядом с Летсалем, так что нам по пути... - проговорила девушка. - А зовут меня - Юна...

- Андрей Вадимович, - представился я, - турист с Земли...


Аэромобиль летел невысоко над холмистой равниной Аруаны. Проплывающие внизу ландшафты почти ничем не отличались от земных. Лишь зеленое небо напоминало, что вокруг мир иной планеты.

- Это Еаль-Баа, - показывая на огромное раскидистое дерево, одиноко растущее в степи, поясняла Юна. - В переводе это значит - Крыша Неба. У местных племен оно считается священным.

- А осмии здесь растут?

- Осмии?.. - Юна улыбнулась. - Чувствуется, что вы впервые на Аруане. Здесь любой стажер знает, что осмии растут лишь в ОРА, а гигантские осмии - исключительно в Священной Роще.

Юна оказалась отличным гидом, но я был благодарен ей просто за присутствие. Я внимательно слушал ее объяснения, но не удержался от замечания, когда Юна назвала небо по аруански не боа, а баа.

Юна некоторое время сидела молча, надув по-детски пухлые губы.

- Каюсь, виноват, - я склонил голову и прижал руку к груди. - Должен был предупредить, что основательно готовился к встрече с Аруаной.

- Что же вы разыгрывали комедию?! Я тут, распинаюсь...

- Поймите, многое я представлял совершенно иначе, - неуклюже оправдывался я. - Например, это самое Еаль-Баа... Без вас я никогда не догадался бы, что это невзрачное деревце и есть Крыша Неба. Поверьте, я действительно узнал от вас много нового...

Юна вежливо улыбнулась, но поток ее красноречия больше не возобновлялся на протяжении всего полета...


... Летсаль встретил нас проливным дождем. Уровень воды на покрытии посадочной площадки доходил до щиколоток, и земная обувь совершенно не защищала от влаги. Окинув сочувственным взглядом мои туфли, Юна предложила идти босиком.

- Что ж, нам не привыкать! - Я сбросил обувь и, поднимая брызги, весело зашлепал босыми ступнями по зеленым полированным плитам.

Летсаль - небольшой поселок, застроенный одноэтажными домиками, утонул в зарослях турникона, растения отдалённо напоминающего увеличенный во много раз папоротник. В центре поселка высилось здание Гостиницы.

- Жилье временное, - пояснила Юна. - Сейчас здесь трудно с этим: постоянно прибывают новые добровольцы. Большинство - до сих пор живут в Гостинице, но скоро закончат новый корпус, где будут все удобства. А пока - одна душевая на два номера, что, сами понимаете, с медицинской точки зрения, совершенно неприемлимо...


В отведенной мне комнате не было ничего, кроме кровати, двух кресел и легкого стола из пластика.

Сложив вещи в гардеробной нише, я прилег отдохнуть.

Впервые после вылета из Центра я остался наедине с собой и мог спокойно обо всем подумать.

Новицкий, как всегда, был прав. Он, конечно, все понимал и даже сочувствовал мне. Но ведь и впрямь: кто еще, кроме меня, мог в данном случае воздействовать на Леруа и, в случае необходимости, принять жесткие меры? Когда речь идет о выживании всего Человечества, - надо быть жестким и решительным...


Разбудила меня Юна.

- Забыла показать вам, где находится кафе, - смущенно улыбаясь, сказала она. - Вы, наверное, проголодались?

- Есть такое... Признаться никогда на отсутствие аппетита не жаловался... Хотя небольшая голодовка, думаю, не помешала бы...

В углу пустого зала двое парней о чем-то ожесточенно спорили. Увидев меня и Юну, они торопливо допили зеленоватый напиток и встали. Лишь теперь я понял, что это аборигены: ростом они были более двух метров.

- Это аруанцы? - спросил я, когда гиганты вышли. ?

- Вы не знали, что многие из них работают с нами?

- Знал, конечно, но как-то непривычно. Этакая раса роскошных красавцев, баскетбольного роста...

- Привыкните. Большинство из них очень милые ребята, хотя, с медицинской точки зрения, такой рост несколько избыточен. Впрочем, сила тяжести здесь меньше, чем даже на Венере.

- В тихом омуте - черти водятся...

- Что вы сказали?..

- Старинная русская пословица... Смысл ее в том, что внешне тихие люди иногда могут такое выкинуть!

- Понятно...- Юна как-то странно взглянула на меня.- Я вам, наверное, тоже такой кажусь?

- Отчего же...- я галантно склонил голову. - Хотя женщины без чертенят внутри, по-моему, просто отсутствуют в природе...

- Я столько наговорила о себе, а вы даже не рассказали о цели своего прибытия... - Юна отхлебнула глоток зеленоватого коктейля, покрытого красноватой пенкой и насмешливо взглянула на меня.

- Можете считать меня туристом, - я тоже попробовал приятный на вкус слегка кисловатый напиток. - Давно мечтал побывать на Аруане и достаточно тщательно готовился к этому вояжу. Во всяком случае, изучил почти все наречия Осмилоков...

- Вы еще и лингвист?

- В какой-то степени. Меня интересует история Аруаны. В ней, на мой взгляд, еще немало белых пятен...

- И вы собираетесь их ликвидировать? - Юна усмехнулась. - Все не так просто, как кажется на первый взгляд. С одной стороны, с медицинской точки зрения, их организмы совершеннее наших и большинство аруанцев действительно любознательны, отзывчивы, простодушны... Но не все... Далеко не все...

- По-моему, вы, как и большинство землянок, просто завидуете им. В последнее время даже на Земле женщины подводят глаза на аруанский манер. Я ведь и вас в первое мгновение принял за аруанку...

- Это комплимент? - Юна кокетливо улыбнулась.

- Понимайте, как хотите, но приходиться признать, что они и впрямь прекрасны...


ГЛАВА ВТОРАЯ.


Я долго не мог заснуть. Я стоял на балконе и вслушивался в тишину ночной Аруаны. Теплый ветерок приносил из степи незнакомые терпкие запахи и гнал по небосклону фиолетовые облака, сквозь которые иногда прорывался свет двух естественных спутников Аруаны - Оры, и Улькабра.

В прошлом остались шумные дебаты в правлении Комиссии, бесконечные согласования и бессонные ночи, посвященные изучению статей и монографий об Аруане. Все это, вместе взятое, называлось "предварительным ознакомлением". В который уже раз необходимо было изучить языки, не имеющие ничего общего ни с одним из современных языков Земли. В который раз приходилось заставлять себя быть по мере сил объективным. И с каждым разом оставаться беспристрастным становилось все труднее.

Я уже давно чувствовал невольное озлобление против членов Комиссии, которые яростно защищали позиции Ренгтона и его последователей. Я был почти уверен, что через этих членов Комиссии Леруа знал обо всех наших планах.

Прибывающие с Аруаны материалы были столь обширны, что компьютеры не успевали обрабатывать эту лавину информации. А ведь Аруана была не одна. Десятимиллиардное население Земли оказалось слишком малочисленным не только для освоения, но даже для изучения просторов Галактики. Потоки информации некому было даже просто воспринять. Нередко эта информация годами хранилась в необъятной памяти компьютеров, прежде чем доходила до людей и общества в целом. Земля просто не справлялась со своими обязанностями Центра Человечества, начавшего освоение Галактики. Ответвления земной цивилизации начинали жить самостоятельно, но Земля оставалась связующим звеном между этими ответвлениями.

Последние годы я работал в ОЭНН, Отделе Этических и Нравственных Норм. Мы представляли на рассмотрение Центра сведения об отклонениях в психологии переселенцев с Земли. Нередко изменения в моральном и нравственном облике переселенцев были неизбежны в новых условиях обитания. И, прежде всего, - вследствие контактов с разумными обитателями иных миров.

Сегодня я впервые прибыл на планету, разумные обитатели которой внешне столь мало отличались от землян...


... Звонок видеофона прервал мои размышления.

Это был Шарль Леруа.

Некоторое время мы молча разглядывали друг друга. Шарль и впрямь не изменился за последние годы. На вид ему можно было дать не более тридцати, но я прекрасно помнил, как мы праздновали его сорокалетие.

- Здравствуй, Андрей, - устало сказал Леруа. - Рад тебя видеть.

- Здравствуй, Шарль... - Некоторое время я подыскивал слова, но так и не найдя их замолчал.

- Ты надолго? - после паузы спросил Леруа.

- Не знаю...

- Хочешь покопаться в наших странностях?

- Да, хочу...

- И, думаешь, я тебе помогу в этом?

- Нет... Уже не думаю.

- Жаль... Не так я представлял нашу встречу...

Я промолчал.

- Я смогу приехать к тебе только завтра, - сказал Леруа. - Чем будешь заниматься все это время?

Я пожал плечами.

Леруа недовольно поморщился.

- У меня к тебе просьба, - явно пересиливая себя, сказал он. - Не лезь без меня к аруанцам. Это может очень плохо кончиться...

Я молчал, внимательно вглядываясь в лицо Шарля.

- У тебя нет ко мне вопросов? - в голосе Леруа появились нотки раздражения.

- Почему ты нарушил третий параграф?

- Я так и думал...- Леруа тяжело вздохнул. - Значит ты все- таки от Комиссии...

- Я же сказал, что прибыл по собственному желанию.

- Ладно... Завтра я отвечу на все твои вопросы... Как ты устроился?

- Нормально...

- Может, сразу переберешься ко мне? В гостинице довольно шумно...

- Ты так хочешь?

Леруа явно колебался.

- Да, я так хочу, - сказал он, наконец.

- Пожалуй, я лучше пока останусь здесь, - сказал я, после некоторого раздумья. - Завтра буду у тебя.

- Ну, как знаешь...- Леруа вздохнул, и мне показалось, что вздохнул он с облегчением...

Экран видеофона погас.


Некоторое время я сидел, уставившись в одну точку. Из оцепенения меня вывели голоса за окном.

С балкона я увидел на площади, перед гостиницей, три походных сольдера, из которых веселой гурьбой высыпали парни и девушки. Все они были в шортах и в голубых форменных рубашках.

Кто-то из ребят запел песню, и множество сильных голосов тут же с радостью подхватили ее. Вскоре все огромное здание гостиницы заискрилось огнями и наполнилось веселым гамом. Где-то звучала музыка, со всех этажей доносились песни...

Я взглянул на часы. Было далеко за полночь.

Похоже, здесь не очень-то заботились о покое соседей.

Пора бы им и укладываться, подумал я и в это время в коридоре раздался топот ног и хлопанье дверей. Где-то рядом звонким колокольчиком рассыпался девичий смех.

- Серый, куда ты подевал мой отчёт? - взревел из-за двери могучий бас.

Я не вытерпел и открыл дверь.

В коридоре возвышался парень, завернутый в полотенце, словно в тогу.

- Он в рюкзаке у Грега, ты же сам дал ему почитать... - на пороге противоположной по коридору комнаты появился мокрый бородатый детина в красных плавках.

- Добрый вечер! - весело сказал бородач, увидев меня.

Я пробормотал в ответ что-то невразумительное и захлопнул дверь.

За стеной грянула песня:


Аруана - планета молодых.

Звонких песен и мускул стальных,

Если с нами не будешь ты весел-

Мы тебя головой вниз повесим...


Куплет был завершен взрывом дурацкого хохота.

- Ну, просто балбесы какие-то!.. - пробормотал я и подошел к окну.

- Ой, девочки, вы бы видели, как моя Лу алгебру схватывает! - воскликнул высокий девичий голосок из-за противоположной стены. - Если так пойдет, то через неделю она будет щелкать интегралы по контуру...

- Ну, и что толку? - скептически спросил мужской голос. - Им наша математика нужна, как аротавру пятая нога!

За стеной шумно заспорили, причем преобладали женские голоса. Я лег и зарылся лицом в подушку. Но сон не шел. И я вдруг небывало остро почувствовал свое одиночество и свой возраст. За стенами бурлила неведомая мне жизнь. И никому не было до меня никакого дела.

В дверь комнаты постучали. Это была Юна.

- Неужели спите?! - удивленно спросила она, увидев мою смятую постель.

- Пытаюсь...- я, развел руками и попытался улыбнуться. - Но не очень-то получается, при таком гаме.

- Это вернулись строители, - пояснила Юна. - Не забывайте, что сутки здесь на шесть часов длиннее земных. Так что выспаться еще успеете... Я тоже в первое время не могла привыкнуть, но адаптация к местному времени происходит довольно быстро. Через неделю вы будете двадцать часов в сутки бодрствовать и десять спать. Как остальные...

- И когда же все уснут?

- Часа через три... Кстати, я зашла к вам, чтобы пригласить... Вам ведь, наверное, скучно одному?

- Признаться, невесело...

- Вот и хорошо! - Обрадовалась Юна. - Ой, простите... - тут же поправилась она. - Просто я хочу предложить вам пойти на вечернее собрание. По дороге я вам все объясню...


Пока мы шли к лифту, навстречу попадались куда-то спешившие парни и девушки. Со многими Юна здоровалась.

- Каждый вечер отряды собираются, чтобы обсудить прожитый день и наметить новые планы, - рассказывала Юна. - Такая уж здесь сложилась традиция. Кстати, это всё полезно и с медицинской точки зрения, поскольку создаётся положительный психологический климат. Сегодня у операторов строительных систем будут воспитатели с Дорских гор. Я рассказала о вас ребятам, и они захотели с вами познакомиться.

- То, чем я занимаюсь, не актуально. Я просто дилетант, в свободное время копающийся в старинных фолиантах и полузабытых учениях...

- Ошибаетесь... - Юна улыбнулась. - Поверьте, это будет для всех очень-очень интересно!..


В небольшой комнате собралось человек пятнадцать. На особях обоего пола в большинстве случаев имелись одни лишь купальники или плавки. Старшему было не больше двадцати пяти. Это был тот самый бородатый детина. Правда, на сей раз, на нем были не красные, а синие плавки, которые и составляли все его одеяние.

Когда мы вошли, стену, отделявшую комнату от широкой веранды, уже убрали, поэтому тесно не было.

- У нас в гостях историк Андрей Вадимович Янин, - объявила Юна. - Он занимается проблемами, связанными с историей Аруаны. К нам Андрей Вадимович прибыл для сбора материалов, но об этом, думаю, лучше расскажет он сам...

Я хотел встать из удобного мягкого кресла, но Юна остановила меня, объяснив, что здесь принять рассказывать сидя.

И вдруг меня охватило необычайное волнение. Я вспомнил себя двадцатилетнего. Конечно, много хорошего было и потом, но ничто уже не переживалось так остро, как тогда, двадцать лет назад...

- Спасибо, что пригласили, - сказал я. - Рядом с вами, молодыми, и мы, старики, невольно молодеем...

В тайне я надеялся, что кто-нибудь возразит: "Ну, какой же вы, Андрей, старик!" Именно Андрей, а не "Андрей Вадимович"... Конечно, я не считал себя стариком, хотя мне уже и за сорок. Однако и молодым рядом с двадцатилетними я себя тоже не ощущал.

Аудитория вежливо ждала, а я все молчал, пытаясь собраться с мыслями. Откуда им знать, что мы старимся только внешне, думал я. Что мы тоже надеемся совершить еще что-то хорошее, нужное всем, и что душа так же, как и десять и двадцать лет назад жаждет любви, нежности, внимания. И что, в меру своих несколько увядших уже сил, мы боремся за все лучшее, что есть в нас и вокруг нас...

- Да, рядом с вами я и впрямь сбросил пару десятков лет, - повторил я. - Во всяком случае, как-то иначе, под неожиданным углом, увидел то, чем всю жизнь занимаюсь. - Я помолчал, с ужасом понимая, что не знаю, о чем же могу им говорить. - Боюсь, кратким быть не смогу... - продолжил я. - Слишком уж люблю предмет нашего разговора...

Итак, на Аруане открыта гуманоидная цивилизация. Казалось бы, замечательно! Братья по разуму удивительно похожи на нас, вплоть до поразительного сходства генных структур. Правда, эволюция жизни протекала здесь дольше и сложнее. Поэтому их организмы совершеннее наших. Но это - детали, самонадеянно думаем мы. Зато у нас - передовые технологии и мы уже Галактику осваиваем.

Однако именно физическое превосходство аруанцев и принесло сложности в контактах между нашими столь похожими, цивилизациями. К этому добавляются странности в укладе жизни большинства местных племен и государственных образований. Я уже не говорю об агасфиках и осмилоках...

- Вы к нам из-за них? - раздался с веранды девичий голос.

- Во всяком случае, попытаюсь побывать в их зоне. - Я был смущен столь лобовым вопросом, но решил не уходить от ответов.

- Но Комиссия объявила карантин, и в Осмилонию имеет доступ лишь Леруа! - не успокаивался все тот же девичий голосок.

- Вернемся к аруанцам... - ушел я от прямого ответа. - На первых порах мы недооценили уровень их развития. У них нет того, что мы привыкли считать признаками высокого уровня развития. Вместе с тем, это не биологическая, цивилизация. Ведь аруанцы пользуются орудиями труда, возводят жилища. У них даже что-то вроде денег и торговли имеется. Но эта их, так сказать, "техника" настолько примитивна, что к моменту прибытия сюда наших экспедиций, аруанцы едва сводили концы с концами...

- И сейчас во многих районах они гибнут от голода, - с обидой сказала Юна. - А Центр ведет политику невмешательства. Нас убеждают, что спасение голодающих, может принести им вред!

- Мы имеем дело с целой цивилизацией! - Я недовольно поморщился. - К тому же - недостаточно изученной... Посильную помощь мы оказываем, но спешить не стоит. Неизвестно к чему такая помощь может привести. Да, мы относились к аруанцам снисходительно, как к младшим братьям. И вдруг выясняется, что младшими, возможно, являемся мы!.. Мы ведь завидуем этим баловням природы! Завидуем не только их красоте! Мы завидуем их интеллектуальным способностям, их изумительному здоровью и, наконец, сами себе боясь в том признаться, завидуем их удивительному долголетию!..

- Как можно говорить о долголетии, если многие из них мрут от голода еще в детстве! - возмущенно крикнул бородач в синих плавках. - Средняя продолжительность жизни у них втрое ниже, чем у нас!

- Я имею в виду не средний возраст. - Я глянул на Юну, ища у нее поддержки. - Хотя у аруанцев он и превышает двести лет... А осмилоки если верить данным Ренгтона, живут еще раз в десять дольше... Человек Земли, привыкший считать себя венцом творения, нашел вдруг идеал, к которому он стремился, в первобытных дикарях!

- Ничего себе, дикари... - пропищал девичий голосок. - Через пару лет они нам такое выдадут!

- Именно! - обрадовался я. - И что же делает человечество планеты Земля? А оно, мудрейшее, делает одну глупость за другой! Надо отдать должное нашим руководителям: несколько лет Аруану все-таки детально обследуют... Подчеркиваю, - лет, а не веков!.. Затем строятся поселки для ученых и волонтеров. Сюда прибывают тысячи людей!.. А зачем?.. Конечно, предлог есть: увидев плоды земной цивилизации, аруанцы хотят и у себя иметь такое. Сами хотят. Добровольно! Они тоже хотят жить в комфортабельных квартирах и пользоваться унитазами. Замечательно! Как же не помочь братьям по разуму?! Хотите дом с ванной и клозетом? Пожалуйста! Конечно, мы не желаем превратить их в тунеядцев и не дарим им готовые города. Мы учим их строить. А попутно обучаем математике, химии, физике... Аруанцы, естественно, благодарны нам, хотя внутренне, возможно, и презирают нас за наше физическое несовершенство...

Давайте смотреть на все трезво! То, что мы, по сравнению с ними, глупые, хилые хлюпики мы и сами знаем. Обладая совершенной памятью, они постигают в считанные недели то на что у нас уходят годы!.. - Я умолк, переводя дух, затем попытался улыбнуться. - Простите, но мы выпускаем джина из бутылки. Увы, человечество часто не могло предусмотреть последствий собственной деятельности. Не опасно ли предоставлять наши знания существам, не понятым нами до конца?!

Я замолчал, обводя взглядом аудиторию.

- Вы впервые на Аруане? - спросил розовощекий парень с рыжеватыми усиками.

- Да, впервые... - не без вызова ответил я. - Но, поверьте, я изучил достаточно много материалов...

- Они не могут заменить личных впечатлений, - заверил Розовощекий. - Уверяю вас: через некоторое время вы измените свое мнение...

- Сомневаюсь... - Я поморщился. - Вами, движет чувство жалости. Действительно лишь один из десяти аруанцев доживает до зрелого возраста. Но аруанка за свою долгую жизнь рожают иногда более двадцати раз!.. Причём, часто они рожают сразу трёх-четырёх близнецов! Поверьте... мне, как и вам, хочется помочь им. Но необходимы многие десятки лет изучения, и лишь затем осторожное влияние. Если оно вообще нужно. Впрочем, я и прибыл-то сюда, прежде всего для того, чтобы составить личное впечатление...

- Долго ждать придется, - хмыкнул бородач в синих плавках.

- Знаю: я вам кажусь окостеневшим ископаемым, не способным к изменению собственных взглядов... - я усмехнулся, - К сожалению, мы стареем быстрее, чем хотелось бы, но внутренне я мало изменился за последние двадцать лет. И я вас прекрасно понимаю... Я хорошо помню себя в вашем возрасте. Увы, как говаривали предки: "многие знания - многие печали". Но с годами во мне укрепляется чувство оптимизма и понимание временности всего плохого...

- Во дает старик, - шепнул соседке парнишка лет восемнадцати, сидевший напротив меня. - И чего они так любят заливать?

Я чуть не подавился на полуслове. Но тут же во мне сыграл дух противоречия, и я продолжил:

- Может быть, такой подход покажется вам наивным, но я верю в совершенствование Человека и окружающего мира! Увы, оно идет с отступлениями и блужданиями по тупиковым ветвям развития, но я уверен в неотвратимости совершенствования Мироздания... Хотя могут иметь место и временные регрессивные явления...


- Вы специально повели меня на эту экзекуцию? - спросил я Юну, когда мы дошли до дверей моей комнаты.

- Со многим из того, о чем вы говорили, я согласна... Но, простите за откровенность, порой вы излагали прописные истины тоном открывателя Америки... Перед вами были все-таки не дети, а достаточно взрослые и самостоятельные люди!

- А с чем вы не согласны?

- Вы еще совершенно не знаете, что такое Аруана. А про Осмилонию, судя по всему, и вовсе... - Юна не договорила, лишь махнула рукой. - Кроме того, с медицинской точки зрения, вы ещё долго будете адаптироваться...

Я внимательно смотрел на Юну, и внезапно эта девушка показалась мне, чуть ли не моей ровесницей.

Либо она слишком неопытна, либо ведет очень тонкую игру, думал я. Неужели все сотрудники Леруа столь же непросты?

- Может быть, посидим у меня? - предложил я, открывая дверь.

- Завтра рано вставать... Лечу к мужу, в окрестности Ливы... - Юна выжидающе смотрела на меня.

"Ничегошеньки ты не понимаешь, - говорил ее взгляд. - Уезжал бы лучше, по-доброму..."

- Впрочем, спать мне все равно не хочется, - не дожидаясь повторного приглашения Юна вошла в мою комнату.

- Вы давно здесь, на Аруане? - спросил я, когда робот-официант, принесший легкий ужин, вышел из комнаты.

- Почти десять лет...

Я вскинул брови, и Юна рассмеялась.

- Спросите меня лучше что-нибудь об Осмилонии, - сказала она, отпив коктейля. - Ведь вам, вероятно, интересны последние новости?..

Надо спросить напрямик о Леруа, думал я. Или, может быть, лучше сделать вид, что я ни о чем не догадываюсь?

- Вы с мужем живете в заповедной зоне Осмилонии? - спросил я.

- Вы правильно меня поняли... Я, и еще одна жена моего мужа, Фирангиз. Мы живем там вместе с нашим мужем уже много лет...

- М-да-а-а... - я невольно замешкался. - Но ведь в Осмилонию, и особенно в Ливу, доступ разрешается лишь в виде исключения!

- Вот мы и являемся таким исключением. - Юна, опершись подбородком на руку, с интересом наблюдала за моей реакцией.

Ну и нравы у них, думал я. На Земле такое разглядывание сочли бы просто бестактным. Пожалуй, тут действительно всё не так...

- Будем молчать? - спросила Юна.

- Я, признаться, уже и не знаю, о чем с вами можно говорить...

- Вы хоть знаете, что такое Киалана?

Я встал из-за стола и подошел к окну. Вокруг гостиницы было совершенно темно, только на площадке для сольдеров мигал огонек посадочного маячка.

- Насколько я знаю, никто из землян еще не присутствовал на этом празднике? - не оборачиваясь, сказал я.

- Совершенно верно... На свой священный праздник осмилоки нас пока не допускали.

- Но я слышал, что теперь кое-кто все-таки допущен.

- Не надо играть в кошки-мышки... - Юна внезапно поднялась из своего кресла. - О том, что Леруа отправляется на Киалану, знает вся Аруана... Мне пора. Сольдер вылетает через час, а мне еще нужно кое-что забрать из номера...

- Я провожу вас?..

Юна пожала плечами и вышла...


ГЛАВА ТРЕТЬЯ.


Номер, в который привела меня Юна, был чем-то средним между складом и жилым помещением. Контейнеры с оборудованием стояли вдоль стен до самого потолка, а на полу были свалены пластиковые тюки, приборы и несколько стандартных ящиков с карабинами.

- Присаживайтесь... - Юна кивнула в сторону дивана. - Я только найду тут кое-что... Вы можете продолжать свои вопросы... - Юна подошла к нише в стене и начала перебирать лежавшие в ней вещи.

- Не опасно ли доверять юнцам, наводить мосты между двумя столь различными цивилизациями?.. - Я спросил, в основном, для того, чтобы прервать затянувшееся молчание.

- А, по-моему, отправка сюда молодых - очень мудрый шаг... - Юна наконец-то нашла то, что искала и, бросив какую-то вещицу в свою сумку, села на диван. - Ведь они еще не успели закостенеть в своих воззрениях. Им легче и с медицинской точки зрения. К тому же им проще понять аруанцев и принять то, что не слишком противоречит земным устоям...

- Не противоречит земным устоям... - задумчиво повторил я. - В этом-то и дело: где граница между тем, что в нас можно изменить и чего менять нельзя, ни при каких обстоятельствах... Кто кого ассимилирует: земляне аруанцев, или наоборот?

- А, может быть, победит взаимообогащение? - с иронией спросила Юна. - В истории человечества взаимопроникновение разных цивилизаций обогащало эти цивилизации и приводило к качественным изменениям. Ускорялся научно-технический прогресс, да и в культуре происходил Ренессанс...

- Особенно показательна судьба американских индейцев, - заметил я, не без сарказма. - Причём ещё неизвестно, не окажемся ли в роли этих самых индейцев мы?

- Извините, - едва слышно пробормотала Юна. - Мы действительно с разных планет...

- Это я слышал.

- Так, с ходу, вам этого не понять... Вы проводите меня к сольдеру? - остановившись в дверях, спросила Юна.

- Конечно... - я подошел к Юне, и, взяв её руку, молча поцеловал.


Когда мы добрались до площадки, рейсовый сольдер уже был готов к отправке.

- А может быть, и вы полетите? - спросила Юна, подойдя к дверце универсальной амфибии.

- Не сейчас... Надеюсь, мы еще встретимся в Осмилонии. Но прежде я должен увидеться с одним человеком...

- С Леруа?

- Да... С ним...

Я удивленно смотрел на Юну, пытаясь понять причины ее откровенности.

- Имейте в виду, искушать или обижать вас не входило в мои планы. Вы мне действительно чем-то понравились...

- Постарайтесь и вы меня понять, - сказал я на прощание. И не таите на меня обиду...

- Вы тоже постарайтесь. Только имейте в виду, Шарля мы будем защищать всеми доступными способами... Кстати, он уже прибыл в Летсаль. Не исключено, что он уже дожидается вас в вашем номере...


Шарль Леруа сидел на диване, и внимательно смотрел на меня.

- А ты постарел, - сказал он, наконец.

- Зато ты молодеешь... - Я осторожно пожал протянутую руку.

- Понимаю, что ты имеешь в виду... - Шарль грустно улыбнулся. - Ты прав, я действительно многое испытал на себе. Результаты, как видишь, и впрямь фантастические. Но ты даже не представляешь... - Шарль замолчал и отвернулся, доставая что-то из походной сумки, с которой, похоже, он не расставался со времен нашей юности.

- Что же ты не опубликуешь материалы своих исследований? - спросил я, переждав паузу. - К чему такая скрытность?.. В конце концов, неужели нельзя повторить твои эксперименты на Земле?

- Проведение Киалан, возможно только в специфических условиях Аруаны... - Шарль, наконец, вытащил из сумки небольшую флягу и, торопливо отвинтив колпачок, отпил пару глотков. - Важно все, начиная с силы гравиполя, уровня радиации, климата, давления, длительности суток, а может быть и года!

- Все эти факторы можно смоделировать и на Земле.

- Далеко не все... Существенную роль могут играть неизвестные нам пока детали!.. Возможно, это пыльца каких-то растений, или наличие организмов, с определенным биополем. На непонятные нам процессы, могут оказывать воздействие даже животные, в шерсти которых, возможно, имеются специфические паразиты, или химические катализаторы...

- Ну, ты загнул, - я невольно усмехнулся.

- Может быть... - Шарль помолчал, с интересом разглядывая меня. - Во всяком случае, вне Аруаны попытки моделирования пока, ни к чему не привели... Не исключено даже, что необходимо суммарное биополе планеты. Вообще, все оказалось сложнее, чем мы могли себе представить. Ты даже не представляешь, с чем мы тут столкнулись! Ритуал Киалан вырабатывался тысячи лет, но результаты стоят того... - перехватив мой взгляд, Шарль тяжело вздохнул. - А ты носишься со своим Новицким! Ты, вообще, в нем уверен? У нас тоже есть свои люди в Центре. Потому мы и знали о твоем прибытии. Не боишься оказаться пешкой в неведомой тебе игре?

- Значит, ты регулярно употреблял подобные препараты? - как можно спокойнее спросил я, игнорируя его намёки по поводу Новицкого и Центра.

- Да... - Шарль горько усмехнулся. - На протяжении многих лет...


ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ.


... Сольдер местной авиалинии мчался над саванной к северному полюсу Аруаны. Интерьер пассажирского салона напоминал оформлением рейсовый ракетоплан с трассы Земля-Марс, но пассажиров было значительно меньше.

Шарль находился в мрачном состоянии духа и на все мои вопросы отвечал коротко, а часто - и непонятно.

- У меня к тебе просьба, - сказал он перед тем, как мы вышли из сольдера. - Очень тебя прошу, не спеши с выводами! И, пожалуйста, держись поближе ко мне. Имей в виду: в этом районе мы работаем не очень давно, и осмилоки все еще относятся к нам с недоверием. Бывали даже конфликты. Если бы не Джонс, с его индусским терпением...

- Что же заставляет вас торчать здесь? - прервал я бывшего однокашника. - Как вы можете лезть к осмилокам, если они вас не зовут? Ведь сами же навязываетесь со своими новациями!

- Сам все увидишь, и, надеюсь, поймешь... - Леруа с сожалением посмотрел на меня и, махнув рукой, зашагал к куполу экваториальной экспедиции аруанологов...


- Это наша кают-компания, - сказал Леруа, вводя меня под невысокий серебристый купол. - Спят все в своих кельях, а здесь - наш зал заседаний, являющийся одновременно и комнатой отдыха, и спортзалом, и всем остальным, по мере необходимости.

Трое обитателей комнаты отдыха с интересом рассматривали меня. Двое лежали на ворсистом зеленом ковре, в центре кают-компании. Один из лежавших, широкоплечий великан, с ежиком коротко остриженных, светлых волос, застыл с пешкой в руках, и, иронично прищурившись, взирал на меня. Его противник, молодой темноволосый паренек, вскочил с ковра и подошел ко мне.

- Биолог-стажер комплексной аруанологической экспедиции Антонио Санти, - бодро отрапортовал он мне. - В повседневном быту - просто Санти...

- Очень приятно, - я пожал протянутую руку.

- Не боитесь заразиться? - непонятно спросил стажер Антонио Санти.

- Прекрати, - грустно усмехнувшись, сказал Леруа.

- Чем заразиться? - поинтересовался я.

- Нашим менталитетом! - отрапортовал Санти, и в это мгновение из-за экрана большого стереовизора, стоявшего на массивной тумбе, показалась голова очаровательного кота. Точнее, это животное лишь своим видом напоминало кота. Размером же зверь был, по меньшей мере, раза в полтора-два больше.

- Здравствуйте, меня зовут Леонардо, - приятным баритоном сообщил зверь, преданно глядя мне в глаза. - Впрочем, я не обижаюсь, когда меня, для краткости, называют Лео. - С этими словами зверь по имени Леонардо, спрыгнул с тумбы на ворсистый зелёный ковёр и принялся бесцеремонно меня обнюхивать. Теперь он показался мне размером с крупного тигрёнка, и я невольно попятился от него.

- Не бойтесь, Лео совершенно безопасен для людей, - стажёр Антонио Санти бесцеремонно схватил зверя за шкирку и, пыхтя от натуги, водрузил его назад, на тумбу.

Возмущённый кот недовольно мяукнул и даже зашипел, слегка вздыбив серую со светлыми полосами шерсть.

- Леонардо - своего рода экспериментальный киборг, обладающий всеми условными и безусловными рефлексами кота, - не без гордости пояснил Антонио Санти. - Это - продукт моего совместного с Джонсом творчества. Электронно-механическую часть создавал Джонс, а биомеханическую - ваш покорный слуга... - с этими словами стажёр церемонно раскланялся, великолепно имитируя поклоны, отвешиваемые мушкетёрами.

- Между прочим, я запрограммирован на защиту людей в экстремальных ситуациях и одновременно выполняю функции игрушки, для снятия напряжения после стресса, - авторитетно заявил Леонардо.

Игнорируя стажёра, кот-гигант вновь спрыгнул с тумбы и, замурлыкав, начал тереться о мои ноги. Причём его хитрющие глаза источали безмерную любовь и преданность.

- Вы сейчас чрезмерно напряжены и вам необходима психологическая разрядка, - приговаривал при этом Лео. - Погладьте меня, и вам станет легче...

- Отстань от нашего гостя, - прервал кота Леруа. - Иди на место, а ещё лучше - займись своей прямой обязанностью...

- Я переловил уже всех мышей и прочих грызунов в радиусе километра, - обиженно заявил кот.

- Тогда отойди от Андрея Вадимовича и жди указаний... - Леруа обернулся к остальным обитателям "кают-компании". - Знакомьтесь, ребята, Андрей Вадимович Янин, командирован к нам для участия в походе на Киалану...

Светловолосый великан положил, наконец, пешку на шахматную доску и не спеша, поднялся.

- Томас Берг, генетик, - коротко представился он, и протянул мне свою огромную лапищу.

- По совместительству, Томас - археолог и скульптор, - комментировал процедуру знакомства Леруа. - Тут недалеко он высек в скале маски в духе ранней Мустьеры. Некоторые осмилоки тайком приходят по ночам молиться на его идолов...

Берг добродушно улыбнулся и энергично стиснул мою руку. Пожатие было достаточно ощутимым, и я даже слегка поморщился.

- Юна Окнянская, наш строгий доктор, - представил мне Леруа мою старую знакомую.

Юна, не вставая с кресла, отвесила краткий поклон и, как ни в чем, ни бывало, продолжила чтение журнала.

- Ребята недавно вернулись из похода, - сказал Леруа. - Им надо отдохнуть. Пойдем, я познакомлю тебя со своей лабораторией...

Биокибернетический зверь по имени Лео проводил меня и Шарля до самой лаборатории и попытался даже проникнуть в неё вместе с нами, но, услышав короткое "брысь", обиженно поплёлся назад, в "кают-компанию"...


Лаборатория Леруа ничем не отличалась от любой комплексной биологической лаборатории. Леруа сел перед пультом компьютера и жестом предложил мне место рядом.

- Поход предстоит трудный, и, возможно, опасный, - сказал он без предисловий. - Я не хотел бы, чтоб ты зря рисковал. В Осмилонии к нам присоединится отряд роботов, которые будут транслировать сюда, на базу все события. Ты все увидишь своими глазами и при этом избежишь ненужного риска...

- Я поеду с вами... - коротко ответил я.

- Дело в том, что осмилоки не любят нашу технику, и большую часть пути придется идти пешком...

- Я имею разряд по альпинизму...

- Ребята специально тренировались...

- Ничего, выдержу... Считай, что это - приказ...

Леруа шумно вздохнул и развел руками.

- Кроме того, я отбирал команду и по росту, - добавил он. - Малый рост осмилоки воспринимают, как слабость...

- Сообщи лучше план экспедиции, - попросил я.

- Первый сольдер доставит часть отряда к границе Осмилонии. Позднее туда прибудет начальник карантинного контроля Джонс и его биоорганические роботы. Дальше трое суток придется идти пешком... Напоминаю - трое аруанских суток! По тридцать часов!

- Когда выступаем?

- Через день...

- Я хотел бы ознакомиться с личными делами участников экспедиции...

Леруа пощелкал клавишами компьютера:

- Пожалуйста... Люди - не раз проверенные... Вот фамилии, индексы... Впрочем, что тебе объяснять... Набираешь индекс и получаешь данные об интересующем тебя лице... Я тебе больше не нужен?

- Нет, спасибо...

- Я могу идти?

- Оставь этот тон, Шарль...

Леруа внимательно посмотрел на меня и, круто развернувшись, вышел из лаборатории.

Некоторое время я задумчиво сидел перед компом, затем открыл файл со списками сотрудников Леруа. Индексы Томаса Берга, Юны Окнянской, и Антонио Санти я нашел быстро. Несколько секунд спустя на экране монитора появились таблицы с данными.

Перескакивая через отдельные строчки, я начал читать.

Через полчаса я знал о своих будущих спутниках все, что мне надо было знать. Оказывается, до поступления в Академию Биологии Томас Берг всерьез занимался рисунком и скульптурой, однако основным его хобби являлась археология. Юна Окнянская считалась одним из лучших хирургов Аруаны и уступала в мастерстве лишь Леруа. Все участники похода участвовали в нескольких межзвездных экспедициях и не раз бывали в Особом Районе. Один лишь биолог-стажер Антонио Санти отправлялся в Осмилонию, как и я, впервые...


- Вот так мы и живем, - сказал Берг, демонстрируя мне свою тесную комнатушку. - Обычно в своих кельях мы только ночуем, но сейчас мои соседи-этнографы отправились в район Дорских гор, и я могу работать здесь весь день в гордом одиночестве...

Мы сидели на полу, утопая в мягком зеленоватом ворсе ковра, и я с завистью смотрел на Томаса, сидевшего в позе индийского йога, скрестив ноги под собой. Я попытался сесть так же, но через несколько минут начало ломить в суставах. В конце концов, мне пришлось сесть боком, опершись на руку.

- Я тоже в первое время не мог, - сказал Томас, понаблюдав за мной. - Но осмилоки обычно сидят именно так, поэтому рекомендую потренироваться.

Я сел так, как рекомендовал Берг и принялся мелкими глоточками пить терпкий аруанский напиток, настоянный на алых листьях. Я не спрашивал Томаса о том, что его держит близ границы Осмилонии. Видел сам: работа здесь интересная и каждый день приносит что-то новое.

- Как же вам удалось потеснить этнографов и археологов? - спросил я, когда ароматный напиток был почти выпит.

- Загадка Киаланы... - Томас многозначительно улыбнулся. - Оказывается, нет, землянина, который не мечтал бы разгадать эту тайну!

- Вам тоже хочется жить многие сотни лет?

- Очень... - Томас так взглянул на меня, что мне стало не по себе. До сих пор я не верил в возможность сотен лет цветущей молодости. Не укладывалась такая возможность в моем сознании и все тут!

- И все же что-то тут не так... - неуверенно сказал я.

- Не кривите душой. Вам ведь тоже хотелось бы подольше пожить, - сказал Томас. - Оказывается, Киалана, дарит не только долголетие, но и молодость, и здоровье. И даже ум...

- У меня создается впечатление, что все вы считаете Леруа героем, - я не мог не возмутиться. - Ради науки пойти на такое! Может быть, вы не знаете из чего осмилоки добывают все необходимое для этих самых Киалан?

Томас, насупившись, молчал.

- Может быть, я консерватор, но я не могу представить, как человек может решиться на такое! - Я вскочил на ноги и подошел к окну.

- Фактов-то, оказывается, и нет... - сказал Томас, с надеждой. - Может быть, всё не так уж и плохо?!

- Хотелось бы надеяться... - Я говорил стоя лицом к окну. - И все-таки, я сделаю все, чтобы Леруа предстал перед членами Комиссии... Я не могу представить обстоятельств, смягчающих его вину!

- А если вины нет? Может, не стоит спешить с выводами в таком деле?!

Я с трудом сдержался, чтобы не вспылить и хотя бы внешне остаться спокойным. Медленно, может быть, даже слишком медленно, я подошел к Томасу. Тот спокойно выдержал мой взгляд.

- Чтобы стать таким же, как все вы?! - Я был готов взорваться от ярости. - Чтобы психологически сдвинуться?! На Земле вы просто не смогли бы рассуждать подобным образом!!!

- Я тоже так думаю, - спокойно сказал Томас. - Но здесь не Земля... Оказывается, мы, теперь не такие, какими были дома...


ГЛАВА ПЯТАЯ.


... Взобравшись на вершину холма, я некоторое время любовался волнистой многоцветной равниной. Казалось бы, ну, чем тут особенно любоваться? Кое-где видны фиолетовые бугры растительных оазисов, да еще серые пятна мха, устилают болотистые низины, над которыми стелется голубоватый утренний туман. А все-таки красиво. Так, что и слов таких нет, чтобы красоту эту описать.

- Может быть, останетесь? - в который уже раз предложил Берг, неслышно поднявшийся на холм, вслед за мной. - Оказывается, большую часть пути придется пешком топать.

- Хоть убей, - не пойму!.. - Я пощурился на изумрудное солнце и начал спускаться с холма. - Иметь такую технику... и пёхом...

- Ну, не признают эти черти технику! - Берг, тяжело сопя, пошел вслед за мной вниз по склону. - Оказывается, осмилоки один раз даже на Леруа руку подняли, когда он, по своей рассеянности, заявился к ним в сольдере... Короче, предупреждаю: воспользоваться сольдерами, или аэромобилями в районе их стоянок мы не сможем.

- У меня разряд по туризму, - успокоил я Томаса. - Кроме того, надеюсь, буду, полезен вам хотя бы в качестве повара.

Томас смерил меня печальным взглядом и полез в сольдер.

Остальные члены команды уже закончили сбор снаряжения и заняли свои места в универсальной амфибии. Снаружи оставался только Леруа.

- Предупреждаю, в последний раз! - начал было Шарль, но я жестом остановил его.

- Андрей, вы действительно можете не выдержать, - подала голос Юна, показавшись из люка сольдера. - Это я вам заявляю официально, как врач экспедиции. С медицинской точки зрения...

- Отклоняется, - отрубил я. - Заявляю, как инспектор Центра: я еду!

- С ним бесполезно... - Леруа махнул рукой и скрылся в сольдере.


Поднимая клубы пыли, наша амфибия описала прощальный круг и помчалась на северо-восток.

Долго ехали молча. Каждый думал о своем.

Вскоре плоская, как каток, равнина кончилась и сольдер начало подбрасывать на неровностях рельефа.

Я, вслед за остальными пристегнул ремни, закрыл глаза и попытался заснуть. Однако тряска все усиливалась, и мне пришлось отказаться от этой затеи.

- Амортизаторы барахлят, - сказал Берг, которому выпало вести сольдер на первом этапе пути. - Оказывается, местность тут более пересечённая, чем я предполагал.

- Это рабочий вездеход, а не туристский аэромобиль, - ответствовал Санти, отвечавший, как позднее выяснилось, за подготовку сольдера к походу.

- К тому же - у нас сейчас почти максимальная скорость, - поддержал своего создателя лежавший у него на руках кот Леонардо.

- А подновить амортизаторы было трудно? - язвительно спросил Берг. - Тем более что путь, оказывается, предстоит немалый!..

- Сбрось скорость, - буркнул Леруа, сидевший рядом со мной. - Кочевые племена осмилоков забираются и сюда. А ты, Лео, помолчи и больше не встревай в разговор, пока тебя не попросят.

- Вот всегда так, - проворчал Лео, сладко зевнул и, свернувшись в клубок, сделал вид, что спит.

- При большой скорости мы не успеем затормозить, - пояснил мне Санти. - Крайне нежелательно, чтобы осмилоки увидели нас в сольдере...

- Но почему они так ненавидят машины?

- Увы, этого не знает никто! - Санти был типичным макаронником, и каждую фразу сопровождал, крайне экспансивными жестами. Вот и сейчас он выразительно развел руками, демонстрируя то, насколько ему непонятна инопланетная логика.

- Поэтому стажерам нужно особенно внимательно наблюдать за окружающей местностью, - напомнил Берг. - Было бы неплохо заметить аруанцев раньше, чем они нас.

- Сбавь до шестидесяти, - сказал Леруа Бергу. - За любой скалой могут быть осмилоки и внимание нужно утроить.

Томас вздохнул и сбавил скорость.

Держась за поручни, Леруа пробрался вперед, и сел рядом с Санти. Я, последовав примеру остальных, начал внимательно осматривать пустынный ландшафт.

- Нет, так не пойдет! - объявил Леруа через некоторое время. - Дежурить будем так: впереди - водила, и один из нас, для наблюдения за мониторами заднего обзора. Вторая пара обеспечивает боковой дозор, остальные отдыхают. Короче, первая двойка - я и Санти!..

Берг сел на заднее сиденье, а я устроился между ним и Юной.

Вокруг, как и прежде расстилалась равнина, покрытая бурыми лишайниками и серыми мхами.

- Может быть, все-таки поведаете мне что-нибудь об осмилоках, - попросил я Берга, всем своим видом игнорируя Юну. - Информации о них в Сети крайне мало. Я, например, до сих пор знаю только то, что осмилоки избегают людей.

- Увы, мы знаем немногим больше, - Берг с сожалением развел руками. - Оказывается, неизвестна даже их общая численность. Поскольку в районах их обитания мы не можем пользоваться транспортом, экспедиции нередко длятся месяцами. А результаты - мизерные.

- Чем объясняется отличие осмилоков от остальных племен?

- Изолированностью... Это мы можем не заметить, что пролетаем над километровыми вершинами. Для аруанцев же эта горная система непреодолима. Оказывается, осмилоки переселились сюда еще до возникновения Дорской котловины...

- Поэтому в этих краях встречаются животные, которых не встретишь больше на всей Аруане, - заметила Юна, которая лишь притворялась дремавшей. - Этим Осмилония напоминает Австралию.

- Значит, здесь мы имеем дело с независимой ветвью развития? - Я продолжал её игнорировать и задал вопрос Бергу.

- Оказывается, из-за высокой радиации, мутации здесь протекали интенсивнее, чем в других регионах Аруаны, - думая о чём-то своём, ответил Берг.

- Это дало здешним организмам новое качество, - Юна не собиралась упускать инициативу. - Возможно, отсюда и наличие небывалого количества однояйцевых близнецов. Я уже не говорю о долгожительстве агасфиков...

- И реальности Киаланы, в конце концов, - добавил Берг.

Все, что до сих пор говорили мои спутники, я знал раньше и не прерывал излияний лишь потому, что меня интересовало их отношение к Киалане. В объяснении реальности Киаланы более быстрыми темпами эволюции, в Осмилонии, было что-то новенькое.

- В целом уровень мутаций на Аруане ниже, чем на Земле, - продолжала Юна. - Это привело к меньшему разбросу генетических отличий между обитателями этой планеты. Подобная толерантность, упрощает здесь проблему переливания крови и пересадки органов. Осмилоки могут проводить хирургические операции, с медицинской точки зрения, немыслимые в земных условиях. Именно поэтому такого расцвета достигла их медицина...

Я смотрел на широкую спину Леруа, мерно покачивающуюся на переднем сидении, и впервые меня охватило сомнение в правильности своей оценки Шарля. Судя по всему, у местных организмов выработался иммунитет, более четко ликвидирующий ошибки, при печатании белков с ДНК. Полная ликвидация ошибок невозможна, но увеличение продолжительности жизни в десятки раз вполне реально.

Сердце мое забилось учащенно при мысли о продлении жизни человека до многих тысячелетий. Я впервые осознал, что на Аруане это вполне реально...

- А вы верите в бессмертие? - удостоил я вопросом Юну.

- В физическое бессмертие я, конечно, не верю, однако продлить жизнь человека во много раз можно. Именно поэтому - я здесь...

- А как же с последствиями? - как можно спокойнее спросил я.

- Вопрос не ко мне, хотя я считаю, что человек станет лучше, если будет знать, что ему отпущены не десятки лет, а тысячелетия...

- Вы в этом убеждены?

- Да, убеждена... - Юна некоторое время помолчала. - Сейчас продление жизни явится положительным фактором. Раньше - нет... Сейчас - да...


ГЛАВА ШЕСТАЯ.


- Смена дозора! - объявил Леруа, встав со своего кресла.

Сольдер пересек вторую гряду причудливых белых скал, и пейзаж вокруг резко изменился. Теперь вместо засушливой полупустыни с редкими оазисами фиолетовых растений, вокруг раскинулась бескрайняя болотистая тундра. Мхи и лишайники здесь имели самую разнообразную окраску и ярким ковровым узором выделялись на фоне бурой почвы.

- Включи подушку, - посоветовал Леруа стажеру. - Здесь запросто можно угодить в трясину.

Санти включил воздушную подушку, и тряска прекратилась.

- По данным Ренгтона осмилоки здесь никогда не наблюдались, - сказал Берг, - так что болото можно пройти на предельной скорости...

Санти вопросительно посмотрел на Леруа.

- Ладно, гони... - Леруа устало улыбнулся и подмигнул Бергу. - Но чтобы не более двухсот... Я не очень-то доверяю данным Ренггона. К тому же со времён его экспедиций прошло уже столько лет...

- Можно подняться повыше и включить камуфляж, - предложил Санти.

- А энергии на мимикрию хватит? - Леруа с сомнением окинул взглядом показания приборов.

- Солнечные батареи, - сказал Берг. - Небо чистое, и энергии Корнара как раз хватит на маскировку...

Леруа, привстав, осмотрел безоблачный зеленоватый небосклон и кивком головы разрешил Санти реализовать предложение Берга.

Сольдер понесся в декаметре над ковровым покрытием тундры. Теперь с поверхности планеты он был практически незаметен.

Между тем далеко внизу все чаще встречались небольшие озера, над которыми стелился желтый туман. В центре этих зеленоватых, ядовитых луж что-то булькало и взрывалось огромными грязевыми пузырями. Невысокие гейзеры, окруженные клубами пара и радужным сиянием, извергались в самых неожиданных местах.

Один из таких гейзеров угодил в днище сольдера и едва не засорил комьями грязи центральное сопло.

- Раскрой крылья, - посоветовал Леруа стажеру. - Все равно энергию выбрасываем на ветер. Так лучше уж полетим...

Сольдер набрал высоту. Теперь я мог рассмотреть ад, проплывающий внизу.

Огромные кораллоподобные образования с потеками тины и чего-то похожего на нитеобразные водоросли вздымались из болот на десятки метров. Фонтаны болотного газа, вырывающегося из недр, выбрасывали диковинные извивающиеся организмы, облепленные грязью. Издали они походили на огромных червей или гидр, с дергающимися и извивающимися щупальцами. Изредка попадались организмы, напоминающие актинии. Полупрозрачные светящиеся ветви беспрестанно перебирали в воздухе отростками, заманивая в свои ядовитые кущи гигантских насекомых ползающих, плавающих и летающих вокруг.

Но больше всего меня поразили плоские мегазавры, встретившиеся нам на границе болот. Они охотились на травоядных пресмыкающихся, обитающих в болотах и мутных лужах. Подобной охоты я не наблюдал ни на одной из планет Галактики. Похожий на манту, или, скорее, на гигантскую амебу мегазавр медленно вползал в болото или озерцо и терпеливо ждал. Когда жертва оказывалась над тварью, тонкие края плоского тела мегазавра мгновенно вздымались, намертво пеленая несчастное животное.

Из отчетов Виктора Зудина и Михаила Зайцева я знал, что через пять часов от жертвы оставалась лишь часть скелета, поскольку мегазавр перемалывал и усваивал даже небольшие кости.

Какая могучая и разнообразная жизнь бурлит там, внизу, думал я. Мы ведь почти ничего не знаем о ней! А я, вообще, ни черта не смыслю в "особых условиях Аруаны" и еще пытаюсь о чем-то судить.

С каждой минутой полета мне становилась всё понятней основательная изолированность Осмилонии от остальных регионов планеты. Эти болота ограждали агасфиков и осмилоков от остальных аруанцев не менее надежно, чем горы и пустыни.


Через пару часов с востока надвинулись сумерки.

Полоса болот кончилась. Им на смену пришли джунгли с огромными, светящимися растениями. Сверху они напоминали гигантские цветы. Некоторые из них достигали высоты многоэтажных зданий. Они вздымались вверх туго переплетенными жгутами лианоподобных тел и сворачивались в замысловатые спирали, увенчанные красочными соцветиями. Множество гигантских наростов, фосфоресцирующих пульсирующим светом (издали они напоминали матовые плафоны фонарей) покрывали эти причудливые растения замысловатыми, непрерывно меняющимися узорами.

В Санти пробудился биолог, и он невольно повел сольдер на снижение, чтобы лучше рассмотреть призрачно светящиеся заросли.

- Не увлекайся! - отрезвил его Леруа. - Спускаться ниже пяти метров - категорически запрещаю!

- Можно включить инфракрасные прожектора, - предложил Берг. - Тогда любуйтесь на здешних тварей, сколько влезет.

- Но прежде мы должны убедиться в отсутствии осмилоков, - предупредил Леруа. - Если их нет, можно будет включить и обычные прожектора.

Сольдер неподвижно завис над светящейся поляной. Осмилоков вокруг видно не было, и Санти включил оптическое освещение. Клочья тумана, подсвеченные лучами прожекторов, засветились у самой поверхности призрачным сиреневым светом. Некоторые растения зашевелились под нестерпимо яркими для них лучами света, и выбросили из своих крон извивающиеся щупальцеобразные отростки, из которых вдруг повалил густой желтый туман.

- Проверь герметизацию и фильтры! - крикнул стажеру Берг. - Зудин утверждает, что, оказывается, многие здешние растения одурманивают животных газами, а затем закусывают ими.

- Этот газ рассчитан на местную живность, - возразил Санти. - А мы все же с другой планеты...

- Хочешь испытать на себе? - предложил Берг.

Санти улыбнулся, включил биофильтры и в этот момент встрепенулся дремавший на его коленях Лео. Сперва кот вытянул шею и с подозрением принюхался. При этом уши его напряглись, словно неведомый газ он не только унюхал, но и услышал.

- В кабину проник опасный газ, - неприятным голосом сообщил Лео. - Концентрация не представляет опасности, но по мере роста...

- Замолчи, Лео! - строго приказал коту Шарль. - Мы уже и без тебя ощущаем этот газ!..

Действительно, в кабине уже чувствовался едкий приторный аромат, оказывавший слегка дурманящее действие.

Леруа метнулся к пульту и включил систему вентиляции с продувкой кабины кислородом из аварийных запасов.

Вскоре запах исчез, но все успели почувствовать легкое головокружение и тошноту.

- Поражаюсь вашей неосторожности, товарищи господа, - проворчал Лео, и вновь свернувшись в уютный пушистый клубок задремал на коленях Санти.

- Еще одно доказательство нашей биологической близости, - проворчал Леруа. - Впредь, действительно, надо быть осторожнее...


Полосу светящихся джунглей мы покинули лишь через час после окончания съемок.

- Дальше - нельзя! - объявил Леруа, когда внизу потянулись однообразные гряды светлых скал. - Это уже район обитания племен Центрального Союза!.. Переночуем здесь, а утром пойдем налегке дальше, на северо-восток...

- И много придется идти? - спросил я.

- Пока не встретим агасфиков, или осмилоков, - Леруа насмешливо взглянул на меня и "участливо" спросил, - уже надоело?

Я промолчал. С некоторого времени мне начало казаться, что Шарль, чтобы испытать мое терпение, специально затягивает продвижение вперед. Неужели он еще надеялся, что я отступлю?!

Короче, я, в который уже раз, промолчал, хотя и начинал понимать, в какое безнадёжное дело ввязался.

К полуночи Сольдер приземлился в небольшом ущелье, и все стали готовиться ко сну. Берг открыл люк и кабину заполнил прохладный чистый воздух, слегка дурманящими запахами горных трав и кустарников. Небо уже усыпали яркие звезды, но из трёх лун над скалами пока взошла лишь одна.

После легкого ужина бросили жребий. Первым дежурил Берг. Мне выпало дежурить на рассвете...


ГЛАВА СЕДЬМАЯ.


Было еще темно, когда меня растолкал Леруа.

- Вставай! Ну, вставай же! - шепотом повторял он.

Я с трудом открыл глаза.

-Уже?

Леруа приложил палец к губам и кивнул в сторону открытого люка. На фоне пламенеющего перед восходом солнца неба, четко выделялся силуэт женщины. Аруанки.

- Тс-с-с! Не бойся ее! Это Ула... Мне надо поговорить с тобой. Выйдем...

- Вечно не дадут выспаться, - недовольно проворчал Лео, открыв один глаз. Биомеханический кот лежал на верхней полке, в ногах Санти, и бдительно охранял наш покой.

Зябко поеживаясь от предрассветного холодка, я вышел вслед за Шарлем из сольдера.

Спрыгнув с полки, Лео сладко потянулся и настороженно подошёл к люку. Он явно намеревался отправиться с нами.

- Оставайся с Санти, - строгим голосом сказал Шарль. - Мы вернёмся примерно через полтора-два часа. Веди себя тихо, чтобы никого не разбудить!..


Чужие звезды уже потускнели, однако, словно для компенсации, в пепельном небе Аруаны ярко светили все три луны.

Аборигенка, нахмурив брови, внимательно смотрела на меня. Черты ее лица были едва различимы, но у меня перехватило дыхание, как тогда, на космодроме, когда я впервые увидел жительницу этой загадочной плнеты.

На аруанке не было ничего кроме короткой юбки, сплетенной из листьев турникона, и ожерелья, из слегка светящихся засушенных цветов.

- Коари руана нори, - сказал Леруа, обнимая Улу за плечи.

- Этот человек - друг, - понял я слова, произнесенные на диалекте Центрального Союза Осмилоков.

- Коари руана келаль, - пропела аруанка, по-прежнему хмуро глядя на меня.

- Этот человек неизвестен, - понял я. Мне, наконец, удалось подавить необычайное волнение.

- Я пришел с добром, чтобы понять вас и стать вашим другом, - сказал я по осмилокски.

- Аруанка удивленно подняла брови, и ее огромные глаза недоверчиво блеснули. Но она ничего не сказала и продолжала молча разглядывать меня.

- Откуда ты знаешь наш язык, если ты впервые здесь, незнакомец? - спросила она, наконец, на космолингве.

- Он мой друг и я научил его языку, - ответил вместо меня Леруа.

- Он тоже пришел на Киалану? - спросила Ула по осмилокски.

- Да... я привел его сюда, чтобы он убедился...

Аруанка молча смотрела на Леруа, и постепенно взгляд ее глаз теплел.

- Хорошо... Я верю тебе, - сказала она, наконец, по осмилокски. - Он может идти к нам...

- Старайся отмалчиваться, - шепнул Леруа по-русски, когда аруанка повела нас вглубь ущелья. - Не забывай об их феноменальной памяти! Они уже понимают многое из того, что мы говорим между собой...

- Идите сюда! - на русском языке крикнула Ула. Она стояла перед узким входом в пещеру, с хитринкой поглядывая на нас.

Включив фонари комбинезонов, мы вошли в пещеру.

- Он пришел с добром! - сказала Ула по осмилокски двум гигантским хмурым стражам, встретившим нас у входа во вторую, более высокую пещеру.

Гиганты расступились, пропуская нас в недра горы.

Внезапно фонарик Леруа потух.

- Выключи и ты, - прошептал он мне. - Здесь довольно светло.

Когда глаза привыкли к темноте, я увидел, что сталактиты, свисающие с высоких сводов пещеры, светятся приятным зеленоватым светом.

- Это светящиеся микроорганизмы, - пояснил Леруа. - Они почему-то встречаются только на сталактитах. Сталагмиты, как видишь, не светятся.

Я пригляделся и увидел невысокие сталагмиты, с плоскими, словно срезанными верхушками.

- Вы прибыли немного рано, - сказала Ула по осмилокски, когда мы вошли во второй зал, в центре которого горел большой костер. - Киалана будет только через три дня.

- Ничего, мы подождем, - успокоил ее Леруа и уселся около костра.

- Машину нужно убрать, - сказала аруанка, подбросив в костер охапку сухих веток. - Будет плохо, если наши мужчины увидят ее.

- Они на охоте? - спросил Леруа.

- Да... - аруанка села рядом с Шарлем, и доверчиво склонила голову на его плечо.

Леруа сидел, не шелохнувшись.

- Ты разлюбил меня? - спросила Ула.

- Нет... Я приду к тебе позже... Один...

- Странные все же вы, земляне... - Ула встала. - Тогда пойдемте в Большую Пещеру: Мать Рода ждет вас...


Глаза постепенно привыкли к зеленому полумраку, и по дороге в Большую Пещеру я разглядел изваяния огромных животных, напоминающих быков-единорогов. Эти чудовища были высечены из скальных пород, окружающих нас, и вызывали ассоциации одновременно и со скульптурами Древнего Египта и с храмовыми барельефами святилищ инков и ацтеков.

В центре Большой Пещеры возвышалось некое подобие трона. Вокруг громоздились гигантские изваяния все тех же, видимо реликтовых, животных.

Древняя старуха, сидевшая на "троне", долго молчала, рассматривая нас, слезящимися глазами. Эти глаза были едва различимы в глубоких впадинах глазниц, изрезанных бесчисленными морщинами. На вид Матери Рода было не менее ста лет. Впрочем, существует, наверное, возраст, к которому уже невозможно добавить ни года. Здесь, на Аруане, возраст Матери Рода вполне мог исчисляться многими веками, если не тысячелетиями...

- Я не хочу, чтобы вы были на Киалане, - проговорила, наконец, старуха, едва слышным хриплым голосом. - Но молодежь, как всегда, жаждет перемен... Вы успели осквернить их души вашими побрякушками... - Мать Рода тяжело вздохнула, и ее красные веки сомкнулись.

- Перемен не будет, - тихо, но твердо сказал Леруа. - Во всяком случае, - перемен по нашей вине. Это я вам обещаю...

Мать Рода вновь открыла воспаленные глаза.

- Плохо, уже то, что вы здесь, - тихо просипела она. - Уже одно это ведет к переменам... - Старуха тяжело вздохнула. - Хотя их все равно не избежать... я-то знаю... Поэтому помните о своем обещании: не заражайте моих потомков вашей суетностью...

Старуха откинулась назад и вновь закрыла глаза, облокотившись на шероховатую поверхность каменного трона.

- Пойдемте, - шепнула Ула. - Мать Рода хочет отдохнуть...


- Ей более двух тысяч лет, - сказал Леруа, когда мы вышли из пещеры. - Не исключено, что она действительно прародительница всего этого племени.

- Значит у осмилоков царит матриархат? - я, признаться, был удивлен. Да, полигамные отношения все еще имели место в племенах, обитавших вне Осмилонии, но и семейные устои, были уже достаточно крепки. Правда, дети старше трех лет во всех родах отдавались в общинное воспитание, но во главе родов и племен уже стояли мужики. Более того: у старейшин обычно имелись целые гаремы послушных жен, строго наказываемых за измену мужу.

- Скорее здесь равноправие мужчин и женщин, - Шарль невольно усмехнулся, видимо заметив мое удивление. - Просто вследствие полигамии известны предки лишь по женской линии... Но основную функцию кормильцев племени выполняют уже охотники-мужчины.

- И все-таки это матриархат, - сказал я. - Полигамия, отсутствие семьи... Налицо - все признаки первобытного коммунизма...

- Слушай, объясни-ка мне, пожалуйста, популярней, - попросил Леруа. - При этом, твоем, первобытном коммунизме частной собственности не было из-за всеобщей нищеты, или потому, что еще не существовало семьи, со всеми ее правами наследования и тому подобным?

- Собственности не было из-за малой производительности труда, - терпеливо пояснил я. - Но по мере совершенствования орудий труда зарождались семейные устои, частная собственность, а позднее появились и рабы...

- Частной собственности у осмилоков нет, - Леруа нахмурился. - Но неравноправие существует. Да еще какое!.. Правда, оно основано на различиях в умственных способностях...

- И как далеко это зашло?

- Сейчас сам увидишь... - Леруа ускорил шаг, чтобы догнать Улу.

- Ула, покажи туалу, - слегка приобняв инопланетянку за талию, попросил Леруа. - Только не сильно, ладно?

Ула посмотрела сначала на Леруа, затем на меня и вдруг с силой ударила рукой по острой ветке растущего рядом дерева. Я замер от неожиданности: эта ветка пронзила кисть Улы насквозь и из раны на изящной руке прекрасной аруанки хлынула кровь.

Между тем Ула хладнокровно стянула ранку пальцами и, прикрыв глаза, стала бормотать заклинание. Менее чем через минуту кровотечение остановилось.

Инопланетянка открыла глаза и, внимательно осмотрев рану, закрыла ее ладонью. Теперь ее лицо было предельно сосредоточенно. Она вновь закрыла глаза и начала водить над раной рукой, сложив ладонь козырьком, в фокусе которого оказалась ранка.

Не веря своим глазам, я наблюдал за тем, как затягивается рана на руке Улы. Аруанка была в эти мгновения похожа на прекрасную колдунью, какими их рисовали в древности, на Земле.

- Вот и всё...- Ула продемонстрировала мне руку, на которой был едва заметен крохотный шрам. Вся процедура заживления заняла не более пяти минут.

- Потрясающе!.. - пробормотал я. - Только, пожалуйста, не надо впредь столь эффектных трюков... Из Сети я почерпнул немало сведений о фантастических способностях аруанцев...

- Как говорится - лучше один раз увидеть... - Леруа усмехнулся и в благодарность поцеловал Улу.

- К чему была эта демонстрация? - спросил я.

- Хотел, чтобы ты убедился в возможностях представителей высших слоев общества осмилоков, - пояснил Леруа. - Позднее ты увидишь, что представляют собой низшие...


- Это надо спрятать, - Ула остановилась возле сольдера и ткнула пальцем в его матовую поверхность.

- Я знаю, - Леруа громко постучал по автохромной броне. Верхний люк раскрылся, и из него высунулась заспанная физиономия Томаса Берга.

- Приехали? - осведомился он, зевая.

- Почти... Дальше придется ножками топать... Свистать всех наверх! Пора выгружать провиант.

- К чему такая спешка? Ведь только рассвело, к тому же... - Берг умолк, увидев Улу.

- Теперь понял? - Леруа невольно рассмеялся.

- П-понял, командор, - прошептал Томас и, не отрывая глаз от Улы, медленно сполз в недра сольдера.

- Возвращайся к своим, Ула, - Леруа хлопнул рукой по обшивке сольдера. - В полдень я вернусь с товарищами без этой штуки...

- Много вас? - спросила Ула.

- Пока - шестеро, но скоро к нам присоединятся еще с десяток человек...

Некоторое время Ула что-то молча обдумывала, затем вздохнула, как бы соглашаясь с чем-то не очень приятным.

Я полез в сольдер, из которого уже доносились голоса просыпающихся соплеменников.


Маскировка сольдера в одной из бесчисленных пещер, усеявших склоны Белых Гор, заняла около получаса. Еще час ушел на возвращение к пещерам осмилоков.

Небо к этому времени заволокло охристыми тучами, а когда Леруа вместе с Улой исчез в одной из ближайших пещер, заморосил мелкий дождь.

- Так и будем мокнуть? - спросила Юна.

- По-моему, целесообразно поставить палатку, - сказал Берг. - Леруа вполне может задержаться.

- А они давно знакомы? - спросил я.

- Больше года... - Берг вздохнул. - Оказывается, для аруанки это рекорд... Они не многих так выделяют.

- Что вы имеете в виду?- не понял я, но ответить Берг не успел.

- Кончай разговоры! - крикнула Юна, вытаскивая из рюкзака пакет с палаткой. - Двое - на установку палатки, а остальные - на сбор дровишек! Разожжем костерок с дымком, чтобы Джонс заметил.

- Что еще за Джонс? - спросил я Берга, когда мы остались в палатке вдвоем.

- Шеф карантинного контроля. Он уже где-то в нашем районе. Вообще-то мы с ним должны встретиться в месте проведения Киаланы, но не исключено, что он найдет нас раньше.

- А зачем мы ему?

- Просто, на всякий случай... Очень уж он недоверчивый... Как, впрочем, ему и положено, по службе...

- Леруа бывает у осмилоков только в его сопровождении?

- Оказывается, как раз Леруа - то и пользуется доверием Джонса. Леруа и Юна... А контролирует он нас, грешных. То есть остальных...

- А за что Юне такие привилегии?

- Она же ближайшая соратница Шарля! - Берг удивленно смотрел на меня. - Оказывается, своей красотой она обязана ему. То ли он провел цикл трансплантаций, то ли какие-то изменения на генном уровне. Я, к сожалению, не специалист, да и вообще не верю во все эти сплетни... - Берг прислушался к звуку шагов, раздавшихся снаружи, и вышел из палатки навстречу Санти.

Вслед за стажером семенил на задних лапах киберкот Леонардо. В передних лапах он нёс охапку сучьев для костра. Его длинная шерсть слиплась от дождя, и выглядел гигантский кот довольно нелепо.

- Сыроваты... - сказал Берг, начав разбирать причудливые сучья, принесённые котом.

- Здешние растения отлично горят и в сыром виде! - пробурчал Лео, расправляя лапой свои роскошные белоснежные усы. - Да и дождь, между прочим, уже кончается...


Когда Леруа в сопровождении Улы вышел из пещеры, мы с аппетитом поглощали вкусные, хоть и с привкусом гари, пищевые концентраты, подогретые на дымящем костре. Рядом с Санти сидел его верный кот и уминал мясные консервы.

- Лео прекрасно перерабатывает в энергию и белковую пищу, - пояснил Санти, перехватив мой недоумённый взгляд. - Осмилоки не должны догадываться, что перед ними кибернетическое чудо.

- Маяк для Джонса? - спросил Леруа, кивнув на столб дыма.

- А чего нам бояться? - отозвался Санти. - Мы правил не нарушаем! Даже он со своей индусской аскетичностью и щепетильностью не сможет ни к чему придраться.

- Между прочим, я не потерплю никаких инсинуаций против одного их моих создателей, - философски заметил кот.

- Соскучились, вижу, все по нему, - усмехнулся Леруа. - Может, еще пеленг подадим?

- А это мысль! - восхитился Берг. - Вызовем его на связь, осведомимся о здоровьице... А потом и пригласим. То-то он удивится!

- Рад, что у вас хорошее настроение, но вынужден его испортить, - сказал Леруа, подсаживаясь вместе с Улой к костру. - Джонс уже на подходе. Так что готовьтесь к встрече!..


Ула сидела между Леруа и мной, но к земной пище не притрагивалась. Изредка я поглядывал на аруанку, и на душе становилось все неспокойнее. Раньше я и представить не мог, что красота женщины может так волновать. Бронзового оттенка кожа, огромные глаза с длинными густыми ресницами - все в этом лице было необычайно женственным. Лишь теперь, при дневном свете, я оценил колдовское очарование Улы. Даже Юна, рядом с ней, выглядела бледновато...

- Почему ты так смотришь на меня? - пристально взглянув на меня, спросила Ула. - Я тебе нравлюсь?

- Андрей, очнись! - раздался голос Леруа.

- Что? - я с трудом оторвал взор от Улы и взглянул на него.

- Дама задала тебе вопрос, - с трудом сдерживая смех, пояснил Леруа. - Нравится ли она тебе?

- Твоя чаровница и его очаровала, - Берг подмигнул Леруа.

Я растерянно огляделся по сторонам. Товарищи по экспедиции, улыбаясь, смотрели на меня, явно предвкушая что-то необычное.

- Так нравлюсь я тебе, или нет? - повторила вопрос Ула.

- Конечно! - пробормотал я. - Как ты можешь не нравиться?!

- Что же ты сидишь?.. Ты меня боишься? - Ула подошла ко мне и заглянула в глаза. От аруанки пахло утренней росой, неземными травами и еще чем-то неуловимо волнующим и возбуждающим.

- Пойдем... - сказала Ула, и в голосе ее прозвучало что-то такое, отчего я встал со своего места и, взяв за руку это волшебное существо, направился к ближайшей пещере...


ГЛАВА ВОСЬМАЯ.


...Что происходило в пещере, я помню смутно. Ула была настолько тонка, что я не испытал даже намека на дискомфорт. И, похоже, сил во мне, после общения с ней, прибавилось, хотя одновременно пришло осознание факта, что такое может повториться лишь в том случае, если того захочет Ула. А в том, что это может произойти, я вовсе не был уверен...

Я осторожно окинул взглядом своих товарищей по походу. Санти и Берг укладывали палатки. Леруа с Юной упаковывали в рюкзаки остатки провианта, в чём им, в меру сил, помогал Лео. А Ула... Ула задумчиво смотрела на меня. И от этого взгляда мне стало не по себе...

Некоторое время я, словно загипнотизированный смотрел на прекрасную аруанку, пока ее не позвала вышедшая из пещеры старуха. Нет, это была, конечно, не Мать Рода, но и этой почтенной даме было не менее тысячи лет.

Старуха с Уллой исчезли в глубине пещеры, а я вернулся к своим размышлениям о местном матриархате.

Ведь привыкли же все остальные, думал я. Или делают вид, что привыкли и смирились, воспринимают все это, как само собой разумеющееся? Великая Ноосфера, может быть, так и надо?!


Вскоре из ущелья начали выходить осмилоки. Высокие, широкоплечие и длинноногие, как на подбор, они были вооружены копьями и луками. На бедрах у осмилоков были прикреплены короткие мечи и колчаны со стрелами. На первый взгляд, они очень походили друг на друга.

Вместе с сородичами из пещеры вышла Ула и присоединилась к нашему небольшому отряду.

- Когда они вернулись с охоты? - спросил Шарль Улу.

- Вы в это время прятали свою машину, - пояснила аруанка. - А потом они отдыхали в Большой Пещере...

- Подъем! - объявил Шарль и поднялся на ноги. - Осмилоки отправляются на праздник и разрешают нам следовать за ними!

- А что, идут одни мужчины? - поинтересовался я.

- Даже мужчины идут не все... - пояснил Берг. - Часть охотников остается в пещерах, охранять женщин, у которых грудные младенцы, а также немощных стариков... - Берг не закончил: из пещеры начали выходить женщины.

Шарль продолжал невозмутимо собирать свой рюкзак, киберкот Лео дремал, свернувшись сероватым пушистым клубком, остальные, не двигаясь, наблюдали шествие, которому, казалось, не будет конца.

Однако вскоре это всем надоело. Палатка и рюкзаки были собраны, костер тщательно погашен, а из пещер выходили все новые и новые аруанки. Лишь когда головной отряд осмилоков скрылся за изгибом расщелины, из пещер вновь начали появляться вооруженные копьями осмилоки, замыкающие шествие.

- По-моему, женщин в этой колонне больше, чем мужчин, - сказал Санти. - Чем это объясняется?

- Мужчины погибают на охоте и во время брачных турниров, - мрачно пояснил Шарль. - Поэтому их, раза в три меньше, чем женщин. Но, сами видите, - мужики-то как на подбор... Примерно такое же соотношение и в других родах и племенах.

- Хорошо у них тут, - мечтательно заметил Томас. - Оказывается, я здесь вполне ассимилировался бы...

- Казанова несчастный! - рассмеялась Юна. - Неужели все археологи такие донжуаны?!

- Во всяком случае - не меньшие, чем медики... - Берг взглянул на Леруа, который, впрочем, не отреагировал на это замечание...


Наш маленький отряд замыкал колонну осмилоков. Впереди шли Ула, Леруа и Юна, за ними я и кот Лео, Санти и Берг. замыкали шествие.

Юна и Леруа были вооружены бластерами, остальные земляне - карабинами, заряженными анестезирующими пулями. Один лишь Лео был вооружён тем, чем его одарила природа, а точнее - его создатели, Санти и Джонс. Правда, зубы и когти Лео могли пробить броню скафандра высшей защиты и уступали по твёрдости, пожалуй, лишь алмазам.

- Вот удивится Джонс, когда не застанет нас возле пещер, - громко, чтобы все слышали, сказал Санти.

- Он знает дорогу не хуже нас, - остудил стажера Берг. - Во всяком случае, я не удивлюсь, если он вдруг выйдет из зарослей и прямо сейчас пожелает составить нам компанию в этой прогулке.

- Входим в болото! - предупредил Леруа, проверяя затвор бластера. - Идём по одному: друг за другом и след в след!..

Под ногами захлюпала жирная серовато-зеленая грязь. Идти с каждым шагом становилось все труднее.

Особенно не нравился этот этап путешествия киберкоту. Несмотря на то, что он удлинил свои лапы и нарастил их опорную часть, создав нечто вроде коротких и широких лыж, шерсть его была обляпана болотной грязью и тяжёлыми сосульками свисала с боков.

- И для чего меня надо было снабжать рефлексом отвращения к воде?! - возмущался Лео. - Зацикливать на подобных рудиментарных атавизмах меня, энциклопедически образованного кота! Просто нонсенс!..

- Значит, тебя назвали так в честь Леонардо да Винчи? - догадался я.

- А вы как думали?! - Лео буквально распирало от гордости. - В мою память заложены, практически, все знания мира!

- Похоже, прогулка, предстоит не из приятных, - прервал разглагольствования кота Берг, шедший сзади. - Оказывается, мы всё-таки недооценили сложность данного маршрута...

- Да, ширина болота превышает двадцать километров, - поддержал его Лео. - Причём дальше пойдут заросли с разной живностью...

- Санти! - окликнул стажёра Леруа. - Предупреждаю тебя персонально, что не только ты любишь охотиться за биологическими образцами! Здешние образцы тоже охотятся. В том числе и на человека...

- Понял, - пробурчал Санти и взял наизготовку карабин.

- Опустите лицевые щитки и респираторы! - предупредил Леруа. - Здешние москиты кусаются не только больно, но и опасно. Если в ранку попадут местные микробы, возможно, не поможет и прививка. А какие здесь имеются газы, надеюсь, вы еще помните...

А как же осмилоки, думал я, опуская щиток и респиратор. Ведь на них нет ни высокопрочных защитных комбинезонов, ни сапог, ни перчаток, ни биофильтров!.. А укусы тех же комаров и москитов не могут быть для них совершенно безболезненными! О, Великая Ноосфера, насколько же они совершеннее нас!

Я смотрел на идущую впереди Улу, на ее плечи, облепленные комарами, и на миг представил себя обнаженным в этом болоте.

И мне стало жутко от одной даже мысли о такой возможности...

Громкий вопль сзади заставил меня обернуться.

Санти, размахивая руками, барахтался в грязи. На нём восседало плоское, похожее на жабу, существо, размером с быка и с длинным извивающимся хвостом.

Лео с остервенением раздирал своими клыками жуткую тварь, по которой уже вовсю лилась кровь. Лыжеобразные лапы кота только начали возвращаться к своей изначальной форме и когти его лишь начали отрастать, поэтому пустить их в ход он ещё не мог.

Берг безуспешно пытался оторвать скользкую на вид тварь от стажера, но это у него не получалось.

В мгновение ока к Санти подскочила Юна и начала с ожесточением колотить прикладом бластера по лупоглазой морде.

Со стороны колонны осмилоков к Санти уже спешили ушедшие вперед Леруа и Ула.

Пока я соображал, что предпринять, Берг отскочил от твари и начал лихорадочно стаскивать со спины карабин.

В это время животное, изловчившись, вырвало из рук Юны бластер и он бесследно исчез в огромной пасти.

Юна отпрянула, глядя на свои чудом уцелевшие обезоруженные руки.

Берг наконец выстрелил из своего карабина, но, видимо, не попал в чудовище. Хотя не исключено, что анестезирующие пули просто не подействовали на это исчадие ада. Во всяком случае, тварь не успокоилась, а мгновенно обвила Санти своим змееподобным хвостом и начала подтягивать стажера к пасти.

Санти колотил карабином по лупоглазой морде монстра и отчаянно вопил. При этом он несколько раз попал карабином по гневно рычащему коту, который не отреагировал на удары своего создателя. Он лишь с ещё большим остервенением грыз и раздирал уже отросшими когтями кровоточащую плоть обезумевшего от боли чудовища.

Леруа дрожащими руками наводил бластер на тварь, но она быстро двигалась, все крепче обвивая могучим хвостом обезумевшего от ужаса стажера. Шарль никак не мог решиться выстрелить, боясь попасть лучом бластера в Санти.

Между тем монстр вновь раскрыл свою бездонную пасть, намереваясь отхватить минимум полтела стажера.

И в это время Ула молнией метнулась к чудовищу и, ловко оседлав его, зажала ладонью крохотное отверстие на его спине.

Животное тут же обмякло, его хвост ослабил мертвую хватку, и Санти, отчаянно крича, от боли и ужаса, вырвался на свободу.

Тут же раздалось несколько выстрелов подряд. Стреляли все: и Шарль, и Берг, и Юна, и даже я.

Пули и лучи прошили животное во всех направлениях. Издав предсмертный вопль, оно вздыбилось на своем могучем хвосте и рухнуло в болотную жижу.

Испуганно глядя на поверженного исполина, бьющегося в предсмертных конвульсиях, Санти отползал в заросли. Его била дрожь.

Несколькими выстрелами Леруа добил агонизирующее животное и резко обернулся к стажеру.

- Придется перебираться в центр колонны, - громко сказал я, пытаясь отвлечь Шарля от стажёра. - В конце колонны в древние века на Земле обычно шли самые слабые и больные... Поэтому хищники и нападали, прежде всего, на них...

- Являясь, оказывается, катализаторами естественного отбора и санитарами... - поддержал меня Берг.

- Что это была за зверюга? - спросил я Улу, глаза которой все еще воинственно сверкали.

- Это был лоэн... - ответил вместо воинственной аруанки Шарль. Он отошёл от стажёра и спрятал бластер в кобуру. - Довольно опасное животное. К счастью, осмилоки знают его слабое место - дыхательное отверстие, расположенное, как и у наших водных млекопитающих, на спине...

- Спасибо, Ула!.. - Санти поднялся из грязи и попытался улыбнуться дрожащими губами. Однако улыбка у него получилась жалкой.

- Теперь, надеюсь, все понимают, насколько опасный нам предстоит поход? - спросил Шарль. - Надеюсь, все догадались, почему лоэн выбрал именно нашего уважаемого стажера?

Я недоуменно посмотрел на Шарля, потом на Санти.

- Я сам виноват, - после схватки стажёр явно скис. - Мне показалось, что из болота торчит какое-то растение, а это оказался хвост этого... лоэна...

- Между прочим, вина за данное происшествие лежит, прежде всего, на руководителе, - пришёл на выручку своему создателю киберкот. - Как можно было самому неопытному участнику экспедиции идти сзади всех?!

- Увы, люди учатся, преимущественно на собственных ошибках, - печально сказал Шарль. - Надеюсь, предупреждение было достаточно внушительным? - он вновь обернулся к стажёру.

- Достаточно... - пробормотал Санти.

- Идите все вперед, - сказал Шарль, тоном, не терпящим возражений. - Теперь последними пойдем я и Ула...


ГЛАВА ДЕВЯТАЯ


Когда кончилась полоса болот, колонна углубилась в густые заросли фиолетово-бурых растений с крупными мясистыми листьями, обрамленными ярко-красной бахромой.

- Это облепиха росинчатая, - возбужденно рассказывал Санти, шедший теперь рядом со мной. - Впервые это растение описали Виктор Зудин и Руслан Сагабалян из второй экспедиции Ренггона...

- Между прочим, облепихой они ее назвали, потому что листья растения облепляют со всех сторон любой достаточно массивный предмет, - встрял в разговор киберкот. - Если, конечно, объект попадает на него. То есть на этот самый лист. Обычно это бывает крупное насекомое, привлеченное ложными росинками...

- Увеличенный вариант земной росянки? - спросил я.

- Что-то вроде того, - согласился Санти.

- В сходных условиях живые организмы даже на разных планетах удивительно похожи друг на друга, - тоном лектора продолжил Лео. - Правда, это растение в десятки раз крупнее своей земной родственницы, но может быть это потому, что значительно крупнее здесь и большинство насекомых...

Пока кот демонстрировал свою эрудицию, Санти остановился, пристально вглядываясь в огромный фиолетово-черный цветок, похожий на увеличенный в несколько раз тюльпан.

- Кажется, что-то новое, - пробормотал он и сделал шаг в сторону растения.

Сзади к нему подошел Берг.

- Нашим стажером, оказывается, давно никто не закусывал, - ехидно сообщил он. - Не боишься, что сия красота тоже попытается тебя скушать?

- На него даже внушительные предупреждения не действуют, - заметил словно из под земли возникший Леруа. - Видно, придется все-таки поговорить с Джонсом...

Санти вновь покраснел и опустил голову. Он прекрасно понимал, что Джонсу ничего не стоит снять его с маршрута, и запретить приближаться к карантинной зоне.

- Я действительно больше не буду! - пообещал стажер. - Если еще хоть что-нибудь... тогда... можете меня...

Ну, артист, подумал я, и тут Санти вдруг начал рыдать. Видимо, он до сих пор еще не отошел от шока, связанного с нападением лоэна.

- Я уже сейчас могу отправить тебя на Базу... - смягчился Леруа. - И никто меня не осудит. Ты должен понимать, что значит для всех нас эта экспедиция. Какого мнения будут о нас осмилоки, если произойдет еще хотя бы один подобный инцидент?

Санти тяжко вздохнул. Он даже как бы ростом стал ниже.

- Но ведь он не дотронулся до этого цветка! - встал на защиту стажера Лео.

- Если бы дотронулся, я и разговаривать бы не стал, - проворчал Шарль.

- Я за него ручаюсь, - сказал Берг. - Буду идти рядом и контролировать...

- Ладно... - Шарль раздраженно махнул рукой. - Повторяю в последний раз: цель нашей экспедиции - Киалана. Фауну и флору будете изучать в другой раз, при помощи киберов, под надежной защитой сольдеров, а пока... - Леруа не успел закончить фразу, так как в зарослях послышался треск сучьев и тяжелый топот, словно приближалось стадо слонов.

Леруа с тревогой взглянул на насторожившуюся Улу.

Неожиданно ближайшие деревья с шумом раздвинулись и из-за них полезли гигантские ящеры, облепленные болотной тиной и отвратительной слизью.

- Локи!.. - закричала Ула, вскидывая копьё.

Идущие впереди осмилоки мгновенно перестроили свои ряды, и колонна ощетинилась копьями, угрожающе торчащими во все стороны.

- Локи!.. Локи!.. - послышались отовсюду крики осмилоков.

И тут я разглядел на спинах чудовищ существ, отличающихся от осмилоков лишь более длинными волосами, да бородами. Существа были вооружены дубинками, копьями и заостренными палками, которыми они погоняли оседланных ими чудовищ.

- Только этого не хватало... - пробормотал шедший рядом со мной Берг и стянул со спины карабин.

- Стрелять только анестезирующими!.. - крикнул Леруа. - Томас, врубай защитное поле, а свой карабин брось Юне!..

Подминая деревья, чудовища с седоками стремительно приближались к колонне.

Вслед за ними из зарослей начали выскакивать сотни бородатых дикарей.

Вокруг завязалось самое настоящее побоище. Нападавшие дикари бились с непонятной мне ожесточенностью. Глаза их горели дикой яростью, когда они наносили осмилокам удары своими дубинами и копьями.

К счастью для нас, землян, ящеры, с восседавшими на них седоками, врезались в колонну идущих впереди, осмилоков. Исполины немилосердно давили аруанцев своими слоновьими лапами, а сидевшие на них дикари добивали несчастных меткими бросками копий.

Впрочем, осмилоки быстро организовали оборону, и в сторону локов и оседланных ими чудовищ полетел град стрел и копий. Да и в ближнем бою вооруженные дротиками осмилоки из арьергарда начали теснить дикарей назад, к зарослям.

По всему чувствовалось, что, несмотря на замешательство, вызванное нашим внешним видом, то есть видом пришельцев с Земли, церемониться с нами дикари не собирались. Один из локов набросился на Юну, едва успевшую обезвредить его, выстрелом из карабина.

Еще один, лок напал сзади на Берга. Генетик возился с генератором защитного поля, когда лохматый дикарь занес над его головой дубину. К счастью, вовремя подоспевший Санти ударом приклада поверг дикого лока на оранжевую траву.

И все-таки недооценивать боевые навыки дикарей было бы большой ошибкой. Прежде всего, они обладали огромной физической силой и, устрашали в рукопашной схватке одним своим гигантским ростом.

Краем глаза я заметил, что Лео не принимает участия в битве. Видимо, он не был приучен бросаться на людей, а дикари, несмотря на свой первобытный вид и гигантский рост, были слишком уж похожи на нас.

Несчастный кот, прижав уши, мяукал и шипел рядом с Санти. Вздыбив шерсть и прижимаясь передними лапами к земле, он яростно колотил хвостом и растерянно переводил взгляд с одной группы сражающихся на другую.

Вокруг Шарля, отстреливающегося от наседавших со всех сторон локов, лежало уже несколько усыпленных дикарей.

Ула и Санти так и не успели воспользоваться карабинами и теперь сражались с нападавшими дикарями врукопашную.

Постепенно нам удалось занять круговую оборону. Леруа и Юна меткими выстрелами обезвреживали локов на дальних подступах. Ула, постепенно отступая к Бергу и Санти, отбивалась врукопашную.

Мне также невольно пришлось вспомнить приемы рукопашного боя, и свой карабин я довольно ловко использовал в качестве дубинки.

В целом, обезвреживать локов было не так уж и трудно: никаких эффективных приемов рукопашного боя они не знали, однако своими копьями и пращами пользовались весьма умело, а главное - их было слишком много.

Мне пришлось включиться в ускоренный режим, мобилизовав все резервы организма. Несколько раз, таким образом, я увернулся от летящих в меня камней и копий. Хотя пара мелких камней меня все же достали. Один камень даже разбил мне бровь.

Кровь из раны залила мне глаза, и я пропустил еще пару камней, больно ударивших меня в левое плечо и в правое колено. Однако не менее десятка могучих ударов дубинками я все-таки нейтрализовал, прежде чем один из локов метким ударом копья ранил меня в правое плечо.

Наконечник копья, видимо, был смазан какой-то отравляющей дрянью, доставляющей адскую боль. Словно мне под кожу всадили тысячи зазубренных игл и шариков, усеянных крохотными шипами.

Неимоверным усилием воли я подавил болевые ощущения и принялся за нападавших, по настоящему. Я, конечно, не бил на поражение, но попавшие под мои удары и точные касания дикари отключались мгновенно.

И, что немаловажно, - надолго...

Через несколько минут побоища Юна была ранена копьем в бедро, а камень, выпущенный из пращи, попал Леруа в левую руку.

- Андрей, помоги Бергу! - крикнул Леруа и, превозмогая боль, метким выстрелом усыпил еще одного лока.

Я шагнул к Бергу, который как раз в это мгновение включил, наконец, защитное поле.

Над нашим маленьким отрядом появился едва заметный колпак, искрящийся тысячами крохотных молний и шаровых разрядов. Радиус защитного поля не превышал двадцати метров, но появилось оно очень своевременно. Ближайший к нам ящер, с погонщиком на шее, как раз занес свою лапу над Санти, когда защитное поле отбросило исполина на добрые пару десятков метров.

Внутри, энергетического колпака оказалось немало яростно сражавшихся дикарей. Появление защитного поля, оградившего нас от основной массы нападавших, невольно притупило бдительность. Во всяком случае, когда все оказавшиеся под куполом дикари были усыплены анестезирующими пулями, выяснилось, что Берг довольно серьезно ранен копьем в ногу, а Санти получил внушительную травму руки, от удара дубины.

Впрочем, Уле понадобилось не более часа, чтобы остановить кровотечение на ноге Берга, вылечить бедро Юны, мои лоб, плечо и колено, а также оказать необходимую помощь Санти и Шарлю.


Часа через потора после начала битвы стало ясно, что, несмотря на численное превосходство и наличие дрессированных ящеров, атака локов захлебывается. Дикари значительно уступали осмилокам в воинском умении, в вооружении и в тактике ведения боя.

Но более всего сказывалось отсутствие у них луков со стрелами.

И все-таки меня поразило, что все гигантские ящеры локов были сражены осмилоками.

- Наконечники стрел и копий осмилоков смазаны ядом, - пояснил Берг, заметив мое недоумение. - Оказывается, мне даже жаль несчастных дикарей, затеявших эту авантюру...

Не прошло и часа с момента начала атаки локов, когда немногочисленные оставшиеся в живых дикари вынуждены, были отступить под покров джунглей...


ГЛАВА ДЕСЯТАЯ.


После полудня я понял, что на Киалане мне не бывать. Час шел за часом, а никто даже не заикался о привале. Молчал и я. Просто шел, стиснув зубы, и старался не думать о жажде и голоде.

Мы находились в пути уже более четырнадцати часов, но солнце пылало все еще высоко над горизонтом.

Боже мой, ведь сутки здесь на шесть часов дольше земных, вспомнил я. К тому же сейчас в этом полушарии лето! Значит, идти нам придется еще не менее восьми часов!..

Я смотрел на согнутые под тяжестью рюкзаков спины Санти и Берга и старался идти с ними в ногу. Чтоб не сбиться с ритма.

Частью моей поклажи уже давно был навьючен киберкот, но я всё равно с каждым шагом всё больше изнемогал от усталости.

Не думать о воде, мысленно повторял я. Только не думать о воде! Я просто обязан дойти, дотянуть, доползти!

Я по опыту знал, что, напившись, не смогу больше идти. Время от времени я прикладывался к фляге и, набрав в рот воду, подолгу полоскал горло, прежде чем проглотить долгожданную живительную порцию.

Проклятая жара, думал я. За двадцать часов накалиться успеет что угодно! И как они, черти полосатые, выдерживают такое пекло?! Воистину для этого надо было родиться осмилоком...


Во второй половине дня полоса экзотических зарослей осталась позади и колонна осмилоков, растянувшись на километры, извилистой змеей поползла между холмами, выжженными беспощадным зеленым солнцем.

- А питаться мы сегодня будем?! - громко спросил идущий впереди Берг, не оборачиваясь и не сбавляя шага.

- Если сделаем привал, осмилоков нам не догнать! - откликнулся Леруа. - Кто может - пусть перекусит на ходу. Легу пить лишь в самом крайнем случае!..

- Сантино пузо просит арбуза! - процитировал Санти раннего Пушкина.

- А я и от шашлыка не отказался бы... - мечтательно молвил Лео, шедший теперь рядом со мной.

- Сколько мы уже прошли? - спросил я хриплым голосом.

- Километров сорок, не больше, - отозвался кот.

- А сколько осталось?

- Еще раз пять по сорок. Это если по прямой...

- Причем, мы должны одолеть это расстояние за три дня, - уточнил Леруа, шедший сзади.

- Вы в первый раз идете этим маршрутом? - спросил я Юну.

- Этим - в первый... Правда, вне карантинной зоны, мы частенько устраивали подобные марш-броски, чтобы не выглядеть бледно рядом с осмилоками. Но на Киалану впервые идет даже Шарль.

- Разве?! - Я сбился с шага и остановился.

- Устал? - раздался сзади участливый голос Леруа.

- Нет, ничего... Все в порядке... - Я глубоко вздохнул и зашагал дальше.

- Давай и этот рюкзак! - сказал Шарль. - Нечего храбриться!

- Нет! - я невольно прибавил шаг.

- На, выпей немного. Это тонизирует... - я вдруг увидел перед собой прозрачную флягу с зеленоватым напитком.

- Не хочу...

- Пей! - горлышко фляги коснулось моих губ, и я почувствовал во рту слегка кисловатый вкус жидкости.

- Два - три глотка, не больше! - предупредил Шарль.

Я сделал три больших глотка и через некоторое время почувствовал себя лучше: в голове прояснилось, усталость почти прошла.

- Это лега, на основе снадобья осмилоков, - пояснил Шарль. - Но злоупотреблять этим напитком не рекомендую...

- А они, значит, злоупотребляют? - Я кивнул в сторону идущих впереди осмилоков.

- Лега у них как зерна коки у индейцев Америки...

- Никогда не подумал бы, что ты докатишься до наркотиков!

- Молчи! - Шарль горько усмехнулся. - Береги силы...


Вечером, во время привала, когда Ула и Юна ушли в лагерь осмилоков, чтобы понаблюдать их ежевечернюю мистерию, Шарль зашел в палатку, которую я делил с Бергом.

- Не помешаю?

Берг подвинулся вглубь палатки, освобождая место.

- Как настроение?! - бодро спросил Шарль, усаживаясь удобнее.

- Бывает и хуже, - хмуро ответил я. - Но редко...

- Я тебя предупреждал... Сам не скоро привык к таким турпоходам. Избаловала нас наша техника... - Шарль вытащил из кармана флягу с легой и протянул мне.

- Спаиваешь? - проглотив набежавшую слюну, спросил я.

- Выпей... Хочу поговорить, а тебя, похоже, ко сну клонит.

- Теперь я догадываюсь, в чем твоя сила...

- Ты об этом? - Шарль взболтнул содержимое фляги.

- И об этом тоже...

- Не хочешь, не пей, - Шарль начал завинчивать крышку.

- Ладно, дай глоток...

- Все это твои фантазии... - Шарль миролюбиво улыбнулся и протянул мне флягу.

- Хочу надеяться... - Я отпил два глотка.

- Пойду, проведаю Санти, - вставая, сказал Берг.

- Передай, чтоб засыпал, - сказал Шарль. - Да и сам у него можешь лечь. Разговор тут у нас предстоит долгий...

- Ладно, передам... - Берг вышел.

- Ну, слушаю... - Я попытался придать строгость своему голосу, но настроение быстро улучшалось, и ссориться с Шарлем теперь вовсе не хотелось.

Состояние эйфории, думал я, но вроде не в очень яркой форме.

- Что тебя больше всего интересует? - Шарль с интересом наблюдал за мной.

- Сам знаешь: все, что известно о Киалане.

- Есть еженедельные Киаланы, а есть такие, которые проводятся лишь раз в пять лет. Именно на такой обряд мы и отправляемся....

- Как уполномоченный Центра я могу вернуть тебя на Землю уже сейчас. За распространение наркотиков, к примеру...

- Ты имеешь в виду это? - Шарль улыбнулся и потряс флягой. - Иначе мы не могли бы состязаться с осмилоками в выносливости. К тому же это снадобье совершенно безопасно.

- Ты уверен в этом?

- Абсолютно. Оно представляет собой соединение земных средств с одной из разновидностей местной фармацевтики. Снадобья осмилоков менее эффективны и более вредны, поэтому я и распространил легу в центральных племенах.

- И таким путем завоевал уважение осмилоков?

- Ты удивительно прозорлив. - Шарль грустно усмехнулся. - Впрочем, мы решили не ссориться, - миролюбиво добавил он. - Постараюсь объяснить тебе все в популярной форме, ведь ты не иммунолог, а вопросы иммунологии в проблеме Киаланы являются ведущими...

- А нравственные? - спросил я.

- Согласен, но не перебивай меня, а постарайся понять...

- Только это и делаю...

Шарль вздохнул, и, отвинтив крышку фляги, отпил глоток.

- Итак, нам придется совершить небольшой экскурс в иммунологию, - начал он. - Иначе не поймешь сути...

- Только не затягивай, - попросил я. - Азы современной биологии мне знакомы.

- Если хочешь спать, выпей еще, - предложил Шарль. - Завтра будет легче: нас догонит Джонс со своими человекоподобными монстрами, и мы взвалим свои рюкзаки на них.

- Боюсь, и без рюкзака мне не дотянуть...

- В крайнем случае - оседлаешь одного из роботов. Осмилоки ничего не заподозрят. Роботы внешне ничем не отличаются от нас.

- Ладно, давай свое зелье...

- Одного глотка достаточно, - сказал Шарль, протягивая флягу.

- Здесь наркотик, или алкоголь? - спросил я, отпив немного.

- Ты мне надоел! - раздраженно сказал Шарль. - Я уже объяснил: лега безвредна! В отличие от наркотиков она не только мобилизует резервы организма, но и пополняет эти резервы!..

- Все, - сказал я. - Молчу и внемлю.

- Ладно... - Шарль невольно улыбнулся, глядя на мою рожу. - Живые организмы Аруаны построены из тех же аминокислот, что и земные. Похоже, подтверждается теория Космической Панспермии. Короче, уже на современном этапе развития науки можно устранить различия между организмами землян и аруанцев...

Не буду вдаваться в подробности, но возможность ликвидации тканевой несовместимости между жителями разных планет интересна даже с чисто научной точки зрения. А в случае положительного решения этой проблемы медики имели бы возможность не только трансплантировать ткани и органы, но и "прививать" положительные качества организмов с разных планет. Я занялся проблемой устранения несовместимости между землянами и аруанцами, прежде всего потому, что наслушался о долголетии аруанцев. Очень уж заманчиво было научиться продлевать жизнь землян в несколько раз.

Как ты знаешь, еще в двадцатом веке было известно, что основная функция иммунной системы - охрана организма. Иммунитет уничтожает не только чужеродные клетки, проникшие в организм, но и клетки злокачественных новообразований. Однако именно иммунитет препятствует приживлению инородных тканей при трансплантации. Лишь у однояйцевых близнецов, организмы которых генетически идентичны, возможна пересадка органов. Да разве что еще у клонов, до которых здесь еще не додумались. Так вот... в 1953 году Гашек и Медавар, независимо друг от друга, открыли явление иммунологической толерантности при парабиозе...

- А нельзя ли проще!

Шарль удивленно посмотрел на меня.

- Ну, что ты так смотришь? - Я невольно улыбнулся. - Если я начну сыпать терминами из своей сферы, ты меня тоже вряд ли поймешь...

- Сдаюсь! - Шарль поднял руки вверх. - Гашек и Медавар открыли, что если клетки инородного организма вводить в систему кровообращения эмбриона, то позднее этому зародышу, естественно, уже родившемуся и подросшему, можно будет пересаживать органы от организма, клетки которого ему были введены в утробе. Усек?!

- От организма, клетки которого были введены... - повторил я.

- Совершенно верно... Это был первый шаг на пути преодоления тканевой несовместимости. Позднее появились более эффективные методы ликвидации тканевой несовместимости. Как я уже сказал: вследствие схожести природных условий на Земле и Аруане, у нас схожи даже белки и гены...

- Я понял, что тебе удалось преодолеть несовместимость между землянами и аруанцами, - перебил я Шарля. - Но ведь это не все?..

- Не все, - согласился Шарль. - Нужен был контрольный эксперимент.

- Юна? - коротко спросил я.

Леруа вздрогнул, но тут же совладал с собой.

- Значит, тебе и это известно?

- Догадаться было не сложно. Итак, Юна была первой... А кто - второй?

- Юна была не первой. Но боюсь, ты не поймешь...

Я молчал, удивленно подняв брови.

- Только постарайся хоть на время избавиться от геоцентризма, - сказал Шарль, - Здесь не Земля...

- Заладили все: здесь не Земля, здесь не Земля! Это я уже слышал!.. Кто же был первым?.. Или первой... Ула?

- Нет...

- Значит ли это, что первый эксперимент закончился неудачно?..

- В какой-то степени.

- Как это понимать?

- Летальный исход... - Шарль с отчаянием взглянул на меня. - Только не воображай, что я убил человека. Это был лок... Я не знаю, как это коротко объяснить... Я сам долго не мог понять и принять... Есть осмилоки, и есть локи... Это не те, которые на нас напали... Есть еще загонные локи, стадные... Эти существа... Нет, я не знаю аналогий, у нас просто нет такого! Это - особый тип существ, живой тканевый банк, из которого при необходимости черпается кровь для переливаний, или берется орган для трансплантации. Основная функция лока - быть донором. Ради этого он живет. Да не смотри ты так! - закричал вдруг Шарль. - Я сам не мог поверить! Было бы просто провести аналогию с концлагерями, и расовыми теориями, но все сложнее и запутаннее! Одно я могу сказать точно: загонные и стадные локи - не люди!.. В смысле: не разумные существа! Это как бы домашние животные внешне похожие на хозяев...

- Что ты несешь?!

- Выслушай до конца, а потом суди. Я не знаю, откуда они появились... Я имею в виду загонных и стадных локов... Я даже не уверен, что они появились естественным, так сказать, путем, а не выведены специально...

- Это как же выведены?!

- Мы все еще во многом недооцениваем аруанцев. - тихо сказал Шарль. - И осмилоков - в особенности... Да, я предполагаю, что предки осмилоков сами вывели локов. Я не знаю когда, и при каких обстоятельствах это произошло. Возможно, тогда это было насилием, фашизмом, но сейчас - перед нами лишь результаты... И какими бы они не были, мы уже ничего не можем изменить! Мы поставлены перед фактом существования у каждого осмилока нескольких неразумных близнецов-доноров...

- Которых мы можем использовать как доноров и для землян?

- Да...

- Ты соображаешь, о чем говоришь?!

- Наберись еще немного терпения, - попросил Шарль. - Завтра сам увидишь остатки их городов. Возможно, некогда осмилоки достигали вершин технологической цивилизации, и могли даже производить генетические операции. Впрочем, не исключено, что в условиях Аруаны для выведения локов и отработки операций по трансплантации вовсе не нужен был расцвет техники...

- Но они все-таки производили такие операции?!

- Производили... И производят сейчас...

- Без анестезии?!

- Для анестезии они применяют зелье, подобное морфию. Кроме того, они владеют психологическими приемами обезболивания. Вспомни Улу... Многие осмилоки являются экстрасенсами...

- Но стерильность... - пробормотал я. - А медицинское оборудование, хирургические инструменты?!

- Иммунная система аруанцев совершеннее нашей, и проблемы стерильности здесь не столь актуальны. Скальпели им заменяют кремниевые ножи, которые они стерилизуют на кострах, а для остановки кровотечения и заживления ран они применяют киаланы. К тому же, потеря крови для них не так страшна, как для нас. Ведь во время операции под рукой у них всегда есть доноры-локи...

- Откуда же появляются эти локи сейчас?

- Первых двух - трех детей аруанка рожает нормальными, то есть осмилоками, а остальных - локами. По всем параметрам локи являются однояйцевыми близнецами осмилоков. А детородный период у аруанок превышает сотню лет!.. Короче, у многих осмилоков имеются десятки доноров-локов...

- И как часто они производят операции по трансплантации?

- Во время праздников Киаланы. По одной операции в пять лет. После каждой операции происходит значительное омоложение всего организма осмилока. Но как это происходит нам пока непонятно...

- И в результате каждой операции донор погибает?

- Не всегда... Осмилоки заботятся о своих локах, ведь каждый из них дарит дополнительные годы жизни. Если обычный аруанец может жить, в среднем, до двухсот лет, то осмилок, может продлить свою жизнь до тысячи лет. А ведь у некоторых осмилоков бывает до тридцати локов...

- Значит ли это, что они могут жить до трех-четырех тысяч лет?

- Еще как могут... Ты же видел Мать Племени Синих Тарулов. Правда, в большинстве своем, редко кто из осмилоков доживает даже до ста лет. Слишком уж много опасностей подстерегает их на каждом шагу. К тому же осмилок может погибнуть от голода...

- Стоп! - сказал я. - Ведь и локи нуждаются в пище, не так ли?

- Естественно...

- Кто же их кормит? Ведь, как я понял, осмилоки сами едва сводят концы с концами?

- Обычно один осмилок-охотник может прокормить в среднем около десятка женщин, детей и стариков...

- Но на охотника приходится значительно больше иждивенцев, если учитывать загонных локов!

- Не забывай: животная пища составляет лишь незначительную часть в рационе осмилоков. Сбором же растительной пищи и ее возделыванием занимаются женщины и старики. Загонные локи, кстати, питаются исключительно растительной пищей. Женщины подкармливают их свежими и сушеными плодами, овощами, грибами и тому подобным... Этих локов обычно используют как доноров крови: вследствие малоподвижного образа жизни внутренние органы, в особенности сердце, у них функционируют плохо и пересаживать их нецелесообразно. Зато загонные локи незаменимы во время срочных операций, так как они всегда рядом с основным жильем осмилоков... Увы, в случае голода их тоже употребляют...

- Ты хочешь сказать, что осмилоки людоеды?! - Я невольно вспомнил прекрасное лицо Улы и внутренне содрогнулся.

- Не думаю, что это можно назвать каннибализмом, - возразил Шарль. - Ведь загонные локи неразумны. Осмилоки относятся к ним... ну, как мы к свиньям, например, или к овцам...

- Но вокруг столько растительной пищи!

- Её не хватает. Экологическая ниша переполнена осмилоками и локами, - пояснил Шарль. - Это произошло и из-за увеличения продолжительности жизни... Кроме того, есть еще лунги и агасфики...

- Лунгов я видел в мнемофильме, - сказал я. - А вот кто такие агасфики, я толком так и не понял...

- Это тоже мутанты, но более высокого, если можно так выразиться, уровня. Агасфиками их назвал Ренгтон, в честь бессмертного Агасфера. В этой ветви отфильтровалось больше положительных мутаций. Внешне агасфики мало отличаются от диких локов, но осмилоки утверждают, что они без всяких операций могут жить многие сотни и даже тысячи лет. Поэтому осмилоки с пересаженными от агасфиков органами живут особенно долго.

- Но, как я понял, агасфики редко доступны осмилокам?

- Да и нам тоже... Я, во всяком случае, имел с ними дело всего один раз. Но это отдельная история...

- Ты опять запутал меня этими локами и агасфиками, - пробормотал я.

- А есть еще стадные локи, - Шарль грустно улыбнулся. - Осмилоки собирают в стада часть локов и перегоняют их под присмотром своего рода пастухов. Стадные локи ведут более подвижный образ жизни, чем локи из загонов. Часто именно они служат донорами для геронтологических операций. Но идеальными донорами являются одичавшие локи. Перед Киаланой диких локов и агасфиков отлавливают, и трансплантируют их органы во время самых ответственных геронтологических операций...

- Но, как я понял, одичавшие локи и агасфики собираются в довольно большие стаи, - заметил я. - Или, может быть, в отряды?

- Да, - нехотя согласился Шарль. - Вроде тех, что напали на нас...

- И ты говоришь об этом так спокойно?! Почему же ты ничего не сообщил в Комиссию?

- Я работал... Если бы вы узнали, Осмилонию заперли бы, для ещё более тщательного исследования. Это задержало бы мою работу на многие годы! А победителей, как известно не судят.

- Ты считаешь, что победил?

- С медико-биологической позиции - да. Но... есть нравственная сторона... - Шарль умолк.

- Я слушаю тебя, - как можно мягче сказал я.

- Рано об этом... - Шарль взглянул на часы и поднялся. - Пора... Скоро полночь. Завтра рано вставать...

ЧАСТЬ ВТОРАЯ.


КИАЛАНА.


ГЛАВА ПЕРВАЯ. ДЖОНС И ЕГО КОМАНДА.


- Так можно всю Киалану проспать! - голос был незнакомым, поэтому инспектор тут же открыл глаза.

Прямо над головой, на зеленоватом небосклоне, плыли легкие облака, подсвеченные мягким светом изумрудного светила. Рядом с Яниным сидел на корточках седобородый мужчина в ковбойской шляпе. Крупный горбатый нос и жгуче-чёрные глаза говорили о том, что хотя бы часть его предков были выходцами с Востока. Скорее всего, - из Индии.

- Я - Джонс, - сказал мужчина, заметив, что Янин открыл глаза. - Причём, я не только карантинную службу представляю, но и, так сказать, высшую, местную власть... Причём, земную власть...

- Очень приятно, - Янин приподнялся со своего ложа.

Кроме Джонса рядом никого не было. Более того, сквозь прозрачную изнутри оболочку палатки было видно, что лагерь землян и осмилоков, разбитый накануне вечером, исчез.

- Да, Леруа и остальные уже далеко... - Джонс покрутил ус. - Но мы, слава Великой Ноосфере, их догоним. Не будь я Вилли Джонс!

- Который час? - Янин нахмурился. - Я совсем запутался с вашим местным временем.

- Десять утра. Осмилоки и Леруа со своей компанией ушли три часа назад. Шарль попросил, чтобы я вас покараулил и дал выспаться.

- Спасибо. Давненько так не спал.

- По здешним нормам и положено спать десять часов. - Не дождавшись ответа, Джонс добавил: - Причём, земляне на Аруане двадцать часов бодрствуют и десять часов спят.

Боже мой, я ведь вчера шел без остановок почти двадцать часов, думал, между тем, Янин. Если бы Шарль меня не пожалел, то и сегодня я должен был бы отшагать без привала столько же.

- О чем задумались? - Джонс с кряхтением встал на ноги. - Надо пить чай и идти. Иначе даже мои электронные джины не догонят колонну!

Через несколько минут Янин, обжигаясь, пил крепкий чай.

- Этот чай мои предки по материнской линии называли мехмери, - приговаривал Джонс. - Замечательный чай! Причём, тонизирует не хуже всяких там лег. Только чай заваривать и пить уметь надо!.. Жаль, сейчас нет времени, научил бы... Я не могу сказать словами, что это такое! - Джонс произвел руками очень выразительный жест.

- А мы не опоздаем?! - с беспокойством спросил Янин.

- Обижаете, сэр. Как можно?! Мои джины могут состязаться даже с сольдерами! Причём, на пересечённой местности могут и фору дать!

Джонс допил чай и звонко свистнул. Тут же из-за холма выскочили три парня, ростом и осанкой почти не уступавшие осмилокам. Одеты эти ребята были более чем странно. На кудрявом коротконогом брюнете с породистым мясистым носом были надеты просторные шаровары, из блестящей синей ткани. Красная замшевая куртка его была расшита золотыми нитями замысловатым восточным орнаментом. Второй парень притягивал взор, прежде всего, своими ярко-рыжими кудрями и бородой. Одет он был в белоснежную тунику с характерным греческим орнаментом. Но больше всего Янина удивил третий робот. Тяжелая металлическая кольчуга и окладистая русая борода, делала его похожим на древнерусского витязя.

- Знакомьтесь! - торжественно сказал Джонс. - Али-баба, Ахилл и Добрыня. Рекомендую оседлать Добрыню. У него самый плавный ход. Причём, и по характеру он самый покладистый. Правда, Али-баба меньше трясет на ухабах, но в последнее время он что-то прихрамывает на левую ногу. Все некогда починить беднягу...

- А как садиться? - осведомился Янин. - На плечи?

- Это уж как вам удобно будет. Я, к примеру, люблю полулежа. - Джонс подошел к Али-бабе и, бесцеремонно задрав у него на животе рубаху, нажал на кнопку, вмонтированную в пупок.

- Сим-сим, откройся! - громко приказал он.

Внутри металлического живота что-то щелкнуло, и от пупка вверх пробежала широкая извилистая трещина.

Джонс просунул в щель толстый волосатый палец и, легонько надавив на створку, обнажил электронные внутренности робота.

- Али, куда ты спрятал гамаки? - строго спросил шеф карантинного контроля.

- Они в рюкзаке, который унес Геркулес, - мягким баритоном ответил Али-баба.

- Вах! - вскипел Джонс. - У тебя склероз?!

- Вы сами отдали ему приказ собрать все спальные принадлежности в его рюкзак. Мне, при этом, контрприказ дан не был...

- Замолчи! - воскликнул Джонс, громко стукнув ладонью по металлическому животу. - Заправься лучше! Сотворил, понимаешь, на свою голову! Причём, пожертвовал на это лучшие годы!

Али-баба послушно загерметизировал свой живот и заправил безрукавку в шаровары.

- Придется ехать в обнимочку, - объявил Джонс, разводя руками. - Смотрите, как это делается!

Презрительно смерив взглядом Али-бабу, Джонс подошел к роботу, одетому в древнегреческую тунику и плетеные сандалии.

- Ахилл, возьми меня по-матерински! - приказал он и, подпрыгнув, плюхнулся роботу на руки.

Ахилл нежно прижал грозного начальника карантинного контроля к своей широкой груди.

- Осторожнее, дурак, раздавишь! - воскликнул Джонс.

Робот ослабил могучие объятия. Теперь начальник карантинной службы возлегал на руках троянского героя словно младенец, выносимый из роддома.

- Али, собери все вещи в рюкзак и иди за нами, - приказал Джонс строгим голосом. - А ты, Добрыня, возьми на руки господина Янина и иди за мной... Не бойтесь, господин инспектор, они у меня воспитанные ребята...

Лежать на руках древнерусского богатыря было непривычно, но несколько минут спустя Янин устроился достаточно удобно. Витязь нес его ровно, однако через некоторое время Янин почувствовал, что его укачивает. Добрыня шел раз в десять быстрее нормально идущего человека и выглядел со стороны довольно смешно. Он шел походкой скорохода, преодолевающего дистанцию на соревновании по спортивной ходьбе. Короткие ноги шедшего впереди Али-бабы были едва видны, так быстро он ими семенил.

- Как самочувствие, сер? - держась за пластиковую шею, Джонс выглянул из-за могучего плеча Ахилла.

- Все - о кей! Я бы сказал даже - бьютефулл! Только вот ко сну клонит!..

- Ну и спите себе на здоровье!.. Причём, в течение пары часов ничего интересного впереди не намечается... Когда прибудем в Ливу, я вас разбужу...

- А можно будет там задержаться? Я ведь историк по одной из своих специальностей...

- Только ненадолго... Я обещал Шарлю нагнать его к пятнадцати часам...

- Но ведь скоро уже одиннадцать!

- Успеем... Причём, моим молодцам особенно и потеть для этого не придется. Тряски не боитесь?

- Ради осмотра Ливы - готов на любые лишения!

- Ну, тогда держитесь... - Джонс сложил руки рупором и что есть мочи заорал, - А ну, жеребчики, покажем, на что способны?! Бегом - ма-арш!

Янин невольно обхватил теплую шею Добрыни, помчавшегося вперед с утроенной скоростью.

- Сто километров в час! - сообщил Джонс, не без гордости. - Причём, замечаете, какой ход?! Трясет?

- Едва заметно...

- Сам налаживал... Целый месяц... - Джонс нахлобучил пониже на лоб свою ковбойскую шляпу, чтобы она не слетела от встречного ветра. - При такой скорости будем в Ливе через час.

- А раньше вы здесь бывали?

- Еще бы... Кто знает Ливу, как я? Один Шарль, да еще, может быть, Юна... Причём, я своими руками откопал там два алтаря... Не без помощи моих джинов, разумеется... В прошлом году мы провели на раскопках целых два месяца!..

- Кто это вы?

- Я, Шарль и Юна... Кроме того, к нам часто приходила Ула. Она очень помогла нам в раскопках. Причём, множество тонкостей местной жизни мы усвоили только благодаря этой прекрасной девушке. Именно тогда я по настоящему подружился с Шарлем. Ведь незадолго до этого он спас меня от верной гибели. Вам не рассказывали эту историю?

- Нет...

- Странно... Именно после операции, которую мне сделал Шарль, слухи и легенды о нем пошли по всей Аруане...

- Так это вам он сделал пересадку позвоночника и других органов?!

- Конечно мне! Никто не верил, что такое возможно, а Шарль сделал...

- А нельзя ли подробнее? Что именно с вами произошло?

- Ну... Я просто попал в ловушку, при раскопках храма. Причём, возможно, это был и не храм. Назначение большинства сооружений, возведенных предками осмилоков, никому неизвестно. Может быть, это гробницы, хотя ни в одном из этих сооружений не найдены скелеты или мумии погребенных. Как, впрочем, и урны с прахом усопших. Во многих помещениях этих подземных лабиринтов найдены металлические изделия и целые пласты ржавчины. Причём, там имеются западни и ловушки, что, собственно и привело к появлению высказываний о погребальном назначении этих сооружений. В одну из таких ловушек я и угодил. Причём, при этом погибли два моих робота. Ахилл и Геркулес едва извлекли меня из завала. Никто тогда даже не надеялся, что меня можно сшить... Шарль совершил нечто невозможное...

- Не без помощи Киаланы? - заметил Янин.

Джонс не ответил.

- Интересно, сколько локов послужили вам донорами? - не отводя глаз от Джонса, спросил инспектор.

- Я знаю, что Шарль рассказал вам все, но, сдаётся мне, вы подозреваете его еще в чем-то...

- Я никого ни в чем не подозреваю. Просто интересуюсь всем, что здесь происходит...

- Простите, инспектор, но мне хотелось бы знать, что было известно Комиссии накануне вашего отлета сюда?..

- Лишь противоречивые слухи о необыкновенном долголетии осмилоков и о чудодейственной Киалане, вырабатываемой, вроде бы, из органов специально умерщвляемых для этого рабов...

- На Аруане нет рабов! Неужели вы в этом еще не убедились?! - Джонс начал горячиться. - И не говорите подобных глупостей Шарлю! Он и без того извел себя разными подозрениями...

- Значит, он тоже подозревает, что локи разумны?

Джонс печально взглянул на Янина и по этому взгляду инспектор понял, что те же мысли мучают и начальника Карантинного Контроля...


ГЛАВА ВТОРАЯ. КОНЕЦ ПОХОДА.


... Изумрудное солнце стояло почти в зените, когда необычная кавалькада добралась до пустынных улиц древней столицы Осмилонии.

- У нас в запасе полчаса, не более, - предупредил Джонс, спрыгнув с могучих рук Ахилла. - Мы успеем осмотреть только Центральное Святилище. Это наиболее расчищенное строение Ливы.

- А храм Звездной Рощи? - спросил Янин. - В него мы не успеем?

- Значит на Земле уже и о нем известно? - Джонс не смог скрыть удивления.

- Что вы думаете о назначении этого объекта?

- Обычное культовое сооружение... Причём, максимум фантазии, минимум полезности...

- И все-таки мне хотелось бы осмотреть именно его...

- Дорога к Храму займет четверть часа и на его осмотр останется не более пяти минут...

- Вину за опоздание приму на себя. Надеюсь, Шарль меня простит...

- Ладно... - Джонс вздохнул и вновь полез на руки к Ахиллу. - Причём, задержимся не более чем на полчаса, договорились?!

- Спасибо, не ожидал, честно говоря. Особенно после рассказов о вашей несговорчивости...

С каждой минутой этот невысокий подвижный человек нравился инспектору все больше. Янин понял, что добродушный тон и вся манера поведения Джонса как бы смягчали ту неограниченную власть, которой он был наделен. Ведь от начальника Карантинного контроля зависело впустить или не впустить человека в заповедную зону Осмилонии. Лишь он, Андрей Янин, наделенный полномочиями инспектора Комиссии, мог беспрепятственно пересекать любые границы.

Быстрым шагом роботы прошли по глинистой дороге мимо котлованов с раскопанными зданиями. Внезапно Ахилл, с Джонсом на руках, остановился перед песчаным склоном.

- Когда-то здесь было озеро, - сказал Джонс. - Причём, и в наши дни, после таяния снегов и дождей, эта котловина заполняется водой. В прошлом году нам с Шарлем удалось здесь даже искупаться...

- Значит, когда-то храм стоял на берегу озера?

- Совершенно верно... Причём, не исключено, что его шпиль служил маяком...


Храм располагался в глубоком котловане, метрах в ста от бывшего берега озера. Сверху это сооружение напоминало гигантскую черепаху с высокой иглой-башней в центре панциря. По бокам круглого купола возвышались три башенки пониже, а на фронтоне зиял арочный вход.

Когда роботы осторожно спустились вниз по осыпающимся склонам котлована, Янин смог оценить подлинные размеры храма. Панцирное перекрытие начиналось метрах в пятнадцати от стилобата, украшенного барельефом, изображающим шествие в Звездную Рощу. Этот фриз невольно вызывал ассоциации с походом осмилоков на праздник Киаланы, и Янин поделился своей догадкой с Джонсом.

- Признаться, мне тоже кажется, что наш паломничество на Киалану совершается в честь какого-то полузабытого ритула, - согласился Джонс. - Причём, обратите внимание на то, что происходит в финале этого шествия. К сожалению, изображение частично кем-то уничтожено, но кое-что разглядеть можно.

Янин пошел за Джонсом вдоль огромного барельефа. Колонна предков осмилоков, изображенных на барельефе, шла в том же порядке, что и современные паломники. Впереди и в конце колонны - мужчины, в центре - женщины. Авангард колонны углублялся в рощу торпедообразных растений, стоящих в центре круглых чаш. Над рощей были изображены крупные стилизованные звезды.

- Этот храм Ренгтон обнаружил при первом обследовании Ливы, - рассказывал Джонс. - Причём, тогда все сооружение было засыпано слоем песка, а на поверхности оставался лишь шпиль. По утверждению Михаила Зайцева, этот шпиль нес когда-то функцию минарета восточной мечети. Причём, именно Зайцев лет пять назад раскопал верхний ярус фриза и обнаружил эти стилизованные звезды. Два года спустя, во время работы археологической экспедиции Сагаруса, был расчищен нижний ярус барельефа, вызвавший столько споров в среде учёных. К сожалению, конец фриза с изображением финала шествия уничтожен. Видимо, кто-то хотел навсегда стереть память о цели похода...

- Эти растения растут только в Осмилонии? - Янин кивнул в сторону барельефа.

- Совершенно верно... Причём, они и здесь растут лишь в двух районах. Мелкие экземпляры встречаются недалеко от места, где вы оставили свой сольдер, а более крупные - как раз там, куда мы сейчас направляемся. Шарль предполагает, что Звездная Роща располагается именно там... Два года назад исследованием мелких экземпляров осмий из района пещер занялись биологи из Летсаля. Результаты были поразительными: эти растения генерируют мощные электрические заряды и несколько человек едва не погибли.

- Значит, более крупные растения из Звездной Рощи тщательно еще не изучались?

- Их вообще никак не изучали! - Джонс раздосадовано махнул рукой. - Что может дать аэросъемка! Причём, именно в тех районах и водятся стаи одичавших локов. А осмилоки, считающие район Звездной Рощи священным, категорически возражали против нашего вторжения туда. Можете представить, сколько сил затратил Шарль, чтобы добиться, разрешения присутствовать на празднике Киаланы?! Фактически, все эти годы он потратил на то, чтобы завоевать доверие осмилоков...

Когда осмотр барельефа был завершен, Джонс вместо того, чтобы идти к входу в храм, направился к поджидавшим их роботам.

- А внутрь мы разве не пойдем? - удивился Янин.

- Там нечего смотреть. Совершенно пустые помещения и голые стены. Кто-то задолго до нас, увы, "изучил" этот храм, как, впрочем, и многие другие сооружения Ливы...


Колонну Янин и Джонс догнали чуть позже полудня. В первое мгновенье Янин удивился многочисленности отряда землян, замыкавших шествие, но вскоре понял, что более половины отряда составляют роботы. Узнать их было легко, все они были тяжело нагружены, а люди шли налегке.

Не успел Джонс спрыгнуть с могучих рук Ахилла, как к нему подбежал млеющий от чувств Лео. Уж он и тёрся о ноги грозного начальника карантинного контроля, и мурлыкал биотрактором, и тёрся пушистой вылизанной шерстью.

- Соскучился, негодник, - приговаривал Джонс, ласково поглаживая изнывающего от любви кота. - А я тебе вот что принёс... - с этими словами Джонс вытащил из кармана слегка увядший цветок с характерным запахом валерьянки.

Что тут произошло с котом, совершенно невозможно описать!.. Нежно прижав к лохматой груди резко пахнущий цветок, кот завалился на спину и блаженно зажмурился от удовольствия. Задние лапы его при этом подрагивали, что, видимо, являлось признаком вершины кошачьего счастья.

- Андрей! - услышал Янин знакомый голос, когда сойдя с рук Добрыни, направился к Леруа.

- Юна?! - Янин с трудом узнал в худощавом мальчишке, облаченном в термокостюм и маску с биофильтрами, своего первого аруанского гида.

- Она самая! - Юна сняла маску со шлемом. - Я бы не хотела, чтобы между нами оставались недомолвки. Тут у меня без вас состоялся разговор с Шарлем... Так вот... Вы должны знать, что встретила я вас на космодроме по собственной инициативе. Он меня не просил об этом... Шарлю и без вас сейчас нелегко. Я боялась, что вы... Я даже не знаю, как сказать... ну... более плохой что ли...

- Разведка боем?.. - Янин снисходительно покачал головой. - Это я давно понял.

- Вообще-то я довольно ревнив и, видимо, никогда не смогу принять царящий здесь матриархат, - вмешался в разговор Джонс. - Но на такое дело я благоверную отпустил... Причём, молча...

- Мой Отелло! - Юна чмокнула Джонса в лоб. - Где это вы так задержались?

- Это по моей вине, - пришел Янин на выручку Джонсу.- Я попросил свернуть к храму Звездной Рощи...

- Ну, и как он тебе? - нахмурившись, спросил подошедший Леруа.

- Очень интересно, жаль, мало времени было... Кстати, что ты думаешь о растениях, изображенных там?

- Мне кажется, они тоже были выведены предками осмилоков специально...

- Но зачем? - Янин поднял брови.

- Надеюсь, завтра узнаем и об этом... - тон, каким Леруа произнес эти слова, показался Янину излишне многозначительным...


К вечеру пятого аруанского дня поход был завершен. Большую часть пути Янин преодолел, покоясь на могучих руках Добрыни. В философских беседах с Джонсом и спорах с Леруа время пролетело незаметно. Янин даже немного удивился, когда поход был завершён.

Перед сном отряд землян собрался у костра на короткое совещание.

В небе ярко пылали звезды незнакомых созвездий, легкий ветерок приносил из зарослей неземные ароматы. Крики ночных животных невольно настораживали, и только размеренные шаги роботов, несущих дозор вокруг лагеря, успокаивали нервы, взвинченные непривычной обстановкой и ожиданием предстоящих событий.

Далеко внизу, в долине, горели костры осмилоков. Порывы ветра доносили оттуда их гортанные песни.

- Никак не могу привыкнуть к их выносливости, - сказал Джонс, сидящий между Юной и Яниным. - После такого перехода у них еще хватает сил на все это!

- Ритуал требует, - глубокомысленно заметил Лео, лежавший у ног начальника карантинного контроля.

- А нам к ним можно? - спросил Янин.

- Ула скажет, когда можно будет, - сухо ответил Леруа.- А пока обсудим тактику нашего поведения здесь.

Все, почему-то, обернулись к Джонсу.

- Нас здесь шесть человек, - Джонс внимательно оглядел присутствующих. - Всего шесть. И еще десяток роботов. Причём, осмилоков более двадцати тысяч. Мы, естественно, будем держаться возле племени, с которым пришли сюда. В лагере должны оставаться не менее двух человек и четырех роботов, для охраны. В первую группу войдут Берг и Юна, во вторую - я и Шарль. Дежурными по лагерю останутся инспектор Янин и биолог-стажер Антонио Санти.

- Ну вот, так я и знал... - начал было стажер, но Джонс так взглянул на него, что юный итальянец замолк.

- Как начальник карантинного контроля, я разрешаю покидать лагерь лишь в случае угрозы для жизни, - продолжил Джонс. - Причём, один из роботов в каждой группе будет вести телепередачу в лагерь. Оставшиеся смогут наблюдать за всем происходящим и координировать действия групп. После инспектора и стажера дежурить буду я с Шарлем, затем Берг и Юна. Члены групп постоянно должны быть вместе. Причём, при каждом будет находиться робот-телохранитель. Дополнительные указания получите в зависимости от обстановки...

Янин впервые видел Джонса таким собранным и серьезным.

- Причём, при малейшем отклонении от инструкций, - взглянув на стажёра, добавил Джонс, - нарушитель дисциплины будет отправлен в пункт карантинного контроля в сопровождении двух роботов. Я не буду распространяться о том, насколько это усложнит работу оставшимся...

- Несколько слов о том, что мне известно об этом празднике, - сказал Леруа. - Ритуальные пляски продлятся почти до утра, а потом, после короткого отдыха, мужчины отправятся на ловлю диких локов...

- Сюда идут аборигены! - прервал Леруа дозорный робот.

Все вскочили со своих мест, напряженно всматриваясь в темноту. По склону поднимались три осмилока с факелами.

- Это Ула и ее братья, - успокоил всех Леруа. - Надеюсь, пора отправляться на праздник...


Облик Улы и ее братьев поразил не только Янина, но и остальных участников экспедиции, вроде бы привыкших к внешности аруанцев. Набедренные повязки, сплетенные из листьев и украшенные самоцветами, составляли весь их наряд. Лишь грудь Улы прикрывали бусы из окаменевших светящихся цветов. Волосы ее были собраны в тугой жгут, перехваченный на затылке алой лентой, усыпанной крохотными жемчужинами.

- Ах, какая женщина! - восхищённо пробормотал кот и, в который уже раз, поднёс к носу заветный цветок.

- Замолкни, наркоша, - цыкнул на него Джонс. - Причём, замолкни на весь сегодняшний вечер, так как нам предстоят очень серьёзные дела. Причём, выкинь ты, наконец, этот суррогат кайфа!

- Художника всякий обидеть может!.. - пробормотал Лео бессмертную фразу великого комбинатора и быстро спрятал за спину источник своего нестандартного поведения.

- Ты, что не понял меня?! - голос Джонса зазвенел металлом.

Лео как бы мгновенно протрезвел, но цветок отбросил всё-таки с некоторым сожалением.

- Приветствуем вас в святилище осмилоков! - торжественно произнесла приблизившаяся к землянам аруанка и склонилась в выразительном ритуальном поклоне. - От имени совета старейшин приглашаю вас принять участие в нашем празднике!

- Благодарим за приглашение, - сказал Леруа. - Сколько человек могут идти?

- Сколько сочтете нужным...

- Инструкции уже вступили в силу? - негромко спросил Леруа, наклонившись к Джонсу. - Я хотел бы взять с собой Янина... Думаю, в ритуалах он разбирается лучше, чем Санти и Томас...

- Согласен... - Джонс взглянул на поникшего стажёра и добавил. - Причём, уверен, что дежурный по лагерю увидит на экранах ничуть не меньше нас...


ГЛАВА ТРЕТЬЯ. КОСТРЫ И ЗВЁЗДЫ.


Ночной праздник был в разгаре, когда земляне явились на него. Окруженные бдительными роботами, они стояли отдельной группой и вполголоса обменивались впечатлениями. Вдали, почти у самого горизонта, неярко светился лес, за которым раскинулась загадочная Звездная Роща. Вся степь была усеяна кострами, расположенными кольцами, внутри которых разместились родовые общины. Группы колец разных племен были удалены на довольно значительное расстояние друг от друга.

Самым, интересным было то, что кольца эти создавали гигантский схематический рисунок человека, разобрать который можно было лишь с орбиты.

- По-моему, сами осмилоки не догадываются о том, что они создали своими кострами, - едва слышно сказал Берг, глядя на крохотный экран видеофона, на котором был четко виден рисунок костров, транслируемый с искусственного спутника Аруаны. - Вы только посмотрите, что они сотворили!..

- Получается: в свое время они и в космос летали? - проговорил Леруа.

- По-моему, ты и раньше об этом догадывался, - заметил Янин.

- Лично у меня давно уже не оставалось сомнений в том, что когда-то на Аруане существовала технологическая цивилизация, - заметил Джонс. - Причём, тот факт, что археологи не находят обломков машин, ни о чем ещё не говорит. Не исключено, что древние аруанцы уничтожили все следы того периода своей истории. Причём, это согласуется с тем, что осмилоки не переносят наши аппараты. Видимо, они подсознательно боятся возрождения технологической цивилизации...

- И чем же можно объяснить эту боязнь машин? - спросила Юна, продолжая наблюдать за танцующими осмилоками.

- Вероятнее всего, технологии древних аруанцев нарушили равновесие в природе. Видимо, именно поэтому предки осмилоков отважились на столь варварские медицинские эксперименты. Причём, не исключено, что проблема была в самом выживании аруанцев, как биологического вида...

- Тише! За нами наблюдают! - вполголоса предупредил Леруа. - По-моему, мы начинаем раздражать хозяев своим невниманием к их священным танцам.

- Смотрите! - воскликнул Берг, все еще наблюдавший на экране видеофона вид празднества с орбиты спутника. - Изображение человека, оказывается, трансформируется в нечто иное! Перестройка костров началась восточнее, но вскоре дойдет и до нас...

- Какова же должна быть скорость перемещения костров, чтобы заметить это из космоса?! - пробормотал Янин, убедившись, что огненный рисунок и впрямь меняется.

- Возможно, часть костров гасят по заранее известной схеме, а часть зажигают вновь? - предположил Джонс.

- Но для чего? - удивилась Юна. - Это же просто абсурд!

- И до нас дошла очередь, - спокойно сказал Леруа. - Взгляните вон туда, на восток...

Вся степь, усыпанная до самого горизонта кострами, пришла в движение. В результате затухания части костров кольца начали распадаться. Однако в других местах начали загораться новые костры, и теперь огни перестраивались в совершенно иные узоры. С восточных склонов гигантской котловины донеслась далекая барабанная дробь...

- А ведь это, оказывается, похоже на Осмию! - воскликнул Берг, продолжавший наблюдение за трансляцией из космоса.

Янин взглянул на экран видеофона и убедился, что крохотные светящиеся точки теперь изображают растение, которое он видел на фризе Храма Звездной Рощи. Более того, осмии, выбитые на фризе и их огненные изображения, видимые лишь из космоса, были выполнены как бы рукой одного художника, столь похоже они были стилизованы.

Между тем, когда барабанная дробь заполнила все пространство вокруг, в движение пришли костры и к западу от землян.

- Через несколько минут изображение будет перекрыто облаками, приближающимися с запада! - предупредил Леруа. - А эта огненная феерия, похоже, только начинается...

- Надо срочно связаться с Диспетчерской и вызвать сюда сольдер связи! - Берг умоляюще смотрел то на Леруа, то на Джонса.

- Не успеют, - тихо сказал Джонс. - Причём, даже с баллистическим сольдером!

- Неужели ничего нельзя сделать?! - воскликнула Юна. - Ведь мы являемся свидетелями чего-то уникального, что происходит далеко не каждый год! Иначе это... - Юна не могла подобрать нужных слов. - Короче, это "действо для космоса" заметили бы раньше!

- Логично, - сухо заметил Леруа. - Но даже, если по нашей просьбе запустят орбитальный зонд, с орбиты ничего не будет видно...

- А может быть, в инфракрасных лучах?! - предложил Джонс. - Костры излучают достаточно тепла, чтобы заметить их сквозь облачный слой!

- Установка электронного преобразователя потребует времени, - возразил Леруа. - Надеюсь, мы не повторим подобной оплошности...

- Пожалуй, и впрямь поздновато спохватились, - согласился Джонс и вздохнул. - Причём, это я во всем виноват!..

- Всего никто не мог предусмотреть, - попробовал успокоить его Леруа.

- Ладно, не надо ля-ля... - Джонс нахлобучил пониже на лоб свою ковбойскую шляпу. - Причём, на завтра я вызову, на всякий случай, и сольдер с мимикрией, и зонд...

Через несколько минут все небо заволокло тучами, но осмилоки, как ни в чем не бывало, продолжали выстраивать из костров все новые и новые узоры.

- Неужели их предки и впрямь летали в космос?! - изумлялась Юна, наблюдая за этим совершенно теперь бесполезным занятием.

- Почему летали? - спросил вдруг Леруа. - Может быть, они и сейчас...

- Что ты этим хочешь сказать? - насторожился Джонс.

- Ничего... - Леруа отключил видеофон и объявил: - Возвращаемся. Двоих роботов оставляем здесь для наблюдений. Пришли нам еще одного, для сопровождения. В дозоре его пусть заменит Санти...


ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ. БОЛЬШАЯ ОХОТА.


Всю ночь Янина мучила бессонница. В темноте перед глазами всплывали видения болот и пустынь Аруаны, а время от времени он словно наяву видел то прекрасное лицо Улы, то полуразрушенный фриз храма Звездной Рощи. Но чаще всего ему виделся Леруа. Иногда Янину казалось, что он уже спит и видит друга во сне. Но мысли и воспоминания были слишком ясными, конкретными и в них не было и намёка на иррациональность, обычно свойственную снам.

Он вспоминал о том, как десять лет назад он, дипломник Академии Биологии, прилетел на Марс, для выяснения отношений с Олей. Именно тогда он понял, что Оля любит Шарля, который в то время проходил преддипломную практику на Марсе. Еще через год Шарль улетел на Геону, где помогал Боргу создавать универсальную иммунную сыворотку. Шарлю в то время шел всего двадцать пятый год, но с его мнением уже считались.

Завидовал ли Андрей Шарлю? Нет, пожалуй. Он знал, что в выбранной им области биологии открытия возможны лишь после многолетней обработки данных и у него еще все впереди.

А потом была интереснейшая работа в системе Эпсилон Эридана и первый опыт изучения инопланетной цивилизации.

После возвращения на Землю Андрей узнал, что Оля погибла во время пылевой бури на Марсе. На Земле, после долгого перерыва он встретился с Шарлем. Вместе они летали на Марс, в Хриза Планития, где посетили комплекс Реквием, в одной из ниш которого покоился прах Оли.

Именно тогда Шарль принял решение переселиться на Аруану.

В последний раз Янин встретился с Шарлем девять лет назад, когда Леруа, уже довольно известный к тому времени иммунолог привозил на Землю отчет о своих исследованиях на Аруане. Именно тогда впервые выявились разногласия между ними.

Вскоре после той встречи Андрей отправился в систему ЕНС-126, где вместе с Россом и Ли занимался исследованием симбиозных гуманоидов. После возвращения на Землю, когда Янину было поручено заняться изучением обстановки на Аруане, он еще раз убедился сколь различны, у него и Шарля, взгляды на события, происходящие здесь...

... Капли дождя монотонно барабанили по палатке, но сон не шел. Янин вновь и вновь вспоминал события прошедшего вечера и пытался предугадать, что же произойдет завтра. В конце - концов, он вышел из палатки под мелкий моросящий дождь. Яркий луч света на мгновение ослепил его. Это дозорный робот устанавливал его личность.

- Не спится? - раздался голос Шарля.

Обернувшись, Янин увидел его темный силуэт на фоне туч, подсвеченных кострами осмилоков.

- Олю вспомнил, - сказал Янин. - Марс, Хриза Планития...

Леруа молчал, но Янин явственно слышал, как участилось его дыхание.

- Надо спать, - сказал, наконец, Шарль. - Завтра будет трудный день...


... Проснулся Янин от шума. Некоторое время он прислушивался к далеким, неясным звукам. Он слышал то шум листвы, то завывание ветра, затем - какие-то крики, стоны и топот тысяч ног. Наконец, он понял, что где-то поблизости настраивается саунд-сумматор, дистанционный приемник звуков.

Выйдя из палатки, инспектор зажмурился от яркого света изумрудного солнца. Небо к утру очистилось от облаков, и погода была просто праздничная.

Недалеко от палатки Санти возился с саунд-сумматором, направляя чувствительные микрофоны в сторону одного из племен осмилоков. Лео суетился рядом, не столько помогая, сколько мешая стажёру.

Лагерь землян был разбит на вершине холма, и окружающая местность просматривалась отсюда отлично. Рядом с Санти стоял Леруа и наблюдал в стереоскоп за перемещениями в кочевьях осмилоков. Берг подтаскивал к палатке, неведомо откуда появившийся, большой экран стереовизора.

- Можно его поставить прямо здесь! - сказал вышедший из-за соседней палатки Джонс. - Метеорологи предсказывают хорошую погоду, и наблюдения можно будет вести прямо на открытом воздухе.

- Между прочим, вчера синоптики весьма подкачали, - заметил киберкот, обретший с утра право голоса. - Я бы не очень доверял их прогнозам...

- Тьфу, на тебя, - Джонс с укором посмотрел на кота. - Ещё сглазишь!.. Пожалуй, придётся тебя оставить в лагере. Причём, хоть ты и не чёрный кот, а от греха лучше тебе быть подальше от места основных событий.

- Причём, и здесь постарайся помалкивать, - приказал коту Санти. - Договорились?

- Вот так вот всегда, - посетовал кот. - Как тебя спасать, так Леонардо - вперёд, а как ценное, между прочим, мнение, так помалкивай!..

В это время к экрану, подошла Юна с двумя роботами.

- Готово, - сказала она. - Можно подсоединять.

Тут только Янин заметил в руках у роботов телескопические объективы большого диаметра, направленные в одну и ту же точку пространства.

- Включаю обзор! - объявил Джонс, и туг же на экране появилась часть окружающего пейзажа, видимая словно в бинокль с большой разрешающей способностью.

- Резкость! - приказал Джонс роботам. - Причём, панораму потихоньку вправо.

Изображение на экране прояснилось, вздрогнуло и поползло влево.

- Стоп! - закричал Джонс, когда в кадре появилась колонна осмилоков, медленно бредущих вперед. - Дать максимальное увеличение!..

Панорамирование закончилось и колонна осмилоков на экране приблизилась еще больше. Теперь изображение было зыбким и колеблющимся из-за преломления лучей света в восходящих потоках воздуха, нагревшегося от почвы. При столь большом увеличении это преломление стало довольно ощутимым.

- Да... Это действительно локи, - сказал Леруа, подойдя к стереовизору - Стадные локи, пригнанные сюда из Крирских степей...

Все собрались у экрана.

- Их же здесь тысячи! - воскликнула Юна. - Неужели все они будут уничтожены?!

- Вряд ли... - успокоил ее Джонс и, обернувшись к Янину, пояснил. - Один стадный лок может служить донором крови для нескольких осмилоков. Поэтому они относятся к ним достаточно бережно... Но, увы, видимо, не менее половины этих... существ все-таки погибнут.

- Человеческие жертвоприношения практиковались в древности и на Земле, - сказал вдруг Берг. - Тогда убийство рабов на алтарях и в побоищах гладиаторов было совершенно бессмысленным... А здесь локи, погибая, все-таки спасают жизнь своим... старшим собратьям!

- Точнее продлевают ее, - заметил Янин. - И мне кажется, называть их собратьями просто кощунственно. Старшие братья так не поступают с младшими, если они действительно считают их братьями...

- Совершенно верно, - миролюбиво согласился Берг. - Но вы постоянно забываете, что локи - не рабы!.. Это просто животные, внешне похожие на людей!.. Мы ведь до сих пор убиваем животных для собственного насыщения и при этом угрызения совести нас не мучают!

- Когда-то точно так же рассуждали сотрудники концлагерей... Они просто не считали своих "подопечных" людьми. Так им было удобнее справляться с угрызениями совести. Вы уверены, что локи - неразумны? - Янин пристально взглянул на Берга.

- Абсолютно уверен! - Берга нисколько не смутил взгляд инспектора. - Мне не раз доводилось наблюдать локов вблизи... Никаких признаков разумности! Даже нормальные животные инстинкты у них, оказывается, заторможены...

Янин заметил, как при этих словах Берга Леруа метнул в его сторону беспокойный взгляд.

- Да вы сами взгляните на них! - продолжал Берг. - Разве могут разумные существа так вести себя?!

Янин внимательнее всмотрелся в экран стереовизора.

Локи шли плотной массой, тупо глядя вперед. Даже стадо коров или овец показалось бы состоящим из более разумных животных, чем эти существа, внешне действительно совершенно не отличающиеся от людей. Чем дольше Янин всматривался в это жуткое зрелище, тем больше убеждался в ненормальности происходящего. В отличие от осмилоков, локи вовсе не были образцами физического совершенства, и гармонии. Роста они были примерно такого же, что и осмилоки, но выглядели просто уродами. Их жирные, обрюзгшие тела вызывали чувство отвращения. Атрофированные руки и ноги казались особенно тонкими рядом с огромными отвисшими животами. Зрелище было просто омерзительным: стадо локов напоминало стаю тошнотворных мутантов, сбежавших из зловещего паноптикума.

- Они откармливают их, как свиней, - прошептал Джонс. - Причём, свиньи не вызывают такой брезгливости!..

- С позиций медицины, их облик вполне объясним. - тоном лектора сказала Юна. - Малоподвижный образ жизни, отсутствие необходимости заботиться о пище, защищенность от врагов... Подобный внешний вид при таких условиях содержания естественен...

- Особенно, если это образ жизни с самого раннего детства, - со странной интонацией поддержал Юну Леруа. - Кто угодно превратился бы в животное... Особенно, если имеются желающие сделать это... И совершенно не важно, каким образом они добиваются этого: подмешиванием ли в пищу зелья, притупляющего интеллект, или просто воспитанием...

Янин удивленно взглянул на Шарля. Только теперь он по настоящему осознал, как мучается его друг, сколько сомнений его одолевает.

- Нет, они не могут быть разумными!.. - прошептала Юна. - Разумное существо не может дойти до такого скотского состояния... Мне их даже не жалко!..

- Разумное существо воспитывается обществом, но если с детства преследуется цель воспитать существо неразумным, то эта цель вполне может быть достигнута, - тихо, словно самому себе, сказал Леруа.

Все подавленно молчали, не зная, как помочь своему руководителю одолеть сомнения и обрести былую уверенность.

- Вот ты и ответил на вопрос, мучивший тебя, - сказал вдруг Янин. - Разумность - как фактор воспитания... Конечно, нельзя воспитанием сделать разумной, скажем, кошку... Но обратный эффект, увы, достижим... Вспомните "Эффект Маугли"... В действительности человеческие детеныши, не получавшие нормального человеческого воспитания, не были похожи на разумных существ. Они так и не привыкли к одежде, прямохождению, а главное - они существенно уступали в интеллекте своим нормальным сверстникам... Собственно говоря, их, вообще, вряд ли можно было называть разумными существами!..

- Введением определенных веществ в организм можно достичь потери разума, - задумчиво проговорил Леруа. - Я не имею в виду этих локов, видимо, с самого рождения подвергавшихся специальной обработке. Они действительно неразумны. Но есть еще дикие локи...

Янин старался не смотреть на Леруа. Он знал, что никто не смог бы наказать его так, как он сам себя сейчас наказывает своими мучительными сомнениями?

Почему он раньше не понимал этого, думал Янин. Ведь все так очевидно! Неужели стремление к цели настолько заслонило остальное?! Ведь именно следование принципу "цель оправдывает средства" завело эту цветущую некогда цивилизацию в тупик и отбросило назад на многие тысячелетия!"

Янин смотрел на бредущих локов и множество противоречивых мыслей заполонило его мозг. Он вдруг ясно понял, что именно было причиной деградации цивилизации осмилоков...

- Панорамируй правее, - попросил Леруа Джонса. - Там что-то началось... И когда, наконец, будет готов саунд-сумматор?!

- Он давно готов, - с обидой сказал Санти. - Но никто не просил меня его включать...

Леруа метнул в сторону Санти сердитый взгляд, но ничего не сказал, хотя всем было ясно, что сказать он хотел что-то очень резкое.

- Надеюсь, ты согласен, что любое изображение лучше смотрится со звуковым сопровождением?.. - миролюбиво сказал Джонс.

Санти торопливо включил саунд-сумматор.

Из динамиков послышался топот тысяч ног. Ни стонов, ни криков. Только тяжелое прерывистое дыхание и топот. Самое страшное заключалось в том, что локов никто не охранял и не подгонял... Не было слышно ни окриков, ни звуков хлыста. Они сами шли на бойню, словно стадо баранов, ведомое опытными пастухами.

- Чуть правее, - скомандовал роботам Джонс. Роботы послушно повели телеобъективами вправо и воздух огласился громкими криками, заглушаемыми барабанной дробью.

На экранах появились осмилоки с сетями в руках. Они шли в несколько шеренг. Впереди них шли барабанщики, загонщики с трещотками и копьеносцы.

- Это не охота, а облава, - тихо проговорил Леруа. - Придется подойти поближе.

- Дежурными по лагерю назначаются Янин и Санти!- объявил Джонс. - Остальным - следовать за мной! Причём, взять карабины с анестезирующими патронами!

- Отставить! - Янин сам удивился громкости своего голоса. - Как уполномоченный Комиссии я запрещаю Леруа покидать лагерь! Вместо него пойдет Санти...

Все изумленно смотрели на Янина, но он, словно не замечая устремленных на него взглядов, продолжал наблюдать за происходящим на экране стереовизора.

- Андрей... Я лучше всех знаю обычаи осмилоков и сумею уладить конфликт, в случае чего. - Леруа говорил тоном человека, убежденного, что ему не откажут в просьбе.

- Джонс не уступает тебе в этом... К тому же, как начальник карантинной службы, именно он несет ответственность за исход всей экспедиции и, следовательно, будет более осмотрителен, чем ты.

- Послушайте, инспектор, - попытался возразить Джонс. - Шарль пользуется среди осмилоков огромным уважением... Причём, Ула слушает только его!.. - Джонс так смотрел на Янина, что представитель Комиссии едва не сдался.

- Не могу, - сказал Янин, - Шарль сейчас неуравновешен. Вы должны были первым заметить это. Впрочем, я и вам не советую увлекаться. Не стоит слишком приближаться к осмилокам и контактировать с ними.

- Карабины все взяли? - спросил Джонс, оборачиваясь к товарищам. Он был задет за живое и с трудом сдерживал себя, так как отвык от того, чтобы кто-то указывал ему, как поступать.

- Все! - бодро отозвался Санти. Чувствовалось, что только ему пришлось по душе неожиданное решение инспектора.

- Предчувствие у меня нехорошее, - пробормотал Джонс. - Причём, давно... Что-то мы не так делаем. Не в том направлении копаем. Хотя, кто его знает... Короче, вы здесь тоже не очень-то расслабляйтесь. Мало ли чего...

- Ну, ладно-ладно... Желаю успеха... - Леруа, скривив рот в подобии улыбки, хлопнул Джонса по плечу и, не оборачиваясь, зашагал к палаткам...

- А как же я?! - напомнил о себе кот.

- А ты, брат, будешь оберегать оставшихся, - Санти погладил кота и отправился вслед за остальными. На Киалану...


ГЛАВА ПЯТАЯ. ЦЕЛЬ И СРЕДСТВА.


Янин вошел в центральную палатку, и некоторое время молча смотрел на Леруа, погруженого в себя.

- Кончай дуться... - примирительно сказал инспектор. - Помоги лучше разобраться с вашей чертовой техникой.

- Что? - Леруа отрешенно взглянул на Янина.

- Саунд-сумматор, по моему, барахлит... и этот... визор. Я не знаю, как с ними обращаться. Ни черта не видно и не слышно...

Леруа тяжело поднялся со своего места и вышел из палатки.

- Ахилл, Геркулес, в чем дело? - строго спросил он.

- Осмилоки ушли за линию горизонта, - равнодушно сообщил Ахилл.

- Соединись с Али-бабой и подключи картинку, которую он видит.

На экране замаячили спины Джонса, Юны и сопровождавших их роботов. Отряд пробирался сквозь невысокий колючий кустарник и роботам приходилось расчищать путь короткими острыми мачете.

- Как дела? - спросил Леруа, включив связь. - До локов далеко?

- Минут через двадцать Али-баба покажет вам преследуемых... - отозвался Джонс. - А вы их видите?

- Нет... Они уже вышли из зоны прямой видимости... - А локи из Крирских степей? Как они там?

- Минутку! Сейчас взгляну... - Леруа некоторое время смотрел в стереоскоп. - Кормятся... - сказал он, наконец. - Насыщают свои утробы дарами местной флоры.

- Сколько у тебя сейчас роботов в дозоре?

- Двое...

- Присоедини к ним Геркулеса... Дикие локи могут, напасть на лагерь... И припаси, на всякий случай, карабины!

- Я их еще утром припас...

- Ну, тогда раздай их роботам... И инспектору - тоже...

- Ладно, не беспокойся за нас! Лучше сам будь готов!..

- Хорошо. Заканчиваю... - Джонс на экране стереовизора обернулся и помахал рукой.

- Отключи звук с нашей стороны, - попросил Янин. - Поговорим, пока мы одни...

Леруа внимательно посмотрел на Янина и отключил звук.

- И настал час исповеди, - сказал он, насмешливо глядя на Янина. - В чем же мне еще исповедаться?

- Сейчас исповедоваться буду я, - спокойно сказал Янин. - А ты постарайся не перебивать... Я еще вчера понял, что мучает тебя...

- И мудрость его была всеобъемлющей... - с тоской в голосе продекламировал Леруа.

- Не надо... - Янин поморщился, словно от зубной боли. - Я хочу помочь... И тебе, и себе... Всем нам надо разобраться... Ситуация оказалась сложнее, чем можно было предположить, поэтому многое сейчас здесь простительно...

- Ты нанялся в утешители?

- Я понял причину твоей... растерянности, - продолжал Янин, не обращая внимания на тон Леруа. - С некоторых пор в тебе зародилась уверенность в том, что локи разумны. Ты не мог себе простить, что такая очевиднейшая мысль не приходила тебе в голову раньше...

- Ошибаешься, приходила... И не раз...

- Не перебивай! Ты сам сегодня сказал, что биологических различий между локами и осмилоками нет, и что в животное состояние локи, в принципе, могут вводиться при помощи снадобий... Из всего этого вытекает мысль, жестко засевшая в тебе: "при оперировании Юны, Джонса и Улы я угробил разумных существ"...

- Ты так думаешь?

- Это ты так думаешь... Но по аруанским понятиям - локи не являются разумными существами... И эти понятия близки к истине: вряд ли и мы можем назвать разумным существо, которое по множеству признаков им не является... - Янин помолчал и добавил: - Короче, этот запутанный вопрос может решить лишь общество, в целом. Нам, одним, это не по силам... Как, кстати, не по силам тебе одному определить степень своей вины...

- Ты случайно не переквалифицировался в адвокаты? - поинтересовался Леруа. - Отличная защитная речь...

Янин внимательно посмотрел на Шарля и с удовлетворением констатировал, что доводы его всё-таки оказали должное воздействие: сквозь броню иронии был заметен интерес собеседника к его словам.

- Ладно... Продолжай, - неожиданно смутившись, проговорил Леруа. - Что ты меня разглядываешь... как невесту?

- Понимаешь, потерпела крах твоя теория вседозволенности! Лозунг о том, что цель оправдывает средства, потерял в твоих глазах ореол привлекательности. Раньше ты не видел такого количества локов. И количество перешло в качество: ты задумался о том, какими средствами здесь добывается долголетие.

- Спасибо... Америку открыл... Думаешь, я не соображал, что делал?!

- В своем самобичевании ты прав лишь отчасти, - продолжал Янин. - Твоя увлеченность, не своекорыстная, а на благо всех людей, во многом, оправдывает тебя... Ты прекрасно понимал, что Комиссия запретила бы эксперименты над локами, пока эти существа не были всесторонне изучены. Но ведь десятки тысяч локов уничтожаются здесь ежегодно их же собратьями! А ты спасал жизнь людям! Короче, оправдывающих тебя факторов - множество. И осуждать тебя здесь, по чисто земным нормам действительно нельзя...

- Ладно, хватит. Я знаю все, что ты хочешь мне сказать, но ты не откровенен со мной. И не надо меня успокаивать - не маленький. И за то спасибо, что не пустил меня. Я действительно мог натворить там дел...

- Ты талантливый ученый, в тебя верят твои последователи и соратники... Ты должен взять себя в руки...

- Я же просил: хватит об этом!..

- Хорошо... - Янин взглянул на экран и, убедившись, что отряд по-прежнему шумно продирается сквозь кустарник, убавил звук стереовизора. - Поговорим об осмилоках... Точнее - об их далеких предках.

- Надоело мне... - вздохнул Леруа. - Устал я от всего этого!..

- Тебе давно пора отдохнуть. Я не знаю, куда смотрел Джонс. Внешне ты выглядишь неплохо, но, сколько можно так изматывать себя?! И Юна, и все остальные, включая даже Джонса, заражены твоей увлеченностью и не могут объективно оценить подлинное положение дел. Тут нужен был взгляд со стороны. Именно поэтому Комиссия практикует визиты, подобные моему. Пусть я не столь осведомлен в деталях, но главное мне, кажется, схватить удалось. Подчас вы тут, за деревьями не видите леса. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я... Но я опять вынужден вернуться к вопросу о целях и средствах...

- Ты имеешь в виду долголетие, как цель, и локов, как средство достижения этой цели?

- Не только... Видимо, после того, как машинный этап развития привел цивилизацию аруанцев, в тупик, выход был найден в развитии биологии, которая позволила снабжать население всем необходимым без машин. В свою очередь, достижения биологии и медицины позволили усовершенствовать организмы аруанцев и продлить их жизнь...

- И машинная цивилизация в относительно короткий срок превратилась, в какой-то степени, в биологическую... - обобщил Леруа все сказанное Яниным. - Увы, и для этой цивилизации окружающая среда, по-прежнему, являлась поставщиком сырья для комфортного проживания. То есть аруанцы относились к окружающему миру чисто потребительски. Они не дошли до осознания того, что Вселенная, в целом, является своего рода сложнейшим живым организмом...

- Таким образом, успехи биологии, вызвали ломку многих незыблемых прежде понятий, - продолжил мысль друга Янин. - В результате поспешной перестройки общества, цивилизация аруанцев начала деградировать. Ведь резкая смена курса не проходит безболезненно. И именно тогда, наверное, был найден путь к еще большему долголетию, при помощи трансплантации органов. При высоком уровне развития науки превращать часть разумных существ в неразумных доноров не составило труда. А когда первый шаг на пути нравственного падения был сделан, он, с неизбежностью, повлек за собой следующие шаги, отбросившие общество осмилоков в нынешнее состояние...

- Значит, все беды здесь проистекают из того, что они не успели выработать этических критериев, соответствующих новому качеству их цивилизации? - спросил Леруа.

- Именно! В процессе перестройки индивидуума и социума они не выработали новых нравственных норм, - подытожил Янин. - Вопрос в том, каким было общество, развившее промышленность до столь абсурдных форм? Ведь это общество едва не погубило все живое на планете! Либо это было общество со стихийным развитием производства и потребления, не контролировавшее взаимоотношения цивилизации и окружающей среды, либо...

- ... либо - в момент перерождения цивилизации на Аруане царила тоталитарная диктатура, с моралью, оправдывающей любую аморальность правящей олигархии... - закончил Леруа мысль Янина.

- Да, третьего не дано. Вспомни двадцатый век. Революцию в России. Ведь коммунисты проповедовали и многие христианские идеи. На свой лад, разумеется. Но вот люди, дорвавшиеся тогда до власти, а главное - средства, которыми они "строили рай на земле", оставляли желать лучшего. Лишь соблюдение принципа ответственности каждого индивидуума за весь окружающий мир, позволило в двадцать первом веке вывести нашу цивилизацию из тупика...

- Смотрите, кажется, Джонс нас вызывает! - вмешался в разговор Янина и Леруа молчавший до сих пор киберкот.

- Вы что, оглохли?! - раздался встревоженный голос Джонса, - когда Леруа увеличил громкость динамиков.

- Прости...- Леруа впервые за время пребывания Янина на Аруане выглядел сконфуженным. - Мы тут заговорились и даже не заметили, когда именно вы догнали осмилоков.

- Уф-ф-ф, - облегченно вздохнул Джонс. - Я уж думал, что-то случилось!.. Причём, нашли время...

- Каюсь, это я виноват, - вмешался в разговор Янин. - Больше не буду!

- В свою очередь, очень тебя прошу: будьте осторожней, - попросил Джонса Леруа. - Не стоит подходить к ним слишком близко. Мало ли чего?

- Я не узнаю тебя!.. И это ты говоришь мне?! Человеку, которого ты всегда ругал за излишнюю осторожность!..

- Ладно-ладно... И не забывай присматривать за Санти, - сказал Леруа. - Как он там?

- Ведет себя примерно. Дать ему слово?.. - Джонс внезапно замолк. - А вот и они, мои хорошие... - сказал он совсем другим тоном. - Причём, в таком коли честве... Вы их видите?

- Кого?

- Локов, кого же еще... Они там!.. Али-баба, давай правее!..

Робот повел объективами вправо и оставшиеся, в лагере увидели на экране стереовизора диких локов. Они мало чем отличались от осмилоков. Стройные, мускулистые они отличались от осмилоков лишь наличием бород.

- Локи, которых Ула приводила мне для... донорства, были толстыми и совершенно равнодушными ко всему окружающему, - тихо сказал Леруа.

- Смотри, Шарль! - пробормотал Янин, напряженно вглядываясь в экран. - Локи тоже вооружены и осмилоки их явно побаиваются!!!

- Может быть это тоже осмилоки?! - Леруа с надеждой взглянул на Янина, - Ну, к примеру, враждебное племя...

- Ребята, наладьте направленный микрофон, - попросил Янин. - Нам ничего не слышно!..

- Санти!.. Ты уснул? - крикнул Джонс.

- Извините, совсем забыл! - раздался голос Санти, и на экране промелькнуло его лицо.

- Готово! - крикнул Санти, и тут же динамики взорвались громом барабанов. Пронзительные крики, свист, вопли боли и отчаяния, жалобные стоны и торжествующие возгласы заполнили все пространство вокруг, создавая полный эффект присутствия.

- Видите, что творится?! - воскликнул Джонс,

- Да... Мы все прекрасно видим... Это не облава и не охота... - Леруа побледнел. - Это самая настоящая битва между двумя племенами! Лишь потом пленных неведомым образом превращают в бездумных, равнодушных локов! Этого-то я и боялся больше всего!..


ГЛАВА ШЕСТАЯ. ПЛЕНЕНИЕ.


Свист рассекаемого летящим предметом воздуха и глухой удар о землю отвлек внимание дежурных по лагерю от экрана.

- Вот он! - крикнул Леруа, поднимая с травы большой, грубо обработанный и слегка заостренный с одной стороны камень. - Его метнули из пращи! - Леруа не договорил: второй камень, еще более крупный, чем первый, упал рядом с ним.

И тут же вокруг раздались выстрелы. Это роботы начали отстреливаться анестезирующими патронами от наседавших со всех сторон диких локов.

- Нас атакуют!!! - крикнул Янин в микрофон и, схватив карабин, помчался на подмогу роботам.

Киберкот прыгал вокруг Янина и Леруа, отбивая от них всеми четырьмя лапами летящие со всех сторон камни.

- Джонс! Вы слышите?! Нас атакуют! - Леруа успел заметить, как Джонс встревожено обернулся на его крик, и тут же экран разлетелся вдребезги от точного попадания большого камня.

Схватка была недолгой. Слишком уж значителен был перевес нападавших локов. Не помогли ни старания кота, которому была поручена защита людей, ни роботы. Впрочем, и люди не успели подойти к генератору защитного поля.

Перед тем как потерять сознание от удара дубинкой по голове Янин успел увидеть, как огромный могучий дикарь с размаху вонзил копье в спину Леруа...


... Слегка приоткрыв глаза, Янин с трудом разглядел сквозь кровавую пелену склонившегося над ним незнакомого человека. Грубые черты лица, длинные не расчесанные волосы и взлохмаченная, настриженная, по крайней мере, несколько лет борода выдавали в незнакомце дикого лока.

- Я же говорил, что он жив! - обрадовано, сказал кому-то невидимому бородач. Лок говорил на довольно понятном Янину диалекте Центрального Союза Осмилоков.

- Свяжи ему покрепче руки, - проворчал старушечий голос. - Торл его знает, на что он способен...

- А со вторым, что будем делать? - спросил молодой и звонкий женский голос. - Он уже кровью харкает...

- Скормим его лунгам, или тому же твоему крылю, - ответил голос старухи.

- А может быть старики смогут и его разговорить?... - Янин увидел рядом с бородачом локиню, весьма похожую на Улу. Только волосы дикарки еще больше отливали синевой.

- Тарулы! - раздался издалека детский голос. - Те самые, странно одетые! Они бегут сюда!..

- Оставим здесь второго... Все равно он не жилец, - сказал старческий голос. - А этого, бородатого, прихватим... Он действительно не похож на тарула...

- Это из-за бороды что ли? - с сомнением пробормотал женский голос и Янин почувствовал, что его куда-то тащат за ноги. Его голова пару раз ударилась о неровности почвы, и от этой боли инспектор вновь потерял сознание...


... Очнулся Янин в хижине, крытой оранжевыми листами турникона. Чувствовал он себя значительно лучше, но голова еще довольно ощутимо побаливала.

- Очухался? - грубо спросила его молодая женщина, кормившая неподалеку от него младенца.

Янин ничего не ответил и осторожно огляделся. В нескольких метрах от него сидела глубокая старуха, рядом с которой, на циновках, спали ещё двое детей.

- Ну, чего уставился, торл проклятый, - с ненавистью прошипела старуха. - Или, думаешь, бороденку отрастил, так и за своего сойдешь? Думаешь, можешь провести старую Порону? Ошибаешься торл, недобитый. Вот придут старухи, они тебя живо на чистого крыля выведут...

- Мать, оставь его в покое... Вдруг он из Крирских степей сбежал? В прошлом сезоне почти два десятка оттуда до нас добралось...

- Дуреха ты, Огана. Всегда всем веришь... Потому и не признает никто твоего ребенка своим, потому и будешь весь век сама их кормить. А этих крирских дармоедов я знаю как облупленных, - с новой силой завелась старуха. - Сами толком ни торла не могут, а жрут за троих. И ведь, торлы проклятые, все мясо норовят... Поймали бы хоть одного крыля, да приручили бы! Вот тогда пожалуйте... жрите на здоровье... Но сначала подкормите, чтобы размножилась тварь, а тогда уж, ладно... Нам ведь чужого не надо, но и свое за так просто отдавать... нет, уж, выкуси, подвинься...

- Да замолчишь ты, торл подери, или нет?! - не выдержала молодуха. - Не то я старикам пожалуюсь... А ты ведь их знаешь...

- Ну и торл с тобой, - значительно тише и довольно трусливо пробормотала старуха. Видимо, упоминание о неведомых "стариках" на нее все-таки подействовало.

Инспектор попытался пошевелиться и только тут осознал, что руки и ноги у него связаны.

Янин устало закрыл глаза и максимально расслабился, проводя ревизию организма. Организм, в целом, оказался на высоте. На уровне оказался организм. Выносливый. Если же не считать того удара по макушке, то он и вовсе легко отделался. А вот Шарлю повезло меньше... Впрочем, и тот удар по голове мог запросто отправить в лучший мир кого угодно. Но черепно-мозговой травмы не было... Да и сотрясением мозга вроде бы тоже не пахло... Во всяком случае, сопутствующих симптомов точно не наблюдалось. Хотя здесь и не Земля, но организм-то у него, слава богу, чисто земной. Во всяком случае, пока еще...

- Опять уснул твой рыжий, - уже более миролюбиво проворчала старуха. - Может он и впрямь из Крира?.. Только пахнет странно... Не по-нашему пахнет...

Молодая женщина ничего не ответила и Янин пользуясь наступившей тишиной попытался проанализировать сложившуюся ситуацию. Он, конечно, не сомневался, что его найдут. Весь вопрос в том, когда?.. Надо же было так влипнуть!.. И Джонс тоже хорош... Многое можно было предусмотреть... Например радио маячок в каждого члена экспедиции обязательно надо было вживить... И роботы должны были включать защитный колпак, при первых же признаках опасности... Да подобные недоработки совершенно непростительны...

- По-моему, он запросто мог сбежать от Синих Тарулов,- нарушила затянувшееся молчание молодая Огана. - Мне Гхор рассказывал, что у них там было много рыжебородых. Правда, у тех, как положено, только бороды рыжие, а на голове волосы значительно темнее.

- А может, он из тех, которые вроде лунгов? - осмелев, подала голос старуха.

- Я же тебя просила, не поминать!.. - Огана осенила себя святым кругом и потерла нос, чтобы беда не накликалась.

- Дура ты была, дура и осталась, - прошипела старуха. - Крути - не крути, а ежели лунги нагрянут, от них никакие круги не помогут... Выдумки все это, вот что я тебе скажу...

- Да замолчишь ты, или нет?! - Огана крепче прижала к себе младенца и оглянулась на Янина. И только тут она заметила, что рыжебородый чужак лежит с открытыми глазами и внимательно слушает их болтовню.

- Ты понимаешь, о чем мы говорим? - членораздельно и очень медленно, почти по слогам, спросила инспектора молодая женщина.

- Да, я понимаю, о чем вы говорите, - столь же медленно ответил Янин.

- Тогда разреши наш спор, - попросила Огана. - Ответь, только честно, ты ведь из Крира сбежал?

- Да, я сбежал из Крирских степей, - подтвердил Янин.

- Да врет он, неужели не видишь... - пробормотала старая ведьма. - Он такой же лок, как я Хранитель Знаний!..

- Почему ты обманул меня, чужеземец? - обиженно спросила Огана. - Разве я сделала тебе плохое?

- Ты не поверишь, если я скажу правду, - Янин печально усмехнулся и попытался лечь удобнее, однако со связанными руками и ногами сделать это было далеко не просто.

- Не нравится? - усмехнулась чуткая старуха. - Ничего... побудешь в нашей шкуре, тогда узнаешь... - она не договорила, так как в хижину вошел бородатый лок.

При его появлении мальчишки, возившиеся в углу хижины, притихли.

- Ну, узнала что-нибудь? - мельком взглянув на Янина, спросил бородач.

- Так от него и узнаешь!.. - проворчала старуха. - Не наш он. Совсем какой-то закрытый и далекий. Поэтому и не поддается. Чужой, одним словом...

- Откуда же он?

- Говорит, что из Крира, но я ему не верю...

- Из Крира? - бородач недобро взглянул на Янина. - И кто же был твоим хозяином?

Янин молчал.

- Да врет он, - сказала старуха. - От него локом и не пахнет, неужели не чувствуешь?

Бородач принюхался.

- Зачем врешь? - лок подошел к Янину и беззлобно пнул его ногой в бок. - Говори, зачем ты здесь!

Инспектор застонал, не столько от боли, сколько от обиды. В первый раз в жизни его ударили и Янина, несмотря на его знаменитое миролюбие, охватила ярость.

- Говори, пока на дыбу не посадил! - бородач хладнокровно пнул инспектора ещё раз.

На этот раз удар был гораздо сильнее

- Чего ты с ним церемонишься? - проворчала старуха. - Пусти ему кровушку, тогда и заговорит...

- Некогда мне... С тарулами разберемся, тогда я им по настоящему займусь...

- А может, я им пока потешусь? - предложила старуха. - Он у меня как миленький заговорит...

- Делай, что хочешь. Только постарайся, чтобы до моего возвращения не подох, а то я тебя знаю...

- С дохлого какой прок? - философски заметила старуха. - Живым-то он у меня, конечно, останется... Но поверь мне, он будет очень жалеть об этом... - старуха резво поднялась и, прихватив под мышки испуганных мальчишек, выбежала из хижины.

Пинком бородач перевернул крепко связанного Янина, лицом к стене, и через некоторое время инспектор услышал его сопение и жадное чавканье.

Скоты, думал инспектор. Грубые неотесанные скоты... До цивилизации вам ещё идти и идти... Да еще и вопрос: дойдете ли...

Тут он поймал себя на мысли, что при всей своей аморальности и безнравственности осмилоки из племени Улы цивилизованней, чем эти дикие локи и он, Янин, симпатизирует им значительно больше.

Но ведь именно осмилоки, эти самые... синие тарулы, и довели локов до такого состояния, продолжал размышления Янин. Значит осмилоки во всем и повинны!

В это время снаружи послышались крики и топот множества ног.

- Тарулы! - вбегая в хижину, закричала старуха. - Чундар, Огана! Тарулы всю деревню окружили!

- Я им сейчас покажу! - пообещал лок, с лязгом цепляя к поясу ножны с коротким мечом.

- А с этим что делать? - спросила старуха, кивнув на Янина.

- Делай что хочешь, но чтобы тарулам он живым не достался!.. - выбегая из хижины крикнул Чундар.

- Небось, за тобой они сюда и пожаловали, - переворачивая Янина на спину, прошипела бабка. - Но будь спокоен, живым ты им уж точно не достанешься!

Между тем, за стенами хижины нарастал шум побоища.

- Присмотри за ним! - оглядевшись по сторонам, крикнула старуха Огане. - Даже прибить этого торла нечем... - с этими словами она выбежала из хижины.

И тогда Янин решился. Он знал, что собирается нарушить устав, что за это ему придется ответить... Но ведь в примечании к уставу говорилось, что в случае смертельной опасности, для самообороны, можно применять все средства. Вплоть до гипноза. А разве сейчас его, Янина, жизнь не была в опасности?..

- Подойди ко мне... - сконцентрировав оставшиеся силы, сказал Янин, внимательно глядя на Огану.

Локиня нерешительно подошла к инспектору и села на корточки.

- Развяжи меня, - властным, не терпящим возражений голосом, приказал Янин.

Огана обеспокоено оглянулась на вход в хижину, но развязывать пленника не торопилась.

- Ты, что, не слышала? Развяжи меня, - уже не столь уверенно повторил Янин.

- Я похожа на дуру? - с трудом шевеля губами, проговорила женщина. - Я тебя развяжу, а ты и убежишь...

- Не убегу, - пообещал инспектор, лихорадочно соображая, что же делать дальше. По всему получалось, что он не властен над аруанкой.

В это время в хижину вбежала старуха, с огромной дубиной в руках.

- Ты что делаешь?! - закричала она, увидев сидящую рядом с пленником Огану. - Да ты!.. - взгляд старой ведьмы встретился со взглядом Янина и она застыла.

- Так то... - сказал Янин старухе. - Положи свою дубину и забудь обо всем, что тут было. Отдохни...

- Я же говорила: не по нашему ты пахнешь!.. - прошипела старуха. - Говорила же, что чужой!.. - Бормоча это, она всё-таки аккуратно положила дубину и села на циновки.

Молодая локиня медленно поднялась на ноги и, с опаской отойдя на несколько шагов, тоже села на циновки..

- И ты забудь, - приказал Огане Янин. - Ты ничего не видела...

- Как это не видела?! - возмутилась молодая женщина. - Вот вернётся Чундар, я ему всё расскажу!..

- Ну, тогда и ты отдохни! - властно сказал Янин. - Теперь вы обе немного отдохните, а потом спасайтесь, как можете. И запомните: я не враг вам!

Старуха с бессильной злобой взглянула на Янина, и, закрыв глаза, повалилась на пол. Однако молодая женщина продолжала с удивлением смотреть то на инспектора, то на бесчувственную старуху.

- Может быть, ты Хранитель Знаний?! - прошептала, наконец, Огана. - Когда я была в плену, слышала, что вы и не такое можете!..

- Хранитель Знаний? - переспросил Янин. - А что... меня вполне можно назвать и так... Развяжи меня...

- Но Чундар не похвалит меня за это... - Огана явно была растеряна. - А вдруг ты не Хранитель Знаний?..

В это время за стенами хижины послышалась возня. Ещё через мгновение входная дверь приоткрылась, и в неё проскользнул киберкот Леонардо. Гигантский котяра был страшно взлохмачен, но глаза его сверкали, а усы, по-боевому, топорщились.

Давно уже так не радовался инспектор Галактической Безопасности Андрей Вадимович Янин, как в эти мгновения появления пушистого чуда, созданного Джонсом и Санти.

Правда, приглядевшись, можно было увидеть, что на боках Лео содраны клочья шерсти, вместе с особо прочной кожей. Правое ухо кота было разодрано, а левый глаз слегка заплыл, скорее всего, после попадания в него камня из пращи. Но, в целом, Лео выглядел вполне браво.

- Тс-с-с... - прошептал кот и продолжил на чистом русском языке, с лёгким итало-американским акцентом. - Шарля я уже отволок в наш лагерь, а за вами Джонс со своими молодцами прибудет с минуты на минуту!..

В течение монолога киберкота Огана широко раскрытыми глазами следила за ним, не в силах вымолвить ни слова. Русского языка она, конечно, не понимала, но сам факт того, что животное стоит на задних лапах и разговаривает, подействовал на неё сильнее любого гипноза.

- Освободи меня... - сказал Янин коту и глазами показал на свои руки и ноги.

Кот мгновенно подскочил к инспектору и начал перегрызать верёвки. Эта процедура заняла у него не более минуты.

- Рекомендую сразу не вставать, а для начала размять ваши отекшие конечности, - посоветовал Лео, выплюнув обрывки верёвок. - Между прочим, сюда рвутся осмилоки из племени синих тарулов и, если вы мне прикажете, я могу их слегка задержать. Но для этого вы должны мне дать разрешение на нанесение аборигенам ранений. Не бойтесь, смертельных увечий не будет, и все они останутся живы. Хотя слегка потрепать их, всё-таки придётся...

- Хорошо, я разрешаю тебе защищать меня и себя, - сказал Янин. - И разрешаю, при этом, наносить ранения нападающим... Но повторяю: делать это можно исключительно в целях самозащиты!.. И, пожалуйста, помалкивай. Не хватало ещё, чтобы по Аруане поползли легенды о говорящем коте!

Молодая женщина продолжала сидеть, словно парализованная и только переводила взгляд с кота на инспектора и вновь на кота.

- Теперь ты убедилась, что я Хранитель Знаний? - спросил Янин Огану на знакомом ей диалекте Центрального Союза Осмилоков.

Аруанка продолжала молчать и лишь утвердительно кивнула головой.

- Ну, тогда отдохни пару минут и беги отсюда, пока не нагрянули тарулы. - Инспектор поднялся на затёкшие ноги, подобрал дубинку, валявшуюся на циновке, рядом со старухой и, подкинув её из одной руки в другую, вышел из хижины.

Киберкот Леонардо отвесил аруанке изысканный мушкетёрский поклон и вышел вслед за инспектором...


ГЛАВА СЕДЬМАЯ. НА ТРОПЕ ВОЙНЫ.


В нескольких шагах от входа в хижину Чундар бился с четырьмя тарулами, вооруженными такими же, как у бородатого лока короткими мечами.

Некоторые тарулы, к удивлению Янина, тоже были бородаты. Они вообще мало отличались от Чундара, разве что их волосы имели синеватый оттенок.

Увидев появившихся из хижины Янина и Лео, один из тарулов на мгновение замер от удивления... И тут же он был сражен мечом Чундара. Однако, из соседней хижины, как раз в это мгновение, выскочили еще четыре тарула и бросились на помощь соплеменникам.

И Янину пришлось вступить в бой. Он сражался бок о бок с Чундаром, и, как ни странно, его недавний мучитель, воспринял это как должное.

Однако наиболее результативно сражался киберкот. Не обращая внимания на град ударов, Лео прорывался, прежде всего, к рукам и ногам нападавших осмилоков. То есть нейтрализовывал то, чем враги могли нанести вред Янину.

Не прошло и минуты, как еще пятеро тарулов были сражены Чундаром, Лео и Яниным. Инспектор и кот, естественно, применяли щадящие приемы боя и поверженные ими тарулы должны были придти в сознание максимум через час. А вот Чундар врагов не щадил. Совершенно не щадил...

Из-за соседней хижины появился большой отряд тарулов. Синеволосые подгоняли копьями и мечами не менее полусотни связанных локов. Среди пленных были женщины, дети и старики.

Заметив Янина, Лео и Чундара, наседающих на врагов, не менее двадцати тарулов помчались на выручку своим соплеменникам.

И тут уж Янину стало не до щадящих приемов. Он едва успевал избегать ударов мечей, дубинок и копий. Однако силы были неравными и Янин с Чундаром и Лео начали отступать к хижине.

К счастью, в это время им на помощь, выскочили Огана со старухой, очнувшейся от гипноза. Огана была вооружена мечом, а старуха - копьем.

Появление локинь на несколько минут продлило оборону хижины.

К удивлению Янина прилично сражалась не только Огана: старая ведьма очень умело орудовала копьем и успела заколоть одного из наседающих врагов, когда властный голос остановил наступление тарулов.

- Оставьте этих дикарей, дети мои! - возвестил не такой уж и старый, на слух Янина, женский голос.

Тарулы замерли, прервав атаку.

- И вам довольно кровь проливать, - сказала Чундару и Янину молодая, красивая женщина, возлегающая на носилках, которые несли четверо тарулов.

Может быть, это и не тарулы, подумал Янин. Когда и как появились здесь женщина и ее носильщики, он в пылу битвы не заметил.

- Джонс со своими ребятами уже рядом, - не поворачивая головы в сторону инспектора, прошипел Лео. - Думаю, мне целесообразно помочь им скорее найти вас!..

- Хорошо, постарайтесь не задерживаться, - стараясь не шевелить губами, прошептал коту инспектор.

- Пора понять, что нас неизмеримо больше... - продолжила, между тем, женщина, приподнявшись на носилках. Она не обратила внимания на то, что крупный кот, тёршийся о ноги странно одетого пришельца, неожиданно отпрыгнул от него и скрылся в ближайших кустах.

- И что ты предлагаешь? - спросил Чундар, всё ещё державший меч наизготовку.

- Я обещаю даровать вам жизнь воинов!.. Вы не будете униженными рабами, вы будете равными среди равных...

- Слово Матери Рода? - недоверчиво спросил Чундар, опуская меч.

- Слово Матери Рода, - торжественно подтвердила красавица, возлегающая на носилках.

- А наши женщины? - спросил Янин, вспомнив об Огане и старухе.

- Они тоже останутся жить, - после некоторого раздумья сказала Мать Рода... Но только теперь они будут свободными женщинами, а не рабынями мужчин, как у вас принято...

Янин невольно посмотрел на переглядывающихся локинь. Выглядели теперь Огана и старуха вполне довольными.

- Я никуда не пойду без своих детей, - осмелев, заявила Огана.

- Ты можешь взять с собой своих чад, женщина, - ответила Мать Рода и жестом повелела своим носильщикам трогаться в путь.

Тарулы выстроились в колонну, по двое в ряд, и зашагали прочь из разоренной деревни. В середине колонны плелись захваченные в плен.

- Какой торл тебя за язык дернул спросить про женщин? - недовольно пробурчал Чундар, когда они зашагали следом за Оганой и старой ведьмой. - Теперь от них совсем житья не будет.

- Тебе безразлична судьба Оганы и ее матери? - удивился Янин.

- Порона не ее мать, а моя, - яростно сверкнув глазами, возразил Чундар. - Мне у нас-то от них житья не было, а у тарулов они и вовсе верх возьмут!

Больше Янин вопросов не задавал, чтобы не выказать свою неосведомленность в местных обычаях. Окончательно запутавшись в в системе ценностей аруанцев, инспектор ждал лишь одного: когда появится Джонс и его команда...


Вскоре впереди колонны послышались крики и выстрелы карабинов.

Приглядевшись, Янин увидел Джонса, атакующего, вместе со своими роботами, тарулов.

Синие, несмотря на безнадежность ситуации бешено отбивались. Видимо они еще не поняли, что имеют дело с совершенно неуязвимыми бойцами.

- Говорила же я, что за ним придут! - услышал Янин голос Пороны, матери Чундара, и потерял сознание от удара по голове...


ГЛАВА ВОСЬМАЯ. СЕРДЦЕ АГАСФИКА.


... Вокруг гудели приборы и раздавались приглушенные голоса.

Янин с трудом открыл глаза и увидел склонившегося над ним незнакомца, с ярко выраженными азиатскими чертами лица.

- Наконец-то... - сказал незнакомец и добавил, обернувшись к кому-то. - Он очнулся!..

Рядом с незнакомцем появилась Юна. Глаза ее были красными от слез.

- Что с Шарлем?! - с трудом шевеля губами, прошептал Янин.

- Он в реанимационном блоке... - Юна взглянула на незнакомца, как бы спрашивая его разрешения на дальнейшую информацию.

Незнакомец коротко кивнул.

- Если бы не Лео с Добрыней, нам вряд ли удалось бы спасти Шарля, - продолжила Юна. - Копье задело его сердце. Он жив благодаря подключению к системе искусственного кровообращения. К сожалению, нам пришлось вызвать медицинский сольдер, иначе и вы и Шарль... Ну, вы понимаете... Доктор Акира настаивает на срочной трансплантации Шарлю сердца агасфика...

- Агасфика?! - переспросил Янин.

- Да, вас пленили агасфики, - Юна пожала плечами. - Не понимаю, что с ними произошло, обычно они отличаются миролюбием и первыми не нападают...

- Так вы даете добро на операцию? - спросил доктор Акира. - Иначе Леруа не выживет.

- Мы уже подготовили к операции тело молодого донора, подобранное на поле боя, - сказала Юна. - У него размозжен череп, поэтому с этической точки зрения...

- Операция сложная, и я настаиваю на ее немедленном проведении, - перебил Юну доктор Акира. - У нас здесь нет аппаратуры для длительного поддержания жизни...

- Вам важно мое мнение? - прошептал Янин.

- Ведь вы полномочный представитель Земли...

- Даже если операция пройдет успешно Шарль не сможет жить с этим сердцем... Поверьте, я знаю его не один год...

- Донор мертв! - чувствовалось, что Акира с трудом сдерживает раздражение. - Это живой труп! Если бы не наша техника...

- Вы не понимаете... - Янин мотнул головой и скривился от боли.

- Вам нельзя двигаться, - обеспокоено сказал доктор Акира. - Может, введем вам еще немного обезболивающего?

- Нет... все в порядке... Короче, я за операцию, но предупреждаю о возможных последствиях...

- Мы хотим сохранить этот факт в тайне от него... - сказала Юна.

- Хотя бы первое время, - добавил Акира. - Чтобы его организм успел окрепнуть. Ложь во имя спасения...

- Вам не удастся провести Шарля... - перебил Янин Акиру. - Он неоднократно проводил подобные операции и знает симптомы...

- До сих пор он знал об этом лишь теоретически, - напомнил Акира.

- Я свое мнение сказал, - прошептал Янин и вновь сморщился от боли. - Пожалуй, все-таки кольните обезболивающего...


- Спасибо тебе, - Леруа, осторожно пожал руку Джонса. - Если бы не ты... То есть, если бы не твоя предусмотрительность, вряд ли мы сейчас вообще свиделись бы...

- Скажи спасибо не мне, а Лео, это он спас тебя, вовремя оказав первую помощь. Правда он здорово пострадал во время схватки и я вынужден был на время выключить его. Однако, думаю, как вернёмся в Летсаль, я за пару дней поставлю его на ноги...

Теперь Шарль Леруа выглядел совершенно здоровым, хотя после пересадки сердца прошло всего двадцать три часа. Кроме мастерства доктора Акиры, тут же после операции улетевшего в Летсаль, сказывалось и искусство Улы. Она тоже приложила немало сил, чтобы поставить Леруа на ноги.

- Джонса нужно слушаться, - наставительно сказал Джонс. - Причём, я ведь говорил о своем нехорошем предчувствии... Если Джонс сказал, что нужно вооружить роботов, значит это действительно нужно. Я же о вашей безопасности пекусь!

Бодрился Джонс несколько фальшиво, слишком стараясь показать, что ранение Леруа совершенно неопасно. Но пока Леруа вроде бы и не подозревал, что был на волоске от смерти и что теперь в нем бьется сердце агасфика.

- Значит вот они какие... - задумчиво проговорил Леруа. - Как там наши пленные локи?

- Это были агасфики, - сказал Санти. - Инспектор почти всех отпустил... У нас всего трое осталось... В них по нескольку пуль попало, вот они, бедняги, и проспали втрое больше остальных...

- После такого заряда анестезии они еще сутки могли бы спать, - заметил Берг. - Джонс, как известно, все с запасом делает...

- А скольких всего подстрелили... то есть, я хотел сказать, усыпили? - спросил Леруа.

- Ну... это, смотря когда и где... Ведь нам пришлось пострелять и при освобождении из плена инспектора...

- Здесь, в лагере, пришлось усыпить пятьдесят шесть особей, - ответила Юна. - Причем, троим, повторяю, досталось по полной программе... Очень уж они боевыми оказались... Не знаю почему, но дрались они до последнего...

- Кстати, они тоже проснулись, - заметил Санти.

- Ну что... будем допрашивать? - деловым тоном спросил Берг. По его виду можно было подумать, что он каждый день занимается подобными допросами пленных.

- Дорогой, сформулировал бы как-нибудь по-другому, - мягко заметил Джонс, - Ну, скажем, так: проведем с задержанными собеседование...

- Ну, и кто будет проводить собеседование? - спросил Леруа.

Воцарилось всеобщее молчание.

- В нём должны принять участие все, - сказал Янин. - Но пленных придется, на всякий случай, связать. Первые вопросы задам я, а дальше - видно будет...

- А может, они и разговаривать не умеют? - предположил Берг, потирая нижнюю губу.

- Нечего гадать, - Леруа осторожно поднялся с кресла, - Если не могут, будем думать дальше. Санти, узнай, как дела у Юны!

- Я только что от нее. Эти трое уже в полном сознании... Привести их?

- Прежде создадим обстановку, - сказал Янин. - Пусть андроиды станут полукругом, а мы все сядем вот здесь, на возвышении. Думаю, наше явное численное превосходство отобьет у них желание драться... Тогда и связывать не обязательно... Кстати, защитный колпак включен?

- На полную мощность! - отозвался Джонс.

- Значит, от дозора свободны все десять роботов?

- Совершенно верно...

- Тогда, пусть четверо андроидов встанут по обеим сторонам, от входа в палатку Юны, а остальные шестеро... "конвоируют" пленных. Как раз, получается, по два робота на каждого...


Через несколько минут, когда все земляне расселись на своих местах, роботы вывели из палатки трех пленных. Все они были худыми, жилистыми и, похоже, крайне истощенными. Они стояли в гордых позах, и с интересом рассматривали землян.

- Почему вы напали на нас? - спросил Янин на самом распространенном наречии осмилоков. - Вы понимаете, что я говорю?

Все трое удивленно смотрели на него, и Янин интуитивно почувствовал, что они его поняли.

- Зачем вы напали на нас? - повторил он свой вопрос.

- Я... отвечу, - медленно проговорил старший из пленных, на том же наречии, но с небольшим акцентом. Чувствовалось, что говорить ему было необычайно трудно и непривычно. - Мы думали... вы - тарулы, Враги Неба...

- Что плохого сделали вам Враги Неба? - спросил Янин.

Все трое пленных нахмурились, и глаза их гневно засверкали.

- Каждую весну они угоняют многих из нас. Никто еще не возвращался от Врагов Неба! - с ненавистью в голосе сказал старший из пленных. - Мы дали клятву уничтожить их всех!

- По-моему, все ясно! - сказал Янин по-русски. - Эти существа не менее разумны, чем мы... - он внимательно посмотрел на Леруа.

- Их всех надо отпустить, - сказал Джонс. - Причём, не исключено, что тогда они сами придут к нам с миром...

- Кто научил вас говорить... как Враги Неба? - спросил Леруа.

Пленные недоуменно переглянулись.

- Мы учились говорить тайно, - ответил, наконец, старший. - Враги Неба преследуют учителей, которые знают, что Умеющий Говорить становится разумным. Когда нас будет много, мы навсегда избавимся от Врагов Неба...

- Мы отпускаем вас! - торжественно сказал Леруа. - И запомните: мы ваши друзья! Приходите к нам с миром, и мы научим вас многому из того, что умеем сами!

- Не обещай слишком многого, - сказал Янин по-русски. - Не забывай, что теперь ты здесь не единоличный хозяин...


- Зря мы их выпустили, - сокрушался Санти, когда последний лок вышел за пределы защитного колпака. - Оставили бы нескольких, и они нам под гипнозом все, как миленькие, рассказали бы...

- Помолчи, - раздраженно сказал Леруа. - Без тебя тошно...

- Что теперь будем делать? - спросил Берг, мрачно глядя вслед удалявшимся от лагеря агасфикам.

- Не будем торопить события, - задумчиво сказал Янин.

- Значит, на Киалану мы так и не пойдем? - спросил Санти. - Столько дней добирались, и все зря?

- Неужели вы, господин стажер, сможете равнодушно смотреть, как одни разумные существа будут убивать других, столь же разумных существ, ради того, чтобы продлить себе жизнь?! - с горечью спросил Джонс.

- Но тогда мы должны помешать им! - воскликнул Санти.

- И этого мы делать не должны, - возразил Янин. - Это значит, что мы вызовем новую бойню... Почему я предостерег Шарля от излишних обещаний?.. Ты понял это?

- Я не обратил внимания, - признался Санти.

- Да потому, что любое знание, полученное от нас, они используют, прежде всего, для борьбы против Врагов Неба, то есть против осмилоков.

- И правильно сделают! - заявил Санти, - Неужели вы поощряете действия этих... Врагов Неба?!

- Нет, конечно... - Янин невольно усмехнулся. - Но пойми и ты: нынешние осмилоки ни в чем не виноваты, ведь трансплантация органов с целью продления жизни практикуется уже тысячелетия... Для них это нечто обыденное! Ну, примерно так же, как рабство в античном мире... По-твоему выходит, что мы должны были бы убить Фидия, Аристофана, Софокла за то, что они были рабовладельцами, попади мы в античность? Мы не можем сейчас одним махом изменить создавшееся положение. Локи сами должны выстрадать свое освобождение. Неизвестно, в кого они могут переродиться в ходе подстегнутого исторического процесса.

- Я бы не сказал, что этот мир напоминает античный, - заметил Джонс. - Причём, даже отдаленно...

- Да, здесь все очень и очень непросто, - согласился инспектор. -Но во всем были виноваты далекие предки осмилоков, действия которых привели к создавшемуся положению. Однако их-то ведь давно нет! Кого же мы должны наказывать? И должны ли вообще?!

- Что же будем сидеть, сложа руки?! - не унимался Санти.

- Изучать этот мир... это необычное общество... - инспектор горько усмехнулся и продолжил. - И очень осторожно содействовать прогрессу... Хотя бы в сфере социальных отношений... Конечно, мы будем расширять познания аруанцев об окружающем мире, но, увы, история твориться не так скоро, как нам того хотелось бы. Поэтому, прежде всего, надо запастись терпением...

- Но присутствовать на Киалане все-таки необходимо, - сказал Леруа. - Я настаиваю, как биолог! К тому же мы зря оставили осмилоков без наблюдения. Необходимо выяснить, как им удается "погашать" разум локов и превращать их в бессловесных скотов. Ведь, многие из них, действительно, не подозревают о разумности локов! Они видят их уже "обработанными". Ула, к примеру, тоже была искренне уверена, что дикие локи неразумны. Именно она своей убежденностью и ввела меня в заблуждение...

- Но откуда у тебя такая уверенность в ее правдивости? - поинтересовался Янин.

- Ну... - чувствовалось, какого труда стоило Леруа сказать это. -Короче, я провел сеансы гипноза. Еще в самом начале исследований... Иначе мы до сих пор очень многого не знали бы об осмилоках...

Час от часу не легче, с горечью подумал Янин. Еще одно смягчающее и одновременно усугубляющее вину обстоятельство... Господи, ну неужели он не мог обойтись без этого?! Не слишком ли много сюрпризов?!

Джонс удивлённо смотрел на Леруа и от волнения не мог сказать ни слова. Он знал, как расценивает Комиссия насильственные действия над инопланетными разумными существами. Но сейчас он был удивлен не столько самим фактом, наличия таких действий на его территории, сколько тем, что Леруа сознался в своем проступке.

Выразительно покрутив пальцем у виска, Джонс сплюнул себе под ноги, и скрылся в палатке.

- Ладно, об этом - потом, - сказал Янин. - По инструкции я, конечно, обязан сейчас же отправить тебя на пункт карантинного контроля, но, учитывая твое состояние и добровольность признания... Короче, думаю, можно пока с этим повременить...

- Возвращаются! - раздался из палатки голос Джонса, включившего систему видеокамер, расставленных по периметру защитного колпака. - Агасфики возвращаются! Их двое! Причём, они похожи на парламентеров!

- Однако быстро собрались, - пробормотал Берг. - Даже часа не прошло!

- Но ведь остальных агасфиков мы отпустили еще вчера вечером, - сказал Санти. - Сам этот факт достаточно наглядно демонстрировал наше дружелюбие...

Янин недовольно посмотрел на стажера, до которого только сейчас дошло, что он проговорился.

- Я так долго был без сознания?! - удивленно спросил Леруа, внимательно глядя на инспектора.

- Да, пришлось с тобой повозиться, - дипломатично сказал Джонс. - Зато теперь будь спокоен: сил ты набрался немалых...

- Далеко еще агасфики? - спросил Янин, чтобы сменить тему разговора.

- Минут через десять будут здесь! - Вилли подошел к Янину. - Они почему-то идут очень медленно...

- Значит так... - сказал Янин. - Леруа и Берг пойдут на Киалану, а мы, оставшиеся, встретим гостей.

- Я тоже биолог! - напомнила Юна. - Мне кажется, я буду полезнее на Киалане!

- Ладно... - согласился Янин. - Идите втроём. Только возьмите еще пару роботов с защитными куполами...

- Причём, прихватите побольше патронов с анестезией! - напомнил Джонс.

- Между прочим, я тоже биолог, - подал голос Санти. - И там, на Киалане, я тоже был бы полезнее...

- А вот это уже лишнее, - строго сказал Янин. - Тогда и Джонс, как биолог, должен идти, и я. У нас же тут одни биологи собрались, понимаешь. А кто будет делегацию принимать? Приготовьте-ка видеомагнитофон, господин стажер. Сдается мне, что предстоящая беседа будет не менее интересной, чем эта чертова Киалана...


ГЛАВА СЕДЬМАЯ. ХРАНИТЕЛИ ЗНАНИЙ.


Парламентеры медленно поднимались на холм. Чем ближе они приближались, тем большее удивление отражалось на лицах землян. Один из агасфиков, молодой, атлетически сложенный красавец, помогал идти глубокому старцу, все лицо которого было изрезано глубокими морщинами. Крючковатый нос, глубоко впавшие глазницы, из которых внимательно смотрели слезящиеся, воспаленные глаза, - все в старике отнюдь не было образцом физического совершенства.

- Наверное, именно так выглядел ваш русский Кощей Бессмертный, - заметил Леруа.

- Ты еще здесь?! - Янин удивленно оглянулся на Шарля.

- Кажется, тут действительно намечается нечто интересное, - сказал Леруа.

- Я же сказал: мы все запишем на видеомагнитофон...

- Исчезаю... - Леруа склонил голову и, прижав руку к груди, словно в восточном поклоне, попятился назад.

- Желаю успехов, - шепнул на прощание Джонс.

- И вам того же, - тихо сказал Леруа и направился навстречу агасфикам.

- Снять защиту! - приказал роботам Джонс, когда юноша и старец подошли к невидимой границе защитного колпака.

- Помочь им добраться сюда? - спросил Санти. - По моему, старик едва двигается...

- Помоги, дорогой... Только аккуратней.

Вскоре земляне вместе с молодым агасфиком усаживали старика в специально надутое для него мягкое кресло. Старик, закрыв глаза, тяжело дышал и на висках его, под тончайшей пергаментной кожей бешено пульсировали в такт биению сердца тонкие фиолетовые жилки. Видно было, что подобных переходов старик не совершал уже давно.

Наконец он открыл глаза и внимательно оглядел все вокруг.

- Приветствуем вас в нашем лагере, - сказал Янин на самом распространенном диалекте Центрального Союза Осмилоков.

- И мы приветствуем вас на нашей земле, - старик ответил на том же языке, почти без акцента. - Простите нас за ошибку... Когда вы отпустили наших братьев живыми и невредимыми, несмотря на то, что они первыми напали на вас, мы поняли, что вы не Враги неба... От них еще никто никогда не возвращался... - изучающий взгляд старика остановился на Янине.

- Как давно Враги Неба начали нападать на вас? - спросил Янин.

- Этого никто не помнит... Многие считают, что так было всегда... Лишь мы, хранители священных книг и знаний, можем поведать об этом... - Некоторое время старик задумчиво смотрел куда-то в даль. - Это началось так давно, что никто не может сказать, сколько времени прошло с тех пор, - продолжил он, наконец, свой рассказ. - Все на нашей земле тогда было иначе. Могучие металлические монстры наводняли наши леса и степи. Даже колоссальные дворцы и храмы населяли эти чудовища, прирученные нашими предками и даже разводимые ими для обработки земли...

Огромные металлические животные со скоростью ветра доставляли наших предков в самые удаленные места. Существовали даже металлические птицы, на которых можно было летать выше облаков. Но все эти чудовища выдыхали огромное количество ядовитых газов, загрязняли своим пометом моря и реки, сеяли всюду болезни и смерть. В конце концов, вред, приносимый ими, превысил даруемые ими блага.

И тогда появились Враги Неба, которые призвали уничтожить металлических монстров и жить под открытым небом, среди просторов степей и лесов. Это было верное решение, но именно эти люди разделили единый некогда народ Осмилонии на локов и осмилоков... Ибо они возжелали за счет гибели братьев своих продлевать собственную ничтожную жизнь...

Вместе с металлическими животными Враги Неба уничтожили почти все знания предков... - Некоторое время старик молчал, закрыв глаза и тяжело дыша.

Джонс бросился в палатку и тут же выскочил со спасительной флягой в руках.

После нескольких глотков леги старику стало лучше.

- Я слышал об этом напитке, но не думал, что он так чудодейственен, - сказал он. - Слухи о вас дошли и до Священной Рощи... Мы знаем, что вы, подобно нашим предкам, можете приручать металлических животных и летать на них. Но сюда вы прибыли без них и это было одной из причин нашей ошибки. Простите их, - старик глазами показал на красавца, стоявшего рядом с ним. - Они, как дети, не ведают, что творят. Ведь нас так мало среди них...

- Но кто вы? Судя по вашей внешности, вы не лок, и тем более не осмилок, то есть, простите, не Враг Неба? - Янин подошел к старику и сел недалеко от него на большой пористый камень.

- Еще во времена уничтожения металлических животных и начала разделения на локов и осмилоков нашлись люди, которые решили сохранить свет знаний и пронести его через океаны времени... Чтобы через тысячелетия истина воссияла над нашей несчастной землей!

Враги Неба всюду преследовали нас, ибо мы учили, что люди рождаются равными и лишь корысть некоторых из них, возвысившихся благодаря злу и насилию, привела к разделению кровных братьев.

Враги Неба уничтожали растения и животных, пришедших на смену металлическим чудовищам. Только священная Осмия сумела выстоять. И не только выстоять, но и защитить нас, сохранивших знания о ней. Лишь союз с Осмией помог нам уцелеть под натиском многочисленных врагов... - старик помолчал, набираясь сил для продолжения рассказа. - Враги Неба боятся нас, Хранителей Знаний, и ненавидят за то, что мы помогаем обрести разум и сплотиться для борьбы локам и их более совершенным собратьям, которых вы называете агасфиками...

При этих словах старца земляне невольно переглянулись.

- Именно мы, Хранители Знаний, учим локов, говорить и организовывать сообщества, подобные общинам Врагов Неба... - Старик вновь замолк. Дыхание его стало прерывистым, и он закрыл глаза.

- Вам надо отдохнуть, - сказала Юна. - Завершите ваш рассказ позднее, когда мы вас немного подлечим...

- Скоро я отдохну... - Старик открыл глаза и грустно улыбнулся. - Подходит час моего перевоплощения... Скоро мой дух перенесется в Осмию и умчится к звездам...


- ... Стоп! - воскликнул Леруа. - Санти, прокрути-ка еще разок!

- Скоро мой дух перенесется в Осмию и умчится к звездам... - старик, на экране видеомагнитофона, улыбаясь, смотрел вдаль, и в этой улыбке была не только грусть. В ней чувствовались вера и торжественное ожидание...

- А ведь он ждет этого! - проговорил Леруа. - Он с нетерпением ждет часа своего перевоплощения!..

- Причём, на Земле, до сих пор многие верят в реальность перевоплощения после смерти, - заметил Джонс. - Причем, в это верят многие тысячелетия. И не только в Индии, подарившей миру Веды, и Бхагават Гиту. Причём, я, к примеру, несмотря на то, что имею индийские гены, отношусь к вере в перевоплощения довольно скептически.

- Но в реинкарнацию верят не только на Земле, - возразил Берг. - А все потому, что и на других планетах были зафиксированы случаи перевоплощения...

- В инопланетных колониях, основанных буддистами и индуистами, вера в реинкарнацию является фундаментом мировоззрения колонистов, - согласился Янин. - И сдается мне, что это не спроста...

- В реальных случаях дети, вспоминали лишь фрагменты своей предыдущей жизни, - задумчиво сказал Леруа. - Причём, лишь в раннем возрасте. Правда, под гипнозом, о своих предыдущих воплощениях вспоминали и многие взрослые. Но многие психологи объясняют этот феномен, не прибегая к теории реинкарнации. Но не будем отвлекаться. Вспомните, что сказал старец: "Мой дух перенесется в осмию"... То есть, в то самое растение, что было изображено на фризе...

- Еще старик говорил, что слух о нас, землянах, дошел до какой-то там Рощи, - напомнил Санти.

- А на фризе в Храме Звездной Рощи над этими самыми осмиями изображены звезды... - проговорил Янин. - Похоже, имеется в виду одна и та же роща...

- Причём, старец еще говорил, что осмия защитила их, знавших тайну единения с нею... - добавил Джонс.

- Можно вспомнить также о чудесных свойствах карликовой осмии, уже достаточно хорошо изученной нами, - оживился Леруа. - Способность этого растения генерировать мощные электромагнитные поля, поистине фантастична!

- Хватит на сегодня, ребята, - Янин тяжело поднялся со своего места. - К чему гадать?.. Завтра старец, окрепнет и сам нам все объяснит...

- Минутку! - воскликнул Санти. - А как же Киалана?! Мы же ждем более подробного рассказа о ней!

Леруа нахмурился и отвернулся.

- Это было ужасное зрелище... - пробормотал Берг. - Мы не смогли его вынести и, в конце концов, ушли...

- Но может, быть вы все-таки покажите нам отснятый материал? - спросил Янин. - Ты же сам этого хотел.

- Но хирурги, надо отдать должное, они просто великолепные! - заявила Юна. - С подобным инструментарием совершать такие чудеса!.. Ни за что не поверила бы, если бы не увидела своими глазами!

- В общем, все было так, как мы и предполагали, - резюмировал Берг. - Но видеть это совершенно невыносимо...


В эту ночь небо Аруаны украшали не только все её луны, но и слабо светящиеся кольца, подобные кольцам Сатурна. Обычно они были едва видны, но именно во время проведения Киаланы, подсвеченные всеми тремя естественными спутниками кольца сияли во всём своём великолепии.

- Видимо, Киалану древние аруанцы приурочили к моменту наибольшего свечения колец, - сказал Леруа, подходя к Янину, сидящему у костра. - Опять собираешься не спать до утра?

- Да нет, пойду скоро...

- У тебя ярко выраженная пиромания... - Леруа подсел к костру и подбросил в него несколько веток. - Как, впрочем, и у меня...

- Помнишь костер на Ладоге? - спросил Янин.

- Дикари мы с тобой, вот нас древние инстинкты и одолевают... - Леруа явно не собирался предаваться воспоминаниям.

- Я заметил, здесь, на Аруане, среди землян бытует стиль "а-ля первопроходец первобытный", - задумчиво проговорил Янин. - Видимо, соседство с пещерными жителями принесло свои плоды. Приготовление пищи - не иначе, как на костре, хотя под рукой всегда имеются нагревательные элементы.

- Думаю, сближение с природой, не тронутой цивилизацией, не принесет вреда... - Леруа горько усмехнулся. - Я лично доволен, что стал жить проще, без изнеживающего земного комфорта...

- Все хорошо в меру, - заметил Янин. - Осмилоки тоже добились простоты. И едва не вернулись на деревья... Впрочем, ладно, пойдем, у меня есть отличный чай. Сам Джонс заварил...

Чай действительно был отменный. Он приятным теплом разливался по телу, принося мягкую расслабленность

- Ну и денек, - сказал Янин, наливая себе и Шарлю по второй чашке. - Облава, нападение локов, мой плен, парламентеры, Киалана...

- Ты забыл про костровую феерию, - напомнил Леруа и как-то хитро взглянул на Янина.

Инспектор от этого взгляда почувствовал себя неуютно.

"Неужели догадался? - подумал он. - Вот артист, никогда не поймешь его, толком..."

- Я, признаться, надеялся, что вечером повторится нечто подобное, - сказал Леруа. - Я имею в виду костровую феерию.

- Ну, и зря... - Янин решил продолжать беседу, как ни в чем, ни бывало. - Этот ритуал никакого смысла сейчас уже не имеет и выполняется просто по традиции...

- Но ведь когда-то смысл был! Не забывай: в этой феерии для космоса рисунок человека превратился в рисунок Осмии. Вот тебе и перевоплощение, о котором говорил старик! Может быть, когда-то именно таким образом в космос сообщалось о том, что осмилоки готовы к чему-то особенному? Даже в своем наименовании они синтезировали эти два понятия! Вслушайся: осми-локи...

- По-моему, ты переутомился, - сказал Янин. - Впрочем, после такого дня... немудрено...

- Да, сегодня был трудный день, - сказал Леруа. - Но как здорово было бы, если бы вся жизнь состояла из таких вот дней! Ты прав: я болен. Но не тем, чем ты думаешь... Я давно разгадал ваш заговор... - Леруа насмешливо взглянул на Янина. - И не смотри на меня так, а то я начну сомневаться в твоих умственных способностях... Я ведь скрывал от всех, что у меня была стенокардия в страшно запущенной форме и два инфаркта... А теперь я не чувствую никаких болей в сердце... Операцию, наверное, провел доктор Акира?..

- Он, конечно... - пробормотал Янин. - Однако ты и мастер дурачить...

- Если уж мне удавалось столько лет дурачить Землю!.. - Леруа печально развел руками.

- И в результате одурачить себя, - закончил Янин. - Независимое мышление - штука неплохая, но не даром же древние говаривали: "одна голова - хорошо, а две - лучше"...

- Не скажи!.. Нередко коллективное мышление порождает коллективную безответственность, когда, в случае неудачи, всегда можно спихнуть вину на других...

- Ладно, не будем впадать в крайности... - Янин поднял руки. - всё хорошо в меру...

- Лок был безнадежен? - неожиданно спросил Леруа.

- Что? - не понял Янин.

- Я спросил: был ли безнадежен лок, сердце, которого мне пересадили?

- Да, конечно. Сам понимаешь: после такого побоища обезглавленных тел хватало. Но это был не лок, а агасфик. Так что ты теперь сможешь прожить не одну сотню, а то и тысячу лет...

- Вечером, я нащупал на спине шрам, - сказал Леруа. - Долбанули копьем?

- Да... Я видел это за мгновение до того, как меня самого огрели по голове. Так что к вызову сольдера с Акирой, я не имел никакого отношения.

- Даже если бы мое настоящее сердце было абсолютно здоровым, я почувствовал бы изменения... - Леруа печально улыбнулся. - Во мне в последнее время что-то происходит. Особенно - после трансплантации... Я сам толком не могу объяснить, что именно... Вроде бы, с одной стороны, я тот же, прежний, но я как бы заново переосмысливаю себя... Что, по большому счету, главное во мне? Или в тебе?.. Что отличает нас от миллиардов разумных, двуногих?..

- Вопрос риторический, - заметил Янин. - Я, к примеру, болен жаждой непознанного. Мне тяжело, если день не принес чего-то нового...

- Не такая уж опасная болезнь... - Леруа усмехнулся. - Я, не понимаю, как люди раньше могли жить иначе, когда вокруг, да и в самом человеке, - бездна непознанного! Ищи, дерзай, познавай бесконечность Мироздания! Здесь, в иных мирах, мы постоянно открываем новые грани самих себя. В непривычных ситуациях проявляются наши новые качества, о которых мы и не подозревали бы, сидя у себя дома, на Земле, в тепле и уюте... Да, я увлекался. Но тебе я могу сказать, почему осмелился нарушить инструкции и идти наперекор мнению большинства... Я ничуть не талантливее любого другого. Просто, я очень люблю жизнь, и рано осознал, что мне катастрофически не хватает отпущенных природой лет! Мне и сотни жизней было бы мало! Я говорю не о серой и однообразной жизни, а о жизни деятельной, наполненной событиями и открытиями. Сотни планет, тысячи интереснейших людей, горы книг, фильмов!.. Ведь мы соприкасаемся за свою жизнь лишь с крохотной частью Вселенной! Нам не хватает времени, мы мечемся, желая успеть прочувствовать, передумать, сотворить как можно больше. А ведь мир современного человека так расширился! Что знали предки? Свой дом, улицу, село. Ну, город, в крайнем случае. А сейчас мы осознали себя частью бесконечного во всех измерениях Мироздания, в котором и траектория элементарной частицы, и лепесток цветка, и движение галактик взаимозависимы. Человек прошлого за шесть-семь десятков лет едва успевал познать свой мирок! А некоторым этот мирок успевал даже надоесть!.. Но сейчас-то ведь все по-другому! Разве не горько уйти из жизни, когда столько понято, когда так много можешь дать поколениям, идущим на смену! Продление жизни необходимо не только индивидууму, но и обществу в целом! Именно понимание этого и давало мне силы...

Некоторое время они молчали.

- В процессе достижения цели человек может измениться к худшему, если будет неразборчив в средствах, - произнёс, наконец, Янин. - Существует обратная связь: средства, которыми достигается цель, воздействуют на самого человека. В случае Аруаны, эти средства воздействовали на целое общество. Вспомни, как много великих целей было дискредитировано, когда в процессе их достижения не брезговали в выборе средств!.. - Янин подбросил в костер пучок сухих веток и внимательно посмотрел на Шарля.

- Почти уверен, что на моем месте, ты поступил бы также, - Леруа горько усмехнулся. - Недостаток подлинной информации - вот главная причина моей ошибки. Ведь я был убеждён, что локи неразумны. Именно нехватка знаний является причиной большинства ошибок в мире. Весь прогресс цивилизации сводится, фактически к познанию... - Леруа не закончил, так как в палатку вошёл Джонс.

- У меня для вас интересные новости, - сказал он, теребя в руках видеодиск. - Я только что получил сообщение со стационарного спутника... - Джонс вопросительно взглянул на Янина.

- Я думаю, Шарль уже достаточно оправился и готов к любым неожиданностям, - ответил на молчаливый вопрос инспектор.

- Эту запись мы получили несколько минут назад, - Джонс вставил диск в стереовизор, и на экране появилось космическое пространство, в котором неслись осколки погибшего в незапамятные времена естественного спутника Аруаны. Ныне они составляли полупрозрачные кольца, вращающиеся вокруг планеты, заполняющей почти пол-экрана. На фоне желтоватых облаков элементы кольца были едва различимы, зато прекрасно были видны быстро увеличивающиеся объекты, летящие почти в плоскости колец, но с большей скоростью, чем глыбы, из которых эти кольца состояли.

Несущиеся над Аруаной образования больше всего напоминали то ли ромашки, то ли подсолнухи, с той лишь разницей, что лепестки этих гигантских объектов были не белыми и не жёлтыми, а тёмно-изумрудными.

- Ничего себе, ромашки! - невольно пробормотал Янин. - И каков же размер этих "цветочков"?

- Диаметр их около ста метров, как сообщили со спутника, - ответил Джонс. - Впрочем, некоторые существенно отличаются от среднего диаметра, как в большую, так и в меньшую сторону.

Сигнал тревоги, сопровождаемый яркими вспышками красной лампы над медицинской палаткой, заставил всех выскочить наружу.

Из медицинской палатки выбежала Юна.

- Старику плохо! - женщина была крайне растеряна. - По-моему, он умирает!..

Леруа нырнул в палатку, и вскоре до Янина донеслись его короткие приглушенные указания.

Несколько минут спустя из палатки вышел мрачный Берг.

- Старец просит, чтобы его отнесли в Рощу, - угрюмо сообщил генетик. - Он хочет умереть там... - Берг указал в сторону гигантских осмий, возвышавшихся над остальными деревьями.

Янин, пристально взглянув на Берга, шагнул в палатку.

Старик лежал на спине, широко раскрыв невидящие глаза. Он постоянно стонал и бормотал что-то нечленораздельное.

- Совсем плох? - шепотом спросил Янин.

- Я ничего не понимаю... - Леруа ответил, не отрывая взгляда от экранов электронного диагноста, по которым метались синусоиды, отражающие деятельность мозга и сердца.

- Он транспортабелен? - все так же шепотом спросил Янин.

- Лишь в крайнем случае...

- Его необходимо доставить в Рощу, - уверенно сказал Янин.

- Значит, ты тоже так думаешь? - Леруа оторвался от экранов и шумно вздохнул.

- Пойду готовить сольдеры, - Янин вышел из палатки...


ГЛАВА ВОСЬМАЯ. ЦЕНА БЕССМЕРТИЯ.


Во время перелета Юна ни на минуту не отходила от старика.

- Это я во всем виновата, - сказала она Янину, незадолго до посадки. - Я должна была предусмотреть!..

- Не слушай ее, Андрей, - вмешался Леруа. - Этого предвидеть не мог никто. Оказывается, организм старика существенно отличается от организма локов и осмилоков. К тому же в последнее время, в нем происходили поразительные метаморфозы. Если бы я не видел всего своими глазами - не поверил бы!..

- Роща под нами! - объявил Берг. - Скоро появится Поляна!..

Янин с любопытством разглядывал причудливые гигантские растения, медленно проплывавшие внизу. Отсюда они напоминали гигантские цветы, похожие на земные астры, растущие прямо на почве. В каждом растении множество утончающихся оранжевых, изумрудных и жёлтых стеблей радиально расходились от основания центральных, более толстых и тёмных стеблей. Скорее всего, это были стволы осмий, отличающиеся более тёмной окраской.

Вскоре небо на востоке посветлело. Пока сольдер шел на снижение, над горизонтом взошло гигантское изумрудное светило. Облака заполыхали множеством оттенков зеленого цвета. Когда живительные изумрудные лучи осветили осмии, величественно разворачивающиеся навстречу солнцу, все они начали стремительно зеленеть.

- Начинай снижение! - приказал Леруа Санти. - Курс на восток!

- Эти растения совершенно не похожи на те, что изображены в храме Звездной Рощи, - Янин обернулся к Леруа.

- В пору созревания, осмии видоизменяются в течение суток. Днем они раскрываются и насыщаются световой энергией, а вечером готовятся к ночной охоте на разных летающих тварей.

- Но на барельефе были изображены сигарообразные растения, - не унимался Янин.

- В такой фазе осмии видел лишь Ренгтон, но ты знаешь, как относились к его сообщениям...

- Я просмотрел все работы и сообщения Ренгтона, но о сигарообразных осмиях он нигде не упоминает!

- То, что мы видим, происходит лишь раз пять лет, - вмешался в разговор Джонс. - Причём, похоже, что именно таково время созревания их "цветочков". Ренгтон видел то, что мы сейчас наблюдаем ровно десять лет назад, незадолго до гибели. Подробности он, увы, рассказать не успел. Причём, судя по всему, он и погиб-то, пытаясь более тщательно изучить эти растения. За час до последнего вылета, его видел Берг. И даже разговаривал с ним... Может, поведаешь в двух словах? - обратился Джонс к генетику.

- Я же тебе тогда все рассказал... - Берг даже не обернулся.

- И все-таки... - попросил Янин. - Хотя бы как он себя вел?

- О сигарообразных осмиях он успел рассказать лишь Комлеву, который был с ним на постоянной связи. После исчезновения Стэнли Ренгтона Комлев прочесал всю зону внутри Мертвого Кольца. Но ни Ренгтона, ни сигарообразных осмий он так и не обнаружил. Весь личный состав базы искал Стэнли в течение двух недель, но не удалось найти даже его тела...

- Знаю... - сказал Янин. - Его сольдер нашли только через три года... Пустым...

- Приближаемся к Поляне, - предупредила Юна.

Сольдер летел на высоте всего нескольких десятков метров. Теперь осмии напоминали старинные радиотелескопы и радары. Плотно сомкнувшиеся боковые стебли этих удивительных растений образовали гигантские чаши, направленные на солнце.

- Каковы же их размеры? - прошептал Янин.

- Самые крупные растут внутри Мертвого Кольца, окружающего Поляну. Диаметр этих чаш не менее ста метров... - Леруа глянул вниз и крикнул:

- Санти, передай управление Бергу! Ты сбился с курса!

- Но я держал точно по компасу!.. - начал оправдываться стажер.

- Я тебя и не виню. Здесь часто происходят возмущения магнитного поля, поэтому на глаз вести надежнее.

- Эти возмущения могут быть вызваны осмиями? - спросил Янин.

- Очень даже могут... - буркнул Берг и, включив предельную скорость, уверенно повел сольдер на юго-восток.

Янин оглянулся назад. Второй сольдер, ведомый одним из роботов Джонса, заметно отстал, но находился в поле зрения. Сольдеры теперь неслись, почти задевая чаши гигантских растений.

- Не боитесь, что они глотнут нас вместо прочих летающих тварей? - спросил Янин.

- В это время осмии не опасны, - сказал Берг. - Охотятся они только по ночам, когда нет живительных солнечных лучей.

- Смотри вниз, Андрей! - окликнул Янина Леруа. - Сейчас начнется Мертвое Кольцо!

Внизу замелькали искореженные, словно взрывами, останки растений. Изогнутые стволы и ветви были устремлены к небу, словно в безмолвной молитве. Все говорило о вихре смерти, пронесшемся когда-то над этой зоной.

- Вокруг Мёртвого Кольца встречаются руины циклопических сооружений, в которых ютятся тысячи локов и агасфиков, - сказал Леруа. - Это самые неизученные места на всей Аруане!

- Подлетаем к Поляне! - предупредил Берг. - Идём на посадку!

Мертвое Кольцо кончилось, и внизу стремительно проносились колоссальные растения.

Наконец, появилась огромная кругообразная Поляна, окруженная почти сплошным кольцом чаш гигантских осмий.

В центре Поляны расположилось не менее сотни локов и агасфиков. Они сидели на корточках и, судя по всему, медитировали.

При появлении сольдера они поднялись на ноги и спокойно расступились, освобождая место для посадки.

- Это вам не осмилоки, шарахающиеся от машин, как черти от ладана, - заметил Берг.

Сольдер мягко опустился в центре Поляны и земляне, вместе с молодым агасфиком, вынесли на носилках Хранителя Знаний.

Старец лежал неподвижно. Можно было подумать, что он уже мертв, однако приборы, анализирующие информацию о состоянии его организма, показывали, что жизнь ещё теплится в его измождённом теле.

Леруа то и дело с беспокойством поглядывал на показания анализаторов, и по его виду было заметно, что он крайне удивлен этими показаниями.

- Смотрите! - воскликнул Джонс, показывая на осмии. - Они опять меняются!

Теперь ветви многих растений постепенно прижимались к центральным стволам и осмии приобретали сигарообразную форму. То есть форму, запечатленную на фризе и в костровой феерии.

- Странно, - пробормотал Берг. - В честь нашего прибытия, что ли, все эти метаморфозы?!

- Просто в сезон попали, - ответил Леруа.

По мере того, как земляне углублялись в Звездную Рощу, к их отряду присоединялось все большее количество локов и агасфиков. Они плотным кольцом окружили пришельцев и молча наблюдали за манипуляциями Леруа, прямо на ходу, работавшим с датчиками, анализаторами и прочей диагностической аппаратурой.

- В позвоночнике начался совершенно необъяснимый процесс, - скороговоркой сообщил Леруа коллегам.- Нечто вроде регенерации тканей... И не только в позвоночнике... Меняется даже химизм крови...

Неизвестно, что еще удалось бы обнаружить Леруа, но его исследования прервали аборигены. Они оттеснили землян от носилок, и под их напором Леруа вынужден был открепить от тела умирающего датчики. Затем аборигены подняли старика на руки и понесли в чащу.

Коротко посовещавшись, земляне последовали за ними.


На большой поляне, расположенной в самой непроходимой гуще зарослей, землянам открылось нечто вроде лазарета. Раненые локи и агасфики лежали прямо на земле. И в том, как они лежали, чувствовался некий странный, необъяснимый, на первый взгляд, порядок. Истекающие кровью аборигены были уложены возле корневищ осмий таким образом, что стопы их ног касались бугристой коры этих необычных растений. Причём, лежали локи и агасфики вокруг стволов осмий строго радиально.

Подойдя к одной из самых крупных осмий, локи торжественно опустили старца к ее подножию, уперев его ноги в толстое разветвляющееся у самой почвы корневище.

В это время внимание Янина привлек лок средних лет с огромной рваной раной на бедре. Он лежал в луже зеленоватой жидкости, которая сочилась сквозь остатки набедренной повязки. Это была кровь, которая прямо на глазах становилась зеленой.

- Невероятно! - пробормотал подошедший к Янину Берг.

- Взгляните на его ноги! - воскликнула Юна.

- Ноги лока были оплетены корнями осмии, от которых тянулись десятки тончайших полупрозрачных нитей-жал. Они впивались в кожу лока, как бы врастая в нее. Колени несчастного были еще похожи на человеческие, но ниже колен ноги настолько деформировались, что напоминали наросты на корневище, с которым они практически срослись.

- Интересный, однако, способ погребения, - заметил молчавший до сих пор Санти.

- Идите сюда! - раздался голос Леруа.

Биолог стоял возле полусгнившей поваленной осмии, из дупла которой свешивались тела локов. При более близком рассмотрении было видно, что тела этих несчастных существ срослись с гигантским растением.

Янин заглянул в дупло, из которого повеяло сыростью и смрадом разложения. В полутьме можно было разглядеть десятки странных сюрреалистически деформированных тел локов.

Инспектор включил фонарик, но его луч выхватывал из тьмы лишь ближайшие выступы и наросты. Общая картина терялась в туманной мгле.

Легко подтянувшись, Янин перекинул ноги в дупло.

- Вы с ума сошли! - воскликнул Джонс. - Причём, у меня складывается впечатление, что вам жить надоело...

- Я только гляну и назад, - невразумительно пробормотал Янин, и спрыгнул внутрь осмии.

Ноги его погрузились по щиколотки в маслянистую зеленую жидкость, над которой клубились желтоватые испарения.

Из зеленоватого тумана кое-где вздымались деформированные тела локов. Некоторые из них были обвиты чем-то похожим на паутину и напоминали коконы.

Пройдя несколько шагов, инспектор понял, что тончайшей паутиной было заполнено все внутреннее пространство гигантского растения. Именно эта паутина и создавала впечатление тумана, заполняющего нутро осмии.

Ближе к внутренней поверхности растения "паутина" утолщалась и превращалась в крепкие полупрозрачные нити, на которых висели тела несчастных локов. Некоторые из этих тел были как-бы обглоданы. До самого скелета.

Словно дохлые мухи, в паутине, подумал Янин.

Освещенные фонарем нити "паутины" отбрасывали решетчатые тени, которые перемещались вслед за движением луча, создавая иллюзию постоянного пугающего движения.

Янин сделал еще шаг-другой и вздрогнул от внезапного стона.

Один из локов, приподняв голову, перевернулся с бока на спину. Глаза его равнодушно уставились на землянина. Пока он переворачивался, Янин успел заметить, что спина аруанца тоже связана с внутренней поверхностью растения множеством "паутинок". К горлу несчастного, хищно извиваясь, потянулись пульсирующие жала, по которым циркулировала зеленоватая жидкость.

Гемоглобин и хлорофилл во многом схожи, подумал Янин. Не исключено, что эта жидкость является неким носителем, питающим соками осмии тело лока...

- Инспектор, как вы там? - донёсся издалека голос Джонса. - По моему, пора возвращаться, сэр? Причём, немедленно!..

- Сейчас! - крикнул Янин. - Еще немного и поверну назад!

Пробираясь среди тел локов, Янин старался уже не обращать внимания на вросшие в плоть растения руки, ноги, животы, спины и даже головы, которые иногда врастали рядом таким образом, что создавалось впечатление о каких-то двухголовых фантастических существах.

Внезапно Янин остановился. Впереди, в комьях паутины, лежал настолько худой лок, что его можно было назвать скелетом, обтянутым кожей. Приглядевшись, Янин обнаружил, что на стопах лока кожи нет вовсе, и вместо неё белеют кости, покрытые красно-коричневыми обрывками мышц и полупрозрачной студенистой массой, напоминающей желе для заливной рыбы.

Преодолевая отвращение, Янин осторожно перешагнул через это тело, и луч фонаря осветил целую груду подобных скелетов, улыбавшихся жуткими мертвыми оскалами. Паутина над ними была во многих прорвана местах и висела гирляндами шариков, скрученных из тончайших капилляров. В некоторых местах в паутине висели странные образования, похожие на слегка светящиеся нежным розовым светом булавы.

- Инспектор, вы идете? - вновь услышал Янин приглушенный голос Джонса. - Иначе, я вынужден буду принять санкции! Причём, самые строгие!..

Ответить Янин не успел. Внутренняя поверхность осмии неожиданно пришла в движение. По ней прошли волны сильных сокращений, и Янин почувствовал себя кроликом в чреве гигантского удава, заглатывающего добычу.

Сокращения становились все более частыми и ощутимыми. Янину пришлось пригнуться, чтобы верхняя часть осмии не коснулась его головы.

И тут он с ужасом увидел, что со всех сторон из оживших пульсирующих стен осмии к нему, извиваясь, тянутся тончайшие полупрозрачные жала.

Чем это могло кончиться, он уже знал.

Выхватив резак, Янин рубанул плазменным лучом по стенкам осмии, и тут же на него обрушилось что-то вязкое и тяжелое...


ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ДЕТИ ЗВЕЗД.


Очнулся инспектор в медицинской палатке. Рядом сидели Джонс и Юна.

- Покойник, кажется, воскресает, - улыбнувшись, сказал Джонс. - И зря ты так волновалась, свет очей моих, - Джонс ласково приобнял Юну и поцеловал в щёку.

- Что со мной? - с трудом шевеля губами, спросил Янин.

- Отпейте немного, - Джонс протянул Янину легу.

Янин выпил пару глотков эликсира и вопросительно посмотрел на Джонса.

- Одной ногой вы уже побывали в лучшем мире, - сообщил Джонс. - Если бы мы не подоспели, вы уже возносились бы в небеса. Причём, говорю я это не в переносном, а в самом прямом смысле.

- Как это понимать? - Янин почувствовал, что губы слушаются его уже лучше.

- Осмии генерируют не только электромагнитное поле, но и гравитационное. Короче, эти странные растения могут летать. Причем летать и в безвоздушном пространстве! Но для этого они должны вступить в симбиоз с человеком. Сигарообразную форму осмии принимают лишь перед стартом, и только в случае удачного вхождения в симбиоз...

- А если это растение пожелает синтезироваться со свиньей, к примеру? - поинтересовался Янин.

- Вижу, вы уже совсем отошли... - Джонс сдержанно улыбнулся.

- Осмия вступает в симбиоз только с агасфиками, - ответила Юна, вместо мужа. - Увы, во многих случаях это кончается трагично.

- Ты имел возможность убедиться в этом на своем опыте, - добавил Джонс. - Хотя, как знать... Может быть, если бы мы не вмешались, ты уже мчался бы внутри осмии в открытом космосе...

Янин нахмурился. Было немного обидно, что истина, к которой он так долго и упорно шел, открылась не ему. И все-таки он был рад, что истина эта уже известна.

- Когда вы все успели узнать? - спросил Янин после некоторого молчания, - Я так долго пробыл без сознания?

- Пять дней... Можно сказать, что вас сшили из разрозненных деталей. В общем, не пугайтесь, но теперь в вас тоже сердце одного из смертельно раненых агасфиков. Ваше не выдержало. Этот агасфик... Короче, как и в случае с Леруа, мозг его находился в безнадежном состоянии.

Янин выразительно посмотрел на Джонса, но ничего не сказал.

- Какого черта вы полезли в это полусгнившее бревно? - спросил Джонс, - Из-за вас едва не погиб Томас. Причём, я до сих пор оплакиваю Геракла, почившего в недрах осмии при извлечении ваших бренных останков...

- Скажи лучше, что ты думаешь об этом, - прервала мужа Юна.

- Ну, я много чего могу сказать!.. - По всему поведению Джонса чувствовалось, что он никак не нарадуется чудесному воскрешению инспектора. - Да, я об этом много чего думаю... И не один я...

- Берг, к примеру, считает, что осмии были выведены предками осмилоков специально для полетов в космос, - не дождавшись ответа мужа, сказала Юна. - Старец, доставленный нами сюда, успешно вступил в симбиоз с одной из самых крупных осмий и вознесся в мир иной... То есть в космическое пространство...

- Вместе с ним Аруану покинули еще сорок семь осмий с агасфиками... - добавил Джонс. - Хотя пытались это сделать сотни...

- Видимо, празднование Киаланы по времени совпадает с завершением определенного цикла метаморфоз в теле Осмии Гигантской, - воспользовавшись паузой, сказала Юна. - В это время наступает благоприятный период для вступления этих растений в симбиоз с человеком. Ну, и для дальнейшей миграции в космос...

- Сейчас все, покинувшие планету, подлетают к Кольцам Аруаны, - вставил Джонс.

- Это те самые "ромашки", о которых мы вчера говорили, - продолжила Юна. - Несколько часов назад со стационарного спутника сообщили, что во Внешнем Кольце к ним присоединились еще около сотни "ромашек", этих симбиотических живых космических кораблей. Как видите, в имени осмилоков, и впрямь, заложен немалый смысл. Правда, на деле, вхождение в симбиоз с осмией осуществляют не осмилоки, а Хранители Знаний, составляющие элитную касту агасфиков...

- Но из того, как себя называют осмилоки, следует, что когда-то это могли делать и они, - перебил жену Джонс. - Таким образом, костровая феерия адресовалась их собратьям, находящимся в космосе...

- Но ведь авторы феерии не Хранители Знаний, а осмилоки?

- Видимо, они жгли костры по традиции, подлинный смысл которой помнят лишь Хранители, - предположил Джонс. - Скорее всего, раньше костровую феерию использовали как сигнал о том, что скоро в космос мигрирует новая партия человекорастений.

- Человекорастений... - задумчиво повторил Янин. - В космическом пространстве они подчиняются принципу замкнутого цикла обмена веществ?

- Поразительно, но факт! - оживилась Юна. - Мы сейчас только подбираемся к решению этой проблемы, а здесь она была решена так давно, что даже Хранители Знаний забыли о конечной цели этих ритуалов и превращений...

- Вы думаете, что сейчас все это потеряло смысл?

- Сомневаюсь, что Хранители летят в космос для его исследования, - вновь вступил в разговор Джонс. - Видимо, для них это нечто вроде выполнения древнего обряда. Хотя, кто знает? Может быть, после вступления в симбиоз с осмией они поглощают еще и знания предков? Прозревают, так сказать... Короче, мы можем сказать лишь одно: мы знаем, что ничего о них не знаем...

- Центральное Кольцо совершенно не изучено и не исключено, что в нем Хранители основали своего рода космическую колонию... - Янин замолчал и многозначительно посмотрел на флягу.

- Нет, легу вам больше нельзя, - сказал Джонс. - Будет лучше, если вы сейчас уснете. Новой информации для первого раза и без того предостаточно!..

- Стоп! Я совсем забыл, что эти... "ромашки" могут уходить в подпространство!.. Значит, в каком-то смысле, они не уступают нам в развитии?!

- Не исключено... - Джонс, а вслед за ним и Юна поднялись со стульев. - Более того, есть предположения, что, уходя в римановы пространства, некоторые "ромашки" переходят в волновую, то есть невещественную стадию своей эволюции... Кстати об этом свидетельствует экипаж звездолета "Прометей", позавчера неожиданно вновь появившийся на орбите близ спутника Аруаны...

- Погодите... - новое сердце Янина сжалось в тревожном предчувствии. - А где Шарль?

- Хотел бы и я знать... - Джонс печально развел руками.

- Он тоже вошел в одну из осмий, - пояснила Юна. - Но ему, в отличие от вас, всё-таки удалось вступить в симбиоз...

- Он улетел в ней в космос?! - не поверил своим ушам Янин.

- Совершенно верно... - подтвердил Джонс. - Не забывайте: в нем сердце агасфика, которое могло каким-то образом воздействовать на его организм и подготовить его к симбиозу...

- Плюс невероятная интуиция Шарля... - добавила Юна.

- Между прочим, я тоже побывал в осмии, спасая вас, - вставил Джонс и погрозил Янину пальцем.

- Однако, вы здесь, а он... - прошептал Янин,

- Завтра... - мягко сказала Юна. - Завтра вы узнаете еще много такого, чего сегодня не знаем и мы...


...Когда Джонс и Юна вышли из палатки, Янин, превозмогая слабость, приподнялся и глянул в окно.

Палатка стояла в центре Поляны. В нескольких метрах от нее на подножке сольдера сидели Санти и Ула. Стажер рассказывал о чем-то прекрасной аруанке, горячо жестикулируя при этом. Чуть дальше Али-баба копался в чреве другого сольдера. К ним быстрым шагом шли Джонс и Юна. Еще дальше Добрыня под руководством Берга возводил первый на Поляне дом, которому было суждено стать ядром исследовательской базы, здесь, в самом сердце загадочной Осмилонии...

В нескольких десятках метров от палатки видны были осмии, ярко освещенные лучами ослепительного изумрудного солнца, и Янин почувствовал желание выйти навстречу этому неведомому и прекрасному миру. Теперь он испытывал непреодолимую потребность раствориться в нем и познать не только разумом, но и своим обновленным сердцем радость бесконечного бытия и вечного познания.

И еще Янину казалось, что теперь ему достаточно дойти до осмий, пожелать слиться с ними, и он обретет небывалое могущество, познает неведомые доселе ощущения, и при желании, сможет сам, без помощи бездушного металла, взлететь к звездам, а может быть и раствориться в пространстве и времени, пронизывая своим сознанием все Мироздание...


ГЛОССАРИЙ.


АГАСФИКИ - особо долгоживущие аборигены Аруаны, отлавливаемые осмилоками при проведения Киалан. Название происходит от имени библейского персонажа - бессмертного Агасфера. Дано земными колонистами.


АРУАНА - планета в системе звезды Корнар-2. По массе, составу атмосферы и другим параметрам почти не отличается от Земли.


АРУАНЦЫ - общеее название аборигенов Аруаны.


БЛАСТЕР - Боевой Лазер Самозаряжающийся, для Тактической Единицы Разведки.


ДНЕВНАЯ ПОВЕРХНОСТЬ - из сленга археологов. Означает поверхность земли, на которую извлекается археологическая находка.


ЕАЛЬ-БАА - самые большие деревья саванн Аруаны. Внешим видом напоминают африканские баобабы, листья, подобно листьям австралийского эвкалипта, обладают набором прекрасных фармакологических качеств.


ИСА - Искусственный Спутник Аруаны.


КРЫЛЬ - травоядный ящер, обладающий способностью к изменению камуфляжной раскраски кожи (мимикрии), наподобие земных хамелеонов. В минуты опасности, для запугивания врага раздувает складчатый кожный капюшон.


ЛОКИ - мутанты, выведенные на Аруане в древние времена, и служащие донорами органов для осмилоков. В племенах осмилоков локи содержатся в хлевах и загонах, подобно домашнему скоту. Стадные локи пасутся под присмотром специально обученных пастухов в степях и горных долинах. Дикие локи и агасфики, отлавливаются в лесах, окружающих Священную (Звездную) Рощу, перед проведением Киалан.


ЛУНГИ - одичавшие мутанты, используемые иногда осмилоками в качестве доноров органов при геронтологических операциях.


ОРА - Особый Район Аруаны. Официальное название Осмилонии.


ОСМИЛОКИ - обитатели ОРА, обособившиеся от остальных племен и государственных образований Аруаны. Отличаются особо крепким физическим здоровьем и долголетием.


ПП - подпространство, в котором перемещение информации и транспортных средств происходит, практически, мгновенно.


ТОРЛ - небольшая травоядная рептилия, умеющая принимать чрезвычайно устрашающий вид, для отпугивания хищника. Имя торла, применяется в идиоматических выражениях агасфиков (диких локов). Напр. выражение "торл побери" - аналогично выражению "черт подери" в русском языке.


ТУРНИКОН - кустарниковое растение, напоминающее земную крапиву. Широко примняется аруанцами в фармакологических и косметологических целях. Иногда используется аруанцами в пищу.


ХРАНИТЕЛИ ЗНАНИЙ - элитная каста агасфиков.


ГЕННАДИЙ ТИЩЕНКО.


www.tishchenko.ru 8-901-532-39-55


tishchenko06@mail.ru