# Тайна Ефремова

Геннадий Иванович Тищенко

Всем любителям отечественной фантастики и поклонникам творчества И.А. ЕФРЕМОВА.

ГЕННАДИЙ ТИЩЕНКО.


ТАЙНА ИВАНА ЕФРЕМОВА.


1. ПЕРЕЧИТЫВАЯ ЕФРЕМОВА.

Чуть позднее вы поймёте, почему статью об Иване Ефремове я начну с воспоминаний о своей Бакинской молодости.

В шестидесятых годах прошлого века Бакинский писатель-фантаст Генрих Альтов (он же - Генрих Саулович Альтшуллер, создатель Теории Решения Изобретательских Задач "ТРИЗ"), проанализировав предсказания фантастов, показал, что количество их удачных предвидений выше статистической вероятности. В своих исследованиях Альтов отметил, какие из идей фантастов оказались ошибочными, какие воплотились в жизнь, а какие из них ещё имеют шанс реализоваться в будущем.

В начале семидесятых в Бакинском "Институте Методики Изобретательства", созданном Генрихом Сауловичем совместно с Рафаилом Бахтамовым, слушатели обучались, в частности, по "Учебнику фантастики", написанному Павлом Амнуэлем. В то время Амнуэль, ныне известный писатель-фантаст, работал астрофизиком в Шемахинской Астрофизической Обсерватории и делал лишь первые шаги в фантастике. Я в те годы жил по соседству с Амнуэлем, который и познакомил меня, совсем ещё юного художника, с членами Бакинской "Секции писателей-фантастов".

Оказывается, редактором "Учебника фантастики" был всё тот же Альтов. В учебнике были не только рассмотрены поджанры фантастики и прослежена судьба идей, рождённых фантастами, но давались и алгоритмы создания новых идей. В работе над учебником Амнуэль использовал данные известного в своё время "Регистра идей фантастики", который Альтов создавал на протяжении многих десятков лет (кстати, в устных беседах Генрих Саулович отмечал высокую реализуемость идей Ивана Ефремова).

В 1970 году я получил Главную Премию на Международном конкурсе художников-фантастов и Альтов с Амнуэлем доверили мне нарисовать иллюстрации к учебнику фантастики. Я сделал около сотни рисунков, иллюстрирующих славный путь фантастики с античных времён до наших дней. С той поры минуло около тридцати семи лет, многое изменилось, но не мало из того, о чём я хочу поведать, представляет интерес и сейчас.

Работали мы над учебником, без надежды на широкое признание и гонорары. О публикации подобной книги в то недоброе для фантастики время не могло быть и речи. Страна праздновала 100-летие Ленина, "вольности хрущёвской оттепели" успешно искоренялись, идеологическая работа партии была "на взлёте" и "упаси господи" было публиковать что-то сомнительное! Поэтому и размножили учебник фантастики при помощи "Эры" (существовал в те годы такой копировальный электрографический агрегат).

Чтобы почитать учебник, в Новосибирском Академгородке, или в Дубне (не говоря о Москве, Питере, Киеве и т.д.) выстраивались в очередь, словно на запрещённых Сахарова, или Солженицина. "Самиздат" в то время, конечно, не дремал, но учебника на всех желающих не хватало и так уж получилось, что у меня не осталось ни одного экземпляра: "увели", зачитали.

Каков был ход мысли острожных цензоров и чиновников от культуры на рубеже шестидесятых-семидесятых? "С этой фантастикой чего доброго, беды не оберёшься, вдруг за всеми этими мудрёными терминами и намёками, скрыто такое, что и с тёплого места слететь можно. Вон ведь какая глыбища качнулась: сам Иван Ефремов! И не помогло ему даже то, что он учёный с мировым именем, профессор, лауреат Государственной Премии!".

Да, именно тогда, в начале семидесятых годов, была опубликована, а затем запрещена книга Ивана Антоновича "Час быка" и поползли слухи о том, что знаменитый учёный и писатель замешан в чём-то не поощряемом властью.

"А чего в "Часе быка" крамольного?!" - недоумевали многие. - Ведь и светлое будущее автор воспевает, и пороки капитализма бичует!.."

Однако если внимательно перечитать романы Ивана Антоновича, то можно увидеть, что, несмотря на свою искреннюю веру в коммунистическое будущее, он прекрасно понимал, в какое время живёт. Не поощряемыми властью тревожными мыслями полны все крупные произведения Ефремова. Даже в такой, казалось бы, аполитичной книге как "Таис Афинская" можно найти очень даже опасные для тогдашней власти идеи:


"... - Скажи мне, отец, - спрашивает жреца Таис, - почему открыли мне тайные чертежи морей и земель, но не сделали этого для Александра или того же Неарха?

- Нас никто не спрашивал, а знание дается лишь тем, кто ищет. Ты одна из нас, ты безвредна и не могущественна, потому что не стремишься к власти. Еще не бывало, чтобы великий гений, полководец, владыка, какому бы народу он ни принадлежал; принес бы счастье людям! Чем более он велик, тем больше беды. Люди обычные повинуются тысячелетним законам, выросшим из здорового опыта поколений. Они связаны необходимостью жизни, верой и службой богам и власти. Великий человек ставит себя превыше всего общечеловеческого, разрушая устои бытия, и совершает вечную ошибку, сводящую на нет его деяния и низвергающую в бездну Тьмы. Богоравные люди только тогда приносят счастье, когда они не имеют власти: философы, врачи, поэты или художники..."


(Из романа И.А. Ефремова "Таис Афинская")


Представляете?! Такое писать, в то время, когда всё прогрессивное человечество отмечало вековой юбилей Вождя Мирового Пролетариата, своей деятельностью существенно преобразившего мир! Ведь свой, последний роман Ефремов писал в год столетия Ленина! Всего три года прошло, как страна отпраздновала полувековой юбилей октябрьской революции, а Ефремов пишет о том, что отдаёт предпочтение эволюции, а не революции!..

Можно, конечно, подумать, что эти слова попали в роман об афинской гетере случайно. Но Ефремов настойчиво проводит подобные крамольные мысли на протяжении всего романа. Вот, к примеру, что сообщает главной героине путешественник, прибывший из далёкого Китая.

" ... Окончательно расстроила Таис еще одна откровенность путешественника. Его побудила идти на запад легенда о рае, населенном Драконами Мудрости, находившемся где-то в центре Азии, в кольце высочайших гор. Он прошел насквозь Центральную Азию, все ее каменистые пустыни и явился сюда, в Месопотамию, где западные предания помещали другой рай безоблачного счастья...

Он доверительно сообщил ей, что вместо рая и Драконов Мудрости он встретил приветливых, добрых людей, живших в каменных постройках на уступах высочайших гор, в истоках самой большой реки Небесной страны - Голубой. Эти люди считали себя последователями великого индийского мудреца, учившего всегда идти срединным путем между двумя крайностями, между добром и злом, между светом и тенью, ибо все в мире меняется со временем. То, что хорошо, становится плохим, и, наоборот, зло оборачивается добром... "


(Из романа И.А. Ефремова "Таис Афинская")


Итак, древний китаец говорит о срединном пути, то есть о пути по лезвию бритвы. Роман "Лезвие бритвы" Иван Антонович написал на десяток лет ранее, и он также вызвал немало нареканий. В чём только Ефремова не обвиняли: и во фрейдизме, и в вульгарном материализме! А ведь Иван Антонович не был диссидентом, просто он в своих книгах описывал окружающий Мир во всей его сложности и противоречивости, которые не всегда укладывались в прокрустово ложе царившей тогда идеологии.

Сейчас, возможно, многие уже забыли (а многие, скорее всего, и не знали), что в советские времена писатели-фантасты делились на два лагеря. Один лагерь, назовём его условно лагерем "славянофилов" объединяло издательство "Молодая Гвардия". Другой лагерь, то есть "западников" тусовался, как сейчас выражаются, в издательстве "Знание".

Про подобные тонкости я в те годы знать не мог, а когда узнал, мне стало обидно за фантастов, которые казались мне кем-то вроде олимпийских богов. Да, мне нравятся и Ефремов и братья Стругацкие! Я понимаю, что лёгкостью чтения, занимательностью и, в особенности, юмором молодые Стругацкие, возможно, "переигрывают" Ефремова, но сила Ефремова в совершенно другом! Как отметили Брандис и Дмитриевский, написавшие об Иване Антоновиче книгу "Через горы времени" "... заботит Ефремова в первую очередь сама мысль, а не одежда мысли, важнее ему, что сказать, а не как сказать...".

Именно опубликованная полвека назад "Туманность Андромеды" покончила с "фантастикой ближнего предела" и открыла путь таким авторам как, Альтов, Журавлева, Ларионова, Войскунский с Лукодьяновым, Емцев с Парновым, те же братья Стругацкие... И ещё много других наших фантастов, дебютировавших на рубеже пятидесятых - шестидесятых годов, вряд ли пробились бы к читателям, не появись в 1957 году роман Ивана Антоновича.

При чтении "Туманности Андромеды", "Лезвия бритвы" и "Часа быка" меня потрясает масштаб личности автора, его вера в великое будущее Человечества, а желание Ефремова предостеречь от ошибок на тернистом пути Прогресса заставляет задуматься над всем происходящем вокруг. И тогда часто становится не до смеха.

Сегодня наблюдается обратное: нередко в современных фантастических романах имеются и занимательность, и неплохое литературное мастерство, но всё это при скудости идей и мыслей, актуальных, как для нашего времени, так и для вечности.

По прозорливости и энциклопедичности лишь нескольких писателей-фантастов можно поставить рядом с Ефремовым. Это Жюль Верн, Герберт Уэллс, Александр Беляев, Айзек Азимов, Артур Кларк, Станислав Лем и братья Стругацкие. Причём, Стругацких я упомянул, прежде всего, из-за степени их воздействия на читателей, именно в нашей стране, поскольку за рубежом они не столь известны.

На мой субъективный взгляд именно ранее перечисленные фантасты, оказали наибольшее влияние, как на эволюцию общества в целом, так и на развитие именно научной фантастики.

Но ведь был ещё и Ефремов - автор "рассказов о необыкновенном". Они и сейчас остаются захватывающе интересными, а их литературные достоинства отметил ещё Алексей Толстой, спросивший "молодого писателя" при встрече: "Как вы успели выработать такой изящный и холодный стиль?".

"Молодому писателю" было тогда тридцать шесть, он являлся автором множества научных работ и доктором биологических наук. Фактически, к 1944 году Ефремов уже создал тафономию, отрасль науки на стыке палеонтологии и геологии, за создание которой он через несколько лет, получил Государственную Премию. Надо отметить, что применение методов тафономии помогло Ефремову в изысканиях и принесло славу "везучего учёного".

Вот как сам Иван Антонович объяснял свою "удачливость в литературных предвидениях:


"... Наиболее часто в интервью, читательских письмах и беседах меня спрашивали, каким образом проблемы науки, еще находившиеся в зачаточном состоянии, нашли в рассказах разгадки, которые в общих чертах совпали с реальными решениями много лет спустя. Не обладаю ли я неким даром пророчества, точнее, предвидения?

Мне думается, что такая таинственная способность, во всяком случае в рассказах о необыкновенном, отсутствует. Кроме полета воображения и интуиции, координат для заглядывания в будущее нет. Как для воображения, так и особенно для точной интуиции необходимо знание множества сопредельных фактов и явлений, широкая энциклопедичность, воспитанная разносторонностью интересов, помноженной на вместительную память.

Энциклопедичность образования очень помогала мне в науке. Удалось подчас проявить загадочную для моих коллег интуицию в решении вопросов разного калибра.

Та же интуиция помогла и в моих рассказах..."


(Из предисловия Ивана Ефремова к своему собранию сочинений.)


А ведь есть ещё Ефремов - автор повестей "На краю Ойкумены", "Звёздные корабли", художественно-документальной очерковой книги "Дорога ветров". В этих относительно ранних произведениях Ефремов, не только воспевает романтику дальних странствий и поэзию научных открытий, не только подчёркивает важность общечеловеческих ценностей, но и ставит вопрос о ценностях вселенского масштаба, общих для разумных обитателей иных планет.

В Ефремове времён написания "Туманности Андромеды", "Сердца Змеи", "Лезвия бритвы", "Часа Быка" и "Таис Афинской" преобладал мыслитель, жаждущий как можно большее число читателей обратить в свою веру. Веру в Человечество, побеждающее энтропию и инфернальные силы Мироздания.

Собственно об этом и говорили писатели из Бакинской "Секции писателей-фантастов", когда они отмечали семидесятилетие со длня рождения Ивана Антоновича. Да, в апреле 1977 году Бакинские писатели из секции фантастики, возглавляемой Альтовым, выступали в институтах, вузах и школах, на встречах, посвящённых юбилею Ивана Ефремова. Причём, делали они это не по призыву партийных чиновников, а по велению сердца.

К тому времени минуло почти пять лет со дня смерти Ивана Антоновича, и тем поразительнее было то, насколько точными оказались не только его научные прогнозы, но и предостережения, которые Ефремов завещал потомкам. В своих выступлениях Генрих Альтов, Валентина Журавлева, Евгений Войскунский, Исай Лукодьянов, Рафаил Бахтамов, Павел Амнуэль и другие Бакинские писатели-фантасты отмечали, прежде всего, энциклопедичность Ивана Антоновича.

"Научность предвидений Ефремова, - по мнению выступавших, - позволяет надеяться на то, что его оптимистические прогнозы о будущем земной цивилизации сбудутся, как это уже бывало с его предсказаниями в области естественных наук".

А ведь в большинстве своём перечисленные Бакинские фантасты входили в ряды "западников", а не "почвенников".

Об этом эпизоде в деятельности Бакинской "Секции фантастов" я напомнил, чтобы подчеркнуть глубину уважения, которым пользовался в среде фантастов (в том числе и "западников") Иван Антонович Ефремов...


2. ЕСТЬ ЛИ ПРОРОКИ В СВОЁМ ОТЕЧЕСТВЕ?


История знает немало примеров, когда сбывались предсказания не великих пророков, или ясновидящих, а творческих натур, не подверженных мистическим переживаниям.

В 1898 году был опубликован роман Робертсона "Тщетность". Возможно, это произведение так бы и затерялось в книжных хранилищах, если бы драма, описанная в романе, не потрясла мир 14 лет спустя, когда, после столкновения с айсбергом затонул "Титаник". С реальной катастрофой совпадало удивительно много: сходство названия затонувшего корабля, описанного Робертсоном, его водоизмещение, скорость и даже количества винтов.

Удивительные предсказания происходили в истории и раньше. Великий Леонардо предвидел немало изобретений, а далёкий от астрономии Джонатан Свифт описал оба спутники Марса задолго до их открытия.

Менее известно поразительное предвидение, сделанное Эдгаром По. В одном из своих рассказов он описал кораблекрушение, в результате которого в живых остались лишь четыре человека. После долгих скитаний в шлюпке трое из спасшихся убили и съели четвёртого страдальца. Много лет спустя всё описанное Эдгаром По произошло в действительности. Причём, опять таки, совпало абсолютно всё: название затонувшего корабля, имена и фамилии четверых спасшихся. Самое же поразительное - совпали имя и фамилия убитого и съеденного господина.

И всё же пальма первенства в жанре литературных провидений, конечно же, принадлежит писателям-фантастам.


"Его имя обросло всяческими легендами, - рассказывает сын писателя Алан Иванович Ефремов. - Кем только его не называли: от английского шпиона, до инопланетянина и тибетского монаха. Потом слухи ходили, что его подменили в Монголии тибетские монахи и ещё какая-то чепуха. Точно можно писателя, учёного с мировым именем заменить кем-то там..."


Иван Антонович действительно был большим знатоком восточной культуры и истории, и прекрасно знал первоисточники, которые так любят цитировать адепты мистических культов. Но не следует забывать, что Ефремов всегда оставался учёным и убеждённым материалистом. У него хватало недоброжелателей и завистников. Маститый учёный, автор романов и повестей, которые зачитывали до дыр несколько поколений, он был фантастически удачлив в исследованиях. Его экспедиции всегда привозили богатейший научный материал. Такая удачливость не могла не навести романтически настроенных поклонников творчества Ивана Ефремова на рассуждения об его экстрасенсорных способностях. И конечно, тут же вспоминали об эзотерических науках, которые Иван Антонович мог познать в Гоби, или на Алтае...

Впрочем, вот что писал он сам:

"...Как мне рассказывали мои коллеги-геологи, ведшие поиски алмазов, они таскали в своих полевых сумках книжку рассказов с "Алмазной Трубой". Секрет этого удивительного на первый взгляд прогноза прост: будучи сибирским геологом, я, несколько лет занимаясь тектоникой

древних щитов, подыскал геологические условия, очень близкие с африканским щитом, после того, как многие годы изучал Африку. В

рассказе я придумал находку трубки геологическим отрядом, в

приключения которого вложил испытанное в собственных маршрутах, как то сделал в "Гольце Подлунном". Разумеется, я принял во внимание все

известные по тому времени факты: существование зоны повышенного

давления под Сибирской платформой, аномалии силы тяжести и интрузии тяжелых основных пород, описал, что основными спутниками алмазов должны быть алые гранаты - пиропы, а вмещающими породами кимберлиты.

Все это до такой степени точно совпало с найденными двенадцать

лет спустя месторождениями, что фантастический рассказ "Алмазная

Труба" стали рассматривать как научный прогноз. Нашлись даже люди,

которые обвинили меня в присвоении чужих открытий...

.... Я привожу здесь этот случай в качестве курьеза. Пожалуй, это

первый раз, что автор научно-фантастического рассказа подвергся

обвинению, хотя бы и клеветническому, в присвоении чьей-то научной

теории! Правда, в 1945 году англо-американского научного фантаста

Олафа Степльдона ФБР обвинило в разглашении сверхсекретнейшей

информации об урановой бомбе, тогда еще "Манхеттенском проекте".

Степльдону удалось доказать, что фантастическое описание бомбы

опубликовано им еще в 1932 году, когда даже сам Эйнштейн не помышлял о техническом осуществлении уранового взрыва..."


(Из предисловия Ивана Ефремова к своему собранию сочинений.)


Художественная литература давала учёному Ефремову возможность захватывающего полёта фантазии. То, чего он не мог себе позволить в рамках научных публикаций, прорывалось в повестях и рассказах, где он сопоставлял факты и строил неожиданные гипотезы. Стоит ли удивляться, что нередко фантаст Ефремов значительно опережал своё время...

Иван Антонович вёл счёт научным открытиям, которые предсказал в своих рассказах. Как он и предвидел, на Алтае обнаружилась ртуть, продвинулось вперёд научное решение проблемы накопления тяжёлой воды, которую Ефремов затронул в рассказе "Встреча над Тускаророй", сам создатель практической голографии Денисюк рассказывал, что к открытию его подтолкнул рассказ Ефремова "Тень минувшего"...

Что же касается романов, то для нескольких поколений они превратились в настольные книги, определяющие творческий и жизненный путь читателей.


Надо отдать должное руководству Советского Союза, которое уже в двадцатых годах прошлого века проявляло интерес ко всему новому и перспективному. Именно поэтому в Африку отправляется профессор Иванов, чтобы доставить в Россию обезьян, для экспериментов, связанных с трансплантацией органов, в целях омоложения и продления жизни. Так появился Батумский обезьяний питомник, поставлявший обезьян для самых разнообразных медицинских экспериментов.

Той же проблемой омоложения, но уже с помощью переливания крови, занимается видный в прошлом революционер, оппонент самого Ленина Александр Богданов (Малиновский)|. Именно он организовал в Москве "Институт переливания крови", в результате деятельности которого на полях Великой Отечественной Войны были спасены десятки тысяч наших бойцов.

Кстати, в начале двадцатого века Александр Богданов написал достаточно обогнавшие своё время фантастические романы "Красная звезда" и "Инженер Менни", о пребывании на Марсе русского революционера, поражающегося достижениям высокоразвитой марсианской цивилизации.

"Не брезговал" научной фантастикой" и упомянутый Ефремовым академик В. А. Обручев. Его романы "Плутония" и "Земля Санникова" зажгли жаждой познания немало юных сердец. Надо подчеркнуть: в прошлом веке многие учёные считали своим долгом с помощью научной фантастики приобщать молодых читателей к познанию окружающего мира и к решению проблем, встающих перед человечеством. А вот в наше время эта тенденция, похоже, пошла на убыль...


"... Когда писались первые рассказы, наука в нашей стране да и во всем мире еще не претерпела того бурного развития, можно сказать, взрыва, какой характерен для второй половины века. Научная популяризация по количеству книг находилась на весьма низком уровне. Знакомство широкого читателя с достижениями, а главное - возможностями науки было еще весьма ограничено.

Для меня, ученого, тогда не помышлявшего о пути писателя, казалось важным показать всю великолепную мощь познания, беспредельный интерес видения мира, открывающийся трудом ученого, решающее её воздействие на самовоспитание..."


(Из предисловия Ивана Ефремова к своему собранию сочинений.)


В девяностых годах прошлого века было принято замалчивать успехи отечественной науки Советского Периода. Но ведь при всей противоречивости того времени, именно при советской власти были поддержаны работы Константина Эдуардовича Циолковского. Да и ракетной техникой в нашей стране занялись не намного позже, чем в Германии, наиболее передовой, в техническом отношении, стране того времени. Поэтому и не случайны были наши успехи в освоении космоса. А то, что это делалось, прежде всего, в оборонных целях, вряд ли сейчас может удивить кого-либо. Разве Фон Браун создавал свои "Фау-2" не для бомбардировки Лондона?! Или не в военных целях были использованы достижения ядерной физики, когда американцы сбросили атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки?!

Конечно, всё было крайне противоречиво и при жизни Сталина, и после его смерти. Иван Антонович понимал, но не принимал правил игры, царивших во многих областях науки. Он никогда не опускался до унизительной коньюктуры, не старался угодить власти, но избегал ненужных конфликтов. При этом он был подлинным патриотом своей страны и государственником. И не его вина, что он жил в такие времена. Ведь как сказал поэт:


ВРЕМЕНА НЕ ВЫБИРАЮТ,

В НИХ ЖИВУТ И УМИРАЮТ...


"...отчетливо видишь на окаменелых костях следы заживших ран -- сломанных и сросшихся переломов, отметины странных заболеваний. Кажется, что с глаз спадает какая-то пелена и они глядят прямо в глубину времени, а современная человеческая жизнь соприкасается с прошлым, давно исчезнувшим, но совершенно реально осязаемым. И тогда приходит отчетливое понимание, насколько важно познание прошлого. Без этого знания мы никогда не поймем, как появились, как исторически сложились..."


(Из книги И.А. Ефремова "Дорога ветров")


Ефремов искренно разделял со своим народом коммунистические идеалы и талантливо проповедовал их, сверяя, при этом, с общечеловеческими ценностями. Может быть, поэтому, после "Туманности Андромеды" цензоры "проморгали" "Час Быка"? А Иван Антонович в очередной раз угадал, что именно в этот исторический момент общество готово, наконец, понять то, что он давно собирался ему сказать...


"...Час быка, конечно... как его напечатали, для всех остаётся загадкой, - рассказывает Таисия Иосифовна. - Но его напечатали. Сперва, в журнальном варианте... "Техника молодёжи" очень сократила журнальный вариант, а "Молодая Гвардия", журнал, опубликовал подробно, там не так много было сокращений. А потом, в семидесятом году вышла книжка... Ну, и после этой книжки началось... Вышло так, что и на "Молодую Гвардию", на журнал, и на "Молодую Гвардию", издательство, стали нападать..."


И этот ответный шаг власти предугадал Иван Антонович. Запрещение книги только способствовало её популярности, с одной стороны, а с другой - повышало доверие к каждому написанному там слову. Это было другое время, другие читатели. Они рассуждали: "раз запрещают - значит, правда, значит действительно стоит прочитать!".

Практически, вся творческая жизнь Ефремова пришлась на противоречивые времена нашей истории. В науке, увы, не только совершались выдающиеся открытия, но и плелись вероломные интриги, сопровождающиеся доносами, обысками и арестами. Нередко бездарности и аферисты, такие как академик Лысенко, захватывали ключевые посты и прорывались к руководству целыми отраслями науки. Ефремов готовит себя к худшему, он делает всё, чтобы избежать ареста. Именно в это время он уничтожает семейные архивы, переписку с друзьями и оставляет подробные инструкции супруге: что ей делать, как жить, если она останется одна...


"... Да, Иван Антонович меня предупреждал в своём письме...- рассказывает вдова писателя Таисия Иосифовна. - Вернее в книжечке советов, он меня предупреждал. Там такой у него есть отдел - "для тебя самой"... Что, пока ты со мной, тебя не тронут... Если самого не тронут... А оставшись одна, ты подвергаешься любой опасности. Может придти к тебе кто-то, прикинувшись твоим, или моим другом, или участником экспедиций каких-нибудь... В общем, он меня предупреждает, что "ты вспыльчива, что ты можешь сказать... что ты можешь вспылить и сказать что-то, и тебя могут обвинить в чём угодно..."


... Обыск и вправду случился, но значительно позже, сразу после смерти писателя, в 1972 году...


"...Один сказал, что "по нашим сведениям у вас в доме имеется вредная идеологическая литература, - рассказывает Таисия Иосифовна. - Я говорю: "Ну, ищите". И они начали искать... - Таисия Иосифовна показывает на книжные полки. - Отсюда начали, и пошли по всем этим книжкам. Металлоискатель они применяли... рентген у них был. Портрет, все картины они рентгеном прошлись. Рентген у них какой-т о вот такой, маленький был... - Таисия Иосифовна обозначает руками размеры спецаппарата. - И металлоискатель какой-то кругленький был... Я всё время только говорила... сидела и говорила: "вот бы геологам такой металлоискатель!.."


Что искали чекисты после смерти Ивана Антоновича? Подтверждения доносам завистников, что Ефремов - английский шпион? Но это надо было делать при его жизни!.. Какой смысл доносить на покойника, который уже никому не мешал и не стоял поперёк дороги?..

А может быть искали загадочные материалы экспедиции в Заалтайской Гоби, о разглашении которых во времена, когда КГБ именовался НКВД, и речи быть не могло?..


3. НАХОДКА НА РЕКЕ ХАРГАНАИК-ГОЛ.

Шестьдесят лет прошло со времён экспедиций Ефремова в Гоби, а многое до сих пор покрыто завесой тайны. Вчитаемся пристальнее в мало известную широкому кругу читателей книгу "Дорога ветров", в которой Иван Антонович подробно рассказал о своих трёх гобийских экспедициях. Хотя, похоже, о многом ему, по известным причинам, пришлось умолчать...

"...Первые находки костей ископаемых животных в Центральной Азии сделал наш геолог-путешественник, покойный академик В. А. Обручев. Во впадине Кульджин-Гоби, в пределах Внутренней Монголии, на склонах обрывов, в лабиринте оврагов и промоин сохранились кости титанотериев и водных носорогов, живших тридцать миллионов лет назад...

...частные пожертвования дали возможность большой Центрально-азиатской экспедиции, организованной Нью-Йоркским музеем естественной истории, проработать несколько лет во Внешней и Внутренней Монголии. Открытия, сделанные этой экспедицией: яйца динозавров, древнейшие млекопитающие, множество огромных титанотериев со странными выростами черепа и ряд скоплений остатков более мелких ископаемых животных, - все это имело крупный научный интерес и сопровождалось шумной рекламой, способствовавшей сбору денег...

...Я помню массивный том, который вышел в те годы... Сколько раз я осторожно переворачивал вклейки великолепных фотографий, задумчиво смотрел на горделивое заглавие "Новая победа в Центральной Азии".

Сменялись изображения грозных барханов, процессий легковых автомобилей с звездными флагами, громадны верблюжьих караванов и роскошных завтраков с салфетками и бокалами на фоне пустыни... Описание работы экспедиции носило рекламный характер и занимало весь толстенный том, в котором затерялись, отступив на задний план, немногочисленные страницы, посвященные собственно научным открытиям...

... Районы, где американские исследователи нашли самые богатые скопления костей, были описаны своеобразно. Как будто бы все нужные сведения сообщались в книге, но в то же время не было никакой возможности определить точное географическое положение этих мест.

Я вспомнил, что этот недостойный ученых маневр удивил меня еще тогда, когда я совершал свои первые шаги в науке и восторгался успехами американской экспедиции..."


(Из книги И.А. Ефремова "Дорога ветров")


...Руководил упомянутой Иваном Антоновичем американской экспедицией большой энтузиаст палеонтологии Рой Чемпен Льюис. В какой-то степени он напоминал Шлимана, поставившего перед собой ещё в 19 веке задачу доказать, что Троя реально существовала, а не являлась придумкой Гомера. Рой Чемпен Льюис был не столько серьёзным учёным, сколько талантливым энтузиастом и человеком, не менее предприимчивым, чем Шлиман.

Чуть позднее Роя Чемпена Льюиса отправляется в Тибет Николай Рерих, наивно принимающий за аборигена скандально известного чекиста Якова Блюмкина, убившего в своё время немецкого посла Мирбаха. Естественно Блюмкин сопровождал экспедицию Рериха не из простого любопытства...

Не стояла в Советском Союзе на месте и наука: в Центральную Азию отправляются экспедиции Ивана Ефремова...


"...благодаря исследованиям советских ученых в Монгольской Народной Республике стало известно, что ископаемые кости встречаются несравненно чаще в большем числе мест...

Теперь "зашифрованные" местонахождения американцев нам не были нужны. Мы пойдем другим путем - за четверть века развития советской науки у нас выработались свои методы! Мы изучили закономерности тех процессов, которые формируют в истории Земли страницы геологической летописи, - те пласты, слои горных пород, в которых захороняются, превращаются в камень, сами становясь частью породы, остатки древних вымерших животных. Узнали, что большие скопления окаменелых костей образуются не случайно, а в результате совпадения совершенно определенных процессов, которые можно учесть. Узнали, что распределение этих местонахождений в пластах земной коры также подчинено определенным законам, изучением которых занимается новая отрасль геологических наук - тафономия..."

(Из книги И.А. Ефремова "Дорога ветров")


Писатель Владимир Щербаков, немало написавший о загадках истории, первым обратил внимание на следующие строки из книги Ивана Антоновича "Дорога ветров":

" ... По широким зеленым холмам с могильниками мы доехали до следующей речки Харганаик-гол ("Речка черных обрывов"). Едва мы спустились в ее долину, как чувство безнадежности охватило нас. Широким разливом быстро мчалась прибывающая вода. Мы принялись исследовать брод, сняв сапоги и шлепая по воде, сначала достигавшей немного - выше щиколоток...

...Машины выстроились в ряд у подошвы широкого склона, по

которому вверх к гранитным скалам тянулись могильники. Меня осенила счастливая идея. Двадцать один человек - состав нашего отряда - представляли собою серьезную рабочую силу, и ее можно было использовать для раскопки одного из могильников в помощь монгольским археологам..."


(Из книги И.А. Ефремова "Дорога ветров")

Гоби...Тибет... Эти регионы привлекали внимание всех крупнейших держав... Одну за другой посылал экспедиции на поиски сакральных фетишей бесноватый фюрер. Идеологическая машина третьего рейха требовала подтверждения своих теорий об избранных наследниках арийской расы и сверхчеловеках будущего. Посланцы третьего рейха искали Агарти и Шамбалу, о чём не могли не знать в Стране Советов. Советские спецслужбы зорко следили за действиями рейха и не могли не интересоваться изотерической подоплёкой фашистской идеологии. К тому же, атеизм, насаждаемый в Советском Союзе, требовал развенчания религиозных постулатов и доказательств верности дарвиновского учения. Возможно, поэтому в самые тяжёлые годы не прекращались работы в загадочных горах и пустынях. После гражданской войны в Тибет отправляется Николай Рерих, а после Великой Отечественной Войны пустыню Гоби исследуют экспедиции, возглавляемые Ефремовым.

Так может быть, Ефремов нашёл то, что с таким упорством искали его предшественники?..

"...Мы наметили большой кольцевой могильник около тридцати метров диаметром, с четырьмя огромными вертикальными глыбами, установленными против стран света по периметру круга. В центре лежал маленький холмик замшелых камней.

Я произнес короткую речь об археологических раскопках и постарался картинно расписать замечательные случаи находок драгоценных кладов. В каждом участнике экспедиции пробудилась душа кладоискателя. Через несколько минут рабочие, шоферы и научные сотрудники бешено раскидывали камни на холмике. Никогда еще работа не производилась с таким азартом, но холмик оказался предательским. Под насыпью сравнительно мелких камней пошли все более укрупнявшиеся плиты, которые мы отворачивали с большим трудом. Плиты были уложены шатрообразно в четыре слоя, и все промежутки между ними забиты камнями..."


(Из книги И.А. Ефремова "Дорога ветров")


Несомненно, Ефремов прекрасно понимал текущий момент и взвешивал каждое слово, не только в своих художественных произведениях, но и в научных монографиях и отчётах. Учитывая километраж его экспедиций по интереснейшим, в палеонтологическом и археологическом отношении районам Земли, фантастическую научную интуицию, о которой ходили легенды, можно предположить, что далеко не все находки нашли отражение в отчётах.

В произведениях Ивана Антоновича можно найти немало намёков на то, что он был уверен в немалых достижениях древних цивилизаций...


"... Я убежден, что торговые и культурные связи древности гораздо шире, чем мы представляем по неполной исторической документации. В основном наша беда в плохом знании исторической географии Востока, которая еще только начинает открываться европейцам. Каждое крупное археологическое открытие приносит неожиданное "углубление" культур и усложнение связей обмена между отдаленными и труднодоступными областями обитаемой суши - Ойкумены.

Особенные неожиданности таят в себе методы антропологического изучения скелетного материала в погребениях. Безвременно умерший наш антрополог и скульптор М.М.Герасимов положил начало портретным реконструкциям типов древних людей, и это сразу же принесло очень интересные открытия.

Из одного древнейшего парного погребения неолита, содержащего останки мужчины и женщины, М.М.Герасимов восстановил два различных портрета, женщины с тонкими монголоидными чертами, скорее всего - китаянки, и европеоида южного типа - арменоида. Китаянка и арменоид, вместе похороненные в Воронежской области, - прекрасный пример того, как далеко могло заходить смешение народов в самой незапамятной древности...

... Некоторые удивительные находки, неизвестные прежним историкам, я считаю лишь первыми свидетельствами очень больших умозрительных открытий прежних цивилизаций. Счетная машина для планетных орбит существует на самом деле; хрустальные линзы тщательной шлифовки найдены в Междуречье и даже в Трое; счет времени у индийцев, достижения врачевания, астрономии и психофизиологии известны в исторических свидетельствах и в древних философских книгах..."

(Из предисловия И.А. Ефремова к роману "Таис Афинская")


С интересом Ефремов относился к сведениям о загадочной Шамбале и тибетских отшельниках-мудрецах, о которых он упоминает не только в историческом романе "Таис Афинская", но и в романе "Лезвие бритвы".

Однако вернёмся к находке на реке Харганаик-гол...

"... Последнюю плиту сначала хотели зацепить машиной, но все же соединенными усилиями подняли и отвалили в сторону. Под ней оказалась еще большая плита, в шесть квадратных метров, которую ни ЗИС, ни весь состав нашей экспедиции не смогли бы перевернуть. Пришлось копать рядом с плитой траншею и подходить под нее сбоку.

Непосредственно под плитой в слое рыхлого песка оказался скелет мужчины громадного роста старше шестидесяти лет. Он лежал на спине головой на запад, с запрокинутым вверх лицом. Странным образом у скелета отсутствовали кисти обеих рук. Вместе с покойником не было найдено абсолютно ничего. Ни одного осколка посуды, обломка оружия, следов каких-либо украшений или одеяний, так как если бы человек был похоронен совершенно голым. Высказывались предположения, что тут похоронили какого-то раба или врага, но в таком случае все это гигантское сооружение было бессмысленным. Такие огромные плиты могли перетаскиваться лишь доброй сотней человек, и то под кнутом.

Кости покойника сильно разрушились водой, затекавшей со склона под плиту, но Эглон пропитал их столярным клеем. Мы взяли череп, бедро и необыкновенно массивные поясничные позвонки. Судя по черепу, покойник был не монголом, а представителем европейской расы. С большой осторожностью мы упаковали кости, пролежавшие под плитой около трех тысяч лет, и передали их впоследствии археологам экспедиции профессора С. В. Киселева... "


(Из книги И.А. Ефремова "Дорога ветров")

За прошедшие годы стало ясно, что историки и археологи ещё очень многого не знают об исчезнувших цивилизациях. Связь культур Евразии и Америки, загадочная общность санскрита и языка древних славян, таинственные отголоски древнейших знаний, дошедшие до наших дней, невольно заставляют вспомнить гипотезу о цикличности цивилизаций, столь популярную в конце девятнадцатого и начале двадцатого веков. Кто же был этот европеоид, обнаруженный последней экспедицией Ивана Ефремова в Гоби?!

Владимир Щербаков предполагал, что Ефремов обнаружил останки одного из первых протоариев. По версии Щербакова именно они, арии, принесли из Азии через Северное Прикаспие и Северный Кавказ цивилизацию в Скандинавию, а позднее в Западную Европу и Россию. Щербаков нашёл немало доказательств того, что Асгард, обитель богов древних викингов, находился в Азии. Может быть раскопки других могильников, описанных Иваном Антоновичем, дадут ответы на многие вопросы, волнующие современных учёных?..


"... Раскопки закончились, но, вычислив вес нашего снаряжения, продовольствия, горючего и коллекции, я установил, что можно взять ещё около трёхсот килограммов... Десятки тонн интереснейших находок мы увозили из этой безвестной котловины. Но ценнее всех находок было само открытие этих неслыханных палеонтологических сокровищ. Мы стояли перед ещё большими открытиями, а мои учёные друзья сделали всё от них зависящее, чтобы замолчать успехи экспедиции..."


(Из книги И.А. Ефремова "Дорога ветров")


Как мы видим, взаимоотношения с коллегами у Ефремова складывались, мягко говоря, не простые. Вот фрагменты одного из писем Ефремова директору палеонтологического института Орлову, от 31 января 1962 года:

"Глубокоуважаемый Юрий Александрович!

... Вы, фактически дали мне понять, что не заинтересованы в моём возвращении в палеонтологический институт. Если возможность того, что я могу перейти дорогу кому-то в членкоры, благо есть вакансия, то сколько раз я говорил, что никогда больше не выставлю своей кандидатуры, поскольку один раз академия её уже отвергла.

... Если вы отнеслись к этому как типичный служащий недоброй памяти эпохи, то это тоже свидетельство ацедии - страшного равнодушия человека.

... Мне кажется, что я в науке нужен в любом качестве, если это не так представьте доказательства и я соглашусь с вами. Только не надо тайных вывертов, подземных ходов и дискредитирования "помаленьку".


(Из книги И.А. Ефремова "Дорога ветров")


К сожалению, многие молодые читатели или вовсе не знают творчества Ефремова, или относятся к нему с предубеждением, поскольку считают его "замшелым апологетом коммунизма". Однако, какая, в сущности, разница, как будет называться справедливое и гармоничное интернациональное общество будущего, без построения которого человечество погрязнет в бесконечных кризисах и войнах?! Ведь даже западные критики и читатели поняли и приняли гуманную направленность романа "Туманность Андромеды", отметив "прозорливое предвидение лучшего будущего". Недаром изданная во Франции в 1970 году десятитомная серия "Шедевры мировой фантастики" открывалась "Туманностью Андромеды" Ивана Ефремова!..

А в нашей стране до сих пор не открыта тайна абсурдного дела об "английском шпионе с детства", заведённого на Ефремова в КГБ. Казалось бы, минули все разумные сроки давности по подобным делам, а папка с этим делом до сих пор лежит где-то в архиве ФСБ и доступа к ней не имеет даже вдова писателя Таисия Иосифовна Ефремова.

В чём тут причина - воцарившаяся в стране неразбериха, или живы ещё те, для кого обнародование этого дела представляет опасность?

И не просто живы, а ещё имеют власть и влияние...

Но хочется верить: "честь, совесть, справедливость, правда, разум, дружба, красота, любовь и другие "киты", на которых стоял, стоит и, смею надеяться, будет стоять Мир Ефремова, - навсегда останутся Истинными Ценностями", как написал посетитель форума на моём сайте В. Чуприянов.

Правильно поставленное воспитание - единственный путь формирования нового человека - вот мысль, проходящая через романы Ефремова. Когда творческий труд становится потребностью, когда человек побеждает эгоистическое начало и осознаёт себя не только самобытной личностью, но и частичкой Человечества, лишь тогда возможно гармоничное общество. Лишь такое общество забудет о войнах, и только такое общество будет достойно вступление в Великое Кольцо Миров, объединяющее братьев по разуму.

Главное - воспитывать в подрастающих поколениях веру в высокое предназначение человека, в победу разумного и духовного в человеке над эгоистическими животными инстинктами.

Разве не к этим идеалам стремится Человечество сейчас, через пятьдесят лет после первой публикации "Туманности Андромеды"?!

Не надо забывать: "свято место пусто не бывает"! Люди не могут жить без идеалов и целей. Когда их нет, начинаются шараханья в алкоголизм, наркотики, сатанинские и прочие секты.

Увы, в перестроечной борьбе было ввергнуто в забвение немало достойного передачи будущим поколениям. Как это, увы, бывает - "вместе с водой выплеснули и рыбу". Но хочется надеяться, что наследие Ивана Антоновича Ефремова, столетие которого будет отмечаться в 2007 году, ещё долго будет служить ориентиром на непростом пути Человечества в будущее...

5 ноября 2006г.