# Записки технонационалиста -2

Александр Владимирович Тюрин

Гуманитарная катастрофа российской интеллигенции и национальное возрождение

Александр Тюрин

Записки технонационалиста -2

(Гуманитарная катастрофа российской интеллигенции и национальное возрождение - первая публикация tyurin.livejournal.com , январь-февраль 2011)


Часть I. ДАМ живет в стране, которой лишь 20 лет

В предновогоднем выступлении ДАМ порадовал зрителей хорошей, на его взгляд, новостью. Оказывается, возраст России меньше, чем у государства Кирибати. "Напомню, что в наступающем году ей исполнится только 20 лет," - сказал руководитель, очевидно имея в виду время её самостоятельности и независимости.

Тезис о двадцатилетней "самостоятельности", мягко говоря, спорный.

Более несамостоятельной, чем сегодня, Русь-Россия не была никогда, даже в период ордынского ига. Об этом кричат цифры, описывающие размеры народного дохода, который каждый год "стерилизуется" - уходит в иностранные финансовые структуры. Об этом свидетельствуют цифры более чем двукратного сокращения производственных накоплений по сравнению с социалистическими временами (да и эти данные вероятно очень приглажены; сколько из средств, идущих ныне официально на "инвестиции", банально разворовывается в условиях полной безответственности). Об этом свидетельствует неоднократное списание долга других стран перед Россией, и выплата российским правительством долгов за чужие страны - республики экс-СССР. Об этом говорит дороговизна кредита, невозвращение из-за рубежа экспортной выручки, вывоз капитала и прямой увод гос.имущества за рубеж (например, гражданского флота), да и постоянные заголовки новостей, свидетельствующие об износе основных фондов и инфраструктуры, вопиющем недофинансировании медицины и т.п. Очень многое говорит о том, что на страну наложен внешними силами такой специфический вид феодальной ренты, который называется "дань". Они-то и решают сколько средств "этой стране" можно оставить на потребление и развитие, а сколько отправить в иностранные банки и финансовые структуры.

Не имеет аналогов в российской истории и нынешняя зависимость ее духовной жизни от внешних сил (духовная и информационная зависимость является поддерживающим фактором для зависимости финансовой.) Достаточно вспомнить перманентное обгаживание всех созидательных эпох в российской истории, которое видимо в ближайшее время перейдет от постоянной медийной кампании к социально-психологическому террору под маркой "десталинизации".

Итак, перед ДАМом и его советниками лежит новорожденная "самостоятельная" страна - tabula rasa - как не порадоваться. Русские с 1200-летней историей государственности - забудьте, это не вы. В двадцатилетней стране проживает двадцатилетний народ, который называют то населением РФ, то россиянами. Население РФ может состоять из кого угодно. Главное, чтобы работал "Илим палп" и тому подобные корпорации.

Я вспомнил "Илим палп", потому что большая часть становления ДАМа как "государственного деятеля" пришлась на работу в этой российско-швейцарской компании, образцовом предприятии периферийного капитализма, хищнически вырубающем российский лес, гонящем кругляк в Китай и прибыли в швейцарские банки.

Я не согласен с уничижительными оценками личности ДАМа - мол, случайное порождение вертикали и т.п.

Это - типичный представитель позднесоветской и постсоветской интеллигенции. И, чем непримечательнее его личные особенности, тем более предстают типические черты. (Такие клинические случаи как пассионарная панночка из Барановичей, Лерочка Новодворская, летающая на гробе демократии - скорее затушевывают картину, чем дают информацию).

С тех пор, как я вышел из рядов интеллигенции, меня всегда мучил вопрос: почему она такая? Ведь в нашей стране её, также как во Франции, Германии, Японии, Турции и т.д. создавали для укрепления централизованного национального сильного государства (без которого невозможен и сильный национальный капитал). А она всегда боролась за децентрализацию-феодализацию государства, раскол и распад нации. Почти всегда политическая власть интеллигенции, несмотря на суперпрогрессивные лозунги, в том числе о политических свободах, означала социальный регресс, возвращение феодальных отношений. Последний пример - 1990-е годы, когда под руководством "молодых реформаторов", выпускников престижных столичных вузов, был фактически сформирован класс феодальных собственников, владеющих территориями и имуществами. Это явление, кстати, нередкое для стран периферийного или первоначального капитализма, где ослабление государственных и общественных институтов, возвращение феодальной архаики служит основой для ускоренного накопления иностранного и транснационального капитала (подробнее у Люксембург и Валлерстайна). Это происходит, первым делом, в виде изъятия личной или общественной собственности населения в пользу неких самозваных "'эффективных собственников". Вслед за этим феодальным этапом приходит этап капиталистический, когда резко усиливается эксплуатация пролетаризованного и атомизированного населения, или же территория просто очищается от значительной части населения , как от неэффективной и слишком много потребляющей.

Перлы ДАМа о двадцатилетней России вовсе не являются признаками того, что он невежественный тип, безграмотный нувориш вроде Акулы Доджсона.

Ровным счетом наоборот. ДАМ - "мальчик из хорошей семьи" (по выражению Аллы Гербер), точнее, из питерской элитно-интеллигентской семьи, отец - профессор, мать - музейный работник. Был отличником в школе; по воспоминаниям учительницы, много учился, а не гонял с пацанами по купчинским улицам. Выпускник элитарного ЛГУ, учил гражданское право еще у одного большого интеллигента - А. Собчака, сам преподавал право, доцент.

Получается, что ДАМ совершенно неслучайная личность, а скорее собирательный образ класса российской "гуманитарной интеллигенции". А класс был порожден гуманитарно-образовательной революцией времен Александра I и Николая I, взрывным ростом числа гимназий и университетов, увеличением размеров финансирования и количества обучающихся в них. Вслед за естественными и точными науками, гуманитарные знания надо было воспринимать из уст западных учителей или тех подданных России, которые успели получить образование от западных учителей. В начале 19 вв. Петербурге даже в военных заведения преподавание велось на иностранных языках, большинство дворян получало образование на дому от гувернеров-иностранцев, а самыми популярными школами были католические иезуитские, как например пансион аббата Николя. Знания о самой России у таких "учителей" были примитивнейшие, о русском народе самые уничижительные - примерно такие же как о "тартарах", самоедах, неграх и евреях. И если в столицах действовали французские и немецкие учителя, то западная часть империи оказалась во власти польского "просвещения", совершенно темного в области естественных и точных наук, однако блистательно-изобретательного в области наук гуманитарных.

В 1803 Александр I (бывший не только участником английского заговора против национально-ориентированного императора Павла, но и учеником швейцарского буржуазного демократа Лагарпа) сделал польского князя Адама Чарторыйского главой-попечителем огромнейшего Виленского учебного округа. Польский магнат стал определять политику во всех учебных заведениях на территории западной России, включая Киевскую и Харьковские губернии. Виленская иезуитская академия преобразовывается в университет - единственный на территории округа, рассылающий педагогов во все остальные учебные заведения. Преподавание повсеместно велось на польском, русский изучался лишь как иностранный язык. (Надо заметить, что иезуиты традиционно были активны в сфере образования; но к тому времени, когда они начали действовать в России, они были изгнаны из всей Европы, в т.ч. и католической.)

Виленский университет стал рассадником агрессивного польского национализма. Здесь работал профессор И. Лелевель, который собственно и сколотил из разрозненных исторических мифов цельную мифоисторию, которую и преподавали молодежи в учебных заведениях Западного края. Из польского прошлого отфильтровано безобразное и неприглядное, вымарано отношение к народу как к быдлу. (На польском это означает "стадо" - прямой эквивалент турецкого "райа", да и вообще польское иго в Западной Руси мало отличалось от османского на Балканах). Осталась лишь вылизанная до глянца картина вольностей и героизма. Согласно "истории" по Лелевелю поляки являлись исконным населением западно-русского края, включая Киевскую область, потому что происходят от древних полян. А вот Россия, прозываемая исключительно Москвой, изображалась Лелевелем только злой силой, то варварской, то деспотической. Не развивая дальше тему, отмечу что такие активные работники российского просвещения как Чарторыйский и Лелевель возглавляли антирусское восстание в 1830-31, ставившее целью восстановить польскую власть в западнорусских губерниях, а затем несколько десятилетий на Западе возбуждали общественное мнение против России. И если Лелевель производил "москву" от азиатских народов, даже слово "русский" было запрещено применять по отношению к великороссам, то другой польский знаток истории, ученый-филолог и поэт Адам Мицкевич, пошел дальше и произвел москалей... от вавилонян. По Мицкевичу имя вавилонского царя Навуходоносор-Небукаднецар - это фраза на москальском: "Нет Бога кроме царя".

К тому времени, когда на полную силу заработали Московский и Петербургский университет (а это случилось при николаевском министре просвещения графе Уварове), что должно было, по идее, придать национальных характер образованию, в принципе было уже поздно. Гувернеры и иезуиты сделали свое дело. Заведения Виленского округа наплодили огромное количество гуманитарной интеллигенции, не испытывавшей к России ничего кроме презрения. Особенно восприимчивы к русофобии оказались люди, имевшие польские корни - а с "разделами Речи Посполитой" в Российской империи возникло до полумиллиона представителей польской шляхты (при численности русского дворянства около 200 тыс.чел.).

Такова была отправная точка формирования российской интеллигенции. "Отпечаток" Виленского учебного округа (который формально упразднили в 1831) остался на российской интеллигенции на века. Чистым "виленцем" был, к примеру, обличитель Московской Руси Костомаров или Грушевский, ревностно занимавшийся украинизацией западной России и до и после революции. К "виленцами" относилось большинство борцов с великорусским "шовинизмом", "русизмом" и "черносотенством" в послереволюционное время; почти сплошь они происходили из западных губерний.

И сегодня, если вы слышите из рта как бы "российского интеллигента" польское словцо "быдло", частое словоупотребление слов "москаль" , "кацап", "Орда", или сильно страдательные излияния по поводу "польской вольности", растоптанной "москальской тиранией", то будьте уверены это конечный продукт Виленского учебного округа.

Характерной особенностью гуманитарных факультетов российских ВУЗов уже в 19 веке - это то, что они производили интеллигенцию на "вырост". Ни компактный государственный аппарат Российской империи, ни частный сектор не мог принять такого количества гуманитарных "специалистов". Разбухающая надстройка давила всей массой на слабые ножки базиса. (Умеренно-постепенное развитие хозяйственного базиса определялось природно-климатическими особенностями страны, к тому же не имеющей колоний и выдавливаемой западными "партнерами" с наиболее выгодных направлений мировой торговли). Отсюда у нашей интеллигенции постоянные "поиски места", ненависть к государству и лизоблюдство по отношению к "сильным мира сего", аристократам или представителям крупного капитала, которые могли дать денег на журнал, пригласить в домашние учителя, позвать на обед с осетриной или посодействовать в поиске места. (Это подробно описано у Розанова.) Характерными были неполная занятость на государственной службе, умение применять политические лозунги для решения чисто эгоистических задач. Численность интеллигенции будет превышать количество реальных мест для них и в советское время, ее перепроизводство станет постоянным фактором.

В начале 20 века Российская империя, которую модно было выставлять в роли полицейско-авторитарного монстра, имела в три с лишним раза меньше служащих полиции, чем Французская республика (где населения было в 4 раза меньше и территория в 40 раз меньше), зато в три с лишним раза больше периодических и книжных изданий общественно-политической направленности.

Итак, ещё до революции особенностями российской гуманитарной интеллигенции была чрезмерная численность, неприязнь к историческому русскому государству, особенно допетровскому, к традиции, психологическая и информационная зависимость от запада. Она и сформировала отношение к русской истории, традиции, к православию, к традиционной морали, а если напрямую, неприятие русской истории, характерное для российского образованного сословия уже в начале 20 в.

Все эпохи прямого историотворчества, когда гуманитарная интеллигенция переходила от писания книг и статей, читания и слушания лекций к заговорам, бросаниям бомб, расстрелам "черносотенцев" и "монархистов", дележу собственности, оказались напрямую связаны между собой. Для гуманитарной интеллигенции "как" было важнее, чем "что". С разным успехом она могла ратовать как за социалистические, так и за либеральные преобразования. Это всегда являлось лишь формой, а содержанием было: учредить заново Россию, покончить со "старым режимом" (термин этот идет из первой перестройки начала 1860-х), избавиться от меньшей или большей части исторического наследия, включая земли и население. В общем, построить утопию или на ровном месте, или изрядно перепахав субстрат. Причем пейзаж после такого "перепахивания" уже следующим поколением интеллигенции воспринимался как свинцовые мерзости "русской жизни"... и всё начиналось сначала.

Но перейдем к обстановке, сформировавшей ДАМа. С питерскими "мальчиками из хороших семей" я знаком давно. И собственно расклад у меня такой же как у него. Я несколько старше, мне под 50, моя мать также была музейным работником. И в питерской околомузейной среде гуманитарную интеллигенцию можно было наблюдать как в среднестатистической форме и в крайних проявлениях - диссиденты, отказники, самиздатовцы, там-издатовцы, собиратели сталинских "преступлений" (будущие начальники "Мемориала") и т.п. Почти все из них были потомками партийных деятелей, комиссаров, "латышских стрелков". Руки их предков были в крови, а они собирались мстить русскому народу, что он вырвался их кровавой революционной мясорубки и сумел воссоздать великую страну. Уже тогда была ясно, что Россия не их страна, что русские - не их народ, что традиционная мораль это не их мораль (поэтесса, член Союзписа могла легко переспать с горцем из шашлычной, а распорядитель солженицинского "фонда помощи политзаключенным" присвоить с себе большую часть посылок и денег из-за рубежа, потом конвертировать их в произведения искусства и вывезти в Израиль ). Все "диссиденты" были тесно связаны с органами КГБ (посажены оказались очень немногие "инакомыслящие", остальные "сотрудничали" и имели возможность вывезти за кордон всё "накопленное непосильным трудом"). Оставшимся была дана ниша в образовательной и просветительской сфере, включая преподавание гуманитарных наук и писания книг.

Про "десятки миллионов, расстрелянных Сталиным" или про "сосланные народы" они говорили тогда под чаёк и хорошую закуску, или писали об этом в Сам- и Тамиздате. Причём с таким подтекстом: остались одни тупые совковые сволочи, которые нас, тонких, нравственных, чувствительных, окружают со всех сторон. А вот обгаживать "самодержавие", то есть тысячелетнюю Россию можно было с полным чувством. Декабристы (которые хотели разделить Россию на 15 "держав" и ограбить крестьян, оставив им менее 2 дес. земли, вдвое меньше чем мужики имели при царе) стали вполне официальным фетишем в позднесоветское время. Про декабристов можно было писать и публиковать в госиздательствах, подразумевая под "вышедшими на площадь" себя, а под Николаем I - советское государство. Можно было живописать деятелей "национально-освободительных движений", Костюшко, Салавата-малавата и прочих джигитов. "Борьба с царизмом" привечалась в позднесоветском агитпропе, тамошние начальники развивали тему "революционеров" и "повстанцев", причем именно тогда, когда государство стало особо хрупким под давлением бюрократий из нацреспублик, вещизма и теневого рынка. В тоже время узнать, как работает западная "демократическая" машина накопления капитала, высасывая соки из Третьего мира, было практически невозможно, не переиздавался даже фундаментальный труд Розы Люксембург "Накопление капитала". Получилось так, что кубинцы и прочие латиноамериканские левые не боролись с западной рок-музыкой и проявлениями "низменных страстей", но их идеология, при гораздо более слабой материальной базе, оказалось более живучей, сильной и способной к развитию, чем наша. Можно утверждать, что коллапсу позднего советского государства предшествовало абсолютное бессознательное импотентское состояние государственной идеологии.

Это только кажется, что ДАМ является преемником у ВВП. Совершенно наборот.

Собирательный ДАМ является учителем ВВП.

ВВП научился у ДАМа  возлагать венки палачу Ленинграда барону Маннергейму.

ДАМ рассказал ВВП, что Минин был татарином, Сталин мстил полякам за свое поражение под Варшавой, а Кудрин - наилучший министр финансов.

Таков был уровень образования в позднесоветских вузах , где преподавали доценты и профессора, подобные ДАМу.

Провинциальные смердяковы, Новодворская и Ковалев, учились презирать Россию и ее 1200-летнюю историю у ДАМА.

ДАМ научил Чубайса и Кудрина, как надо относится к государственной собственности, созданной усилиями всего народа - раздать ее "мальчикам из хороших семей".

Похоже и многие нацдемы учили историю у ДАМа.

Мозг ДАМа работает как фильтр, впитывая лишь то, что соответствует изначально вложенному в него образу России и русского народа. Вставая с утра, он читает в Интернете материалы, выложенные такими же как он интеллигентами.

Мышление ДАМа, как и любого другого "истинного интеллигента", контрастное черно-белое, манихейское, не диалектичное и внеисторическое. Оно - антипрагматическое и антисемантическое. Такое впечатление, что ДАМ ничего не знает кроме синтаксиса, и умеет лишь переставлять правильные слова в гладких обтекаемых фразах. Мы не увидим ДАМа, решающего сложные проблемы государственного управления, ведущего вперед войска или борющегося со стихийными бедствиями. Его дело - изрекать идеологические максимы о несовершенстве страны и народа, для того чтобы не было претензий к нынешней выплате дани.

Вспомним еще некоторые переборы его флейты последнего времени.

"У нас были столетия, по сути - тысячелетие недемократического развития. А нашей демократии всего 20 лет"

Сказано это было, чтобы еще раз унизить свою страну перед теми внешними силами, которые рулят финансовыми потоками России. Подразумевается, что Россия-то не знала тысячелетней демократии, а вот Запад якобы знал , а потому дань и иго, наложенные Западом на русских - дела совершенно моральные.

Говоря это внешне мягкий ДАМ производит насилие в извращенной форме над исторической правдой.

Альбигойцы, славяне-венды, пруссы, "ведьмы", "еретики" и прочие жители извечно демократичного Запада ,получается, голосовали на референдуме за свое уничтожение. Гугеноты демократически отдавали голоса за то, что изведать "варфоломееву ночь". Индейцы одобряли свой геноцид. Индусы призывали англичан всенародным плебисцитом и просили устроить так, чтобы "равнины Бенгалии белели костями". Ирландцы голосовали обеими руками, чтобы Кромвель резал их, гнал в "ад или Коннахт", а их земли отдавал английским колонистам. Тоже, видимо, проделали и вандейцы, демократично призвав якобинский террор на своих головы - видимо, захотели чтобы буржуазная демократия топила их в реках и сносила им головы. Британские крестьяне отдали голос за сгон себя с земли и за 16 часовой рабочий день на фабриках раннего капитализма. Наверное, британские "бродяги" голосовали за законы, по которым их вешали порциями по 300-400 человек. А немецкие крестьяне одобряли костры, на которых одновременно сжигалось по 2-3 тысячи живых тел, как то было в 1525. А население Германии приглашало габсбургские войска и шведов истребить миллионы немцев во время 30-летней войны (от 7 до 13 млн). Очевидно с применением всех демократических процедур англичане разрушили в 1840-е гг. крупнейшую в мире китайскую экономику, наводнили эту страну наркотиками и вызвали гибель 40 миллионов человек. И те десятки тысяч французских пролетариев, которые были расстреляны на улицах Парижа в июне 1848 и 1871, иногда просто за небуржуазный внешний вид , радостно проголосовали за такое решение.

Примеры тут можно приводить бесконечно долго. ДАМ за десятилетия своего сидения за партой так и не узнал, что западная демократия, хотя бы в виде голосовалки за "оппозицию ее величества", появилась только тогда, когда правящая финансовая верхушка получила материальную возможность не убивать недовольный "электорат", а подкупать. И произошло это очень и очень недавно, первым делом - в белых метрополиях больших колониальных империй. И даже сегодня страны "классической демократии" старательно избегают одной единственной реальной формы демократии - прямого народовластия через плебисцит с равным доступом всех мнений к информационным каналам.

Да, русские тысячу лет назад действительно не знали той "демократии", которая любезна ДАМу. Не знали массированного обмана избирателей и манипуляций общественным мнением. (А это именно то, что приводило господ президентов последние 20 лет к власти). Для русских тысячу лет назад было бы очевидной бесовщиной, что народ может голосовать за тех, кто потом станет обирать его, унижать, вести к невиданной в истории депопуляции, разрушению науки и хозяйственной сферы. Пока Россия не узнала "20 летней демократии", в ее истории не было случая, чтобы в эпоху без войн и эпидемий чумы исчезла треть населенных пунктов, была потеряна половина пашни, поголовья крупного рогатого скота и отраслей промышленности, чтобы миллионы русских были отданы без боя иноземным правителям, а на самой ее территории образовывались анклавы, где жизнь русского невозможна.

И, как показывает проф. Иван Беляев в книге "Судьбы земщины и выборного начала", Россия не знала ДАМовской демократии, но исторические формы народовластия ей были вполне известны. И даже любая монархия гораздо больше учитывала мнение и нужды народа, чем интеллигенция пришедшая к власти "демократическим путем".

Еще один перл ДАМа. Народу надо "поменять менталитет", ведь "нельзя все время кучковаться."

Как же "кучкующийся" народ во времена "отсутствия демократии" создал самую большую страну, и смог за полвека пройти таежное пространство от Урала до Тихого океана, освоить Дикое поле и азиатскую степь? Как имел темпы территориального и демографического прироста сравнимые только с США - территория с гораздо более выгодными климатическими и транспортными условиями? (Подробнее - см. мою статью "Русский фронтир: славное прошлое и возможное будущее".)

И еще один перл. "Распад СССР прошел практически безболезненно."

Ну да, полмиллиона погибших в межэтнических конфликтах и этнических чистках, включая геноцид русских в дудаевской Чечне, захват власти в РФ кликой ельцинских клептократов, приведших Россию к долговременной депопуляции в 13 млн чел, вымирание 5 млн русских на Украине, миллионы беженцев, - это все для ДАМа - "безболезненно".

Что лучше: ДАМ с окружающим его либеральным "экспертным сообществом" или демшиза, прямо зовущая к распаду страны (см. недавние заявления Кашина и статья Вл.Рыжкова), или нацдемы-отделители Кавказа, ведущие к повторению дудаевского геноцида русского населения на Ставрополье, в Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкессии, Адыгее?

По здравому размышлению приходишь к выводу, "оба хуже". Это всё - лики нашей интеллигенции. Она как будто склизкая и тягучая, но едкая - как сопли инопланетянина из фильма "Чужой".

Однако по ней уже звонит колокол. Начинается русское национальное возрождение. Оно будет таким же неожиданным для Запада, как турецкое национальное возрождение 90 лет назад - когда Антанта вдруг увидел на месте кейфующих османов железных парней Ататюрка. (Заметим, что Ататюрк не отверг ничего из османской истории, что было созидательным. ) Так было, собственно, и в 1612-1613 в российской истории. Как и в новотурецкой, так и в российской истории религиозный фактор играл важную, но не важнейшую роль. Собственно религиозная вера является частью "гражданской религии", формирующей инстинкт самосохранения нации.

Возрождающая нация ничего не "отдает" и не "отделяет", она "возвращает" и "воссоединяет"...

P.S. Все мои инвективы в адрес "гуманитарной интеллигенции" не относятся к замечательным представителям российских гуманитарных наук; так или иначе они всегда, за счет творческого начала, перерастали свой класс.

Часть 2. Начало возрождения - вспомнить всё.

1. Определения

Слово нация (nation) является фактически латинским эквивалентом русского слова народ. В основе корень "рождение". Что же рождается в нации?

Нация является большой социальной системой, обладает коллективными формами сознания и способностями к самоорганизации. Эффективность её взаимодействия со внешней средой заведомо выше, чем у рода, племени, и, тем более, чем у неорганизованного "населения".

Нация - это народ, обладающий нервной системой.

Нация без истории, с "неудачной историей", без проверенного веками опыта (традиции), то есть без памяти - это не нация.

Нация без государственного аппарата, без высокой письменной культуры, без политических задач, обладающая только фольклором (как недавно предложил ДАМ, надеясь, что Кудрин всё равно не даст деньги на балалайки и сапоги со скрипом) - это не нация, а в лучшем случае племя, демографический ресурс для развитых наций.

Государство может существовать без нации, как некий голый аппарат насилия небольшой группы хозяев над подвластным населением, но долгим и мощным оно не будет.

Какой бы ни была форма государственной власти (это спокойно может быть династическая монархия), для своей устойчивости государство должно выражать основные интересы нации.

2. Нация и государство

Русская нация не может существовать без сильного государства, что определяется особенностями страны: природно-климатическими, географическими, территориальным распределением полезных ископаемых (удаленность этих богатств - "таблицы Менделеева" - от демографического центра), а также геополитическими обстоятельствами, в первую очередь отсутствием естественных границ .

Русское государство было своего рода органом самомобилизации нации.

Русское государство являлось жестким и грубым инструментом (что определялось историческим уровнем развития техники и социальных технологий), действующим в условиях нехватки ресурсов, недоразвития городов и низкого выхода прибавочного продукта, но эффективным. Об этой эффективности гуманитарная интеллигенция умалчивает, однако свидетельствует и многовековое расширение российской территории, и увеличение населения России - не имеющее аналогов в неиммигрантских странах (с конца XV по конец XIX в. - в 55 раз, во Франции же в 2,1 раза, Италии - 3,4, Испании -2,4, Австрии - 4,7 раза; территория нашей страны выросла за это время почти в 40 раз).

Об этом свидетельствует и достигнутая государством обороноспособность - после Полтавы она могла быть "пробита" только врагом, обладающим ресурсами как минимум континентальной Европы - и то без гарантии на успех.

Возьмем самые мощные европейские державы, имеющие сухопутные границы. За последние три века Франция капитулировала перед иностранными войсками 4 раза, ее столицу иностранные войска занимали 4 раза; Пруссия и затем объединенная Германия капитулировала 3 раза (1807, 1918, 1945), в ее столицу иностранные войска входили 3 раза (1760, 1807, 1945). Россия за три века не капитулировала ни разу, ее столицу иностранные войска не занимали ни разу. А если бы это произошло, цена капитуляции для России была бы гораздо больше, чем для Франции и Германии.

Русские расстояния и русские морозы,столь пагубные для иностранного завоевателя, также являются свидетельствами эффективности русского государства, сумевшего занять пространства северной Евразии.

3. Русские и нация

Часто интеллигенцией предпринимаются попытки представить русских скоплением и наслоением разных этносов.

На самом деле до 18 века формирование единой русской нации шло успешнее, чем большинства европейских наций, не говоря уж об африканских, азиатских и американских.

Стимулом для быстрого нациестроительства было и конфессиональное отличие русских как православного народа от всех его соседей и, что еще более важно, отличие цивилизационное. Все народы, соседствующие на востоке и юге с русскими земледельцами, вели преимущественно скотоводческое хозяйство с сильным набеговым элементом или же имели присваивающее хозяйство.

Франции для утверждения национального единства надо было пройти через несколько "братоубийственных" мясорубок, число жертв которых исчислялось миллионами; процесс растянулся на тысячу лет и закончился совсем недавно. Упомяну только некоторые факты.

- Два десятилетия Альбигойских войн и последующее за ним почти столетие инквизиционных чисток, с начала 13 по начало 14 вв. Так из жителей Лангедока и Прованса (потомков иберов и кельтов) делали французов. Лангедок и Прованс (нынешняя южная Франция) по численности населения, размерам территории, богатству, культуре заметно превосходили северную Францию, откуда приходили беспощадные завоеватели, очень мало отличающиеся от воинов Тамерлана.

- Столетнюю войну 14-15 вв ., после которой французами стали жители Аквитании лигуро-иберийского происхождения (нынешняя юго-западная Франция).

- "Религиозные" войны (католиков против гугенотов) второй половины 16 в., когда опять-таки основной удар пришелся по Аквитании и Лангедоку. И в конце 16 в. даже для мыслителя Монтеня бретонцы, гасконцы, пикардийцы, нормандцы - все еще не французы. Настоящие французы - это только жители Иль-де-Франс, довольно небольшой области на севере Франции.

- "Революционные" войны конца 18 в, когда в расход в массовом порядке шли кельты-вандейцы и благородные потомки франков. Расправы парижских буржуазных демократов над "отсталыми" крестьянами Вандеи были не только массовыми и садистически-жестокими (Тухачевский может отдыхать), но и носили явный характер этнической чистки.

Лишь при диктатуре Наполеона ушло провинциальное, а фактически этнонациональное деление Франции, утвердился школьный стандарт, парижский диалект французского языка, введена жестко централизованная система управления территориями. Да и это хрупкое единство нарушалось бойнями типа массовых расстрелов июня 1848 и подавления Парижской коммуны - когда десятки тысяч людей были убиты на парижских улицах просто за пролетарский внешний вид.

В середине 17 века в Германии саксонцы, баварцы, бранденбургцы, жители Пфальца и Швабии убивают и терзают друг друга с упорством достойным лучшего применения, в том числе католики убивают католиков и протестанты протестантов. Погибает и несколько миллионов славян-вендов, все еще обитавших между Эльбой и Одером. Еще 150 лет назад саксонцы режутся с пруссаками, а баварцы общаются с северными германцами... на французском языке, иначе им просто не понять друг друга. И только Бисмарк железом, кровью и указкой школьного учителя создал немецкое национальное единство.

В таких огромных странах, таких как Индия, Индонезия, Пакистан, которые будут вскоре определять облик мира, понятия единой нации не существовало даже 60-100 лет назад.

У нас же национальное единство ощущалось уже в незапамятные времена, в конце 9 века.

"И собрашася разные народы - и варязи во Киеве и прозвашася Русь", - говорит Начальная летопись.

Вместе с национальным названием Русь появился и топоним Русская земля, которая охватывала пространство от Сана (ныне Польша) и Дуная (ныне Болгария и Румыния) до Залесского края (позднее Московская Русь). Употребление этого названия не было уделом лишь ученых книжников. Так простой тверской купец Афанасий Никитин, побывав в индийском городе Бедере, записал, что там "на Русськую землю товара нет".

Список "градов русских" конца 14 в, имеющийся в Новгородской первой летописи младшего извода, приводит опись Русской земли. Упомянуто 90 залесских городов, 30 рязанских, 10 смоленских, 31 волынских, 71 киевских и, что любопытно, даже 23 болгарских и волошских.

Как говорит "Задонщина", относящаяся к тому же времени: "Русь великая одолеша Мамая на поле Куликове". Хотя, строго говоря, на том поле рядом с Московским князем не было других крупных русских князей, вроде Тверского, Рязанского или же новгородских феодалов.

Да, вместе с феодализацией и установлением удельной системы русские люди также изрядно лупили друг друга, но до масштабности и продолжительности французских или германских внутренних войн было далеко.

Полтысячи лет назад удельная система была вырвана с мясом благодаря усилиям московских великих князей и РПЦ(которых сегодня не пинает только ленивый) и единая русская нация обрела единую государственность. Начиная с Ивана III, у всех государей, сидящих в Москве, титул "всея Русии". Притом сохранились и укрепились разные формы местного самоуправления и самоорганизации - от земских общин у крестьян и посадских людей до сябренных товариществ у помещиков-однодворцев. Единению способствовало и представительство всех русских земель на Земских соборах.

Сформировавшаяся к 17 в. русская нация, как показала история, была настоящей социальной машиной по окультуриванию и обживанию пространства, по превращению зон дикости, зон присваивающего и набегового хозяйства в "мiр" производящего хозяйства. К середине 17 в. Россия уже была самая большой страной в мире - на которую, кстати, приходилось всего 100 дьяков и тысяча подьячих (вот и весь государственный аппарат). А получилась она самой большой потому, что других претендентов на эту роль обживателя пространств не было (а вот охотников пограбить уже созданное русской нацией - сколько угодно). И любой этнический татарин или бурят, если присоединялся к этой машине и начинал исполнять работу характерную для русского мира, становился русским. Поэтому, скажем, документы 16-17 вв. полны примеров, когда какое-нибудь селение, населенное государевыми служилыми людьми татарского происхождения, начинает пахать и биться со степняками (то есть родственным этническим элементом ), а через поколение это уже русское село.

Можно сказать, что Московская Русь, которую так не любят российские интеллигенты, уже породила единую нацию и на этом заделе государство продержалась последние триста лет. Империя и СССР ничего не добавили к этому фундаменту, но пользовались им, создавая потрясающие надстройки. РФ его усиленно разрушает, сыплются естественно и все надстройки.

4. Слом государства - слом нации

Как показал И. Валлерстайн, захват транснациональным капиталом той или иной территории всегда начинается с ослабления существующих там государственных институтов.

На рубеже 80 и 90-х прошлого века российское государство, сохранив внешние атрибуты силы, потерпело функциональное банкротство и было приватизировано олигархическими группировками, за которыми стоял транснациональный капитал.

Один из лидеров ОПГ, пришедшей к власти в 1991, Е. Гайдар обозначил эту трансформацию как построение "маленького государства". Уже в 1992-93 гг. смертность населения в "маленьком государстве" скачкообразно увеличилась в полтора раза (!) и в следующие годы продолжала расти. Именно в 1992 естественный прирост резко сменился сверхсмертностью, быстрым вымиранием русского населения, особенно в наиболее цветущем возрасте. В разы выросла смертность от инфекционных, паразитарных заболеваний, от насильственных причин и наркотиков. Средняя продолжительность жизни сократилась на 6 лет. Вымирание русского населения сопровождалось выдавливанием русских из национально-территориальных образований (кавказские республики, Якутия, Тува и т.д.) - кое-где это сопровождалось геноцидом (Чечня) и этноцидом (Ингушетия).

Основной причиной сверхсмертности стало массовое ограбление российского населения, что происходило в форме растаскивания государственных имуществ, от ваучеризации до "залоговых аукционов", уничтожения народных сбережений, разрушения внутреннего рынка и социальной сферы. Практически разрушалось всё, что имело отношение к поддержанию и воспроизводству жизни на огромной территории холодной северной Евразии.

Либеральная верхушка, управляемая внешними силами, раздала в руки олигархов и местных мафий 142 тыс. российских предприятий, за которые в государственный бюджет поступил всего 1 млрд долл. (это сравнимо со стоимостью средней IT-фирмы на Западе). Для сравнения, только в 90-е годы из России на Запад была выкачано, по самым скромным оценкам, 300 - 500 млрд долл. в виде нелегального вывоза капитала и прибылей, невозвращения экспортной выручки. Дополнительными формами грабежа было принятие на Россию внешнего долга всего СССР (причем некоторые статьи долга имеют явно коррупционный характер) и в то же время полный отказ от союзной собственности, оставшейся в странах Лимитрофа (АЭС, трубопроводы, порты, торговый флот и т.д)

Немалую роль в сверхсмертности сыграл и информационно-психологический фактор - постоянное унижение русского народа и замена его реальной истории на русофобские мифы.

Именно в 90- е годы была сметена прикладная наука - ученые спасались бегством за рубеж. Доля страны в мировой науке упала от четверти до ноль целых хрен десятых. В это время произошло вытравливание квалифицированной рабочей силы в России - она просто спивалась и умирала без работы, без зарплат, без сбережений. Сегодня средний возраст квалифицированного рабочего составляет 54 года.

Промышленность задохнулась без инвестиций и дешевого кредита, прекратилось возмещение износа основных фондов, произошла стремительная деиндустриализация. Почти все отрасли экономики, которые обеспечивали безопасность и устойчивость страны, были разрушены или деградировали до самого примитивного уровня (от фармацевтики и гражданского флота до лесной промышленности).

Именно в 90-е годы был сформирован новый российский имущий класс, класс безответственных собственников, компрадоров, живущих за счет разорения страны. В лучшем случае, олигархи и мафиози, захватившие собственность, бесхитростно проедали основные фонды советской эпохи. Гайдар с компанией пытался наполнять госбюджет, выжимая суперналогами все соки из мелкого бизнеса. В итоге и в мелком бизнесе выжил только криминал, сознание бизнесменов криминализировалось на век вперед.

Русская нация, построившая государство, внезапно обнаружила вместо него в значительной степени фикцию и была полностью дезорганизована.

Теперь с нацией можно было делать все что угодно, в том числе сокращать ее численность и предотвращать всякую возможность ее самоорганизации.

Почему с русскими поступили совсем не так, как с поляками и чехами?

Польшу и Чехию худо-бедно включили в ядро капиталистической мир-системы, а Россию, напротив, перевели на периферию.

Полякам и чехам было предписано провести национальное возрождение - пусть даже достаточно поверхностное, выливающееся в лаянье на Россию и в замену социалистической культуры на культурку типа "как мы страдали от русских".

Россия же, в отличие от Чехии, была добычей, ее устранение с мировой арены как могущественного игрока и колонизация ее ресурсов дала Западу почти 15 лет быстрого роста, что исказило даже глобальные кондратьевские циклы.

У колонизируемого объекта не должно быть ни национального самосознания, ни ощущения традиции и гордости за свою историю, иначе его будет трудно контролировать.

Полностью оторвать русскую нацию от государства, опустить ее на уровень атомизированного населения, подавить национальные (общественных) инстинкты самосохранения при помощи идеологии потребительства - это было и остается основной целью транснационального капитала в России.

Во всех этих процессах российская интеллигенция играла выдающуюся роль верной обслуги транснационального капитализма. Этим людям деваться некуда при всем желании, производство гуманитарной интеллигенции не сокращается, а вот областей для реального приложения сил на пользу стране становится всё меньше и надеяться на легкую жизнь в этих областях не приходится. Добиться сладкой жизни можно только продавая свои услуги капиталу. Раз капитал захотел, то и интеллигенция стала кастой разрушителей государства и нации, сообществом осквернителей русской истории.

5. Можно ли русскому стыдиться национальной истории

Вынужден прервать поступательное изложение, ввиду того, что для многих не очевидно то, что совершено очевидно для меня.

Человек, считающий себя русским, не имеет ни права, ни какого бы то ни было разумного основания стыдиться своей истории, стесняться национальной памяти.

А это как раз та тема, на которую подсели господа историки, включая очень-очень высокопоставленных, академиков и профессоров - можно сказать, сливки "российской" культурной элиты.

Кстати, до появления такой "элиты" русское общество, в парадигме Тойнби "вызов-ответ", всегда находило адекватный ответ на вызов внешней среды.

Русские - один из самых успешных народов на земле, хотя столетиями жили в неблагоприятных природно-климатических и геополитических условиях.

Государство российское носило мобилизационный тягло-служебный характер, со всеми вытекающими плюсами и минусами. Основной плюс было то, что русские не разделили судьбу многих аборигенных народов мировой периферии, не были истреблены и ассимилированы, а продвигая фронтир все дальше и дальше, создали огромный "русский мир" (подробнее - здесь).

Этому факту обязано существование самой большой страны в мире и освоение территории Северной Евразии, благодаря этому существует 150 млн русского населения и десятки миллионов людей, которые до недавнего времени были в составе русского мира. Русское население - неплотное, в сравнении с Европой, но практически везде, где расселились русские, до них существовала демографическая пустота или крайняя разреженность, что объяснялось холодным континентальным климатом, низким естественным плодородием и паршивыми условиями безопасности.

Не будь русского государства и русского мира - никогда бы не появились на свет и многочисленные критики "рабской", "холопской", "грязной" России из числа гуманитарной интеллигенции.

Выжить, распространиться и увеличиться числом в тяжелой среде гораздо более почетная миссия, чем достичь результатов в более тепличных условиях.

Повернувшись к Европе мы увидим среди начальных условий незамерзающие моря и реки, доступность береговой линии, трансевропейский Рейнский коридор, теплые зимы, 9-10 месяцев в году произрастания сельскохозяйственных растений и бесстойлового содержание скота, отсутствие резких суточных и сезонных колебаний температур - короче, более производительную естественную энергетику. (Это ведь хорошо, когда на ваше хозяйство работает такая громадная энергосистема как Гольфстрим, а ветер, морские и речные течения бесплатно переносят ваши грузы.) Также отметим доступность многих полезных ископаемых непосредственно в европейских демографических центрах (каменного угля, железных и цветных руд и пр.) и почти тысячелетнее отсутствие сокрушительных вторжений варваров.

Эти обстоятельства, задолго до торгово-океанической и промышленной фаз развития западного капитализма, можно сказать, сильно удешевляли развитие Запада. Они обеспечили многократно более высокую чем в России плотность населения, густоту городов и рынков, интенсивность хозяйственного взаимодействия, а следовательно скорость прироста технологических знаний.

Гуманитариями часто упоминается, в контексте сравнения с Россией, такая успешная северная страны как Канада.

До сих пор большинство населения Канады живет в стокилометровой зоне вдоль границы с США, с наибольшими плотностями в районах, примыкающих к незамерзающим океанским водам.

Те широты, которые в населенной части Канады являются севером, у нас относятся к югу. Степные районы Канады заселялись с юго-востока, степные районы России с северо-запада. (Это, как если бы канадские степи заселялись бы выходцами с Юкона.)

В отличие от российских степей, канадские степи распахиваются только в конце 19 в. - уже после индустриализации и постройки железных дорог, с технологиями и инвестициями самой развитой страны тогдашнего мира, Британской империи. Канадскому поселенцу не столь угрожала засуха - североамериканские степи имеют большее увлажнение, чем южнороссийские. Не был он знаком и с таким страшным врагом, как орды кочевников.

Надо ли стыдиться того, что наша история более тяжелой (но, кстати, совершенно не более кровавой), чем у соседей на Западе. Для наших условий мы добились большего, чем атлантический Запад. Мы провели громадную цивилизационную работу. Еще в средневековье как барьер разъединили Запад и Восток, получая удары от с востока и с запада. Пережили десятки нашествий с обеих сторон, покончили со всеми завоевателями мирового господства, которые приходили к нам с мечом. И, перепрыгнув через все барьеры, начали космическую экспансию. Никогда в отношении Запада наша политика не была агрессивной, но нам приходилось постоянно бороться с агрессией Запада, располагавшему к 19 в. уже ресурсами практически всего мира...

Давайте на минуточку вспомним историю соседней Польши - вековечного врага и "форпоста Запада". Сравнить удобно, потому что нет народа, более зацикленного на своем национальном величии, чем поляки. А наши блаженные историки, как например Флоря в учебнике для МГУ, ставят польскую "модель" в пример московской.

И как оно было в польской "модели"? "Великая" страна, пожравшая разоренную татарами западную Русь при помощи литовцев и сделавшаяся крупнейшим государством Европы к началу 17 в, за полтора последующих века превратилась в гнилое расползшееся вымирающее ничто ("чем дальше в Польшу, тем разбоя больше").

Польская шляхта любила выжимать соки из западнорусского и польского простонародья - панское хозяйство наращивало поставки сырья на внешний рынок, ломала православную веру и ни во что не ставила жизнь мужика ("если шляхтич убьет хлопа, то говорит, что убил собаку, ибо шляхта считает кметов за собак" [Modrzewski Andrzei]). Любила еще сажать на мужицкую шею кровососов-откупщиков, который брали деньги за каждый вздох. Но шляхетское государство не смогло провести ни колонизацию Дикого поля, ни даже организовать оборону от крымских набегов - пока паны пировали, плясали и трахались в замках, татарский аркан тащил простолюдина на работорговый рынок в Кафу.

Польскую нацию возродил, обогатил и размножил чужой добрый дядя, ненавистный русский царь. То время, когда Польша находилась под "пятой царизма", была периодом ее интенсивного демографического и хозяйственного роста (подробнее о бодрой демографии в Царстве польском в сравнении с вымиранием в британской Ирландии, и шире о польско-российских взаимотношениях до сер. 19 в.).

А в то время, когда Польша была под пятой "кровавого Сталина", ее спасли от гитлеровского геноцида и германской ассимиляции; ценой русской крови к ней вернулись исконные польские территории - те самые, что она мирно сдавала немцам на протяжении столетий (именно потому, что вместо упорной обороны на западе предпочитала насиловать восток.)

Под "пятой советского коммунизма" Польша превратилась из страны, где справляют нужду за хлевом и роются в останках людей, выискивая золотые зубы, в промышленно развитую державу.

Где, в каких исторических документах или могилах искали бы сегодня польскую народность, если бы русская нация действовала так же как германская?..

Десятки гуманитариев за казенный счет работают над темой Новгородской феодальной республики (НФР) как альтернативы Московской Руси. Вот кабы НФР навсегда, то история была бы у нас удачная. Ну и какова была альтернатива? НФР за последние 2 века своего существования прошла через 20 периодов тяжкого голода ("И бысть скорбь и туга христьяном велми, только слышети плач и рыданье по улицам и торгу; и мнози от глада падающе умираху, дети пред родители своими, отцы и матери пред детьми своими". ) С 13 в. Ганзейская лига лишает новгородских купцов права на самостоятельную морскую торговлю с западными городами; новгородское купечество превращается в посредников-компрадоров и почти вся прибыль от вывоза дешевых русских товаров достается ганзейским факториям. Последние 100 лет существования НФР были временем постоянной депопуляции. Шестидесяти боярским семействам принадлежала половина всего земельного фонда. Примерно те же боярские семьи составляли политическую и административную верхушку города - "совет господ", как называли ее ганзейцы. Она манипулировала толпой на вечевых сборищах, которые обычно заканчивались дракой и сбросом проигравшей стороны (хуже вооруженной и хуже оплаченной) в Волхов. Новгородские молодцы-ушкуйники, которых отсылали подальше - кормиться на чужих харчах, грабили отнюдь не только татар, а все больше своих, русских. Подчистую опустошая волжские города, ушкуйники захватывали и продавали своих, русаков, в рабство татарам. Упомяну только один эпизод из множества подобных. В 1375 новгородцы на 70 ушкуях, во главе с неким Прокопом, прошли по рр. Волге и Костроме до города Кострома, взяли его хитростью, грабили, жгли и полонили неделю. Затем был разграблен новгородцами и Нижний Новгород. Русских пленников ушкуйники продали в Казань.

Новгород последовательно утратил контроль над большей частью чудских земель (Юрьев, совр. Эстония), над землями суми и ями (совр.южная Финляндия), над каянскими землями (побережье Ботнического залива), над большей частью Западной Карелии - в общем, потерял большую часть наследства древнерусского единого государства. Все эти земли ушли под власть ливонских рыцарей и шведских феодалов. Новгород даже боялся прийти на помощь своему недавнему "брату" Псковскому княжеству, нещадно разоряемому литовско-татарскими отрядами Витовта, и предпочитал откупаться от литовского князя. Вот уж действительно "образец".

Москва, кстати, около века защищала Новгород от нападений сильного тверского князя, но когда новгородское боярство решило полностью продаться Литве, наступил предел терпению...

Еще одна любима темка гуманитариев - привязка Москвы к Орде; мол, московские князья татар приводили и заимствовали деспотические порядки от азиатов.

Во-первых, завоеватели-татары сами выбирали куда и с кем ходить, следуя своей отлаженной политике "разделяй и властвуй".

Приходили с татарами враги московского князя Даниила князья Андрей Городецкий и Федор Смоленский. Приходил с татарами и разорял новгородские пределы князь Михаил Тверской - враг Юрия Московского. Начиная с Ягайлы в постоянном союзе с татарами находились литовцы. Это Ягайла летел на помощь Мамаю, а не Дмитрий Донской. Это литовец Витовт, ближайший союзник Тохтамыша, водил татарские хоругви (полки) на Псков. Это король Казимир IV сколотил разбойничье Крымское ханство, привезя из литовской Лиды и посадив на трон в Бахчисарае первого крымского хана Хаджи-Девлет Гирея. Казимир был еще лепшим другом Ахмада, последнего золотоордынского хана, которого на Московскую Русь водили литовские проводники через литовскую территорию. Да и в последующие полтора века русско-литовских войн и русско-польских войн, каждое столкновение Москвы с ее западными соседями означало скоординированный масштабный набег крымцев на московские пределы. Прекрасно выплачивало литовско-польское государство и дань татарам, называемую "ордынщизной" - начиная со Сигизмунда I...

При всей ужасности Орды от нее невозможно было унаследовать деспотические порядки. Орда не была деспотией, на большей части ее истории ханы менялись с такой же легкостью и быстротой, как премьер-министры в Италии; часто одновременно сидело по разным ставкам несколько ханов. По сути это была федерация орд: Синей, Белой, Шейбанидов и т.д. Вообще из кочевых объединений строгие централизованные структуры получаются только во время военных походов. Сильна Орда была вовсе не деспотизмом, а набеговой экономикой, которая и сплачивала и направляла в грабительский поход всё кочевое население степей. (Если честно, Орда мне несколько напоминает современные ТНК, которые также сосут внешнюю среду, хотя и делают это несколько иными способами. )

Интеллигенция предлагает нам не только стыдиться, но еще и каяться. Покаяния организуются по указанию либерального начальства российскими гуманитариями, сидящими в совместных комиссиях с поляками, латышами, литовцами и т.д. А дело закончится исками к России на десятки миллиардов долларов, которые будет удовлетворять отнюдь не интеллигенция, а трудовой народ. Вообще-то репарации и контрибуции платят страны, потерпевшие военные поражения, - однако российская гуманитарная интеллигенция сделала свой вклад в мировой прогресс: теперь выжимать покаянную дань будут из державы, непобежденной на поле боя.

И конечно же Запад спит и видит, как Россия берется содержать антироссийский Лимитроф, который стал откровенно провисать в пору нынешнего финансового кризиса. А лимитрофщики естественно желают в нынешней тяжелой экономической ситуации срубить бабки с российских дураков. Россия будет платить нациям, которые были спасены ею от геноцида и ассимиляции, которые под ее крылом выросли, сформировали свои территории, получили за её счет промышленность и инфраструктуру. Естественно, что "покаянцам" и в голову не приходит предъявить какие-то претензии и иски хотя бы к странам, войска которых уничтожили и уморили 13,5 млн мирных советских людей и 3,5 млн советских военнопленных в годы Второй мировой войны. Убийцы приходили, между прочим, также из тех стран, перед которыми нас заставляют кланяться и умолять о прощении.

Вот бы нашим гуманитариям проснуться и сесть за стол с теми же литваками и начать считать - сколько стоят подаренные тем Виленский и Мемельский края, сколько стоят электростанции, корабли, порты и дороги, да и вообще вся собственность, которая возникла на литовской территории за союзный счет. И сколько поубивали советского народу литовские шуцманы во время второй мировой войны - мы ведь тоже можем оценить сотни тысяч загубленных жизней в денежном эквиваленте. А для морального удовлетворения поинтересоваться, на каком уровне была литовская культура, где существовал литовский литературный язык на тот момент, когда литовская территория была присоединена к России матушкой императрицей. (Увы, пока это лишь мечты)

Ну, а что касается того, были ли постыдные эпизоды в российской истории. Да, были. Это когда элитные группировки отказывались прямо или косвенно от традиции и русского имени. Когда общество теряло силу, когда элиты "освобождались" и "входили в Европу" за счет закабаления и унижения остальных слоев общества. И самый постыднейший эпизод - это последнее двадцатилетие.

6. Национализация элиты

Возрождение государства и его функций невозможно без возрождения нации. Возрождение нации невозможно без национальной элиты, которая собственно должна вдыхать "национальную жизнь" в население. При этом не избежать процесса вытеснения прежней "элиты". Все страны, выходящие из зависимости и возвращающиеся на нормальный самостоятельный путь развития, в той или иной форме избавляются от антинациональных паразитических элементов, выводя их за рамки политической, культурной и хозяйственной жизни.

Новая национальная элита не создается голосованием, она выковывается в борьбе. Она никоим образом не должна быть наследницей нынешней российской гуманитарной интеллигенции, обслуживающей транснациональный капитал. Она не должна иметь никакого отношения к современной бюрократии, чьи рефлексы сформированы лихолетьем колониального капитализма.

Сегодня, после 20 лет прямого уничтожения национального духа, нам можно и нужно поучиться национальному строительству. И вовсе не у Европы. Уже по той причине, что Европе вовсе не нужно русское национальное возрождение и ничего хорошего она не насоветует. Становление наций в Европе проходило на либеральных принципах (здесь либералы были изобретателями идеологии национализма.) Это включало безжалостное разорение мелкотоварного и общинного производителя как в метрополиях так и в колониях, многовековое насилие над принудительно пролетаризированной трудовой массой. Пусть труд пролетария назывался "свободным трудом", но на самом деле был рабством, в котором раба можно было эксплуатировать по 15 часов в сутки, начиная с детского возраста, а едва он начинал приносить меньше прибыли, свободно выбросить его на улицу. А там достаточно малейшей провинности,- мелкой кражи, бродяжничества, и - виселица, каторга или работный дом (та же каторга) обеспечены. Западное национальное строительство включало и такой обеспечивающий фактор, как совершенно богомерзкая эксплуатация колоний. Приведу сейчас лишь пример скромной тихой Бельгии - бельгийское Конго было превращенно в самый огромный концлагерь планеты, где за недостаточную сдачу каучука или другого сырья в деревню приходила частная армия Force Publique, вешала мужчин или рубила им кисти рук, насиловала женщин (густонаселенная африканская страна потеряла за первые 20 лет бельгийского правления треть своего населения).

Западный национализм включал этнические чистки, геноцид и войну как способ максимизации прибыли и получения контроля над рынками.

Западные нации формировались как огромные вампирические системы и поэтому западный nationbuilding для нас не годится.

Сегодня нам надо изучать и перенимать опыт национальных движений в колониальных и полуколониальных странах Азии, которые становятся нынче экономическими драконами, за которыми будущее.

Левые национальные движения в этих странах решали два вопроса: по объединению и оформлению нации и по борьбе против финансового, экономического и культурного засилья западного капитализма.

В Индии это решалось согласно гандистской формуле "ненасильственного несотрудничества" (сатьяграха), то есть национального мирного противодействия как иностранному засилью, так и его местной агентуре. Среди лозунгов Индийского национального конгресса был "сва-радж" (можно перевести как политическую самостоятельность или даже самодержавие - для вновь создаваемой индийской нации) и "сва-деши", то есть опора на домашнее национальное производство. Это выражалось в бойкоте антииндийских действий английской администрации, в бойкоте привозных (английских) товаров и даже в борьбе против западного культурного кода, например, сжиганием английской одежды.

Схожие движения существовали в Индонезии (Национальная партия), Китае и ряде других стран.

В Турции национальное кемалистское движение вышло из "обществ защиты народных прав", базировалось оно в провинциальной Анатолии, поскольку Стамбул был во власти продавшейся Западу османской элиты и верховных комиссаров Антанты.

Часть 3. Сварадж и свадеши

1. Наши формы сварадж и свадеши

Сегодня резко ослаблены всех формы производительной активности русского народа, ничтожны профессиональные союзы, творческие союзы являются обслугой колониального капитализма. Это означает, что набор способов "несотрудничества" с порнократией (разложившейся элитой, от слова "порнос" - разложение) сперва будет весьма ограничен. Ограничение заключается и в том, что патриоты не должны навредить тем государственным функциям, которые еще как-то исполняются.

Предлагаемые формы свадеши:

- Избегать продукции тех стран, которые ведут наиболее русофобскую политику - США, Англии, Польши, Латвии, Грузии ("купил виндовз - оплатил автоматную очередь в живот противника колониализма, может быть самому себе")

- Поддерживать национального производителя, своего крестьянина, своего рабочего. Участвовать в создании сильного профсоюзного движения, в кооперации отечественных производителей, особенно мелких и сельскохозяйственных.

- При материальных возможностях приобретать земельные участки вдали от крупных городов. Лучше делать это в составе "сябренного" товарищества, способного защитить себя. Это будет напоминать поселения помещиков-однодворцев и части служилых казаков в Московской Руси. Кооперироваться сябры-товарищи могут не только в вопросах безопасности, но и в хозяйственных делах, совместном использовании земли, в сбыте произведенной продукции, в покупке и аренде сельхозтехники. Сябренное товарищество - готовая база для эффективного местного (земского) самоуправления.

В нынешней ситуации, когда половина пашни заброшена, но приобретение земли крайне тяжелый и дорогой процесс, движение "За землю" могло бы стать очень эффективным видом нашего свадеши.

Возможные формы сварадж:

- Активно участвовать в местном самоуправлении.

- Самоорганизовываться в случае криминальной угрозы любого типа - "не проходить мимо".

- Требовать от полиции выполнения её обязанностей по борьбе с криминалом, в т.ч. этническим.

- Не слушать, не читать, не смотреть русофобов и представителей порнократии, подвергать их народной "люстрации". Быть бдительным - часто под маской большого "свободолюбца" лезет русофоб, тролль, работающий на разложение национального сознания и раскол национального единства.

- Предпринимать не запрещенные законом действия против русофобских СМИ.

- Демонстративно игнорировать все указания "вашингтонского обкома", проводимые российской гуманитарной интеллигенцией, как например "десталинизацию" - а она будет осуществляться в школах и на предприятиях.

- Изучать, постигать и распространять информацию, служащую борьбе против русофобии, против ограбления и унижения русского народа.

- Публиковать общественные предупреждения продажным чиновникам, судьям и полицейским, бизнесменам-клептократам, фальсификаторам истории, что рано или поздно за свои деяния они попадут под суд.

- Собирать информацию для проведения нашего "Нюрнберга" - трибунала над теми, кто расчленил российскую территории и учинил большой грабеж 1990-х, кто отдал миллионы русских под управление русофобских режимов, кто виноват в преждевременной смерти 18 млн русских на пространстве экс-СССР и прямом геноциде русского населения в некоторых регионах Кавказа и Средней Азии.

Наш "Нюрнберг" будет судить за грабительскую "приватизацию" (имеющей аналоги только в истории колоний), развал системы народного здравоохранения и убиение науки, за уничтожение систем борьбы с организованной преступностью и оборотом наркотиков.

Наш "Нюрнберг" будет судить за уничтожение промышленных предприятий национальной значимости и целых отраслей промышленности, за развал лесного и мелиоративного хозяйства, за тотальную алкоголизацию и умерщвление деревни, за обезлюдение Русской равнины, за вывоз за рубеж средств, предназначенных для обновления техники и на оплату труда.

Наш "Нюрнберг" будет заниматься расследованием преступных деяний по сдаче позиций России на международной арене, включая все уступки территории, акватории и русского населения иностранным правительствам, а также всеми случаями передачи денежных средств и материальных ценностей, принадлежащих русскому народу, иностранным государствам и финансовым структурам.

В будущем люстрации или уголовному преследованию будут подвергнуты те, кто запрещал русские книги и травил русских историков, кто отмазывал этнобандитов (под ловким лозунгом "сейчас не 37 год"), кто устраивал "покаяния" и кто сажал русских офицеров, исполнявших свой патриотический долг, кто подводил под уголовную статью борцов с унижением страны.

Все, кто работает против нации, должны помнить, что доживут до того времени, когда за это придется отвечать по всей строгости закона. Но для этого нужно "запечатлевать героев" сегодня.

Неким итогом национализации элиты станет созыв максимально широкого Земского собора, на котором предстоит четко определить, каковы национальные интересы, зафиксировать базовые компоненты в национальной истории (что способствовало развитию и независимости нации, а что нет), выявить особенности национального хозяйствования, исходящие из природно-климатических и геополитических условий страны.

Земский собор должен завершиться подписанием пакта по национальному консенсусу, который остановит бесконечные междоусобные идеологические войны русских патриотов.

Замечу, что Земский собор - собрание непартийных представителей русских земель и социальных групп (сословий) - можно и нужно проводить в электронном виде без дорогостоящего перемещения физических лиц. Это должно стать прообразом будущего Национального собрания страны, созванного после национализации государства. Национальное собрание обязано действовать без кабинетов, секретарш, новых депутатских квартир, залов для выступления и голосования. Обсуждать проекты и голосовать представители народа могут из своих родных городов через защищенные т.н. виртуальные сети.

2. Контуры грядущей национализации государства

Земский собор должен рассмотреть великое множество безотлагательных задач, которые встанут перед национализированным государством, среди которых обрисую лишь несколько:

- Земельная реформа. Крестьянский государственный банк должен заняться принудительным выкупом земли у неэффективных и антисоциальных крупных собственников и продажей её по минимальным ценам (через долгосрочный ипотечный кредит с минимальными процентами), в первую очередь, крестьянским обществам и кооперативам, затем крестьянам-единоличникам.

- Реформа государственной службы - создание корпуса государственных служащих. Государственные служащие должны стать социальной корпорацией(сословием), ни в коем случае не замкнутой, однако обладаюшей корпоративной этикой, определенной мерой коллективной ответственности и предустановленной открытостью личной жизни для контролирующих инстанций. Возможно введение особых электронных денег для данного корпуса (чтобы деньги гос.служащего не могли уйти в коммерческий сектор и не пополнялись за счет коммерческого сектора - откатов, взяток и т.д.)

- Наделение землей граждан, несущих государственную службу на наиболее опасных окраинах государства (военно-территориальную, пограничную, полицейскую, административную). Передавать землю гос.служащим на долгосрочной, лучше всего наследственной основе, в коллективное или индивидуальное пользование, однако без права продажи надела (в стиле исторического казачьего или служило-однодворского землевладения).

- Упразднение этногосударственных образований на территории России и создание территориальных администраций, привязанных к крупным транспортным магистралям. (Лишь 2-3 этногосударственных образования могут получить особый статус "протекторатов"). Границы территориальных административных образований должны проходить, как правило, не в меридиональном направлении (когда они делят страну как пирог на ломтики, бери и отделяй), а в широтном. Их надо привязывать к транспортным путям, развернутым в широтном направлении, например Трансибу или Севморпути.

- Распределение столичных функций по цепочке городов. Линия столиц должна протянуться в широтном направлении, с запада на восток. Кроме Москвы еще четыре-пять городов возьмут на себя функции не только регионального управления, но и общегосударственные.

- Создание распределенных электронных министерств. Функционирование министерства и ведомства не должно быть привязано к одному городу, одному зданию или комплексу зданий. Специалисты, то есть профессиональные обработчики информации, специализированный софт, серверы, накопители информации должны быть распределены по линии столиц, соединенных оптоволоконными информационными магистралями.

Одним из самых важных дел новой национальной элиты должен стать переход от идеологии потребления к идеологии производства и творчества. Только так может быть возобновлено развитие. Потребитель, не являющийся одновременно производителем и творцом, это агент разложения.

Лишь массовый производитель и созданные им сильные профессиональные союзы и кооперативные организации способны осуществлять контроль над финансовой и политической элитой.

Нас никто не пригласит в круг богатых наций, чье благосостояние поддерживалось и поддерживается за счет остального мира. Нам придется всего добиваться самим, преодолевая дикое сопротивление Запада и его обслуги в нашей стране.