# А все-таки он был прав!

Павел Виноградов

Ко дню рождения Л. Н. Гумилева.

Павел Виноградов, редактор отдела социальных проблем "НВ"


А все-таки он был прав!


1 октября 1912 года родился Лев Николаевич Гумилев.


Дата не круглая. Но именно сегодня, за четыре года до его столетнего юбилея (который, надо надеяться, будет широко отмечен), хочется вспоминать этого выдающегося человека и оставленное им наследие. Потому что его идеи, осуждаемые и осмеиваемые многими и при жизни ученого, и после его смерти, все больше находят подтверждение в мировых событиях.


Если бы не подорванное годами концлагерей и непосильной борьбы за место в научном мире здоровье, он мог бы дожить до наших дней. И год за годом констатировал бы, что разработанная им пассионарная теория этногенеза вполне актуальна в современном мире.


Он часто говорил, что его научные интересы как историка и этнолога не простираются далее XVIII века, и отказывался комментировать современную ситуацию. Наверное, во многом это было обосновано обстановкой того времени: его идеи, и так крамольные для советской науки, будучи применены к современности, могли нарисовать картину, настолько отличную от официальной, что это грозило ученому серьезными санкциями. А что такое советские санкции, он, отмотав два лагерных срока, хорошо знал. Но на вопрос о современности мог ответить столь точной исторической аллюзией, что все становилось понятно. Да и в частных беседах не раз касался вопросов приложения своей теории к текущим событиям. В общем, вполне можно установить, что он думал по этому поводу.


Лев Гумилев умер в 1992 году, в самый провал, когда судьба России висела на волоске. Многие не верили, что она может выстоять, слишком ужасна была картина всеобщей разрухи и апатии. Но для него, ученого, это была не более чем аберрация близости. За разоренной страной он видел российский суперэтнос, который преодолевает тяжелый межфазовый переход и вступает в период инерции, "золотой осени" цивилизации, времена стабильности и процветания. Сегодня этот рубеж, может быть, еще и не преодолен, но отчетливо виден. Невооруженным глазом можно разглядеть, что в обществе появляется все больше активных людей, которым не безразлична судьба Отечества. Это - пассионарии, число которых, уменьшенное в популяции периодом надлома, постепенно увеличивается. Он говорил, что так должно случиться.


Его теория универсальна, она касается любого этноса, и, глядя на законченный процесс, скажем, Римского мира, мы можем видеть, как смуту гражданских войн и социальных потрясений там сменила великая эпоха Августа, когда Рим вошел в зенит могущества. И Гумилев предсказывал приход русского Августа.


Он, как последователь евразийской школы, всегда ясно и четко говорил, кто наши друзья, а кто враги, кто предаст в любой момент, а на кого можно опереться. Теперь мы все видим, чего стоит дружба "европейской цивилизации" и его заокеанского продолжения. И мы знаем, что наши друзья в Средней Азии остаются нам верны, несмотря ни на что.


Даже нынешнее столкновение с Грузией вряд ли удивило бы его. Он бы сказал, что Грузия - этот осколок "рассыпавшегося розно" Византийского суперэтноса - давно впала в маразм фазы обскурации и, посадив на свою шею безумных правителей, радостно несется навстречу гибели.


И сказал бы он это не злорадно, а печально. С той же печалью, с которой смотрел на великие процессы этнической истории человечества, на рождение, славу и гибель народов. Если бы он пошел по стопам родителей, стал бы великим поэтом (что подтверждают его собственные стихи). Но он избрал свой путь. И все равно он был поэтом - поэтом истории.


Земная слава, как дым.


Земная слава живым.


А мертвым - черная высь,


Где тесным кругом сплелись,


Верша земные дела,


Созвездья Добра и Зла.


Два раза в год, в день его рождения и смерти, у его могилы на Никольском кладбище Александро-Невской лавры Санкт-Петербурга собираются люди. Год от года среди них все меньше людей, знавших его лично, ходивших на его лекции. Но появляются другие, те, кто знает его лишь по научным трудам. Они видят, что предсказанное им сбывается, и приходят, чтобы очередной раз прошептать Учителю: "Лев Николаевич, вы правы!".

Газета "Невское время", 01.10.2008